Гарри Поттер и новое дело усатого бельгийца (джен)

— Интересно, что с ним будет? — спросил Гарри, когда остался наедине с портретом сыщика.

— Это зависит от того, какой приговор малоуважаемому Тиберию вынесет суд, — ответил портрет. — Но одно могу сказать точно: на свободу он выйдет не скоро. По крайней мере, не должен. Теперь мы можем выдохнуть свободней — ваша подруга свободна от обета, а две юные девушки и одна женщина отомщены. Думаю, в чём-то вы исполнили своё обещание. Как странно устроен мир: две школьницы были посмелее умудрённых годами почтенных взрослых: сомневаюсь, что при их характерах они бы долго молчали. И неспроста же просили у вас помощи.

Гарри молча кивнул, спрятал портрет во внутренний карман и отправился ждать Гермиону из аврората.

* * *

— Месье Пуаро! — девушка сияла от восторга, всё ещё рассматривая чистую от следов руку. — Гарри! Спасибо вам большое! Но всё же, как вы догадались, что это именно Тиберий? Я-то ничем не могла помочь.

— Первые подозрения, мадмузель, внушил ещё месье Долгопупс, — ответил бельгиец. — По его словам, у Тиберия был брат-транжира и мажор-племянник, а также огромная библиотека. Возник вопрос: откуда с двумя такими родственниками у него деньги на книги, и почему Кормак и его отец не начали их продавать? Для таких ни одна вещь не имеет ценности, только цену. Потом навела на мысль ваша медсестра, а следом и Амелия Боунс: сомневаюсь, что попечители пригласили семнадцатилетних старост сидеть за одним столом с ними, да ещё дали выпить дорогого вина по доброте душевной. Потом спасение Боунс: она сказала, что это был мужчина. Но большинство слизеринцев, как говорил ваш друг, охотнее нападали, а не защищали стражей порядка. Торговцы по местам засад не ходят. Оставались Гринграсс и Маклагген. Но Филч сказал, что Овидий... Фэблё деспри...

— Слаб умом?

— Да! А значит, вряд ли оказался бы на месте патруля — за такими всегда серьёзный надзор! А потом ваш призрак начал говорить о принадлежности библиотеки Тиберия, а уж рассказ мадам Долгопупс всё расставил по местам. Две лучшие подруги случайно вышли на подноготную интриги Маклаггена, заподозрив неладное. Боясь за свою жизнь — справедливо боясь, прошу заметить — вспомнили о том, что Гарри никто найти не мог, и попросили его о помощи. Хотели спастись, прикрывшись директором, но самолюбие Чанга помешало им. Должно быть, просили о помощи Боунс. Но у той были связаны руки задолго до этого года. Остальное лишь мои догадки. Но, как всегда у Пуаро, они были верны.

— Мда, — покачал головой Гарри. — Говорите что хотите, но я лучше доверюсь Кормаку, чем его дяде. Лучше наглый мажор, чем расчётливый убийца.

— Поверьте, мой юный ученик, вы ещё не раз столкнётесь с подобным, — ответил Эркюль, улыбаясь удивлению двух гриффиндорцев.

* * *

— Гарри! — прокричала Гермиона, подбегая к нему на следующий день. — Говорят, Пивз опять что-то учудил! Попечители вернулись! Ты знаешь, что стряслось?

— Знаю, и, кажется, это я виноват! — ответил юноша. — Я не был уверен, состоится ли совет, и, как ты помнишь, в день нашего приезда подначил его на шутку посерьёзнее!

—Помню, — ответила подруга. — Да не казнись, ты же ради благого дела! Так что там случилось, Гарри?

Поттер был бледен, и, похоже, не знал, с чего начать. Решил начать издалека:

— Герми, ты же знаешь о традиции, что каждая парочка обязана хотя бы раз во внеурочное время подняться ночью вдвоём на астрономическую башню?

— Знаю, — девушка решительно не понимала, к чему он клонит.

— Так вот, две новости, хорошая и плохая: хорошая новость заключается в том, что мы это уже делали — на первом курсе, когда тащили дракончика.

— А плохая новость? — насторожилась Герми.

— А плохая новость в том, что астрономической башни больше нет. Пивз её обрушил.

— Как же он смог это сделать?

— В том-то и дело, что никто не может понять, как именно он это сумел устроить, — Гарри сел рядом с подругой и запустил обе руки в свои лохматые волосы. — Дамблдор уже назначил внеплановое совещание попечительского совета в надежде, что хоть кто-нибудь из них сумеет разобраться...

Словно в подтверждение его слов, по коридору прошла процессия из десяти человек.

— Только ведь завершили работу! — ворчал мужчина, чем-то похожий на Чжоу.

— На вашем месте, Джонатан, — ответила Боунс, — я бы радовалась, что мы не успели уйти далеко!

Проводив взглядом попечителей, Гермиона повернулась к другу.

— Гарри... То, что ты сказал по поводу совместного посещения астрономической башни... Это что, такое завуалированное предложение стать твоей девушкой? — хитро прищурилась она.

— Эм... — на секунду растерялся Гарри, но быстро сориентировался. — Да! Конечно! — он широко улыбнулся, осознав, что только что сказал. — И что ты думаешь по этому поводу?

Вместо ответа Гермиона впилась в его губы требовательным поцелуем.

— Вау... — сказал Гарри, когда они оторвались друг от друга из-за нехватки воздуха. — Ну и чёрт с ней, с этой башней, Пивзом, попечителями... Главное, что я разобрался с самым важным! — проговорил он и притянул Гермиону снова к себе в объятья.

* * *

Спустя пятнадцать лет.

— Значит, своё первое дело ты раскрыл до становления аврором? — спросил у отца двенадцатилетний Эркюль Поттер.

— Да, именно так, — кивнул Гарри, осматривая трёх своих сыновей: Эркюля, Джеймса и Альбуса. Малышка Лили Поттер спала на руках отца, изредка подёргивая за усы. — Я подумывал над этим ещё на пятом курсе, а господин Пуаро мне помог определиться и дал первые, самые важные уроки.

— Вы слишком добры, месье, — оживился висящий на стене портрет. Хотя по выражению лица было видно, что он ждёт новой похвалы.

Гарри хотел возразить, но в гостиную, левитируя за собой их обед, вошла Гермиона. Она поставила блюда на стол и поцеловала мужа в щёку. Он ухмыльнулся и ответил лёгким чмоком в уголок губ.

Всё было прекрасно: семья счастлива, серые клетки работают, а в груди пылает решимость справиться с любыми невзгодами.