Dura Lex Magica (гет)

* * *

Возвратившийся к ужину мистер Уизли сообщил, что Сириуса задержали до суда, который пройдёт в субботу.

— Но как же так? Я читала, после падения Волдеморта в восемьдесят первом многие Пожиратели и дня не провели под стражей, сразу же были выпущены! Да даже в обычной полиции нормальная практика — выпускать под залог! У Сириуса же есть деньги! Почему его так не оформили? — возмущалась Гермиона.

— Я не знаю всех подробностей, Гермиона, — успокаивающе сказал Артур. — Мадам Боунс просила не беспокоиться, она просто следует процедуре. Закон есть закон. Де-юре он числится сбежавшим из места предварительного заключения. Но с учётом того, что это «предварительное» заключение превысило все разумные сроки, и с ожидаемым оправданием по выдвинутым обвинениям, возможное наказание за его побег будет перекрыто временем, проведённым «под стражей» (а де-факто — в заключении).

— Да ладно, Гермиона, чего ты беспокоишься? Всего два дня осталось! — с набитым ртом пробормотал Рон. — Вот увидишь, перед ним ещё извинятся! Интересно, а какая-нибудь компенсация ему полагается?

И Рон мечтательно закатил глаза, как будто это ему полагалась компенсация.

* * *

Оставшиеся два дня ребята провели, как на иголках. Несмотря на то, что Волдеморт уже был побеждён, а все Пожиратели либо мертвы, либо в камерах Аврората, Молли так и не выпустила никого из дома. Гарри был слишком на взводе, чтобы планировать новый побег. Рон, как обычно, зазывал всех поиграть в шахматы, предлагал сыграть парные чемпионаты: Джинни с Гарри против Гермионы и Рона, но увидев, как Гермиона на него посмотрела, отказался от этой идеи, и предложил просто играть на выбывание. Гарри даже было согласился, но, потеряв за пять минут половину пешек и все тяжелые фигуры, кроме короля, сдался и больше не садился. Вместо этого он ушёл в библиотеку, якобы доделывать летние эссе. То, что эссе уже были сделаны, знала только Гермиона, которая тоже скрылась в библиотеке.

Сначала они пытались по отдельности читать книги, каждый свою: Гермиона в очередной раз перечитывала «Историю Хогвартса», а Гарри листал «Квиддич сквозь века». Но довольно быстро Гермиона отложила книжку, пересела на диванчик к Гарри и прижалась к юноше плечом.

— Гарри, я так беспокоюсь за Сириуса! Как он там? Ему и так пришлось столько времени сидеть взаперти в этом доме, который он ненавидит, а тут снова в камере!

— Миона, он справится! Зато его наконец-то выслушают, — ответил ей Гарри, тоже откладывая книгу в сторону и сняв очки.

Последнее время ему все чаще было гораздо комфортнее без очков, чем в них. Он по привычке надевал их с утра, но в течение дня всё чаще снимал их. Вот и сейчас, ему показалось правильным смотреть на Гермиону без очков.

— Ты уже лучше видишь? — в тему спросила его девушка. — Зелья целителя Сметвика действуют?

— Не знаю, Миона. Наверное, — пожал плечами Гарри. — Но кушать хочется всё время. Иногда начинаю чувствовать себя Роном. Хочется по-быстрому запихать в себя всё и наложить ещё добавки.

Гермиона мило захихикала.

— Ты никогда не будешь похож на Рона, Гарри! Он набивает полный рот, а ты просто проглатываешь всё, как гиппогриф! Проглот мой…

Тут она сообразила, что ляпнула, и отвернулась. Гарри в нерешительности покосился на неё, но потом до него тоже дошло. Он почувствовал, как щёки припекло румянцем. Неизвестно как просочившийся в библиотеку Косолапус вспрыгнул хозяйке на колени, но, ввиду своих размеров, растянулся поперёк колен обоих подростков — задние лапы на Гарри, а передние на Гермионе. Чтобы кот не свалился между ними, ребятам пришлось придвинуться друг к другу.

— Гарри, а ты помнишь, как мы спасали Сириуса в прошлом году? — нарушила молчание Гермиона, неловко засмеявшись и поглаживая мурчащего Косолапуса.

— Такое забудешь! Дементоры, впервые получившийся мощный Патронус, путешествие во времени!

— Полёт на гиппогрифе… — тихо добавила Гермиона, прикрыв глаза и продолжая чесать кота между ушами.

— Полёт на гиппогрифе… — эхом отозвался Гарри.

Он посмотрел на лицо девушки, сидящей так близко с прикрытыми глазами. Почувствовал, как она прижимается к его плечу. Или это он прижимается к её? Он обратил внимание, как пульсирует жилка на её шее, полускрытой копной волос. И тут же почувствовал, как будто его собственное сердце готово выпрыгнуть из груди. А, была не была! И Гарри наклонился к лицу Гермионы и нерешительно коснулся своими губами её. Гермиона сначала замерла, а потом, так и не открывая глаз, ответила на его поцелуй. Он ощутил, как её бархатные губы скользнули по его губам. И тут она тихонько засмеялась. Гарри в испуге отпрянул, боясь, что сделал что-то не так.

— Я думала, ты никогда не решишься! — проговорила она, посмотрев из-под полуопущенных ресниц и улыбаясь.

Гарри, поняв, что ему за это ничего не будет, радостно улыбнулся. Кот продолжал довольно мурчать на их коленях.

* * *

Утром в субботу все были в нетерпении. Но только к обеду появилась Тонкс с газетами и привела ошалевшего Сириуса.

— Я свободен! — громко крикнул Блэк, войдя на кухню и водружая на стол ящик сливочного пива.

Все обитатели дома на Гримо уже собрались на кухне, но даже не думали накрывать обед. Тонкс бросила газеты на стол. На первой же странице красовалась колдография радостно щерящегося Сириуса, поочерёдно пожимающего руки кому-то за пределами кадра. Заголовок гласил: «СИРИУС БЛЭК ОПРАВДАН ПО ВСЕМ ПУНКТАМ!» И ниже: «Петтигрю, оказавшийся настоящим предателем и убийцей дюжины магглов, получил своё! Правдивую историю событий четырнадцатилетней давности читайте на странице два». Ещё ниже шли заголовки про суд над схваченными Пожирателями.

Гермиона первая схватила газеты и начала их просматривать. Минут через десять, когда все уже поздравили хозяина дома и принялись накрывать на стол, она отложила газеты и криво улыбнулась.

— Кто бы сомневался!

— Что такое? — заинтересовалась её реакцией Тонкс.

Остальные расставляли тарелки, раскладывали приборы, а Сириус просто плюхнулся во главе стола и с вожделением поглядывал на буфет, где стояла початая бутылка огневиски.

— Никого из взятых Пожирателей не посадили пожизненно или хотя бы на приличный срок! Вот, читай! Максимум, год. И то, каким-то мелким сошкам.

Тонкс взяла газету и прочитала указанное Гермионой место:

— «Уолден МакНейр, будучи исполнительным работником Департамента Регулирования Опасных Существ, не успел запятнать себя преступными деяниями за время, прошедшее с той ночи, когда самозванец объявил себя Тем-кого-нельзя-называть. Несмотря на то, что сыворотка правды выявила добровольность принятия метки МакНейром во времена, когда настоящий Тот-кого-нельзя-называть набирал силу, суд принял во внимание его многолетнюю беспорочную службу и искреннее раскаяние. Уолден МакНейр приговорён к четырём месяцам Азкабана и поражению в правах на десять лет, в течение которых он не сможет занимать руководящие посты в Министерстве».

— Можно подумать, что им нужно быть на руководящих постах, чтобы занести барашка в бумажке! — фыркнул Сириус, всё-таки вставший и уверенной рукой доставший бутылку из буфета.

— И примерно в том же духе по всем остальным, кого успели арестовать и кто не погиб, защищая Волдеморта! То есть «самозванца», как тут пишут! — прояснила Гермиона ситуацию для всех остальных, кто стал прислушиваться к разговору. — Всё, как я и говорила!

Она с превосходством оглядела стол.

— Ладно, ладно, мы верим, что ты великий политолог! — улыбнулся ей Сириус, наливая себе огневиски. — А теперь давайте праздновать! Гарри, доставай сливочное пиво! Гуляют все!

* * *

Гермиона начала беспокоиться о своих родителях. Точнее, за отношения с ними. Она поговорила с Гарри, и тот согласился, что ей следует провести оставшиеся дни каникул с ними, хоть ему не хотелось прерывать только-только начавшийся роман с девушкой. Но когда они где-то через час после обеда объявили об этом решении миссис Уизли, та снова наотрез отказалась отпускать Гермиону, мотивируя это тем, что директор не давал разрешения никому из детей покидать штаб-квартиру. Сириус же упился в хлам, и тихо спал в своей комнате, а протрезвлять его Гарри в этот раз не решился. В итоге Гермиона убежала в свою комнату, и Гарри пришлось бежать следом, чтобы её утешить.

— Миона! Давай, я попрошу Кричера, и мы снова сбежим? Я провожу тебя до родителей!

Девушка повернула к нему нахмуренное лицо и нерешительно спросила:

— Ты хочешь познакомиться с моими родителями?

— Ну…

Сначала Гарри хотел сказать, что хочет всего лишь проводить её до дома, но вовремя заметил опасный огонёк у неё в глазах и заткнулся, всё же в критических ситуациях он умел быстро соображать. Поэтому он на голой интуиции продолжил:

— А почему бы и нет? Или ты против?

— Не говори глупостей! Почему это я буду против познакомить своего парня с моими родителями?

— То есть я всё же твой парень? — лукаво переспросил Гарри, снимая мешающие очки.

— А ты ещё сомневаешься? — вопросом на вопрос ответила теперь уже его девушка, делая шаг навстречу.

Гарри тоже сделал шаг навстречу, пока их носы чуть ли не касались друг друга, и он мог разглядеть каждый лучик в радужке Гермионы. Для этого ему почти не пришлось задирать голову. Всё-таки зелья Сметвика действительно работали, и Гарри за прошедшие полторы недели вытянулся на добрый дюйм с четвертью.

— Никогда! — ответил юноша, слегка повернув голову и прижимаясь своими губами к её.

Чтобы сохранить равновесие, им пришлось обняться. Впрочем, никто не возражал против такого поворота.

* * *

Подвесив на двери Гермионы те же заколдованные Сириусом «говорящие» вещи, чары из которых ещё не выветрились, ребята с помощью Кричера аппарировали в Лондон. Пришлось больше часа ехать в Кроули, где жили родители Гермионы. Дом Грейнджеров был похож на дом Дурслей, но вмещал на пару комнат побольше, как показалось Гарри при взгляде снаружи.

— Мам, пап, мы дома!

Но вместо родителей их встретили двое суровых вида дядьки в классических костюмах. Гермиона ахнула и остановилась. Гарри мгновенно задвинул Гермиону за спину, достав палочку.

— Гарри, нет!

— Мисс Грейнджер? — спросил один из мужчин. — Мистер Поттер?

— Да, — ответила Гермиона.

Гарри с недоверием смотрел на незнакомцев.

— Отец Рикардо просил присмотреть за вашими родителями.

— Что с ними?

— Не беспокойтесь, с ними всё в порядке. Мы объяснили им ситуацию в мире магии. Мистер Поттер, можете убрать свою палочку. Мы вам не враги. Пока не враги.

— Где мои родители? — начала волноваться девушка.

— Не волнуйтесь, они всего лишь поехали за продуктами. Честно говоря, они ждали вас ещё в четверг, так что приготовьтесь объясниться.

— Нас не выпускали из… того места, которые наши… старшие товарищи считают безопасным, — пояснил Гарри, всё же убирая палочку.

— Штаб-квартира Ордена Феникса? Ясно. Проходите, мисс, чувствуйте себя, как дома, — попытался разрядить обстановку незнакомец. — Можете звать меня Пол, а его — Джей.

Второй мужчина, так и не обронивший ни слова, кивнул головой в знак приветствия.

Вскоре и вправду вернулись родители Гермионы. Их сопровождали ещё двое мужчин, которые, впрочем, остались снаружи, моментально скрывшись из виду.

— Миона? — ахнула миссис Грейнджер, кинувшись к дочери. — Пол ещё в среду сказал, что кризис в волшебном мире миновал! Почему ты так долго не приходила?

Дочь прижалась к матери и расплакалась. Люди отца Рикардо вышли на кухню, прихватив с собой покупки и оставив семью разбираться без лишних свидетелей.

— Мама, я так соскучилась. А миссис Уизли не хотела нас отпускать, даже после того, как Волдеморта с Пожирателями не стало, — всхлипывала она у той на груди.

Мистер Грейнджер, в свою очередь, сверлил глазами Гарри. Тот почувствовал себя неуютно.

— Она и сегодня меня не отпуска-а-ала! — сквозь слёзы жаловалась Гермиона. — Если бы не Гарри… Кричер его слушается и перенёс нас из дома.

— Гарри? — спросила миссис Грейнджер, подняв взгляд на юношу.

Тот неловко кивнул.

— Ой, простите! Вы вроде виделись три года назад, но я тогда вас толком и не представила, — спохватилась Гермиона, оторвавшись от матери. — Гарри, не смотри на меня!

Юноша опустил взгляд, но девушка быстро представила его:

— Мам, пап, это Гарри Поттер. Гарри, это мои родители, — и снова отвернулась.

Парень неуверенно поднял взгляд и встретился с почти такими же пронзительно-карими глазами, как и у Гермионы. Только они были на лице её матери. Она сделала шаг к Гарри и протянула руку.

— Эмма. Не надо никаких «миссис Грейнджер», мне этого и на работе хватает.

Гарри нерешительно пожал ладонь Эммы.

— Рад встрече, — уже более уверенно произнёс он и повернулся к отцу Гермионы.

— «Мистер Грейнджер» было бы окей, но чтобы не отрываться от супруги… Так уж и быть, зови меня Дэниел. Никаких Дэнов! По крайней мере, пока не перепьёшь меня, — ухмыльнулся он, всё так же сверля юношу глазами.

— Очень приятно, сэр, — пожал протянутую руку Гарри.

Дэниел намеренно сжал ладонь юноши чуть крепче, чем позволяют приличия, но тот даже не поморщился. А только-только начавшие сходить с ладоней парня твёрдые мозоли впечатлили мужчину.

— Много работаешь руками, э? — спросил Дэниел.

Эмма хихикнула и пихнула его в плечо.

— Дэн!

— Что? Парень явно не белоручка! А ты что подумала?

Гарри в недоумении смотрел на то, как взрослые с ехидными улыбками переглядываются. А потом до него дошло и он покраснел от смущения, пробормотав : «Я занимаюсь цветником у тёти Петунии».

Гермиона, уже взявшая себя в руки и стёршая следы слёз с лица, подошла к Гарри и взяла его под руку.

— Мам, пап, мы с Гарри встречаемся! — вывалила она на родителей новость, дерзко смотря им прямо в глаза.

— И давно? — хихикнула Эмма.

Дэниел вопросительно поднял бровь, со значением смотря на Гарри.

— Официально — два дня! — объявила Гермиона. — А неофициально, я думаю, уже две недели. Почти. С тех пор, как мы с ним впервые сбежали из штаб-квартиры!

— Вот, Дэн, учись как надо за девушками ухаживать! — с улыбкой обратилась к нему Эмма. — Сбегаете вместе из супер-охраняемой штаб-квартиры — и девушка твоя! Кстати, а что за штаб-квартира-то?

— А вам разве не грозила опасность? — нахмурился Дэниел.

— Мы же по делу! И всё время были под присмотром взрослых, причём высоких чинов из Министерства магии и больницы Мунго!

— А что вы делали в больнице? — обеспокоилась Эмма, глядя на дочку.

— Мам, это не то, что ты думаешь! У Гарри было серьёзное тёмномагическое проклятие, и ему надо было показаться врачу! То есть целителю. А я его сопровождала! Ты не волнуйся, с нами ещё был мистер Смит, он невыразимец. Кстати, ты представляешь, он потом показывал мне их Департамент и приглашал на работу, как только я закончу школу!

— И что за департамент? — поинтересовался Дэниел, всё так же скептически смотря на дочку, держащую своего парня, который ниже неё на добрый дюйм, под руку.

— Департамент Тайн! Это что-то вроде научно-исследовательского института у волшебников!

Глядя на повеселевшую дочь, Грейнджеры наконец решили больше не пытать молодёжь и пригласили всех, включая свою охрану, ужинать. «Внутренняя» и «внешняя» часть охраны в середине ужина поменялись местами.

— Майк, Саймон, — коротко представились они.

После ужина дочь на какое-то время заперлась с матерью в спальне, а Дэниел пригласил Гарри в гостиную и включил фоном телевизор.

— Скажите мне, молодой человек, какие у вас планы на будущее?

Юноша пожал плечами.

— Не знаю, сэр. Раньше я думал, что мне самая дорога в Аврорат. Это магическая полиция, — пояснил он на вопросительный взгляд Дэна.

— А сейчас?

— А сейчас я уже не уверен. Будет зависеть от того, как сдам экзамены в этом году. Гермиона говорила, что у волшебников СОВ — это что-то типа GCSE⁽¹⁾ в обычном мире.

— Дочь рассказывала, что ты неплохой спортсмен, играешь в какую-то вашу волшебную игру. Как там, сквиш-сквош?

— Квиддич. Да, я в команде. Правда, в прошлом году из-за этого мордредова Турнира школьный чемпионат отменили. Но мне хватило и Турнира, — с кривой улыбкой поведал Гарри.

— Да, Гермиона успела рассказать о том, как у вас четырнадцатилетнего пацана заставили соревноваться с семнадцатилетними, пока её не забрал этот Уизелс…

— Уизли.

— Да хоть Минки!⁽²⁾ Сам не понимаю, как мы её тогда отпустили! Ведь планировали же вместе съездить в отпуск на Ривьеру…

— Это называется Конфундус, сэр… — пояснил Гарри. — Волшебники очень часто применяют его к… обычным людям. Даже те, кто считается «магглолюбцами», как мистер Уизли.

И Гарри невесело усмехнулся.

— И, сэр, вы знаете, эта семья окончательно потеряла наше с Гермионой доверие. Хоть нам и приходится терпеть их в одном доме. Хорошо хоть, мой крёстный выделил нам по отдельной комнате.

Гарри благоразумно решил не уточнять обстоятельства, приведшие к этому.

— Вам же нельзя колдовать на каникулах, так вроде? — спросил Дэн, с усмешкой смотря Гарри в глаза. — И я могу не бояться, что ты на меня этот ваш "конфундус" наколдуешь?

— Нет, сэр. Меня из-за этого чуть не исключили из школы.

— Ты колдовал на каникулах? — с удивлением переспросил мужчина.

— Да, сэр. Это была вынужденная мера. На меня и моего кузена напали дементоры. Это стражи магической тюрьмы. Они… высасывают из человека все добрые воспоминания, и он становится неспособным противостоять или куда-то бежать. А потом они… потом они высасывают и саму душу, оставляя пустую оболочку.

Гарри мрачно смотрел на картинки, мелькающие в телевизоре.

— Но ты всё же справился с ними?

— Да. Мы вдвоём справились.

— Твой кузен тоже волшебник?

— Нет, — покачал головой Гарри, — он сквиб. Это… ну пусть будет волшебник, который не может творить магию. Но может её видеть. Вот он их и увидел. И смог меня поддержать, когда я уже совсем сдался…

— Мда… Начинаю уже сомневаться, что правильно поступил, отдав дочь в эту вашу чёртову школу. Или как там вы говорите? Мордредову?

— Сэр, я не знаю подробностей, как-то у нас больше Гермиона по книжкам, — он усмехнулся. — Но есть что-то вроде закона, по которому юный волшебник или волшебница должны обучиться хотя бы пять лет, чтобы уметь управлять своей магией.

— А если нет? Если не закончит?

— Не знаю, сэр. У нас в школе есть профессор Хагрид. Ну, он стал профессором два года назад. Преподаёт Уход за магическими существами. Так он даже третий курс не закончил, и у него палочка сломана. Но он полувеликан, так что по-любому принадлежит миру магии. Здоровый такой! Футов десять высотой. Он приходил за мной, когда надо было покупать всё к первому курсу. До того я даже не знал, что я волшебник…

— Как так? Гермиона рассказывала, что ты из семьи волшебников. Твоих родителей убил какой-то Неназываемый… Почему тебя не воспитывали волшебники?

— А вот это, как говорил мистер Кроакер, уже вопрос на миллион…

* * *

Обратно ребята вернулись способом «Кричер-экспресс». Кричер ворчал, что не нанимался работать порт-ключом, но видно было, что он рад угодить «молодому наследнику Гарри, уничтожившему злую магию». Вернувшись в комнату Гермионы, они сняли с двери обманки, но только после того, как вдоволь нацеловались. Девушка спросила Гарри, не угрожал ли ему её отец.

— А почему он должен был угрожать? — с недоумением спросил тот.

— Ну, знаешь… Обычно в книгах и в фильмах отец девушки угрожает её парню, что если тот её обидит, то он его из-под земли достанет! — со смехом сказала она, хотя глаза её смотрели настороженно.

— Да нет, — пожал плечами её (теперь уже официально!) парень. — Мы просто поговорили, он расспрашивал о моей жизни, о мире магии, и вообще…

— Ну тогда нам ничто не мешает… — начала девушка, но закончила именно тем, чему именно им «ничто не мешает», обняв Гарри покрепче.

* * *

На следующий день за час до назначенного собрания Ордена Феникса (ни Гарри, ни Гермиона не понимали, зачем теперь-то?) в дом Блэков прибыла профессор трансфигурации Минерва МакГонагалл, их декан и по совместительству заместитель директора. Она доставила всем ученикам, то есть Гарри, Гермионе и четырём Уизли, письма из Хогвартса. Все как раз собирались покинуть кухню, где собрались на «файф-о-клок», зная, что всё равно выгонят.

— Ну наконец-то! — воскликнула Гермиона, распечатывая конверт.

Все остальные тоже читали свои письма. Рон с недоумением разглядывал выпавший из его конверта значок префекта.

— Это… это какая-то ошибка? Почему я, а не Гарри? — спросил Рональд.

— Мистер Уизли, вы что, отказываетесь от поста префекта? — с удивлением спросила его МакГонагалл.

В этот момент Гермиона держала такой же значок в руках, но при этом наблюдала за разыгрывающейся перед ней сценой.

— Нет, мэм, просто не ожидал…

— Мистер Поттер играет в команде, боюсь, ему некогда будет исполнять обязанности префекта, — поджав губы, пояснила декан.

— Но, профессор! Я тоже хотел в этом году пробоваться в команду! Я ещё в прошлом году хотел, Вуд-то уже давно выпустился! Но тогда случился Турнир… — пробормотал Рон. — Мне что, нельзя тогда будет играть, если я буду префектом? Я хотел вратарём быть…

На лице Рона боролись сразу множество эмоций — радость от того, что его наконец оценили, злорадство от того, что значок достался не кому-то (не будем показывать пальцами), а именно ему, и опасение, что ему не дадут играть в квиддич. Квиддич или значок префекта? Вот в чём вопрос!

— Если вы будете со всем справляться, то вам никто не помешает быть вратарём команды, оставаясь префектом, мистер Уизли. Всё в ваших руках.

— Профессор МакГонагалл, — подала голос Гермиона, уже просчитавшая ситуацию. — А что тогда мешает Гарри быть и ловцом команды, и префектом? У вратаря-то будет побольше тренировок! Гарри вообще может к общим тренировкам не привязываться!

— Мисс Грейнджер, не ожидала от вас, что вы станете оспаривать моё решение! — снова поджала губы декан.

— А знаете что, мэм, я пожалуй, откажусь от этого значка! — бесшабашно заявила Гермиона, со стуком положив значок перед своим некогда любимым профессором. — Мне тоже некогда будет выполнять обязанности префекта! Надо готовиться к СОВам и вообще!

Оба близнеца дружно показали Гермионе жест большим пальцем вверх.

1) Аттестат о неполном среднем, если по-нашему.

Вернуться к тексту

2) Weasel (анг) — ласка, mink (анг) — норка.

Вернуться к тексту