↓
 ↑
Регистрация
Имя/email

Пароль

 
Вход при помощи VK ID
временно не работает,
как войти читайте здесь!
Размер шрифта
14px
Ширина текста
100%
Выравнивание
     
Цвет текста
Цвет фона

Показывать иллюстрации
  • Большие
  • Маленькие
  • Без иллюстраций

Сестра Меча | Sister of the Sword (джен)



Переводчик:
Оригинал:
Показать / Show link to original work
Фандом:
Рейтинг:
PG-13
Жанр:
Фэнтези, Приключения
Размер:
Макси | 531 423 знака
Статус:
Закончен
 
Не проверялось на грамотность
На древних равнинах Ансалона разгорается война, от исхода которой зависит будущее первых человеческих поселений Кринна.

Кочевые племена, воинственные захватчики, огры и эльфы — все оказываются втянуты в жестокое противостояние. А над полями сражений вновь расправляют крылья драконы, каждый из которых преследует собственные цели.

Город Яла-тене, ставший для многих людей символом новой жизни, оказывается перед лицом смертельной опасности. Старые враги возвращаются, чтобы свести давние счёты, и даже самые крепкие союзы подвергаются испытанию.

В самый разгар этих событий судьба вновь сводит Амеро с сестрой Нианки. Когда-то их пути разошлись, но теперь брату и сестре предстоит встретиться вновь и решить, за что они готовы сражаться.

Впереди последняя битва, которая определит не только судьбу их народа, но и будущее человеческой цивилизации.

«Сестра Меча» — заключительная книга трилогии «Варвары», завершающая историю Амеро и Нианки. Это рассказ о семейных узах, верности, мести и борьбе за мир, который люди Кринна только начинают строить.
QRCode
Предыдущая глава  
↓ Содержание ↓
  Следующая глава

Глава 14

Последующие дни выдались тяжёлыми. Мир вернулся в долину, но это был мир измученных, израненных людей. Большая часть долины лежала в развалинах, многие погибли или получили тяжёлые ранения.

Дураникс оставался на западном краю долины, продолжая своё мрачное бдение. Хотя дракон и велел Амеро не беспокоиться о нём, предводитель Яла-тене всё же отправил своему великому другу нескольких быков. После долгого путешествия Дураникс наверняка был страшно голоден.

Разбойничье войско перестало существовать. Когда Занниан наконец попал в плен, большинство оставшихся у него людей покинули долину, стараясь убраться как можно дальше от мести, которая, по их убеждению, теперь грозила им с возвращением бронзового дракона. Кое-кто задержался в горах, желая узнать, чем закончится дело. Карада отправила дозоры прочесать перевалы и выгнать оттуда беглецов. Когда с ними разобрались, остались лишь сдавшиеся в плен разбойники и те, кто, подобно Занниану, получил тяжёлые ранения.

Амеро наотрез отказался от предложения сестры казнить всех захваченных налётчиков. Кровопролитие ему опостылело, и он больше не желал видеть его в Долине Водопадов. Вместо этого Аркуден заставил самых здоровых из бывших разбойников исправлять причинённый ими ущерб. Тех, кто мог работать, отправили засыпать ямы и рвы, восстанавливать разрушенные дома и приводить в порядок разорённые сады.

Четыре дня спустя после возвращения драконов и окончания битвы выдался ясный, душный день. Бывшие разбойники засыпали огромную воронку, оставшуюся после падения драконов, когда обнаружили нечто, позволившее наконец разгадать одну давнюю загадку.

Весть о странной находке разнеслась быстро, и Амеро, Карада, Балиф и Берамун поспешили к зияющей яме. Карада снова ехала на своём любимом жеребце пшеничной масти.

Воронка была больше тридцати шагов в поперечнике и не меньше восьми в глубину. Вокруг неё столпились бывшие разбойники, которые из-за жары работали обнажёнными по пояс. Все смотрели вниз. Берамун узнала высокого мужчину с тёмно-каштановыми волосами, стоявшего у края ямы с лопатой в руках. Это был Харак, которому она отдала свои ноговицы.

Почти на самом дне из чёрной грязи торчал серый продолговатый предмет. С виду он походил на известняковую глыбу, однако Харак, первым обнаруживший находку, утверждал, что этот камень на самом деле — макушка Унгра-де. Под тяжестью двух драконов огра вогнало в землю, точно колышек шатра. В воронке уже нашли раздавленные тела шести других чудовищ, но их вождя удалось обнаружить лишь после того, как спала скопившаяся в яме дождевая вода.

Остальные готовы были поверить Хараку на слово, однако Карада захотела убедиться сама. Она отстегнула меч и передала Балифу.

— Это официальная капитуляция? — спросил эльф.

Амеро усмехнулся, но его сестра даже не улыбнулась. Она спустилась в яму. Ноги увязали в раскисших склонах воронки, и к тому времени, как Карада добралась до дна, грязь покрывала её до колен. Не обращая на это внимания, она наклонилась и принялась шарить в иле вокруг головы Унгра-де.

Доказательством оказался огромный каменный топор. Он лежал погребённым рядом с огром, и Караде понадобилось немало времени, чтобы вытащить оружие из грязи. Стерев толстый слой ила, она увидела массивное навершие из сероватого агата, пронизанного прожилками лазурита.

— Это Унгра, без сомнения, — проворчала Карада, поднимая тяжёлый топор. — Пусть несколько человек спустятся и выкопают его.

— Зачем возиться? — спросил Харак, пожав плечами. — Почему бы просто не засыпать яму?

Карада смерила разбойника свирепым взглядом.

— Он был могучим воином. И заслуживает погребального костра, достойного воина.

Не один Харак отнёсся к её словам скептически. Амеро тоже, похоже, собирался что-то возразить, но, увидев усталое, осунувшееся лицо сестры, промолчал.

Карада выбралась из воронки, волоча за собой топор. Никто не торопился выполнять её распоряжение. Она угрюмо оглядела бездействующих пленников.

— Ну так выкапывайте его! — рявкнула предводительница.

Кивнув на Харака и стоявшего рядом мужчину, она добавила:

— Вы двое! Живо вниз! Вытащите тело!

Харак дерзко пожал плечами, подобрал лопату и вслед за товарищем начал спускаться в яму.

Карада тяжело вздохнула.

— Ты совсем измучилась, — сказал Амеро. — Может, сходишь к озеру и умоешься?

Она молча кивнула. Попросила Берамун отнести меч в её шатёр и найти кого-нибудь, кто помог бы доставить туда тяжёлый, перепачканный топор. После этого села на коня и уехала.

Хотя Карада велела позвать помощников, Берамун решила сама отнести топор Унгра-де. Однако не успела протащить его и нескольких шагов, как Амеро подхватил оружие со стороны лезвия. Под тяжестью у него подогнулись колени, но вдвоём они всё же сумели поднять топор и понесли дальше.

Балиф остался у воронки осматривать мёртвых огров. Раньше он никогда не встречал этих существ и теперь с большим интересом изучал их оружие и телосложение.

Амеро и Берамун шли рядом, неся между собой громадный топор Унгра-де. Обычно в это время года трава и цветы поднимались здесь по пояс, но теперь вся равнина была вытоптана несметным множеством людей и лошадей. Вместо привычного запаха зелени в воздухе стоял кисло-сладкий смрад гниения и смерти. Впереди виднелись сотни круглых шатров, покрывавших центральную часть долины. Их стенки были подвязаны, чтобы внутрь проникал прохладный воздух. Во время битвы с Дураниксом Стенн разрушил кочевой лагерь, но кожаные шатры оказалось нетрудно починить и поставить заново.

— Не верится, что всё закончилось, — сказала Берамун, вытирая пот со лба.

Даже на двоих ноша была весьма тяжёлой.

— Сколько же времени прошло?

— С того дня, как ты появилась в долине, до сегодняшнего, — ответил Амеро, — четыре полных оборота белой луны. Сто двенадцать дней.

Он покачал головой.

— И сколько всего пропало зря! Подумать только, сколько жизней оборвалось! Сколько полей осталось незасеянными, сколько скота без присмотра, сколько рабочих дней потеряно в литейной мастерской... И ради чего?

— Чтобы мы могли жить свободными, — ответила Берамун, немного удивившись. — Разве не за это вы сражались?

— Порой я забываю. Под конец мы дрались уже просто ради того, чтобы выжить.

Когда они добрались до крайних шатров кочевого лагеря, необычный груз привлёк внимание раненых воинов. Вскоре вокруг собралась целая толпа хромающих, перебинтованных людей. Они оставались в лагере, пока остальные отправились на поиски детей и стариков, укрывавшихся в восточных предгорьях. По приказу Карады другие отряды прочёсывали возвышенности к югу и востоку, разыскивая детей Яла-тене, которых вывели через тайный туннель, когда казалось, что поселение вот-вот падёт перед Заннианом.

Берамун и Амеро отыскали шатёр Карады. Протиснувшись между полотнищами у входа, они втащили чудовищное оружие внутрь.

Оставив топор у стенки возле входа, Берамун отправилась в глубину шатра на поиски воды, чтобы они могли отмыться. Оружие Унгра-де было не только облеплено грязью, в которой пролежало несколько дней, но и перепачкано кровью после ожесточённого сражения.

Амеро остался у входа. Похоже, большой шатёр служил сестре не только жилищем, но и складом. В глубине почти ничего не было видно, а бродить в темноте, спотыкаясь о бочки, мешки и хрупкие амфоры, ему совсем не хотелось.

Берамун возникла перед ним почти бесшумно, точно призрак. В руках она держала кожаное ведро, судя по всему, довольно тяжёлое.

— Протяни руки.

Амеро послушался, и девушка полила ему на ладони. Когда он смыл грязь, они поменялись местами, чтобы Берамун тоже могла вымыть руки.

Пока она оттирала руки и смывала остатки грязи, Амеро заговорил негромко и серьёзно:

— Берамун, я хочу тебе кое-что сказать.

Девушка быстро подняла голову. Глаза широко раскрылись от тревоги. Амеро покачал головой.

— Нет, не то, о чём ты подумала. С тех пор как ты покинула Яла-тене, многое произошло. Я многое понял. Очень важные вещи. Понял... что моё место рядом с Лиопи.

Берамун улыбнулась, словно солнце выглянуло из-за тёмных туч. Она сжала его руку.

— Это хорошо, — ласково сказала девушка. — Я рада, что ты наконец понял. А я знала с самого начала.

Когда они снова вышли наружу, Амеро спросил:

— Ты останешься с нами в долине или присоединишься к отряду Карады? Знаю, она примет тебя, стоит только попросить.

— Я не могу здесь остаться, — ответила Берамун. — Я странница. Меня зовут другие земли. Я никогда не буду счастлива, если всю оставшуюся жизнь стану видеть одни и те же места и лица.

Амеро вспомнил, как когда-то сам сетовал именно на это, живя в Яла-тене. Но, едва не потеряв всё, он понял, насколько дороги ему эти знакомые лица и родные места.

— А что до отряда Карады... — начала Берамун, но так и не закончила.

Амеро заметил, как её рука невольно потянулась к одному месту высоко на груди.

— Берамун, — сказал он и осторожно отвёл её руку. — Ты спасла всех нас, когда нашла мою сестру. Что бы ни думал Дураникс, ты не орудие Стенна.

Он попрощался с ней. Обратная дорога в Яла-тене оказалась приятной, несмотря на жару. Хотя сердце Амеро теперь навсегда принадлежало другой женщине, он по-прежнему восхищался Берамун. В одном Аркуден не сомневался: кем бы ни оказался её будущий спутник, этому мужчине необычайно повезёт.


* * *


С берега озера Карада видела, как примерно в лиге от неё солнце поблёскивает на бронзовой голове и выгнутой спине Дураникса. Он по-прежнему нёс мрачную стражу над умирающим зелёным драконом. Карада одобряла его поступок и прекрасно понимала, что им двигало. Когда она пришла в долину, то приказала истребить Нефритовых воинов, считая их убийцами своего брата. Мстить за зло, причинённое семье, — долг кровных родственников, сколько бы времени ни потребовала месть. Таков закон природы, столь же неизменный, как темнота ночи и свет дня.

Зайдя по колено в холодную воду, Карада сняла испачканную грязью верхнюю одежду и принялась полоскать её в озере. Затем зачерпнула воду сложенными ладонями и плеснула себе в лицо. Вода по-прежнему имела резкий минеральный привкус. Слизывая капли с губ, Карада вспомнила, как впервые попробовала её много лет назад.

Воспоминания о прошлом навели на мысли о Накрис. Безумная женщина всё ещё сидела на цепи, и по приказу Карады никто не рассказывал ей о случившемся. Сама предводительница пока не решила, что делать с Заннианом, а его судьба была неразрывно связана с участью его полоумной «матери».

— А как же я?

Карада оторвала взгляд от собственного отражения на мелководье. В двух шагах от неё, на усыпанном галькой берегу, стоял Балиф.

— А что с тобой, эльф?

Он сел и вытянул перед собой ноги.

— Ты по-прежнему намерена потребовать у моего повелителя выкуп за меня?

— Разумеется. С чего бы мне передумать?

— Ну, мы ведь сражались на твоей стороне, — заметил он, откидываясь назад и опираясь на руки.

— Ты сам предложил сражаться.

— Верно. Вот я и подумал, что, возможно, этим заслужил свободу.

Карада поднялась и принялась выжимать промокшую одежду из оленьей кожи. Затем вышла из воды, расплёскивая её ногами, и села на каменистом берегу, подставив лицо жаркому солнцу. Его тепло было приятно.

— Ты прав, — наконец сказала она.

Балиф выглядел искренне удивлённым.

— Правда?

— Да. Можешь покинуть Долину Водопадов, когда я сама отсюда уйду. Я провожу твоих людей до Тон-Танджана, чтобы убедиться, что вы покинули равнины. Только больше никогда не возвращайся в мои земли.

Она закрыла глаза и снова повернулась лицом к солнцу. Лёгкий западный ветер поднимал на озере мелкие волны. Они тихо плескались о чёрные и желтовато-коричневые камни берега.

Балиф смотрел на рябь. Когда-то он захватил Караду в плен, а затем отпустил. Тогда ему хотелось показать превосходство над противницей-человеком, доказать, что эльфам известно милосердие. В день освобождения Карада пришла в ярость. Она решила, что Балиф над ней издевается. На самом деле он просто не считал её серьёзной угрозой. Лишившись последователей, она, по его мнению, должна была потерять всякую силу.

Как же далеко он оказался от прохладных залов и сияющих хрустальных шпилей Сильваноста! И всё же Балиф не был избалованным дитём столицы и двора. Он родился под деревьями, откуда виднелась река Тон-Талас. Первые сто лет жизни провёл среди охотников, объединившихся в Союз Дуба. Ко времени Синтал-Элиша, великого совета, на котором Сильваноса Златоокого избрали правителем эльфийского народа, Балиф уже возглавлял эльфов Союза Дуба. Его последователи желали видеть на престоле именно Балифа и располагали достаточной силой, чтобы добиться своего. Интересно, что подумали бы эти варвары... эти люди, узнай они, что он сам мог стать Гласом Звёзд?

В те времена за Балифом стояли две тысячи лесных эльфов. К нему явился предводитель могущественного жреческого братства Бурых Капюшонов и объявил, что тоже поддержит его притязания на звание Гласа Звёзд. Эта встреча оказалась судьбоносной. Главой Бурых Капюшонов был Ведведсика.

Но отказаться от престола Балифа заставил вовсе не недостаток сторонников. В глубине души он понимал, что ему не хватает жёсткости и беспощадности, необходимых правителю. Вести за собой других он мог, если те доверяли ему. Но властвовать над ними? Нет.

Чтобы убедиться в правильности своего решения, Балиф попросил Ведведсику отправить его дух в будущее. Он хотел увидеть, что станет с эльфийским народом, если согласится принять титул Гласа Звёзд. Семь дней Балиф просидел в глубине пещеры, вдыхая дым тлеющих трав. Силой своего искусства Бурые Капюшоны вывели его дух из тела. Ему показали будущее, ожидавшее народ под его властью, и то, что случится, если корону наденет Сильванос. Когда видение закончилось, Балиф ещё целый день оставался в пещере, пытаясь осмыслить увиденное. Выбор, разумеется, стал очевиден. Но примириться с собственной судьбой оказалось нелегко. На Синтал-Элише Балиф поддержал Сильваноса. Никому, даже Ведведсике, он так и не рассказал, что увидел в тенях грядущего.

Незаметно для себя Карада задремала под солнцем. Рядом с Балифом раздавался её громкий храп.

Дикарка, подумал он без неприязни. Из всех людей на свете Карада, пожалуй, лучше других поняла бы его решение. Она знала, каково это — вести за собой людей и жить под бременем проклятия. Однажды судьба настигнет и самого Балифа, превратив его в... нечто иное.

Он слегка встряхнулся, возвращаясь мыслями к настоящему.

— Просыпайся, — сказал он, толкнув предводительницу кочевников. — Так на солнце до волдырей обгоришь.

Карада прикрыла глаза рукой, не открывая их.

— С каких пор врага заботит, обгорю я или нет?

— Мы с тобой не совсем обычные враги. Я и сам не уверен, кто мы друг другу...

Не желая продолжать такой разговор, Карада резко вскочила на ноги.

— Мне некогда здесь бездельничать, — сказала она, подхватывая свисавшие поводья своего коня. — У тебя разве нет дел?

— Есть, — ответил Балиф, щурясь от послеобеденного солнца. — Но меня интересует одна вещь. Что станет с Заннианом?

— С ним разберутся. Уж он-то по-прежнему настоящий враг.


* * *


Поздно ночью Амеро, которому никак не удавалось заснуть, вышел из Яла-тене. Он пошёл вдоль берега к водопаду и по дороге остановился возле развалин своей литейной мастерской. Сколько дней он провёл здесь за работой, пытаясь разгадать тайну бронзы! Хорошие были времена. Интересно, доведётся ли когда-нибудь пережить нечто подобное снова?

Амеро рассеянно пинал разбитые, почерневшие камни, когда над головой послышались мерные взмахи крыльев. Он обернулся на звук и увидел тёмную фигуру Дураникса, опускавшегося на берег. Дракон склонил длинную шею к воде и принялся жадно пить. Амеро побежал вниз по склону, окликая друга.

— Дураникс! Старый друг! Как ты?

Дракон поднял голову, и Амеро резко остановился. Один глаз смотрел на него с мрачной серьёзностью. Второй заплыл после ударов, полученных в сражении со Стенном.

Оглядывая многочисленные раны Дураникса, Амеро тихо спросил:

— Ты поправишься?

— Поправлюсь.

Дураникс отвернулся и направился к утёсу за водопадом, где находилась его пещера. Амеро поспешил следом.

— Стенн умер?

— Да.

— Значит, ты должен радоваться. Или хотя бы чувствовать облегчение.

Дураникс неожиданно остановился и резко повернулся к крохотному по сравнению с ним человеку, шедшему следом.

— Радоваться? — прогрохотал он. — Он снова меня обманул! Четыре с половиной дня! Прожил всего четыре с половиной дня! Моя мать умирала втрое дольше!

— Разве теперь это имеет значение? Стенн больше никому не причинит зла. Ты отомстил за свою семью и спас всех нас.

Некоторое время дракон молча смотрел на Амеро, затем произнёс:

— А теперь я отправляюсь в свою пещеру. Немного посплю, залечу раны, а когда проснусь, мне предстоит кое-что решить.

Амеро нахмурился.

— Что решить?

— Не знаю, стоит ли мне дальше здесь оставаться.

Даже если бы Дураникс воспользовался своим дыханием, внушающим страх, он не смог бы потрясти Амеро сильнее. Аркуден едва не задохнулся от неожиданности и с трудом спросил могучего друга, что тот имеет в виду.

— Я облетел весь мир, — ответил Дураникс, поднимая рогатую голову к звёздам. — Видел места и вещи, которых прежде не видел ни один обитатель этой земли — ни дракон, ни человек. Преследуя Стенна, я не мог останавливаться, чтобы изучать далёкие страны. Но теперь он мёртв, опасность для Яла-тене миновала, а Долина Водопадов больше не кажется мне домом.

Дураникс отвёл пристальный взгляд от неба и посмотрел на поселение за каменной стеной.

— Мой дом осквернён, — без всякого выражения произнёс он. — Один человек был интересен. Гнездо из пяти сотен людей ещё кое-как можно было терпеть. Но теперь... Сотни людей, лошади, эльфы, огры...

Он пошевелил израненными когтями.

— Я отдохну, а потом решу.

Амеро беспомощно смотрел, как Дураникс расправил крылья и взлетел к входу в пещеру. Слова, доводы, которые по сотне раз за день так легко приходили ему на ум, теперь никак не желали складываться ни в голове, ни на языке. Как сможет Яла-тене жить без Дураникса? И как сможет он сам?

Взметнув брызги светящейся пены, бронзовый дракон пронзил грохочущую завесу водопада и исчез в своём убежище.

Глава опубликована: 12.11.2026
Отключить рекламу

Предыдущая главаСледующая глава
Фанфик еще никто не комментировал
Чтобы написать комментарий, войдите

Если вы не зарегистрированы, зарегистрируйтесь

Предыдущая глава  
↓ Содержание ↓
  Следующая глава
Закрыть
Закрыть
Закрыть
↑ Вверх