Дневник «Белорусского Когтевранца» (гет)

[Запись из дневника. 10 января 1999 года. Иллюзии тела и пустые библиотеки]

Операция «Подмена»

Воскресенье. Утро. Гермиона по-прежнему не хотела спать в моей спальне, не говоря уже о более тесных контактах.

Немного раздражало. Но делал для неё вид, что всё хорошо.

После завтрака снова вся наша банда собралась в гостиной. Пора было запускать новый аттракцион: побудь в чужой личине на час, а заодно отвлеки министерских ищеек.

План такой же, как и вчера: Луна и Элис пьют Оборотное зелье, но сегодня вместо Ричи замена — Осси становится мной, а остальные как вчера (Луна — Джинни, Элис — Гермиона). Выходят в Хогсмид, полчаса светят нашими лицами в «Трех мётлах», пьют сливочное пиво и возвращаются. Идеальное алиби для нас и необычное развлечение для друзей.

А мы, искатели приключений, можно сказать, расхитители гробниц — я, Гермиона, Джинни и Ричи, — идем на дело.

В этот раз пришлось делать две ходки в «Гараж»: сначала девочек, а потом Ричи. Сразу предупредил Грейнджер, чтобы не ворчала: внутри нет никакой тряски. Это карманное измерение, а не рюкзак с картошкой. Пока буду бегать по сугробам в виде кота, могут спокойно сидеть на трансфигурированной кровати, пить чай с лимонными дольками и играть в карты. Вдруг у неё клаустрофобия, и тогда вообще не стоит её брать? Получил локтем и вывалился в гостиную.

В гостиной никого. Не понял. Заглянул сначала в свою — дверь открыта, пусто. Направился к Гермионе, решив, что они, наверное, уже ушли.

Дверь приоткрыта. Заглянул и тут же замер на пороге, почувствовав, как сердце забилось быстрее, а щеки залились краской.

Элис. Точнее, уже Гермиона — зелье сработало. Она стояла спиной и переодевалась в школьную форму Грейнджер.

Осси с Луной, видимо, уже вышли в коридор, а она замешкалась.

Морвен как раз сняла лифчик, чтобы натянуть форменную рубашку. У Элис свои, весьма выдающиеся формы — это еще с удовольствием всегда вспоминаю с мая, видел всё в ванной старост, — а у Гермионы хоть и не маленькие, но скромнее, чем у Элис. Стоял и смотрел на обнаженную спину. С одной стороны — это тело любимой девушки. С другой стороны — это Элис, её пластика, её движения. В воздухе тонко пахло лавандой, а не привычной ванилью.

Шевельнулся, чтобы сделать шаг назад, и ударился о косяк. Дерево глухо стукнуло. Элис тут же повернулась. На меня смотрела обнаженная Гермиона, но взгляд у нее был другой.

Завис. Слюни, конечно, не пускал, но мысли путались, и в голове появилась табличка с критической ошибкой.

Увидела меня. Ни капли смущения. Та застенчивая Элис пропала. Изменилась вместе с Оборотным зельем. Хотя так не бывает, но, может, у неё пунктик какой-то на свое тело, а в чужом чувствует себя нормально.

Смотрела на меня, на губах играла улыбка. Я, правда, смотрел чуть ниже. Сделала шаг ко мне и спокойно накинула рубашку, застегнула пуговицы — ткань тихо зашуршала.

— Ну как я тебе? — спросила она. Голос Гермионы. Лицо Гермионы. Но взгляд из-под ресниц — абсолютно, стопроцентно когтевранский, изучающий. Взгляд Элис.

Сглотнул вставший поперек горла ком.

— Отлично. Идеальное сходство. Буквально везде.

Гермиона-Элис подошла вплотную. Тепло чужого-родного тела обдало жаром. Обняла за шею, встала на цыпочки и мягко чмокнула в щеку. От неё пахло лавандой.

— Удачи вам там, — шепнула она голосом моей девушки на ухо и спокойно вышла за дверь, оставив стоять столбом с пульсом под двести.

Женщины. Они меня когда-нибудь в гроб вгонят.

Звезда на скалах

Пришлось пойти умыть лицо ледяной водой. Мне за вредность уже должны молоко бесплатно давать, но что творит Элис? Неужели ей проще общаться, когда она Гермиону изображает? Ничего не понимаю.

Спустился на первый этаж и в глубокой темной нише остановился. Перекид. Влажный хруст костей, обостренное зрение.

Манул снова проскользнул через открытые двери, чуть не сбив кого-то. Пробежал через Запретный лес, утопая лапами в ледяном, колючем снегу. Пересек антитрансгрессионный барьер. Снова стал человеком.

Сегодня у нас новое туристическое путешествие. Впереди были тяжелые каскадные прыжки. Маршрут до острова Скай на северо-западе Шотландии рассчитали с Гермионой еще вечером, сидя в библиотеке и изучая справочник об острове и кельтских руинах.

Рывок. Тошнота. Запах сырой хвои. Рывок. Резкий порыв соленого ветра. Вкус крови на губах.

После третьего прыжка вышел из пространства на скалистом плато. Остров Скай. Погода здесь была просто дрянь. Ледяной штормовой ветер сбивал с ног, неся с собой капли замерзающего океана и запах гниющих водорослей. Черные, мокрые скалы скользили под ботинками.

Достал «Гараж», отстучал пароль. И снова два раза пришлось ходить. Гермиона тут же накинула на нас согревающие чары, воздух вокруг слабо зазвенел и потеплел.

До руин пришлось топать пешком около часа. Местность абсолютно дикая, неприступная. Ветер выл в ущельях, было максимально некомфортно.

Вышли к каменному плато. Пять почерневших от времени базальтовых столбов стояли полукругом, вросшие в скалу.

Не знаю, как тут было во времена кельтов, но сейчас вид так себе.

Мы на месте, но что делать — явно книги здесь нет. Загадка оказалась сложнее, чем просто «постучи палочкой».

Разошлись в разные стороны, каждый осматривал свой столб. На моем, обшарпанном всеми ветрами и временем, сразу ничего не заметил, но потом, стерев перчаткой каменный налёт, увидел что-то типа руны, но понять было трудно.

— Алекс, Гермиона, у меня тут символ какой-то сверху, непонятно, — крикнула Джинни.

— У меня тоже, — ответила Гермиона.

Посмотрели на Ричи, тот кивнул.

Вместе осмотрели пятый столб. Там был точно такой же символ: то ли круг, то ли колесо. Гермиона начала водить палочкой, но ничего не происходило. Её поисковые заклинания не срабатывали, а я вообще ничего не знал про такую область магии.

— И что будем делать? — чуть громче обычного, чтобы перекричать гул ветра, прошептал Ричи.

И тут вспомнил хранилище МАКУСА: там, чтобы добраться до Сердца, пришлось активировать индейские руны.

Достал палочку и пустил луч «Депульсо» в один из столбов, целясь в руну. Когда заклинание попало, столб озарило светом, но вспышка быстро угасла.

Гермиона всё быстро поняла и отправила заклинание в противоположный столб. Он тоже осветился, но быстро погас.

Ричи и Джинни присоединились к общему веселью. Но столбы освещались и гасли.

Снова собрались вместе на минутку мозгового штурма. Гермиона обвела нас взглядом и сказала:

— Скорее всего, чтобы нам попасть в это подземелье, нужно одновременно ударить магическими лучами во все пять столбов. Образовать магическую звезду, если судить по расположению.

— Нас четверо, — констатировала Джинни, вытирая ледяные брызги с лица. — Кого-то не хватает.

— Уизли, ты забыла, с кем дружишь? — усмехнулся, расстёгивая куртку. — У Алекса всегда есть чем удивить девушку.

Вытащил «Довод». Тяжёлый гоблинский металл холодно лёг в руку. Щёлкнул поворотным кольцом несколько раз, выставляя первую линзу — кварц. Парализатор.

Расставил ребят у трёх столбов. Сам встал между четвёртым и пятым. В одной руке волшебная палочка, «дубинка», во второй — «Довод».

Гермиона увидела, что мы все встали, и громко прокричала:

— На счёт три. Раз. Два. Три!

Четыре заклинания сорвались с палочек. А из «Довода» вылетел парализующий луч. Тихий треск, запах раскалённой меди и озона. Пять лучей одновременно ударили в древние столбы.

Они осветились, но теперь свет не спадал. Воздух между столбами пошёл рябью. Затем из тех рун, что мы нашли, образовалась цепочка света, и единый луч ударил в центр. С оглушительным каменным скрежетом, от которого заложило уши, пространство разорвалось, открывая светящуюся воронку портала. Очень похожую на ту, что использовал Гриндевальд. Магический поток света полукругом метра два в высоту и где-то полтора в ширину. Вдвоем можно пройти, но с трудом.

— Мерлинова борода, — ахнула Джинни. — Если бы мне кто-то рассказал, не поверила бы.

Ричи лишь закивал головой.

Гермиона уже водила палочкой и ходила вокруг портального окна. Тоже обошёл. С обратной стороны ничего не было, буквально просто земля и воздух, но если обойти — вот он, портал. Значит, с двух сторон зайти не получится.

— И что будем делать, Алекс? — спросила Гермиона. — Неизвестно, куда нас он забросит.

— Да ладно тебе, Грейнджер, весело же, — сказала Джинни и уже хотела занырнуть в портал, но вовремя успел ухватить её за капюшон и притянуть к себе.

— Джинни, ну блин, что за дела? — рыкнул я. — Куда ты прёшь поперёк батьки в пекло?

Джинни лишь фыркнула, но больше попыток зайти в портал не предпринимала.

— Ладно, слушайте, мы не знаем, как это работает, но мы пришли, и уходить не попробовав было бы глупо, — самым спокойным тоном сказал я. — Иду первым. Знаю, что вы меня одного не отпустите, даже спорить не буду, всё равно сделаете так, как считаете нужным. Поэтому за мной идёт Гермиона, потом Ричи, а замыкает Джинни.

Посмотрел на свою подругу таким взглядом, чтобы прониклась, что злюсь и поэтому она последняя. Джинни лишь сморщила нос, но ничего не сказала.

Остановился перед этой цветной магической энергией, которая на миг становилась то зелёной, то красной, то синей.

Вздохнул. Мысленно перекрестился, поднял палочку и ступил внутрь.

Скелеты в шкафу

Это перемещение не походило на привычную трансгрессию или обычные телепорты. Скрутило, а затем словно раздвинуло, сделав еще одним световым лучом. Но через мгновение уже стоял посреди круга в каком-то помещении. Оно было освещено магическими факелами, стены — каменные. В целом напоминало пещеру, которую обтесали, убрали мусор и пыль. Пахло спертым, древним воздухом.

Закрутил головой. Ага, вот проход, который куда-то ведет. Надеюсь, туда, где лежит этот Гримуар. Тут круг под ногами засветился. Вовремя догадался отпрыгнуть в сторону, и через пару секунд, словно сотканная из света и цветных лучей, материализовалась Гермиона. Начала крутить головой, но, увидев меня, выдохнула. Притянул к себе, обнял. Еще через десять секунд появился невозмутимый Ричи, а затем и Джинни, которая, увидев, где оказались, заулыбалась. Тяжело с ней. Она и в пасти дракона будет тыкать пальцем и говорить: «Ого, а это что?».

Надеюсь, назад мы тоже вернемся. Не уверен, что трансгрессия здесь сработает. Если бы всё так было просто, то не делали бы таких переходов.

Ричи и Гермиона, которые понимали немного кельтскую письменность, сообщили, что мы оказались на верхнем, первом этаже подземного убежища. Которое, скорее всего, уже пару тысяч лет стоит заброшенным. Хотя, если Дамблдор знал про эти места, может, и еще кто-то в них бывал. Здесь пахло вековой пылью, сквозняками и сухими костями.

Тут даже что-то типа схемы было. Ричи прочитал, что нам нужно вниз, в библиотеку, или, как звучало это при дословном переводе, — «место, где книги обретают покой». Так что, может, и не библиотека, а кладбище книг.

Всего этажей было три. Должно быть нетрудно спуститься и найти то, что нужно.

Вышли из комнаты с порталом. Здесь не было комнат — только длинный, полутёмный туннель, который освещался магическими факелами, расположенными метрах в десяти друг от друга. Туннель, вырубленный в скале, с низким сводом, давил на голову. Стены были влажными, покрытыми склизким мхом и древними рунами, смысла которых не понимал. Судя по лицам Грейнджер и Стивенса, они тоже. Пахло сырой породой и затхлостью, словно забрались в чью-то забытую могилу. Вроде бы бояться нечего, но чувствовалась какая-то опасность, словно кто-то наблюдал.

Дошли до конца туннеля. Здесь была арка, а за ней спуск вниз — каменные ступени. Нужно было спуститься ниже, но лестница оказалась необычной: она вела не вниз, а лишь на второй ярус — будто строители специально хотели запутать. Каменные ступени были скользкими, местами выщербленными. Мы спускались вниз, но почему-то поднимались... Магия кельтов работала странно.

Шли осторожно, и через пять минут вышли на второй этаж. Или поднялись, не поймешь.

Гермиона вовремя заметила магический фон — он светился тускло-серым, если присмотреться, — и схватила Ричи за капюшон, когда тот шёл чуть впереди. Провал со скрытой иллюзией. Ричи замер над пустотой, подняв ногу, чтобы туда шагнуть. Подхватил его под руки и притянул к себе, матерясь.

— Спасибо, — прошептал Ричи, бледный как мел. Он и так по жизни не кровь с молоком, а тут и вовсе как пергамент.

А еще и мистиком себя называет.

Аккуратно прижимаясь к стене, прошли дальше. Шёл впереди осторожно, палочка наготове, щупаю каждый шаг магией. Вторая ловушка сработала, когда Джинни шагнула на плиту. Раздался сухой щелчок — и из стен с шипением вылетели стальные дротики. Едва успел выставить щит. Три или четыре дротика застряли в магической преграде, остальные с лязгом упали на камень. Испуганная Джинни прижалась ко мне всем телом. Гермиона и Ричи тоже выставили щиты.

Постояли, вроде бы всё тихо. Джинни, пока Гермиона отвернулась, чмокнула меня в щеку и отстранилась.

— Ребята, не наступайте на плиты с рунами, — буркнул, обводя опасное место.

Гермиона уже нашла обходной путь: снова прижались к стене и, скользя по узкому карнизу, обогнули зону поражения. Дышали через раз. А Ричи, кажется, вообще не дышал.

На стенах попадались указатели на кельтском. Стивенс, прищурившись, водил пальцем по шершавым, покрытым мхом рунам.

— Тут написано... «Хранилище знаний»... Нам в левый коридор, — прошептал он.

Не успели свернуть, как из ниш с мерзким костяным клацаньем вышли ожившие скелеты. На ком-то были надеты ржавые доспехи, кто-то был просто похож на скелет из кабинета биологии. Вооружены разным колюще-режущим: мечи, копья и топоры. Никогда не слышал о таком. Джинни и Гермиона разнесли их Бомбардами за десять секунд. Костяная шрапнель с хрустом осыпалась на пол. Гермиона объяснила, что это тёмная магия, скорее всего — слуги какого-то тёмного лорда, что дали ему клятву и даже после смерти не знают покоя. В конце этого коридора снова лестница.

Спустились на третий этаж. Огромные, сводчатые залы. Каменные стеллажи, уходящие в темноту.

Библиотека.

Здесь тоже были факелы, но света не хватало, чтобы осветить всё помещение, а сами стеллажи терялись во мраке.

Подняли палочки, освещая Люмосами пространство. Но когда подошли ближе, все надежды разбились о суровую правду жизни.

Стеллажи были пусты. Ни единой книги. Ни одного свитка. Искали целый час, простукивая стены на предмет тайников.

Ни-че-го. Место было давно разграблено или перевезено в другой схрон. Всё зря.

Первый промах. Сплюнул с досады. Эхо гулко разнеслось по пустым залам. Пошли наверх. Так же аккуратно преодолевая ловушки и препятствия, о которых уже знали.

Пришли в комнату с порталом. В этот раз первым поставили Ричи. Стивенс стал в круг. Стоял секунду, десять, минуту — тишина.

Начал немного волноваться. Хорошо, что со мной есть Гермиона. Она еще раз осмотрела помещение и нашла похожие руны, что были на столбах на острове. Эти руны были почти в самом низу, и их тоже было пять. Снова использовали заклинания. Комната пошла цветными огнями, и через секунд десять посередине круга открылась уже знакомая воронка портала.

Первым пошёл Ричи. Я замыкал. Напоследок оглянулся, поёжился, представив, что было бы, если бы застряли здесь, и шагнул в портал.

Как только вышли из руин на ледяной ветер острова Скай, портал за спиной с чавкающим звуком захлопнулся. На острове даже как-то дышалось легче, и ничего не давило на голову.

Дом призраков

Посмотрел на часы. 18:33.

— Время еще есть, — сказал, поворачиваясь к команде. — Ричи, тот адрес из записки. Дом, о котором говорил. Покажешь нам?

Ричи нервно сглотнул. Кадык дёрнулся на худой шее. Но он уверенно кивнул.

— Деревня называется Инверлох, — тихо сказал он. — Скрытое магическое поселение в горах. Я там с бабушкой бывал, координаты помню.

— Уверен? — спросил, глядя ему в глаза.

— Не уверен, — честно ответил Ричи. — Но надо. Би оставила эту зацепку для меня. Я должен, да и вы без меня не найдете.

— Держись за мной, — протянул ему руку. — Передай образ.

Он взял за руку. Пальцы были ледяными и чуть дрожали. Через секунду в голове вспыхнула картинка: заснеженная улочка, старый каменный дом, заколоченные окна.

— Принял, — кивнул. — Девочки, держите меня за руку.

Ричи с правой стороны, а Гермиона и Джинни с левой взяли меня за руки. Закрыл на мгновенье глаза.

Три. Два. Один. Прыжок.

Секунда — и вывалились на узкую, занесенную снегом улочку. Пахло торфяным дымом и морозной свежестью. Деревня казалась вымершей. Людей не видно, света в окнах домов тоже. Подошли к двухэтажному, потемневшему от времени каменному дому. Окна забиты, сад похож скорее на кусок леса. Дом родителей Ричи.

Двигались с предельной осторожностью. Поднялись на крыльцо. Повернулся к Ричи.

— Ключа же у тебя нет?

— Нет.

— Так и думал. Ты же не против, если открою замок?

Ричи мотнул головой.

Джинни и Гермиона держались позади, немного нервно озираясь. Деревня не казалась дружелюбным местом.

Взмахнул палочкой, открывая замок. Нажал на ручку и толкнул дверь — та тяжело, со скрипом поддалась. Внутри всё было покрыто толстым слоем пыли, пахло затхлостью и нафталином. Дом ощущался мёртвым.

Сделал шаг, освещая путь Люмосом. Сейчас было видно, что в доме кто-то был — на полу виднелись чьи-то следы. Судя по размеру, или девушка, или ребенок. За мной шёл Ричи. Но внезапно он захрипел. Быстро развернулся.

У него был безумный взгляд, он схватился за голову и начал оседать на колени, а затем и вовсе завалился на бок.

Стивенс покатился по пыльному полу, судорожно глотая воздух.

Бросились к нему. Джинни оказалась первой и схватила его за плечи, Гермиона быстро подошла и достала из сумочки флакон, судя по надписи — успокаивающее зелье. Присел на колено и с усилием прижал Ричи к полу. Его колотило, глаза закатились. Не знаю, что с ним. Может, увидел историю этого дома. Плевать. Не до этого. Зажал ему челюсть. А Гермиона по чуть-чуть влила ему в рот зелье. Вначале бился, а затем затих.

Пришел в себя минут через десять-пятнадцать. Сидел, прислонившись к стене, бледный как мел, и молчал. Говорить о том, что видел, наотрез отказался. Лишь сказал, что этот дом хранит энергетику и память о его родителях, и всю их боль.

Попросил Джинни за ним приглядеть, а сам с Гермионой пошёл проверять дом. Она пошла в спальню, я — в гостиную. Через минуту вернулась, сказала: ничего нет. У меня тоже пусто, всё в пыли. Пошли на кухню.

На кухне, на пыльном дубовом столе, лежал сложенный вдвое кусок пергамента. Подошел. Взял в руки. На сгибе была подпись: «Для Ричи». Читать чужие письма не очень хорошо, особенно когда сам адресат недалеко. Вернулись к выходу.

Протянул пергамент другу, который выглядел чуть получше.

Ричи развернул. Пергамент сухо зашуршал.

— Почерк Би, — сказал он и показал нам.

Почерк был мелкий, дерганый. Как и сама Беатрис. Подсветили палочками, и Ричи начал читать:

«Простите меня. Особенно ты, Ричи. Знаю, вы мне не поверите, но я поняла. Гриндевальд — это абсолютное зло. Он обманул меня и обманывает Кассандру. Я не могу выбраться от него, не ищите меня сейчас, это смертельно опасно. Но я помогу. Я знаю, что он ищет, и дам вам знать. Верьте мне. Би.»

Джинни, прослушав текст записки, зло фыркнула:

— Очередная ловушка. Если она может класть записки в домах, почему не сбежала? Бред.

Гермиона нахмурилась, анализируя текст.

— Не сходится. Она явно не привязана физически, но... возможно, на ней Непреложный Обет? Или угроза заложников? Это слишком рискованно — верить ей, — проговорила она, машинально трогая ладонью свою шею.

Ричи поднялся, опираясь о косяк двери, смотрел на пергамент.

— Она говорит правду, — тихо, но твердо произнес он. — Я знаю это. Поверьте мне.

Похлопал Стивенса по плечу. Тот сложил записку и положил в карман.

Ладно, что уж тут. Всё равно это лишь слова, ничего она толком не сказала. Думать будем дома. Время вышло. Пора возвращаться в замок.

Неприкосновенность сна

Перед тем как прыгать, снова отвёл друзей в «Гараж». Когда вернулся во второй раз, осмотрел дом. Да, а ведь всё могло пойти по-другому, останься родители Ричи живыми. Вышел на улицу. Было очень темно. Взмахнул палочкой, запирая двери. Вздохнул. Прыжок.

И вот стою в Запретном лесу. Перекид. Серая тень бежит к замку. Встретились с остальными в Башне, они уже порядком были на нервах — мы очень сильно задержались.

Осси и Луна доложили: слежка продолжается. Опять этот тип в глухой маске шел за ними от «Трех метел» до самых ворот школы. Постоял, посмотрел и растворился во мраке. Да, не очень приятно. Неизвестно, сколько их и что они могут.

Достал жестянку и вывел по очереди друзей. Джинни весело выдохнула, сказала, что в «Гараже» хорошо, а в Хогвартсе лучше.

Рассказали им про пустую библиотеку и записку Би. Луна снова сказала, что в Би нет тьмы. Элис пожала плечами — когтевранский прагматизм. Осси поправил очки и выдал:

— С точки зрения рисков, босс, мы уже один раз погорели на доверии.

Решили: пока Би не выйдет на связь и не расскажет то, что хотела, не будем гадать, плохая она или хорошая.

Активных действий не предпринимаем. Ждем. На следующей неделе — вторая точка Дамблдора. В этот раз двойником пойдет Ричи, а Осси, если захочет, отправится с нами на поиски гримуара.

Команда разошлась спать. Только Элис перед уходом внимательно смотрела на меня. Старался не встречаться с ней взглядом. Конечно, по-хорошему надо было рассказать Гермионе о том, как вела себя Элис. Но было немного страшно.

Решил, что ничего ведь страшного нет. Наверное. Ну, если Элис перейдет границы, тогда точно всё Гермионе расскажу.

Остались с Гермионой вдвоем на диване. В камине едва тлели угли, отдавая последним мягким теплом. Она положила голову мне на колени, закрыла глаза, а через минуту понял, что спит.

Сидел, гладил её по пахнущим ванилью волосам. Поднялся, аккуратно опустив её голову на диван. Поднял на руки и понёс в спальню. Положил аккуратно на кровать. Хотел снять форму, уложить нормально. Но остановился. Рука замерла над пуговицами рубашки.

Гермиона просила паузу. Если раздену её сонную, а завтра проснется, то подумает, что нарушил границы. Что она не в безопасности рядом со мной. Доверие сейчас важнее, чем её комфортный сон.

Наклонился и поцеловал в лоб. Она тихо вздохнула во сне. Накрыл второй половиной одеяла, а сверху еще плед положил. Вышел, тихо закрыв за собой дверь. Замок едва слышно щелкнул.

Сидя у себя в комнате на кровати, думал: да, первый блин комом, но, значит, на шаг стали всё равно ближе. Ладно, выходные закончились. Завтра снова начнутся уроки, патрули. Пора спать.