Свой выбор - 3 (джен)

Глядя на широкую улыбку преподавателя ЗОТИ, представшего перед ним в половине пятого утра, Северус Снейп окончательно убедился, что ненавидит субботы, Дамблдора и жизнерадостных идиотов. И еще больше моменты, когда все это соединяется.

— Ч-что вам нужно, проф-фессор Локх-харт? — хмуро прошипел зельевар и скривился, видя, что для раннего утра, почти ночи, преподаватель Защиты раздражающе свеж и ухожен. Тот сверкал улыбкой и блестками на бледно-голубом атласном халате и длинноносых тапочках.

— Ах, дорогой мой профессор Снейп, — почти пропел Гилдерой, — как хорошо, что вы уже не спите…

Декан Слизерина едва воздухом не подавился, услышав это. Он чуть прикрыл глаза и начал считать до десяти, едва слушая дальнейшую речь Локхарта.

— Вопрос жизни и смерти! Вы должны мне помочь. Сегодня у меня первое дежурство в Хогсмиде, нужно выглядеть превосходно. Но мои волосы! Вы видите это?

Златокудрый красавец наклонился, чтобы зельевар смог получше рассмотреть его макушку в свете факелов.

— Это катастрофа!

Снейп скривился, вздохнул и нехотя взглянул на волосы стоявшего перед ним великого героя и путешественника. «Катастрофа» оказалась небольшой круглой проплешиной в шикарной шевелюре.

— И как я должен вам помочь? — спросил Северус.

— Вы ведь мастер зелий! — возмущенно воскликнул Локхарт. — Наверняка знаете какой-нибудь подходящий рецепт.

— Нет, не знаю, — мгновенно ответил Снейп. — Чужие шевелюры — не моя специализация. Вам надо в аптеку или в книжный за каким-нибудь справочником, вроде «Сто и один совет по прическам и уходу за волосами от мадам Локонс».

Гилдерой чуть увял улыбкой и огорченно произнес:

— А как же ваша профессиональная гордость и товарищество внутри преподавательского коллектива?

Снейп не ответил, лишь взглядом показал, что думает по этому поводу, но Локхарт оказался не прошибаем. Он смотрел на Северуса полными мольбы голубыми глазами.

— Ладно, — вздохнул и ответил зельевар, — сейчас.

Пришлось пустить настырного гостя в гостиную, где тот тут же по-хозяйски устроился в одном из кресел. Скривившись от вида вновь заулыбавшегося Локхарта, Снейп ушел в небольшую личную кладовую, где хранил запас готовых зелий на случай, если те понадобятся срочно и не будет времени идти в большую кладовую возле ученических классов или в Больничное крыло.

— Вот, — сказал он, вернувшись обратно с небольшим пузырьком, по горлышко наполненным чем-то прозрачным и бледно-золотистым. — Должно помочь.

Гилдерой с вожделением уставился на фиал и встал, чтобы побыстрее заполучить его себе.

— Точно поможет? — радостно спросил он.

Снейп еще раз оглядел плешь преподавателя ЗОТИ, хмыкнул, заметив, что та размером точно с серебряный сикль и слишком аккуратная для естественного выпадения волос, и подтвердил:

— Да. Просто смазывайте. И кожу головы вокруг тоже.

— О, превосходно! — восхитился Локхарт, рассматривая содержимое флакона на просвет. — А что это?

— Репейное масло, — ответил Снейп, после чего открыл дверь, недвусмысленно намекая коллеге выметаться.

— О! — воскликнул Гилдерой. — Я что-то слышал об этом.

— Вам пора, профессор Локхарт, — напомнил зельевар. — Стоит начать лечение уже сейчас.

— О да, да, — покивал златокудрый маг, выходя в коридор. — А как скоро подействует?

— Скоро, — заверил Снейп. — Мажьте почаще и не смывайте.

— Н.. не смывать? — дрогнувшим голосом переспросил Локхарт. — Вообще?

— Именно, иначе не подействует, — вежливо улыбнувшись, сказал Северус и захлопнул дверь.

Все еще хотелось спать, но по опыту декан Слизерина знал, что неприятности не приходят в его жизнь по одной. Поправив ворот темно-зеленого стеганого халата, мужчина отправился в личную лабораторию, чтобы проверить хранившиеся там основы под зелья.

Предчувствие не обмануло Снейпа. К моменту, когда он завершил осмотр, сигнальные чары на его входной двери завибрировали, давая знать, что кто-то еще не прочь увидеться с профессором Зельеварения на рассвете. Скривившись, Северус вызвал эльфа, заказал кофе и отправился встречать незваного гостя.

— Недоброе утро, Альбус, — произнес он, открыв дверь и увидев в коридоре директора, — что-то случилось?

— Вовсе нет, — улыбнулся Дамблдор. — Ты же знаешь старика, у меня беспокойный сон. А в последние дни меня очень беспокоит Фоукс…

— Все ли в порядке с вашим фениксом? — уточнил Снейп и отступил в сторону, позволяя директору пройти в гостиную.

— О, ничего особенного! — заверил Альбус. — Его дни на исходе, вот и все. Но он едва ли спит сейчас. А вместе с ним и я.

Директор на самом деле выглядел уставшим и немного осунувшимся, но почему-то Северусу показалось, что дело не только в беспокойстве за верного пернатого друга.

— Решил, знаешь ли, пройтись по пустым коридорам сегодня. И встретил Гилдероя, — продолжал меж тем старик. — От него и узнал, что ты уже не спишь.

Снейп мысленно застонал, но вслух сказал:

— Присаживайтесь. Будете кофе?

— О нет, мой мальчик, я бы предпочел чай!

Северус скривился, но заказал явившемуся с подносом эльфу еще и чай для директора. Домовик, зная пристрастия старика, вернулся не только с большим чайником душистого напитка, но и целым подносом всевозможных сладостей.

— О, прекрасно, — заулыбался Альбус, оглядывая крохотные пирожные, булочки, засахаренные кусочки фруктов, ягоды и орехи. — Прекрасно.

Себе зельевар плеснул хорошую порцию крепкого кофе без сахара.

— Как студенты в этом году, Северус? — предложил тему для беседы Дамблдор, звонко постукивая ложечкой по стенкам чашки с чаем. Отвратительное дребезжание окончательно рассеяло надежду зельевара на хоть какое-то подобие отдыха.

— Как и во все предыдущие, — ответил Снейп и глотнул кофе, чтобы скрыть подергивание уголка рта. — Кучка идиотов.

— О, не будь так жесток к юному поколению, — попросил Альбус, но оба знали, что Северус не прислушается, а директор не будет сильно настаивать. — Уверен, среди них есть отличные ребята, которым нравится твой предмет.

Такие на самом деле были. Профессор отметил нескольких студентов, в головах которых хоть немного задерживались знания. Та же Джинни Уизли была весьма неплоха в самом начале учебы, но быстро разочаровала Снейпа. Девочка или отсутствовала на занятиях по состоянию здоровья, или присутствовала чисто номинально — была рассеяна и ленива. Даже неуклюжий Лонгботтом или взрывоопасный Финниган на ее фоне казались неплохими зельеварами!

— Зельеварение не должно только лишь нравиться, — произнес Северус жестко. — У студента должна быть склонность. Ну или хотя бы масса трудолюбия.

— О, конечно же, тебе лучше знать, мой мальчик, — заверил Дамблдор. — Ты ведь у нас мастер зелий.

Снейп скривился, услышав это. Слова директора казались издевкой, ведь он не раз и не два отказывал Северусу в вопросах, в которых зельевар был гораздо компетентнее старика. Для Альбуса было обычным делом превознести чужие навыки в один момент и напомнить о собственных умениях и опыте — в другой.

— О, не принижайте себя, директор, — не попался на удочку декан Слизерина. — Вы ведь тоже неплохо разбираетесь в варке зелий. Вас учил сам Фламель.

— Ничего такого, ничего такого, — отмахнулся Альбус, изображая скромность. — Я лишь немного ассистировал Николасу в его изысканиях. Мой опыт ничтожен.

Снейп мысленно фыркнул: «Ничтожен? Что же ты никогда не забываешь упомянуть этот ничтожный опыт и приписываешь себе все двенадцать способов использования драконьей крови, когда исследования велись задолго до рождения даже самого Фламеля?»

— Как успехи юного мистера Малфоя? — спросил Альбус. — Тренировки не мешают его учебе?

— Отнюдь, — заверил зельевар, — Драко стал заниматься усерднее.

— Это хорошо, — покивал директор. — А как общее настроение на факультете? Что дети думают о случившемся?

— Мои студенты знают, что Тайная комната — не миф, — осторожно ответил Снейп. — Но вот остальные слухи они считают лишь выдумкой.

Сам же маг вспомнил о том, как всего пару дней назад застал собственного крестника в компании Поттера и Лавгуд в туалете на втором этаже. Устроившись на подоконнике плечо к плечу, эта троица слушала рассказ Плаксы Миртл. Зельевар хотел было отчитать мальчишек за то, что те вошли в женский туалет, но подавился началом фразы, хорошенько рассмотрев внешний вид светловолосой рейвенкловки. Мисс Лавгуд была в потертом джинсовом комбинезоне, толстом свитере в полоску сотни цветов и красно-белых кедах. Но одежда девочки меркла на фоне огромной пушистой шапки-ушанки из белого меха и очков в форме двух ладоней — розово-фиолетовых, украшенных звездочками — с переливающимися радужными линзами.

— В самом деле? — уточнил директор.

— Да, слизеринцы мыслят рационально, директор, — ответил зельевар, отвлекшись от воспоминания. — Многие уверены, что нет никакого Ужаса или Чудовища. Все это выдумки. Просто кто-то решил запугать других студентов.

— И что же, они не боятся? — удивился Альбус.

Северус мотнул головой, не уточняя, что слизеринцы если и боялись, то привычно скрывали истинные чувства. Даже Драко, после пережитого ужаса в Запретном лесу в прошлом году, лишь хорохорился.

— Это хорошо, — кивнул Дамблдор. — Надеюсь, прогулка в Хогсмид сегодня поднимет настроение студентам. Ты уж проследи за молодежью, Северус.

— Сегодня не моя очередь, директор, — сообщил Снейп. — За порядком в деревне будут наблюдать Локхарт, Синистра и ваш заместитель.

— Да? — удивленно произнес Альбус. — Я в них не сомневаюсь, конечно, но ты бы не мог тоже поучаствовать?

Зельевар поставил чашку на столик, неторопливо долил кофе и ответил:

— Не в этот раз, директор.

— Почему, мой мальчик?

— У меня выходной, — ответил Снейп. — Согласованный с Минервой.

Дамблдор поморщился. Северус ждал, что директор предпримет дальше. Старик редко отказывался от собственных идей. Он явно получал удовольствие, нарушая чужие планы, принуждая окружающих следовать своим решениям.

— Что же, хорошего тебе выходного, — кисло улыбнувшись, сказал Альбус, немало удивив молодого мага.

«Что это с ним? Неужели Помона была права, и директор в последнее время старается не вступать в спор с МакГонагалл из-за принятых той решений?» — подумал зельевар, внешне сохраняя непроницаемое лицо.

— Чем планируешь заняться? — спросил Дамблдор.

— У меня много незавершенных дел, — уклончиво ответил Снейп и глотнул кофе. — Надо много с чем разобраться.

— Собираешься в Лондон? — предположил Альбус.

Зельевар не удивился вопросу. Он часто использовал выходные, чтобы выбраться в аптеки столицы или на несколько больших рынков по всей стране.

— Может быть, — пожал плечами Северус. — Я не проверял запасы трав в последнее время. Для основных лекарственных зелий все есть, но стоило бы, конечно, приготовить немного из списка редких. Нужда в чем-то подобном всегда возникает внезапно. Кажется, Поппи упоминала, что у нее закончилось зелье для облегчения менструальных болей.

Альбус поморщился и быстро покивал:

— Конечно-конечно, не забудь сварить все необходимое.

Снейп мысленно ухмыльнулся. Директор никогда не любил обсуждать столь «интимные», как он это называл, темы. Прежде что-то будто давило на Северуса, он предпочитал помалкивать и почти не использовал против своего патрона запрещенные приемы. Разрезанные нити Обетов оборвали, кажется, даже те ограничения, которые зельевар установил себе сам.

— Ну что же… — явно не желая продолжать и довести разговор до обсуждения денег, засобирался Дамблдор. — Не буду тебе мешать, мой мальчик. Да и у меня много дел.

— Конечно, — согласился Снейп.

— Это вы, преподаватели, можете позволить себе выходной, а мне некогда отдыхать, — очень по-стариковски ворча, Альбус поднялся и направился к выходу. — Хорошего дня, Северус.

— Да, конечно, — согласился зельевар, поднявшись, чтобы проводить директора и убедиться, что дверь за ним плотно закроется.

«Дел у него полно, — мысленно фыркнул мужчина. — Пусть попробует сказать это при Минерве».

В последнее время и сам Северус, и его коллеги по маленькому клубу прониклись симпатией к заместительнице директора. Минерва все еще была суха, довольно неприступна и предвзята, но делала явные шаги для пересмотра своих взглядов. Остальные деканы не могли не уважать ее за попытки отделиться от фигуры Альбуса и действовать самостоятельно.

— А дел на самом деле много, — с недовольством произнес Снейп, возвращаясь в кресло. — И в Лондон на самом деле нужно.

Вытащив палочку и взмахнув ею, декан Слизерина призвал из спальни распечатанный неприметный конверт с письмом-приглашением, которое мужчина получил некоторое время назад. Сначала Северус очень удивился, узнав, что письмо из банка, ведь у него не было никаких проблем с открытой там ячейкой.

В Гринготтсе Снейп хранил в основном не деньги, а ценные вещи, вроде редких книг и зелий. Денежные накопления, не такие уж и огромные, держал при себе, тем более что жалованье выдавалось напрямую в школе, а не поступало на счет в банке.

Но прочитав письмо, волшебник понял, что приглашение касается не его личных дел, а завещания Лили и Джеймса Поттеров. Это было довольно внезапно, а младший Поттер на расспросы отвечать отказался, предложив просто заглянуть в банк и узнать все лично.

В банке Снейпа ожидали в полдень, а до этого он намеревался совершить серию аппараций по северу Англии и Шотландии. Как раз сейчас на травяных развалах должен был появиться свежий Черный и Царский морозник, цветение которого приходится на сентябрь-октябрь.

Воодушевленный планом, Северус скинул с плеч усталость и дурные мысли и направился переодеваться в дорожный костюм.