Гарри Поттер и Наследие скальдов (джен)

С последними словами Гарри ступил через призрачный огонь.

За завесой огня открылся круглый зал со сводчатым потолком. Пол постепенно понижался пологим амфитеатром, а в центре зала стояло зеркало Йиналеж. Перед зеркалом стоял Эльфиас Дож, а неподалёку лежала Гермиона, связанная и с кляпом во рту.

— Так-так-так! — произнёс мужчина голосом, который должен был изображать нечто угрожающее, но Гарри напомнил злодеев из дешёвых фильмов. — А вот и наш Избранный. Подойди сюда!

Гарри спустился по «ступеням» и встал так, чтобы Гермиона оказалась за Дожем.

— Видишь, каким я стал, Гарри Поттер! Мне приходится захватывать тела идиотов, чтобы сделать всё самому! Подойди ближе!

— А ты кто вообще такой? — спросил его Гарри, не двигаясь с места.

Мужчина рассмеялся. Его смех должен был казаться жутким, но для Гарри это был смех второсортного актёра в третьесортной постановке.

— Гарри Поттер, внемли же мне! Я — великий лорд Волдеморт! — на последнем слове Дожа явно передёрнуло.

— Волдеморт, ага! А я тогда Папа Римский. Почему же ты, Волдеморт, вздрагиваешь от своего собственного имени? А, Волдеморт?! — при каждом упоминании имени Волди изображавший его мужчина вздрагивал.

— Замолчи! Я докажу тебе! Круцио! — последнее слово Дож произнёс, направив палочку на девочку, которая выгнулась дугой, а глаза её чуть не вылезли из орбит.

Гарри уже делал шаг, как мимо него пролетел луч какого-то заклятия, и фальшивый Волдеморт упал. На плечо мальчика спланировал ворон. Гарри бросился к Гермионе, сходу пытаясь отменить наложенное на неё Инкарцеро. Ничего не получалось, но тут он услышал «Фините», и верёвки и кляп с девочки исчезли. Она сжалась в комок, всю её трясло, а из прокушенной губы стекала струйка крови. Гарри упал на колени рядом с ней и попытался её обнять.

— Г-гарри! Ты пришёл! — всхлипывая, кое-как произнесла Гермиона, стуча зубами.

— Мистер Поттер, вот, дайте ей выпить, — услышал мальчик и автоматически взял протянутый ему флакон.

Он помог Гермионе выпить зелье, после чего повернулся к стоявшему рядом человеку в одежде невыразимца.

— Мистер Доу?

Тот кивнул.

— Извините, что так поздно. Передвигаться по дромосам⁽¹⁾, держась за хвост ворона, не так уж и просто. Это не аппарация и не порт-ключ.

Тут только Гарри заметил, что Сюнгвари, который слетел с его плеча, когда он кинулся к Гермионе, сидит на полу, нахохлившись, скорее даже лежит. Его графитовое обычно оперение⁽²⁾ сейчас по цвету больше напоминало серый камень. Мысленно мальчик обратился к ворону, всё ли с тем в порядке. В ответ получил уверения, что усталость скоро пройдёт.

— Мистер Доу, надо убираться отсюда и быстро обращаться в ДМП. Директор наблюдает за нами через шар. Мы сможем уйти отсюда и забрать этого?

Мальчик указал на лежащего Дожа.

— Не беспокойтесь, пока я следовал за вашим вороном, в кабинет директора отправилась сама Амелия Боунс, а с ней Скримджер. В засаде Робардс с десятком авроров.

— Вы думаете, он позволит им вот так просто зайти?

— Амелии он не сможет отказать и откроет камин.

— А феникс? Хоп — и ищи-свищи ветра в поле!

— С ними мистер Смит. Он блокирует феникса. К тому же, формально мы вызываем его на беседу по поводу бывшего профессора Квиррелла.

— Тогда давайте выбираться, там ещё близнецы. Как бы яд не выпили, не верю я что-то в их способность решить загадку.

— Какую загадку? Впрочем, не отвечайте. Об этом можно и потом поговорить.

Взмахом палочки невыразимец отменил бушующее призрачное пламя, а затем заклинанием спеленал и поднял Лжеволдеморта, направившись к выходу. Близнецы стояли сразу за исчезнувшим пламенем, один из них держал в руке лист с загадкой. Гарри с трудом помог Гермионе подняться, потом сунул ей в руки Сюнгвари и повёл девочку, нежно поддерживая за плечи. Ворон послал ему мысль, что мог бы и своими крыльями, но согласен, чтобы его несли.

— Соберись, пожалуйста. Скоро этот кошмар закончится, — уговаривал Гарри Гермиону, пытаясь передать ей уверенность, которую сам не ощущал.

Ребята, предводительствуемые мистером Доу, благополучно выбрались из подземелья на третий этаж, обратно в Запретный коридор. Разумеется, Гарри опять пришлось играть на чудом уцелевшей гиталеле, чтобы усыпить цербера, так как арфа уже умолкла. На входе в запретный коридор их встретила возмущённая МакГонагалл.

— Мистер Поттер! Потрудитесь объяснить, что вы с мисс Грейнджер делали в Запретном коридоре! Мистер Уизли и мистер Уизли, вас это тоже касается!

Тут она увидела вышедшего из темноты невыразимца, за которым, как шарик на верёвочке, тянулся спелёнутый Эльфиас Дож.

— Кто это? Что вы… Эльфиас?

— Ваш Эльфиас, мэм, только что откруциатил мою подругу, — сквозь зубы прошипел Гарри. — А перед этим уволок её в этот ваш мордредов Запретный коридор и вниз, что бы там ваш драгоценный директор ни хранил!

— Вы преувеличиваете, мистер Поттер!

— Мэм, он говорит правду, — просто произнёс мистер Доу.

— А как вы тут оказались? — всё ещё с возмущением спросила МакГонагалл у невыразимца.

— Меня привела эта замечательная птица, сказав, что её хозяину нужна помощь.

Тут Сюнгвари подал голос, хрипло прокаркав: «На помощь, на помощь!» Гарри и близнецы против воли улыбнулись.

— Мисс Грейнджер нужна врачебная помощь, извольте сопроводить её в Мунго.

— Зачем? Мадам Помфри прекрасно ей поможет, — возразила декан Гриффиндора.

— А у мадам Помфри есть лицензия целителя? Она умеет справляться с последствиями Круциатуса? — сарказм в голосе невыразимца мог не заметить только глухой. — Насколько я знаю, она всего лишь медиведьма.

Всё это время процессия продвигалась к выходу из замка. Встречные студенты с удивлением косились на них и тут же начинали шушукаться.

— Директор в замке? — спросил мистер Доу.

— Нет, его вызвали в Министерство. Уходя, он сказал, что сработали чары оповещения в Запретном коридоре и попросил меня разобраться… И директор сказал никого не выпускать из замка, пока он не вернётся!

— Попробуйте нас остановить! — воскликнул Гарри, задвигая Гермиону за спину.

Почувствовав настроение мальчика, ворон взлетел с рук Гермионы, пару раз ударил лапами и крыльями по лицу декана, оставив когтями пару царапин, и отлетел на ближайший доспех. Проморгавшись, МакГонагалл увидела наставленные на неё четыре палочки. Палочки близнецов, самого Гарри и стоявшей за его плечом Гермионы, рука которой всё ещё подрагивала, смотрели ей прямо в лицо.

— Давайте все успокоимся, — умиротворяющим голосом сказал мистер Доу. — Мадам МакГонагалл, дети отправятся со мной, я думаю, им всем понадобится помощь целителей. Пленника я тоже забираю.

— Но вы же не ДМП! — возмутилась заместитель директора.

— ДМП, я думаю, уже ждёт нас на улице.

И действительно, у ворот Хогвартса их встретили двое в аврорских мантиях.

— Мистер Робардс попросил встретить вас, — сказал один из них.

МакГонагалл не оставалось ничего другого, кроме как отступить.

* * *

Как только МакГонагалл отвернулась и все вышли за ворота, Гарри активировал тот самый экстренный порт-ключ, перенесясь с Гермионой в кабинет Сметвика. Целитель был на месте. При слове «Круциатус» он тут же развёл бурную деятельность, уложил Гермиону на кушетку, дал ей выпить какоё-то зелье и начал накладывать диагностические заклинания.

— Вы знаете, сколько времени её держали под Круциатусом? — спросил Сметвик.

— Пару секунд, но это на пару секунд больше, чем допустимо, — ответил Гарри.

— Вы правы, лучше и не скажешь. Кто?

— Эльфиас Дож. Его оприходовал мистер Доу.

— Понятно, что ничего непонятно. Ладно, не буду вас задерживать. Вот, возьмите ещё порцию зелья, пусть выпьет на ночь. Если судороги будут повторяться, приходите снова.

— Спасибо, целитель! — искренне поблагодарил его Гарри. — И простите, что снова ввалились к вам в кабинет, не предупредив.

— Пустое! — махнул рукой Сметвик.

— Я могу вызвать сюда домовика?

— Ну, если хотите официально зарегистрировать свой визит, то лучше спуститься в регистратуру, — усмехнулся целитель.

Гарри присел рядом с Гермионой и обнял её за плечи.

— Хорошая моя, ты как? Сможешь спуститься?

— А куда я денусь? — несмело улыбнулась девочка. — Мы же должны всё сделать официально, чтобы наказать того, кто это сделал? Кстати, а откуда ты знаешь, кто это был?

— Так МакКошка же его узнала! — отговорился Гарри, не желавший рассказывать о Карте при Сметвике. — Как я понимаю, один из ближайших соратников Дамблдора по прошлой войне. Я читал в газетах.

* * *

В приёмной Гарри вызвал Кричера и попросил смотаться в дом Грейнджеров.

— Посмотри, в приличном ли они виде. Суббота, как-никак, вдруг люди культурно отдыхают.

— Гарри, зачем? Завтра же и так Хогвартс-экспресс…

— Миона, ты что, уже заразилась от волшебников отсутствием логики? — шёпотом спросил её мальчик. — Мы же уже в Лондоне!

— Ой! — смутилась девочка.

— Хозяин Гарольд, Кричер посмотрел дом мисс Мионы. Родители мисс смотрят ящик с колдографиями.

— Твоё присутствие не сломало этот ящик?

— Магия Кричера не такая, как магия волшебников, — поклонился Кричер, подметя ушами пол.

Гарри в голосе домовика послышалась изрядная доля сарказма.

— Спасибо, Кричер. Перенеси нас с Мионой в прихожую её дома.

Миг — и они на месте.

— Мам, пап, я дома! И со мной Гарри! — крикнула Гермиона, скидывая мантию и туфли и стараясь держаться бодро.

В гостиной их встретили удивлённые родители.

— Что случилось, дочка? — захлопотала Эмма.

Гарри вежливо поздоровался, стараясь не смотреть очень уж откровенно на соблазнительную ложбинку между грудями Эммы, видимую в расстегнутой на пару пуговиц клетчатой рубашке. Точь-в-точь такой, какую носила Гермиона на зимних каникулах, скорее всего, той же самой, судя по тому, как рубашка обтягивала зрелые формы Эммы.

— Поезд же только завтра! — присоединился к приветствиям Дэн.

— С оказией доставили, — пояснил Гарри. — Правда, вещи только завтра будут.

Гермиона недоуменно посмотрела на мальчика.

— Ну, если получится, попрошу сегодня Кричера доставить, — пожал он плечами.

— Да у меня там всё собрано, только… — она покраснела. — Из тумбочки забрать кое-что, умывальные принадлежности там.

Её голос стал совсем тихим, и она спрятала лицо на груди у матери. Гарри подмигнул родителям девочки.

— Не беспокойся, я попрошу Лаванду всё собрать, — произнёс он максимально нейтральным голосом.

Гермиона только кивнула, не поворачивая головы.

— Ладно, мне пора. Не возражаете, если я ещё раз навещу вас сегодня попозже или завтра с утра?

— Конечно, приходи, Гарри! — уверила его Эмма, а Дэн просто кивнул.

* * *

Вернувшись в Хогвартс и договорившись с соседками Гермионы, Гарри вынес её вещи за пределы территории и отправил доставкой «Кричер-экспресс». Сам же он активировал карту-портключ и перенёсся в Отдел Тайн. Вежливо постучавшись, то есть выписав палочкой рунами «откройся», Гарри узнал у дежурного невыразимца, что мистер Доу наверху, даёт показания для ДМП, и просил Гарри подняться туда же, как только тот появится. По просьбе Гарри его сопроводили на нужный этаж. Он оказался перед дверью кабинета старшего аврора Робардса.

— А, мистер Поттер! Вы как раз вовремя, — поприветствовал его мистер Доу, сидевший в кабинете Робардса. — Мы уже оформили основные события, теперь требуется ваше заявление, если вы конечно хотите его сделать. Так ведь? Я ведь правильно понимаю, что вы будете представлять мисс Грейнджер?

Тон невыразимца предполагал ответы «да» на оба вопроса. Гарри не стал его разочаровывать и кивнул.

— Кстати, как там мисс Грейнджер?

— В порядке. Ну, насколько это возможно в её состоянии. Я сопроводил её домой.

— Постойте-постойте, — с некоторым непониманием на лице возразил Гавейн Робардс. — А почему мистер Поттер представляет мисс Грейнджер? А не её опекун loco parentis?

— Ну мистер Робардс! — укоризненно протянул невыразимец. — Во-первых, всё случилось именно в школе. Во-вторых, её декан отпадает ввиду её знакомства с обвиняемым. Директор отпадает по той же причине, обвиняемый — его ближайший сподвижник. В-третьих, мистер Поттер собирается не только добиваться самого жёсткого наказания для обвиняемого, но и подать в школу иск за моральный и физический ущерб. Так что никто, имеющий отношение к администрации школы, не может представлять интересы мисс Грейнджер.

— И всё же, почему именно мистер Поттер?

— Покажите ему, — кивнул невыразимец на левую руку Гарри.

При этом Робардс ощутимо напрягся, глядя на предплечье мальчика.

— Вы не туда смотрите, я слишком молод для такого украшения, — усмехнулся юный скальд, слегка подняв рукав, чтобы оголить запястье, и кивнув мистеру Доу.

Тот наколдовал проявляющее заклинание.

— Это то, о чём я думаю? — расслабился Робардс.

Оба его собеседника кивнули.

— Но как? Если бы мистер Поттер впал в кому на несколько дней, об этом бы стало известно! Или опять Дамблдор что-то мутит и поставил запрет на распространение информации?

— Запрет был, но на происшествие с троллем, — ответил Гарри.

— Троллем? — брови старшего аврора решили встретиться с его волосами.

— Долгая история, но мы к ней ещё вернёмся. Это будет частью иска против дирекции школы, — сказал мистер Доу.

— И всё же, мне бы хотелось узнать, как мистер Поттер стал сюзереном магглорождённой мисс.

Тут дверь открылась, и в комнату зашла женщина в строгом костюме и небрежно накинутой мантии. Закрепив в глазу монокль, она кивнула невыразимцу и заняла свободный стул, легко закинув ногу на ногу.

— Мне тоже интересно, — произнесла она, по-видимому, услышав последнюю фразу Робардса. — Здравствуйте, мистер Поттер.

— Добрый день, мадам Боунс, — встав, поклонился ей Гарри.

— Бросьте этот официоз и сядьте уже, наконец! У меня не так много времени на расшаркивания. Пока Руфус отвлекает нашего Светоча, я хотела бы услышать обо всём случившемся из первых уст.

— Если отбросить сотворение мира, — начал Гарри, — то начать надо, пожалуй, всё же с тролля…

И Гарри коротко рассказал обо всём случившемся: тролль, гуляющий по школе, спасение Гермионы, попытка Великого Светлого повлиять на Гарри через неё. Чуть не получившая из-за конфликта воздействия директора и Долга Жизни магический откат девочка, принятие её вассалом.

— С этим ясно. Неясно, как вы это перенесли, — строго посмотрела на Гарри директор ДМП.

— На этот вопрос смогу ответить я, — ответил вместо него мистер Доу и протянул мадам Боунс какой-то пергамент. — Подпишите, и мистер Робардс тоже.

— Вечно вы со своими секретами… — проворчала Боунс, но пергамент всё же подписала.

Робардс последовал её примеру. Невыразимец взмахом палочки скопировал пергамент, спрятав оригинальный в складки мантии и вернув копию Робардсу.

— Пусть будет в деле. На всякий случай.

— Итак?

— Мистер Гарольд Джеймс Поттер де-факто совершеннолетний. Подробности я не могу вам разгласить, на это подписанного вами допуска не хватит, — и он кивнул на пергамент, лежащий на столе Робардса. — Но поверьте, вы и сами не захотите узнать. Отдел Тайн предоставит заключение о совершеннолетии мистера Поттера под грифом соответствующей секретности. Соответственно, для формального суда надо будет назначить другого представителя. Мистеру Поттеру ещё рано заявлять о своём статусе. О его участии, кроме как свидетеля, никто не должен знать.

— Ладно, мы подберём кого-нибудь из независимых, — задумчиво произнесла Боунс. — Я понимаю ваши опасения. Небось, уже сосватали мистера Поттера себе, а, мистер Фог⁽³⁾?

— Без комментариев! — ответил ей мистер Доу.

В его голосе слышалось не скрываемое ехидство.

— Ладно, Мордред с вами! Мистер Поттер, вы знаете, как сбрасывать воспоминания?

* * *

Дав показания, предоставив записку от похитителя в качестве вещдока и «слив» воспоминания (мистер Доу проконтролировал, чтобы ничего лишнего не «слилось»), Гарри покинул кабинет Робардса. Вместе с ним вышли и невыразимец с мадам Боунс.

— Мистер Доу, а где я могу достать проспекты других школ? Желательно англоязычных, но на худой конец и европейские пойдут.

— А зачем вам? — спросила услышавшая это директор ДМП.

— Не думаете же вы, что я останусь в школе, где заведует Дамблдор? Я его прямо предупредил ещё в самом начале учебного года, что при малейшем поползновении в мою сторону я покину Магбританию. А сейчас придётся ещё и мисс Грейнджер с собою забирать, да и её родителей уговаривать покинуть Туманный Альбион.

— А вы подумали о политических последствиях вашего шага? — тут же вскинулась мадам Боунс.

Невыразимец молча шёл рядом, не вмешиваясь в разговор.

— Мне пофиг, простите мой французский. Я не был нужен магическому миру на протяжении почти десяти лет, почему я должен думать о каких-то последствиях? Тем более, что не пройдёт и года при таком директоре, как меня объявят новым Тёмным Лордом.

Тут мистер Доу всё же счёл лучшим уточнить.

— Это вы для красного словца или?..

— Или!

— Мадам Боунс, это серьёзно. Предчувствиям мистера Поттера лучше доверять.

Однако Боунс вычленила главное.

— Что вы имеете в виду, говоря «не был нужен магическому миру», мистер Поттер?

— Я жил с магглами. Эти магглы оказались заколдованы на ненависть к магии. Чары спали в день, когда декан пришла сопроводить меня на Диагон-аллею. Дамби и Ко выкинули меня к моим маггловским родственникам на порог, где сестра моей матери нашла корзинку с мелким мной четвёртого ноября, о чём есть соответствующие бумаги. При этом сама МакГонагалл уверена, что они с Дамблдором и Хагридом оставили меня поздно вечером первого. А Хагрид уверен, что он привёз меня, как только забрал, то есть в ту же ночь, когда Волди развоплотился. Даже по сведениям МакГонагалл возникает вопрос: где меня держали почти сутки? А на самом деле — трое суток? Или где я был двое с лишним суток, которые прошли с момента, когда меня выбросили на порог маггловского дома? Меня кто-то украл, а потом вернул? Конечно, год назад выяснилось, что моя тётка — сквиб, но основных вопросов это не отменяет. И да, всё это время за мной следили люди Дамблдора, убирали последствия моих детских выбросов и удаляли людей, которые хорошо ко мне отнеслись.

— Мистер Поттер, а вы уверены в том, что говорите?

— В том, что говорю? Конечно, уверен. А как было на самом деле — ну так вам за это деньги платят, мэм. Если считаете, что способны разобраться, то я с удовольствием сделаю соответствующее заявление. Но сами понимаете, мне тогда едва исполнилось пятнадцать месяцев, так что сам я ничего не помню, кроме смутного воспоминания о полёте на мотоцикле сквозь ночное небо, — рассказывал Гарри ровным голосом. — Его я до некоторых пор считал дурацким сном. О существовании магии я вообще узнал только одиннадцать месяцев назад.

— Час от часу не легче, — проворчала Боунс. — Вы можете задержаться ещё на некоторое время? Пройдём ко мне в кабинет, я сама приму ваше заявление. К сожалению, арестовать Дамблдора мы не можем, поэтому придётся подождать, пока Скримджер перестанет допрашивать его. То, что Эльфиас Дож — член его шайки, юридически ни о чём не говорит. Более того, он оказался под Империусом. Но мы его не выпустим, пока не выпотрошим всё, что тот знает. Тут даже Дамблдор ничего не сможет сделать.

— Я думаю, что Дож уже труп. Ну или будет таковым, как только вы зададите ему вопрос, кто его заимперил и добровольно ли это было, — с кривой улыбкой прокомментировал Гарри.

— Как-то вы слишком спокойно об этом говорите, мистер Поттер, — нахмурилась Боунс.

— Как говорит ваш бывший сотрудник, постоянная бдительность! — подняв палец кверху, ответил мальчик. — И ничего личного. А ещё Дамби приглашал меня в кабинет и нёс какую-то околесицу про то, что Волди не сдох и хочет спереть что-то, спрятанное в Хогвартсе. Кстати, а за это вы его прижать не можете? Цербер там, все дела?

— Нет. Никто же не пострадал…

Гарри посерьёзнел.

— Кроме вашей подруги, да и то не от цербера, а от Дожа, а он вроде как был под Империусом, — быстро добавила она, как только заметила, что Гарри нахмурился. — Цербер не в юрисдикции ДМП, а вот Попечителям Хогвартса это будет интересно.

— Хорошо, пройдёмте к вам. До отбоя всё равно времени ещё много. Честно говоря, вообще не хотел возвращаться в Хогвартс, но надо будет вещи забрать, да и с ребятами попрощаться по-человечески, — в конце концов сказал мальчик. — Мистер Доу, вас не затруднит присутствовать при нашем с мадам Боунс разговоре?

* * *

Рассказав мадам Боунс о своей жизни у Дурслей, включая «магический выброс» при визите МакГонагалл, и подписав бумаги, Гарри с помощью мистера Доу отправился к Грейнджерам, прихватив с собой буклеты основных магических школ стран Британского Содружества⁽⁴⁾. За близнецов он был спокоен — покровитель не даст их в обиду. А вот Гермиону надо было брать с собой. Конечно, сам бы он предпочёл Лукоморье, в первую очередь из-за того, что там его уж точно никто не стал бы искать. То, что девочка сможет освоить русский язык, он не сомневался, но не был уверен, что Грейнджеры отпустят дочку к «диким русским».

Он поспел как раз к ужину. Выложив буклеты (и новые, и те, что ему предоставил Драко, включая Лукоморье), Гарри объяснил Грейнджерам опасность дальнейшего нахождения Гермионы, да и себя тоже, в Хогвартсе. При этом сначала он предложил рассмотреть русскую школу, пояснив, почему это может быть лучше. Дэн не был в восторге вообще от всей этой истории, но пока внимательно слушал.

— Но Гарри, русский язык, говорят, очень сложный!

— Он сложен только в своих флексиях. Но я тебя уверяю, что если ты будешь повсюду использовать основную форму, то есть именительный падеж, и строить фразы по-английски, как привыкла, тебя прекрасно поймут. Зато никаких заморочек с глагольными формами. Можешь тоже неопределённую форму использовать, но выучить всего две с половиной формы тебе не составит труда!

— Как, только две с половиной? — не поняла девочка.

— А вот так! Вот смотри, имеется совершенный и несовершенный вид, как и у нас. И всё. Баста. Одна из форм причастий от них используется как прошедшее время — простое и совершенное, делал и сделал. А сами глаголы — несовершенное используется в качестве настоящего, а совершенное — в качестве будущего. Делать и сделать. И есть ещё аналитическая форма только для будущего несовершенного: буду делать. Всё. Остальные формы канули во тьму веков!

— А как же они тогда… — задумалась Гермиона.

Её родители с интересом прислушивались к разговору.

— Строго говоря, там ещё есть спряжение по лицам и числам, но это уже мелочи. Исландский же ты уже неплохо освоила, по сложности они где-то близки. Зато в русском можешь как угодно переставлять слова, если с флексиями разберёшься. Так что «Йода-стайл» сложновато говорить, почти любой порядок будет естественен. Как и в латыни, кстати. Ты же в латыни разбираешься?

— Немного…

Родители только хмыкнули. Ну ещё бы, медики же!

— А самое главное — нас там точно Дамби не найдёт! Насколько я понял, у русских на него такой огромный зуб вырос, не то, что махайрод, мамонт позавидует!

— А почему? — удивилась девочка.

— Гриндевальд.

— Что «Гриндевальд?»

— По слухам, они были… хм… очень близкими друзьями, — на этих словах Гарри покосился на Грейнджеров-старших. — До того, как не смогли договориться о способах воплощения «всеобщего блага». Ну и то, что Дамби буквально увёл Гриню из-под носа у русских…

Гарри развёл руками, предлагая самим додуматься. Самим Грейнджерам мальчик тоже посоветовал перебраться в другую страну, желательно подальше от Дамблдора. Предлагать им перебраться в Сибирь, чтобы быть поближе к дочке (если та согласится на Лукоморье, конечно), он не рискнул. Всё же в маггловском мире в то время был самый разгул банд, если история миров схожа. Одни с погонами, другие без. И работать только на себя без «крыши» можно было не больше месяца. Потом приходили вежливые люди в погонах (или невежливые без погон) и облагали данью в размере месячной выручки. Поэтому предложил Австралию, тем более, что там тоже есть магическая школа.

Несмотря на втрое меньший размер немагического населения, школа Бриндабелла, расположенная неподалёку от столицы Австралии Канберры в одноимённых горах⁽⁵⁾ по количеству учащихся была примерно такой же, как и Хогвартс. Хоть формально Австралия с Новой Зеландией и были под британской короной, реально они были сами по себе. А в магическом мире — тем более. Министерство Австралии никаким боком не подчинялось британскому, а надавить через МКМ Дамблдор уже не сможет — Боунс обещала поговорить с Фаджем и на основании и истории с цербером, и спрятанным «сокровищем» (из-за чего чуть не пострадал Мальчик-который-выжил), и проживания Гарри у магглов, выпнуть «доброго дедушку» со всех постов. Тем более, что из-за этого Гарри собирается покинуть страну. Конечно, если Дамблдора уберут со всех постов, мальчику вроде как и не нужно будет уезжать, но он всё равно опасался старого манипулятора.

Напоследок Гарри предложил Грейнджерам договориться о встрече с мистером Доу, чтобы взрослый человек обрисовал им все перспективы, независимо от того, удастся скинуть Дамблдора или нет. За отношение к себе мальчик не волновался — сама суть Отдела Тайн подразумевала, что если он там и будет работать, то мало того, что о нём никто, кроме мистера Доу, не будет знать (Боунс и Робардс не в счёт — они не смогут отличить одного невыразимца от другого), но и прочие «секретные секретности» будут у него в распоряжении, включая проживание на конспиративной квартире.

Грейнджеры-старшие, разумеется, были совершенно не в восторге от всего изложенного, но согласились рассмотреть все варианты. Сам же Гарри тоже пообещал не рубить сплеча, а дождаться известий из ДМП.

* * *

До отбоя оставался ещё добрый час, поэтому Гарри решил потратить его на визит к Сириусу, который уже больше месяца, как был выпущен из Мунго. Пришлось снова позвать Кричера.

— Привет, Сириус! — поприветствовал крёстного Гарри, как только домовик перенёс его в гостиную дома на Гримо.

— О, крестник! — в некоторой неловкостью подошёл к нему последний Блэк.

— Как ты тут, старик?

Сириус рассмеялся лающим смехом.

— Ну вот, уже стариком называют! Шучу, шучу, — он попытался потрепать мальчика по волосам, но тот увернулся.

— И всё же? — снова спросил Гарри.

— Да что тут говорить. Не люблю я этот дом. Тоска зелёная⁽⁶⁾.

— Сириус, давай посерьёзнее. Я ненадолго, мне надо возвращаться в Хог. Видишь ли, сегодня произошло такое, что мне бы не помешали какие-нибудь защитные артефакты.

— Артефакты?

Гарри по-быстрому, но довольно подробно, рассказал крёстному о событиях сегодняшнего дня.

— Мордредов хвост! Гарри, я не могу поверить в такое, — Сириус неверяще смотрел на мальчика. — Как? Как он мог?

— Ну, строго говоря, мы не можем доказать, что это именно Дамби заимперил Дожа. На то и был расчёт. Директор пару месяцев назад вызывал меня и полоскал мозги на тему возвращения Волдеморта. Что-де он только и ждёт, как пробраться в Хогвартс, чтобы украсть оттуда философский камень. Про камень он тоже прямо не говорил, но очень толсто намекал. А вот когда я за почти два месяца даже не пошевелился, чтобы выяснить хоть что-то про камень, он и решил действовать через Гермиону. Видел, сука бородатая, как мы с ней большую часть времени вдвоём проводим. И похоже, выяснил как-то насчёт её статуса как моего вассала. Мы об этом не кричали, заметь. Хотя и не скрывали. Всё чётко — вассал под угрозой, я дёргаюсь, мне прилетает самолётик с запиской от похитителя. Я по-гриффиндурски несусь спасать мадемуазель. Мне устраивают спектакль «Возвращение Волди», Гермиону скорее всего на моих глазах убивают, после чего либо я убиваю Лжеволдеморта, либо меня оглушают, а потом рассказывают, что я убил его. Личинка Героя становится… учеником Великого Светлого, — Гарри чуть не сказал «юным падаваном», но в последний момент вспомнил, что до выхода первого эпизода ещё семь лет, а в изначальной трилогии термин не использовался.

— Чудовищно! И ты так спокойно об этом говоришь?

— Сири, я же тебе рассказывал, в каких условиях я жил! Можешь считать меня фаталистом, но и брыкаться я буду до последнего. Кстати, Дамби не пытался с тобой связаться?

— Пытался. Пару раз, когда я приходил в Министерство решать все эти бумажные дела. Мерлин, ненавижу эту волокиту! Насилу от него отвязался. Один раз вообще… А! — Сириус махнул рукой, не желая распространяться дальше.

— Что «один раз»?

— Кричеру пришлось спасать негодного хозяина от Длинной-бороды-в-бубенчиках, — услышал Гарри каркающий голос домовика.

— Спасибо, Кричер! — искренне поблагодарил его мальчик.

Кричер глубоко поклонился и снова исчез.

— Гарри, как ты с ним справляешься? — снова с удивлением спросил Сириус.

— Один писатель однажды сказал: «Мы в ответе за тех, кого приручили».

Сириус снова рассмеялся лающим смехом.

— Ну, скажешь тоже, Рогатик!

— Сири, не надо путать меня с моим отцом! Прошу. Я — это я. Вот если мне взбредёт в голову блажь стать анимагом, тогда и придумаем мне погоняло, раз уж тебе моё имя не нравится. Хотя мне оно тоже не нравится, если честно.

— А что так?

— Слишком много с ним связано не особо счастливых воспоминаний, — уклончиво ответил Гарри. — Друзья зовут меня Гарольд.

Ну не говорить же Мягколапу, что «Гарри» звучит, как собачья кличка! Они помолчали немного, пока мальчик не вспомнил о деле.

— Так что, можешь какие охранные амулеты-артефакты предложить?

— Ой, Ро… Гарольд, не знаю я! Не разбираюсь я в этих артефактах! Тут надо всё перебирать внимательно, половину вообще выбросить надо.

— Сири! Всё бы тебе повыбрасывать… Я же просил тебя — ничего не выбрасывать! Мало ли, куда пригодиться может… Погоди-ка! Что значит: «Не разбираюсь в артефактах?» А кто вашу Карту тогда делал?

— Карту? — видно было, что Сириус напрягается, пытаясь вспомнить, о чём речь.

— Мерлин, Сири, не тормози! Я же тебе в Мунго ещё про неё упомянул, как близнецы её у Филча спёрли! Ну?

— Да-да… Да, карта… Погоди, смутно помню, что Джеймс с Ремусом что-то там сочиняли, карту какую-то… Так они что, доделали её?

— Вот это поворот! Ты мне бумаги от целителя Тики можешь показать?

— Да, конечно. А зачем тебе, неужели в этом разбираешься? — ехидно поинтересовался Сириус.

— Вот, узнаю прежнего Сири! — ответил мальчик. — Да похоже, что какие-то из твоих воспоминаний того, тю-тю…

Тут Гарри кинул взгляд на часы.

— Кричер! Часы правильно показывают?

— Да, наследник Гарольд! С тех пор, как годный наследник объявился, Кричер каждый день проверяет их по Большому Бену.⁽⁷⁾

— Тогда мне пора бежать! Кричер, я тебя сегодня загонял уже. Ты сможешь доставить меня к Хогвартсу?

— Кричер сможет, — поклонился домовик.

— Кричер, всё время забываю спросить. Тебе удалось что-нибудь узнать насчёт домовых эльфов рода Поттер?

— Ничтожный Кричер не смог выполнить поручение наследника Гарольда. Кричер должен себя наказать.

— И что, если ты себя накажешь, то эльфы Поттеров сразу объявятся?

Кричер замолчал.

— «Не смог» означает, что у тебя не было возможности? Или «не смог», потому что не получилось?

— Дом бывшей хозяюшки Дореи не виден старому Кричеру. Кричер бесполезный эльф.

— Ладно, Кричер. Не смей себя наказывать. Давай к Хогвартсу.

* * *

Авроры по-быстрому сопроводили близнецов Уизли в ДМП для дачи показаний ещё до того, как там появился Гарри, а потом вернули в Хогвартс. Так что они уже давно были в замке и смогли, как обычно, подстраховать проход Гарри на территорию, всё-таки он немного опоздал. «Наконец-то эта сумасшедшая суббота закончилась», подумал он, укладываясь спать.

Наутро Гарри вместе со всеми учениками направился на выход из замка, чтобы сесть в Хогвартс-экспресс, не веря, что его так и не дёрнули в кабинет директора по итогам вчерашнего дня. И правильно делал, что не верил. На выходе его перехватила МакГонагалл и сопроводила к Дамблдору.

— Гарри, мальчик мой, мне так жаль, что такое случилось с мисс Грейнджер. Кстати, а где она сама? Почему вас не было на прощальном пиру?

— Она уже дома по рекомендации целителя Сметвика. Предвидя ваш вопрос, её вещи тоже. Я попросил работников Министерства помочь, — ответил Гарри. — А сам я слишком устал. День, знаете ли, выдался тяжёлым.

Вся эта ситуация его немало забавляла. «Я знаю, что ты знаешь, что я знаю».

— Но как же так? Студенты должны прибывать и уезжать на Хогвартс-экспрессе! Боюсь, я не могу закрыть глаза на такое нарушение традиций, — укоризненно помотал бородой Дамблдор.

— И что вы сделаете, директор? Исключите Гермиону из школы?

— Ну зачем же так сразу, Гарри, мальчик мой! Просто мисс Грейнджер лишится некоторых привилегий и перспектив.

Гарри громко рассмеялся.

— Директор, вы помните, что я вам сказал ещё второго сентября? Не пытайтесь навесить на нас несуществующие нарушения! Ну давайте же, доставайте вашу палочку и докажите, что вы и есть самый настоящий Тёмный Лорд! Сотрите мне память об этом разговоре или для чего вы вообще меня сюда позвали! Ну же, смелее! Потому что я обязательно передам этот разговор в Совет Попечителей!

— Мистер Поттер! — что-то попыталась вякнуть МакГонагалл.

— Ничего-ничего, Минерва, пусть говорит, — остановил её Дамблдор. — Гарри, мне очень жаль, что ты так предвзято относишься ко мне. Но ты же сам видел — Волдеморт проник в школу, как я и опасался! Более того, он использовал для этого одного из моих ближайших друзей! И теперь ему грозит Азкабан только за то, что он оказался слаб и не смог противиться подчиняющему заклятию нашего общего врага… Ты не мог бы забрать своё заявление из ДМП?

— Мог бы. Как и вы могли бы сесть в Азкабан вместо вашего «друга», взяв всю вину на себя. Ведь это вы — Великий Светлый Волшебник! Это вы должны обеспечивать безопасность учеников, а вместо этого сделали из школы не то полигон, не то аттракцион! Цербер, дьявольские силки, големы, тролль, колдовское пламя! И напоследок — зеркало, от которого вы сами просили держаться подальше! Но поскольку вы этого не делаете, то и я не собираюсь спасать человека, который откруциатил мою подругу. Знаете ли, я консультировался по поводу заклинания Империо. Если человек категорически против какого-то внушения, то он никогда не поступит так, как ему приказали. То есть ваш друг Эльфиас Дож был и продолжает оставаться, — Гарри поднял палец кверху, чтобы акцентировать этот момент, — латентным маньяком-убийцей и мечтал наслать на кого-нибудь Круцио. Да-да, я знаю, что надо искренне желать причинить боль, чтобы заклинание получилось. А у него получилось. Я не вогнал ему палочку в его же задний проход только потому, что не хотелось руки марать.

— Хм… И всё же, Гарри, мистер Дож искренне раскаивается в том, что натворил по слабости своей. Я был бы тебе очень благодарен, если бы ты отозвал свои показания. И кстати, ты не скажешь, как невыразимцы и ДМП оказались так быстро на месте преступления?

— Мне не докладывали, знаете ли! Это вы тут директор. Могу лишь предположить, что во время визита сюда в конце апреля, когда Квиррела ловили, они оставили какую-то систему оповещения. Ведь они же не могли не заинтересоваться Запретным коридором? — не моргнув глазом, ответил Гарри. — Я вообще удивляюсь, как родители учеников за весь год так и не подняли этот вопрос.

— Возможно, возможно… — задумчиво пожевал бороду Дамблдор. — Гарри, ещё один вопрос я хотел бы с тобой обсудить. Я понимаю, что ты хочешь провести лето со своим крёстным, но защита, которую дала тебе твоя мама, работает только в доме её кровных родственников. Тебе нужно будет провести лето с твоей тётей Петунией. А Сириус сможет тебя навещать, и даже жить с вами. Если захочет, конечно.

В этот момент послышался гудок Хогвартс-экспресса.

— Я понял вас, директор, — произнёс Гарри, вставая. — Боюсь, если я не потороплюсь, то не смогу соблюсти традицию и вернуться в Лондон на поезде.

— Иди, мой мальчик, иди. И я всё же очень жду от тебя прощения для Эльфиаса. Дай ему второй шанс, и я уверяю тебя, более преданного друга тебе будет не найти.

Гарри покинул кабинет, напоследок коротко кивнув МакГонагалл, стоявшей с непонятным выражением на лице.

---

1) Невыразимец привык называть пути богов по-гречески.

Вернуться к тексту

2) Corvus corax varius, типичный подвид Исландии и Фарер.

Вернуться к тексту

3) fog — англ. «туман». Практически официальное прозвище невыразимцев в Министерстве. Используется, когда сотрудник Отдела Тайн не пожелал нужным представиться другим вымышленным именем.

Вернуться к тексту

4) Реальное экономическое объединение бывших британских колоний — список см. в сети.

Вернуться к тексту

5) Brindabella Ranges

Вернуться к тексту

6) По-английски Сириус скаламбурил, конечно же: «I've got a black dog», дословно «У меня чёрная собака», в смысле — «хандра одолела».

Вернуться к тексту

7) Big Ben — знаменитые часы на башне Вестминстерского дворца. Иногда так неправильно называют саму башню.

Вернуться к тексту