Всё по плану | All According to Plan (джен)

— Можно с тобой поговорить? — спросила Джин, бочком подобравшись к Лире в гостиной Гриффиндора. — Эм… наедине? — добавила она, покосившись на братьев, сидевших всего в нескольких футах от них. Те с головой ушли в свой очередной проект — что-то связанное с зельями для превращения людей, если судить по книгам, в которые Лире удалось заглянуть. По её прикидкам, они едва ли вообще заметили бы присутствие Джин, не говоря уж о том, что она хотела обсудить, но ладно.

Не то чтобы собственное чтение Лиры приносило хоть какие-то плоды. Все специалисты по магии разума сходились в одном: снять внушения, наложенные в раннем детстве, невозможно без непоправимого ущерба для разума подопытного. Именно поэтому наложение таких внушений и относилось к Непростительным. И хотя мнимая невозможность подобного подвига не обязательно означала непреодолимое препятствие — в конце концов, однажды она уже перенеслась вперёд во времени, — специалистом по магии разума Белла не была ни в малейшей степени. Пожалуй, стоило спросить Блейза: вдруг он подскажет, с чего начать.

Снейп в теории мог бы рассказать больше, но, даже если он и согласился сообщить ей, если услышит что-нибудь о Сириусе, а заодно намекнул, что полностью поддерживает заговор с целью убийства Не-профессора Риддла, помогать Другой Белле он, скорее всего, заупрямится. У неё сложилось впечатление, что ту он не слишком жаловал. Зная себя и учитывая положение Другой Беллы среди Пожирателей смерти, она наверняка от души развлекалась за его счёт во время войны.

— Конечно. — Она с хлопком закрыла фолиант — трактат Перенеллы Фламель о магии разума, замаскированный под учебник магловедения, — и сунула его в сумку. — Куда идём?

Джин не ответила, просто направилась к проходу за портретом. Лира последовала за ней в ближайший класс, пустой, если не считать преподавательского стола и полудюжины кресел: кто-то явно попытался устроить себе личную гостиную. Там Джин довольно заговорщицким тоном спросила: «Ты можешь, э-э…» — и с минуту беспорядочно шевелила пальцами.

— Что я могу?

Джин вздохнула. Надула губы.

— Чары от подслушивания? — Лира закатила глаза, глядя на младшую девочку. — И как я должна была понять это по вот этому? — спросила она, тоже пошевелив пальцами.

Уизли сверкнула глазами — с таким выражением лица она стала до жути похожа на Предпоследнего Уизли — и ничего не ответила. Не то чтобы Лира и впрямь ждала ответа. Заклинания она уже всё равно накладывала. Закончив, она уставилась на девочку непроницаемым взглядом.

— Ну?

Джин сердито посмотрела на неё.

— Ты говорила, что собираешься убить Тома. Что ты для этого делаешь? Ты знаешь, где он? Что делать мне? Я хочу помочь. Ах да. Это. После Самайна Лира не стремилась снова поговорить с рыжей — главным образом потому, что её планы ещё не дошли до той стадии, на которой Джин могла бы хоть чем-то пригодиться. — Непременно убью. Но сперва мне нужно укрепить свои позиции. Нет, я не знаю, где он, но прошлый опыт подсказывает, что рано или поздно он опять попытается убить Гарри, так что в какой-то момент наверняка объявится здесь. — Вообще-то Гарри был отличной приманкой для всех, кого Лира хотела найти. Очень удобно. — И… пожалуй, если ты действительно хочешь помочь, можешь позволить Блейзу применить к тебе легилименцию. Нам нужно узнать о Риддле всё, что только возможно. У меня, возможно, будет источник, который расскажет, каким он был позже, во время войны… — Если удастся найти способ привести Другую Беллу в порядок… — Но больше я не нашла никого, кто знал бы хоть что-нибудь о нём в детстве.

— Я… я не могу, — сказала Джин чуть дрогнувшим голосом. — С Забини, я имею в виду. Я… я просто не могу.

Лира нахмурилась.

— Тогда Снейп. — Нет. Дело не… не в Забини, хотя Забини мне тоже не нравится. Дело в… в легилименции. Это слишком похоже… слишком похоже на то, как он снова оказался бы у меня в голове. — Тут она нахмурилась. — И с чего ты вообще решила, что со Снейпом будет лучше?

Лира пожала плечами.

— Он преподаватель. Ответственный человек, вроде как взрослый. К тому же, судя по всему, главный у Дамблдора по магии разума. Не Блейз, понимаешь ли. — Сама Лира ничего такого не замечала, но по тому, как люди вели себя с Блейзом — даже остальные «крутые ребята», — она заключила, что его считали несколько отталкивающим, хотя и не совсем в том же смысле, что её саму. Джин покачала головой. — Подземельная летучая мышь хуже Забини, пусть он и преподаватель! Он же декан Слизерина, ради всего святого!

— Э-э… и что?

Девочка помладше закатила глаза. — Ну да, тебе же нравятся слизеринцы. Чудачка.

— Мне нравятся некоторые слизеринцы. — Вообще-то только Блейз. Сказать об остальных «нравятся» было бы преувеличением, а кое-кто в последнее время и вовсе действовал ей на нервы. Драко, например, похоже, уже оправился после публичной выволочки, которую она устроила ему в начале года, — ну или хотя бы начал приходить в себя. Если она не сильно ошибалась, они с Лавандой сговорились и в первом повторе каждой смены, когда она появлялась на людях, таскались за ней по пятам, замышляя… что-то. Чем бы ни была их затея, когда дело наконец дойдёт до исполнения, может получиться забавно, но пока то, что кто-нибудь из этой парочки постоянно маячил поблизости, лишь слегка раздражало. — Ладно, не суть. Самое полезное, что ты сейчас можешь сделать, — рассказать нам всё, что знаешь о юном Риддле.

— Я… Всё перепуталось. Его воспоминания и мои. Я занимаюсь окклюменцией, пытаюсь разобраться. Билл — мой брат — дал мне книгу… Но всё по-прежнему… путается. — Лира почти не сомневалась: это была защитная поза — руки скрещены, плечи ссутулены, взгляд отведён чуть в сторону. — На самом деле я ничего не знаю, — призналась девочка, явно злясь на это обстоятельство.

И это было хорошо. Со злостью Лира работать умела. — А помощь с окклюменцией ты принимать не хочешь, верно? Я ведь, наверное, могла бы уговорить Блейза тебе помочь. — А заодно он просмотрел бы все её воспоминания.

— Нет! Я никого не хочу пускать к себе в голову, ни по какой причине! Почему это так трудно понять?!

Лира пожала плечами. Сама она не могла представить себе жизнь без незримого присутствия Эриды на задворках сознания, но, учитывая, что Риддл сделал с Другой Беллой, отчасти понимала, почему легилименция вообще могла тревожить тех, у кого не было к ней иммунитета. Впрочем, спешить с добычей сведений, которыми могла располагать Джин, было незачем. Прежде чем начинать поиски Риддла, Лире ещё предстояло укрепить собственные позиции, а девочке в любом случае стоило освоить окклюменцию, так что, позволив ей учиться самостоятельно, они не совсем уж теряли время. — Ну и ладно. Только во всём остальном от тебя никакого толку.

Джин, и без того сверлившая её сердитым взглядом, начала краснеть; руки по бокам сжались в кулаки, спина выпрямилась и напряглась. — От меня… есть… толк! Я найду способ помочь, веришь ты в это или нет!

Лира нарочито небрежно облокотилась на преподавательский стол, чтобы не оставалось ни малейших сомнений: угрозы она не чувствует и в помине. — Тебе двенадцать лет, и магии ты учишься всего сколько — полтора года? Когда я тебя раздражаю, ты первым делом готовишься дать мне в лицо, а не наслать на меня порчу. Над этим, кстати, тебе стоит поработать, потому что, как я, кажется, уже говорила, ты двенадцатилетняя девочка — в драке тебя практически любой уложит. И ты крадёшься по углам, как перепуганная мышка: держишься особняком и позволяешь однокурсникам себя травить. Влияния у тебя, считай, нет, связей нет, денег нет. Единственное, чем ты могла бы оказаться полезна, — сведения, но поделиться ими ты не можешь, а помощь, которая позволила бы это сделать, принимать не желаешь. По-моему, толку и правда никакого.

— Ой, можно подумать, ты сама лучше! Ты всего лишь на третьем курсе!

— Я вообще учусь в школе только потому, что сейчас мне выгоднее всего находиться именно здесь. Магию я изучаю с трёх лет, а драться начала, едва научившись ходить. Ты ведь видела, что я сделала с душкой Драко? И я, кажется, сказала, что пока ещё укрепляю свои позиции. Влияние и связи появятся с возрождением Дома Блэк. — О деньгах не стоило и упоминать. Уизли были бедны — даже у Гермионы денег было больше, чем у Уизли.

Пока Лира говорила, Джин словно поникла, но в голосе её всё ещё звучал вызов: — Ладно, если моя помощь тебе не нужна, я найду другой способ. Но теперь, когда я знаю, что он ещё жив, я его убью.

Лира осклабилась. — Вот и хорошо.

— Что?

— Ты слышала.

— Да, но… Что?

Лира вздохнула, пытаясь облечь свои мысли в слова. — Ты злишься. Это хорошо. По крайней мере, лучше, чем вести себя как маленькая затравленная девочка. Злость, ненависть, решимость — даже отчаянное желание — увидеть его мёртвым делают тебя опасной. Заодно и несколько глупой, потому что тебе двенадцать и толку от тебя, соответственно, никакого, но это временное положение дел. Так что ты опасна в теории. Потенциально опасна.

Джин, похоже, надолго задумалась над этой мыслью. На её лице сменилось несколько выражений, прежде чем оно наконец застыло в мрачной решимости. — Научи меня.

Лира нахмурилась. Она-то надеялась, что, если подразнить девочку, та согласится на легилименцию или хотя бы на советы по окклюменции — либо сообразит, какую ещё помощь может предложить, пусть пока об этом никто и не додумался. — Чему тебя научить?

— Ты сказала, что быть бесполезной — это временно. Научи меня не быть бесполезной. Ты думаешь, что у тебя есть хоть какой-то шанс против него, так научи меня драться, как ты.

Лира рассмеялась. Она ничего не могла с собой поделать. — Я не могу научить тебя драться, как я. И вообще-то я не собираюсь вызывать его на дуэль. Не то чтобы у неё вообще имелся какой-то конкретный план, но лобовое столкновение вряд ли могло закончиться успехом. А вот что-нибудь вроде ловушки Лили Поттер… Это уже выглядело куда перспективнее.

Девушка надулась. — Тогда почему вообще имеет значение, что ты дерёшься лучше меня? И почему ты не можешь меня научить?

— Во-первых, я не думаю, что ты вообще сумеешь применить в настоящей схватке большинство заклинаний, которыми воспользовалась бы я, а во-вторых, в Замке я не могу наложить ни одного из них, иначе защитные чары взбесятся. И в-третьих, я почти уверена: если ты попробуешь драться как я, то через пару секунд окажешься мёртвой. А имеет это значение потому, что, если мы собираемся убить Тёмного лорда, нам придётся разбираться с его последователями. С прислужниками. С ловушками. Даже если я не буду сражаться с Риддлом один на один, почти наверняка в какой-то момент всё равно дойдёт до драки. Как минимум каждый, кто в этом участвует, должен уметь защищать себя.

— Тогда научи меня этому, — потребовала Джин, упрямо хмурясь. — Обещаю, я расскажу тебе всё, что знаю о Риддле, когда со мной всё… уладится, но я хочу — мне нужно что-то сделать уже сейчас. Что-нибудь, чтобы всё… Просто что-нибудь. Что угодно.

Лира вздохнула. Она и правда не слишком задумывалась о том, чтобы привлечь Джин к своему… чему бы это ни было. Ей лишь пришла в голову мысль, что полезно было бы заполучить в союзницы кого-нибудь с личными счётами к Риддлу, кого-нибудь, у кого имелась информация, которой, скорее всего, больше нигде не существовало. Она не рассчитывала, что ей ещё придётся придумывать для Джин занятия. (Управление людьми никогда не было сильной стороной Беллы. Это определённо работа для Зи.) — Ладно, дай мне секунду подумать.

По большому счёту Белла ничего не планировала. В этом едва ли был смысл, если любой её план летел к чертям уже в первые пару минут. К тому же она почти никогда не пыталась делать то, с чем не могла справиться сама (или с одним-единственным сообщником, в крайнем случае), так что вся эта затея с (пытками и) убийством (не-)профессора Риддла была для неё чем-то совершенно новым. (Просто убить его, решила она, было бы недостаточной платой за то, что он сделал с Другой Беллой и, следовательно, со всем Блэк-хаусом.) Потому что насчёт исхода любого противостояния между ней и профессором Риддлом у неё не было ни малейших иллюзий. Да, для своего возраста она была абсурдно сильна и начитанна, но профессор Риддл мог расплющить её секунд за десять, если бы захотел, а магию он изучал десятилетиями. На её стороне была Эрида, да, но и сам он вполне умел обращаться к Силам — и, в отличие от неё, действительно строил планы. К тому же он с пугающей точностью умел выискивать заговоры против себя. За все два года в Слизерине Белле не припоминалось ни одной удачной проделки против него, хотя она точно знала, что такие попытки предпринимались. И не только учениками. (У профессора Риддла был поистине восхитительный талант раздражать людей, слишком высокого о себе мнения. Особенно Дамблдора.)

Очевидно, (не-)профессор Риддл был не совсем тем же самым, что профессор Риддл, но следовало предположить, что поймать его, пытать, а потом беспощадно прикончить будет ничуть не легче.

Значит, Лире нужны были ресурсы. Если бы удалось вернуть Другую Беллу в здравый рассудок, это, разумеется, было бы лучшим вариантом: похоже, она знала его лучше всех. Снейп был хорош, а Гермиону, вероятно, тоже можно было уговорить помочь — по крайней мере с исследованиями. (Лира слегка сомневалась, что в настоящей схватке Гермиона окажется полезнее Блейза.) Втроём они наверняка смогли бы придумать что-нибудь такое, чего Риддл не заметил бы, или хотя бы подготовить достаточно запасных вариантов, чтобы всё равно его одолеть. Блейз стал бы отличным шпионом — ментальные маги всегда хороши в таком деле, чёртовы жульники, — а его связи и происхождение позволяли ему при желании вписаться практически в любую группу, какую только можно представить. У Тео был готовый путь к Пожирателям смерти через отца, и, если понадобится, его, возможно, удастся склонить на её сторону. А вот Джин, насколько могла судить Лира, не отличалась особым умом и, как она уже отметила, не обладала ни политическим влиянием, ни связями, ни какими-либо особыми талантами. За пределами информации о Риддле ей практически нечего было предложить.

Но.

Как бы Белла ни любила тушить пожар другим пожаром, если дело всё-таки дойдёт до драки — или даже если для их запасных планов потребуется лёгкий ритуал либо всё будет зависеть от светлой боевой магии, — чрезвычайно полезно иметь под рукой кого-нибудь, кто не был бы абсолютно, стопроцентно тёмным. Дора, возможно, согласилась бы помочь, смотря что именно потребуется, но в конечном счёте могла оказаться преданнее аврорам и Министерству, чем Лире. Гермиона… Что ж, Лира вполне представляла её за подготовительной работой, но на прямое насилие та явно не тянула. Почему именно — сказать было трудно. Просто такая мягкая. Гарри, вероятно, был бы неплохим бойцом — полезть на чёртового василиска с настоящим мечом было просто идиотством, но то, что он сумел его убить, говорило о впечатляющем инстинкте выживания. Если бы он хоть в какой-то момент замешкался, почти наверняка погиб бы. Но в идеале его следовало держать в неведении, чтобы использовать как более эффективную приманку. Не полностью в неведении, конечно, но уж точно не посвящать в светлую боевую магию. Потому что, если он окажется слишком умелым, Риддл заподозрит неладное и поймёт, что что-то происходит. Защищаться, однако, он должен был уметь — пожалуй, стоило сказать ему об этом и подтолкнуть к изучению настоящей защиты, а не одной школьной ерунды.

А у Джин, напротив, не было никаких иных привязанностей, и первоначальному (не-)профессору Риддлу не с чего было бы заинтересоваться ею или изучать её достаточно тщательно, чтобы её способности показались подозрительными. Лира не могла поручиться, что в ситуации не на жизнь, а на смерть Джин сразу вцепится врагу в горло, но на человека, склонного в бою всё переосмысливать и сомневаться в каждом своём решении, она не походила. Силы у неё было достаточно — насколько понимала Лира, всей этой истории с крестражем она бы не пережила, если бы была слабачкой, — а отчаянное желание сделать хоть что-нибудь против Риддла должно было, по мнению Лиры, прекрасно сочетаться с навязчивыми тренировками, необходимыми для достижения хоть какого-то уровня мастерства за разумный срок. К тому же она была упрямой, немного очерствевшей и обладала всем этим праведным гневом — а всё перечисленное почти обязательно требовалось от светлого воина. Ну, от хорошего светлого воина, во всяком случае.

Разумеется, ей всё равно пришлось бы достаточно изучить тёмную сторону, чтобы эффективно защищаться, но если она действительно так стремилась сделать что-нибудь полезное (помимо того чтобы позволять Блейзу просматривать её воспоминания), то могла выбрать путь и похуже, чем научиться драться.

Вот только сама Лира учить её не могла. Во-первых, практически каждый, с кем она когда-либо сражалась, считал её безрассудной до самоубийства (что помогало ей куда лучше, чем осторожность, но вряд ли годилось для обучения начинающего дуэлянта), а во-вторых, она почти не сомневалась, что объяснять основы атакующей магии у неё получилось бы ещё хуже, чем у Снейпа — вводные зелья. К тому же, как она уже упоминала, известная ей атакующая магия в основном была очень тёмной и столь же незаконной, а Джин потребовалось бы два-три года, чтобы развить необходимую сосредоточенность и силу для её применения, особенно в настоящем бою.

Не то чтобы Лира знала кого-нибудь ещё, кто действительно мог бы обучить Джин серьёзной светлой магии, но разобраться с этим они успевали. (Может, Дора помогла бы: это ведь не было незаконно или вроде того.) Сначала Джин действительно требовалось освоить основы — в более консервативной и защитной манере, чем та, которую выработала Белла.

И тут, ну… на ум приходил только один человек.

— Так, идём, — сказала она, снимая чары от подслушивания и выходя в коридор.

— Куда ты идёшь?!

— Пойдём — узнаешь.

Та, конечно же, пошла. Всю дорогу жаловалась, что Лира ничего не объясняет, и требовала сказать, куда они идут, — ну, по крайней мере, пока они не добрались до тайного хода, который искала Лира. Тут она ненадолго умолкла, потрясённо тараща глаза.

Вообще-то Лира не видела в этом ничего особенного. Все знали, что у Слизерина полно тайных ходов, ведущих из подземелий… по сути, к любой картине или гобелену со змеёй, в любой точке замка. Правда, пользоваться ими полагалось только для выхода, но был один пароль на змеином языке, который открывал снаружи любой из этих ходов. Вообще-то ученикам не полагалось знать ни об этом, ни тем более о самом пароле, но профессор Риддл пользовался ходами без особой скрытности, а языки Белле давались отлично. Магическая сторона змеиного языка была ей недоступна, но чары всё равно распознавали только звуки.

— Где мы? Это Слизерин? — спросила она, спускаясь вслед за Лирой по крутой винтовой лестнице на маленькую площадку, от которой расходились три туннеля.

— Ага. Гостиная должна быть… туда. — Если, конечно, уроборос над дверным проёмом по-прежнему означал то же, что и в родной вселенной Лиры. А с чего бы ему означать что-то другое?

Несколько минут спустя — и после множества оставленных без ответа вопросов о том, что они тут делают и откуда Лира знает, как сюда попасть и куда идти, — они и впрямь добрались до гостиной: зала с низкими сводами, где колонны, укромные уголки, диваны и жаровни превращали всё пространство в настоящий лабиринт. Здесь было всё так же сумрачно и зелено, как помнила Лира, а народу по сравнению с гриффиндорской гостиной — совсем немного. Почему-то сидеть здесь просто так никто особо не любил.

— Привет, Яксли, — сказала Лира, подходя к первой знакомой старосте и отрывая её от чтения, судя по всему, какого-то бульварного любовного романа.

— Блэк? Ты как сюда попала?

— Магия. Не видела Тео?

Староста нахмурилась, совершенно проигнорировав вопрос. — Забини дал тебе пароль? Клянусь, я этого мальчишку убью.

— Не-а. Просто уговорила один из тайных выходов меня впустить.

— Ну да, конечно. И как именно ты это сделала?

— Магия. — Лира и впрямь не могла удержаться от ухмылки. Раздражённое лицо Морганы было слишком забавным.

— Она поговорила с ним на змеином языке, — вмешалась Джин, которой, похоже, надоели Лирины игры. — Зачем мы здесь, Лира?

— Ищем Тео Нотта. У меня к нему деловое предложение.

— Ты говоришь на змеином языке? Ещё скажи, что ты наследница Слизерина, — сказала Моргана, недоверчиво приподняв бровь.

— Нет, наследник Слизерина, разумеется, Гарри. И нет, на самом деле я на нём не говорю, но как ты думаешь, много ли звуков могут издавать змеи? Просто вот это слово… — Она произнесла нечто, предположительно означавшее «откройся». — …открывает всякие тайные ходы. Кстати, Джин, это Моргана Яксли. Яксли, это Джин Уизли.

Джин чопорно кивнула, без всякой видимой причины испепеляя старшую девочку взглядом.

Моргана кивнула в ответ: «Уизли». — и тут же принялась игнорировать рыжеволосую. — Так, ты хочешь, чтобы я поверила, будто ты просто… что? Бродила по школе, шипела на случайные портреты и участки стен, пока не нашла вход?

— Не-а, это было бы глупо. Я попросила Лавгуд, так гораздо меньше подозрений. — Она и правда сказала Луне, что существуют тайные ходы, которые можно открыть с помощью змеиного языка. Разговор об этом зашёл, когда они обсуждали мать Луны, которая, по всей видимости, умела на нём говорить. Сама Луна не умела, зато знала больше Лиры, подхватившей всё, что ей было известно, шпионя за профессором Риддлом. — Так ты видела Тео?

Моргана вздохнула и закатила глаза. — Я сдаюсь. Обычно его компания сидит вон там, — сказала она, указывая на один из углов возле туннеля, ведущего в спальни мальчиков. — Делай что собиралась и убирайся — ты же знаешь, что тебе здесь быть не положено, а я отказываюсь отвечать за последствия, если какому-нибудь идиоту взбредёт в голову решить, что лев в змеином логове — вполне подходящая цель.

— Ой, нет! Ваши бедные маленькие змееныши могут пораниться. — Она широко ухмыльнулась. Разумеется, Лира ни за что не могла поверить, что, если какой-нибудь идиот решит возразить против её присутствия, в худшем положении окажется именно она. — Ну же, Джин.

Староста снова закатила глаза и вернулась к роману. Не самое любезное прощание, конечно, но Лира уже успела заметить, что большинство слизеринцев понятия не имело, что с ней делать. Впрочем, ничего необычного в этом не было. Большинство людей терялись, столкнувшись с чем-то за пределами привычного опыта, а Белла как раз и была чем-то подобным. Первые несколько раз, когда она садилась за их стол в Большом зале, они откровенно враждебно к ней относились, но в конце концов некоторых из них пересилило любопытство — главным образом старшекурсников, которые в основном забросили глупое межфакультетское соперничество, предпочтя сосредоточиться на своих СОВ, ЖАБА и жизни после Хогвартса. А потом, после нескольких недель, в течение которых она отказывалась давать им хоть какие-то прямые ответы о себе — не считая первоначальной легенды, в лживости которой все давно убедились, — любопытство в основном сменилось раздражением и безразличием. Флинт, капитан команды по квиддичу, всё ещё, похоже, очень её подозревал, а Драко со своей шайкой явно до крайности негодовали из-за её присутствия — что было бесконечно забавно, — но большинству из них, кажется, уже стало всё равно.

Провести Джин — её волосы даже в тусклом свете выдавали в ней Уизли — через гостиную по самому извилистому маршруту, какой только можно было придумать, удалось лишь вызвать немного шёпота и тыканья пальцами. Пара человек хихикнула. Никто, однако, не попытался их остановить. Никто даже не крикнул им вслед и не попытался снять с Гриффиндора баллы за их присутствие. В сущности, это было даже немного разочаровывающе.

Даже Тео лишь слегка дёрнулся, когда она, широко улыбнувшись, свесилась через спинку его кресла и жизнерадостно сказала: — Эй, народ.

Дафна никак не отреагировала — ну конечно, не отреагировала, — а Трейси съязвила: — Так ты, значит, перебегаешь к нам? И что это ещё за котёнок?

— Это Джин Уизли. Джин, это Трейси Дэвис, Тео Нотт и Дафна Гринграсс. Блейза нет?

Дафна едва заметно нахмурилась. Что ж, уже кое-что.

— Неважно, с ним ты уже познакомилась, а мы всё равно искали Тео.

Тео откинул голову назад, смерив её весьма подозрительным взглядом, но, как обычно, первой отреагировала Трейси: — Зачем?

— Да, зачем? — повторил Тео. — И сядь уже, у меня шея болит.

— Ладно. — Лира преувеличенно тяжело вздохнула и устроилась полусидя на одном из подлокотников дивана, где сидели Дафна и Трейси. Джин неловко застыла рядом. — Это и тебя тоже касается.

— Э-э, я нормально постою.

Ну и пожалуйста. — Что ж, Тео, я хочу предложить тебе сделку.

Он снова подозрительно прищурился. — Продолжай…

— Мне нужно, чтобы ты научил Джин драться.

Что бы Тео ни ожидал от неё услышать, явно не это: несколько секунд он просто сидел с совершенно растерянным видом. Трейси с лихвой хватило времени, чтобы снова влезть в разговор. — Ты удочерила Уизли? Серьёзно, что это за котёнок у тебя завёлся? И вообще, как ты сюда попала?

Лира ухмыльнулась. — Магия. А Джин — моя новая приспешница.

— Я не приспешница!

— Ещё какая приспешница. Ну, пока на испытательном сроке. Толку от неё сейчас маловато, поэтому мне и нужно, чтобы Тео научил её драться.

— А сама почему не научишь? — спросил он, наконец вновь обретя дар речи.

Она лишь приподняла бровь. — Ты ведь шутишь?

— Нет. Ты лучше меня, и сама это знаешь. Зачем просить меня о том, с чем ты и сама легко справишься?

— Затем, что мой стиль никому, кроме меня, не по зубам. И потом, ты можешь представить меня преподавательницей? Тем более у начинающей. Это же будет катастрофа.

Трейси хихикнула. — А ведь она права, Тео. Всё равно что снова оказаться на первом курсе у Снейпа, только в итоге ребёнок освоит разве что какие-нибудь чары для наведения красоты.

А это, вообще-то, было довольно забавно. — Да я тебе и чарами для наведения красоты запросто задницу надеру, чтоб ты знала. Достаточно всего-то напортачить с парой заклинаний для укладки волос, чтобы ослепить противника и заткнуть ему рот… А если волосы достаточно длинные, наверняка можно придумать, как его ими ещё и придушить. Хм…

— Ну вот, теперь ты ей идей подкинула, — попеняла Дафна своей… девушке? Они уже встречаются? На другом конце дивана эти двое устроились подозрительно уютно, но Белла вечно не замечала, кто с кем крутит роман. Надо будет потом спросить у Блейза.

А пока она хищно оскалилась им обеим. — Всего парочку. Но мы отвлеклись. Тео?

— А разве ты не учила того мальчишку, Риса?

— Это другое. Мне всего-то и нужно было подучить его настолько, чтобы змеёныши решили поискать добычу полегче. В итоге она научила его лишь трём заклинаниям («Упор», «Кадарма» и «Сесапса»), но даже это оказалось довольно муторно: показывать одно и то же снова и снова, поправлять движения палочки и произношение. Ей даже пришлось искать в справочнике, какое движение палочкой положено делать для «Сесапсы». Киарда научила её ловить этим заклинанием проклятия и швырять обратно, а тут уж было совсем не до правильных движений. У Дэйва с координацией пока было куда хуже — справедливости ради, о существовании магии он узнал всего полгода назад, но всё же, — так что пришлось учить его обычному варианту щита.

Брови Тео поползли вверх. — С кем, по-твоему, Уизли придётся драться?

— О, мало ли. С аврорами, Пожирателями смерти, преподавателями защиты, чернокнижниками, оборотнями, каргами, инферналами, вампирами, э-э… с демонами, вторгшимися из иных планов бытия? Да с кем угодно.

Трейси одарила её довольно странной полуулыбкой. — Этот список составлен в каком-то определённом порядке?

— По вероятности столкновения, разумеется, — тут же ответила Лира, хотя на самом деле перечислила их просто в том порядке, в каком они приходили ей в голову.

— Я не собираюсь драться с аврорами, — огрызнулась Джин, сверля её взглядом. Впрочем, она остановилась, не успев заявить, что собирается убить Риддла на глазах у слизеринцев, и это, вероятно, было к лучшему — Лира пока не была готова начинать вербовать кого-то ещё. Вообще-то она и Джин вербовать не собиралась, но какая разница. Как-нибудь справится.

— Никогда не говори «никогда», — поддразнила Трейси и озорно подмигнула ей.

Тео, однако, отнёсся к делу куда серьёзнее. — Ты понимаешь, что на такой проект уйдут годы?

— Э-э, да. Как ты думаешь, почему я пытаюсь заставить тебя сделать это за меня?

Даже Дафна улыбнулась, хотя Джин выглядела слегка оскорблённой.

Тео вздохнул. — И взамен ты предлагаешь…?

— Свободный доступ к библиотекам Блэков до твоего совершеннолетия. Ко всем. Возможность брать книги — по отдельной договорённости в каждом случае.

Глаза мальчика широко распахнулись. И неудивительно — Блэки веками собирали редкие и эзотерические труды. Предоставить наследнику другого Благородного Дома беспрепятственный доступ к такому собранию сокровищ было практически неслыханно. Не то чтобы Лиру это особенно заботило: она и сама не знала, что именно хранилось во всех библиотеках. По-настоящему много времени она проводила лишь в Древнейшем Доме и на площади Гриммо — их собрания были вполне приличными, но самые старые и редкие книги хранились бы в Цитадели (или в хранилище Гринготтса), а за долгие годы практически в каждом поместье успела накопиться собственная библиотека. Наверное, когда-нибудь ей стоило заняться их каталогизацией, но это явно не входило в список первоочередных дел. (А Гермиона, скорее всего, сделала бы это бесплатно.)

— Ты серьёзно?

Ничего себе, она даже не подозревала, что Дафна способна звучать настолько возмущённо. — Э-э… да. А почему бы и нет? Так что, Тео, что думаешь?

Похоже, он вообще не стал обдумывать предложение, одним махом перескочив от потрясения к: — Я это сделаю.

— Хорошо. Тогда оставлю вам с Джин самим разобраться с расписанием, а с доступом к библиотекам разберёмся на каникулах.

— Эм… Ты ведь понимаешь, что это означает ненулевую вероятность того, что тебе придётся встретиться с моим отцом?

— Э-э… почему? — Не то чтобы Лира была особенно против встречи с отцом Тео. В её мире Кадм Нотт был ровесником Беллы. Он был гораздо крупнее и общительнее своего сына — громким и напористым мальчишкой. Он не раз пытался оспорить положение Зи как лидера их курса в Слизерине, но справиться с ним было не слишком трудно. Он до ужаса боялся крыс и научился проявлять вполне здоровое уважение после того, как Белла создала защиту, притягивающую крыс, и вырезала её на задней стенке его кровати. (В тот раз профессор Риддл впервые оставил её после уроков. Не за то, что она напугала Нотта, — Лира почти не сомневалась, что его реакция показалась ему такой же забавной, как и ей, — а за то, что она приманила вредителей в Слизерин.)

— Потому что лорд Нотт — властный придурок, — объяснила Трейси. — Меня до сих пор слегка поражает, что он вообще позволяет Тео ходить к Блейзу, учитывая, ну… маглов.

— У него с леди Забини… договорённость, — сказал Тео, пылая от смущения.

— Да, хорошо, но… Почему ты просто не можешь сказать ему, что собираешься навестить Блейза? Я всё равно там остановлюсь, а Древнейший Дом сейчас не слишком пригоден для проживания людей.

— Отец, скорее всего, конфискует всё, что я принесу домой, если не будет знать, кому это на самом деле принадлежит. — Его раздражение и покорность почти ощущались физически.

— То есть потому, что лорд Нотт — помешанный на контроле мудак, — услужливо пояснила Трейси.

— И ещё, — добавила Дафна, — потому, что всем хочется познакомиться с загадочной новой Блэк, на которую леди Малфой намекает последние несколько месяцев. Стоит ему хоть краем уха услышать, что его могут с ней познакомить, и он почти наверняка разрешит Тео гостить у тебя только при этом условии.

Тёмные Силы, Цисси, о чём ты, блядь, думаешь…

Лира вздохнула. — Ладно, если уж совсем никак не отвертеться, загляну через камин поздороваться с твоим отцом.

— Эм… Ты ведь понимаешь, что тебе придётся, э-э… вести себя как наследница Блэков?

Лира усмехнулась. — Я и есть наследница Блэков. Следовательно, как бы я себя ни вела, именно так и ведёт себя наследница Блэков. Что и требовалось доказать.

Тео этот ответ, похоже, ничуть не успокоил. — А… ага. Может, сказать ему, что я остаюсь здесь, а самому поехать домой с Блейзом…

— Как хочешь, только дай знать, — сказала Лира, закрывая тему. — Ну что, договорились?

— Э-э, да? — Тео прозвучал не слишком уверенно, но её это устраивало.

— Джин?

Младшая девочка кивнула, снова всем своим видом выражая мрачную решимость.

— Так, мне тогда пора. Я уже минут двадцать как должна быть на трансфигурации.

Джин моргнула, глядя на неё с полным непониманием. — И зачем теперь вообще идти?

Лира хихикнула. — Ну, понимаешь, если я заявлюсь под самый конец урока, это разозлит Макгонагалл несравненно сильнее, чем если я вообще не приду.

— Ты что, добиваешься, чтобы она назначила тебе ещё больше отработок?

— По-моему, мы с Аргусом начинаем по-настоящему понимать друг друга.

— Ты же понимаешь, что ты ненормальная? — спросила Трейси с ноткой беспокойства в голосе. Искреннего или нет — Лира понятия не имела.

Она пожала плечами. — Да, это весьма распространённое мнение. Ладно, ребята, увидимся.

Слизеринцы небрежно попрощались с ней, пока она шла к выходу.

— Подожди! — потребовала Джин, спеша её догнать: она ненадолго задержалась, чтобы договориться с Тео о встрече после ужина.

Не успела она дойти до двери, как та открылась.

— Лира? Ты что здесь делаешь? А это… Уизли?

Лира хихикнула. Ей ещё ни разу не доводилось видеть Блейза таким растерянным. — Строим планы по захвату мира, — сообщила она, проскользнув мимо него из гостиной.

— Но…

— Прости, некогда, опаздываем на трансфигурацию! — бросила она через плечо.

Когда дверь закрывалась, до неё донёсся его вопрос: — Какого хрена Лира сюда пробралась?