Последний полёт над пропастью (джен)

— Ему нужно помочь…

— С какой стати? — Северус изо всех сил удерживался от крика, — всем людям не поможешь. Однако его и человеком-то назвать трудно!

— Я пойду, проведаю его. Что бы ты о нём ни думал, он не заслужил такой участи.

— Да…

— Северус.

— Ммм?..

— Я могу пойти к нему?

Зельевар с удивлением посмотрел на жену.

— С чего это вдруг тебе понадобилось моё разрешение, чтобы что-то сделать?

Лили серьёзно взглянула на него. Подойдя ближе, она взяла его руки в свои и мягко сжала.

— Мне важно знать, что ты будешь чувствовать по этому поводу. Я не хочу причинять тебе боль.

— Что я буду чувствовать, когда ты это сделаешь, несложно понять и без легилименции. Но если ты считаешь, что так правильно, я не буду препятствовать.

Лили прижалась к нему, и Снейп, недолго думая, заключил её в объятия.

* * *

Тёплый весенний ветер трепал её длинные волнистые волосы. Она решила пройтись пешком — уж больно хорошая была погода.

Лили остановилась у до боли знакомого дома и для вежливости постучала, прекрасно осознавая, что никто, скорее всего, не откроет.

Однако через мгновение послышались шаги, и на пороге появился мужчина. Его лицо было украшено длинными тонкими шрамами, а сквозь гриву русых волос уже проглядывала седина.

— Здравствуй. Входи.

Она потопталась в прихожей и последовала в кухню, откуда слышались негромкие голоса.

Весь вид комнаты говорил о глубоком отчаянии жильца. Пол покрывала многолетняя пыль и бутылки из-под различного алкоголя. Стол был завален немытой посудой, упаковками из-под шоколада и ещё каким-то хламом.

За ним сидели ещё двое мужчин. Один уронил голову на руки, уставившись воспалёнными глазами в пространство. Рядом с ним сидел гладко выбритый человек с угольно-чёрными вьющимися волосами, отпущенными чуть ниже плеч.

Взгляд его чёрных глаз искрился едва уловимым высокомерием. Он был небрежно красив, и некая томная грация присутствовала в его движениях.

Они оба подняли глаза на вошедших.

— Лили?

— У тебя есть сомнения по этому поводу?

Сириус стремительно поднялся и приблизился к ней.

— Тебе нужно что-то конкретное?

— Я хотела помочь… — Она взглянула на Блэка через плечо. Поттер раскачивался на стуле, запрокинув голову.

— Сомневаюсь, что мы в данный момент можем что-нибудь сделать, — мягко заметил Люпин, усаживаясь за стол.

— Последний раз я помню его в таком состоянии на шестом курсе, после того как он увидел свою девушку, целующуюся со слизеринцем, — пробормотал Сириус, рассматривая сваленную в кучу грязную посуду.

— И что вы тогда делали? — подняла брови Лили.

— Ну… — протянул Люпин. — Довольно долго мы ничего не делали. Нам было забавно наблюдать, как он, напившись, дерётся с Гремучей Ивой. А потом… Поверь, это произошло совершенно случайно. Мы сильно разозлили его. Он с Сириусом подрался и отошёл.

— Моё достоинство с тех пор так и не вернулось в прежнюю форму, — хмуро заявил Блэк. — Кстати, Лунатик, скоро тебе придётся самостоятельно приводить его в чувство.

— И в чём же причина? — поинтересовался оборотень.

— Дамблдор решил, что я должен преподавать в Хогвартсе, — развёл руками тот. — Видимо, думает, что раз должность проклята, я должен стать следующим симпатичным трупом.

Люпин хмыкнул и придвинул маленький пузырёк к Джеймсу.

— Выпей, — приказал он.

Глаза Поттера алчно блеснули, и он, залпом опустошив пузырёк, повалился на пол.

— Что ты ему дал? — с флегматичным интересом поинтересовалась Лили, глядя на его бездыханное тело.

— Опохмелитель, — спокойно декламировал Люпин, левитируя друга в спальню.

— Так как он уже давно перешагнул границу обыкновенного пьянства, он потерял сознание, когда в крови начали исчезать молекулы алкоголя.

— И что вы будете делать? — спросила Лили, переводя взгляд с одного на другого.

— Не то чтобы прям что-то особенное… — небрежно заметил Сириус. — Для начала ему нужно протрезветь, и кажется, я знаю подходящий способ ему в этом помочь, — он растянул рот в ядовитой улыбке и замолчал.

— Как поживает Северус? — поинтересовался Люпин, с любопытством глядя на женщину.

— Да, как там наш Нюнчик? — Блэк скрестил руки на груди, и в его чёрных глазах промелькнула необъяснимая неприязнь.

Лили выхватила палочку и угрожающе наставила её в грудь анимагу.

— Ещё. Раз. Услышу. Это. Прозвище. Забудешь. Как. Открывать. Рот. — Каждое слово она произнесла с такой яростью, что Сириус невольно отшатнулся.

Она развернулась на каблуках и встретилась взглядом с Римусом. Тот стоял, облокотившись на стену, и довольно ухмылялся.

— Помню, как ты однажды выполнила свою угрозу, когда Бродяга тебя окончательно довёл. Я никогда не знал, что лицо человека может принимать такой интересный оттенок, — усмехнулся он.

Лили отвесила ему подзатыльник и уже обернулась к выходу, как на пороге вырос пошатывающийся, растрёпанный мужчина.

Его воспалённые глаза с трудом сфокусировались на ней. Затем Джеймс схватил её за плечи и встряхнул. Женщина пыталась высвободиться, но хватка была железной.

К ней на помощь поспешили оставшиеся Мародёры.

— Оставь её, слышишь? — резко потребовал Сириус.

— Он простил меня, скажи, что он простил меня! — срывающимся голосом закричал Поттер, на этот раз вырываясь из рук приятелей.

Лили в ужасе попятилась.

— Где мой сын? Верни моего сына! — бешено заорал он.

Где-то в полумраке раздался громкий треск — это Римус наградил друга хорошей затрещиной.

Воцарилась звенящая тишина. Та самая, что разрывает барабанные перепонки и заставляет сердце биться у самого горла.

Джеймс смотрел на оборотня так, будто теперь увидел его по-настоящему. Затем он с рёвом набросился на него.

Сириус недолго думая потащил Лили к выходу.

— Лунатик сделал непростительное — опозорил в чужих глазах Сохатого, — явно забавляясь, шепнул Блэк. — Так что, думаю, теперь тебе здесь делать нечего.

Она молча кивнула и трансгрессировала — хозяин дома не потрудился наложить защитные чары от внезапных проникновений.

* * *

— Ненавижу вас, Дамблдор, и, по всей видимости, вы решили укрепить это чувство! — зельевар яростно отшвырнул стул в сторону, стараясь не обращать внимания на возмущённые возгласы портретов директоров Хогвартса.

Альбус не предпринял попыток его остановить.

— Сначала Бэгшот, потом Квиррел, а теперь Блэк! Что дальше? Вы готовы закрыть глаза на всё, только не на моё прошлое! — выкрикнул Снейп.

Дамблдор лишь с любопытством склонил голову.

— Ты прекрасно знаешь, что причина не в этом. Это избавляет меня от необходимости объяснять.

— Ох, ну разумеется, член Ордена Феникса подходит на эту должность больше, чем бывший Пожиратель Смерти, — выплюнул тот, по своему обыкновению скрестив руки на груди. Это помогало унять дрожь в пальцах.

— Ты тоже член Ордена, — мягко заметил старик, перебирая пальцами по столу.

— Вынужденный, — резко отозвался он.

— Сириус нуждается в работе, которую я могу ему предоставить.

— Этот бездельник мог работать в Министерстве, — презрительно скривился Снейп.

— И тебе известно, почему он этого не сделал, — директор чуть подался вперёд, не спуская с преподавателя проницательного взгляда голубых глаз.

— Потому что его шкура будет неплохо смотреться в кабинете у министра, — кивнул Северус.

— Именно, — подтвердил Дамблдор. — Он разбил сердце дочери Скримджера. Не думаю, что сейчас ему разумно появляться в Министерстве.

— Вшивый развратник, — проворчал Северус.

Альбус удручённо покачал головой.

— Как поживает юный маг и его прекрасная мать?

Снейп скептически фыркнул.

— Не делайте вид, что вам есть дело до меня и моей семьи. Снова и снова вы способствуете тому, чтобы отнять всё, что у меня осталось, — он устало посмотрел на собеседника, искренне желая скорого завершения разговора.

— Мой мальчик, я всё-таки слегка сумасшедший старик, но не нужно делать из меня монстра, — директор печально взглянул на него, а Снейп лишь поморщился — то ли от слов, то ли по другой причине.

— А что мне ещё остаётся? — с вызовом спросил зельевар. — Выбор есть всегда, как вы говорите, но теперь вы лишили меня и этого. Ах, впрочем... Когда было иначе?..

Оставив вопрос без ответа, Снейп развернулся и бросился в подземелье, не стесняясь в выражениях.

* * *

Пока весь класс толпился у кабинета, Альберт всё вертелся в тщетных попытках высмотреть кого-то в толпе галдящих учеников.

Наконец зазвенели колокола, и поток жаждущих знаний хлынул в кабинет.

Все расселись, ожидая кого-то. Позади хлопнула дверь, и в класс, развиваясь мантией, вошёл высокий черноволосый мужчина. Волосы чуть ниже плеч, небрежный взгляд тёмных глаз, грация в движениях — всё это создавало впечатление харизматичной личности.

— Я профессор Блэк. Остаток учебного года я буду преподавать защиту от тёмных искусств, ну и, если повезёт, весь следующий год тоже, — он обвёл всех быстрым взглядом. — Предлагаю посвятить урок знакомству, а уже со следующего занятия перейти к практике. Как вам?

Ответом стал гул голосов.

— Значит, сделаем так, — потёр ладони Сириус, взял журнал. — Я назову имя, а вы подниметесь и расскажете немного о себе.

По классу прокатились смешки.

— Я начну, — предложил Блэк, облокотившись на доску. — Меня зовут Сириус Блэк. Три недели назад я порвал с дочерью министра, и с тех пор он точит на меня зуб. Мой друг оказался предателем и стал Пожирателем Смерти. Месяц назад он пропал, и поделом! — в сердцах пнув ножку стула, он махнул рукой. — Следующий!

Тут же поднялся Лероп.

— Лероп Ольяр. Кстати, у вас слабенькое заклинание: стул не сильно нагревает. — Он откинул с лба прядку. — Живу в приюте. Когда вырасту, стану луной.

Сириус поднял брови, но не сказал ни слова.

— Луна Лавгуд. Я люблю звёзды и хочу, чтобы мне пели, — добавила девочка.

Блэк удивлялся всё больше. После шестерых поднялся Альберт.

— Альберт Поттер. Может, стану игроком в квиддич, но это не так увлекательно.

Сириус хлопнул в ладоши и подмигнул ему. Следом поднялся Септимус.

— Септимус Снейп. Нравится трансфигурация и зельеварение. Люблю шоколад и не спать по ночам.

Улыбка Сириуса исчезла.

— Ты слизеринец?

— Нет, — холодно ответил Септимус. — Так что баллы снимать не надо.

— Он с Гриффиндора! — заступился Альберт.

— Это ошибка... — пробормотал Блэк.

Колокола возвестили об окончании урока. Ученики поспешили к выходу.

— Папа? — недоверчиво спросил Септимус, столкнувшись с Северусом.

— Поттер, вам тут делать нечего! — прикрикнул Снейп.

— Не смей так с ним разговаривать! — вмешался Сириус, и Снейп увёл сына прочь.

— До скорого, Нюниус! — выкрикнул Блэк.

— Зачем ты это сделал? — спросил Альберт.

— Он твой друг?!

— Да, и не смей так его называть!

Сириус извинился и обнял крестника.

— А что сказал твой отец?

— Он гордится мной, — улыбнулся Альберт и убежал на обед.