Дневник «Белорусского Когтевранца» (гет)

[Запись из дневника. 30 января 1999 года. Шопинг с хорьком и чёрные рынки]

Утренний спектакль

Проснулся, открыл глаза. Темно. Гермиона обнимала меня и сладко посапывала. Подумал и отменил пробежку.

Хотелось побыть с ней подольше. Решил еще поспать. Матрас мягко пружинил под спиной.

Когда проснулись, старались вести себя так, словно завтра обычное воскресенье и мы с Малфоем просто пойдем в «Три метлы» выпить сливочного пива.

Гермиона улыбалась шуткам, а не закатывала глаза к потолку. Обнимались и целовались. Пили кофе, обсуждали какие-то пустяки. Керамика звонко стучала о деревянный стол. В воздухе висел уютный аромат жареных тостов. Словно и нет над нами всех этих проблем. Обычный выходной день. Только я и она — двое влюбленных.

Затем всё же дошли до темы, что иду в Лондон с Малфоем. Гермиона поставила кружку, обняла меня, посмотрела самым своим умильным взглядом, от которого сердце плавится. Сказала, что ей тоже очень-очень нужно в Косой переулок: закончились ингредиенты, и книгу нужно одну купить. Посмотрел на неё. Глаза честные и такие умоляюще-просящие. Чмокнул её в нос. Всё понятно. Боится, что где-нибудь в глухом переулке сдадут нервы и просто прикопаю блондинчика под ближайшим сугробом. И ведь недалеко от истины: соблазн был велик.

Но ближе к моменту выхода из замка компания резко разрослась. Еще за завтраком прибежала к столу Джинни и напросилась, потому что ей скучно в замке и нужен экшен, а я, гад такой, не взял её в прошлый раз. Осси — потому что сегодня была назначена встреча с дельцами в Лютном переулке по поводу ингредиентов для Бэт. Нужно было вручить им предоплату, раз есть возможность лично встретиться, а не пересылать совой. А еще ему одному было страшновато, а раз иду я, то это здорово.

И, наконец, гвоздь программы — Драко. Выяснилось, что у слизеринского принца нет не только палочки, но и нормальной зимней одежды, просто одежды, обуви и, естественно, ни одного галлеона в кармане. Мамка могла бы и прислать ему.

Вздохнул. Придется всё ему купить, не пойдет же в больничном халате и тапочках на дело. Вот уж не думал, что стану спонсором для Малфоя. Буду потом в своих мемуарах об этом писать, если доживу.

Кошачьи тропы

Подумал, что смысла затевать спектакль с двойниками нет. Во-первых, могут и в эти выходные проверять всех детекторами, а так пару недель пошмонают и успокоятся. Во-вторых, мы же быстро: прыгнем, затащу Малфоя к Олливандеру, ну там Гермиона себе чего купит и Джинни, а потом с Осси пойдем предоплату отдадим. Максимум час. Так что просто выскользнем тихо. И так же тихо вернемся.

Собрались снова в нашей гостиной. Малфоя пришлось вести под невидимостью, потому что пусть пока это будет тайной, что он в Хогвартсе. Может, кто-то и знает, но сильных слухов пока нет, так что пусть так и остается. Стукнул его по бедру палочкой, накладывая заклинание Дамблдора. Воздух вокруг него пошел легкой рябью. Причем вначале Гермионе пришлось просить, чтобы мадам Помфри пустила, а мне перед ней извиняться за тот случай с Малфоем. У дверей уже ждали Осси и Джинни.

Джинни сказала, что предупредила Луну, что нас не будет, а Осси заверил, что Ричи, если что, скажет, что мы где-то в замке, если кто-то будет искать.

Сначала переместил по очереди Малфоя и Финча — обниматься с парнями сегодня настроения не было. Хотел сразу Драко глаза завязать, а потом плюнул. Всё равно и так уже знает многое. То, что банка — это «Гараж», конечно, тайна, но кроме меня туда никто не попадет. Да, обидно будет, если украдут. Но об этом пока не хотелось думать.

Затем Джинни и Гермиона. Сегодня они поменялись ролями: Джинни обняла спереди, а Гермиона уже дышала мне в ухо. Так бы стоял и стоял, блаженство. Но нужно идти. Когда всех переместил и сам вернулся в гостиную, надел куртку и вышел в коридор. Спустился в темную нишу на первом этаже. Перекид. Влажный хруст костей, и мир стал черно-белым.

Серый манул выбежал на улицу. Обошел возможные министерские патрули по широкой дуге, двинув прямо через поле для квиддича. Проверенный уже маршрут — да, чуть дольше, зато безопаснее. Жесткий наст царапал подушечки лап, в нос бил запах промерзшей древесины трибун. Пролез через щель в заборе, проскользнул сквозь защитный барьер, который лишь мягко пахнул озоном, и углубился в Запретный лес. Принюхивался и прислушивался. Но или кто-то умел прятаться слишком хорошо, или просто никого не было.

За большим раскидистым дубом решил, что уже можно вернуть себе форму. Перекид обратно. Холодный ветер ударил в лицо. Вздохнул и посмотрел на мир. Всё же человеком быть лучше. Трансгрессия. Пространство со свистом схлопнулось. Вышел в тихом и грязном лондонском тупике недалеко от «Дырявого котла». Запахло прелой капустой и мокрым кирпичом. Выпускать ребят здесь было не очень, но идти в свой номер тоже. Лучше не светиться. Ладно, рискнем. Положил жестянку в небольшую нишу за мусорным баком. Присел, отстучал по коробке комбинацию и сказал: «Я Дамблдор». Первым выпустил Осси. Когда вышли, попросил его присмотреть за банкой, а не убегать по своим делам. Осси насупился, мол, он и не собирался. Я лишь хлопнул его по плечу — шуток не понимает. И вернулся за Драко.

Когда все вышли, натянули глубокие капюшоны, чтобы не светить лицами. Я еще предложил всем лица трансфигурировать, но Джинни хмыкнула:

— К... тебе точно надо трансфигурировать, а то у тебя нос длинный и лицо слишком красивое для парня, тебе бы усы и брови густые не помешали.

Она еще хотела добавить, что мне бы еще не помешало трансфигурировать, но остальные засмеялись. Даже Малфой криво ухмыльнулся.

Гермиона обняла меня и поцеловала в щеку.

— Алекс, ты мне и таким нравишься.

Вздохнул. Так всегда, только и делают, что смеются.

Лишь махнул рукой на вход в паб. Операция началась.

Спонсор для слизеринца

Помните, говорил план «быстро купим и уйдем»?

Забудьте.

Это же Косой переулок, а со мной две девчонки, один избалованный аристократ и еще один неизбалованный.

Осси побежал в банк менять чек на деньги, девочки тоже по своим делам. Гермиона лишь обняла, чмокнула в щеку и на ухо сказала, чтобы вёл себя спокойно и что она в меня верит. Лишь мрачно кивнул ей в ответ.

Вначале зашли к мадам Малкин. Предлагал Драко купить нормальную одежду в магловском магазине. Но он лишь бровь поднял и так на меня посмотрел, будто бы козлов Аберфорта понюхать предлагаю.

Внутри пахло нафталином, горячим утюгом и свежим сукном. Малфой не сильно, но кривился, трогая ткани, но молчал. Видимо, понимал, что если откроет рот и начнет капризничать, пойдет в Авалон в драном больничном халате, а то и вовсе без него. Мадам Малкин делала вид, что не узнает Драко, и общалась лишь со мной. Швейные ножницы вдалеке ритмично щелкали. Купил ему теплые штаны, плотную куртку и нормальные зимние ботинки. Также он потребовал еще купить нижнее белье и мантию. Мадам Малкин посмотрела на меня, я лишь кивнул и отсчитал галлеоны. Хорошо, Осси не видит, а то бы стал говорить, что баланс уже стремится вниз.

Затем лавка Олливандера. Скрип дверного колокольчика, запах вековой пыли и древесной стружки. Давненько здесь не был. Старик тоже был на месте. Чуть постарел, но оставался таким же бодрым и немного пугающим.

Олливандер долго сверлил Малфоя выцветшими глазами. И не спешил предложить новую палочку. Уже собрался договориться с ним. Но первым заговорил Малфой.

Он снял капюшон и посмотрел старику прямо в глаза.

— Мистер Олливандер, понимаю, мои извинения будут мелкими по сравнению с тем, что причинила вам моя семья. Но я прошу у вас прощения, от своего лица и лица нашего рода. И если вы не захотите продать мне палочку, то я пойму.

Я чуть приоткрыл рот. Такого от блондинчика не ожидал. Олливандер, судя по ошарашенному виду, тоже. Но через мгновение взял себя в руки и даже чуть улыбнулся.

— Что же, мистер Малфой, все мы можем ошибаться, главное — уметь признавать свои ошибки. Насколько помню, ваша старая палочка из боярышника и волоса единорога, десять дюймов.

Малфой кивнул. Олливандер покопался на полках, достал коробочку, открыл её, вытащил палочку и протянул Драко.

Тот взял палочку, взмахнул, и — ничего. Драко нахмурился. А мистер Олливандер, наоборот, лучезарно заулыбался.

Всё же странный донельзя старик.

Драко перепробовал еще штук десять. То вазы взрывались, то пергаменты на столе тлели. В воздухе густо запахло гарью, летели снопы искр. Старик улыбался и, кажется, был безумно счастлив, забирая у него гладкие, отполированные древки из ясеня и вяза. А потом вдруг замер, ушел куда-то в самые дальние, темные стеллажи и вынес потрепанную, пыльную коробку. Картон сухо хрустнул.

Внутри лежала палочка. Темная, матовая, с грубой рукоятью, на которой даже угадывались следы срезанных шипов.

Никакого аристократического лоска. На вид обычная, простая.

— Тёрн и сердечная жила дракона. Одиннадцать и три четверти дюйма. Жесткая, — проскрипел Олливандер, протягивая её Малфою и смотря на него с ожиданием чуда. — Тёрн — дерево с характером. Палочка из него становится по-настоящему верной только после того, как пройдет с хозяином через тяжелые лишения и боль. А вы, мистер Малфой, как я погляжу... через свой ад уже прошли. Берите.

Драко неуверенно обхватил темное дерево. И тут же по его руке до самого плеча пробежала мягкая, золотистая волна искр. В воздухе пахнуло грозой и хвоей. На измученном лице Малфоя проступило явное облегчение — он снова почувствовал магию. Он даже посмотрел на меня, во взгляде была какая-то мальчишеская радость. На миг перестал быть этим хмурым, уставшим и, кажется, как будто бы даже старше самого Олливандера человеком, а стал одиннадцатилетним ребенком, которому купили первую в жизни палочку.

Смотрел на него и думал: а ведь старик прав. Раньше у этого блондинчика была гладкая, понтовая палочка для богатеньких мальчиков. А эта — грубая, колючая, под стать новому Драко и той жизни, в которую мы все вляпались. Хм.

Может, он и правда изменился.

Отсчитал Олливандеру галлеоны, старик еще раз улыбнулся нам и ушёл в подсобные помещения. Золото звонко лязгнуло по прилавку.

Мы с Драко что хотели, то сделали. Нужно было найти остальных. Если Малфою что еще нужно, так пусть маме письма пишет. У них денег куры не клюют, или кто у них там — помню, когда был в Мэноре, видел павлинов.

Шли, капюшоны надвинуты по самые глаза. Снег мокрой кашей хлюпал под ботинками. Пару раз замечал в толпе подозрительных типов, сканирующих прохожих. Мутные личности в потрепанных мантиях. Возможно, наемники Гриндевальда или просто бандиты, но проверять не стали — просто ныряли в соседние лавки и пережидали, пока те пройдут мимо. Пару раз видели патрули мракоборцев из Министерства, но они просто шли, без всяких проверок.

Гермиону нашли в книжном «Флориш и Блоттс», пришлось силой оттуда вытаскивать. Она и так набрала десять толстых книг и говорила, что ей очень-очень надо вон ту, толстую в зеленой обложке, по продвинутому курсу трансфигурации. Пришлось пойти и купить и её. За что был расцелован под неодобрительные взгляды Драко — тот делал вид, что его сейчас стошнит. Пока Гермиона не видела, показал ему кулак, тот лишь фыркнул и указал на свою новую палочку.

Затем пришёл Осси, который озирался и поправлял очки. А еще через десять минут — Джинни, которая несла пакет, но не сказала, что же купила, лишь чуть порозовели щеки. Пакет подозрительно тихо звякнул.

— Ладно, у нас с Осси еще дело в Лютном переулке, а вы подождите нас в «Дырявом котле».

Но никто никуда не пошёл. Джинни лишь подошла ко мне за спину, открыла рюкзак и запихнула свой сверток. Молния застежки сухо вжикнула. Гермиона сощурила глаза. А Малфой сделал скучающий вид.

— Ну и Мерлин с вами. Идём, Осси, показывай дорогу, — буркнул я, разворачиваясь и беря друга за локоть.

Разборка в Лютном

Свернули в кривую, мрачную кишку Лютного переулка. Свет здесь словно вяз в грязных кирпичных стенах, тянуло сыростью, гнилой капустой и тухлой рыбой. Конечно, можно подумать: зачем такой переулок держать, вычистить бы его, и дело с концом. Но закроешь здесь — откроется в другом месте и другом городе, где власти и знать не будут. Так что лучше держать этих дельцов здесь под наблюдением, чем неизвестно где. Опять же, тут много различных производств находится. Алхимия, артефакты. То, что нужно, например, для мракоборцев, но в Косом переулке не купишь.

Осси привел нас к условленному месту — заднему двору какой-то алхимической лавки. Под ногами хрустнуло битое стекло. Там уже нас ждали трое. Типичные завсегдатаи черного рынка: шрамы, гнилые зубы, бегающие глаза. Лица с плакатов «Их разыскивает отдел магического правопорядка».

— Мы от мистера Двориджа, — чуть запинаясь, сказал Финч. — Принесли предоплату.

Осси, нервно поправляя очки, протянул мешочек с авансом. Главный барыга — здоровый лысый хмырь — пересчитал золото, криво усмехнулся, обвёл нас взглядом и вдруг заявил: (Монеты весело лязгнули в его толстых пальцах.)

— Цены выросли, студент. За кровь ре’эма придется накинуть еще двести. Инфляция, сам понимаешь. Или проваливайте. Ингредиентов не будет, а деньги останутся у меня за моральный ущерб.

Двое его дружков угрожающе шагнули вперед, положив ладони на палочки. Осси побледнел. Гермиона напряглась, Джинни уже вытаскивала палочку.

Я шагнул вперед, задвигая Финча за спину. И показывая жестом остальным не вмешиваться.

— Слушай сюда, экономист, — произнес я тихо, почти ласково, глядя прямо в его гнилую ухмылку. — Мы договаривались на пятьсот. И ты всё соберешь в срок. Если попробуешь кинуть нас на деньги или сорвешь поставку, я найду тебя. И поверь, золото тебе уже не понадобится. Потратишь его на услуги колдомедиков, если успеешь доползти до Мунго.

Здоровяк лишь ухмыльнулся. И пробасил:

— Да кто ты такой, чтобы мне такое говорить? Мы сейчас всю вашу школьную и богатенькую компанию быстро уму-разуму научим.

— О-о, простите, сэр, что сразу не представился, — усмехнулся я со звериным оскалом, сбрасывая капюшон. — Прошу любить и потом не жаловаться. Я — Алекс К...

Троица переглянулась. Здоровяк чуть скис в лице. Но всё же выдавил из себя:

— Тот самый?

Лишь жестом фокусника быстро сдвинул палочку себе в ладонь. Механизм фиксатора едва слышно щелкнул. И сорокасантиметровая палочка упёрлась ему в грудь.

Взгляд барыги скользнул по моему лицу, потом по «дубинке». Улыбка медленно сползла. В Лютном уважают только силу. Он шумно сглотнул, в воздухе резко запахло кислым потом.

— Понял. Без обид, парень. Всё будет в лучшем виде.

Всё же иногда дурная репутация играет мне на руку. Конечно, мог бы тут их всех положить. Но толку? Нам ингредиенты нужны. Да и шум поднимать не хотелось. А так все довольны.

Забрали расписку и быстро свалили из переулка.

Серые прятки

По пути назад заглянули во «Всевозможные волшебные вредилки» к Джорджу и Анджелине, просто поздороваться и убедиться, что всё нормально. В магазине стоял оглушительный грохот хлопушек, пахло жженым сахаром и порохом.

Джордж радостно помахал с кассы, немного поговорили, но задерживаться не стали, пора было возвращаться домой.

Хотели уложиться в час, а провозились все четыре. Вымотались как ездовые гиппогрифы. Пришлось еще зайти в кафе в Косом переулке, так как все только завтракали, а обед в Хогвартсе пропустили.

Обратный путь проделали по той же схеме: прыжок к лесу, «Гараж», манул, квиддичное поле, замок.

Когда выпустил по очереди всех в гостиной, все тяжело выдохнули. Сняли куртки. Малфоя нужно было провести назад. Но тут зазвенел колокольчик входной двери. Механизм дребезжаще тренькнул. Открыл и увидел на пороге запыхавшегося Ричи. Запустил его внутрь. Когда Стивенс отдышался, то сказал:

— Алекс! Гермиона! — зашептал он, обводя нас взглядом. — По замку шарятся «серые». Трое. Целенаправленно спрашивают студентов, не видели ли они Старост Школы. Директор пыталась их выпроводить, но они тычут какими-то ордерами. Меня спрашивали, сказал, видел вас утром на завтраке, что вы вроде бы в Хогсмид собирались.

Мы с Гермионой переглянулись. Опять. Ищут повод доказать, что нас не было в замке.

— Спасибо, Ричи. Ребята, без паники, — уверенно проговорил. — Осси, Ричи, берите Драко и ведите его в лазарет окольными путями. Джинни, дуй к себе в Башню, а потом возвращайся оттуда на ужин. И вы тоже, ребята. А мы с Гермионой пойдем светить лицами.

Наложил на Драко невидимость. Взял Гермиону за руку, и абсолютно прогулочным шагом направились в Большой зал, время как раз подходило к ужину.

Только спустились по парадной лестнице, как увидели их. Двое в серых мантиях и масках стояли у дверей зала, сканируя палочками толпу студентов.

Заметили нас. Встали как вкопанные.

Мы с Гермионой даже не сбили шаг. Прошли мимо, тихо переговариваясь о лунном зелье, как лучше его готовить — с листьями крапивы или же шиповника, словно весь день провели в библиотеке. Даже позволил себе легкую, издевательскую полуулыбку, когда наши взгляды встретились (точнее, мой взгляд и прорези их масок). Кивнул им.

Невыразимцы постояли, буравя нас взглядами. Поняли, что промахнулись — мы были здесь, внутри защитного барьера. Старший коротко, дергано мотнул головой напарнику. Развернулись и с сухим шелестом грубой ткани вышли из замка.

Гермиона пошла к своему столу, а я за свой, когтевранский. Сегодня удалось их обмануть. Но они явно просто так не отстанут.

Когда сел на свое место, поймал улыбку Луны напротив. Улыбнулся ей в ответ, а под столом холодная, но приятная на ощупь девичья ладонь обхватила мою. Пальцы слегка дрожали. Повернулся удивленно. Элис смущенно потупила взгляд.

Убрала руку. Достала палочку и Карту, стукнула и показала мне.

Элис: [Алекс, прости, просто очень волновалась за тебя, вас долго не было.]

Сурово посмотрел на Элис. Её красивые глаза смотрели виновато, и в целом по виду было понятно, что она случайно. Вздохнул. Улыбнулся ей. Повернулся к еде, налил себе из кувшина тыквенного сока. Выпил. Сладкая прохлада омыла пересохшее горло.

Элис-Элис.

Что же с тобой делать? Посмотрел на Гермиону: она разговаривала с Джинни, и та ей что-то со смехом показывала руками.

Дела.

Ладно, Элис пока не проблема, завтра будет тяжелый день.

Вечером сидели на диване в гостиной с Гермионой. Она разложила все свои книги и с довольным видом листала. Я же пил чай и думал. Как же там завтра будет, точнее, ночью. Сколько времени займут поиски, как избежать опасностей. Драко вроде ведет себя нормально. Но кто его знает, может, это игры. Хотя новая палочка. Это уже показатель, что он изменился. Терпкий аромат чая успокаивал нервы.

Из раздумий выбила Гермиона, которая плюхнулась ко мне на колени, обняла и поцеловала в губы. А затем наклонилась к уху и прошептала:

— Саша, а не хочешь ли мне еще раз показать свои предварительные ласки?

Долго уговаривать не нужно. Подхватил Гермиону и понёс в спальню. Да, может, сегодня и не будет у нас ночи любви. Но всё равно, это чертовски приятно.

Забыть обо всех проблемах.