Свой выбор - 3 (джен)

— А кому? — опешила Нимфадора Тонкс.

— Альбус, — схватившись за сердце, выдохнула миссис Уизли.

Директор молчал и хмуро глядел на поверенного.

— Так, подождите, — сказала Амелия Боунс.

— Что ждать? Что ждать? — возмутилась Молли. — Не видите, что тут происходит? Нас всех хотят обмануть!

— Никакого обмана нет, — оборвала причитания рыжей ведьмы мадам Боунс. — Мистер Ринготт все верно сказал. Мистеру Поттеру более одиннадцати и, как я понимаю, он признан наследником рода, а это означает, что не возможные опекуны договариваются между собой, а сам подопечный может выбрать себе опекуна…

— Скорее наставника, — поправила Амелию леди Августа. — В данном случае взрослые не могут принимать решение за подопечного, лишь подтверждать его решение или что-то советовать.

— Да, верно, — кивнула мадам Боунс.

— Да, именно так, — осклабился гоблин. — Я получил распоряжение пригласить вас сюда и обозначить желание супругов Поттер, а еще для того, чтобы известить вас о том, что до первого мая у обозначенных в завещании магов есть время произвести впечатление на мистера Поттера. Естественно, если вы желаете стать его опекуном.

Собравшиеся переглянулись.

— Это все неправильно, — всплеснула руками Молли Уизли. — Разве можно позволить ребенку принимать столь важное решение? У него нет жизненного опыта, он еще так юн и не понимает, что для него правильно!

— Так уж и не понимает? — фыркнула леди Лонгботтом. — Этот мальчик как минимум знаком с основами уклада магов.

Снейп не смог удержаться от короткой улыбки, услышав тень зависти и гордости в тоне пожилой волшебницы.

Поверенный тем временем продолжал:

— Личные встречи и беседы с мистером Поттером на тему выбора опекуна исключаются. Это его личное пожелание и даже требование. Это означает, что мистер Снейп, например, не имеет никакого преимущества.

Леди Лонгботтом кивнула, посчитав это решение разумным.

— Далее… Не может быть и речи о каком-либо внешнем давлении, — сказал Ринготт. — Желающие получить опеку могут писать мистеру Поттеру, но не должны обращаться к кому-либо за помощью и просить о том, чтобы кто-то сторонний воздействовал на мнение мистера Поттера.

— Но это ведь означает, что мальчик будет судить о соискателях лишь с их слов? — сказал Дамблдор. — Не лучше ли, если о них расскажут сторонние наблюдатели?

— Нет, — отрезал гоблин. — Сторонние наблюдатели могут сильно исказить сведения, что недопустимо для взвешенного решения.

— В любом случае нет кандидата лучше Ремуса, — прошептала миссис Уизли. — Он был самым близким другом Лили и Джеймса. Думаю, другим не стоит и пытаться.

Из-под вуали миссис Тонкс раздался отчетливый раздраженный вздох.

— Мама? — повернулась к Андромеде Нимфадора.

— Молли, ты уж определись, — хриплым низким голосом сказала миссис Тонкс. — Ремус хороший опекун или же он слишком болен?

— Прекрасный! — заверила миссис Уизли. — А я, если что, помогу ему с воспитанием мальчика. Верно?

— Да, — вежливо улыбнулся Люпин.

— Кстати, — сказал поверенный и зашелестел бумагами, — мистер Люпин.

— Да? — поднял голову Ремус и сел чуть прямее.

— Вы, конечно, можете попытать удачу, но я должен предупредить, что шанс очень мал.

— Почему же? — спросил Дамблдор. — Ремус — прекрасный человек и был так дружен с Джеймсом.

— Мистеру Поттеру известны факты из жизни мистера Люпина, — заверил Ринготт. — Как и факты из жизни всех возможных опекунов.

Люпин вздрогнул и заерзал на стуле.

— Как достижения, так и провалы, — добавил гоблин. — И пока ваша кандидатура, мистер Люпин, вызывает у моего клиента больше всего сомнений.

— Почему? — потребовала ответа миссис Уизли.

— Опекун должен быть в состоянии обеспечить подопечному жилье и содержание, — ответил гоблин. — Но у мистера Люпина нет в собственности какой-либо недвижимости как в магическом, так и в маггловском мирах. Хижина в… лесу — не буду называть координаты — не считается жильем, пригодным для проживания ребенка.

Ремус вздохнул и сгорбился.

— Это, конечно, личное дело мистера Люпина, — заверил гоблин. — Он волен жить, как ему удобно.

— И только? — вздернула бровь Молли. — А если Ремус поселится у нас, в Норе?

— Вы готовы переоформить свое имущество на мистера Люпина? — уточнил поверенный.

Миссис Уизли не ответила, но возмущенно засопела.

— Но проблему мой клиент видит не только в этом.

— А в чем еще? — потребовала объяснений рыжая волшебница.

— Молли, — умоляюще произнес Люпин, чуя недоброе.

— Главная проблема — принадлежность мистера Люпина к… определенной группе, — обтекаемо ответил гоблин.

— Вы о чем? — насторожилась Амелия Боунс.

— Все ясно, тогда не стоит настаивать, — сказал Альбус. — Ничего не поделаешь.

Снейп усмехнулся. Он мог бы ответить, но не собирался раскрываться перед директором.

— Нет, я хочу знать, — строго произнесла мадам Боунс. — Какая еще группа?

— Это все неважно, Амелия, — попытался заверить главу ДМП директор.

— Это важно, — поддержала мадам Боунс леди Августа. — Что вы имели в виду, мистер Ринготт.

Гоблин обвел собравшихся взглядом.

— Вы не имеете права оглашать такую информацию! — строго произнес Дамблдор.

— Так вы знаете? — с прищуром спросила Боунс. — Что вы скрываете?

— Девочка моя…

— Мне самой все выяснить?

— Он оборотень, — сказал гоблин, когда волшебница перевела на него взгляд.

В зале на секунду повисла полнейшая тишина, после чего раздался скрежет стула о каменный пол — Андромеда Тонкс взмахом палочки отодвинула свой стул подальше от Альбуса, сидевшего рядом с Люпином.

— Оборотень? — переспросила мадам Боунс, вскочила и лишь в последний миг удержалась от того, чтобы вытащить из крепления волшебную палочку.

— Амелия, дорогая моя, — поднимаясь и загораживая собой Люпина от взбешенной ведьмы, мягко произнес Дамблдор. — Не нужно так бурно реагировать. Ремус — самый обычный человек.

— Просто с небольшой проблемой? — фыркнула Августа Лонгботтом, которую новость обеспокоила, но не сильно. — Клыкастой и хвостатой, так?

— Волшебникам стоит проявлять понимание, терпение и уважение к тем, кто отличается, — с внушением сказал Дамблдор.

Один из гоблинов-стражников не удержался и выдохнул что-то явно нецензурное на гоббледуке.

— Господа и дамы, — призвал всех к порядку Ринготт, — не стоит затевать драку на нашей территории. Желаете выяснять отношения, дождитесь момента, когда покинете банк.

— Да, извините, — постаралась взять себя в руки Боунс. — Мистер Дамблдор, мистер Люпин, отсюда сразу же направляйтесь в Министерство.

— Амелия…

— Альбус, вы можете убеждать меня в чем угодно, но если я не увижу мистера Люпина в собственном кабинете через полчаса после этой встречи, то объявлю его в розыск за несоблюдение закона о регистрации оборотней. Вы знаете, чем это грозит.

Дамблдор недовольно поджал губы, Молли с сочувствием похлопала Ремуса по плечу и накинулась на гоблина:

— Кто дал вам право разглашать такую информацию?

— Никто не запрещал, — пожал плечами поверенный Поттеров.

— Успокойся, Молли, мы во всем разберемся, — велел директор.

— Конечно, — подтвердила мадам Боунс. — И мне особенно интересно будет узнать, как давно вы укрываете истинный статус мистера Люпина, Альбус.

Директор поморщился и промолчал. Снейп в своем углу наслаждался представлением и искренне жалел, что скупые гоблины даже кофе не подали.

— Кстати, господа и дамы, предупреждаю, что выдвижение кандидатов, не указанных в завещании, недопустимо.

— Но как же так? — искренне расстроилась миссис Уизли.

— И еще… — гоблин осмотрел свой стол в поисках какого-то документа, а после, прочитав его, договорил: — Ни миссис Молли Уизли, ни кто-либо из семейства Уизли не может каким-либо образом претендовать на опекунство или попечительство для семьи Поттер.

— Но почему? — Молли не выдержала и вскочила со стула.

— Ваша семья включена в список тех, кого дед и прадед мистера Поттера обозначили как нежелательные контакты, — жестко ответил гоблин.

— Что? Да как можно?! — возмущенно вскричала волшебница.

— Молли, успокойся, — велел Дамблдор. — Не нужно так бурно реагировать.

— Вот именно, — кивнула леди Августа. — Где твое воспитание?

Миссис Уизли метнула в пожилую волшебницу недовольный взгляд, но замолчала и с оскорбленным видом опустилась на стул.

— Мы во всем разберемся, — заверил ее директор.

— Ну и последнее, — снова заглянув в свиток, сказал поверенный, — в дальнейшем попрошу мистера Дамблдора не вмешиваться в процесс.

— Но я же исполнял роль опекуна для Гарри все последнее время, — напомнил Альбус.

— Если бы все правила были соблюдены и завещание исполнено еще в 1981-м, вы ни при каких обстоятельствах не смогли бы стать опекуном мистера Гарри Поттера, — с оскалом сообщил Ринготт, наслаждаясь своей речью.

— Но директор Хогвартса…

— Лили Поттер лично вписала ваше имя в завещание, — сообщил поверенный с неспешным удовольствием, — как человека, который никогда не должен был получить опеку. Там было всего два имени. Ваше. И магглы Петунии Дурсль, Эванс в девичестве.

«О, воспоминание об этом дне нужно обязательно сохранить, — подумал зельевар. — Я не раз захочу его пересмотреть».