Сталь и Камень / Steel and Stone (джен)

— Поторопись, поторопись! Вэлдан ждёт.

Обе головы эттина заговорили одновременно, пока чудовище смотрело вниз из отверстия в верхней части тюремной камеры. Рёв эттина разнёсся эхом по пустой комнате, и Лида вздрогнула. Китиара получала удовольствие, дразня зверя: она не спеша направилась к стене напротив портала. Двуглавый тролль бросил верёвку в отверстие и спустился вниз. Он схватил её грязными, покрытыми коркой руками.

— Поторопись. Хочу сейчас. Сейчас, сейчас, сейчас.

Китиара уловила зловонный запах рыбы в его дыхании.

Тринадцатифутовый эттин потащил её к грубой лестнице. Лида попыталась последовать за ней, но Рес‑Лакуа остановил её:

— Только воительница.

— Это частная вечеринка, — язвительно бросила Китиара.

Рес‑Лакуа ударил её по затылку, одной рукой поднял на плечо и ловко вскарабкался по верёвке.

— Не трогать лёд, — шептал он. — Не трогать трупы. Не есть, не, не. Не трогать лёд.

Он швырнул её в отверстие, затем втянул верёвку и повесил её на крюк на стене.

Воительница проигнорировала крик «Китиара, не сотрудничай с ними!», донёсшийся через портал. Вместо этого она замахнулась на эттина.

— Если бы у меня был мой меч… — пригрозила она.

Чудовище расхохоталось и поволокло её вверх по наклонному коридору, залитому ледяным синим светом, а затем через лабиринт одинаковых проходов.

Китиара жаловалась, с трудом удерживая равновесие:

— Этот человек бросает нас на несколько дней… полностью игнорирует… даже еду нам не присылает… а потом вдруг ему срочно нужно меня видеть?

Эттин резко остановился, ударив кулаком в дубовую дверь. Когда он снова загрохотал в дверь, Китиара поняла, что это эттинская версия стука.

— Во имя Моргиона, эттин! — взорвался Вэлдан, открывая портал. — Неужели Януш не может научить тебя хоть…

Его глаза расширились, когда он увидел Китиару. Затем его рука метнулась вперёд, схватила воительницу за плечо и втащила в комнату. Правитель захлопнул дверь перед лицом Рес‑Лакуа.

Покои Вэлдана были столь же роскошными, сколь спартанской была темница. Бархатные гобелены глубоких синих, зелёных и пурпурных оттенков покрывали большую часть стен, оставив открытыми лишь несколько участков льда — вероятно, чтобы пропускать синий свет. В центре комнаты стоял позолоченный трон. Огромная кровать правителя была задрапирована парчой и шёлком, расшитым в цветах знамени Вэлдана — пурпурном и чёрном. На одной стене было нечто вроде окна — несомненно, магического, ведь они находились в сотнях футов под поверхностью. Пока Китиара наблюдала, пейзаж за окном сменился с вида на Ледяные Пределы на весеннюю панораму бывших владений Вэлдана возле Кернена.

Кит почувствовала его дыхание на своём плече, но заставила себя встретиться с ним взглядом. Вэлдан вымылся, причесал свои рыжие волосы и надел чистую одежду: облегающие чёрные леггинсы, сапоги до колена того же цвета и свободную пурпурную рубашку, небрежно зашнурованную спереди. Он выглядел всего на несколько лет старше неё. Он посмотрел на неё, и она увидела в его глазах восхищение и жажду.

Он заговорил мягко и улыбнулся, но жёсткий взгляд в его глазах не менялся:

— Маг считает, что я должен позволить ему пытать тебя, капитан, пока ты не выдашь ему какую‑то информацию о ледяных самоцветах. А потом он хочет получить удовольствие от того, чтобы собственноручно тебя убить.

— Магу не стоит быть слишком оптимистичным насчёт пыток. Меня уже пытали — лучшие мастера, или, правильнее сказать, худшие?

Вэлдан кивнул:

— Я так ему и сказал. Но он считает, что у него с тобой личные счёты, капитан.

Она криво усмехнулась:

— Ему не стоит оставлять свои вещи там, где кто угодно может их украсть.

— Согласен.

Они оценивающе посмотрели друг на друга. Затем Вэлдан небрежно произнёс:

— Полагаю, для всех нас будет лучше сотрудничать.

Вэлдан развалился на кровати, поглаживая шёлковое покрывало. Он поманил Китиару к себе. Кит подошла и села рядом с ним, считая его глупцом.

— У тебя есть то, что нам нужно, а мы — или, по крайней мере, я — можем предоставить то, чего капитан Китиара Ут Матар желает больше всего.

— И что же это, Вэлдан? — кокетливо спросила Кит.

— Власть.

— Действительно. — Она приподняла бровь.

— И богатство.

— Правда?

— Ты видела мои войска. Сможешь ли ты командовать ими в союзе с Тоджем?

Она громко рассмеялась:

— Ещё не родились солдаты, которыми я не смогла бы командовать.

— Тогда ты присоединишься к нам?

— В обмен на…?

— Самоцветы, конечно.

Китиара лениво откинулась на кровать и улыбнулась ему:

— Я знаю, где находятся камни, и знаю, что, как только я овладею ими, они дадут мне всю власть и богатство, которые мне нужны. Зачем мне сотрудничать с тобой или твоим магом?

Глаза Вэлдана вспыхнули яростью. Он ткнул пальцем в сторону окна. Когда Китиара посмотрела туда, она увидела лицо Януша. Маг читал заклинание. Внезапно острая боль пронзила её. Она скрутилась, скатилась с кровати и, корчась, упала на пол, схватившись руками за живот. Она прикусила губу, чтобы не закричать, и почувствовала, как кровь потекла по подбородку. Сквозь пелену боли она услышала, как Вэлдан резко отдал приказ. Чтение заклинания прекратилось, и агония исчезла так же внезапно, как и началась. Китиара лежала, тяжело дыша, на толстом ковре. Она боролась с позывом к рвоте.

Сапоги Вэлдана появились в поле её зрения. Носок одного ботинка подтолкнул её подбородок, пока она не посмотрела на него.

— Почему ты должна пойти на этот союз со мной? — мягко повторил он. — Ты забываешь о существе, растущем внутри тебя, Китиара. Мы можем поступить с ним так, как захотим, маг и я. И не обманывайся: некоторые из наших трюков весьма болезненны. Это был всего лишь скромный образец.

Она плюнула в него. Слюна стекла по его левой ноге, но Вэлдан даже не дрогнул.

— Где ледяные самоцветы, Китиара? — тихо спросил он.

— Иди в Бездну.

— Где они? — его голос повысился.

— Разве ты не слышал меня с первого раза, Вэлдан? — Она осторожно перекатилась и поднялась на корточки. Голова кружилась: она почти неделю не ела, а беременность ещё больше истощала её силы. — У меня больше нет этих проклятых камней, Вэлдан.

— Но ты говорила, что они есть у твоих друзей, которые так доблестно пытаются тебя спасти.

— Я сказала, что у них есть информация. Вряд ли они настолько глупы, чтобы тащить самоцветы прямо к тебе. — Надеясь, что последнее замечание верно, она вытерла пот с лица шёлковой тканью с его кровати. Затем поднялась. — Ты нуждаешься во мне больше, чем я в тебе, Вэлдан. Кто будет возглавлять твою армию? Тодж? Эти одержимые властью минотавры? Ты думаешь, они будут стоять в стороне и позволят тебе прибрать к рукам всё богатство? Моржовые люди? От них будет не больше толку, чем от безмозглого заслона. А эттины… на всём Кринне нет ни одного эттина с хоть каплей мозгов.

— Рез‑Лакуа…

— Рез‑Лакуа боится мага, который без конца дрессирует его, заставляя координировать каждое движение. Эти эттинские рабы не способны думать самостоятельно. Да они даже не могут заставить свои правую и левую головы договориться друг с другом.

— Маг…

— Маг исчерпал себя до предела.

Вэлдан задумался, но, когда заговорил, его речь сочилась сарказмом:

— А Китиара Ут Матар, готовящаяся стать гордой матерью, — ты вообще можешь что‑то с этим сделать? Ты думаешь, мне стоит планировать кампанию с учётом твоих родов? — Он изобразил плаксивый тон: — Простите, Вэлдан… мы не можем взять Тарсис сейчас, Вэлдан… Кажется, у меня сегодня схватки, Вэлдан.

Уязвлённая, Китиара резко ответила:

— Не забывай, Вэлдан, я знаю, где находятся ледяные самоцветы. Они дают безграничную власть тому, кто сможет раскрыть их тайны. А что касается той другой «проблемы»… твой маг мог бы помочь с ней разобраться — как часть сделки.

— Ребёнок?

— Этот ребёнок может никогда не родиться, — отрезала она.

На мгновение оба замолчали. Мысли Вэлдана скрывались за непроницаемым взглядом. Но в очередной из своих стремительных перепадов настроения он заговорил мягко:

— До этого не должно доходить, Китиара. Нам не обязательно быть врагами, тебе и мне. Когда‑то мы сражались на одной стороне.

Китиара заставила себя говорить непреклонно:

— Я помню, что сражалась. А ты спокойно сидел в своём шатре.

Он положил руку ей на плечо:

— Давай пока прекратим эти пререкания. Я прикажу принести обед сюда.

Он обратился к магу, стоявшему позади Китиары и ожидавшему приказа хозяина. Януш пробормотал что‑то, чего Китиара не расслышала, но её желудок заурчал. Сомнений не было — она была голодна.

— Ты, наверное, отравишь меня, Вэлдан, — она придала голосу легкомысленный тон.

Он улыбнулся:

— Если я убью тебя, я никогда не узнаю, где самоцветы, не так ли? Как ты сама только что заметила. Мы с тобой оказались в весьма интересном положении.

В этот момент эттин загрохотал у двери. Чудовище пригнулось под притолокой, неся огромный поднос, накрытый тонкой белой тканью.

Эттин швырнул ткань на пол и начал швырять тарелки и миски на столик в углу с таким энтузиазмом, что треть посуды разбилась.

— Мёртвая рыба здесь, мёртвая птица здесь, — нараспев говорил эттин, и Китиара услышала фырканье мага. — Пустая тарелка, пустая тарелка, вилка, вилка. Желе из копыт, острое. Водоросли — холодные, холодные. Сыр танои, серый, жевательный.

— Признаюсь, Вэлдан, — сказала Китиара, — после пребывания в твоей темнице любая еда покажется чудесной. — Она улыбнулась правителю и села. — Но, — сладко добавила она, — я всё равно позволю тебе попробовать всё первым.

* * *

После того как они утолили голод, Китиара и Вэлдан, закутанные в меховые парки, мчались по заснеженному ландшафту на санях, запряжённых волколаками. Рез‑Лакуа неуклюже тащился позади, напевая что‑то, пока Вэлдан не рявкнул на него, велев замолчать.

Китиара обдумывала разговор за обедом с правителем. У неё не было ни малейшего намерения отдавать Вэлдану девять ледяных самоцветов. У Китиары были собственные планы насчёт столь ценных артефактов. Но ей нужно было потянуть время, пока не подоспеет помощь.

— Ты какая‑то слишком тихая. Планируешь стратегию? — спросил теперь Вэлдан.

Китиара моргнула. Стратегию? Конечно. Они отправлялись, чтобы возглавить минотавров и остальные силы Вэлдана в нападении на очередную беззащитную деревню Ледяного Народа. Китиара согласилась возглавить атаку. Она надеялась, что разгром и порабощение деревни выиграют время для Кейвена и Таниса. У Кит была идея: она могла растянуть кампанию на несколько дней. Вэлдану, возможно, понравится мысль какое‑то время поиграть с Ледяным Народом, прежде чем нанести смертельный удар.

Китиара позволила уголку рта приподняться в своей характерной кривой усмешке.

— Я всегда планирую стратегию, — ответила она.

Вэлдан улыбнулся в ответ.