Истории дядюшки Пружины | Tales of Uncle Trapspringer (джен)

«На следующее утро дядюшка Пружина был рад, что его сестра задала вопрос, который у него самого вертелся на языке…»

* * *

— Ну и куда теперь? — спросила Риппл у Халмарейн.

Они седлали пони. Маленькая волшебница пыталась опустить макушку своего скакуна, чтобы надеть на него уздечку, но животное нервничало и всё время вскидывало голову.

— И зачем ты вообще стараешься? — спросила Риппл, забыв про свой прежний вопрос.

— Я не беспомощная, просто… не вышла ростом, — огрызнулась маленькая волшебница, снова пытаясь дотянуться до головы упрямца.

Когда они закончили с упряжью, можно было вновь отправляться в путь. Прошлой ночью они разбили лагерь в высоких предгорьях. И вот, едва начав дневной переход, Риппл снова задала свой вопрос.

— Нам стоит снова выйти на дорогу, — начала Халмарейн, а затем покачала головой. — Хотя нет, не на дорогу. Поедем на север, через предгорья. Нам нужно попасть в Палантас.

Риппл вздохнула, и брат сразу понял, что это значит. Новых друзей им встретить не удастся. Но уныние на лице Риппл вскоре сменилось неиссякаемым кендерским оптимизмом.

— Зато, может быть, встретим каких-нибудь новых существ, — сказала она. — Пруж, помнишь рассказы Студдера Дальноброда про огров, наг, грифонов и…

— …и сатиров, хульдерфолков и бакали, — подхватил Пруж, прыгая от возбуждения. — Если держаться поближе к горам, может, нам попадутся действительно интересные создания!

— Ты меня до смерти пугаешь! — содрогнулась Халмарейн. — Ведь ты наверняка отправишься искать чудовищ, стоит мне только отвернуться. Я бы сказала, что безопаснее держаться дороги, но за нами гонятся гномы, да и не забывай, что по твоему следу всё ещё идёт человек в плаще. Он охотится за тобой, хоть ты и не хочешь этого признавать. Если Орандир всё ещё жив, с каждым потерянным днём его шансы вернуться в Ансалон тают. И с каждым мгновением возрастает опасность того, что родитель Беглага прорвётся в Кринн.

Она взглянула на юное исчадие, которое сидело на корточках и ковыряло палкой нору суслика.

— И с каждым днём оно становится злее.

Пруж вздохнул. Халмарейн упорно не желала доверять маленькому мерчести.

Будто желая доказать свою силу, бесёнок вдруг застыл, уставившись на что-то в подлеске. Он медленно вытянул палку, которой до этого мучил сусликов и взмахнув рукой, резко метнул её, и та с глухим стуком угодила в голову ничего не подозревающего кролика.

Злобно хихикая, Беглаг перебежал через лагерь и вернулся, волоча маленькое оглушённое животное за заднюю лапу.

Пруж как раз подхватывал седло Умпта, когда услышал визг кролика и обернулся: Беглаг уже дёргал зверька за передние лапки, будто собирался оторвать их, пока кролик ещё жив.

— Прекрати! — Пруж схватил свой хупак и бросился через лагерь.

Громкий удар по лапе заставил Беглага бросить добычу. Кролик кинулся в подлесок, но передние лапы его подкашивались, и он скорее катился, чем бежал.

Беглаг оскалился на Пружа и зарычал, но кендер не собирался поддаваться на его угрозы.

— Можно убивать, чтобы есть, но нельзя мучить ради забавы, — твёрдо сказал Пруж маленькому мерчести.

— Ты никогда не научишь его милосердию или доброте, — заметила Халмарейн.

Беглаг потёр ушибленную лапу и жалобно заскулил, глядя на Пружа и маленькую волшебницу.

— И не позволяй этому жалобному взгляду себя обмануть, — предупредила Халмарейн. — Этот злобный бес никогда не станет ничем иным.

— Он научится не мучить ради забавы, — упрямо сказал Пруж, твёрдо намеренный хоть немного укротить маленького мерчести.

Пружа раздражало недоверие Халмарейн к маленькому мерчести, но ещё больше ему не нравилось, что она пугает Грода. Всякий раз, когда волшебница упоминала зло, глаза маленького овражного гнома становились всё шире. Он уже начал поглядывать на Беглага так, словно ожидал, что тот в любую минуту откусит кому-нибудь из друзей руку.

Когда отряд тронулся в путь, Пруж ехал впереди. Он держал курс на север, пробираясь через предгорья. На рассвете солнце взошло, обещая ясный день, но не прошло и часа, как небо затянули тяжёлые тучи.

Через полчаса молния ударила в склон горы.

Беглаг восторженно взревел и замахал руками. Маленькая волшебница от неожиданности вскрикнула, заставив пони шарахнуться в сторону.

— Нам лучше найти укрытие, пока пони не разбежались, — предложила Халмарейн.

Пруж согласился. Он не возражал против путешествий пешком по горам, но, как и все кендеры, но обожал ездить верхом и не мог даже думать о потере своего пони.

Он поспешил вперёд, высматривая хоть какой-нибудь выступ или навес, который мог бы укрыть их от надвигающейся грозы.

Долго искать не пришлось. Двигаясь по самой удобной тропе, он обнаружил неглубокую пещеру с низким узким входом. Остальные добрались до укрытия всего за несколько минут до того, как разразилась буря.

Вход был таким низким, что пришлось спешиться и буквально пригибать головы пони, чтобы завести их внутрь.

— Ещё одна задержка, — пробормотала Халмарейн, следуя за своим пони в полумрак.

В глубине пещеры Грод дал Беглагу несколько палочек на перекус, а Умпт тем временем освободил волшебное колесо Агаров из самодельной волокуши.

— Много ног идут, — встревоженно сообщил Умпт, теребя свою тёмную бороду.

Два кендера и маленькая волшебница обернулись и увидели, что он стоит, прижав ухо к металлическому ободу колеса.

— Этот овражный гном… — начала было жаловаться Халмарейн, но Пруж её перебил:

— Не придирайся к нему. В прошлый раз он оказался прав, — напомнил кендер.

Халмарейн на мгновение прищурилась и кивнула.

— Полагаю, этот расшатанный обод способен улавливать и усиливать вибрации, — сказала она, находя логическое объяснение тому, что Агары считали магией. — Нужно попробовать замаскировать вход.

Халмарейн подбежала к выходу из пещеры и выглянула наружу.

— Пока никого не вижу, — сказала она Пружу. — Можешь срезать тот большой куст и поставить его перед входом? Я постараюсь, чтобы пони не шумели.

Пруж выскочил под ливень и потянулся за ножом, но там где он искал его не оказалось.

— Вот беда! Потерял, — пробормотал он. Он сунул руку в кошель, ища другой нож — тот, похожий на нож Орандира.

Пальцы нащупали кольцо, и прежде чем Пруж успел сообразить, что произошло, оно уже оказалось у него на пальце.

Зато нож он нашёл.

К его удивлению, лезвие рассекало ветки так легко, как нож сквозь масло. Он развернулся и двинулся обратно ко входу в пещеру.

Сделал шаг — и с размаху врезался в отвесную стену утёса, которая ещё секунду назад находилась в тридцати футах от него.

Кольцо снова обрело магию!

И, к сожалению, это осложняло возвращение в пещеру.

Он неохотно снял кольцо и бросил его обратно в кошель. Четыре торопливых шага привели его к входу в пещеру, где он воткнул острый конец срезанного куста в размякшую от дождя землю.

Халмарейн наблюдала за ним из укрытия и теперь задумчиво смотрела на кендера.

— Что ты там делал?

— Куст срезал, — ответил Пруж. Он решил, что она всё видела.

Халмарейн уже открыла рот, чтобы возразить, но тут рядом ударила молния.

Раздался испуганный крик лошади, а следом — несколько встревоженных голосов.

Халмарейн приложила палец к губам, призывая всех к тишине.

Маленькая волшебница и кендер стали всматриваться сквозь листья куста.

Мимо проехал всадник в плаще с капюшоном, скрывавшим лицо. За ним следовал большой отряд кобольдов.

С его появлением в воздухе словно повисла волна зловещей угрозы.

Путники продолжали наблюдать, но никто из проезжавших даже не взглянул в их сторону.

Через несколько минут ещё одна вспышка молнии озарила небо, и крики перепуганных кобольдов донеслись уже издалека.

Халмарейн отвернулась от входа. На её лице страх боролся с гневом.

— Кто-то в чёрном плаще отправился в Дипдел, разыскивая кендеров, — прошептала она. — Этот всадник подходит под описание. Он идёт по нашему следу. Наверняка охотится за тобой.

— Нет! Я же говорил! Он не может искать нас, — возразил Пруж. — Я даже не знаю, кто он такой.

— Я тоже никогда его не видела, и мы бы его точно не забыли, — добавила Риппл, вздрогнув. — От него исходило такое зло…

— Верно, — кивнула маленькая волшебница. — Вы бы его точно не забыли. И вряд ли стали бы рыться в его кошельке.

— Мы не… — начал сердито возражать Пруж, но Халмарейн перебила его.

— Я хочу знать, как тебе удалось сделать тот большой скачок, — потребовала она.

— С помощью этого кольца, — ответил Пруж, тут же забыв о своей обиде.

Он открыл кошелёк и принялся шарить внутри пальцами, пока не нашёл маленький золотой предмет.

Пруж был даже рад показать его ученице мага и узнать её мнение.

— Наверное, оно попало ко мне в кошель, когда мы изучали сундук под кроватью Орандира, — объяснил он и рассказал, чем они занимались, пока Халмарейн изучала книги волшебника. Ещё он поведал о своём первом опыте с кольцом, когда прыгал туда-сюда и сбивал с толку гномов, называвших его вором.

— Замечательно! Жаль, что я этого не видела. И я тебя не виню, что ты их так одурачил, — сказала Риппл. — Некрасиво было с их стороны обзываться. Даже Халмарейн знает, что мы ничего у них не взяли. Она ведь сковала нам руки заклинанием, хотя, должна сказать, я вовсе не думаю, что это было правильно. Да и вообще, мы пообещали ничего не трогать, а она всё равно не подпускала нас к гномам.

— Видимо, я приняла меры предосторожности слишком поздно, — пробормотала маленькая волшебница.

— Ты приняла. Мы ничего не трогали. А теперь я хочу узнать про кольцо, — настойчиво сказал Пруж, не желая позволить разговору уйти в сторону.

— Кольцо сделал Орандир, — ответила Халмарейн. — Но он наложил на него дополнительное заклинание. — Она даже улыбнулась — редкое для неё проявление теплоты. — Должна признать, не все воры в этом мире — кендеры. Много лет назад у него был ученик с «липкими» пальцами, так что он защитил свои вещи, ограничив их силу.

— То есть оно работает какое-то время, а потом перестаёт? — уточнила Риппл. — Интересно. Хотя не очень-то весело, если оно перестанет действовать прямо посреди шага. Можно упасть в ручей, или прямо лицом в землю, или ещё куда.

Пруж тем временем перебирал другие предметы в кошеле. Если он правильно помнил… а он помнил. Он вытащил второе кольцо.

— У меня есть и это, — сказал он, протягивая его. — Я его ещё не пробовал, так что не знаю, что оно делает. Может, это оно отвечает за большие шаги, но тогда я не понимаю, что делает первое.

Он надел второе кольцо на палец.

Ничего не произошло.

Пруж снял его, протянул Халмарейн и забрал обратно первое. Как только он надел его на палец, Халмарейн от неожиданности подпрыгнула.

Риппл ахнула и резко обернулась.

— Пруж!

— Я здесь, — сказал кендер.

Он указал на себя, но не смог увидеть палец, который должен был быть направлен в его сторону.

— По крайней мере, думаю, что здесь. А что случилось с… Ух ты! Вот это да! Большие шажищи! Я невидимка!

Пруж снял кольцо и снова стал видимым.

Он внимательно осмотрел находку.

— На нём тоже есть ограничитель? — спросил он.

— Наверное, — ответила Халмарейн. — Оно будет продолжать работать, если знать слово, снимающее ограничивающее заклинание. Но я его не знаю. На многих вещах Орандира стоят такие ограничители.

— Интересно, а это не одно из колец Орандира? — спросила Риппл, запуская руку в свой кошелёк.

Она достала кольцо, в точности похожее на два кольца, которые держал Пруж.

— Не знаю, как оно у меня оказалось, но выглядит точно так же.

Она передала его Халмарейн и наклонилась, разглядывая кольца в руках брата.

— Я пробовала его надеть, но ничего не произошло. Может, оно вообще откуда-то ещё.

— Нет, на нём стоит знак Орандира, значит, оно что-то делает, — сказала маленькая волшебница, возвращая кольцо Риппл. — Пока можете оставить их у себя, но будьте осторожны. Думаю, вам лучше вывернуть свои кошельки и показать мне, что ещё вы оттуда прихватили.

— Хорошо! Покажу. А ты покажешь, что у тебя в сумке? — с вызовом спросила Риппл, и в её глазах вспыхнул гнев из-за такого оскорбления.

Маленькая волшебница нахмурилась, но, подумав, кивнула.

— Пожалуй, лучше покажу. Тогда, если вы обнаружите среди своих вещей что-нибудь моё, будете знать, что оно принадлежит мне, и вернёте.

— Сначала ты, — потребовала Риппл: она куда меньше брата могла терпеть упрёки Халмарейн.

— Хорошо. Покажу, что у меня в сумке. Но предупреждаю: ни одна из моих вещей никогда… — она погрозила пальцем прямо в лица двум кендерам, — …никогда не должна оказаться в ваших кошелях.

Потрёпанная маленькая сумка, которую Халмарейн обычно носила через плечо, была обманчиво скромной. Волшебница аккуратно вытащила из неё стопку из десяти книг заклинаний — каждая была размером с саму сумку. Потом последовали маленький кошель, два комплекта одежды, запасная пара сапог и плащ.

— Как ты всё это запихиваешь в такую маленькую сумку? — спросил Пруж.

— У волшебников есть свои секреты, даже у учениц, — ответила она и продолжила копаться, то приподнимая брови от удивления, то хмурясь.

Она перевернула сумку вверх дном.

На землю высыпалась большая куча стальных монет, зловеще выглядящий нож и пара искусно сшитых перчаток, слишком больших для её рук.

Последним из сумки выпало ожерелье из множества перекрывающих друг друга серебряных дисков, каждый шириной в полтора дюйма. Диски соединялись серебряными звеньями, а на каждом были искусно выгравированы изображения и руны гномов.

Халмарейн торопливо отодвинула одежду, сапоги и книги заклинаний подальше от последних выпавших предметов, будто они могли заразить всё остальное лишь одним своим прикосновением.

— Эти вещи не мои! — вскрикнула она.