В вечном танце стихий (гет)

Воющий багровый смерч метался над святилищем с такой яростью, что само небо будто превратилось в кипящий океан. Аппа с трудом прорвался сквозь плотную стену туч и на долю секунды завис в трёх футах над трескающимися гранитными плитами алтаря Джараны.

— Сейчас! — скомандовал Аанг.

Они выпрыгнули из седла одновременно. Тай Ли, сгруппировавшись в безупречном акробатическом кувырке, мягко перекатилась по крошащемуся камню и мгновенно поднялась на ноги в низкую защитную стойку. Аанг приземлился рядом, плавно погасив скорость за счёт короткого воздушного импульса под подошвы.

— Улетай! Сейчас! — он резко взмахнул рукой, посылая плотный поток ветра в хвост Аппе, поторапливая его.

Бизон издал тревожный трубный рёв и свечкой ушёл вверх, мгновенно растворившись в плотных облаках, подальше от эпицентра грядущей бойни. Аанг и Тай Ли огляделись.

Тага стоял на самом краю платформы, спиной к ним, прямо над бездной каньона. Его гигантский силуэт, деформированный осквернённой энергией Мира Духов, казался монолитной скалой. Посох Сонам в его правой руке пульсировал кровавым светом. Древний воин хрипло, натужно рычал, нагнетая внутри себя неимоверное давление, а затем с диким выкриком вонзил основание жезла в ритуальный камень и направил всю накопленную мощь вертикально вниз, на те пики Патолы, которые помешали бы Джаране опуститься на землю и не разрушиться.

Раздался страшный потусторонний грохот, от которого раскололось само небо. Из посоха вырвался невероятно мощный импульс алой разрушительной энергии. Словно карающий молот богов, он ударил по ущелью, расчищая и выжигая место под материализующийся древний город. Вековые скалы каньона вокруг Храма Воздуха с жутким гулом начали трескаться и осыпаться вниз многотонными лавинами.

На мгновение у Аанга внутри всё заледенело. Внизу, под этим огненным градом, прямо сейчас находились его семья, его друзья и последователи. Все они были в смертельной опасности. Ждать больше было нельзя.

Его глаза и стрелы на теле мгновенно вспыхнули ровным ослепительно-белым светом, впуская в тело яростную космическую силу состояния Аватара. Земля под его ногами задрожала, а воздух вокруг зазвенел. Аанг резко взмахнул обеими руками, призывая первозданную стихию огня: с его ладоней сорвался гигантский пламенный смерч. Он с рёвом понёсся через всю платформу, выжигая пыль, камни и даже воздух. Аанг знал, что не сможет одолеть Тагу этим ударом, но надеялся, что перерождённый воин его хотя бы заметит.

Тага заметил, но даже не обернулся. Не прерывая ритуала, он лениво, небрежным взмахом левой руки сотворил узкий, как стальной клинок, воздушный срез. Этот концентрированный импульс ветра на полной скорости врезался в огненный смерч Аанга, разрезал его пополам. Пламя бессильно распалось на тысячи угасающих искр.

Только тогда Тага медленно повернул своё обезображенное чудовищной силой лицо. Его алые глаза грозно сверкнули из-под нависших бровей, а рот исказился в бешеном оскале.

— Да что же ты всё никак не сдохнешь, мальчишка?! — оглушительно взревел он, и от этого звука заложило уши.

Выдернув осквернённый посох Сонам из алтаря, Тага оседлал яростный порыв ураганного ветра и бросился прямиком на Аанга.

Аватар ждал этого броска. Он уклонился, создав вокруг своего тела прозрачную ветряную сферу, взлетел к осыпающемуся потолку, уводя Тагу подальше от Тай Ли и от алтаря. Тага яростными взмахами рассекал посохом воздух, и град чудовищных ударов обрушился на защитный купол Аватара, но Аанг не пытался атаковать в ответ. Он продолжал уклоняться, ныряя в стороны и вниз, прятаться за колоннами, очередью посылал в Тагу выбитые из стен камни, чтобы отвлечь внимание, и хлестал его огненными плетьми со всех сторон. Разъярённый Тага в демонском обличье рычал, сотрясая пространство, и продолжал накатывать на Аватара всё более мощные сконцентрированные волны урагана. Наконец, со свирепым воплем он соткал из воздуха плотный заряженный шар, сжал его в точку и выбросил в Аанга эту воздушную пулю, целясь в сердце.

Время будто бы замедлилось, и в этом загустевшем потоке Аанг остро ощутил каждую микровибрацию силы. Удары пульса гулко стучали в ушах. Один. Два. На этот раз он не стал уклоняться. Ни на мгновение не теряя концентрации, он развёл руки, будто открывал объятия смертельному импульсу. Три. Четыре. Заряженная точка невероятной силы пролетела между его раскрытых ладоней. Он уловил её движение, моментально слился с этим потоком и перенаправил его. Пять. Шесть. Убийственный снаряд отразился от Аватара, мгновенно обратившись в длинную особо прочную воздушную плеть, которую Аанг накинул на пояс противника и рванул на себя. Тага даже не успел понять, что происходит, лишь вскрикнул от неожиданности, когда воздушное лассо сдёрнуло его с платформы и выкинуло в свободный полёт. Семь. Восемь. Тело Таги с хрустом впечаталось в стену храма, пробив огромную вмятину. Изо рта демонического воина брызнула кровь, а глаза перестали светиться алым светом силы.

Это был ещё не конец. Тага всё ещё был жив, и он всё ещё не выпустил посох из рук. Он рухнул со стены на пол, припав на одно колено. Но он оказался в точности там, где и планировалось. Аанг плавно опустился на платформу напротив него, тяжело дыша, и торопливо отыскал взглядом фигурку в розовом одеянии. Она была на месте. Аватар взмахнул руками, создавая поток ветра с нужным направлением и плотностью, но его глаза и татуировки начали пульсировать от чрезмерной концентрации, на которую Аанг потратил последние силы.

Понимая, что он на пределе, Тай Ли использовала бушующую бурю в свою пользу. Благодаря своей невероятной легкости и ловкости она скользнула по воздушным потокам, перепрыгивая с колонн на стену с грацией, которой позавидовал бы любой маг.

Им не нужны были слова — годы совместной жизни и общего труда в Храме Воздуха научили их читать намерения друг друга по мимике. Аанг сделал глубокий вдох и совершил мощный рывок вперёд, отвлекая внимание Таги на себя. Он обрушил на дрогнувшего соперника шквал ударов, заставляя того закрыться посохом и сосредоточить всю защиту впереди.

Это дало Тай Ли необходимую секунду. Она зашла со слепой зоны. Используя акробатический кульбит, она пронеслась прямо над головой гиганта. Её движения были молниеносны. Она знала, что у Таги, как у мага воздуха, отличная реакция на изменение давления, поэтому двигалась абсолютно бесшумно, сливаясь с общим гулом урагана.

Она приземлилась ему на плечи, и прежде чем он успел сбросить её, вонзила пальцы в ключевые точки ци на его шее и плечах. Она била по узлам, которые связывали физическое тело Таги с духовной энергией посоха Сонам.

Тага вскрикнул. По его телу пробежала судорога, руки мгновенно ослабели, а пальцы выпустили посох. Бушующий вокруг ураган на мгновение замер, теряя стабильность.

В то же мгновение Аанг перехватил посох воздушным лассо и притянул к себе. Как только руки Аватара коснулись древка, как багровое свечение померкло, уступив место спокойному золотому сиянию. Тага пытался сделать вдох, чтобы вернуть магию, но его каналы ци были заблокированы.

Аанг перехватил посох двумя руками и воздел его над головой. Его татуировки и глаза начали наливаться ослепительным светом.

— Нет! — вскричал Тага голосом, гораздо больше похожим на его собственный, чем на громогласный рык демона, и протянул руку к Аватару. — Не смей!

Аанг не остановился, продолжая усиливать концентрацию своей ци в руках, удерживающих посох с двух концов.

— Остановись, безумец! — снова закричал Тага. — Ты ведь Аватар! Твой долг — хранить баланс стихий!

Аанг, наконец, опустил на Тагу взгляд своих ослепительно сияющих глаз. В его лице не было ни страха, ни злости, ни отчаяния — лишь вселенское спокойствие и монументальная уверенность.

— Ты не имеешь права, Аватар, — прорычал Тага в последней бесплодной попытке переубедить Аанга. — Ты можешь возродить свой народ. Ты обязан его возродить!

— У меня уже есть мой народ, — раздался умиротворённый ответ Аанга, и в его голосе звучали сотни голосов его предыдущих воплощений.

В следующий миг посох Сонам, воздетый над его головой, начал стремительно наливаться чистым белым светом. Раздался оглушительный хруст, а затем — хлопок, сотрясший уцелевшие стены храма Джараны и горный массив под ним.

Посох Сонам разлетелся на осколки, и вырвавшаяся сила магии мгновенно разнесла их далеко по сторонам. Секунду спустя частицы посоха без следа растворились в пространстве.

* * *

Вспышка на вершине парящей Джараны была такой сильной, что на мгновение багровая полутьма над каньоном превратилась в кристально-белый полдень. Зуко и Катара, синхронно вскинув руки, зажмурились от режущего глаза сияния, а Тоф под навесом из метеоритного железа глухо рыкнула, кожей ощутив, как энергетический импульс невероятной мощи прошил атмосферу сверху вниз.

Секунду спустя над горами раскатился громоподобный хлопок. Это не был звук взрыва — так звучит воздух, когда в него возвращается естественный, нарушенный силой магии порядок.

И катаклизм начал стремительно отступать.

Тяжёлые, удушливые лиловые тучи, бурлившие над Храмом Воздуха последние часы, стали бледнеть, разрываясь на клочья. Сквозь них на израненную, засыпанную серой пылью площадь хлынули настоящие и тёплые лучи заходящего солнца. Призрачные циклопические очертания храма Джарана в вышине дрогнули. Его монолитные стены и парящие галереи начали медленно беззвучно таять в золотистом свете, словно утренний туман, возвращаясь обратно в глубины Мира Духов. Земля под ногами, непрерывно вибрировавшая до этого, сделала последний глубокий толчок и затихла. Горные вершины больше не стонали, лишь привычный ветер засвистел свою бесконечную песнь между скал.

Новообращённые маги воздуха, секунду назад смыкавшие плотное кольцо вокруг Зуко и Катары, замерли. Багровое безумное свечение в их глазах мгновенно погасло. Послушники испуганно захлопали глазами, глядя на свои ладони. Вызванные ими рваные, агрессивные вихри ветра истончились, жалобно чихнули и бесследно исчезли. Магия, полученная из рук фанатика, уходила из их тел стремительно и безвозвратно.

Один из нападавших парней попытался призвать воздушный скутер, но с его пальцев сорвался лишь слабый, тёплый сквозняк, который едва колыхнул полы его перепачканного одеяния. Потеряв опору стихии, юноша бессильно опустился на колени прямо в пыль и растерянно уставился в землю. Один за другим оружие и боевые стойки побросали остальные. Опьянение фальшивой силой растаяло, оставив после себя лишь физическое опустошение и горький стыд.

Зуко медленно опустил руки. Яростное оранжевое пламя, окутывавшее его ладони, угасло. Катара плавным движением вернула водяные плети обратно в расколотую чашу фонтана. Из-за стального укрытия у входа в катакомбы поспешно выбежал Сокка. На ходу он закинул свой верный костяной бумеранг в ножны за спину и, спотыкаясь о гранитные обломки, бросился к друзьям. Следом за ним, растирая забившиеся мышцы плеч, шагала Тоф. Металлический лист её метеоритного щита, больше не нужный для защиты, свернулся в трубку и со звоном упал на брусчатку.

— Ну, ни черта себе фейерверк… — выдохнул Сокка, останавливаясь рядом с Зуко и Катарой, и изумлённо задрал голову к очистившемуся небу.

— Твинклтос всё-таки сделал это! Он надрал зад этому отмороженному старику! — почти с восторгом добавила Тоф.

— Да, — тихо, со слезами облегчения на глазах ответила Катара, и её губы дрогнули в слабой улыбке. Она бережно прижала ладонь к груди. — Надеюсь, с ним всё в порядке.

— Об этом мы, судя по всему, узнаем через несколько минут, — заметил Сокка, указывая в небо. — Эта махина вот-вот растает, и если Аанг остался там, мы увидим его фью-у-у-у!.. — он изобразил ладонью пикирующее падение.

Катара нахмурилась и пихнула брата в плечо. А Зуко перевёл взгляд с чистого неба на притихших, раскаявшихся Адептов на площади, а затем обнял Катару за талию, прижимая к своему боку.

— Даже не знаю, что с ними делать?

— Может, сбросить с края площади в пропасть? — предложила Тоф с мстительной усмешкой.

Послушники испуганно переглянулись.

— Мы не будем никого сбрасывать, Тоф! — возмущённо воскликнула Катара и взглянула на послушников, которые уже успели облегчённо выдохнуть. Её синие глаза горели праведным гневом. — Но и оставаться здесь вы больше не можете. Вы нарушили все обеты и традиции, которым вас обучал Аватар. Вам здесь не место.

Послушники потихоньку поднялись на ноги, не смея смотреть в глаза мастерам стихий, но вдруг заговорил Зуко:

— Думаю, это решать Аангу, когда он вернётся. Иногда… — он запнулся на мгновение, глядя на несчастных, пристыженных Адептов с долей сочувствия. — Иногда людям нужно давать второй шанс.

Бывшие новообращённые неуверенно заулыбались, переглядываясь украдкой. Заметив это, Зуко процедил:

— Но прошу вас не путать милосердие с глупостью. Тоф, нацепи-ка им всем наручники.

— С удовольствием! — воскликнула Тоф, несколькими жёсткими пассами рук создала из метеоритного железа крепкие оковы для провинившихся послушников и со звоном замкнула у каждого на запястьях.

* * *

Духовная энергия плавно рассеивалась, превращаясь в легкий тёплый бриз, а вместе с ней в пространстве таял и древний храм Воздушных Кочевников, возвращаясь туда, откуда был призван. Аанг стоял посреди руин, и его татуировки медленно гасли, возвращаясь к обычному синему цвету. В его глазах, устремлённых на лежащего без сил Тагу, читалась нечеловеческая усталость.

Тага, тяжело дыша, поднялся на ноги и подскочил к Аангу, схватил его за воротник монашеского одеяния.

— Зачем?! — вырвался из его груди крик, полный отчаяния и гнева. — Зачем ты это сделал, глупец?! Мы же могли всё исправить!

Аанг поднял на Тагу взгляд, полный глубокой вековечной мудрости, и тихо, с искренним сочувствием произнёс:

— Нам уже ничего не исправить, Тага. Мы не можем их вернуть. И не можем отменить боль прошлого.

— Нет! — хрипло выдохнул Тага. Его тело начало мерцать, истончаться, становясь прозрачным, и плавно оторвалось от пола, увлекаемое вверх силой магии духов, уходящей из реального мира. — Нет…

— Брат, — Аанг протянул руку и перехватил Тагу за локоть, как в глубоком рукопожатии. — Пора тебе простить себя. И мне пора себя простить.

Тага замер на мгновение, и лицо его неуловимым образом изменилось. С него впервые исчезли напряжение и злость, уступив место душевному покою. Он уже поднялся над полом святилища настолько, что Аанг глядел на него снизу вверх, и от окончательного подъёма в небытие его удерживала только рука Аватара.

— Воздушные Кочевники рождаются из тумана, — процитировал Тага одно из древнейших наставлений народа магов воздуха.

— Мы идём по миру лишь мгновение, — подхватил Аанг, чувствуя, как к горлу подступает комок.

— И возвращаемся в вечный ветер, — в один голос произнесли оба.

Тело Таги вспыхнуло на миг и рассыпалось на сотни светящихся осколков, которые шлейфом потянулись ввысь, вслед за испаряющимся миражом храма.

Аанг почувствовал на глазах горячую влагу, а затем земля ушла у него из-под ног. Алтарь храма растворился, и Аанг вместе с Тай Ли оказались в свободном падении. Издалека раздалось взволнованное трубное мычание Аппы, и через несколько мгновений верный друг-бизон подлетел к ним снизу, точно поймав в своё седло.

Аанг пытался сдержать слёзы, но не смог. Тай Ли не произнесла ни слова, лишь обняла его, прижав его голову к своему плечу, и принялась мягко поглаживать его вздрагивающую от всхлипов спину.

* * *

Пыль над разрушенным двором Южного Храма Воздуха постепенно оседала. Огромные лапы Аппы с мягким стуком коснулись иссечённых трещинами гранитных плит прямо в центре площади.

Едва бизон остановился, Сокка, Тоф, Зуко и Катара в едином порыве бросились к нему. Первой с Аппы мастерским прыжком соскочила Тай Ли. За ней Аанг медленно, придерживая левый бок, перевалился через борт седла. Он выглядел бесконечно истощённым, лицо было покрыто слоем копоти и засохшей крови, но его серые глаза наконец-то излучали чистое умиротворение. Тай Ли поддержала его под руку, помогая спуститься на землю.

— Аанг! — Катара подбежала первой.

Она бережно подхватила друга под другую руку. Её ладони мгновенно окутал лазурный, ласково сияющий шлейф исцеляющей магии воды. Она прижала руки к его грудной клетке, и Аанг с блаженным хриплым вздохом прикрыл глаза — прохладная сила стихии начала мгновенно стягивать его измученные рёбра, гася тупую удушающую боль.

Подошедший Зуко безмолвно опустил свою горячую, тяжёлую ладонь на плечо Аватара и крепко сжал его.

— Ты справился, — негромко, но с чувством произнёс Зуко, и на его лице расцвела редкая искренняя улыбка. — Мы все справились.

— Эй, Твинклтос, — Тоф резко шагнула вперёд и на секунду крепко отчаянно обняла Аанга за пояс, уткнувшись лбом в его монашеский халат на груди. — Рада, что ты не разбился в лепёшку, как Сокка обещал.

Аанг с непониманием вытаращился на друга в ожидании пояснений. А Сокка, активно шмыгая носом и размазывая чёрную грязь по щекам, подскочил и по очереди облапал сначала Аанга, затем Тай Ли, а потом и Аппу.

— Как же я за тебя переживал, мохнатый ты летучий матрас... — всхлипнул Сокка и ободряюще потрепал Аппу по влажному носу. — Ты точно заслужил целую бочку сочных полярных арбузов!

Аппа зажмурился и издал громкое радостное мычание.

Сокка, окончательно растрогавшись от вида счастливого бизона, широко раскинул руки и с приглушённым рыданием попытался сгрести в охапку стоящую рядом Тоф:

— Тоффи, иди сюда, мы выжили!

— Фу-э! Убери от меня свои сопливые лапы, Бумеранг! — Тоф брезгливо сморщилась, мастерски увернулась от объятий и точным, коротким толчком ладони в грудь заставила Сокку смешно покачнуться и плюхнуться задом прямо в кучу песка.

Зуко тихо хмыкнул, Катара лишь со смехом покачала головой, а Сокка, сидя на брусчатке, обиженно буркнул:

— Никакого сострадания в этом каменном сердце...

В этот момент тяжёлые дубовые двери главного здания Храма с глухим скрипом отворились. Из полумрака коридора на залитую золотистым закатным светом площадь неторопливо вышел генерал Айро. Старый мастер двигался со спокойным величием воина, выполнившего свой главный долг. На его широкой груди, надёжно закреплённый в шёлковой жёлтой перевязи у самого сердца, мирно посапывал крошка Тензин, а правую руку старика крепко сжимала маленькая Изуми.

Едва увидев родителей, пятилетняя принцесса Нации Огня восторженно взвизгнула:

— Папа! Мама!

Она разжала пальцы и со всех ног помчалась через площадь, перепрыгивая через мелкие обломки камней. Зуко и Катара одновременно упали на колени, раскрывая объятия, и Изуми с разбегу влетела прямо между ними, обхватив руками шею отца и утыкаясь носом в растрепавшиеся мамины волосы. Зуко порывисто прижал дочь к себе, целуя её в тёмную макушку, а Катара, плача от счастья, укрыла их обоих руками.

Аанг, забыв про боль, рванулся к Айро. Тай Ли, пошатываясь от усталости, поспешила за ним следом. Старик тепло, по-отцовски улыбнулся им двоим, бережно распустил узлы перевязи и передал проснувшегося Тензина на руки его отцу. Малыш широко распахнул свои большие круглые глазёнки, забавно сморщил нос-пуговку и издал тихое, довольное кряхтение.

Аанг прижал сына к сердцу и зажмурился. Тай Ли безмолвно нырнула под его правую подмышку и обняла мужа за пояс, свободной рукой придерживая малыша Тензина, и прижалась щекой к часто вздымающейся груди Аватара. Она слышала, как сильно и быстро бьётся его сердце, и тихо улыбнулась, чувствуя себя в полной безопасности.

Солнце окончательно скрылось за пиками гор, окрашивая утихающий мир в мягкие пурпурные тона. Они стояли посреди разрушенного, но уцелевшего Храма Воздуха, израненные, перепачканные сажей и копотью, но абсолютно счастливые.

В темнеющем небе над Храмом зажглась первая яркая звезда.