Идентификация Блэка (джен)

Святочный бал сам по себе считался значительным событием в магической Британии, а уж в сочетании с Турниром Трёх Волшебников становился и вовсе мероприятием исключительного масштаба. Билеты уходили за баснословные деньги, а слухи о подготовке расходились по стране задолго до начала праздника.

Хогвартс, со своими величественными башнями, просторными залами и старинными галереями, изначально создавался как место для торжеств. В прежние века здесь проходили регулярные балы, маскарады, дипломатические приёмы. К началу девяностых годов двадцатого столетия всё это великолепие сократилось до двух крупных событий: зимнего Святочного бала и летнего выпускного. Но каждый из них имел огромное значение для общественной жизни магического сообщества. Здесь выбирали будущих супругов, объявляли о помолвках, заключали родовые союзы, а порой и намечали политические договорённости на годы вперёд.

Разумеется, директора школы всегда получали с таких мероприятий свой немалый дивиденд — влияние, репутацию, расширение круга связей, а также весьма ощутимый финансовый бонус. Организация подобных торжеств требовала значительных вложений, и Хогвартс здесь не становился исключением.

В 1994 году Святочный бал приобрёл небывалый размах. Попечительскому совету пришлось изо всех сил вытягивать средства из бюджета — буквально до последнего кната, — лишь бы не ударить в грязь лицом перед иностранными делегациями. Однако даже этих усилий оказалось недостаточно: денег катастрофически не хватало.

Люциус Малфой взял дело в свои руки. Ему пришлось лично добиваться дополнительного финансирования у организаторов и спонсоров Турнира. Раз за разом он убеждал их, что столь значимое событие заслуживает безупречного оформления.

Но усилия окупились. Все члены попечительского совета получили бесплатные билеты — для себя и супруги. Джейсон был в их числе; род Блэк испокон веков состоял в попечительском совете, и новый глава не собирался упускать шанс представить себя магическому бомонду Британии.

Спутницей Джейсона на балу, естественно, должна была стать его невеста, мисс Линь Сюэ. Это добавляло ситуации особой пикантности. О загадочном американце Джейсоне Блэке, внезапно возглавившем древний британский род, ходили самые невероятные слухи. А предстоящая свадьба с китаянкой лишь подогревала интерес общественности. В эти дни магический Лондон буквально гудел, ожидая, когда же «мистер Блэк» предстанет перед публикой.

Хогвартс, украшенный к балу, выглядел по-настоящему волшебно. В Большом зале возвышалась огромная ель, наряженная с такой фантазией, будто её украшали лучшие мастера сразу нескольких школ чар. Хрустальные гирлянды медленно вращались под заклинаниями, отбрасывая на стены россыпь холодных огней. По всей длине зала стояли аккуратные банкетные столики, накрытые белоснежными скатертями. Администрация, понимая масштаб грядущего праздника, даже открыла огромный бальный зал, который соединялся с главным коридором широкими арочными проёмами.

Джейсон прибыл вместе с невестой, как и большинство приглашённых, с помощью порт-ключа. Гарри же переместился в Хогвартс ранним утром — прямо через камин декана своего факультета. Парню предстояло многое успеть: привести себя в порядок, показать профессору Макгонагалл танцевальные па, отрепетировать выход чемпионов. У мальчишки это был первый крупный бал, и он старательно держался молодцом.

Джейсон вместе с Линь Сюэ стоял среди разряженной толпы гостей, уверенно ведя девушку под руку. На них оглядывались все без исключения: кто-то — украдкой из-за бокала шампанского, кто-то — откровенно провожая долгим взглядом. Слишком уж необычной и примечательной парой они выглядели.

Сам Джейсон был одет в классический фрак, поверх которого была накинута шёлковая мантия глубокого тёмно-синего оттенка — дорогая, подчёркивающая статус. Линь Сюэ выбрала вечернее платье европейского покроя, подобранное в тон мантии жениха. Синяя ткань мягко переливалась при каждом её движении, а тонкая серебристая вышивка будто оживала, повторяя изгибы узора на рукавах и лифе.

На фоне крупных, статных английских дам Сюэ выглядела по-азиатски хрупкой, изящной, но вовсе не робкой. Её осанка, тонкие запястья, плавность движений — всё это выделяло девушку среди собравшихся. Даже признанная красавица леди Малфой, обычно притягивавшая взгляды, на фоне мисс Линь казалась высоковатой и угловатой. Лёгкая тень досады мелькала в её глазах каждый раз, когда вокруг вспыхивали новые взгляды, обращённые на экзотическую пару мистера Блэка.

Джейсон делал вид, что не замечает нарастающего женского ропота за спиной — едва слышных перешёптываний, которые сопровождали каждое появление его невесты. Сюэ держалась с достоинством, и это выводило из равновесия особенно ретивых матрон. К паре подходили знакомые: здоровались, обменивались приличествующими случаю фразами, рассыпались в комплиментах девушке. Но сам Джейсон бодро поддерживал светскую беседу лишь внешне — внутри он оставался собранным и напряжённым, ожидая официального начала праздника.

Он прекрасно понимал: их с Гарри решение явиться на бал в сопровождении иностранных девушек слишком откровенно демонстрировало магической Британии их личные симпатии и политические предпочтения. Джейсон усмехнулся краем губ: ещё бы, американский Блэк привёл в дом «цветную» невесту, ну с янки всё ясно, от них чего угодно можно ожидать. Но то, что Гарри Поттер, национальный герой, демонстративно пришёл на Святочный бал под руку с китаянкой, пусть даже с ученицей Хогвартса, — вот это уже воспринималось как заявление. Или символический щелчок по носу всей зашоренной аристократии.

В рассеянной толпе мелькнула знакомая чёрная мантия — декан Слизерина скользнул между гостями, и Джейсон мысленно поблагодарил судьбу, что Северус явился в одиночку. Если бы тот осмелился выйти в свет с невестой, шуму хватило бы на весь вечер, а политический скандал стал бы неизбежным.

Раздался раскатистый звук фанфар. Толпа немедленно расступилась, и из широко распахнутых дверей Большого зала вышли чемпионы Тримудрого турнира со своими парами — сверкающие, нарядные, сопровождаемые шёпотом восхищения и десятками оценивающих взглядов. Атмосфера бального зала мгновенно переменилась, наполнившись ожиданием и торжественностью.

Первыми по ковровой дорожке вышли Флер Делакур и её британский кавалер. Джейсон невольно отметил: организаторы выставили их именно в начале шествия не случайно — дипломатический намёк понятен даже без комментариев. Союз с Францией для британского министерства сейчас выгоден как никогда.

Следом появилась пара Седрика Диггори: высокий, уверенный в себе юноша и его спутница — милая светловолосая девушка, чуть смущённая вниманием зала.

Третьими выходили Гарри и Чжоу. Джейсон тщательно продумал внешний вид своего подопечного: классический фрак, подчёркивающий фигуру, и накинутая сверху мантия из тёмно-зелёного шёлка — сдержанная, дорогая, говорящая о статусе без кричащей вычурности.

Зато мисс Чжан выглядела так, будто несла в себе наследие целой цивилизации. На ней было чёрное шёлковое ципао, расшитое золотыми драконами, что держат в лапах жемчужину. Символ власти, силы и притязаний. Неудивительно: внучка главы китайской триады не могла появиться в Хогвартсе в скромном платье.

Хорошо ещё, подумал Джейсон, дракон золотой, а не зелёный — иначе уж слишком прозрачной вышла бы аллюзия.

Он был готов поспорить, что почти никто из местных аристократов не знает: в древнем Китае изображение драконов было привилегией сына неба и его семьи. Но даже без этого знания магическая публика мгновенно уловила главный посыл. В толпе поднялся лёгкий ропот — гости обсуждали спутницу Гарри Поттера куда оживлённее, чем самих чемпионов.

На последнюю пару внимание почти не обратили, но Джейсон задержал взгляд — его интерес был личного порядка. Виктор Крам, проявляя дипломатическую хитрость, прислал официальное обращение на имя главы рода Блэк с просьбой пригласить на бал его племянницу, Гермиону.

Джейсон лишь усмехнулся, вспоминая, как решительно девушка отреагировала на просьбу болгарина. Он спросил её прямо и без обиняков: чего хочет она сама? Ответ был прост: не идти. И бывший агент, руководствуясь собственными принципами, без малейших сомнений отказал Краму.

И правильно: бал не поле для политических манёвров чужих семей.

Пары чемпионов плавно кружились в венском вальсе — лёгком, почти воздушном. Музыка разливалась по залу, наполняя пространство нежными переливами звуков.

Огромный бальный зал Хогвартса сиял торжеством: его украшали парящие в воздухе свечи и изящные ледяные гирлянды. Между нарядно одетых гостей бесшумно скользили эльфы с подносами. Время от времени зал озаряли яркие вспышки — серебристые всполохи колдофотоаппаратов, запечатлевавших мгновения торжества.

К Джейсону то и дело подходили маги — поздравляли, задавали вопросы, представлялись.

Один из них выделялся сразу: высокий, мощный, с густой рыжевато-золотистой шевелюрой, напоминающей львиную гриву. Он двигался уверенно, словно рассекая толпу плечами.

— Мистер Блэк, — произнёс он, останавливаясь перед парой, — мы с вами не знакомы. Руфус Скримджер, глава британского аврората.

— Приятно познакомиться, сэр. Это моя невеста, мисс Линь Сюэ.

Девушка мягко улыбнулась и опустилась в изящном книксене.

— Весьма очарован, — хищно заметил Скримджер, оценивающе глядя на неё. — Мистер Блэк, я бы хотел поговорить с вами в более приватной обстановке.

— Ваш интерес продиктован служебной необходимостью или… — Джейсон осознанно не закончил фразу, позволяя ей повиснуть между ними.

— Или, — жёстко подтвердил аврор.

— С удовольствием, сэр. Жду вашу сову.

Скримджер коротко поклонился и растворился в толпе так же внезапно, как и появился.

Музыка смолкла, и к ним, пробираясь между магами, подбежали Гарри и Чжоу.

— Добрый день, сэр, — выдохнул запыхавшийся ученик.

Чжоу, встретившись взглядом с Сюэ, мгновенно застыла, будто кролик перед удавом, и сделала чрезвычайно глубокий книксен.

— Мисс Чжан, — холодно произнёс Джейсон, — вас никто не собирается обижать. Перестаньте дрожать в присутствии моей невесты.

— Да, сэр! Просто… с вами кое-кто хотел поговорить, — поторопилась объяснить Чжоу и, ухватив Гарри за рукав, утащила его к банкетным столикам.

Джейсон уже собирался пригласить Сюэ на танец, но к ним подошёл высокий юноша во фраке, поверх которого была небрежно накинута парадная мантия. Он склонился к Сюэ с учтивостью, чуть не доходящей до наглости.

— Позвольте пригласить вас на танец.

Джейсон перехватил его взгляд.

— Молодой человек, прежде чем приглашать даму, вы должны спросить разрешения у её спутника. Этикет, уверяю вас, одинаков в обоих мирах.

Тот дёрнул подбородком, но всё же поинтересовался:

— Извините. Могу ли я пригласить вашу даму?

Джейсон вопросительно посмотрел на Сюэ. Она едва заметно опустила ресницы и улыбнулась — тихо, коварно, по-женски.

— Можете, — разрешил он, провожая взглядом удаляющуюся пару. Затем развернулся и направился к противоположному концу зала.

Среди гостей находился человек, с которым Джейсон жаждал поговорить больше всего. Изворотливый, скользкий, он пережил эпоху террора, сумев избежать наказания: именно его показания легли в основу доброй половины приговоров Визенгамота в начале восьмидесятых.

Джейсон поймал его взгляд и неспешно приблизился.

— Мистер Каркаров? — произнёс он негромко, но с такой уверенностью, что собеседник невольно вздрогнул. — Джейсон Блэк. Я направлял вам запрос о встрече, однако вы не сочли нужным ответить.

Директор Дурмстранга резко обернулся. На его лице промелькнули раздражение и — лишь на миг — неподдельный страх. Каркаров явно стремился остаться незамеченным: он держался в тени массивных колонн, среди мерцающих гирлянд. Обнаружить его было бы нелегко — если бы не едва заметная магическая метка, которую Снейп оставил по просьбе Джейсона.

— Чем обязан столь… пристальному интересу? — выдохнул Каркаров, пытаясь удержать на лице маску безразличия. Но в глазах уже мелькнул испуг — короткий, почти неуловимый.

— Вашими свидетельскими показаниями на процессе над Пожирателями смерти, — произнёс Джейсон ровным, бесстрастным голосом.

Он сканировал собеседника, фиксируя каждую мелочь: как нервно подрагивают пальцы, как беспокойно бегают глаза, как напряжены плечи под дорогой мантией. Всё в этой манере выдавало загнанного зверя, который изо всех сил старается казаться спокойным.

«Типичная крыса», — мелькнуло в сознании бывшего агента. Каркаров без колебаний заложил всех, кого мог, и тех, кто стал помехой. Но что действительно настораживало — он до сих пор разгуливал на свободе, даже не пытаясь замаскироваться или скрыться. «Показательно, — отметил про себя Джейсон. — И до крайности подозрительно».

Допрос в собственных казематах был бы куда надёжнее, однако приходилось работать с теми условиями, что имелись. Джейсон не делал пауз — вопросы следовали один за другим, методичные и холодные, не дававшие Каркарову возможности уклониться. Тот изворачивался, говорил дрожащим, невнятным голосом, пытался уйти от ответов, но с каждым новым вопросом из него вытягивали по крупице правды — неприятной, скользкой, однако бесценной.

Разговор медленно угасал, и только тогда Джейсон осознал: танец давно завершился. В стороне, неподалёку от них, застыл кавалер Сюэ. Высокий, подтянутый, с цепким, хищным взглядом, он не пытался скрыть, что внимательно следит за их беседой.

— Знаете, мистер Каркаров, — голос Джейсона прозвучал тихо, но в нём чувствовалась железная решимость, — у вас остаётся один путь к спасению. Если на суде в МКМ вы открыто признаёте, что давали ложные показания под давлением, у вас появится шанс на снисхождение. Я лично прослежу, чтобы этот факт был учтён. Более того, я готов обеспечить вам защиту лучших адвокатов.

Каркаров вздрогнул. Воздух застрял в его горле, но он так и не смог выдавить ни звука.

Джейсон не стал ждать ответа. Он коротко кивнул, подошёл к Сюэ, бережно взял её за руку и, не оборачиваясь, направился к выходу. В спину им упирался тяжёлый взгляд молодого кавалера.

Они едва успели отойти на несколько шагов, когда за спиной прозвучал уверенный голос:

— Сэр, вы Джейсон Орион Блэк?

Джейсон обернулся. К ним приближался партнёр Сюэ по танцам — тот самый статный юноша во фраке, который не сводил пристального взгляда с их беседы с Каркаровым.

— Да, это я, — спокойно подтвердил Джейсон.

Молодой человек слегка склонил голову в знак уважения.

— Меня зовут Сергей Поляков. Мой отец упоминал судебный процесс в Швейцарии, инициированный вами. Он был бы рад встретиться — у него имеется предложение, которое, возможно, вызовет у вас интерес.

Джейсон без лишних слов вынул из внутреннего кармана небольшой кожаный блокнот, мягкий на ощупь. На одной из страниц он быстрыми, выверенными движениями написал несколько иероглифов и цифр — адрес для международной связи, доступный только через китайские каналы. Бумага чуть скрипнула, когда он аккуратно вырвал листок и передал его молодому Полякову.

— Передайте это вашему отцу, — негромко произнёс он. — Связь абсолютно надёжная.

Сергей кивнул — коротко, с явным уважением — и тут же растворился в толпе. Джейсон невольно задумался: этот юноша определённо не так прост, как кажется.

Впервые этим вечером они с Сюэ наконец вышли на танцпол. Под высокими сводами зала разливались звуки венских вальсов — одновременно лёгкие и величественные, будто само пространство оживало в ритме музыки. Джейсон галантно подал руку своей невесте — изящной китаянке в платье глубокого синего цвета. Мгновение — и они уже скользили в танце среди других пар.

Свет сотен свечей под потолком играл на отполированных мраморных плитах, рождая золотистые блики. Они ложились на струящиеся ткани платьев и счастливые улыбки танцующих, придавая сцене волшебное сияние.

Танцы продолжались — один сменялся другим, унося их в вихрь музыки и света. Но вот, наконец, Джейсон и Сюэ, раскрасневшиеся, с учащённым дыханием, сделали шаг в сторону столов с напитками. И в этот миг среди праздничного гомона раздался тяжёлый, до боли знакомый звук: глухой стук деревянной ноги и металлическое звяканье, выбивающие собственный, неумолимый ритм.

«Бешеный Глаз» Муди пробивался сквозь толпу — сутулый, грозный, с магическим глазом, который вращался так, словно выискивал скрытую угрозу даже среди рождественских гирлянд.

Шпион в облике Муди прошёл мимо пары, не замедляя шага. Настоящий хамелеон — он безупречно копировал манеру отставного мракоборца: суровую гримасу, скрипучее бормотание, диссонирующее с бальной музыкой. В тот момент, когда их плечи почти соприкоснулись, он молниеносным движением вложил в ладонь Джейсона плотно скрученную записку.

Блэк, не дрогнув лицом, спрятал послание.

Они с Сюэ подошли к столу, на котором в хрустальных кувшинах переливались пунш и лимонад. Блэк как раз предложил спутнице выбрать напиток, когда рядом неожиданно появился директор Хогвартса. Старик встретил их с загадочной улыбкой.

— Рад видеть вас на празднике, мистер Блэк, мисс Линь, — поприветствовал Дамблдор, одарив пару мягкой, но пристальной улыбкой. — Надеюсь, вечер доставляет вам удовольствие?

— Благодарю вас, директор, всё превосходно, — с лёгким поклоном ответил Блэк. Сюэ в ответ сделала изящный книксен.

— К сожалению, мне придётся вас покинуть, — продолжил Дамблдор всё тем же учтивым тоном. — У организаторов балов редко выпадает возможность отдохнуть.

Он слегка кивнул и растворился в толпе, оставив после себя едва уловимый шлейф из аромата лимонной цедры и старого пергамента.

Бал близился к завершению. Музыка звучала всё тише, а в воздухе явственно ощущалась усталость благородных гостей. У выхода Блэков встретили Гарри и Чжоу. Юноша выглядел довольным, хоть и слегка измученным — вечер выдался насыщенным. Чжоу сохраняла прямую осанку, но в её взгляде читалась скрытая усталость: общество утомляло её гораздо сильнее, чем она готова была признать.

— Сэр, мы… мы закончили, — произнёс Гарри, стараясь держаться официально. — Если позволите, хотели бы присоединиться к вам.

Джейсон кивнул, а Сюэ одарила подростков тёплой улыбкой.

Вчетвером они покинули бальный зал. Пройдя по боковому коридору, они окунулись в приглушённый свет: стены ещё хранили отблески праздничного сияния, а приглушённые шаги словно подчёркивали финал долгого вечера. За окнами простирались заснеженные просторы, а вокруг Хогвартса мрачно темнел лес.

Чжоу невольно прижалась к Гарри, ища поддержки, а Сюэ непринуждённо взяла Джейсона под руку. Блэк извлёк из внутреннего кармана мантии верёвку-портал, и все четверо крепко ухватились за неё. В мгновение ока, едва успев ощутить толчок сердца, они перенеслись в тёплую, уютную прихожую Блэк-хауса.