Маг. Сдвиг (гет)

Вечер, Виноградово, дом Савиных

«Ну, у нас ещё не было столько народу за раз», — подумала Даша, глядя на присутствующих. В гостиной за большим столом собралась её семья и вся команда «эорлингов». Антон взахлёб рассказывал про их с Магом приключения в США.

— Это было круче, чем в шпионских фильмах! — увлечённо жестикулировал Карачев. — Вы бы видели, как этот спецагент смотрел на Володю! Я думал, он нас прямо там мордами в пол положит. А потом Ричардс такой: «Добро пожаловать в Америку». И тут я понял, что всё это время вообще не дышал, пока они зыркали друг на друга.

«А он его тоже теперь называет Володей», — с мягкой улыбкой подметила Даша.

Затем она перевела взгляд на Мага. Владимир, в отличие от фонтанирующего эмоциями Антона, за весь вечер почти ничего не сказал. Лицо его было бледным, осунувшимся. Он то и дело утомлённо тёр переносицу. Даша заметила, что он так и не прикоснулся к еде, хотя остальные гости, увлечённые рассказом, тоже мало обращали внимания на накрытый стол.

— А как Володя поводил по губам этому агенту! — продолжал вещать Антон. — Когда нас уже пропустили, он вернулся и попросил того не ставить прослушку в туалете. Мол, неудобно перед ребятами, которые всё это слушать будут!

Народ дружно рассмеялся. Громче всех хохотал Слава.

— А дальше? Что дальше-то было? — с любопытством спросил Виктор.

Карачев с удовольствием продолжил описывать их американские мытарства: как их демонстративно не встретили представители местной федерации, как пришлось добираться до отеля на такси, а потом ехать на каток к Малинину.

— Никита вообще красава, так тонко сработал с прессой, — покачал головой Антон.

«Да, их совместное фото с Малининым перебило всю негативную повестку той дурацкой статьи», — подумала Даша.

— Но вишенкой на торте стал наш визит в офис федерации! — Он аж подался вперёд от восторга. — Володя заранее подсказал журналистам, где мы будем, и те во всех подробностях запечатлели, как Маг разносил президента их федерации и генерального директора за грубое нарушение протокола встречи! Видели бы вы их рожи! Это же они нас слили помощнику прокурора и были уверены, что нас уже повязали. А тут мы заходим — живые, здоровые, да ещё под прицелом камер! Под конец президент и гендиректор начали прямо при всех вину друг на друга перекидывать!

Карачев заразительно рассмеялся, заново переживая этот триумф.

Маг медленно поднялся из-за стола.

— Что-то у меня голова разболелась после этих перелётов... Пойду я, пожалуй, прилягу.

Иванова, которая весь вечер внимательно и как-то тревожно наблюдала за парнями, сразу же отреагировала:

— Я думаю, Антону тоже стоит отдохнуть. Ребята провели на ногах почти двадцать часов в дороге. Потом дорасскажете.

— Ну ладно, — растерянно протянул Антон, у которого явно ещё оставался запал. — Может, вы и правы.

— Света права, пусть мальчики отдохнут, — поддержала Нина.

Все потихоньку начали расходиться. Иванова отвела Дашу в сторону, понизив голос:

— Ты приглядывай за ними. Что-то они мне совсем не нравятся. Не знаю, что там на самом деле произошло в этой поездке, но один какой-то чересчур говорливый, на взводе... а Маг...

— Слишком молчаливый, — закончила за неё собеседница.

Иванова понимающе кивнула:

— Ты тоже заметила? Дай им пару дней выходных, пусть отойдут от стресса и этой безумной дороги.

Светлана Сергеевна двинулась в сторону прихожей. Даша тем временем быстро перехватила Карачева у дверей:

— Не убегай. Я тебя до дома подкину.

* * *

Белый кроссовер остановился на подземной парковке жилого многоэтажного комплекса. Заглушив двигатель, Даша отстегнула ремень безопасности и повернулась к пассажиру:

— Я тебя провожу до квартиры.

— Не надо, я уже сам дойду, — тихо ответил Антон.

В ответ девушка тепло улыбнулась:

— Я твоя партнёрша и должна заботиться о тебе.

Она уже взялась за ручку двери, готовая выйти, но Карачев остановил её, осторожно положив руку ей на плечо:

— Даша, подожди.

Девушка обернулась и посмотрела на него. Вся его недавняя бравурность улетучилась в одно мгновение. Если в доме Савиных он отчаянно строил из себя весёлого балагура, без умолку болтал и громко смеялся, пытаясь за шутками спрятать пережитый шок, то сейчас, в замкнутом пространстве и полумраке салона, маска окончательно спала. Перед Дашей сидел бледный, измотанный и глубоко напуганный парень.

Антон потупил взор, не зная, куда деть руки:

— Я хотел тебе сказать... Там было очень страшно.

Сочувственно положив ладонь ему на плечо, она ответила:

— Всё нормально, Антон. Мне тоже было безумно страшно за вас, когда мы увидели новости из аэропорта.

— Я сейчас говорю не об этом, — покачал он головой.

От его слов Даша мгновенно насторожилась, чувствуя, как холодеет внутри:

— А о чём?

— Маг просил меня ничего не говорить вам, чтобы не пугать, — признался Карачев, и его голос слегка дрогнул. — Но как тут молчать, если оно само изнутри рвётся?

— Антон, что случилось?! — уже не скрывая тревоги, воскликнула Даша.

Парень медленно поднял на неё глаза, полные глухого отчаяния:

— Они пришли за ним.

* * *

Номер отеля. Несколько часов до вылета.

Собранные чемоданы уже стояли возле двери.

Внимательно осмотрев комнату, Володя удовлетворённо кивнул:

— Кажись, ничего не забыли.

— Каких-то десять часов — и мы будем дома, — вздохнул Антон, устало сидя на диване.

Вдруг в дверь коротко и требовательно постучали. Карачев мгновенно напрягся:

— Может... это уборка номеров?

— Сейчас узнаем, — спокойно ответил Маг.

Он подошёл и открыл дверь. На пороге стояли двое мужчин в строгих чёрных костюмах и галстуках. Их цепкие взгляды и характерная выправка не оставляли сомнений в их профессии.

— Добрый вечер, мистер Маг, — произнёс один из них. — Я агент Дженкинс, а это агент Смит. Пройдите, пожалуйста, с нами.

У Антона при этих словах сердце буквально упало в пятки. Владимир даже бровью не повёл. Он смерил незваных гостей ледяным взглядом и процедил:

— Покажите сначала удостоверения. Чтобы я точно знал, что передо мной не ряженые клоуны.

— Мистер Маг... — попытался было возразить Дженкинс.

— Удостоверения! — жёстко перебил его Владимир.

Агенты недовольно скривились, но спорить не стали. Они синхронно вынули документы и предъявили для проверки. Быстро изучив их, Володя ровно произнёс:

— Одну секунду, господа.

Он развернулся, подошёл к застывшему на диване Антону, молча достал из кармана свой смартфон и вложил его в руку товарища.

— Я постараюсь вернуться, — тихо, одними губами шепнул ему Маг.

После этого он решительно повернулся, прошёл через номер и вышел в коридор к агентам, плотно закрыв за собой дверь.

* * *

— Я думал, что он уже вообще не вернётся, — признался Антон, и его голос глухо отозвался в полумраке салона автомобиля. — Всё то время, пока его не было, я буквально с ума сходил. Сидел один в номере на чемоданах и не знал, что делать: лететь самому, поднимать шум, сдавать билеты или оставаться ждать дальше...

Даша слушала, затаив дыхание и не перебивая. Она лишь крепче сжала пальцами подлокотник, боясь упустить хоть слово.

— Но приблизительно за пятьдесят минут до вылета, когда я уже совсем отчаялся, Володя вернулся, — продолжил Карачев, качая головой. — Его внешний вид... он мне, мягко говоря, очень не понравился. На нём буквально лица не было. Весь бледный, осунувшийся, взгляд стеклянный.

— Ты спросил, что случилось? — тихо произнесла Даша.

— Я тогда спросил его, всё ли в порядке. Он просто молча кивнул в ответ. Я не стал расспрашивать дальше — мы же помнили про возможную прослушку, поэтому никаких важных разговоров не вели ни в номерах, ни по дороге в аэропорт. Так и ехали в гробовой тишине. И только когда наш самолёт наконец взлетел, я решился узнать, что с ним произошло.

* * *

Самолёт взмыл в небо и уверенно набрал высоту. Вскоре по салону раздался тихий сигнал, после чего прозвучало стандартное объявление автоинформатора: «Уважаемые пассажиры, наш самолёт набрал необходимую высоту. Вы можете отстегнуть ремни безопасности...»

Карачев дождался окончания объявления и, повернувшись к Магу, негромко спросил:

— Володя, а что тебе говорили фэбээровцы?

Тот спокойно посмотрел на него:

— Предлагали всех сдать в обмен на иммунитет.

Антон, мгновенно встревоженный услышанным, аж подался вперёд:

— А ты что?

Маг лишь равнодушно пожал плечами:

— Предложил им подышать свежим воздухом.

— Я так понял, ответ им не очень понравился? — нервно сглотнул он.

— В общем, да, — ровно подтвердил собеседник. — Поэтому они перешли к угрозам. Сначала мне лично, а потом... начали угрожать через тебя.

— И что теперь делать?

— Больше никаких поездок в США, — отрезал Володя. — Лет на двадцать, а ещё лучше — навсегда. И тебя это тоже касается, Антоха.

Карачев замолчал, уставившись в иллюминатор и тяжело переваривая полученную информацию. Прошло несколько минут томительной тишины, прежде чем он снова повернулся к Владимиру:

— Слушай, Володь... Я тут хотел тебе сказать. Короче, я не против, чтобы ты был временным партнёром Даши. Татьяна Алексеевна права, пока я восстанавливаюсь — это необходимость. Просто хотел, чтобы ты знал.

Маг удивлённо приподнял брови:

— Хорошо, Антон. Как скажешь.

«Странно... А при чём тут вообще Ермолаева? Меня же Даша просила быть временным партнёром», — подумал Володя, разглядывая профиль Карачева.

* * *

На этом рассказ наконец завершился, но о предложении стать временным партнёром парень деликатно умолчал. В салоне автомобиля повисла плотная, тяжёлая тишина.

— Ты молодец, что поделился, — негромко нарушила молчание Даша. — Иди ко мне.

Она потянулась к нему, раскрывая объятия. С явным удивлением на лице он подался навстречу, насколько вообще позволяло тесное сиденье.

— Я очень рада, что вы вернулись, — прошептала девушка, крепко прижимая его к себе.

— А с остальным мы обязательно разберёмся.

— Спасибо, что выслушала, — искренне ответил ей в плечо Антон.

— Не за что, — тепло улыбнулась Даша, слегка отстраняясь. — Ну всё, пошли, я тебя всё-таки провожу.

* * *

Белый кроссовер неспешно заехал во двор дома Савиных. Заглушив мотор, девушка вышла из машины в прохладную ночную тишину. Свет горел только на втором этаже, в комнате Володи.

«Наверное, мама с папой уже спят, — пронеслось в голове у Даши. — Хотя так даже лучше. Смогу спокойно, без лишних глаз поговорить с ним».

Через пару минут она уже стояла перед нужной дверью, из-под которой пробивалась тонкая полоска света и доносились едва слышные звуки музыки. На осторожный стук за дверью тут же послышались шаги. Скрипнула ручка, створка приоткрылась, и в коридор вырвалась обволакивающая мелодия.

— Даша? — удивлённо приподнял бровь Маг.

— Я хочу поговорить с тобой. Можно войти?

В ответ хозяин комнаты молча отступил в сторону, приглашая гостью внутрь. Пройдя мимо него, фигуристка сразу заметила на тумбочке тарелку с остатками ужина, а на рабочем столе — открытый ноутбук, на экране которого светился плеер. Спокойно и меланхолично звучала композиция Ludovico Einaudi — Waterways.

Прикрыв за ней дверь, Володя вернулся к кровати и устало опустился на край:

— Присаживайся, где нравится.

Она села рядом с ним, внимательно вглядываясь в его лицо:

— Как ты себя чувствуешь?

— Уже лучше. Наконец-то подобрал правильные таблетки, сразу полегчало, — отозвался собеседник и кивнул в сторону тумбочки. — Вот, даже аппетит появился, перекусить себе взял.

Она не сводила с него серьёзного взгляда:

— Антон мне всё рассказал.

— Эх, Антоха... — с досадой вздохнул Володя. — Не быть тебе шпионом.

— А если бы он промолчал, ты бы сам со мной поделился? — тихо спросила Даша.

— Не знаю, — честно признался он. — Просто не хотел вас лишний раз пугать. Мне и самому нужно всё как следует проанализировать. Думаю, Антон и так выдал тебе достаточно подробностей.

— Ты мне когда-то уже поведал одну свою тайну, и я ведь ни одной живой душе не проговорилась, — напомнила девушка, придвигаясь чуть ближе. — Расскажи, о чём конкретно шёл разговор с фэбээровцами.

На губах Мага промелькнула слабая усмешка:

— Вижу, ты уже научилась аргументировать.

— С кем поведёшься, от того и наберёшься, — парировала она.

— Ладно, — сдался он. — Тогда слушай.

* * *

Спустившись на лифте в холл отеля, троица вышла на улицу через служебный ход. В узком, полутёмном переулке уже урчали двигателями два чёрных внедорожника Chevrolet Tahoe. Шагнув вперёд, Дженкинс распахнул заднюю дверцу одного из них. Не дожидаясь лишних приглашений, Володя без колебаний опустился на кожаное сиденье. В полумраке салона его встретил давний знакомый.

— О, агент Ричардс! Давно не виделись, — с лёгкой иронией произнёс гость и первым протянул ладонь.

Спецагент молча принял рукопожатие, но уже через секунду его лицо болезненно исказилось: пальцы Владимира сжались с такой силой, что хрустнули суставы. Вырвав руку, он с глухим раздражением уставился на задержанного.

— С вами всё в порядке? — с наигранной озабоченностью поинтересовался тот.

— Вам бы о себе подумать, а не дурачиться, — отрезал Ричардс, сдержанно растирая затекшую ладонь.

— Да я всего лишь проявил элементарную вежливость, — с показным удивлением пожал плечами Маг. — Неужели у вас так не принято?

— Полагаю, вы не против прокатиться? — сквозь зубы процедил агент и, повернувшись к водителю, скомандовал: — Поехали.

Машина плавно тронулась. Некоторое время они двигались в полном молчании, пока за тонированными стёклами проплывали огни ночного города.

— Могу я обращаться к вам по имени? — первым нарушил тишину агент ФБР.

— А что дальше? — хмыкнул его спутник. — Позовёте меня на барбекю к себе домой?

На губах Ричардса промелькнула холодная, натянутая улыбка:

— Это вряд ли. Владимир, скажите, зачем всё это?

— Роберт, вы о чём? — искренне недоумевая, переспросил собеседник.

— Зачем вся эта бесполезная борьба? Если дело в деньгах, то мы легко способны решить данный вопрос. И уж поверьте, мы умеем быть чрезвычайно щедрыми.

Цепкий взгляд агента въелся в лицо Мага, пытаясь ловить малейшие эмоции — движение бровей, микромимику, хоть какую-то зацепку. Но лицо напротив оставалось непроницаемым.

«Деньги его не интересуют», — сделал вывод Роберт.

— А Дарья Савина — довольно красивая девушка, верно? — зашёл с другой стороны Ричардс.

— Мы теперь обсуждаем внешний вид фигуристок? — ровным тоном уточнил Владимир, но на долю секунды перед ответом всё же взял едва заметную паузу.

«Теплее», — тут же зафиксировал эту маленькую заминку агент.

— Я просто не понимаю, зачем так рисковать ради одного смазливого личика, — с лёгким нажимом продолжал тот. — Скажите, что у вас не получилось, перед этим получив то, что от неё хотели. А взамен мы организуем вам столько красавиц, сколько душа пожелает: блондинок, брюнеток, рыженьких...

В ответ раздался спокойный, но ледяной голос:

— Знаете, вы сейчас очень напоминаете мне мужиков на стройке. Обычные работяги, занятые тяжёлым физическим трудом, которые от скуки травят друг другу пошлые байки. Вот и вы сейчас говорите мне ровно такие же пошлости.

Тем временем внедорожник остановился напротив монументального здания с аббревиатурой FBI на фасаде.

— Выйди, — коротко бросил Ричардс водителю.

Когда дверь за шофёром хлопнула, тон спецагента стал ощутимо холоднее:

— Мистер Маг, вы будете с нами сотрудничать. В противном случае вас ждут крайне неприятные последствия.

— Например?

— Смотри, что произойдёт, — чеканя каждое слово, начал Ричардс. — Я открываю дело по RADA (Закон Родченкова) за мошенничество против американских спортсменов. Первое: ты больше никогда в жизни не въедешь в США. Ни на турниры, ни на коммерческие шоу, ни просто в отпуск. Твоя виза аннулируется. Второе: любой твой контракт с американскими спонсорами и деньги, которые должны пройти через американские банки, блокируются навсегда.

— И всё? — без единой эмоции спросил Маг.

По строгому лицу агента пробежала лёгкая тень удивления.

— Нет, не всё, — с нажимом продолжил он. — У меня в планшете лежит подписанный федеральным судьёй Material Witness Warrant (ордер на арест важного свидетеля). Если мы не договариваемся прямо сейчас по-хорошему, ты просто не идёшь на посадку. Маршалы забирают тебя в окружной изолятор. И ты будешь сидеть там, пока мы не назначим слушания Большого жюри. Потеряешь время, вытреплешь себе все нервы, но показания всё равно дашь — только уже в наручниках и с адвокатом, которого тебе назначит суд. Давай облегчим жизнь и тебе, и мне. Подписывай показания для CAS прямо сейчас, получишь от нас иммунитет — и спокойно лети домой.

— Роберт, вы любите Шекспира? — вдруг спросил Маг.

— Не особо, — сухо буркнул Ричардс.

— Вы не против, если я продекламирую небольшой фрагмент из его творчества?

Спецагент с ухмылкой качнул головой:

— Пожалуйста, просветите меня.

— «Может ли честь приставить ногу? Нет. Или руку? Нет. Или умерить боль от раны? Нет. Значит, честь — плохой лекарь? Да. Что же такое честь? Слово. Что же содержится в этом слове "честь"? Воздух», — ровно продекламировал Владимир, а затем от себя добавил: — Так вот... Побольше вам воздуха, агент Ричардс.

В салоне автомобиля повисла тяжёлая пауза. Наблюдая за агентом немигающим взглядом, Маг молча вытянул вперёд руки.

Роберт ещё пару секунд всматривался в невозмутимое лицо фигуриста, после чего потянулся к кобуре с наручниками на поясе.

— Я бы на вашем месте этого не делал, — спокойно предупредил его Владимир.

— Это ещё почему? — хмыкнул Ричардс, доставая стальные браслеты и защёлкивая их на запястьях задержанного.

— Мне даже сложно представить, какой вой поднимется в CAS, когда там узнают, что США открыто вмешиваются в дело международного суда и запугивают ключевого свидетеля, — с едва уловимой иронией произнёс Маг. — А европейцы — народ трепетный. И тогда прощайте ваши медали, да и репутация тоже.

— Я вполне мог добавить в ордер имя вашего напарника. — зло прищурился агент.

— И совершили бы ещё более глупый ход, — ничуть не смутился собеседник. — Задержать травмированного человека, которому требуется регулярная медицинская помощь? Кто там у вас отвечает за права человека, не подскажете?

Переваривая услышанное, он холодно смотрел на сидящего напротив. В памяти всплыли жалкие несколько листочков из папки на этого фигуриста.

«Чёртов "призрак", — с глухой досадой пронеслось в голове у Ричардса. — Была бы твоя девка тут, а не этот пацан, ты бы у меня совсем по-другому заговорил».

Так ничего и не ответив, спецагент вышел из машины и захлопнул за собой дверцу.

— Сэр? — вопросительно окликнул его стоящий рядом водитель.

Ричардс несколько секунд молчал, глядя на машину, затем сквозь зубы скомандовал:

— Покатай его по городу. За час до рейса вернёшь в отель. И не забудь снять наручники.

Развернувшись, спецагент быстрыми шагами направился к стеклянным дверям офисного здания.

* * *

— Теперь ты понимаешь, почему я не могу просто так всем рассказать? — негромко спросил Маг.

— Я даже не знаю, что сказать... — растерянно ответила Даша.

— Не надо ничего говорить. Утро вечера мудренее.

— А почему они забрали тебя, а не Антона? — задумчиво произнесла девушка. — Чтобы потом через него надавить на тебя.

— Я тоже размышлял над этим вопросом в самолёте, — заметил Владимир. — И ответ до банального прост: ключ к победе для американцев в CAS — это я.

— Подожди, как это ты? — нахмурилась Даша. — Мы же с Антоном тоже участники дела.

— А ты попробуй сейчас меня убрать из дела или заставь сделать заявление типа «это я всё подстроил». И увидишь, как быстро суд станет на сторону американцев.

Даша на секунду представила себе эту картину, и увиденный расклад ей, мягко говоря, очень не понравился.

— Думаю, остальной команде всё равно нужно рассказать, — тишину комнаты снова нарушил голос девушки.

— Возможно, — согласился собеседник. — Но сейчас главное — что решишь ты.

— Ты о чём?

— Дело принимает куда более серьёзный оборот, чем в самом начале. И ты должна решить, что мы делаем дальше.

— А какие у нас варианты?

— Можно отступить, договориться — правда, пока не знаю, с кем, — или продолжать борьбу, — спокойно перечислил Маг. — И ты не обязана принимать решение прямо сейчас. Озвучишь его, когда соберём команду на совещание.

— Ладно. Думаю, ты прав.

— Если захочешь рассказать родителям, то лучше делай это в общих чертах, без подробностей, — посоветовал Володя. — Даша, уже поздно, тебе тоже надо отдохнуть.

Девушка понимающе кивнула. Маг поднялся с кровати и проводил её к выходу из комнаты. Уже у самой двери она развернулась, пристально заглянула Володе в глаза и тихо спросила:

— А о чём ты думал там, в машине, сидя в наручниках, когда агент вышел? Наверное, тебе было очень страшно?

Владимир на мгновение помедлил:

— В общем, было. Но одна мысль приводила меня в настоящий ужас.

— Какая? — шёпотом уточнила девушка.

— То, что если меня закроют, я останусь без твоей вкусной еды.

Даша не удержалась и искренне заулыбалась.

— Я серьёзно, — без единой тени улыбки подтвердил он. — Так ведь и с голоду умереть можно.

— Я очень рада, что ты вернулся, — тихо произнесла Даша и тепло обняла его.

— Эм... я тоже рад, — немного растерянно отозвался Володя и осторожно погладил её рукой по спине.