Дневник «Белорусского Когтевранца» (гет)

[Запись из дневника. 10 февраля 1999 года. Сделка старост и белые шумы]

Утро

Сегодня снова бегал один, что-то мне стало казаться, что Элис и Джинни на меня обиделись. С Джинни я же так после той ссоры нашей и не встречался, она ходит и дуется. Надо бы с ней поговорить. А Элис, она после прошлой нашей пробежки затаилась. Не знаю, подкатил ли там к ней Матиас или нет. Но Элис ведёт себя подозрительно спокойно.

Вернулся в нашу башню, и когда привёл себя в порядок, то пошли с Гермионой в Большой зал.

Сегодня здесь, видно ради разнообразия, пахло тушёным мясом, печёной картошкой и свежим хлебом, а не овсянкой с тостами и омлетом.

Подошёл к нашему столу, Луна, как обычно, сидела рядом с Ричи. Подошёл к ней ближе и, наклонившись, попросил выйти со мной. На нас косились с разных сторон, даже Элис удивлённо посмотрела, как Луна встаёт с лавки.

Мы вышли в коридор. Указал ей на пустую нишу, которую едва освещали магические факелы. Магическое пламя бросало рваные тени на камень.

— Луна, мне нужна твоя помощь, — начал негромко, глядя в её светлые глаза, когда мы встали друг напротив друга. — Дело рискованное, но вся надежда на тебя. Я просто прошу. Если ты волнуешься или боишься, то можешь спокойно отказаться, я пойму.

Луна даже не моргнула. В её ушах тихо звякнули серёжки-жуки.

— Нарглы сегодня спокойны, Алекс. Я не боюсь. Что нужно сделать?

— Отлично. Встретимся после уроков, где-то в пятнадцать часов. Я тебя найду и расскажу всё. Но если кратко, это связано с магической сетью, что расставили министерские.

Луна лучезарно улыбнулась, потрепала меня за плечо и упорхнула обратно в зал. Её ладонь была прохладной. Вздохнул, идя за ней. Кто бы знал, как мне не нравится просить своих друзей рисковать.

Очки и мозгошмыги

После уроков нашёл Луну по Карте. У нас с ней были разные последние занятия: у меня Нумерология, а она была на Травологии.

Ветер сегодня на улице дул в худших традициях шотландского февраля — холодный, порывистый, проникающий под одежду. Как только вышел из замка, он тут же швырнул в лицо горсть колючей снежной пыли. Кожа на щеках мгновенно заледенела. Натянул капюшон на голову и шарф на лицо.

Луна ждала у каменной арки. Стояла и что-то на ней изучала. Сегодня на ней была тёплая куртка, из-под которой почти до самых ступней виднелась ярко-жёлтая мантия, а в ушах покачивались серьги из пробок от сливочного пива.

Деревяшки ритмично, с лёгким цоканьем бились друг о друга на ветру.

Подошёл к ней вплотную. Поднял голову, тоже изучая колонну, на которую она смотрела в своих спектрально-астральных розовых очках. Колонна как колонна. Но спрашивать не хотелось — иногда лучше не знать.

— Привет. Замёрзла? — спросил я и аккуратно положил ладонь на её плечо. Плотная ткань куртки скрипнула под пальцами.

Луна развернулась, сняла очки, моргнула огромными, прозрачно-светлыми глазами и улыбнулась. От её растрёпанных волос из-под шапки едва уловимо потянуло запахом мяты и почему-то сладких слив.

— Совсем нет, Алекс. Холод отпугивает мозгошмыгов. Они любят, когда тепло и суетливо, — певуче ответила она. — Так что у тебя за дело? Элис меня сегодня спрашивала, что ты хотел, но ты, как всегда, был очень загадочным.

Я чуть опешил. Это почему я загадочный? И почему Элис так интересно? Но решил, что вначале дело, а потом расспросы. Загадочный... Ха, расскажу Гермионе — будет смеяться.

Огляделся. Двор был пуст, только где-то вдалеке ветер доносил обрывки звонких криков студентов.

Инструктаж на морозе

— Луна... Дело такое... Ты моя единственная надежда, — начал я, понизив голос. — Ты же помнишь, я вам рассказывал про Сеть, что поставили Невыразимцы?

Луна покрутилась на одной ножке вокруг своей оси и кивнула. Снег под её подошвами коротко хрустнул.

— Так вот, мне нужно в субботу попасть в Малфой-Мэнор. Понимаешь, этот ритуал, что будет, — это брачный древний обряд. Чтобы спасти Бэт, Малфой должен с ней обручиться по законам древней магии. И поэтому Драко нужно побывать дома и попросить разрешения родителей, — быстро проговорил я.

Расскажи я кому-то другому всё это — он бы покрутил пальцем у виска. Но Луна вначале грустно посмотрела на меня и провела ладонью в перчатке по моей щеке. Вязаная шерсть слегка уколола обветренную кожу. А затем снова улыбнулась.

— И что ты хочешь, чтобы я сделала, Алекс?

— Слушай, мне нужно, чтобы ты пошла за избушку Хагрида. Там, метрах в ста за ней, у самой кромки деревьев, натянута невидимая магическая паутина. Как только ты переступишь черту, то весьма вероятно сработает сигнализация или что-то ещё. Это мы и должны узнать. Как быстро сработает, появится кто-то или нет. Всё, что будет происходить.

Когтевранка заинтересованно наклонила голову набок.

— Аура у этой линии злая?

— Вроде того. Сама увидишь. И ещё, возможно, как только ты пересечёшь эту невидимую черту, появятся эти серые личности в масках. А они не особо добрые ребята. Но я в тебя верю. Луна, ты самая добрая девочка, которую я знаю, чистая душой. Но также ты умнейшая когтевранка, поэтому я выбрал тебя. Ты сможешь перейти и вернуться назад, не вызвав подозрений.

Замолчал, вглядываясь в её лицо, ожидая хоть капли страха или сомнения. Но Луна лишь понимающе кивнула, поправив сползшую на лоб вязаную шапку.

— Они, возможно, будут кричать, доставать палочки, пугать Азкабаном и давить на психику, — продолжил я, чувствуя себя так, словно ребёнка в жестокий взрослый мир отпускаю. — Я в это время буду наблюдать, как и что. Ещё ребят попрошу, чтобы они возле избушки подождали и, если что, пришли тебе на помощь. А ты потом мне всё расскажешь: что ты чувствовала, что видела и что слышала.

Я положил ладони ей на плечи. Куртка под пальцами была холодной и гладкой.

— Луна, если тебе страшно или есть неуверенность — скажи прямо сейчас. Мы просто развернёмся и пойдём пить чай. Я найду другой способ. Ты же меня знаешь.

Девушка мягко высвободилась из моих рук. Её взгляд на секунду стал удивительно сфокусированным и ясным.

— Алекс, ты вечно пытаешься закрыть всех собой, словно мы хрустальные, — её голос прозвучал неожиданно твёрдо. Но тут же вернулся к привычной певучей интонации: — Эти люди в масках... Они просто очень несчастные. У них в головах так много правил, что там совсем не осталось места для воображения. Я не боюсь их. А ещё я хочу помочь Бэт.

Я тяжело выдохнул и обнял девушку.

— Хорошо, Луна. Давай так. Я позову ребят, а ты иди пока в сторону хижины, и как они придут, сделай то, о чём договорились.

Она развернулась в сторону заснеженной тропинки, ведущей к дому лесничего. Снег под её ботинками скрипнул с резким, режущим звуком.

— Я скажу им, что ищу гнездо морщерогого кизляка, — бросила она через плечо. — Папа писал, что они мигрируют как раз в феврале. Идут на запах водорослей от Чёрного озера.

Смотрел ей в спину. Улыбка сама собой поползла по лицу. Обожаю Луну. Кажется, для неё нет ничего невозможного.

Обрыв связи

Быстро вернулся в замок, по Карте отыскал Осси, Ричи, а также Гермиону и попросил их подстраховать Луну, которая начнёт операцию «Морщерогий кизляк». Пока они пошли одеваться для похода на улицу, побежал на восьмой этаж.

В Лаборатории опять не было Дамблдора. Чем он, интересно, занимается?

Скинул верхнюю одежду на стул.

Подошёл к Кристаллу, положил ладони на холодный минерал, который через пару ударов сердца стал теплее, и камень завибрировал. Вибрация приятным зудом отдалась в пальцах. Закрыл глаза и растворился в потоке древней магии замка.

Стал с ней одним целым.

Замок был очень рад, что я стал чаще сливаться с ним. Всегда он представлялся мне гигантским животным или левиафаном. Не сразу, но я сфокусировался на нужном мне месте. Вот друзья идут к домику Хагрида. Их шаги отзывались в сознании мягкими, ритмичными толчками. Вот они встречают Луну, а затем Лавгуд не спеша идёт по заснеженной тропинке за домиком Хагрида. Там есть опушка, где заканчивается трансгрессионный барьер, а за ней эта паучья сеть. Друзья не послушали меня и не стали ждать возле хижины, а расположились неподалёку, спрятавшись за деревьями. Они с собой ещё и Уизли взяли. В режиме слияния с замком эмоций не было, лишь констатация факта.

Вот Луна подходит к невидимой черте. Она делает шаг, переступая границу, и...

И взор замка оборвался. Выкинуло обратно в комнату. Чёрт, надо было издалека наблюдать, знал же, что там не работает магия Хогвартса, но всё равно захотелось попробовать. В голове резко помутилось, перед глазами поплыли цветные пятна.

Я отшатнулся от Кристалла, тяжело дыша.

На пол капала кровь из носа. Красные капли с тихим шлепком разбивались о камень. Достал палочку, остановил кровь и затем очистил одежду и пол. В носу остался мерзкий солоноватый привкус железа. Слился ещё раз, и пока сфокусировался на нужном участке, увидел, что друзья уже возвращались назад.

Снова разорвал связь, оделся и побежал вниз.

Где-то на полпути ко входу в замок увидел своих друзей. Судя по лицам, ничего страшного не произошло. Я выдохнул. И зашагал к ним навстречу уже спокойным шагом.

— Ну что? — спросил я, когда подошёл ближе к ним.

Они остановились. Гермиона выглядела спокойной. Ричи, как обычно, сканировал всех своим взглядом. Джинни старалась не смотреть на меня. Вот же обидчивая. Осси просто смотрел на меня, очки не поправлял, значит был совершенно спокоен.

Луна улыбнулась своей фирменной, прозрачной улыбкой.— Всё прошло очень интересно, Алекс. Как только зашла за ту линию, что ты сказал, она и правда злая, воздух дёрнулся, и сразу же раздались хлопки трансгрессии, даже двух шагов не успела сделать. Появились двое в серых масках. Направили на меня палочки.

— И что ты им сказала? — спросила Гермиона. Видно, Луна ещё не успела или не захотела без меня рассказывать.

— Сказала правду, — пожала плечами когтевранка. — Спросила их: «О, вы тоже чувствуете вибрации морщерогих кизляков? В такую погоду они любят гулять. А если повезёт, то можно увидеть их брачные игры».

Осси прыснул в кулак, пытаясь сдержать смех. Джинни довольно ухмылялась.

— И что они? — я сам еле сдерживал смешок.

— Они почему-то замолчали, смотрели друг на друга через маски, — безмятежно продолжила Луна. — Затем спрятали палочки. Достали детектор и просканировали меня, сказали, что Запретный лес сейчас закрыт для всех по распоряжению Министерства из-за миграции опасных тварей, и велели немедленно вернуться в замок. Очень вежливые молодые люди.

Я лишь руками развёл и покачал головой. Мне бы пришлось их там уложить мордами в грязь. А Луна мило поговорила.

— А почему ты сказала, что молодые люди? — спросила Гермиона.

Луна посмотрела на неё так, словно видела впервые. И ответила:

— Аура у них молодых мужчин лет двадцати пяти, и голоса молодые.

Гермиона нахмурилась. Но промолчала.

Мы всей толпой вернулись в замок. Что же, получил информации более чем достаточно.

Вечернее собрание

Не успели мы с Грейнджер вернуться в нашу гостиную после ужина, как прозвенел колокольчик. Открыл дверь. На пороге стояли Том и Матиас. Причём удивлённо смотрели друг на друга. А Джоутер ещё и подозрительно. Конечно, лучше бы принять их по отдельности, но они нужны мне вместе. В плане им предстоит работать парой. Если, конечно, согласятся.

Гермиона усадила слегка нервного Тома на диван и налила ему чай в гостевую кружку. Горячая жидкость с плеском наполнила керамику, запахло мятой. Матиас, который по долгу службы старостой бывал у нас регулярно, просто подтянул себе кресло левитацией, деревянные ножки мягко проскользили по ковру, и уселся в него. От чая он отказался.

Сел в кресло напротив них. Гермиона расположилась у камина и читала книгу. Вначале она просто хотела уйти в спальню, но я отговорил и попросил остаться. Парни будут меньше нервничать насчёт моего предложения, переключив внимание на то, что она рядом. Она сидела и не обращала на нас внимания, но весь наш разговор ей был прекрасно слышен.

Вначале мы с парнями просто говорили обо всём. Том косился на Гермиону. Матиас крутил свою монету. Лонга-то уже хорошо знаю, а вот Том у нас — местный шпион, человек не особо проверенный. Конечно, после предательства Би стало понятно, что это всё её рук дело, а Джоутера подставили. Только было пока неясно, добровольно он пошёл или здесь замешана магия. Мысленно поставил галочку проверить его своим портативным детектором Империуса и Обливиэйта. А там видно будет.

Постепенно перешёл к основной теме. Рассказал им про подозрения насчёт Кристофера Уайлда и про украденную армиллярную сферу Тоби. Они уже слышали про кражу, но вот то, что подозреваю преподавателя, стало для них шоком. О том, что профессор может быть связан со шпионажем на Кассандру-Гриндевальда, пока умолчал — рано им знать такие подробности. Вначале надо прогреть, заинтересовать.

Объяснил им, что мне нужна помощь. Сказал, что не хочу обвинять профессора просто так, пока точно не будем знать, что он виновен. А для этого мне нужны они. Почему вдвоём — это особенность плана. Дело рискованное. Подробности расскажу лишь тогда, когда получу от них добровольное согласие поучаствовать в возврате вещи и наказании вора.

Они выслушали. Том побледнел, судорожно сглотнув. Кадык нервно дёрнулся. Матиас задумчиво прищурился, привычно перекатывая в пальцах серебряную монету, которая тихо звякала о массивный перстень.

— Алекс, — подал голос Лонг, — а почему мы с Джоутером?

Вздохнул. Конечно, ждал этого вопроса, но лучше бы они задали его позже. Ну да ладно.

— Понимаешь, Матиас. У меня не так много друзей и знакомых в замке, кто бы подошёл на ту роль, что вам нужно будет сыграть, — начал осторожно, вглядываясь в его серые глаза. — Тебя выбрал, потому что знаю с первого курса, и ты всегда был адекватным. Другие старосты или мои друзья — они все хорошие, но они не слизеринцы. Не обижайся, Матиас, но ты же знаешь, какая у вашего факультета слава. Да, была ещё Изольда как вариант, но у меня с ней не очень отношения. Она слишком прямолинейная, с одной стороны, а с другой — хладнокровная. Она бы не смогла изобразить то, что попрошу вас, если согласитесь.

Лонг обдумал мои слова и кивнул.

Повернулся к Джоутеру. Его пальцы вцепились в кружку.

— А тебя, Том, думаю, ты сам догадываешься почему. Ты штрафник. Бывший шпион Кассандры.

Том дёрнулся, кружка в его руках затряслась. Чай опасно плеснул на край керамики. Но и он кивнул.

— Не предлагаю вам дать ответ прямо сейчас, понимаю, как это всё выглядит. Но когда вы всё узнаете, то поймёте, почему нужна секретность и зачем мне вы точно нужны.

Парни попрощались и ушли. Они не сказали ни да, ни нет, ответили, что подумают. Ладно, пока ритуал Эгиды в приоритете, так что пусть думают. Но что-то подсказывает, что они согласятся. Входная дверь с глухим щелчком закрылась, отрезая нас от школьных коридоров.

Спокойствие перед телепортацией

Давно не перемещался в «Гараж», как-то всё навалилось, но сегодня вечером время пришло. Собрал все данные, и мне нужно создать артефакт, чтобы обойти сеть. Гермиона напросилась со мной. Положил банку на кровать, сам сел рядом. Грейнджер села мне на колени, поцеловала в губы. Её волосы щекотали щёку. Прижалась плотно, так что жар её тела мгновенно перешёл и на моё. Я уже начал сомневаться, стоит ли нажимать на вишенки на банке, а может, лучше снять с Грейнджер одежду и продолжить наши уроки.

Гермиона, увидев мои метания, засмеялась. Её смех тихой вибрацией отдался в моей груди.

— Саша, время идёт. В субботу или в воскресенье тебе нужно попасть в Мэнор, — сказала она, поглаживая меня по груди, — у нас ещё будет время.

Вздохнул и выдохнул, погладил Гермиону по спине для успокоения души. Свободной рукой нажал на рисунок на жестянке в нужном порядке, проговорил про себя: «Я Дамблдор». Холодная жесть щёлкнула под пальцами. Но как же меня это раздражало. После всего, что сделал с нами директор. Быть им не хотелось. Хотя есть ещё и Аберфорт. Вот он нормальный дед. Ладно, этот призрачный — лишь бледная тень великого волшебника. А то, что я по крови тоже Дамблдор, это не делает меня ни плохим, ни хорошим.

Мы перенеслись и оказались в «Гараже», так же как и перемещались, я сидя на коврике, а Гермиона у меня на коленях. Знакомый запах лимонных долек и оружейной смазки тут же ударил в нос. Так-так, а может, это и есть секрет — перемещаться сидя?

Анализ вариантов

Грейнджер поднялась и помогла мне встать. И мы вместе пошли к рабочему столу. Гермиона села на стул, привычно открыла крышку прозрачной банки с лимонными дольками, которых уже оставалась половина — забыл обновить с декабря.

Время шло, Гермиона сидела, ела лимонные дольки и смотрела на меня. А я крутил в руках карандаш. Гранёное дерево тихо постукивало по пальцам. Анализировал ситуацию.

Пока в голове было два варианта.

Первый — это использовать вариант, как сегодня с Луной, только в разных частях территории. Невыразимцев за всё это время мы видели всего шесть человек. Если нарушить границу одновременно в десяти или двадцати местах, они физически не смогут разорваться, и в этот момент мы с Драко проскочим. В форме манула проскачу, но есть минусы.

Неизвестно, как себя поведут министерские, не дай бог они начнут магию применять против студентов или потом потребуют выгнать их из школы, или же их окажется больше. Но даже если проскочим, то вот назад как пройти? Снова эту карту не разыграем. Эх, пока откладываю, но оставляем на самый крайний случай.

Пока говорил про этот вариант, Гермиона молча выслушала и тоже его отвергла. Сахарная пудра с долек осталась у неё на пальцах.

— Саша, тут снова та же история. Даже если они не среагируют и никого не накажут, а ты пройдёшь незамеченным, то они, допросив кого-то, быстро поймут, кто это затеял, и пойдут к директору. Или сразу к Огдену, а он уже трансгрессирует и потребует, чтобы тебя исключили. А потом тебя арестуют.

Кивнул, соглашаясь. Но про себя подумал: пусть ещё попробуют арестовать. Запрусь в лаборатории, и фиг меня оттуда достанешь.

Посмотрел ещё раз на Гермиону. Она наелась конфет и, видимо, хотела пить, так как её глаза блуждали по разным колбочкам и банкам с жидкостями.

Подошёл к магическому холодильнику. Там из питьевых напитков было пиво и апельсиновый сок. Конечно, сразу появилась идея дать Грейнджер пиво, но, скрипя зубами, дал команду на апельсиновый сок. Это была упаковка магловского сока ещё из запасов прошлого года. Холодный картон коробки сока был точно таким же, как и в тот день, что я его сюда положил. Всё же магический холодильник — вещь. Положил, и они там могут лежать сколько угодно и не портиться.

Налил себе и ей. Пили молча. Не знаю, о чём думала моя девочка, а я — про второй вариант.

Эврика из прошлого

Раз совы летают, животные перемещаются, профессора ходят и невыразимцы тоже, и ничего не происходит, значит, логичный путь — подмена сигнала или заглушить на определённом участке.

И тут в голове словно рубильник включили и зажглась лампочка. Стало так светло, что даже подпрыгнул. Эврика.

Гермиона чуть соком не поперхнулась, громко закашлявшись. Я так неожиданно подскочил и кинулся к шкафу, где хранил все свои артефакты и спецсредства.

Начал открывать ящики и створки дверей. Петли лязгали, дерево стучало. Но нужного не было. Где же они? И вот на самой нижней полке, на дне, лежали они: небольшой, размером с пачку сигарет, металлический коробок и кулон.

Достал их, вернулся обратно к ничего не понимающей Гермионе и положил перед ней прямо на стол. Металл глухо звякнул о столешницу.

Она взяла их в руки, но лишь недоумённо смотрела на меня.

— Смотри, Герми, это я ещё придумал летом, когда первый раз пробовал грабить МАКУСА, — сказал я.

Она ещё раз их рассмотрела более внимательно, достала палочку и провела над ними, используя сканирующие заклинания. Нахмурилась и провела ещё раз. Я лишь хмыкнул.

— Вот это портативная «Глушилка», — указал на артефакт, похожий на пачку сигарет по размеру и форме. — Он позволяет магичить, и сканеры америкосов не реагируют.

Грейнджер удивлённо посмотрела на меня. Она помнила мои рассказы, но я ей не показывал ещё ни разу этот артефакт, на деле — забыл даже после декабря про него.

— А это, — ткнул пальцем в кулон, — «Маскировщик ауры». Он убирал полностью мой магический фон, и я был настоящим маглом. Магия оставалась, но сканеры не могли засечь меня.

— Погоди, Саша, ты хочешь сказать... — начала Гермиона.

— Именно, — перебил её. — У меня уже всё есть, чтобы обойти этот барьер. Конечно, нужно протестировать. Но, думаю, этот малыш мне поможет.

Гермиона встала со стула и обняла меня. Её руки крепко сжали мою шею.

— Или можно использовать их вместе, — сказал, немного подумав. — Всё же моя портативная «Глушилка» — это генератор белого магического шума. Завтра попробую.

— Саша, иногда я поражаюсь тебе, — сказала Гермиона, обнимая меня крепче.

— Только иногда? — иронично спросил я. — Может, я плохо стараюсь?

Вместо ответа Грейнджер поцеловала меня в губы.