Братья по магии. Точка отсчета (джен)

Тридцать первого декабря в Большом зале за завтраком со своих мест поднялись близнецы Уизли.

— Мы хотим попросить прощения…

— За все наши проделки…

— За всё, что мы натворили, — вразнобой заговорили они.

Немногочисленные ученики и преподаватели — утренний приём пищи, особенно в каникулы, по-прежнему не пользовался у обитателей Хогвартса популярностью — с недоумением уставились на близнецов в ожидании продолжения. Однако те, решив, что уже выполнили условие, стали выбираться из-за стола. Один из них незаметно оставил среди посуды старый пергамент, скатанный в трубочку.

— Эй, Фед, Жож! — закричал Рон им вдогонку, но из-за набитого рта понять его было трудно.

Но и без этого его братья вряд ли остановились бы. Они поспешно вышли из зала, чувствуя на себе холодные липкие взгляды многочисленных призраков, которые вели себя непривычно тихо и незаметно. Сегодня они зависли под потолком, сверху наблюдая за выполнением условий объявленного братьям Уизли ультиматума.

Ещё один Уизли — Персиваль — если и был удивлён, что его неисправимые братья просят за что-то прощение, то умело не подавал вида:

— Им давно пора взяться за ум! — не обращаясь ни к кому конкретно, проговорил он. С другой стороны, как ещё должен был отреагировать староста?

Рональд, прожевав, увидел оставленный близнецами пергамент. Едва он протянул к нему руку, — чтобы позднее вернуть им, не иначе, — как на него откуда-то сверху коршуном налетел Пивз, выхватил свиток и был таков.

— О да! — проговорил Гарри. — Надо сказать привидениям спасибо. Это было потрясающее представление, хотя близнюки могли бы каяться подольше.

— Теперь ещё получить обратно Карту в целости и сохранности, — сказал Алекс, слабо улыбнувшись. Последний день старого года начался для него не очень хорошо.

С утра ничего не предвещало неприятностей: проснулся он, как обычно. Но по дороге в Большой зал на завтрак, где ожидалось представление близнецов, когда братья проходили мимо одного из бессчётных доспехов, старый кусок железа запел «Auld lang syne».

Во многих странах мира — особенно англоязычных — существует зародившаяся в Шотландии традиция исполнять эту старинную балладу в новогоднюю ночь. Однако и Россия не избежала её, и за несколько дней до Нового года эта мелодия обычно лилась из каждого утюга. Для Алекса она прочно ассоциировалась с семьёй и домом, где Акимовы собирались, чтобы встретить главный праздник года.

Едва Алекс услышал первые строчки песни…

Should auld acquaintance be forgot

And never brought to mind?

Можно ли забыть старого знакомого

И никогда не вспоминать?

…как его накрыло. Он перенёсся на несколько тысяч километров и на несколько десятков лет вперёд, где ему было семнадцать лет и его звали Александр Акимов. Мама и папа были с ним, рядом, чуть поодаль шумели младшие брат и сестра…

Гарри был очень обеспокоен тем, что Алекс внезапно встал как вкопанный и не реагирует на его вопросы. Поттеру с трудом удалось его расшевелить.

Алекс так и не сказал ему, что произошло — какой смысл портить Гарри настроение? Ведь он, добрая душа, начнёт сочувствовать и тоже расстроится. Чтобы не допустить этого, Алекс постарался придать лицу обычное выражение, хотя внутри у него всё разрывалось от боли.

— Да, Гарри, нужно поспешить, иначе близнецы Уизли устроят своё представление без нас.

После завтрака настроение у Грея немного улучшилось. А когда полтергейст, окруженный другими призраками, вручил братьям Карту Мародёров в одном из пустынных коридоров, хандра практически отступила.

Когда мальчики уединились в спальне, Алекс рассказал брату, как пользоваться Картой.

— Давай, Гарри, активируй её первым, ведь её создали Джеймс Поттер, твой отец, и его друзья!

— Замышляю только шалость, — пробормотал Гарри, наблюдая, как на Карте появляется текст: «Господа Лунатик, Бродяга, Сохатый и Хвост с гордостью представляют своё новое изобретение — Карту Мародёров…»

— Вообще-то, надо было палочку достать, я тебе говорил, да и пароль там подлиннее, — напомнил Алекс.

Гарри в ответ только пожал плечами: какая разница, как активировать Карту? Если он просто направил в пергамент магический импульс, и Карта заработала, зачем эти сложности с длинным паролем и ненужной волшебной палочкой?

— Наверняка, её можно открывать молча, надо только захотеть это сделать, — проговорил он.

Следующие несколько минут братья по очереди открывали и закрывали Карту. Делали это они в абсолютном молчании, так и не достав своих волшебных палочек.

Ничего интересного Карта не показала. Алекс сразу же попытался идентифицировать крысу Рона, но той сначала не было поблизости, а когда мальчики всё же отыскали её, на Карте появилась точка с подписью «Короста».

Грей со вздохом отложил Карту: что бы там ни происходило с крысой ранее, сейчас это было обычное животное по кличке Короста.

— Не знаю, Гарри, кого ты укокошил, но Ронова Короста здесь, и это простая крыса. И знаешь, — Алекс посмотрел на пригорюнившегося брата, — я чертовски рад, что здесь нет никакого Питера Петтигрю и нам не надо с ним возиться.

Гарри робко улыбнулся, а Алекс добавил:

— Новый год же сегодня! У нас в стране это особенный день, даже лучше, чем Рождество, поэтому предлагаю отпраздновать, как сможем. У нас ещё осталось индейка в Пространственном кармане? Жалко, нельзя достать чай, а то конфет у нас много.

Перси ещё раньше проверил присланные сладости на проклятия, и теперь их можно было есть.

— Может, по случаю праздника сегодня на ужин дадут пирожные или торт, или какую-нибудь другую выпечку? — предположил Гарри.

Но новогоднее меню в Хогвартсе не очень отличалось от обычного, и братья, вернувшись после ужина в общежитие, могли создавать праздничную атмосферу только при помощи подарков. Первым начал Алекс.

— Это тебе, — сказал он, протягивая Поттеру небольшую продолговатую коробочку, перевязанную нарядной лентой.

— Это мне в подарок на Новый год? — замирая от счастья, тихо спросил Гарри. — У меня никогда не было подарков на Новый год. У меня их вообще не было, а теперь…

Гарри не договорил: в этот момент он как раз открыл коробочку. Внутри лежал, тускло переливаясь всеми цветами радуги, футляр коричневато-красного цвета.

— Это для очков, — пояснил Алекс.

Его голос сел, хотя он всеми силами старался не волноваться о том, понравится ли Гарри подарок. Если честно, то выбор по дорогому каталогу, который принёс Энди, был невелик, а пошарить по лавочкам, не зная заранее, что искать, его отец не мог. Оставались магловские вещи, но Алекс хотел повысить статус Гарри именно среди чистокровных, так что других вариантов не было.

Гарри тут же снял очки и положил их в теперь уже свой футляр. С каждым новым подарком брата, всё более великолепным, он чувствовал, насколько он особенный для Алекса. И хотя весь прежний опыт твердил, что такого не может быть и он просто не заслуживает такого внимания, реальность говорила обратное.

— Он, наверное, очень дорогой, — проговорил Гарри, любуясь мерцанием шероховатой поверхности.

Алекс поспешил выдать всю известную ему информацию, кроме, пожалуй, той, что он до сих пор был должен Энди за этот подарок четыре галеона.

— Футляр сделан из панциря молодого огнекраба, поэтому драгоценные камни на его панцире ещё не появились, он стоит не так дорого, как у взрослой особи. Панцирь неровный, поэтому для поделок его шлифуют. Это мне Энди рассказал, так бы я и не знал, — смущённо добавил он. Наверное, Энди и сам выяснил это, только сделав через отца этот заказ для Алекса.

Гарри сжал в руке футляр с очками. Он определенно был согласен, что Новый год — замечательный праздник.

Гарри не предполагал, что надо покупать подарки на Новый год, и приобрел всего два — на Рождество и на день рождения Алекса, который был уже совсем скоро. Но когда они с Энди обсуждали, что может понравиться Алексу, Гарри попалось то, что точно пригодилось бы брату, и он не устоял. Но теперь у Гарри был подарок, и он радовался, что у него есть чем отдариться.

Вечером, когда мальчики пошли в душ, Гарри спрятал в полотенце маленькую пробирку с чистой как слеза жидкостью. Вымывшись, братья вернулись раздевалку, тут-то Гарри и достал подарок.

— Это средство для удаления шрамов, — сказал Гарри. — Помажь свой рубец на руке, может быть, подействует. Оно очень целебное, потому что в состав входит кровь единорога. Я сам, конечно, этого не знал, так сказал…

— Энди! — подхватил Алекс, и оба мальчика рассмеялись.

— Там сказано, что нужно нанести на чистую кожу. Сейчас как раз подходящий момент.

Алекс вспомнил, что у него на обычные зелья аллергия, и предложил попробовать вылечить куда более важный шрам — шрам Гарри в виде молнии. Правда, надежды, что это поможет, не было никакой, ведь этот шрам — след тёмной магии Волдеморта. Однако, Алекс вспомнил все те фанфики, в которых отметина Поттера поддавалась лечению. Такое часто случалось, если тот оказывался у специалистов Мунго, что подтверждало версию Дамбигада, который специально не лечил мальчика после получения проклятия.

Однако Гарри, конечно же, не стал ничего слушать. Ему не нравилось, что на теле брата есть такой изъян, тогда как его собственное тело с эстетической точки зрения его совершенно не волновало, а приметный шрам на лбу, скрытый прядью волос, теперь не мешал Гарри. После непродолжительного спора братья решили, что разделят флакончик пополам.

— Энди говорил, что обычно хватает небольшого количества, — сказал Поттер, а Алекс с теплотой подумал об их друге-третьекурснике, который приложил столько усилий, чтобы подобрать самое лучшее для обоих мальчиков.

После того, как на руку и на лоб было нанесено лекарство, ничего не изменилось. Алекс едва не подумал ехидно, что это — лохотрон. Однако, нужно было сделать скидку на существование причин, не позволяющих зелью подействовать как следует.

Комната, как всегда на каникулах, была в их полном распоряжении. Мальчики оделись в пижамы, и Алекс сразу лег в кровать. Приподнимая одеяло, он позвал:

— Гарри, хоть сегодня поспи со мной. Ты в последнее время не приходишь, а я соскучился.

Уговаривать Гарри не пришлось, миг — и он уже улегся рядом с братом.

— Спать ещё рано. Поболтаем? — с надеждой спросил он.

— Конечно, — тут же согласился Алекс. Он ещё не знал, что сегодня у Гарри была цель.

Поттер давно хотел спросить, как на самом деле зовут его брата. Алекс сказал только, что по-русски его имя звучит по-другому. Сегодня Гарри набрался смелости.

— Алекс, как ты думаешь, мне положен ещё один подарок?

— Положен, конечно, только у меня больше ничего нет, — огорченно отозвался брат.

— Нет, есть, — не согласился Гарри. — Ты можешь кое-что рассказать мне.

Грей подумал, что он может рассказывать брату далеко не всё, но сначала следовало узнать, что именно интересует Гарри.

— Скажи мне, как тебя зовут на самом деле, — смущённо попросил Поттер. — Ты же знаешь, я никому не расскажу, не выдам даже под страхом смерти!

— Я знаю, что эту тайну я могу тебе доверить, — улыбнулся Алекс. — На самом деле меня зовут Александр Акимов.

— Александер Акимофф… — проговорил Гарри, пробуя на слух непривычно звучавшее слово. — Твои родители называли тебя Алексом?

— Нет. Уменьшительное имя от Александр — Саша. Меня называли Сашей.

— Саша… — протянул Гарри.

Он был очень рад, что в комнате стоял полумрак — магические светильники, развешенные по стенам, были не очень яркими. Это было не единственным их недостатком — они ещё и отключались ровно в десять вечера, как только наступал отбой. Но сейчас это было очень кстати, потому что никто не видел пылающие от восторга и счастья щеки Гарри.

— Саша, — повторял он снова и снова, не обращая внимания на удивление брата, потому что имя его брата делало его счастливым. На языке змей, которым, как оказалось, Гарри владел, «сашша» означало «сокровище». Гарри было неловко признаваться в этом Алексу, но факт оставался фактом — у него, мальчика из чулана, было теперь самое настоящее сокровище.

Следующий день начался для Гарри с слов Алекса, который поздравил его с наступившим 1992 годом.

— Расти большой и хорошо учись, хорошо кушай и слушайся брата, — шутливо напутствовал Поттера Алекс. Так говорила бабушка ему и брату с сестрой, только она желала им слушаться родителей. Алексу было странно, что на календаре такие цифры, их сочетание казалось просто нереальным — 1992!

Но долго побыть в атмосфере праздника мальчикам не дали. Скоро заканчивались каникулы, а до возвращения учеников из дома оставалась масса незаконченных дел. Администрация школы недолго думала и с четверга привлекла оставшихся в школе учеников в добровольно-принудительном порядке к хозяйственным работам.

Отказаться было нельзя: каждому было обещано своё поле деятельности. Оставалось надеяться, что Алексу и Гарри достанется что-нибудь, не связанное с мытьем коридоров без магии.

— Пойдём-ка прогуляемся, — решил Грей. — Если нас собираются запрячь, давай воспользуемся свободным временем. К тому же, я вспомнил, что могу тебе подарить кое-что ещё, то, что обещал уже давно.