Гарри Кроу (джен)

Сочельник с Грейнджерами продумали до мелочей. После завтрака все вместе направились в Лондон, чтобы провести день, осматривая достопримечательности и по пути совершая покупки. Поступок Гарри, который потихоньку передал Падме немного наличных денег, остался бы незамеченным, если бы девушка не обняла его в знак благодарности. Тем не менее, сегодня Дэн и Эмма намеревались платить за всё. В конце концов, переведя свои банковские операции в Гринготтс, они уже сэкономили небольшое состояние.

Начали они с Мраморной арки на Оксфорд-стрит, любуясь рождественскими огнями и украшенными витринами магазинов. Да и заглянуть в эти самые магазины не забывали, так что к тому времени, когда они обедали в тамошней закусочной, Падму и Гарри уже снабдили предметами маггловской одежды. Падма вообще напоминала ребёнка в кондитерской, который не переставая крутит головой, стараясь ничего не упустить. Эмма же до сих пор пыталась осознать, что все их покупки сейчас хранятся в небольшой сумке у Гарри на плече.

Гамбургеры привели Гермиону и Гарри в восторг, тем более, что во время трапезы они могли спокойно держаться за руки. А то на Оксфорд-стрит такая толпа, что их обычная ходьба под руку превращалась едва ли не в цирковой трюк. Впрочем, Гермиона быстро решила эту проблему, просто схватив Гарри за руку. Обоим очень нравилось так гулять, и временно они разлучались только ради того, чтобы один из них мог переодеться.

Осмотр достопримечательностей и шоппинг продолжились по Риджент-стрит до площади Пикадилли, откуда состоялся короткий переход до Трафальгарской площади к самой высокой рождественской ёлке в Лондоне. Античный вертеп за застеклённой витриной так же потребовал некоторых объяснений, прежде чем они двинулись вниз по Стрэнду.

Сомерсет-Хаус — великолепное здание, которое за свою четырёхсотпятидесятилетнюю историю чем только не побывало. Нашлась даже "чёрная" страница, когда в этих стенах располагалась налоговая — в конце концов, платить налоги не любит никто. Впрочем, это осталось далеко в прошлом, и сегодня знаменитый особняк предстал во всём своём великолепии.

А рядом располагался настоящий каток, украшенный сверкающими огнями, разнообразными гирляндами и красивой рождественской елью. И всё это только добавляло яркости праздничному зрелищу. Повсюду виднелись небольшие киоски, предлагавшие разнообразные рождественские товары, а вдоль всего катка протянулось большое кафе. Именно сюда стремились Дэн и Эмма, пока Гермиона тащила двух своих сопротивляющихся друзей к пункту проката коньков.

И уже вскоре взрослые с удовольствием пили горячий шоколад, наблюдая, как трио выходит на лёд. Гермиона каталась с семи лет, поэтому немедленно почувствовала себя в своей стихии. Похоже, Гарри здорово помогли атлетизм и координация, поэтому основами оставаться в вертикальном положении он овладел быстро. А вот бедная Падма постоянно падала и гораздо больше времени лежала или сидела на льду, чем стояла на коньках. Но как только Гарри приспособился, они с Гермионой подхватили подругу под руки и теперь катались втроём.

Чуть позже они подъехали к Дэну и Эмме с такими лицами, словно сошли с открытки "Дети веселятся на морозе" — румянец во все щёки, блестящие глаза и широкие улыбки. А после доставшейся ещё и им чашке горячего шоколада все дружно направились в Ковент-Гарден, где Дэн заранее забронировал столик в прекрасном итальянском ресторане. Поэтому в поезд обратно в Кроули садилась счастливая и полная впечатлений компания.

И вот там-то Гермионе кое-что пришло в голову:

— Мама, папа, а мы сегодня пойдём в церковь?

Быстро обсудив этот вопрос, Эмма и Дэн решили не ходить.

— Нет, дорогая. Ведь Гарри и Падма не празднуют Рождество. А мы…

Но тут Дэна прервал Гарри:

— Извините, пожалуйста, но ради нас не стоит менять ваши семейные традиции. И мы с удовольствием сходим вместе с вами. Если можно, конечно.

Гермиона стиснула его ладонь.

— Прийти в церковь может любой. Обычно мы посещаем ночную службу в канун Рождества. Ты правда хочешь пойти?

Но ответила Падма:

— Я точно хочу. Надеялась же узнать о вашей жизни как можно больше.

Вскоре "на свет" появился план: добраться до дома и несколько часов отдохнуть, прежде чем собираться в церковь. Гермиона ещё и посоветовала друзьям, какая одежда из купленной сегодня подойдёт на такой случай. И теперь все ждали вечера с нетерпением.

* * *

Амелия не собиралась сообщать Сьюзен, что собирается работать даже в Рождество. Она очень скучала по племяннице с тех пор, как та уехала в Хогвартс, поэтому не обрадовалась, что пропустит Рождество в компании единственного человека, оставшегося от её семьи. А ещё нужно как-то реагировать на эти фотографии, и вот тут возникла дилемма: с одной стороны, нужны люди, которым можно доверять, но с другой требовалось сохранить строгую тайну. Ведь если у кого-то есть супруг и дети, сохранить в тайне тот факт, что на Рождество их ждёт серьёзная операция, становится гораздо сложнее. Подобные слухи немедленно разнесутся по всему Министерству. Пришлось принять потенциально опасное решение положиться на небольшую команду, в первую очередь рассчитывая на элемент неожиданности. Амелия вообще не собиралась рассказывать четвёрке выбранных авроров, что их ждёт, пока не придёт время действовать.

Глава ДМП прекрасно понимала, что тем самым рискует своей карьерой. Ведь если операция провалится, Барти потребует и непременно получит её голову на серебряном подносе. Им обязательно нужно поймать Барти-младшего, иначе для неё всё закончится. А то, что этот же осуждённый и предположительно умерший Пожиратель смерти помог отправить в больницу Святого Мунго двух авроров, стало мотивацией, необходимой Амелии для осуществления этого рискованного плана. Фрэнк и Алиса Лонгботтом до сих пор не имеют возможности поздравить своего сына с Рождеством, поэтому оба Крауча просто обязаны заплатить за свои преступления!

Заодно она приняла близко к сердцу ещё один кусочек информации от Барчока и стала осторожно знакомиться с материалами дела Сириуса Блэка. И уже вскоре с изумлением обнаружила... абсолютно ничего! Нет, пока обоих Барти не поймают, она не собиралась никого предупреждать, но вот потом определённо намеревалась разобраться в этом вопросе.

Разговор с Минервой о характере Барчока дал положительный результат. Ответ заместителя директора Хогвартса «преданный отец, который сделает все, чтобы помочь и защитить своего сына» прозвучал довольно неожиданно. Теперь надо выяснить, как в эту картину вписывается Сириус Блэк, и какие именно цели на самом деле преследуют гоблины.

* * *

Вся компания возвращалась домой из церкви, где Гарри и Падме очень понравилось.

— Мне понравилась рождественская пьеса. Теперь я многое понял. Похоже, игравшие в ней дети тоже получали удовольствие.

Дэн с озорством в глазах не сумел удержаться от небольшой подколки:

— Гарри, а разве Гермиона не рассказывала? Она же несколько лет назад сама дебютировала в церковном рождественском спектакле.

— Пап, мне было шесть!

Это воспоминание заставило Эмму улыбнуться.

— Да, но даже тогда она уже знала, чего хотела. Она была одним из трех мудрецов, но настаивала на том, что это должна быть мудрая женщина.

Падма тоже захотела внести свою лепту, но всё-таки решила предоставить подруге передышку.

— Гермиона, всё могло быть гораздо хуже. Видела того маленького мальчика, который был овцой? Он всё время махал своим маме и папе. Мне пришлось закусить губу, чтобы не рассмеяться.

Гарри так же пришёл на помощь своей лучшей подруге:

— Что ж, я бы очень хотел увидеть Гермиону в этой пьесе. А после согласиться, что насчёт мудрой женщины она была права.

Эмма посчитала что это прозвучало довольно мило, однако Дэн уже оседлал своего любимого конька, продолжая подтрунивать:

— О, не переживай, Гарри, у нас есть масса фотографий Гермионы в этом спектакле — вместе с сотнями других. Ты обязательно должен увидеть…

— Ну па-а-ап!

Раздался дружный смех. Похоже, семью Грейнджер ждёт очень весёлое Рождество.

* * *

Гарри разбудила подпрыгивавшая на его кровати явно взбудораженная Гермиона.

— Знаю, что сегодня мы не собирались тренироваться, но я проснулась в обычное время и слишком волнуюсь, чтобы снова заснуть. С Рождеством, Гарри!

Наклонившись, она поцеловала его в щеку, заставив обоих покраснеть.

Не зная, что на это сказать, Гарри вернулся к привычному сценарию:

— Хочешь помахать мечом в саду за домом?

Вместо ответа Гермиона обняла его, прежде чем вылететь из комнаты, чтобы переодеться.

Дэн проснулся от звука ударов, доносившихся со стороны сада. И, выбравшись из уютной теплой постели, выглянул в окно. И простоял там минут десять, пока руки жены не обвились вокруг его талии. Только вот её «Счастливого Рождества» так и осталось без ответа.

Он просто не мог отвести глаз от их дочери.

— Не могу поверить, что это та самая девочка, которую в сентябре мы отправили в школу. Похоже, она так сильно повзрослела…

— Наверно, потому, что она доверяет и ей доверяют. Думаю, она вырастет потрясающей девушкой, а рядом всегда будут верные друзья.

Теперь они заворожённо наблюдали, как пара чередовала защиту и атаку, выискивая у оппонента слабые места. Гермиона всегда была лучшей во всём, к чему стремилась, и видеть её сосредоточенное лицо, пока она отбивала очередной выпад Гарри... нет, на это действительно стоит полюбоваться. От этого зрелища просто не оторваться, поэтому пока дети не закончили тренировку, старшие Грейнджеры так и простояли у окна. Ладно, пора готовить завтрак, а дальше всех ждут подарки.

* * *

Сьюзен тоже встала рано, желая провести время с тётей, прежде чем они разъедутся. Она собиралась провести Рождество со своей лучшей подругой. И родители Ханны по многолетнему опыту знали, что нельзя задавать слишком много вопросов, почему её тете пришлось выйти сегодня на работу.

Гарри сказал Сьюзен, что его отец не станет использовать слово «срочно», если бы речь не шла о чём-то очень важном. И ощущение срочности — лучший способ описать тётю после возвращения из Гринготтса. Сьюзен ведь наблюдала в тот день вместе с остальными, как Гарри победил Люциуса Малфоя. И ничуть не сомневалась, что Гарри и её тётя заодно. Да, она понимала, что ведет себя как эгоистка, но ей просто хотелось, чтобы "хорошие парни" хоть раз не пропускали Рождество. Разве она так много просит?

* * *

Друзья по очереди разворачивали подарки, которые получили друг от друга. Начала Падма, и Гермиона оказалась счастливой обладательницей яркой индийской шёлковой юбки. Гарри получил игрушечную фигурку рыцаря в доспехах, гордо восседающую на игрушечной же лошадке. Радостно рассмеявшись, он заверил Падму, что подарок ему очень нравится.

А вот Гермиона по поводу своего подарка Гарри невероятно нервничала. Что можно подарить лучшему другу, да ещё и гоблину, у которого есть всё? Очень странная ситуация, и решение такой проблемы выглядит практически уникально. Вот Гарри развернул её подарок и теперь смотрел на неё с каким-то незнакомым выражением лица. Больше не выдержав, Гермиона начала лепетать:

— Я просто не знала, что тебе подарить… Одежда казалась слишком безличной… А потом профессор Снейп украл мою идею… Тебе не понравился подарок?

Гермиона подарила ему красивую рубашку и такие же чёрные джинсы, но главное его внимание привлекла книга наверху. Она назвала её «Книга Гермионы», поскольку в основном там именно она. Здесь его лучшая подруга предстала во всей своей красе, начиная с младенчества и до того момента, когда они сфотографировались на ступенях Гринготтса. И под каждой фотографией хотя бы один абзац, объясняющий, что, где и когда, и всё это красивым почерком Гермионы. Вот почему количество усилий, которые она приложила ради этого подарка, просто поразило Гарри.

Наконец-то оторвав взгляд от книги, он увидел, что от беспокойства у Гермионы перехватило дыхание. Что ж, его широкая улыбка быстро избавила её от волнения.

— Это просто фантастика! Мне очень нравится.

Падме тоже очень понравились её джинсы и футболка "от Гермионы", прежде чем они перешли к подаркам Гарри. Серебряный амулет с орлом Когтеврана на цепочке из того же материала вызывал восхищение и высокую оценку Падмы.

Эмма охала и ахала над пирамидкой, которую Гарри вручил ей и Дэну, не имея ни малейшего представления, что это вообще такое.

— Ох, мама, это просто замечательно! Гарри, ты включил в кристалл воспоминание, которое показала нам профессор Хобсон?

— Его и ещё несколько. Я подумал, что твои мама и папа наверняка захотят взглянуть на Хогвартс.

Эмма немедленно его обняла, пока он нервно ждал, когда свой подарок откроет Гермиона.

А та тоже сейчас нервничала. Сверток-то оказался длинным и довольно тяжёлым. Дрожащими руками она наконец-то сняла обертку и обнаружила меч в ножнах. Да не простой, а украшенное драгоценностями настоящее произведение искусства, правда, безусловно, покороче чем у Гарри. И теперь у Гермионы просто отнялся язык.

К счастью, Падма дала ей время прийти в себя.

— Знаешь, Гарри, вот что я тебе скажу: свой стиль у тебя определённо есть. Когда мальчики дарят драгоценности, камни там, как правило, в кулоне или хотя бы в серьгах, но уж точно не в рукояти меча. Практично и красиво, и в то же время идеально подходит нашей Гермионе.

— Она друг нашей нации и имеет право носить свой собственный клинок. А последним негоблином, владевшим подобным клинком, был Годрик Гриффиндор.

Обнажив клинок, Гермиона покрутила его в руках, проверяя, нет ли на нём её имени. А на её невысказанный вопрос ответил смущенный Гарри:

— Они не стали наносить имя незамужней женщины, а решили подождать, пока после свадьбы не изменится её фамилия.

— Гарри, он прекрасен и с удивительным балансом.

Заметив озабоченные взгляды родителей, Гермиона попыталась их успокоить:

— Папа, гоблины-женщины учатся пользоваться оружием только чтобы защитить себя. Им запрещено становиться воинами или сражаться на войне.

— Очень рад это слышать. Подарок прекрасный, но и смертельно опасный. Надеюсь, ты будешь с ним осторожна?

Как обычно, Падма попыталась разрядить обстановку:

— Ну вот, теперь мне придётся ходить по Хогвартсу с двумя меченосцами. Ладно, лучше уж так, чем каждое утро просыпаться под удары мечей, когда эти двое тренируются. Неужели хоть один из вас двоих не может вести себя нормально?

На такое милое поддразнивание её друзья только улыбнулись. Понимали ведь, что она специально подшутила, чтобы ситуация не превратилась в неловкую.

Поблагодарив Гарри за такой замечательный подарок, Гермиона показала родителям, как при помощи гоблинского артефакта просматривать воспоминания. Что ж, сцена на ступенях Гринготтса их ожидаемо потрясла.

* * *

Барти Крауч стоял на коленях перед камином, разговаривая с Амелией Боунс. Оказывается, какие-то болгары решили отметить Рождество в "Дырявом котле". И едва не устроили беспорядки, провозгласив праздничный тост после того, как один из них наколдовал Тёмную метку. Проблема заключалась в том, что они очень плохо говорили по-английски, хотя одному из них всё-таки хватило словарного запаса, чтобы утверждать, что он сын болгарского министра магии. Их действительно нужно поскорее допросить, прежде чем ситуация перерастёт в международный скандал. Барти ясно видел, что Амелия у себя дома, а значит, ей Рождество тоже испортили. Он уже согласился заглянуть в Министерство, когда в его доме внезапно вынесло все стёкла. Резко развернувшись, Барти застыл от удивления, когда у него на глазах через выбитое окно внутрь запрыгнула Амелия Боунс и первым делом бросила в него оглушающее.

— Шак, вперёд! Твоя команда идёт наверх, а мы проверим всё здесь. Аврор Тонкс, не отключай камин и следи за ситуацией.

И они с Грозным Глазом в полном аврорском облачении начали обшаривать первый этаж. И Амелия быстро обнаружила на кухне накрытый на двоих стол, а это уже улика. Проведя рукой по каждому из стульев, она с удовлетворением нащупала чьё-то тело. И к огромному расстройству разрыдавшегося домового эльфа, стянула с человека мантию-невидимку.

— Барти Крауч-младший, вы арестованы!

Немедленно оглушив молчавшего волшебника, она надела на него наручники, подавляющие магию.

— Грозный Глаз, верни сюда Шака и Гавейна. И убедись, что Барти-старший никуда не денется. Передай Тонкс, чтобы отправлялась в Министерство и ждала нас там. Я хочу, чтобы этих двоих допросили сегодня же, прежде чем кто-то успеет вмешаться.

Амелия чувствовала, как в крови бушует адреналин. Нет, старовата она уже для подобного дерьма. А прыжки через выбитые окна пора оставить молодым аврорам. Тем не менее, все сработали отлично. Увидев сразу двух Амелий Боунс, Барти застыл на месте, благодаря чему его и удалось поймать. Кстати, когда они проходили мимо, Грозный Глаз оглушил его ещё раз. Что ж, теперь вся её команда знает, что именно стоит на кону, поэтому все полны решимости не допустить никаких ошибок.

Итак, первый этап увенчался полным успехом — осталось только выяснить, насколько далеко распространилась коррупция в Министерстве. Ведь опасность-то пока не миновала, и если обо всём этом пронюхают не те люди, ещё до Нового года вся её команда запросто может остаться без работы.

* * *

Дэн и Эмма как заворожённые наблюдали за школьным уроком Зелий. Пока учились в университете, они оба неоднократно работали в химических лабораториях, , но тут нечто иное. Да, дети использовали котлы, вот только точность, необходимая для приготовления ингредиентов и самого процесса зельеварения, куда сильнее, чем для приготовления супа. Но эту ветвь магии они хотя бы понимают... отчасти.

Их прервала пара сов из Гринготтса, доставивших довольно объёмную книгу, в которой сообщались подробности о недвижимости Поттеров. Гермиона немедленно начала строить планы:

— О, прекрасно, теперь мы можем осмотреть твои дома и подумать, куда поехать этим летом…

А Падма обратила внимание на герб Поттеров на обложке. В конце концов, она ведь тоже чистокровная, и шляпа не зря отправила её на Когтевран.

— Гарри, но как ты вообще сможешь туда попасть? Разве для этого не нужно сначала стать главой рода?

Воцарившаяся после этого вопроса тишина заставила её занервничать.

— Ребята, вы же знаете, что я могу держать рот на замке. Понятно, что вы не хотите, чтобы это стало достоянием общественности.

— Ты же знаешь, что мы тебе доверяем, просто подняла тему, о которой я не подумал. Как пригласить тебя и Невилла на отдых с нами, не сообщив всему миру, что я стал главой рода?

— Означает ли это, что ты уже сделал свой выбор?

— Нет, Падма, это просто означает, что я единственный, кто может его сделать. Просто мой отец не хотел, чтобы кто-то попытался получить контроль надо мной, когда у меня на пальце семейное кольцо Поттеров, а сейчас это невозможно.

— Я не скажу ни слова…

У Гарри это вызвало улыбку.

— Знаю, но меня это не беспокоит. Теперь, когда ты в курсе, могу я поговорить с тобой наедине?

Эмма смотрела, как Гарри вывел Падму в сад за домом, а у неё впервые за сегодняшнее утро появился шанс с поговорить с дочерью.

— Милая, ты в порядке? По меньшей мере, Гарри вручил тебе довольно необычный подарок.

В ответ Гермиона улыбнулась.

— Только не для гоблина. Я знаю, что легко забыть, кто такой Гарри на самом деле. Его самое ценное достояние — это кинжал, с которым он никогда не расстаётся. А его ножны зачарованы так, что их не видно, поэтому ты не заметишь их, даже если он в тунике без рукавов.

Она взглянула туда, где лежавший на спине Мунлайт игрался со свисавшей с рождественской елки мишурой.

— Он устроил мне просто идеальный день рождения, а мой меч — практически произведение искусства. Готова поспорить, он тоже стоит небольшое состояние…

Тут у ним подошёл Дэн, и разговор прервался. И теперь все трое смотрели в окно, где у них на глазах разворачивалась настоящая драма: что бы Гарри ни сказал Падме, та явно расстроилась, причём аж до слёз. Особенно озадачило, когда Гарри раскрыл объятия, и рыдающая ведьмочка бросилась ему на шею. И далеко не сразу Гермиона сообразила, в чём тут может быть дело.

— Черт черт черт…

— Милая, постарайся просветить своих невежественных родителей, что, чёрт возьми, там происходит?

— Пап, я могу только догадываться, но сначала Гарри сказал Падме, что он глава рода, а затем попросил на пару слов. И что бы ей не сообщил, Падма явно расстроена, хотя он тут ни причём.

А поскольку Падма сейчас цеплялась за друга, словно утопающий за соломинку, предположение дочери трудно опровергнуть. И всё равно пока ничего не ясно.

— Пожалуйста, расскажи нам то, чего мы не знаем.

— Мам, я только догадываюсь, но думаю, Гарри сообщил Падме, что отказывается от брачного контракта, предложенного ее отцом...

— Чт-о-о-о!? Да им обоим всего по одиннадцать лет!

— Знаю, но согласно обычаям чистокровных, как только Падма узнает, что Гарри возглавил род, он должен разобраться с этой ситуацией как можно скорее. И очевидно, она не знала, что её отец предлагал брачный контракт от её имени.

— Это же варварство…

— Пап, мы к такому не привыкли, но таковы их обычаи. И ведь в некоторых странах до сих пор в ходу браки по договорённости, верно? Знаешь, мы постоянно сталкиваемся с подобными различиями между собой, и такие слова как "варварство" совсем не помогут понять точку зрения наших друзей. Конечно, я не хочу, чтобы вы нашли мне мужа, но это не значит, что я потеряю своих друзей только потому что их родители могут сделать это за них.

Гермиона почувствовала, как вокруг талии обвились руки матери.

— И когда ты стала такой мудрой?

— Когда мне было шесть, и пришлось надеть тот дурацкий костюм…

Все трое улыбнулись и теперь наблюдали, как в их саду молодой человек утешает подругу. А когда наконец-то привёл Падму обратно в дом, та немедленно оказалась в крепких объятия Гермионы.

— Гермиона, я не знала. Клянусь, я не знала!

— Ладно, не переживай. Нетрудно заметить, что ты и впрямь не знала.

Гермиона почувствовала, как напряжение покидает подругу.

— Знаешь, Гарри был просто великолепен! Всё могло закончиться ужасно, но он со всем справился. Он действительно нечто — держись за него.

— Мы все будем держаться друг за друга — мы же друзья.

Гарри подошел к девочкам, не имея понятия, как они воспримут его поступок.

— У нас всё хорошо?

И внезапно обнаружил, как его обнимают сразу две ведьмочки.

— Конечно. А теперь можно заняться рождественским ужином, а потом решить, где мы все проведём летние каникулы и как пригласить туда Падму и Невилла.

— Ой, Гарри, я только что вспомнила — с тобой хотел познакомиться мой отец. Теперь-то всё понятно, хотя не могу взять в толк, почему он предложил меня вместо Парвати.

Румянец на щеках Гарри всё объяснил.

— Он предлагал контракт за нас обеих?

На этот конкретный вопрос Гарри отвечать не стал, но все уже и так догадались.

— Если он не узнает, что я теперь глава рода, тогда я могу передать все подобные дела своему отцу.

А у Эммы возник очень важный вопрос. На самом деле — сразу несколько.

— То есть, обычно девушка не знает, что её отец предлагает заключить помолвку от её имени?

Падма ответила как могла:

— Я правда не знаю. В чистокровном обществе серьёзно доминируют мужчины, и уж тем более там, откуда я родом. Слово моего отца — закон в нашей семье, а непослушание ему навлекло бы на нашу семью позор. По крайней мере, теперь я знаю, почему он так охотно согласился, чтобы я приехала сюда…

Эмма постаралась не показать глубокого потрясения. К счастью, на Дэна эта новость произвела точно такое же впечатление, ведь у них-то в семья партнёрство, а не диктатура.

— Мне просто интересно, знали ли те девушки, которые продолжали виться вокруг Гарри, что их отцы предложили контракт от их имени?

— Тогда понятно, почему некоторые из них вели себя довольно настойчиво, верно? Гарри, а ты про них знал?

— Извини, Гермиона, прошлым летом я только раз просмотрел этот список, но тогда для меня их имена ничего не значили. Я вспомнил имя Падмы только потому, что они близнецы, и моё гоблинское воспитание немедленно отклонило этот вариант.

Вот тут Дэн захотел услышать подробности:

— А почему твоё воспитание сразу отклоняет этот вариант?

Вопросительные взгляды жены и дочери заставили его объяснить свой интерес:

— Я не пытаюсь осуждать — просто собираю информацию о разных культурах.

— У гоблинов может быть только один партнёр, и этот партнёр на всю жизнь. Жена моего отца умерла при родах, а вскоре после этого скончался и его маленький сын. Но ему даже в голову не пришло взять другую жену. Да и ни одному гоблину не придёт.

У Дэна это признание вызвало улыбку.

— И эти взгляды очень близки к тем, которых придерживаемся мы. И это единственная причина, почему я вообще спросил. Понимаешь, Гермиона вошла в совершенно иной мир, где все кажется другим, поэтому как и ты, мы пытаемся как можно больше выяснить про эти отличия.

А Эмма решила, что день пора "спасать", так что пора вернуться к веселью.

— И одно из этих отличий — рождественский ужин. Честно говоря, одновременно я и довольна, и напугана тем, что готовлю первый рождественский ужин для вас обоих.

Да, она засмеялась, но по-прежнему нервничала. И даже заранее поинтересовалась у дочери, есть ли у её друзей какие-то особые кулинарные предпочтения. Однако ей ответили, что они съедят всё, что перед ними поставят. Что ж, скоро придёт время проверить, правда ли это.

* * *

Корнелиус испытывал серьёзное недовольство. И только заявление Амелии, что если он не появится в Министерстве, министром ему осталось быть недолго, оторвало его от рождественского ужина. Поэтому когда поприветствовал главу ДМП в её кабинете, настроение у него было далеко не праздничное.

— Амелия, не разочаруй меня, иначе снова окажешься в аврорском патруле.

— Если мы не примем надлежащие меры, то к Новому году оба окажемся на улице.

Протянув ему одну из фотографий, которыми поделился Барчок, теперь она наблюдала, как меняется цвет его лица.

— Фотографии подлинные?

— Поскольку оба они сейчас сидят в наших камерах, ответ утвердительный.

Наблюдать за паникой министра магии — занятие не из приятных.

— Об этом никто не должен знать! Эта информация может уничтожить Министерство…

— Совершенно с вами не согласна. Боюсь, если попытаемся всё замять, сделаем только хуже. Эту фотографию мне вручил гоблин…

— А гоблины-то здесь причём? Кого вообще волнует, что они говорят?

— Мальчика-Который-Выжил. Тем более, что гоблина, который мне это вручил, он называет отцом.

Корнелиус почувствовал, что ему необходимо сесть. И только теперь Амелия рассказала ему, что уже удалось выяснить:

— Мы сразу же допросили арестованных с сывороткой правды, поскольку я хотела знать, кто ещё в Министерстве в этом замешан. К счастью, в ответ услышала: «Больше никто». Оказывается, умиравшая жена Барти взяла с него обещание, что он вытащит их сына из Азкабана. И это она при помощи оборотного зелья заняла место своего сына и умерла в его камере. С тех пор Барти держал своего сына дома, неоднократно используя Империус.

Министр облегчённо вздохнул. Итак, вина старшего Крауча неоспорима, а Министерство по большому счёту останется вне подозрений. Однако успокоился он рано — ровно пока не задал очевидный вопрос:

— А как и почему эта фотография попала в руки гоблинов?

— Барчок объяснил, что они проводят расследование по делу Сириуса Блэка. Я потихоньку в нём покопалась и ничего не смогла найти. И допрос Барти дал ответ, почему: я не смогла ничего найти, потому что искать нечего. Сириуса Блэка отправили в Азкабан без суда и следствия.

Однако Корнелиуса беспокоило не это, а причины расследования гоблинов.

— Ты спрашивала, почему их вообще заинтересовал Блэк?

— Да, и ответ тебе не понравится ещё больше чем мне.

Тут Амелия подошла к буфету, достала оттуда графин и два стакана и плеснула в оба бренди, который держала как раз на подобный случай. И, протянув один стакан Корнелиусу, только теперь сообщила плохие новости:

— Сириус Блэк — крёстный отец Гарри Поттера.

Министр с благодарностью сделал глоток, почувствовав, как волна тепла хотя бы частично справилась с пробежавшими по спине ледяными мурашками.

— Пожалуйста, скажи, что у тебя есть и хорошие новости! Или хоть какое-то представление, как нам из всего этого выбраться.

— Моя племянница Сьюзен рассказала, что случилось на прощальном пиру. Удивлена, что ты позволил Дамблдору обмануть тебя.

Резкая смена темы изрядно озадачила министра.

— Что ты имеешь в виду?

— Гарри может учиться в Хогвартсе, но мы слышали из уст Дамблдора, что мальчик даже приближаться к нему не желает. Вот он и попытался использовать твой визит, чтобы снискать расположение мальчика. Только вот ответ Гарри оказался предсказуем для любого, кто хоть немного его знает. И для меня совсем не сюрприз, что его однокурсники ушли из зала вслед за ним — или что он заранее это предусмотрел.

— Хочешь сказать, Альбус меня использовал?

— В своих целях Альбус Дамблдор использует всех. И то, что знаменитый Мальчик-Который-Выжил не желает даже находиться с ним в одной комнате, наверняка сводит старого дурака с ума. Гоблины объявили Дамблдора персоной нон грата более десяти лет назад, Гарри считает себя гоблином, но у него есть и свои личные причины поступать так же. И лично я не хочу, чтобы Дамблдор втянул Министерство в тот беспорядок, который сам же и устроил. И мне кажется, я уже знаю, как этого избежать.

А дальше Амелия изложила основы своего предложения:

— Мы будем действовать публично и строго по правилам. Заодно это включает открытое судебное разбирательство над Сириусом Блэком.

Останавливая ожидаемый протест министра по поводу такого курса действий, она подняла руку.

— На Хэллоуин Блэка навестили два гоблина. Охранник следил за тем, чтобы они вошли и вышли. Звали их Барчок и Старый Ворон. Похоже, на Хэллоуин Гарри посетил не только могилы своих родителей, но и навестил своего крёстного в Азкабане.

Корнелиус с трудом поверил своим ушам:

— Мальчик-Который-Выжил навестил Азкабан, а нам не сообщили?

— Он так и не скинул капюшон и говорил на гоббледуке, так что его посчитали гоблином. Однако мы должны признать, что они, по крайней мере, на шаг впереди всех, хотя некоторые и пытались им помешать. Журнал посетителей показывает, что они провели у Блэка больше часа. Возможно, отнюдь не случайно они начали расследовать, каким образом Блэк оказался в Азкабане. И сегодня мы пожинаем плоды этого расследования.

— Ты ведь не намекаешь, что Блэк невиновен?

— Вряд ли они затратили столько усилий только ради того, чтобы добиться юридического подтверждения его приговора. Когда он оказался в Азкабане, никто из нас не имел к этому ни малейшего отношения. Плюс нам только что предоставилась ​​прекрасная возможность заявить, что Министерство твёрдо на стороне Мальчика-Который-Выжил. Поэтому завтра же ты созовёшь экстренное собрание Визенгамота, а я приведу туда Блэка и мальчика. Пусть Гарри и его отец увидят, как справедливость восторжествует, а виновен Блэк или нет, с точки зрения отношений Министерства с мальчиком не так уж и важно. Для нас это беспроигрышный вариант.

Корнелиус наконец-то сообразил.

— Если Блэк невиновен, мы сможем его освободить и не станем разделять вину за то, что его отправили в тюрьму. А если виновен, сможем спросить у мальчика, какое наказание он считает справедливым. Оба Крауча за свои преступления отправятся на корм дементору, а Министерство может заявить, что новая жёсткая позиция по соблюдению закона и порядка уже приносит результаты. Уверена, что сможешь доставить мальчика сюда?

— Проблем быть не должно, но мне нужно, чтобы о наших планах ты никому ничего не сказал — особенно Дамблдору. Давай придерживаться официального заявления, что возникла чрезвычайная ситуация, с которой необходимо немедленно разобраться. И когда предъявим двух Краучей, выполним этот пункт. А после суда над ними заявим о возникшем нарушении и сразу займёмся Сириусом Блэком.

Немного подумав, министр магии согласился с главой ДМП.

— Минимальное время, за которое уведомляют об экстренном заседании, — это два часа. Поэтому утром первым делом разошлю уведомления и назначу заседание на десять тридцать. Тебе хватит времени?

Амелия уже решила отправить Шака и Тонкс в Азкабан за Блэком, Грозный Глаз и Гавейн будут посменно охранять арестованных, а ей дорога в Гринготтс.

— Думаю хватит. Ладно, хорошо тебе отпраздновать остаток Рождества. Ну а завтра нас ждёт настоящий День подарков.

* * *

После прекрасного ужина все устроились за столом и начали изучать, чем располагают Поттеры. Дэн принёс с чердака большую детскую карту мира и временно повесил её в столовой. Когда-то эта карта украшала стену спальни Гермионы. А сейчас она сидела с цветными наклейками в руках и размещала их на карте там, где находились принадлежавшие Поттерам дома, которые вся компания желала посетить. Проблема заключалась в том, что даже выбирая очень разборчиво, Гермиона уже наклеила шесть штук, а впереди ещё половина книги.

— Гарри, теперь я понимаю, почему мой отец предложил меня и мою сестру тебе в качестве невест. Патилов можно отнести к довольно богатым, но Мерлин, тут нечто совсем иное! Насколько богаты Поттеры, огласке никогда не предавалось — всегда только намёки. Но увидеть доказательства — просто в голове не укладывается. Неудивительно, что у тебя столько брачных контрактов.

Это весьма озадачило Эмму.

— Неужели всё дело в богатстве?

— К примеру, мой отец ценит воспитание, власть и богатство. А Поттеры — древняя уважаемая семья. Это уже даёт им серьёзную власть, даже не принимая во внимание их невероятное богатство. Такие люди как Малфой хотят, чтобы им лизали сапоги и смотрели на них снизу вверх, но они не смогли накопить даже десятой части того, чем, похоже, располагает Гарри.

Услышав, куда свернул разговор, тот на самом деле даже смутился, поэтому попытался вернуться к более нейтральной теме:

— Давай сегодня оставим чистокровную политику в стороне. Лично я приятно провёл время, рассматривая принадлежащие моей семье дома. Возможно, мои мама и папа даже побывали к каких-то из них. Так, кто голосует за частный остров на Мальдивах?

Эмма дрожавшими руками подтянула к себе книгу, чтобы рассмотреть получше, а Гермиона уже ставила ещё одну наклейку. Но тут все замерли, поскольку в кухонную дверь кто-то постучал. Дэн пошёл открывать и вскоре вернулся с Барчоком.

Само собой, первым делом все его поприветствовали.

— Гарри, — начал нежданный гость, — завтра утром мы увидимся с твоим крёстным.

Немедленно вскочившая Гермиона подошла к другу и обняла его.

— Знаешь, одна только мысль, что ты опять отправишься Азкабан, здорово меня пугает.

Барчок издал глубокий хриплый смешок.

— Не волнуйся, Гермиона, мы и близко не подойдём к Азкабану. Мы с Гарри отправимся в Министерство магии. Завтра Сириус предстанет перед Визенгамотом.

Радостно вскрикнув, Гарри поднял Гермиону в воздух и немного покружил. Первой отреагировала Падма:

— Ладно, забудьте о том, чтобы вести себя как нормальные люди. А как насчет объяснить, что вообще происходит?

* * *

Для заключённых Азкабана Рождество — точно такой же день, как и все остальные. Праздник — не то слово, которым можно описать атмосферу на острове, где радость тоже в дефиците. Однако для одного заключённого всё это вот-вот изменится. Дверь камеры открылась, и старший аврор Шеклболт исполнил свой долг:

— Сириус Блэк, ты идешь с нами. Завтра утром тебя будут судить за твои преступления на заседании Визенгамота под воздействием сыворотки правды.

Только вот ответ измождённого узника оказался несколько неожиданным:

— Ну наконец-то!