Натуральный блондин (гет)

После второго тура в Хогвартсе только и разговоров было, что о Черном озере. Всех очень интересовали подробности подводного приключения. И чем страшнее, тем лучше.

Рон и Гермиона на Гриффиндоре купались в лучах славы. Рон сначала говорил правду, а уже через не­делю его рассказ превратился в жуткую историю, из которой следовало, что на него напали и украли, ему пришлось в одиночку отбиваться от полусотни до зу­бов вооруженных тритонов и русалок, и они его, в кон­це концов, одолели, связали и уволокли на самое дно озера.*

Гермиону это злило просто ужасно. Пару раз она высмеяла друга при всех, потому что невозможно уже. Врет и не краснеет. Чем бы он от тритонов отбивался, будь такое на самом деле? Богатырским храпом?

Но Рон на ее недовольство внимания не обратил.

Сама Гермиона про это приключение старалась вообще не говорить. Ей было стыдно признаться даже самой себе, что она ... испугалась. И что с того, что она гриффиндорка? Зато она умная!

Но когда Гермиона намекнула мальчикам, что ей было страшно, друзья ее просто не поняли. А чо такого, все же безопасно, Дамблдор же говорил, вылупил на нее глаза Рон. А Гарри, ну что Гарри, у него Гриффиндор головного мозга, как утверждает один вредный профессор. И он искренне считает, что гриффиндорцы ничего не боятся.

Гермиона поежилась, вспоминая, как их с Роном, Чжоу и сестрёнкой Делакур привели к директору в кабинет. И все ему сразу поверили, когда он их заколдовывал. А Гермиона — нет. У нее серьги в ушах жгло огнем. И от кулона на шее искры в тело отдавались. Она и не замечала эти защитные артефакты, так к ним привыкла, что не снимала. Надолго защиты против такого великого мага, конечно, не хватило, но эта пара секунд поселила в душе Гермионы сомнения, которые укреплялись и разрастались тем дальше, чем больше она думала.

Их заставили выпить по два флакона с зельями, после которых они даже не заснули, а намертво отрубились. Интересно, что это?

А очнулась Гермиона уже в воде, рядом чудовище с человеческими руками и головой акулы, тяжелая мантия тянет на дно, и холодно так, что зубы сводит. Вот кто бы на ее месте не испугался? А если не врать?

Да еще пришлось потом на причале перед всем Хогвартсом стоять, как мокрая крыса, пока ее мадам Помфри не высушила. Она прекрасно видела, какую рожу тот же Малфой скроил, наверняка над ней смеялся со своими приятелями и этой гадюкой Паркинсон. Ну пусть только рот откроет!

Еще Гермиона была уверена, что это — неправильно. Она же не соглашалась быть заложником! Почему никто не спросил ни ее саму, ни ее родителей? Мало того, что Гарри участвует в Турнире, хотя он несовершеннолетний и в магловской школе все на ушах бы стояли и не допустили бы его ни за что. А они вообще ни при чем! Подумаешь, на балу потанцевали. Флер с Роджером Дэвисом пришла... Хотя такого бугая она бы из воды не вытянула. Но ее сестра совсем маленькая, как можно было рисковать ребенком? Ради шоу?

Правила Гермиона и сама нарушала лихо, профессор Снейп не даст соврать. И угрызений совести по этому поводу не испытывала, она же ради друга. Но в озере Гермиона никого не топила! А кое-кого бы стоило! И ведь взрослые должны правила и законы соблюдать, верно? Иначе это ерунда какая-то получается. В мире магии что, можно творить, что хочешь?

И вообще, может, кто-то другой хотел участвовать? Да та же Джинни Уизли за возможность стать для Гарри ценным заложником побежала бы впереди Хогвартс-экспресса. И для Виктора желающих было бы много. С чего все взяли, что она для Крама "самое дорогое"?

А теперь ее дразнят "дамой сердца" и "невестой". Хотя Виктор просто пригласил ее на каникулы, это Скитер неизвестно как подслушала их разговор и раздула из мухи слона. Видите ли, она крутит одновременно с Гарри и с Виктором, делать Гермионе больше нечего!

Но все уверены в этом, шлют ей кричалки и вопилки, и руки опять какой-то гадостью из письма обожгла.

Гермионе, с одной стороны, внимание Крама льстило, всё-таки она, как любая пятнадцатилетняя девчонка, мечтала о любви и романтике, а с другой — никакие пресловутые бабочки, обещанные ей Лавандой, у нее в животе не порхали.

Она даже целоваться с Виктором пробовала. И никак. Наверное, у нее и правда душа сухая и пыльная, как страницы учебника. Или просто Виктор не герой ее романа.

Так-то он, наверное, хороший. И умный, не зря же его чемпионом Кубок выбрал. Но про то, что изучают в Дурмштранге, Краму запретил рассказывать его директор. Ну тогда и Гермиона не будет! А еще Виктор мировая звезда квиддича. В котором она ничего не понимает, но ведь спорт бывает разный, хоть какая-то тема для разговора. На пробежки можно вместе ходить, например, уговаривала себя Гермиона.

Вот только Виктор не любил животных. Не то чтобы прямо совсем, но Гермионе было очень жалко дракониху, которой Крам в первом туре зарядил заклинанием в глаза. Она так закричала, заметалась и яйца передавила, а потом рычала над скорлупой от горя. А Виктор вообще не понял, о чем это Гермиона ему говорит. Он же достал яйцо, значит, все правильно сделал. И объяснить ему не получалось, с английским у Крама было не очень.

С Глотиком Виктор тоже не нашел общий язык. Рыжему полукнизлу было плевать на известность ухажёра хозяйки. Живоглоту ничего не стоило обтереться о мантию болгарина и оставить на ней клоки шерсти, которые невозможно было отчистить ни одним заклинанием. Или во время свидания громко и жалобно мяукать, выпрашивая ласку и кормёжку, а потом врезать лапой Краму по руке, чтоб даже не пытался его погладить. Или пометить брюки, незаметно подкравшись сзади и быстро сбежать.

Гермиона, конечно, проводила с котом беседы о его поведении, но результата было еще меньше, чем с Гарри и Роном. Живоглот слушал ее нотации и ел. А потом продолжал.

— Чота он толстый стал, — заметил однажды Рон.

— Неправда, — возмутилась Гермиона. — У Глотика просто кость пушистая!

Она даже не догадывалась, что этими неприятностями в своей жизни обязана одному бледнолицему остроносому хорьку в слизеринской мантии.

А чего она, в самом деле? Драко один страдать должен, что ли?

Если с Ритой получилось случайно, Драко наговорил ей от расстройства всякого после злополучного второго тура, особенно когда Скитер попросила комментарии насчет Крама и его приглашения Грейнджер в гости, то рыжее чудовище Малфой прикармливал целенаправленно.

Филин Моро уже привык летать в рыбную лавку, хотя и недоумевал, куда в этого лохматого зверя столько влезает. А Драко вечером исчезал из гостиной без сопровождения Крэббогойлов, забирал из совятни сверток и шел кормить кота и жаловаться ему на свою несчастную жизнь. И на его жестокую хозяйку.

Нет, ну вы подумайте только! В гости она поедет! В Болгарию! А потом что? Помолвка и замуж? Ни за что!

Что ему самому отец намекал, и не раз, на грядущую женитьбу, так это другое, и когда оно еще будет, по самоощущениям Драко, лет через двести. А Крама от Грейнджер отогнать надо сейчас!

Или хотя бы максимально подпортить им жизнь. Чтоб осознали, как ему плохо!

Драко еще и на Грюма Живоглоту поплакался. И тот его понял, ну до чего же умный зверь. Через пару дней Грюм бушевал на весь Большой зал, что какой-то кот разорвал все контрольные по ЗОТИ. И испортил ему любимые сапоги! МакГонагал поджимала губы и говорила, что у профессора Грюма нет доказательств, что это вообще был кот. Или кошка. Наверняка крысы. Они очень наглые твари и пусть Снейп сварит какую-нибудь отраву.

Ага, как же. Знал Драко, что это за наглая тварь порезвилась у Грюма в кабинете. И потом даже благосклонно дала почесать себя за ухом.

Хорошо, что декан ни о чем не догадывается, а то бы им с Живоглотом вдвоем влетело.

Снейп очень старался ни о чем не догадываться. Что было непросто, потому что свежей рыбой пахло на весь этаж. Учуяв этот запах, Снейп сворачивал в другой коридор как можно раньше. Но заговорщики меняли локации и пару раз ему приходилось делать вид, что он в упор не замечает в темной нише пятно платиновых волос. А хруст костей и урчание тем более не слышит!

Его совершенно не беспокоила эта ситуация. Конечно, немного странно, что слизеринец Малфой кормит гриффиндорского кота Грейнджер с целью нагад...отомстить в сапоги почетному гриффиндорцу же и отставному аврору Грюму. Но лично Снейпа все устраивает.

А с Крамом они вообще могут делать что хотят. Он тут случайная флюктуация, как было принято большинством голосов на педсовете. В конце года этот болгарский звездун, то есть летун, свалит в свой квиддич, так что его в котировках можно не учитывать.

А они останутся. И кот этот рыжий тоже.

Путь к сердцу Грейнджер, похоже, лежит через его миску. Это Драко правильный подход нашел, что значит настоящий слизеринец. И малфоевская изворотливость тоже на высоте, зря Люциус ноет, вон какой хитрый план сын изобрел.

Может, надо было поставить на него не десять галлеонов, а пятнадцать?

*Тысяча лет тому назад*

— Убрали?

— Кого, Хелли? Если ты про последствия взрыва в подземелье, то мы в процессе...

— Я про кракена, Салазар! Из озера убрали?

— Хельга, ну он же никому не мешает. Даже полезный оказался. Я вот вчера меч уронил в воду, так этот осьминожка метнулся кабанчиком и достал. Знаешь, как красиво было, когда он щупальце из воды высунул, а меч на солнце так и сияет...

— Он не осьминожка, Годрик. Кракены относятся к кальмарам, в некоторых бестиариях их так и называют: гигантский кальмар.

— Не знал, Ро. А какая разница?

— Не школа, а зоосад какой-то! То василиск...

— Деймик хороший! И он для охраны!

— то дракон...

— Ты же сама говорила, Хелли, что дракон — это не только ценные ингредиенты, но и три-четыре тысячи фунтов отличного навоза в год.

— ... то теперь кракен! Что мы с ними делать будем?

— Да ладно тебе, Хелли, на фоне наших учеников все эти не такие уж и чудовища.

*Тысяча лет тому вперед*

Поттеру и Уизелу Драко портил жизнь уже просто по привычке. Чтоб не расслаблялись. И надо же ему на ком-то дурное настроение срывать.

А потом случилось это.

На очередной урок ЗОТИ Драко пришел чуть раньше и теперь с интересом наблюдал за шуточной дуэлью Нотта и Забини. Те развлекались у доски, Грюм опаздывал и разнять их было некому.

А тут и Поттер приперся вместе со своим рыжим. Прямо к своим партам им пройти было никак, не лезть же под руку разошедшимся дуэлянтам. Поэтому Поттер сунулся в обход.

Ииии! Драко даже не понял, в какой момент очкарик подскользнулся на ровном месте (вообще-то он на Грюма эту руническую ловушку рисовал, но так тоже неплохо) и грохнулся на пол. Ноги у него взлетели выше ушей, очки свалились с носа, а из раскрытой сумки фейерверком рванули учебники, свитки, перья и прочий мусор.

И какой-то маленький круглый предмет упал на пол, покатился и замер прямо возле малфоевского начищенного ботинка.

Драко наклонился и поднял.

А потом пригляделся и поморгал.

Вот это дааа!

И Драко продемонстрировал всему классу значок в гордой надписью В.з.З.А.Д.

Раздался такой дружный гогот, что вздрогнули даже кентавры в Запретном лесу.

— Вау, Поттер, — протянул счастливый Драко. У него был просто Гавайский Новый год, Йоль, Бельтайн и день рождения в одном флаконе. — Да ты опасен. К тебе нельзя спиной в душевой поворачиваться.

— А я знала! — визгливо вклинилась Пенси. — Крам и Диггори из воды девочек доставали. А Поттер кого? Уизел, ты нам ничего рассказать не хочешь? У вас по любви или за деньги?

— Это не то! — закричала Грейнджер. — Это спортивный клуб! За здоровое движение, а не то, что вы себе представляете!

— Отдай! — зарычал Поттер и бросился на Малфоя. Уизел, красный, как рак, рванул на подмогу.

Возникла куча мала, которую расшвырял пришедший Грюм. Наорал на всех и снял баллы со Слизерина.

Но Гари Поттеру теперь некуда было деться от сплетен, что нарастали, как снежный ком. Оставалось сжимать кулаки и злиться на подлых слизней. Паркинсониха вообще взяла привычку встречать их с Роном подмигиванием и нежным голосом говорить:

— А вот и наши голубки!*

Да еще и причмокивать!

Гермиона убеждала друзей не обращать на это внимание. Поговорят и забудут. И на значке все было мелкими буквами написано, так что это Малфой виноват, что он такой дурак и пошляк.

Гарри и Рону от этого было не легче.

Все примерно представляют, какие шутки ниже пояса способен родить пубертатный мозг индивидуума, которому, по большому счету, нечем заняться, а обратить на себя внимание хочется.

А сколько их Драко во всеуслышание озвучил?

Правильно.

Все.