Щит, пламя и роботы (джен)

В лаборатории, которую выделил Рэйвенскрофт, пахло старым деревом и пылью. Манекены в углах, казалось, наблюдали за сборами с немым любопытством. На длинном столе, где обычно лежали черновики и формулы, теперь громоздились рюкзаки, свёртки и фляги.

Элли проверяла содержимое своего рюкзака по списку, который сама же и составила вечером. Дориан сидел на краю стола, крутил в руках два небольших диска, похожих на карманные часы, и что-то тихо бормотал, настраивая их.

— Вода, — перечисляла Элли. — Зелье шиповника на случай царапин. Сухой паёк на два дня. Светящаяся нить. Рыба для миссис Норрис…

— Рыба? — Лео, который вошёл вместе с Каем, удивлённо поднял бровь. — Ты собралась ловить рыбу в Запретном лесу?

— Это для отвлечения кошки мистера Смита, — пояснила Элли, не поднимая головы. — Если нас увидят, бросаем в сторону — миссис Норрис отвлечётся.

— А если она не любит рыбу?

— Все кошки любят рыбу, — отрезала Элли.

Кай хмыкнул, скинул с плеча рюкзак и выложил на стол своё снаряжение. Два небольших охотничьих ножа в кожаных ножнах, фляга, тёплая куртка, моток верёвки.

— Ножи? — Дориан поднял голову. — Мы в лес идём, а не на дуэль с оборотнями.

— В лесу нож может пригодиться, — спокойно ответил Кай. — Ветки обрубить, верёвку разрезать. Или если застёжку на рюкзаке заклинит.

— Или если тролль нападёт, ты его зарежешь? — не унимался Дориан.

— Нет, если тролль нападёт, я буду использовать палочку. Но ножи — это просто инструмент.

Лео одобрительно кивнул, глядя на брата. Сам он тоже прихватил небольшой складной нож, который подарил Денни на прошлое Рождество, но пока стеснялся показать.

— Ладно, — Дориан спрыгнул со стола, подошёл к Каю. — Смотри.

Он протянул ему один из дисков.

— Это что?

— Компас. Но не обычный. — Дориан взял второй диск, повернул его крышку. — Я их зачаровал. Один указывает на колодезьное озеро, где растёт лунный корень. Второй — на Хогвартс.

— И ты будешь их тащить? — Кай повертел диск в руках. — А если потеряем?

— Не потеряем. — Дориан спрятал оба компаса во внутренний карман куртки. — Я их настроил так, что они резонируют друг с другом. Пока они у меня, мы не заблудимся. Но если разделимся… — он запнулся.

— Не будем разделяться, — твёрдо сказала Элли, закрывая рюкзак. — В Запретном лесу разделяться — глупо.

— Согласен, — кивнул Кай. — Поэтому все держатся вместе. Особенно вы двое, — он посмотрел на Лео и Элли.

— Мы не маленькие, — буркнул Лео, но без обиды.

— Я знаю. Но лес есть лес.

Они переоделись. Поверх спортивных костюмов — школьные мантии, чтобы в замке не привлекать внимания. Мантии были тёплыми, но не слишком удобными для лазания по кустам, поэтому в лесу их планировали снять и убрать в рюкзаки.

— Всё? — Дориан оглядел компанию. — Еда, вода, зелья, компасы, палочки, ножи. Ничего не забыли?

— Рыбу забыли, — напомнила Элли, сунув в карман свёрток.

— Рыбу не забыли, — усмехнулся Кай. — Теперь точно всё.

Они вышли в коридор. Было около часу дня — время, когда большинство студентов обедали в Большом зале, а коридоры пустовали. Кай вёл, Дориан замыкал, Лео и Элли шли в середине.

В подвале, у поворота к боковому выходу, они замерли. Где-то впереди послышалось шарканье.

— Завхоз, — шепнул Дориан.

Элли достала рыбный хвост, бросила в противоположную сторону. Хвост шлёпнулся о каменный пол, и шарканье сменилось быстрым цоканьем когтей.

— Миссис Норрис, — выдохнул Лео.

Кай рванул вперёд. Они проскочили поворот, выскочили к тяжёлой дубовой двери, толкнули её и вывалились наружу — в холодный осенний воздух, под серое небо.

— Быстро, — бросил Кай, оглядываясь.

Они сбежали по каменным ступеням, пересекли пустырь и скрылись в тени деревьев на опушке Запретного леса.

Только там, в полумраке под кронами, они остановились перевести дух.

— Снимаем мантии, — скомандовал Кай, расстёгивая пуговицы.

Через минуту они стояли в спортивных костюмах, с рюкзаками за плечами. Дориан достал компас, настроенный на озеро, подождал, пока стрелка успокоится.

— Туда, — он показал направление. — Если верить карте, примерно полдня пути.

— А если не верить? — спросил Лео.

— Тогда дольше. — Дориан спрятал компас. — Поэтому давайте верить.

Кай достал палочку, зажёг Lumos, хотя солнце ещё не село — в лесу было сумрачно.

— Всё, — сказал он. — Обратного пути нет. Пошли.

Они шагнули в чащу, и тени сомкнулись за их спинами.

В лесу было сумрачно, хотя солнце ещё не село. Кроны старых дубов и буков смыкались над головой, пропуская лишь редкие лучи, которые дрожали в сыром воздухе, как золотые нити. Пахло прелыми листьями, грибами и чем-то звериным, неуловимым.

Они шли слегка пригнувшись. Кай — первым, с компасом в руке, прорубая путь там, где ветки становились слишком низкими. За ним — Лео, который то и дело оглядывался на Элли, проверяя, не отстала ли. Элли двигалась легко, хотя лес явно был ей в новинку. Дориан замыкал шествие, поглядывая по сторонам с видом человека, который уже жалеет, что согласился, но не подаёт виду.

— Хороший лес, — сказал Лео, перешагивая через корень. — Грибы, наверное, тут огромные.

— Ты грибы собирать пришёл или корень? — усмехнулся Кай, не оборачиваясь.

— И то, и другое. Многозадачность.

— У нас нет корзинки, — заметила Элли. — И вообще, половина грибов в Запретном лесу ядовитые.

— А вторая половина — вкусные? — спросил Лео.

— Вторая половина — тоже ядовитые, но чуть меньше.

Дориан издал сдавленный звук, похожий на смешок.

— Ты чего? — обернулся Лео.

— Ничего, — Дориан сделал лицо попроще. — Просто представил, как ты жаришь мухоморы на костре.

— Я аккуратный, — обиделся Лео. — Спрошу у Элли, какие можно.

— Спрашивай, — кивнула Элли. — Я тебе целый список составлю. «Сто способов умереть в Запретном лесу».

Кай хмыкнул.

Они шли уже несколько часов. Лес менялся: высокие стволы сменялись корявыми, низкорослыми деревьями, земля стала мягче, и ноги начали слегка вязнуть в прелой листве. Воздух сделался тяжелее, пахло сыростью.

— Вода близко, — заметила Элли. — По карте, мы выходим к ручью.

— Или к болоту, — сказал Дориан. — Судя по запаху.

— Оптимист, — фыркнул Лео.

— Реалист.

Кай остановился, подождал, пока остальные поравняются.

— Смотрите, — сказал он, показывая вперёд.

Тропа, по которой они шли, упиралась в широкую полосу тёмной воды. Она не блестела — стояла, неподвижная, как зеркало, в котором отражались низкие ветки деревьев. Дальше не было ни мостков, ни брода — только чёрная гладь.

— Это не ручей, — сказала Элли, подходя ближе. — Болото.

— Обойдём? — предложил Дориан.

— Если обходить, то далеко, — Кай достал карту. — Этот участок тянется почти до самого озера. Придётся перебираться.

— Как?

Кай огляделся, заметил поваленный ствол, лежащий в нескольких шагах от воды.

— Сделаем мост, — сказал он, доставая палочку.

Он подошёл к дереву, прицелился.

— Wingardium Leviosa.

Ствол дрогнул, приподнялся над землёй. Кай повёл палочкой, и дерево медленно поплыло в воздухе, разворачиваясь поперёк болотной промоины. С мерзким чавканьем оно легло на противоположный берег, подняв тучу брызг.

— Прошу, — Кай сделал жест. — Только аккуратно, может шататься.

Лео пошёл первым, балансируя с вытянутыми руками. Дошёл до середины, чуть не поскользнулся, но удержался и спрыгнул на твёрдую землю.

— Легко! — крикнул он.

— Сейчас посмотрим, — сказала Элли и ступила на ствол.

Она двигалась осторожнее, но увереннее — центр тяжести держала низко, руки расставила в стороны. Через минуту она уже стояла рядом с Лео.

Дориан перешёл третьим, не торопясь, и только Кай замкнул шествие, бросив последний взгляд на тёмную воду.

— Живы, — констатировал он, спрыгивая на берег.

— А кто сомневался? — улыбнулся Лео.

Дальше лес стал другим. Деревья стояли реже, зато между ними появились кочки, поросшие мхом, и лужи, в которых хлюпала вода. Воздух сделался холодным и влажным, но настроение не портилось — они перебрались через препятствие, и это было маленькой победой.

— Здесь кто-то живёт, — сказала Элли, показывая на свежие следы в мягкой земле. — Большие, с когтями.

— Тролли, — кивнул Кай. — Значит, мы идём правильно. Тролли любят селиться у болота.

— Утешил, — буркнул Дориан.

— Не ной, — парировал Кай. — Ты сам согласился.

— Я согласился дойти до озера, а не стать чьим-нибудь обедом.

— Обед — это гриффиндорцы, — вставил Лео. — Когтевранцев они не едят, слишком умники.

— Это ты сейчас кого умником назвал? — прищурилась Элли.

— Себя, конечно.

Она фыркнула.

Солнце уже скрылось за кронами, и в лесу сгустились сумерки. Кай зажёг Lumos, и жёлтый свет выхватил из темноты коряги, мох и чьи-то глаза, блеснувшие в кустах и сразу пропавшие.

— Ещё немного, — сказал Дориан, сверяясь со вторым компасом (тот, что на озеро). — По стрелке, озеро уже близко.

Они вышли на небольшую поляну, окружённую чахлыми берёзами. В центре лежал огромный валун, покрытый мхом, а за ним начиналась густая стена кустарника.

— Кажется, мы пришли, — сказал Кай, выключая свет. — Озеро — за этими кустами.

— Почему так тихо? — спросила Элли, оглядываясь.

Действительно, лес затих. Не было слышно ни птиц, ни шороха веток, ни далёкого уханья совы. Тишина стояла такая, что звон в ушах казался оглушительным.

— Не нравится мне это, — прошептал Лео.

И в этот момент из-за валуна вышел человек. Неопрятный, в грязных сапогах, с косматой бородой, свалявшейся колтунами. Одежда висела лохмотьями, а глаза смотрели тяжело, исподлобья, с той злой пустотой, от которой хотелось отшатнуться.

Он поднял грязный палец, направил на Кая и начал зло пыхтеть — без слов, просто выдыхая воздух сквозь стиснутые зубы, как зверь, который готовится к прыжку.

Кай стоял, не двигаясь. Палочка повисла вдоль тела, лицо побелело, глаза расширились. Он смотрел на этого человека так, будто увидел призрака — а может, так и было.

Человек поднял кулак над головой и побежал на Кая. Тяжело, грузно, но быстро.

Кай очнулся. Вскинул палочку, выкрикнул:

— Incarcerous!

Толстые верёвки вырвались из палочки, обвили фигуру, но мужчина даже не замедлился. Верёвки прошли сквозь него, как сквозь туман, и упали на землю.

— Petrificus Totalus! — снова выкрикнул Кай, но заклинание не сработало.

Фигура приближалась, кулак заносился для удара.

— Это не человек, — резко сказал Дориан, выступая вперёд. — Это боггарт, Кай. Riddikulus!

Он взмахнул палочкой, и фигура дёрнулась, сжалась, превратилась в маленького трясущегося человечка, который беспомощно тряс кулачками и пыхтел, как закипающий чайник.

Кай выдохнул, опустил палочку и отвернулся.

Боггарт не исчез. Он перекинулся на Элли, и теперь перед ними стояло нечто огромное, зелёное, с перепончатыми крыльями и щупальцами, которые извивались, как змеи. Голова напоминала череп с горящими глазами.

Элли замерла. Её палочка дрожала в руке.

— Что это? — выдохнул Лео.

— Ктулху… — прошептала Элли. — Этого не может быть…

— Riddikulus! — выкрикнул Дориан, но заклинание не сработало — боггарт уже привязался к Элли.

— Элли, давай! — крикнул Лео. — Ты можешь!

Элли сглотнула, подняла палочку, посмотрела в глаза чудовищу. В её голове пронеслось: «Это не настоящее. Это просто страх. Я читала о нём в книге. Книга не может меня убить».

— Riddikulus! — выкрикнула она.

Чудовище дёрнулось, его щупальца начали чихать — громко, по-детски, а из головы-черепа вылетели разноцветные конфетти. Оно уменьшилось, превратилось в тыкву с вырезанной улыбкой, которая покатилась по земле и замерла.

Элли выдохнула, опираясь на колени.

— Жива? — спросил Лео.

— Жива, — прошептала она.

Но боггарт не закончил. Он метнулся к Дориану, и перед ним возникло зеркало. Высокое, в резной раме, с чистой, как лёд, поверхностью.

— Зеркало? — удивился Лео. — Он боится зеркал?

Дориан не ответил. Он смотрел в зеркало и видел там… ничего. Пустоту. Собственное отсутствие. Он стоял перед ним, а отражения не было.

— Что там? — спросила Элли, но Дориан не слышал.

Он смотрел на пустоту и чувствовал, как внутри всё обрывается.

— Дориан! — крикнул Кай, поворачиваясь к нему. — Riddikulus!

Но заклинание не сработало — Кай был слишком далеко.

— Сам, — выдавил Дориан, поднимая палочку. — Я сам.

Он посмотрел на зеркало, на пустоту, и в голове пронеслось: «Это не я. Это боггарт. Я не пустой. Я хочу… я хочу быть».

— Riddikulus! — закричал он.

Зеркало треснуло. Осколки посыпались на землю, и в каждом из них заплясал маленький Дориан — кружился, смеялся, махал руками. Дориан выдохнул, и его плечи опустились.

— Ты как? — спросил Кай, подходя ближе.

— Нормально, — ответил Дориан, пряча палочку.

Боггарт, ослабленный, метнулся к Лео. Перед ним возник Кай — но не живой, а истекающий кровью. Из раны на боку сочилась алая жидкость, лицо было бледным, глаза мутными.

— Ты не успел, — прошептал умирающий Кай. — Я всегда тебя прикрывал, а ты… ты меня подвёл.

Лео замер. Палочка выпала из его руки.

— Лео! — закричал настоящий Кай. — Это не я! Слышишь?! Это не я!

— Я… я не могу… — прошептал Лео.

— Riddikulus! — выкрикнул Кай, и его заклинание накрыло боггарта.

Умирающий Кай дёрнулся, уменьшился, превратился в плюшевого дракончика с бантиком на шее. Дракончик чихнул, выпустил облачко искр и упал на землю.

Лео опустился на колени, тяжело дыша. Настоящий Кай подошёл к нему, положил руку на плечо.

— Я живой, идиот, — сказал он тихо. — И не собираюсь умирать.

Лео поднял голову, посмотрел на брата, и на его лице появилась слабая улыбка.

— Ты меня напугал, — сказал он.

— Я заметил.

Боггарт исчез. Тишина снова накрыла лес, но теперь она не казалась угрожающей — просто тишиной.

— Что это было? — спросила Элли, когда дыхание выровнялось.

— Боггарт, — ответил Дориан, садясь на валун. — Питается страхом. Мы его прогнали.

— Надолго?

— Не знаю, — признался Дориан. — Но сейчас он ушёл.

Кай оглядел остальных.

— Все целы?

— Целы, — кивнул Лео, поднимаясь с земли.

— Тогда идём дальше. — Кай взял компас, сверился со стрелкой. — Озеро — за кустами. Ещё немного.

Он шагнул вперёд, и остальные двинулись за ним. Никто не спрашивал про мужчину, про зеркало, про Ктулху. Каждый думал о своём, и этого было достаточно.