Ловец бабочек (джен)

Он выглядел уставшим. Я, наверно, выглядела шокированной. Нет, абсолютно точно.

И не задолбанный вид эльфа был тому причиной, не странные светящиеся штуковины за его спиной.

— Какая дрянь заставила меня это произнести?

Ильмерил скривился.

— А ты самокритична.

Позади него что-то пискнуло, и тоненький лучик света, напоминающий лазер, нацелился на... пришлось зайти вглубь, чтобы увидеть... огромнейшую, размером с крыло дракона, подвешенную к потолку карту Скайрима. Ильмерил метнулся к ней и быстро пометил угольком место, куда упал луч. Вытер лоб, окрашивая его в чёрный, и устало привалился к каменной стене.

Ну ладно, я видела вещи и постраннее.

— У тебя найдётся пять минут поговорить о происходящем?

— Дай немного отдохнуть, женщина. Если я буду бодрствовать ещё хоть пару часов, могут начаться галлюцинации, а это сильно повредит работе.

— Я слегка спешу. Конечно, если вы не предусмотрели этой сцены.

— О чём ты говоришь?

— Об этом дебильной розыгрыше. Ну, спасение мира и всё такое. Этим придуркам всё равно нечем заняться, но тебя-то они как уломали? Надо же, антураж повесили, ужаса нагнали... И что ты от них получил?

— У меня уже начались галлюцинации, не так ли? В них ты врываешься в мою лабораторию и говоришь совершенно бессмысленные вещи.

На бледных щеках эльфа проступил румянец недовольства. Надо же, ни в какую абсурдную секунду не поверила бы в его причастности, но как по-другому это объяснить?

— А ты правда хреново выглядишь, чем тебя таким напичкали? И хватит морщиться, ты прекрасно знаешь, о чём я говорю. Даже мне, человеку весьма далёкому от вашей цивилизации, ясно, что пантеоны богов, если уж появились, то хрен потом сдвинешь. То есть, либо ты из каких-то невероятных побуждений ввязался в бессмысленный квест, либо вкупе с даэдра морочишь мне голову, чтобы пять минут спустя...

А вот чего я не ожидала, так это молниеносного рывка Ильмерила, схватившего меня за шкирку и вдавившего в камень. Отчётливо проступили красные капилляры в глазах, а хватка тонких рук могла бы сломать и стальной клинок. Он не сказал, прошипел:

— По-твоему, я действую сообща с... ними? Ты, которая пришла по указке этих ублюдков покончить со мной, как смеешь это говорить?

Ключицы начали подозрительно хрустеть. Я аккуратно отводила руки Ильмерила, пока он застыл, взглядом выворачивая меня наизнанку.

— Ты бы на моём месте тоже всюду подозревал заговоры. Слушай, я ведь сказала правду, и ты со своим заклинанием это знаешь. Не понимаю, как, но... Чёрт, сложно откровенничать, не зная, по-настоящему ли всё это.

Довакин, наконец, от меня отлип. Слегка отошёл назад, вздохнул, скукожился, будто став ниже ростом.

— Я давно ни с кем не вёл осмысленных бесед. А знаешь, мне трудно представить на эту роль кого-то более подходящего, чем ты. Пойти в Обливион за артефактом, вернуться живой... — чем больше эльф говорил, тем сильнее оживал его взгляд. — Ты что-то хотела там найти, и, похоже, тебе удалось. Не оттуда ли твоё желание?

Слишком быстро раскусил.

— Что они с тобой сделали?

— А с тобой?

Мы смаковали тишину, к сожалению, слишком горькую.

— Ты действительно веришь, что у тебя получится?

— У меня уже получается. Раз я до сих пор жив, лорды даэдра не могут сюда пробраться, и это уже значительное достижение. А их слуг а развеял в труху, как и жалких прихлебателей, пытавшихся проникнуть сюда по их приказу...

— Ага, как я.

— Как ты. Но видимо, с тобой они просчитались. И я бы очень хотел услышать предысторию.

Я пнула носком случайный камешек. Он улетел вперёд, и гулкое эхо раздалось по пещере.

— Они просто спустились со своих небес, и я ничего не могла сделать. Вернее, могла, но смысл? Если ты заодно с ними, то сам всё знаешь, а если нет... Мне кажется, у тебя похожая история.

Эльф крякнул, передразнивая:

— Если ты заодно с ними, то сама всё знаешь!

— Тьфу... Я же пытаюсь разобраться. Хотя, в любом случае, бить по тормозам уже поздно. Чтобы ещё громче заявить даэдра о желании видеть их в кипящих смолой котлах, мне придётся устроить всетамриэльскую вечеринку на Глотке Мира и попросить Арнгейра пропеть это в караоке. Но главный затык в том, что они не услышат, если ты понимаешь, о чём я. Чёртов Сангвин и бровью не повёл, пока доставлял меня сюда. Они, кажется, вообще не понимают, как можно — не хотеть им служить. И ты для них не угроза, а всего лишь странная аномалия, которая вроде как может и бахнуть однажды, но чтобы убить — нет... Чёрт. Даже не знаю, зачем тогда я здесь. Сангвин вёл себя так, будто мне нужно листья из его бассейна выловить, хотя говорил о тебе как о реальной угрозе. А знаешь, на что это меня наводит, даже не считая предыдущий опыт? Правильно, на то, что это очередная подстава, и эти козлы сейчас надрывают свои животики за наш счёт. И я... В любом случае, я хочу это сделать, хоть попытаться. Если всё не по-настоящему, они хотя бы добьют отбегавшую своё мышку, но если мы действительно это сделаем... Наверно, я буду счастлива. Или что там ближе всего к понятию счастья из-за божественного геноцида. И плевать на то, что он наплёл про баланс, он такое трепло, что... Ильмерил?

Я только заметила, что стало подозрительно тихо. Эльф спал, умостившись на кипу бумаг, положив толстую книжку под голову. Я не стала его будить — решила прогуляться по пещере, а заодно привести мысли в порядок.

Размах впечатлял. Я в своей жизни видела всякие лаборатории только в кино, но эта пещера словно сошла со страниц какого-нибудь фэнтези. Вообще-то, так и было — для меня, считающей Свитки просто красивой сказкой для повзрослевших детей. Интересно, каково было бы вырасти здесь на книжках про ипотечное страхование и рассказах об экранах с движущимися картинками, а потом попасть на Землю? Восторг? Шок? Считала бы автомобили и самолёты страшными монстрами, выполняла бы увлекательные квесты по доставке пиццы, чтобы самой не умереть с голоду? Встретила бы местного бога, который разбил бы меня на куски?

Отвлеклась. Я уж думала, разучилась обычным человеческим размышлениям, гася в зародыше эмоции и подметая любые нежеланные образы; но убежище моего знакомого навело на лирический лад. Что-то светлое, и оттого колющее ещё сильнее, пробилось изнутри. Захотелось протереть глаза, картинно потянуться, зевая, и изобразить беззаботность, но я не стала — не для кого. Вместо этого я прикрыла веки и попыталась ухватить это ощущение за хвост.

Честно — не понравилось. Грусть. Ностальгия. Я что, скучала по... Нет! Никакая долбаная сила не убедит меня в этом. На ум тут же пришли некоторые пытки, которым можно подвергнуть побеждённых врагов, и тоска быстро развеялась в пыль. Только злоба и привычная пустота, больше ничего сейчас не нужно. И никогда больше.

За очередным поворотом обнаружилось Хранилище, именно так, с большой буквой в интонации. Полукругом, под защитными колпаками то ли из стекла, то ли из магии, лежали пятнадцать из шестнадцати даэдрических артефактов. Быстрый осмотр показал, что отсутствует ключ Ноктюрнал; но я тут же вспомнила, что видела его, просто не обратила внимания. Ключик лежал на пьедестале в главном помещении, и именно из него на карту падал тот луч! Ильмерил ищет что-то с помощью артефактов? Ладно, думаю, он сам всё расскажет, раз уж я здесь и готова ему помогать. А пока не спеша обходила экспонаты этого своеобразного музея.

Роза... Ещё чуть-чуть, и на её нежных лепестках заблестят капли росы. Удивительной красоты артефакт, такой можно заиметь в коллекцию исключительно ради внешнего вида; правда, его лучше разрядить прежде, чем ставить на полку, чтобы в неподходящий момент не обнаружить посреди комнаты жаждущего крови дремору. Если Сангвин действительно взял эту красоту из своего сада, я понимаю бедняг, так рвущихся на его план.

Клинок Мефалы. Я не подвержена галлюцинациям, но он... желал. Нетерпеливо, страстно. Он хотел крови, стекающей по лезвию тонким ручейком, хотел жадно впитывать её и становиться сильнее в руках своего хозяина. Нет, у меня не возникло никакого желания схватить меч и заняться истреблением всего живого, просто от оружия исходила невероятная энергия, оно будто просило обратить на него внимание, оно задыхалось здесь. Ну и хорошо.

Огма Инфинум. Каждая книга любого из миров казалась пачкой туалетной бумаги по сравнению с ним. Больше Википедии, быстрее Гугла — возжелай любое знание, и книга сама приглашающе откроется на нужной странице. И уже станет совершенно не важно, где и в каком виде ты окажешься после, лишь бы тебя не оторвали от источника знаний. Далеко не самая безобидная вещь в этой комнате, если слово "безобидный" можно вообще к чему-нибудь тут прилепить.

Кольцо Намиры. Гадость. В помещении не было запахов, но от него воняло. Будь я стражником, рубила бы руки всем подряд только при подозрении на этот запах. Если человечина по вкусу хоть отдалённо напоминает... Так, я держу себя в руках.

Ваббаджек.

* * *

— Элис! Какого скампа ты творишь?!

Кто?

Стоп, это же мне.

А почему вокруг такой бардак?

Ильмерил стоит напротив меня, всклоченный, готовый запустить чем-то пронзительно белым из обеих рук.

— Ты почему не спишь?

— Я... что?! — эльф расхохотался, — ты умом тронулась? Ещё бы у меня над головой по двемерскому тазу постучала!

Я чувствовала себя запыхавшейся. В ушах слегка звенело.

Артефакты вперемешку с кусками камней были разбросаны по полу. Они все были целыми — что таким сделается? — но некоторые посыпаны пыльным крошевом. В перевёрнутом Разрушителе заклинаний плавала какая-то жидкость, а Бритва почему-то была воткнута в потолок под прямым углом.

Мой лоб был в чём-то липком, захотелось немедленно его вытереть.

Ильмерил на движение моей руки почему-то подобрался.

Я хотела примиряюще выставить ладони...

Чёрт!

Сукин сын.

Я раскрошила помещение Ваббой. Посох тут же улетел в дальний угол, жалобно бренча по дороге.

В бок мне впилось что-то белое и колючее.

— Ауч! Успокоилась я, всё!

— Скажи спасибо, что это всего лишь молния. В следующий раз запущу огненный шар размером с твою голову.

— Правда, уже не нужно... Извини за бардак, я могу всё убрать.

— Ты вообще больше не будешь заходить в эту комнату, понятно?

— С радостью. Ноги моей больше здесь не будет.

И только тогда Довакин опустил руки. Он по-прежнему выглядел, как свежевыкопанный мертвец, только из-за внезапного пробуждения был слегка дизориентирован. Он выгнал меня в главный зал, но перед этим так посмотрел на тот чёртов дальний угол, что стало понятно — он догадался, из-за кого я здесь.

А у меня перед глазами стояла та ухмыляющаяся рожа. Всё я была готова стерпеть — издевки, и гнев, и презрение, но Ваббаджек запел птичьими голосами, заиграл приветливым солнечным светом, и я очутилась в давнем кошмаре, когда Ш... Шеогорат обнял меня и сказал, что предал. Только сейчас он молчал. Долго... Я чувствовала тепло, а потом — голос альтмера.

Так, мне нужны антидепрессанты, ибо эта херня попортит весь квест.

— Ильмерил?

— Что? — слегка остывший эльф выглянул из проёма.

— Алкоголь в этой дыре водится?

— Тебе только этого не хватало!

— Мне очень надо. Я немножко, честно.

Он посмотрел на меня и вздохнул.

— Подожди минуту.

Спустя указанное время эльф вернулся в зал с пыльной бутылкой и двумя условно чистыми стаканами.

— Ух ты, двемерские?

Ильмерил кивнул.

— Откопал неподалёку. Надеюсь, ты не возражаешь против... — он тщательно понюхал оба стакана и подвинул один из них ближе ко мне, — лёгкой нотки корня Нирна с чертополохом?

— Даже не хочу знать, какую бурду ты варил в своём.

— Ничего смертельного. О, не переживай, здесь вся посуда в той или иной мере участвовала в алхимических опытах, и видишь — я до сих пор жив.

— Тебе настолько плевать?

Эльф пожал плечами.

— Работа важнее. Полагаю, ты сейчас не захочешь ничего рассказать? — он выразительно уставился на вино.

— Просто открывай.

Сказано — сделано. Пока альтмер суетился с пробкой, я присела на наскоро освобождённый от бумаг стул. Буду пить древнее вино с эльфом. Круто. И вспоминать ни о чём не буду. Не буду! Не буду...

Почти удалось. Он улыбался и прижимал меня к себе, то ли в попытке успокоить, то ли наслаждаясь колотящимся из-за него сердцем. А как хочется что-нибудь острое в его голову всадить! Но не здесь этот незнакомец, которого я наивно видела простым и понятным. Как уточка для ванной. Он остался там, а мне так плохо и так холодно. С самого начала стоило догадаться, что так будет.

— Ты уже передумала?

Я сфокусировалась на эльфе. Ладно, пришла пора узнать, на уровне ли местное виноделие.

Ох!

— Ни хрена ж себе... Это точно вино?

— Отдышись.

Ильмерил, ухмыляясь, понемногу отпивал со своей чашки. Всё, что я пила на Земле, перешло в разряд разбавленных помоев. Это же...

* * *

— Вкуснотища! — кое-как сказала я, ставя опустевший стакан. — Хочешь, дам пострелять из пушки?

Довакин весело фыркнул и продолжил жевать картошку. Ничего более подходящего для вина в этой дыре не нашлось, поэтому он давился, а я, не желая разбавлять этот чудный вкус, быстро повеселела. Недостаточно для разговора по душам... что явно нервировало эльфа, желающего вытянуть из меня все жилы. Он упорно пытался начать разговор, а я упорно перебивала его тупыми тостами. Но, увы, вино быстро закончилось, поэтому стоило придумать что-то получше.

— Это круче твоих заклинаний. Хлоп — и всё. Скорострельность — шестьсот в минуту! А ты так можешь?

Ильмерил на это лениво зажёг на ладони оранжевый шарик, перекатил его, как мячик для пинг-понга, и прихлопнул другой рукой.

— А ты так можешь? Что-то я не вижу в твоей руке этой пушки.

— Бе-бе-бе!

— Ты ведь говоришь о той металлической штуке, которой хотела меня убить? Столько самоуверенных воинов обломали об меня зубы, всё вы не запомните, лучшее оружие — то, которое всегда с тобой!

— А если я тебе руки сломаю?

— О, это будет зрелище. Попробуй, если не боишься.

— Да ну тебя. Что твои молнии, что мои пули всё равно нихрена им не сделают.

— Пока что.

— У нас правда получится?

— Да.

Эльф поднялся на ноги — серьёзный — и поманил меня за собой.

В одной из комнат, выдолбленной в скале и закрытой тяжёлой позолоченной дверью, меня ждала уютная соломенная лежанка.

— Нужно поспать. Завтра у нас много работы.

И уже выходя, добавил:

— Я не подарю им ни одной лишней секунды. Что бы меня ни ждало впереди.

— Чёрт! А Сангвин-то меня ждёт на улице уже несколько часов! Я ему обещала убить тебя по-быстрому и вернуться.

Мы переглянулись и начали смеяться.