Проект "Лебиус" (джен)

— И тебе, полагаю, известно, кто его устроил...

— Мне известны имена как непосредственных исполнителей, так и тех, кто до последнего отсиживался в тени, ну и имя их главного я тоже знаю. И ты узнаешь... но не от меня.

Элько медленно привстал, потянувшись к пистолету — сегодня он был готов к встрече:

— А если подумать?

— Если подумать, — в тон ему ответил Элфус, даже не моргнув, — только как следует... Ну, назову я имена. Одно тебе точно пока ничего не скажет, ты еще не встречал этого человека. Трое других — богатые и уважаемые иллюминцы, и не имеет значения, поверишь ты мне или нет — обвинения в их сторону, да еще без весомых доказательств, позволят тебе пустить по моему следу сыщиков тайного приказа. Потом будут пытки, допросы, снова пытки... очень муторно и бесполезно, — он махнул рукой, откидываясь на спинку стула.

— Хочешь сказать, боли ты не чувствуешь и пыток не боишься?

— Почему? Чувствую, как любой другой человек. Но я же сказал: за заговором стоят люди богатые и влиятельные. Достаточно богатые и влиятельные, чтобы вскоре узнать о моем аресте из первых рук, и достаточно осведомленные, чтобы знать о "Лебиусе", хотя бы в общих чертах. Они поймут, кто я, и уже ничто не будет иметь значения — чувствую я боль, не чувствую, расскажу я что-то или буду молчать... А тебе, в отличие от кое-кого из тех троих, даже в протоколы допроса заглянуть не дадут, так и будешь терзаться незнанием. Заодно неприятностей огребешь на свою голову — ты ведь все еще один из прототипов.

Блефует, подумал Элько, сжав рукоять пистолета. Вот сейчас — очень хорошо, но блефует... Элько все эти годы был на виду, тайной полиции не составит труда проверить все и понять: он не знал и не мог знать о "Лебиусе", а значит, к играм мифического "главного" непричастен.

— Ты второй день говоришь загадками, — он чуть подался вперед. — И знаешь, мне это начинает надоедать. Назови хоть одно имя, которое я смогу проверить и убедиться, что ты не лжешь, иначе...

— Реддиш.

В первые месяцы после установки протеза Элько не всегда мог рассчитать силу новой руки; совершая привычные вроде бы движения, он гнул металлические инструменты, отламывал бортики тарелок и даже однажды пробил стол, со злости саданув по нему кулаком. Он уже забыл, на что в тот раз так разозлился, но хорошо запомнил странное ощущение, когда вместо видимого и ожидаемого препятствия рука встречает пустоту... и сейчас это ощущение вернулось.

— Как-как?

— Реддиш, сквайр. Служил во дворце до недавнего времени, примерно неделю назад исчез, и даже родные не знают, что случилось... Ему в руки попал документ, предназначавшийся одному из заговорщиков и подписанный именем другого; не знаю точно, вскрыл он послание из любопытства или нечаянно повредил конверт, да это теперь и неважно. Опасаясь гнева заговорщиков, Реддиш бежал и некоторое время скрывался, но тот самый документ почему-то не уничтожил... предположу, что он рассчитывал передать эту бумагу кому-то более влиятельному, чем он сам, но не знал, кому может довериться. Просто запомни пока это имя и постарайся не запугать беднягу до обморока при встрече, — Элфус криво усмехнулся, указывая глазами на пистолет, который Элько успел снять с предохранителя и зарядить. — В меня хоть целиться можешь, а вот любезный сквайр совсем из другого теста.

— Где и когда мы встретимся? И как этот Реддиш, кстати, выглядит?

— Лохматый блондин лет тридцати, на пару дюймов ниже меня, очень худой и нервный. Случай перекинуться с ним словечком представится на пути из Шадани-Мо в Иллюмину. Видишь ли, вот что я помню: ты не поговорил с Буки по-человечески, и аудиенция у королевы закончилась отказом Шадани от дальнейших переговоров. Буки покинула дворец, а следом за ней направили тебя и Тала, назначенного твоим телохранителем. Сейчас я предположу, что Буки сама пожелает в помощники именно тебя, и у Ее Величества не будет причин или желания отказываться, ведь все, что связано с кристальной машиной — твоя ответственность. Ну и Тала пошлют с тобой, разумеется.

— Уверен?

— В последнем были некоторые сомнения, но после сегодняшнего... Не только мы с тобой видели, как трогательно принцесса к нему прижималась. О, и кстати, если тебе все еще мало фактов и совсем не терпится: Айлиш попросила, чтобы Тала перевели в зал суда, новый список караульных должен быть готов уже к вечеру... или Тилли можешь спросить, она наверняка будет в курсе.

Элько переключил рычаг предохранителя и сел. Да, Тилли могла знать... И даже скорее всего знала. Она служила принцессе не первый год и была для Айлиш кем-то вроде старшей подруги, у которой можно попросить совета или поведать ей любую тайну. Тилли и про исчезновение Реддиша, к слову, могла слышать, следовало только правильно спросить...

— Вернемся к заговорщикам. Я правильно понимаю, что основных фигур четверо?

— Ага. Их главный предпочитает, чтобы подручные не пересекались между собой — так, знаешь ли, безопаснее, — и все же двое из этих четверых в данный момент действуют сообща. Роль третьего даже сейчас не очень мне понятна; скорее всего, информатор, связанный с главным напрямую, но может быть и козырем в рукаве. Четвертый прячется в тенях, чтобы нанести удар, когда его уже никто не будет ждать... Во всяком случае, именно от этого человека. И знаешь, если бы не обстоятельства, я бы восхищался — так ловко водить нас всех и нашего главного за нос!

Элфус еще в первой беседе что-то упоминал о других проектах, вспомнил Элько. И постоянно повторял: "мы", "наш главный"... может, это и не имело значения, но он все же уточнил:

— Таких, как ты, много?

— Еще трое. Любопытно, правда? Четверо заговорщиков, четыре... проекта. Почти как в "войне племен", только фигурки живые и все чувствуют, — он ненадолго умолк, глядя куда-то поверх головы Элько. — Мне так много нужно тебе рассказать... я готовился к этой встрече, но теперь даже не знаю, с чего начать. Что ты хочешь услышать?

— Расскажи по порядку, что будет... что ты помнишь.

— Вас послали в Шадани-Мо, чтобы вынудить антропоморфов отдать вам кристалл. Я не имею права рассказывать, что там произошло; если коротко — отсутствовали вы дольше, чем планировалось, но благополучно вернулись. К тому времени пришли донесения из Трансентии насчет новых месторождений кристаллов; на одной из карт вы обнаружили Аклорию и поняли, как туда попасть. Между прочим, именно там было обнаружено одно из месторождений, так что у вас не было причин не рвануть на разведку. Ты вернулся в Иллюмину с кристаллом, но перед установкой последнего фокуса узнал, что замыслили господа заговорщики и какую роль в их планах играет твоя машина. Времени у тебя было мало, ты успел лишь повредить пусковой механизм и предупредить людей, которым еще доверял; тут-то вам и поступило предложение, показавшееся в тот момент единственно правильным...

— Поучаствовать в проектах вашего "главного". Стать основой для воинов и разведчиков, превосходящих прототипы по силе и знаниям, — Элько уже не спрашивал — он утверждал, но Элфус не спешил поправлять. — Если каждый из вас создан на основе нескольких человек, выходит, прототипов не меньше восьми?

— Точно. Восемь героев должны воплотиться в четырех избранных, и прочая возвышенная чушь в духе нашего главного, — Элфус скривился, будто под нос ему сунули гнилую рыбину.

— Как же ты его не любишь... но почему-то решил объединить усилия со мной, а не с заговорщиками. В чем подвох?

"Или ты уже с ними заодно?" — все неотвязнее крутилась мысль, но Элько пока не был уверен, что стоит ее озвучивать.

— Ни в чем, просто их я ненавижу сильнее. От меча одного из них погибла королева, усилиями других Айлиш лишилась короны и была вынуждена бежать вместе с горсткой преданных ей людей. Их главный насаждал хаос и безумие, пока наш беспомощно смотрел, как мир катится в бездну, а мы пытались сделать хоть что-то...

— Как все случилось? — голос прозвучал как чужой.

— Не сразу. После смерти королевы Айлиш без труда взошла на престол... и начала свое правление с нескольких более чем спорных назначений. Например, на пост командующего армией Иллюмины был назначен Тал.

Элько порадовался, что сидит.

Он знал Тала достаточно давно и достаточно близко, чтобы составить свое мнение, не опираясь на сплетни про "генеральского сынка, которому закон не писан". Да, Талу сходили с рук и постоянные опоздания, и внешний вид не по уставу, и прочие мелкие грехи, за которые любой другой солдат давно бы вылетел из элитной гвардии; Элько все это знал, а кое-чему даже был свидетелем, как накануне. Но также он прекрасно знал, что генерал Арло скорее вырвал бы себе единственный глаз, чем назначил в гвардию бездаря и лентяя, будь тот хоть трижды его сыном; что место свое Тал получил, потому что с отрочества тренировался и всерьез готовился к экзаменам. Да что уж там, вчера в показательном бою он даже на Буки впечатление произвел, пусть в целом это мало что изменило!

К тому же, не вылезая из штрафов по мелочам, он никогда не совершал серьезных ошибок, не давал повода усомниться в своей храбрости и верности присяге — и в целом, пожалуй, мог бы стать неплохим генералом. Но лет через двадцать! Точно не сейчас: без сколько-нибудь весомых заслуг, почти без опыта командования — не считать же за серьезный опыт пару эпизодов на учениях, — к недовольству старших офицеров, годящихся ему если не в отцы, то в дядья уж точно... и к огромной радости заговорщиков, которым доказательство недальновидности юной королевы само в руки упало! О чем Айлиш только думала?!

— Что, представил? — невесело хмыкнул Элфус. — Нет, поначалу, как ни удивительно, все шло не так уж плохо. Тал очень серьезно отнесся к новым обязанностям, даже умудрился расположить к себе старших офицеров и заручиться их поддержкой; да, он изменился, но ничего страшного в этих изменениях на первый взгляд не было. Казалось, что он просто повзрослел, что осознал важность дисциплины и личного примера для солдат, что наконец понял свое место или хотя бы научился скрывать свои чувства к новой королеве...

"Казалось" и "на первый взгляд"... кажется, Элько начал понимать, как строить беседу.

— А на самом деле?

— Он буквально стал другим человеком — сперва в мелочах и только на службе, затем все чаще и чаще вне ее. Невероятно дотошным, строгим к себе и окружающим, просто-таки помешанным на порядке во всем; что скрывать, такой человек на посту командующего оказался вполне уместен, но слишком уж он отличался от знакомого всем Тала... ему даже имя это как будто перестало подходить, представляешь? — Элфус горько усмехнулся. — И потом, когда смута с подачи кое-кого из новых советников все-таки началась, а королеве Айлиш пришлось бежать, когда место генерала занял другой человек и как будто не было смысла ломать себя ради должности — так вот, потом ничто не вернулось. Самое ужасное, что Арло и Айлиш не смогли принять и возненавидели эту перемену так же сильно, как любили Тала прежнего. Понять можно, они действительно в каком-то смысле потеряли близкого человека, но ничьей вины в этом не было: Тал на самом деле очень хотел оправдать доверие, не боялся обращаться за советами к тем, кто смыслил в командовании больше него — и, кажется, слишком увлекся, перенимая чужой опыт... Он просто не учел, что маска, которую носишь слишком часто и подолгу, однажды прирастет к лицу.

— Откуда ты все это знаешь?

— Незадолго до того, как отправиться сюда, я виделся с ним. Сперва даже не знал, как к нему обратиться: назвать старым именем язык не поворачивался, а по-другому — не хотел обидеть. Он искал дело, за которое не жалко умереть — просто броситься на меч казалось ему недостойным.

— И что думал об этом Арло?

— Что своего сына потерял уже давно. Человек с лицом и голосом Тала, которого он видел перед собой, не вызывал у него ничего, кроме омерзения — знаешь, вроде крысы, стянувшей кусок с тарелки.

Элько мог бы сказать, что это звучит как полнейший абсурд. Что он давно и хорошо знает этих людей, и Арло никогда бы не отвернулся от сына... ну разве что тот совершил бы нечто совсем ужасное, но нечто ужасное не вязалось уже с Талом. Что сам Тал силен духом и никогда бы не позволил себе дойти до той степени отчаяния, когда смерть кажется неплохим исходом... Но одернул себя: нельзя поддаваться эмоциям! По крайней мере, пока он не получил хоть каких-то доказательств того, что Элфус действительно говорит правду о том, что еще не случилось.

— Ваш главный и его эксперименты как-то с этим связаны? Я имею в виду то, что произошло с Талом. Он был одним из тех восьми?

"И как так получилось, что Арло не отговорил сына от этого безумия — не смог или просто не знал?"

— Непосредственно связаны, и да, был. Отвечая на следующие вопросы — Арло ничего не знал, но это не имело значения, он не смог бы повлиять на ситуацию. И нет, я не умею читать мысли — просто я сам на твоем месте спросил бы именно это.

Элько выдохнул, пытаясь успокоиться.

— Допустим. Почему ты считаешь, что Арло не смог бы ничего сделать?

— Не считая привычки нашего главного появляться в твоей жизни, когда вероятность отказа минимальна? Дело еще и в том, что он крайне уважаем в Иллюмине, я бы даже сказал, почитаем. Он был непререкаемым авторитетом для большей части подопытных, назовем их так...

— Для меня и... второго — тоже?

— От того, что ты не будешь называть его по имени, Кафу не станет менее реальным, — неожиданно строго заметил Элфус. — Нет, как раз вы двое относились к нашему главному без особого пиетета, но именно в тот момент на вас очень сильно давила ситуация. Открывшееся предательство, неизбежность катастрофы... Кроме того, вы не очень-то ладили. Ты был сбит с толку, видел врага в каждой тени, а когда созрел для разговора, было уже поздно — в общем, получилось что получилось.

— Хорошо, допустим, — что-то многовато допущений. — А скажи мне вот что — каждый "проект" создан на основе двух прототипов. Ты, с твоих слов, создан на основе двух тел и двух разумов и обладаешь как минимум знаниями обоих. Ты не очень-то похож на меня — чуть иначе выглядишь, говоришь по-другому...

— Потому что я — не ты и не Кафу. Я могу изобразить каждого из вас, но постоянно прикидываться другим человеком не вижу смысла.

— Я запомню. Однако если со мной использование двух матриц разумно, — Элько пошевелил пальцами металлической руки, — то вот с Талом... Я так понимаю, подмену заметили не сразу — выходит, тело осталось его, но в этом теле был разум другого человека. Выходит, вас создавали по разным... э-э, схемам?

— Нет, схема во всех случаях была одна. Просто не все проекты оказались одинаково успешны, — сказал Элфус и поднялся с места.

— Постой, мы не закончили!

— Да хватит с тебя на сегодня. Ставлю три лиры против фиорино, что ты этой ночью не спал, а тебе еще доказательства собирать и готовиться к докладу. Я бы на твоем месте еще про пауков почитал, кстати... К тому же, с тобой наверняка сегодня многие влиятельные люди захотят пообщаться, а ты уже полчаса с каким-то слугой языком треплешь... не будем привлекать внимание.

Полчаса? Надо же, ему казалось, прошло куда больше времени. Но неудивительно, Элько действительно так и не смог заснуть минувшей ночью, и, наверное, не стоило удивляться, что Элфус об этом догадался.

Вопросов было много. "Что стало со мной? Кафу стал инвалидом, Тал получил чужое сознание, а я? А тот парень, чье сознание перешло Талу, погиб или тоже "неспособен жить"? А остальные четверо — кто они, что стало с ними? И при чем тут пауки?" Но разум жаждал доказательств, чтобы определить свое отношение к уже услышанному.

А еще Элько не был уверен, что готов знать.

Он вообще сейчас ни к чему не был готов — с уходом Элфуса навалилась тяжелая мутная усталость, от которой слипались не только глаза, но и мысли... "Так, на свалку все! Домой, поесть и поспать пару часов — а потом уже... работа и поход в караулку".

Но даже такой простой план превратился в почти невыполнимый — за дверью машинного отделения столпились придворные и слуги, только и ожидавшие, когда выйдет главный инженер, чтобы забросать его вопросами. И если придворных Элько еще мог послать куда подальше, то слуги... они готовили для ученых еду, убирались в машинном отделении, в конце концов, платили в казну налоги — и они имели право знать, на что пошли их деньги и труд.

Вдох, выдох и еще один вдох. Да, все в порядке, башня работает так, как должна согласно расчетам. Нет, крайне сомнительно, что повторится ситуация двухлетней давности: учтено все, что можно было учесть, и за машиной пристально наблюдают. Нет, набегов быть в ближайшее время не должно... "Башня же работает", — издевательски прозвучали в голове слова Элфуса, и Элько вымученно улыбнулся мажордому:

— Пожалуйста, я правда устал, и у меня еще очень много работы... Я все-таки пойду, если не возражаете.

Мажордом кивнул и что-то шепнул другим слугам; те расступились, давая пройти, поглядывая на Элько уважительно, но и с пониманием. Это было куда приятнее, чем неискренние славословия вельмож — не просто данью вежливости, а настоящим признанием его работы. И все-таки сейчас, когда силы его были на исходе, он рад был только одному — тишине в коридорах служебного крыла, где ковер приглушал его шаги... Он почти задремал на ходу — не настолько крепко, чтобы упасть и уснуть, но достаточно, чтобы не заметить вышедшую прямо на него принцессу, ее темно-золотое дорожное платье и длинные синие волосы.

— Ой, Элько, привет! — просияла Айлиш, крепко сжав его живую руку. — Ты просто молодец, поздравляю!

— Спасибо, — Элько улыбнулся в ответ: все-таки он был ужасно рад видеть принцессу живой и невредимой. — Ты Тилли ищешь?

Айлиш вдруг покраснела и отвела взгляд:

— Нет, я... у меня тут было одно дело. Ну неважно... ты устал, наверное? Тогда не буду тебя мучить. Хочешь, я отпущу Тилли на сегодня?

— Лучше не надо, — честно ответил Элько. — Она и так переживает, что я в последние дни слишком много работаю, не хочу, чтобы она меня видела в таком состоянии...

— Тогда просто скажу, что ты пошел отдыхать, пусть не беспокоится. Еще раз поздравляю! — и, снова пожав ему руку, Айлиш упорхнула.

А Элько оглянулся, пытаясь понять, далеко ли до их с Тилли квартиры... и его будто окатило ледяной водой, смывая всю сонливость.

Он стоял перед дверью в комнаты генерала Арло.

"Если тебе все еще мало фактов и совсем не терпится: Айлиш попросила, чтобы Тала перевели в зал суда"...

Айлиш... пошла к генералу, даже не переодевшись с дороги. Мог ли Элфус проследить за ней? У него было немного времени... Но если принцессе, чьи сундуки и шкафы ломились от нарядов, в столе целый ящик был отведен под косметические снадобья, а тетрадь для заклинаний исцеления разбухла вдвое от подложенных листков с модификациями "для красоты" — если принцессе Айлиш вдруг стало не до внешнего вида, ей тем более было не до разговоров с первым встречным. Элфус мог увидеть, что она направляется в сторону служебного крыла, но никак не проследить до дверей — он бы попросту не успел! И уж точно не успел бы проследить, подслушать разговор и добежать до машинного отделения, перехватив Элько почти сразу!

"С другой стороны, что я гадаю, когда можно узнать все из первых рук?"

И Элько постучал.

— Войдите! — рявкнул Арло тоном, в котором даже через дверь ясно слышалось "кого нелегкая принесла? Говорите быстрее, что там у вас, и проваливайте!" Элько знал этот тон, знал, что генерала в такие моменты лучше не трогать. И если бы не давнее знакомство и взаимная симпатия между генералом и главным инженером, позволяющие простить друг другу чуть больше, чем большинству людей... и не Элфус, чьи намеки на второй день стали совершенно невыносимы, он бы извинился и пошел к себе. Но он должен был войти — и вошел.

Арло сидел за массивным столом и пил. Прямо из горла, не закусывая — да, собственно, на заваленном бумагами столе и еды-то не было, — как пьют, чтобы забыться. На Элько он едва взглянул:

— Что, запустили свою башню?

— Да, все в порядке.

— Поздравлять не буду, не обессудьте, — генерал отхлебнул последний раз и с силой швырнул пустую бутылку себе под ноги; раздался короткий звон. — Если бы на пару дней раньше... не пришлось бы теперь.

Он дернул подбородком в сторону кипы бумаг на столе. Элько и так понял, что это, но уточнил:

— Письма семьям?

— Это за сутки, — генерал, тяжело опираясь руками на стол, поднялся на ноги. — Я вас не виню, не думайте. Я понимаю... вы делаете свою работу и пытаетесь сделать ее хорошо. Просто думаю каждый раз: вот бы хоть на день раньше...

— А лучше на пару лет. А еще лучше, чтобы и нужды не возникло... но работаем с тем, что есть.

Арло кивнул, не оборачиваясь. Подошел к стенному шкафу, вытащил новую бутылку и две кружки:

— Выпьете со мной?

Правильный ответ звучал как "спасибо, не стоит". Честный — "если сейчас выпью, потом вряд ли дойду... да вообще куда угодно". Элько озвучил единственно верный здесь и сейчас:

— Давайте.

Пили молча. Генерал все так же буравил взглядом стол, а Элько смотрел на генерала и вспоминал, как они познакомились шесть лет назад в иллюминской канцелярии...

Тогда Арло был совершенно трезв, но разбит точно так же. Нападение "воинов Аклории" — вернее, тогда этого названия еще не знали — на тихую деревню в глубине страны лишило его разом жены и старшего сына. Чудовищная ирония: он прятал семью вдали от опасного приграничья, вдали от столицы с ее интриганами, готовыми на все ради места потеплее, но не смог защитить родных от безумцев, нападающих ниоткуда. Даже не знал о нападении, а если бы знал — не успел бы...

Но оставался еще Тал, которому нужно было лечение, защита и жилье. Тогда-то генерал, прежде обходившийся комнатой в гостинице, и задумался о получении служебной квартиры. А чиновники нервы мотали всем, не разбирая лиц, чинов и важности дела.

Элько, несколько дней подряд приходивший в канцелярию исправлять ошибки в накладных и уточнять сроки поставок, в тот день был особенно зол — не то чтобы на что-то, просто накопилось. Он увидел Арло, серого от усталости и охрипшего в попытке доказать что-то канцелярскому служке; увидел Тала, который даже сидел с трудом, так ему было худо... как позже признался Арло, по уму бы стоило оставить парня отлеживаться в гостинице, но он больше суток пролежал в доме с трупами, не в силах даже встать, и после этого много дней боялся оставаться один.

Тогда Элько ничего этого не знал, но ему было и не нужно: одного взгляда на отца и сына хватило, чтобы его собственная усталость и раздражение сконцентрировались в сверхгустую эссенцию и обрушились на чиновника. Он не повышал голоса, не употреблял площадных слов — просто вспомнил, что он уже не вчерашний студент, а человек на особом счету у королевы, и кое-что может. Например, устроить очень серьезные неприятности и выйти сухим из воды — потому что его-то, в отличие от очередной конторской крысы, заменить некем... Блеф, конечно, отчаянный и наглый, но ведь сработало! Уже на следующий день ему передали короткую записку от генерала с благодарностью и предложением обращаться, если что-то понадобится.

Сейчас, например. Когда Элько до смерти нужно было узнать, насколько реально будущее, расписанное Элфусом.

— Кстати говоря, зачем к вам Айлиш приходила? — спросил он без обиняков.

— Ничего от вас не скроешь, да? — Арло невесело усмехнулся и долил себе грога. — Просила перевести Тала в зал суда — так, мол, он ее своей храбростью впечатлил, достоин чести быть королевским телохранителем...

Выдох, вдох.

— И что вы?

— А что я мог? Отказать? Айлиш пошла бы с той же просьбой к королеве, а дальше — сами понимаете.

Элько понимал. Понимал, что девочка, никогда и ни в чем не встречавшая отказа, даже не задумывалась, что творит — просто хотела чаще видеться с приглянувшимся парнем. Да что там, Элько в ее возрасте дурил и серьезнее — чего стоила попытка нарвать для Тилли редких цветов из оранжереи после комендантского часа и побег от роботов-охранников через два уровня! — но он за свою глупость, по крайней мере, сам расплачивался...

— Я и подумал: гневаться Ее Величество будет в любом случае, но пусть лучше часть ее гнева уйдет на меня. Старый дурак, только и думал, как сына повыше подпихнуть, а юношескую дурь под самым носом не увидел, — с той же горькой усмешкой заключил генерал. — Талу, конечно, тоже достанется, но разжалование и даже ссылка лучше каторги. Тем более что он молодой, еще устроится...

Пожалуй, Элфус был прав, не раскрывая имени "главного".

Людей, о которых Элько пока не знал ничего, кроме имени одного из них, тоже было жаль, но как-то отстраненно. А вот генералу Арло — настоящему, знакомому, просто хорошему человеку, который как мог защищал сына даже от его собственной глупости — Элько сострадал всей душой, особенно теперь, когда еще одно предсказание Элфуса сбылось. Тала в самом деле перевели в зал суда, и именно по просьбе Айлиш...

"Он буквально станет другим человеком..." Арло действительно потеряет младшего сына и возненавидит того, кто его заменит... "Понять можно, но ничьей вины в этом не было..."

Может, вины безымянного подопытного и в самом деле не было. А вот тому, кто все это устроил — или только собирался — Элько с удовольствием свернул бы шею, если бы знал, кому сворачивать.