Кролик среди волков (гет)

— Ты должен продолжить работу моей жизни.

— Предпочту этого не делать.

— Ты должен, — настоял на своем Адам. — Поскольку именно ты меня и убил.

— Как насчет забыть былые обиды? — со вздохом предложил плоду собственного воображения Жон.

Наверное, он мог бы превратить Адама в конфету или, например, в горячую цыпочку, но, к сожалению, осознанные сновидения не были его сильной стороной.

— Нет, — отрезал Адам. — Мы не забудем то, как ты меня убил!

— В ходе самообороны, — напомнил ему Жон. — И неумышленно.

— Зверски меня зарезал! — прорычал Адам.

— Ты преувеличиваешь... — покачал головой Жон.

— Не имеет значения, — сказал Адам, обвиняюще ткнув в него пальцем. — Ты забрал у меня жизнь и место в Белом Клыке. Теперь стоит хорошенько постараться, чтобы твоя совесть вечно тебя не мучила.

— Это какая?.. — напряженно уточнил Жон.

— Я, — ответил ему Адам. — Я — твоя совесть. Я буду тебя мучить. Мне казалось, что это очевидно...

— Ага, — с облегчением выдохнул Жон, поскольку уже успел представить себе что-то куда более кошмарное, чем совершенно пустое место, где абсолютно ничего не происходило. — Погоди, так ты теперь моя совесть, которая у меня, по твоим же собственным словам, напрочь отсутствует?

Адам сердито уставился на него.

— Итак... — произнес Жон, поковыряв носком ботинка ничто, на котором сейчас и стоял. — Найдется какой-нибудь совет? Ну, если вдруг ты не совсем плод моей фантазии. Мне теперь, похоже, придется некоторое время провести в Белом Клыке. Что я должен делать?

— Убивай людей.

— Ладно, тогда не надо. Сам не знаю, почему задаю такие вопросы тому, кого не существует. Скорее всего, ты получился полнейшим психопатом, потому что с настоящим Адамом Таурусом я знаком не был. Уверен, у него имелись и другие желания, кроме как убивать людей.

— Вот сейчас было обидно.

— А мне, думаешь, не обидно, что меня террористом считают? — возмутился Жон. — Нужно доказать им, что я ни в чем не виноват!

— Ты виноват в моей смерти.

— Что я не сделал ничего плохого! Что произошло огромное недоразумение!

— Ты воткнул нож мне в горло.

— Что я — самый обычный парень, которому нечего скрывать.

— Просто взял и... бросил мое тело прямо там — в луже крови на полу.

— Когда они поймут это, то не станут мешать мне учиться на Охотника, — продолжил Жон, ударив кулаком одной руки в раскрытую ладонь другой. — И первым делом я продемонстрирую, что отличаюсь от тебя! Что я не какой-то там Адам Таурус!

— Лучше бы мы кое в чем не отличались, — проворчал Адам. — Лучше бы ты тоже был мертв.

— Я поменяю методы отделения Белого Клыка в Вейле.

— Что?..

— Я поменяю их методы, — повторил Жон. — На те, что не подразумевают насилия. Я докажу людям Вейла, что мы не террористы. Белый Клык станет движением за равные права.

— Насколько я понимаю, историю ты учил крайне плохо, так? — поинтересовался Адам.

— Молчи, плод моего воображения.

План, только что пришедший Жону в голову, обязательно должен был сработать.

Раз уж его считали убийцей-психопатом, то отказ от насилия застанет всех врасплох. Он перестанет быть в глазах окружающих опасным террористом, и тогда уже получится уйти из группы так, чтобы не быть тут же арестованным.

— Простым словам никто не поверит, — вслух начал размышлять Жон. — Необходимы реальные дела. Надо показать им, что нас не следует бояться. К счастью, трудиться за весь Белый Клык мне не нужно — только за отделение Вейла, а это всего шесть фавнов.

— Ты добьешься только того, что кастрируешь Белый Клык, — проворчал Адам.

— В некотором роде, — подтвердил Жон.

— Я не позволю тебе это сделать.

— Адам... — с искренним любопытством посмотрел на него Жон. — А как ты собираешься мне помешать?

Тот некоторое время буравил его взглядом, после чего произнес:

— Я тебя ненавижу.

— Поверь мне, это чувство взаимно.

* * *

 

Трифа зевнула и отодвинула одно из крыльев Юмы, которые он во сне разметал во все стороны. Это происходило настолько часто, что она уже давным-давно привыкла и даже практически не испытывала раздражение. А еще Трифа понимала, что Юма мог их контролировать ничуть не лучше, чем она — свои темные вены на руках.

— Извини, — сказал он, открыв глаза, отдернув крыло и зевнув.

— Всё в порядке, — ответила Трифа, не удержавшись от еще одного зевка.

Вскоре им обоим надоело зевать, и они поднялись со своих грязных кроватей в вонючей канализации, чтобы направиться к импровизированному столу посреди помещения.

Внушительная фигура Цепной Пилы уже виднелась возле печки.

— Доброе утро, Пила, — поприветствовала его Трифа.

— Хм, — отозвался тот, не отвлекаясь от шипящих на сковороде яиц.

Юма принюхался.

— Бекон? — уточнил он.

— Да, — тихо произнес Пила. — Купил наверху. Решил, что вам понравится.

— Наш герой, — положив локти на стол, улыбнулась Трифа. — Но разве там, наверху, у тебя нет своей жизни? Не обязательно проводить всё время с нами, обитателями канализации.

Пила поднялся, держа в каждой руке по тарелке. Сегодня он надел фартук — желтый и достаточно длинный, но достававший ему лишь до середины бедра. Спереди на фартуке был изображен шмель со сковородой, а чуть ниже виднелась черная надпись: "Всё на свете фигня, кроме пчёл".

— Эм... Очень мило, Пила, — сказала Трифа.

— Спасибо, — кивнул тот, поставив перед ними тарелки с яичницей.

На каждой из них была улыбающаяся звериная мордочка с желтками-глазами, выложенным из кусочков бекона ртом и треугольными тостами-ушами.

— Подарок от Дири, — пояснил он.

Пила положил на стол еще одну тарелку, но сам устраиваться не стал.

— Не будешь с нами кушать? — уточнила Трифа.

— Уже поел. Это для нашего лидера.

Похоже, запах еды разбудил этого самого лидера, поскольку он как раз вышел из туннеля, остановился на пороге и принюхался.

— Доброе утро, — поприветствовал их Жон, подойдя к дорожному конусу со срезанной вершиной и подушкой на нем, что заменял им один из стульев, и устроившись на этой конструкции. — Пахнет очень вкусно. Спасибо, Пила...

Тут он рассмотрел их повара, после чего протянул:

— Эм... отличный фартук.

— Спасибо, — смущенно улыбнувшись, ответил Пила.

— Тебя кто-нибудь заставил его надеть?

— Нет. Мне нравится. Он красивый.

— Ага. Тогда ладно, — кивнул Жон, прекратив его допрашивать и переключив свое внимание обратно на еду.

Пила наблюдал за ними, словно заботливый отец, желающий удостовериться, что его дети всё съедят. Если учесть, что никаких овощей сегодня не было, то завтрак, пожалуй, полностью съели бы и настоящие дети.

Трифа покончила с едой чуть позже Юмы, который ее в себя чуть ли не заталкивал. А вот слушать его отрыжку она не пожелала и быстро прекратила безобразие точным ударом локтя в бок.

— Итак, — внезапно произнес Жон. — Я тут подумал...

Трифа моментально повернулась к нему. В конце концов, он был их непосредственным командиром, причем куда более приятным в общении, чем тот же Адам.

Юма зевнул, но, как она знала, тоже крайне внимательно слушал. Просто у него имелась странная привычка делать всё возможное, чтобы не проявить "чрезмерное подобострастие". Он вовсе не пытался оспаривать или ставить под вопрос чью-либо власть — всего лишь не хотел показаться слишком легко управляемым.

Поскольку приказы Юма выполнял исправно, то Трифа исправлять ситуацию не собиралась. Все имели право на свои причуды — особенно те, кто решил, что стать террористом будет хорошей идеей.

— Нам нужно больше рекрутов, верно? — тем временем спросил Жон.

— Было бы неплохо пополнить наши ряды, — кивнул Юма.

— Но заманить их сложно, потому что наша работа опасна. Все знают, что любой, кто присоединится к нам, может попасться полиции или Охотникам.

— Свойственный нашей профессии риск действительно оказывает серьезное влияние на количество желающих вступить в ряды Белого Клыка, — согласилась с доводами Жона Трифа. — Но в итоге к нам приходят именно те, кто по-настоящему предан делу. Хорошие они рекруты или плохие, их малое число позволяет не тратить время на пустышки.

— А еще среди них больший процент шпионов и предателей, — заметил Жон.

Трифа пожала плечами.

Подобная опасность была само собой разумеющейся.

— У меня есть мысль, как решить сразу все наши проблемы, — сказал Жон.

"Да? Вот это интересно".

Трифа даже подалась немного вперед. Как и Пила с Юмой, хотя последний и делал вид, что ему по-прежнему было скучно.

— А если мы — только вслушайтесь — попробуем более мирный подход?

Трифа удивленно моргнула.

— Что?.. — переспросил Юма.

— Дослушайте идею до конца, — попросил Жон. — Мы не можем нормально проводить операции в городе из-за Охотников. Охотники не могут оставить нас в покое, потому что мы представляем угрозу для жителей города. Ну, по крайней мере, они так считают. Если изменить конкретно этот момент, то давление на нас заметно ослабнет, позволяя действовать более свободно. Идеальный способ избавиться разом от нескольких проблем!

— Что-то вроде дымовой завесы, — кивнул Юма, хлопнув ладонью по столу. — Они подумают, что мы не представляем опасности, а затем БАМ! Расслабившийся враг получает смертельный удар!

— Нет! Никаких смертельных ударов! — замотал головой Жон. — Это будет очень плохо для нашей репутации.

— А, кажется, понял, — подмигнул ему Юма. — Никаких ударов... пока не наступит нужный момент!

— Нет, я... Хотя ладно. Никаких ударов до нужного момента, — вздохнул Жон, что-то тихо пробормотал себе под нос, после чего добавил: — Смысл в том, чтобы изменить наш образ в глазах простых жителей Вейла. Мы должны перестать быть для них террористами.

— Мы не можем перестать быть террористами, — заметила Трифа. — Наша форма достаточно узнаваема, а не носить ее нельзя, иначе это будет уже не отделение Белого Клыка.

— Да, — согласился с ней Жон. — Но мы можем перестать вести себя как террористы.

Трифа посмотрела на Юму. Тот в ответ пожал плечами.

— Ты у нас главный, — вновь повернувшись к Жону, сказала она. — Если считаешь, что это лучший вариант, то это лучший вариант.

Власти Вейла и вправду могли немного расслабиться... если, конечно, поверят в их игру. К тому же нечто подобное уже делалось. Например, на Менаджери Белый Клык не считался террористической организацией — скорее уж борцами за свободу фавнов. Там они не устраивали террор, подчинялись законам и активно помогали местному населению.

"Босс сейчас всего лишь предлагает утроить что-то вроде этого в Вейле".

— Так что? — уточнил Юма. — Мы теперь становимся борцами за права человека?

Трифа с намеком откашлялась.

— Да, извини, — покаялся Юма. — Борцами за права фавна?

— Именно, — с энтузиазмом закивал Жон. — Мы изменим то, как Белый Клык воспринимают в городе, и начнем с собственных действий на поверхности. Больше никаких атак на невинных людей и уж тем более убийств. На нашем счету должно быть ноль трупов.

— Один, — подал голос Пила.

— Что?.. — удивленно переспросил Жон.

— Один труп, — повторил Пила, указав на него. — Адам.

— Д-да, точно. Хе-хе, — почесав затылок, смущенно улыбнулся Жон. — Один. Но больше не будет. И уж точно мы не станем убивать представителей правопорядка: полицейских или Охотников. Надо, чтобы в нас все видели мирную и ничуть не злую группу.

— Пока они не расслабятся и не утратят бдительность, — кивнул Юма.

— Я... Ох... Да, пока они не расслабятся и не утратят бдительность, — подтвердил Жон. — Я сам скажу, когда наступит нужный момент!

— Конечно, босс, — рассмеялся Юма, попытавшись положить ноги на стол, но тут же сняв их обратно под строгим взглядом Пилы. — Л-ладно, наверное, стоит предупредить Перри, Дири и Таксона, когда они вернутся. Не думаю, что им взбредет в голову устраивать что-нибудь не то в гражданской одежде, но всё же. И еще надо поставить в известность Илию.

Жон с недоумением посмотрел на него, а затем переспросил:

— Илию?

— Это наш последний член, — вместо Юмы пояснила Трифа, прекрасно понимая, что Жон успел благополучно забыть о ее существовании, так ни разу и не встретив на базе. — Я сама ей скажу.

В конце концов, донести идею до Илии ей было гораздо проще, чем Жону, который никогда не жил на Менаджери. Собственно, он и предлагал сделать всё точно так же, как там, пусть Трифа довольно плохо себе представляла, как это можно было осуществить на практике.

"Хотя бы здесь облегчу ему задачу. Чувствую, нам всем предстоит еще немало потрудиться".

— Хорошо, — кивнул Жон. — Спасибо, Трифа.

— Никаких проблем, — ответила она. — Ты уже придумал, каким будет наш первый шаг?

— Ну... У меня имеются кое-какие идеи, но нужно как следует обдумать детали, — сказал Жон, постучав пальцем по виску. — Я скажу, когда закончу с этим делом. Нам ведь всё равно нужно будет что-нибудь предпринять в ближайшее время, верно?

— Хотелось бы, — вздохнул Юма. — А то предыдущая вылазка оставила после себя не самое лучшее впечатление.

— Да. Впечатление надо менять...

— Ага. Убийство тобой Адама...

— Мог бы и не напоминать, Юма.

— Да нет, зарезал ты его вполне профессионально.

— Спасибо, Юма! Достаточно!

* * *

 

— Он хочет, чтобы мы стали мягче?

— Нет, — покачала головой Трифа, немного успокаивая моментально напрягшуюся Илию. — Он предлагает повторить то, что Сиенна сделала на Менаджери. Ну, предоставить нам возможность действовать в рамках закона. По крайней мере, так всё должно выглядеть со стороны.

— Ага, — кивнула Илия. — Я просто не понимаю, как он собирается это осуществить, Трифа. На Менаджери нет общедоступного межконтинентального передатчика, так что чужая пропаганда туда проникает с трудом. Но мы-то сейчас находимся в Вейле. Мнение о Белом Клыке здесь уже сформировалось. Не уверена, что наше хорошее поведение хоть что-нибудь изменит.

— Я тоже в этом не уверена. Но нам ли оспаривать приказы?

"Не нам..."

Сиенна одобрила кандидатуру нового лидера отделения Белого Клыка в Вейле, но честно говоря, Илия и без того не стала бы ему возражать. Она не горела желанием занимать место Жона Арка. Во-первых, должность командира казалась ей чересчур хлопотной. Во-вторых, бросать вызов тому, кто убил Адама Тауруса, было бы крайне глупо с ее стороны. Да еще и не просто убил, а зарезал его же собственным ножом...

— Думаю, это лучше, чем идея Адама решить все проблемы грубой силой, — вслух произнесла Илия.

— И к тому же безопаснее, — согласилась с ней Трифа. — Для всех нас.

— Ага, — кивнула Илия. — Ну, я имею в виду, что Адама нам, конечно же, очень не хватает...

— Его утрата невосполнима, — скучающим тоном подтвердила Трифа.

— Но он наверняка бы хотел, чтобы мы были сильными.

— И не лили по нему слез. Это будет сложно, но, полагаю, мы как-нибудь справимся.

— Да, он сам учил нас выдержке и силе, — притворно вздохнула Илия. — В общем, мне нужно идти знакомиться с нашим новым лидером. Какой он?

— Дружелюбный, — ответила Трифа. — С ним легко поладить. Полная противоположность Адама.

Это звучало весьма многообещающе. По крайней мере, куда лучше, чем "полная копия Адама". А если еще и его идеи выльются в уменьшение количества стычек с превосходящими силами противника и отсутствие необходимости жертвовать собственными товарищами, то будет совсем замечательно.

"Если, конечно, у него что-нибудь получится. Все-таки Сиенна ожидает увидеть результат, а не услышать очередные обещания".

Впрочем, даже его обещания понравятся Сиенне гораздо больше, чем идеи Адама. Возможно, ей немного польстит и то, что Жон, похоже, брал пример именно с нее.

"Я бы не отказалась в кои-то веки поработать вместе с Сиенной, а не Адамом. Очень тесно поработать. И в самых разных позах..."

— Соберись, Илия, — сама себе сказала она. — Думай о Белом Клыке. Представители семейства кошачьих могут немного подождать.

Пытаясь привести мысли в порядок, Илия шла по канализации в сторону места обитания их нового лидера, который пока отметился лишь тем, что, в отличие от Адама, не помер практически сразу же после приезда в Вейл. Остановившись на пороге, она постучала по стене и произнесла:

— Привет, я — Илия. Пришла сюда, чтобы представиться.

Наверное, чудес красноречия она сейчас не продемонстрировала, но что еще ей можно было сказать?

— Входи!

Так и сделав, Илия обнаружила внутри помещения светловолосого парня, который сидел на кровати и что-то читал на экране свитка — скорее всего, последние новости. В конце концов, ему требовалось на основе чего-то планировать их следующий шаг. Адам тоже так поступал, вот только он не улыбался при ее появлении.

— Привет. Меня зовут Жон.

— Эм... Илия, — несколько растерявшись, повторила она.

— Думаю, мы уже встречались, — произнес Жон. — Ты ведь была в том такси, верно?

— Д-да, — содрогнувшись от нахлынувших воспоминаний, ответила ему Илия.

Опыт оказался кошмарным, но Жона она ни в чем не винила. Можно было бы отругать разве что ужасающую манеру вождения Перри. Впрочем, это помогло им выбраться из той истории живыми, пусть даже у Илии и появились зачатки фобии по отношению к любому движущемуся транспорту.

"Хватит стоять, словно идиотка. Возьми себя в руки и начни уже разговор".

— Илия Амитола, — откашлявшись в кулак, в очередной раз представилась она. — Я... была заместительницей Адама. Еще на мне лежит обязанность поддерживать связь с Сиенной Хан.

Лишнее напоминание о столь важной детали вовсе не было лишним, особенно если Жон вдруг решит поступить с ней так же, как и с Адамом.

— Но подчиняюсь я непосредственно вам, сэр, — добавила она.

— Не обязательно так меня называть. Достаточно просто имени, — покачал головой Жон. — И если ты — заместительница командира, то тебе должны быть известны планы Белого Клыка, верно?

— Каждое отделение действует автономно. Если нужно совершить нечто более масштабное, то координация идет через Сиенну Хан. Адам в свои планы никого не посвящал. Я знаю, что он с кем-то работал, но их личности мне не известны.

— Другие члены Белого Клыка? — уточнил Жон.

— Сомневаюсь, — вздохнула Илия. — Иначе бы он не держал это в тайне. Прошу прощения за то, что ничем не смогла помочь.

— Ничего страшного.

"Настолько легко прощает ошибки?.."

Адам в подобной ситуации не преминул бы как-нибудь поддеть или оскорбить Илию — к примеру, сказать, что именно из-за таких моментов Блейк никогда и не смотрела в ее сторону. Ей бы оставалось лишь стиснуть зубы и напоминать себе о том, что всё это требовалось ради общего блага.

"Только не пойму, он действительно прост в общении или же пытается усыпить мою бдительность?"

Возможно, Илия и поддавалась собственной паранойе, но, судя по словам Трифы, нечто подобное Жон задумал провернуть в Вейле. А если это было так, то почему бы не использовать тот же метод на своих подчиненных?

Далеко не все лидеры полагались, как Адам, на грубую силу и страх. Некоторые предпочитали вдохновлять собственным примером, другие применяли лесть и манипуляции. Честно говоря, Илия была согласна на что угодно, кроме безжалостных и прямолинейных методов Адама.

— Я могу рассказать о наших текущих проблемах, — предложила она. — Если, конечно, нужно.

— Давай, — кивнул Жон, оторвавшись от экрана свитка и посмотрев на нее. — Думаю, ничто не мешает нам начать именно с них.

— Ладно. Итак, первая проблема: нехватка живой силы и не самые приятные условия проживания. Они переплетены между собой. Ввосьмером мы мало что способны сделать, а найти новых членов, живя при этом в канализации, не представляется возможным. Такая база почему-то не внушает потенциальным рекрутам уверенность в завтрашнем дне.

— Есть ли у нас шанс переехать наверх? — уточнил Жон.

— Это вполне осуществимо, — ответила Илия, демонстративно несколько раз поменяв цвет кожи. — Я — своего рода эксперт по маскировке и изменению внешности. У остальных с появлением на публике никаких проблем нет. Только у Юмы с Трифой и... у вас, сэр. Прошу прощения.

— Я не могу всё свое время проводить здесь...

Тут Жон был прав. Если лидер станет постоянно прятаться, то у любых рекрутов сложится о нем не самое лестное мнение.

— Я попытаюсь подобрать какую-нибудь маскировку, — пообещала Илия.

Задача перед ней стояла непростая, но вполне осуществимая.

— А получится? — спросил Жон, вскочив с кровати, взяв ее за руки и очень мило улыбнувшись. — Это было бы замечательно, Илия.

— Я... Эм... Да...

Жон отпустил ее руки, и Илия машинально вытерла их о рукава, сама не зная, что о таком поведении и думать.

"Вот был бы ты красивой девушкой. Или хотя бы волосы длиннее отрастил..."

Впрочем, Жон выглядел достаточно женственно, а проблема длины волос легко решалась париком. Как и их цвета...

Илия с силой тряхнула головой.

"Мне нужен холодный душ. Но как же не хватает Блейк с ее задн-... замечательным характером! Да, именно с ним!"

— Я посмотрю, что тут можно предпринять, сэр... Жон. Кроме дополнительных рекрутов, нам необходима репутация в городе. Трифа рассказала мне об идее сделать ее позитивной.

— С этим возникнут какие-либо проблемы? — поинтересовался Жон.

— Не думаю. Хуже всего к нам относятся в Атласе и Мистрале, лучше всего — в Вакуо и на Менаджери. Обычно всё зависит от того, как обращаются с фавнами. К примеру, откровенный расизм и притеснения в Атласе вызывают соответствующую реакцию. В Вакуо люди ведут себя гораздо спокойнее, так что там мы никаких акций не совершаем.

— Что насчет Вейла?

— Где-то посередине, — пожала плечами Илия. — У вас... у тебя нет видимых черт фавна, а потому ты вряд ли сталкивался с чем-то подобным.

Жон откашлялся и почему-то смутился.

"А... Значит, вот какого рода черты у тебя есть. Любопытно..."

— Я свои особенности умею скрывать, — продолжила Илия, тоже немного смутившись. — Фавнов в Вейле не ненавидят, но всегда найдется тот, кто попытается нас как-либо ущемить. Трудовые законы защищают всех, но в случае фавнов редко исполняются. В нас видят просто дешевую рабочую силу. Совет Вейла сейчас как раз рассматривает запрет для фавнов на работу в заведениях, связанных с приготовлением пищи. Основанием послужили "опасения", что шерсть с ушей и хвостов попадет в еду.

— И сколько правды в этих "опасениях"? — уточнил Жон.

— Столько же, сколько в "опасениях", что туда попадут волосы, — вздохнула Илия. — Люди с длинными волосами надевают специальные сеточки. Не вижу причин, по которым нельзя туда же убрать и уши, а хвост и вовсе спрятать под одежду.

— Хм. Разумное замечание.

Ощутив чуть больше уверенности в себе, Илия расправила плечи.

— Могу я еще кое на что указать? — спросила она.

— Конечно. На что конкретно?

"Ух ты! Лидер, который действительно слушает подчиненных. Не знала, что такие существуют".

— Если нужно произвести хорошее впечатление на жителей Вейла, то действовать необходимо крайне быстро. Они уже формируют мнение о тебе, и пока в их распоряжении имеются лишь убийство Адама, украденный Прах и оставленные в дураках полиция с Охотником. Надо что-то этому противопоставить и как можно скорее.

* * *

 

"Я должен что-то сделать..."

Жон задумчиво прикусил губу, стараясь не выглядеть слишком уж нервным в присутствии Илии, которая продолжала внимательно наблюдать за ним с самого момента своего здесь появления. Еще она явно была напряжена — словно бы готовилась напасть — и это тоже не добавляло ему спокойствия.

Но вот с ее аргументами Жон поспорить никак не мог.

"Чудо уже, что удалось убедить их попробовать решать проблемы мирно, пусть они и считают, что это всего лишь уловка. Надо же с чего-то начинать, иначе никто точно не поверит в мою невиновность".

Дела могли пойти и куда хуже, если, например, ему перестанут подчиняться члены Белого Клыка. Всё выживание Жона основывалось на их вере в его эффективное руководство. Он не имел права прятаться в канализации и ждать, когда уляжется шумиха. Ему требовалось демонстрировать всем собственную активность.

"Думай, Жон. Думай. Что могла бы сделать группа борцов за права человека? Ну, то есть за права фавна?"

Ответ был очевидным: бороться за права фавнов. Помогать тем, кто оказался в отчаянном положении.

— Благотворительность, — вслух произнес Жон. — Мы займемся благотворительностью.

— Нам не удастся зарегистрировать благотворительную организацию, — покачала головой Илия. — Для этого необходимо заполнить кучу документов.

— Не удастся, — согласился с ней Жон. — Но разве отсутствие официальной организации способно помешать нам заниматься благотворительностью от имени Белого Клыка?

Илия задумалась.

— Наверное, получится немного улучшить репутацию, — наконец сказала она. — И если мы начнем помогать нуждающимся фавнам, то потом они благосклоннее отнесутся к предложению вступить в наши ряды. Да, решать сразу две проблемы — весьма эффективный подход. Ты ведь это имел в виду?

— Да.

На самом деле, Жону требовалось только то, чтобы Белый Клык под его руководством не воспринимался сборищем преступников и террористов. Но спорить с Илией он не собирался.

— Как раз это я и имел в виду. Мы купим одеяла для бездомных, еду для голодных и лекарства для больных!

— Для закупок потребуются деньги, — заметила Илия.

Жон поморщился.

О материальной стороне вопроса он как-то не задумывался, считая, что у Белого Клыка денег хватало. Вот только отделение Вейла жило в канализации и до сих пор не до конца оправилось от налета Охотников. Это означало, что большую часть ресурсов они потеряли.

"Большую, но ведь не всё".

— У нас есть краденный Прах, — напомнил ей Жон. — Мы собственноручно вынесли его из магазина.

— Полагаю, Адам намеревался использовать его для какой-то определенной цели, — возразила ему Илия.

— Ага. Чтобы взорвать что-нибудь и убить побольше людей, — хмыкнул Жон. — Думаю, это было бы в его духе.

— Да, это было бы в его духе... — кивнула Илия.

— Но нам-то ничего подобного не требуется. Мы пытаемся строить репутацию не на страхе, а на его противоположности. Так что Прах продаем, деньги используем для благотворительности. Если что-нибудь останется, то попробуем улучшить собственные жилищные условия, — хлопнул в ладоши Жон. — Как тебе такой вариант?

— Ты у меня спрашиваешь? — удивленно уставилась на него Илия. — Ты же здесь главный. Как скажешь, так и будет.

— Мне всё равно важно знать твое мнение.

В конце концов, Жон не был профессионалом в такого рода делах, и меньше всего ему хотелось навязывать кому-либо собственное дилетантское видение. Нет, не потому что он заботился о членах Белого Клыка. Просто Жон вряд ли бы пережил бунт той же Илии. А судя по тому, как он сам внезапно стал их лидером, нечто подобное происходило довольно часто.

"Лучше уж заранее заручиться согласием на изменения".

— Правда?.. — пораженно переспросила Илия. — Эм... Ладно. В том смысле, что рада буду помочь!

Она на некоторое время задумалась, после чего продолжила:

— Итак... Я не вижу здесь особых проблем. Если мы не собираемся использовать Прах, то он станет лишь занимать место. Да и деньги нам пригодятся, причем не только для благотворительности. Тратиться приходится постоянно.

Жон согласно кивнул — молча, чтобы не перебивать Илию.

— Сама по себе идея неплохая. По крайней мере, при осторожном подходе преподнести нам какие-либо сюрпризы не должна. Полиция может попытаться помешать, но достаточно просто своевременно свернуть операцию и уйти. Даже если и столкнемся с ними, в глазах общественности плохо будут выглядеть именно они. В худшем случае ничего не получится, и у нас появятся свободные деньги, в лучшем — мы немного поправим репутацию.

До репутации Белого Клыка Жону особого дела не было. Ему требовалось, чтобы конкретно в нем видели причину изменения их поведения к лучшему. Тогда удастся наладить диалог с представителями закона, доказать свою невиновность и завершить всё это недоразумение.

— Значит, план утверждаем, — произнес Жон. — Сколько у нас Праха, Илия?

— Больше, чем мы получили во время последнего ограбления, — ответила она. — Адам его собирал с момента своего появления в Вейле, так что некоторые запасы у нас есть. Думаю, он планировал нечто грандиозное. Но для нас теперь это просто деньги. Продавать всё или что-нибудь оставить?

— Продавай всё, — решил Жон. — Нет смысла и дальше его хранить, раз уж мы собрались заняться благотворительностью.

"Воруем у богатых, раздаем бедным. Возможно, даже получится немного сгладить весь тот негатив, который возник из-за действий Адама".

— Да и кто будет скучать по этому Праху, если мы от него избавимся? — ухмыльнулся Жон. — Мы же его не по чьему-нибудь заказу собирали.

* * *

 

Синдер Фолл резко подняла голову и прищурилась.

— Мэм? — встревоженно окликнула ее Эмеральд. — Что-то не так?

— Всё так. Просто я ощутила странную вспышку иррациональной ярости... Возможно, чем-то заболела.

* * *

 

Озпин ничуть не удивился, увидев, что на столе его ждала птица. Или что эта самая птица сидела возле стакана с чем-то спиртным и макала туда клюв. Или что ее перья находились в таком растрепанном состоянии, которое не позволила бы себе ни одна настоящая птица.

— Тебе обязательно нужно так делать, Кроу? — поинтересовался он.

Птица отвлеклась от стакана, спрыгнула со стола и прямо в воздухе превратилась во взрослого мужчину, что с некоторым трудом удержал равновесие, схватил стакан и залпом допил его содержимое.

— Ах, никогда не узнаешь, насколько хороша выпивка, пока сам не станешь птицей. Скажу тебе по секрету, Озпин, что таким образом напиваться выходит гораздо дешевле.

— Большинство людей употребляет алкоголь совсем не для того, чтобы напиться.

— Так я и не большинство, — пожал плечами Кроу.

— Не большинство, — согласился с ним Озпин, занимая свое кресло. — Я поговорил с нашей гостьей.

Кроу устроился на краешке стола.

— И? — прямо спросил он.

— И позволил ей остаться, — ответил Озпин.

Недовольное шипение Кроу ни малейшего удивления тоже не вызвало.

— Я понимаю опасность, — продолжил Озпин. — Но именно потому и решил установить постоянный надзор за мисс Белладонной. В столь неспокойные времена врагов стоит держать поближе.

— Что хоть она сказала? — ворчливо поинтересовался Кроу.

— Сначала делала вид, что ничего не понимает, — усмехнулся Озпин, припомнив ее шокированное выражение лица. — Мисс Белладонна была крайне удивлена тем, что у нас есть какая-то информация о ней. Она ведь даже практически не маскировалась и в документах указала свою настоящую фамилию, а также Гиру и Кали — основателей Белого Клыка — в качестве родителей. Я уже не говорю о внешнем сходстве со столь известными фигурами.

— Ты ничего не понимаешь, Оз, — хмыкнул Кроу, покрутив рукой над головой. — Маскировка была идеальной. Как ты вообще умудрился хоть что-то заметить?

— Действительно, — улыбнулся Озпин, поднеся кружку ко рту. — Наверное, я — волшебник. Не иначе.

Кроу расхохотался, после чего сделал глоток из своей фляжки.

— Так она в чем-нибудь призналась?

— Нет. Разве что в том, что состояла в Белом Клыке, не сошлась во мнении с Адамом Таурусом и покинула их ряды. Как только я сообщил, что мне известна ее личность, мисс Белладонна не стала особо отпираться. Она думала, что я прямо там ее и арестую. Кстати, утверждает, что спасла поезд от уничтожения, отцепив несколько вагонов.

— Доказательства есть? — уточнил Кроу.

— В тот день в пункт назначения действительно пришел поезд, у которого не хватало нескольких вагонов с грузом Праха.

— Могли и подстроить.

— Могли, — пожал плечами Озпин. — Но я предпочту, чтобы потенциальная шпионка постоянно находилась в поле нашего зрения. А если конкретнее, то твоего.

Кроу поморщился.

— Ты хочешь, чтобы я использовал мою птичью форму для слежки за несовершеннолетней девочкой? — переспросил он.

Озпин открыл было рот, затем закрыл его, зажмурился и медленно выдохнул.

— Да, — наконец ответил он. — Только я предпочел бы, чтобы ты сформулировал это как-нибудь иначе. Если мисс Белладонна работает на Жона Арка, то тебе представится идеальная возможность выйти на него. Заодно приглядишь за тем, чтобы она не делала ничего подозрительного.

— Пф, — фыркнул Кроу. — Чувствую, следующие несколько месяцев будут крайне скучными.

— Да ладно тебе. Ты ведь всё равно собирался остаться в Вейле, охотясь на Белый Клык. Теперь сможешь больше времени проводить с племянницами.

— Если только они не окажутся в одной команде с объектом наблюдения, — проворчал Кроу.

— Уверен, что не окажутся, — покачал головой Озпин. — Какова вероятность того, что любая из них первым делом наткнется на мисс Белладонну посреди Изумрудного леса, если там будет еще целая куча желающих поступить в Бикон абитуриентов?

— Зная мое Проявление?

— А вот это очень хороший аргумент...

* * *

 

— Спасибо, сэр. Да благословят вас небеса!

— Вы очень добры!

— Большое спасибо, мистер!

Бездомных в Вейле оказалось очень много — куда больше, чем ожидал Жон. И у него сердце сжималось при виде того, как пара детей, которым вряд ли еще исполнилось четырнадцать лет, делили одно одеяло на двоих. Или того, как они просияли, когда Илия предложила им второе. Тусклый свет ближайшего уличного фонаря падал на ее маску, создавая жуткую картину, но детей это ничуть не страшило.

Действительно испугала их только семифутовая гора мышц в виде Цепной Пилы.

Они немного попятились, но тут же замерли, заметив протянутые им одноразовые тарелки с исходящей паром лапшой.

— Ешьте, — произнес Пила. — Иначе не вырастете большими и сильными.

Дири и Перри, тоже носящие маски, работали чуть дальше. Юма и Трифа на глаза не попадались. Они следили за тем, чтобы к остальным не смогли подкрасться полицейские или Охотники.

Сначала Жон хотел и им поручить какую-нибудь работу с бездомными, но Трифа заметила, что кому-нибудь всё равно потребуется контролировать соседние улицы, и их уникальные способности подходили для выполнения этой задачи лучше всего. При самом худшем раскладе они хотя бы сумеют очень быстро спуститься с крыши.

Таксон сидел за рулем неприметного фургона с логотипом компании по доставке пиццы — на тот маловероятный случай, если бездомные, по большей части — или даже вообще полностью — состоявшие из фавнов, сообщат о них властям.

Жон маску не носил и из-за этого ощущал себя едва ли не голым. Но его лицо уже и так все видели, а сам он пытался доказать именно то, что ему нечего было скрывать. Потому в маске ни малейшего смысла не имелось.

— А это весело, — сказала Дири, подойдя за новой партией одеял. — Я имею в виду, что ситуация не особо веселая, но заниматься чем-то подобным мне нравится гораздо больше, чем грабить магазины.

— Я понимаю, о чем ты говоришь, — улыбнулся Жон. — Мы делаем нечто нужное и правильное.

— Ты нервничаешь, — заметила Дири.

— Опасаюсь того, что сюда придут Охотники, — честно признался Жон. — Мы не в том положении, чтобы с ними драться.

— Позволь Юме и Трифе разобраться с проблемой. Они — профессионалы из Менаджери. Пусть это и не совсем уровень Охотников, но если мы благополучно сбежим, им тоже удастся отступить. Юма умеет планировать на крыльях, а Трифа — выпускать из рук паутину.

— Правда?

— Ну да. Она же фавн-паук, — хихикнула Дири, закинув на плечо стопку одеял.

Чуть дальше Пила готовил новые порции прямо на горящей бочке. Еда была не слишком высокого качества, но достаточно дешевой и хорошо помогала согреться.

— Потому Перри и спрашивал у тебя насчет арахнофобии, — добавила Дири.

— Это я уже понял, — вздохнул Жон. — Просто... почему из рук? Пауки же выпускают свою паутину не из лапок.

Дири открыла было рот, затем закрыла его и на некоторое время задумалась.

— Хм... Очень интересный вопрос, — пробормотала она.

— И разве у самок оленей растут рога? — полюбопытствовал Жон.

Дири потрогала рожки у себя на голове и слегка покраснела.

— Я... не знаю. Нет, погоди! У самок северных оленей рога есть! Вот, всё встало на свои места! — рассмеялась она, выдохнув с облегчением. — Ох и заставил же ты меня поволноваться. Ладно, нужно продолжать работать, а то мы тут массовые беспорядки среди самых нетерпеливых спровоцируем.

Вернувшись к бездомным, Дири вновь принялась раздавать одеяла. У части они уже имелись, но не такие теплые и уж точно не новые.

Жон невольно задумался о том, почему им до сих пор попадались только фавны. Бездомные-люди в Вейле тоже существовали, но здесь по какой-то причине отсутствовали. Жили в других приютах? Или старались не приближаться к членам Белого Клыка?

Мысль о том, что даже общество бродяг оказалось расколото на людей и фавнов, ему совершенно не понравилась.

Рядом со свистом приземлился Юма, спланировавший на землю прямо с крыши. Судя по опущенным уголкам рта, новости он принес не из приятных.

— Полиция уже в пути, — доложил Юма. — Трифа отправилась организовывать им препятствия, чтобы немного задержать, но через несколько минут они всё равно будут тут: объедут помехи или просто дойдут пешком.

Кто-то этих самых полицейских вызвал. Но не те, кто сейчас находился здесь.

Жон разочаровано посмотрел на окна домов, а затем крикнул:

— Пора сворачиваться!

Еще не получившие еду бездомные явно опечалились, заставив его тяжело вздохнуть.

— Мы попытаемся снова прийти, но это не так-то просто сделать, — громко произнес Жон. — Белый Клык оставит вам еду и одеяла. Мы не можем проследить за их распределением, а потому вам придется заняться этим самостоятельно. И пожалуйста, не ссорьтесь из-за припасов. Мы вернемся и принесем еще.

Дири с Перри торопливо выгружали одеяла. Юма принялся им помогать. Таксон завел двигатель, в то время как Пила, напрягая мышцы, поднял целый поддон упаковок с рационами и положил его рядом с горящей бочкой. Их оставалось только распаковать и высыпать в кипящую воду.

— Делитесь, — пророкотал он. — И не деритесь из-за них.

— Драк не будет, — пообещал вышедший вперед фавн-старик. — Если все проявят немного терпения, то сегодня никто не уйдет голодным. Спасибо вам, добрые фавны. Но я не могу не спросить: что от нас нужно Белому Клыку? Мы ничего не имеем. Нам нечего предложить вам взамен.

— Ничего и не надо предлагать, — сказал Жон. — Мы просто пытаемся помочь.

Старик некоторое время внимательно смотрел на него.

— Хорошо, коли так. Ваши действия отражаются на всех нас...

Если он говорил правду, то попытка Жона изменить Белый Клык шла на благо очень и очень многим.

Воображение само собой нарисовало картину того, как Адам рычал от ярости. Жон отмахнулся от него и забрался в салон фургона вместе с Дири и Илией. Перри, Юма и Пила устроились сзади. Последний закрыл дверь, отсекая от них гомон бездомных и пока еще далекие завывания сирен.

— Увози нас отсюда, Таксон, — попросила Илия. — Сегодня не будет драк.

— Вот и хорошо, — кивнул тот.

Фургон тронулся, оставляя позади еду и одеяла. Они выбрались на оживленную дорогу и влились в поток автомобилей. Навстречу пронеслась кавалькада полицейских машин, объезжавших организованный Трифой затор.

— Похоже, мы ушли, — сказала Илия. — Операция успешно завершена.

— Ага, — кивнул Жон, откинувшись на спинку кресла и прикрыв глаза. — Посмотрим, как у них получится выставить всё это очередным "злодеянием".

* * *

 

На следующее утро у них на столе лежала газета.

"Белый Клык терроризирует бездомных. Лиза Лавендер ведет журналистское расследование".

Жон, Илия, Юма и Трифа смотрели на газету. Пила хлопотал возле печки, готовя завтрак и что-то мурлыкая себе под нос.

Глаз Жона дернулся. Затем спазм перешел на всю левую половину лица.

— Вот же сволочи... — высказался Юма, избавив его от необходимости это делать.