Новогодний Спешл: Тень и Дед Мороз (гет)

Тень и его команда вошли в большое здание, которое больше напоминало фантастический завод, чем традиционную резиденцию Деда Мороза. Высокие потолки уходили ввысь, поддерживаемые ледяными колоннами, переливающимися всеми оттенками голубого. Воздух был наполнен мягким мерцанием снежинок, которые, казалось, танцевали в невесомости.

За станками стояли дети с острыми ушами, одетые в яркие красно-зеленые комбинезоны. Каждый станок производил разные вещи в случайном порядке: то игрушечный кораблик, то набор конфет, то миниатюрный самолет. Конвейеры перемещали все это в какую-то следующую комнату, из которой доносился веселый детский смех и звон колокольчиков.

— Тень вернулся! — сказали все эльфы хором, не отрываясь от работы.

— Кто это? — спросил Тиран, оглядываясь по сторонам с любопытством.

— Эльфы, — ответил Тень, слегка улыбаясь. — Не обращай внимания на внешность, они почти не дети.

— Дешевая рабочая сила, — добавил Снеголь, подпрыгивая от возбуждения. — И хорошие друзья!

— Не устают, не стареют, не спят, всегда в хорошем настроении, владеют магией, — раздался глубокий, но добрый голос сзади.

Все обернулись. Перед ними стоял высокий мужчина в белоснежном одеянии, с длинной белой бородой и добрыми глазами, которые светились теплом. Его фигура излучала спокойствие и уверенность, словно он был частью этого места.

— Очень приятно познакомиться, — продолжил он. — Я Дед Мороз, Санта или... ну, у меня много имен. Как вам будет угодно.

Рядом с ним семенил небольшой снеговик с блокнотом в руках, который нервно листал страницы.

— Мы не успеваем! — воскликнул снеговик. — До Нового года всего 25 часов!

— Это больше чем две недели, Снежок, — улыбнулся Дед Мороз, потрепав снеговика по голове. — Теперь у нас есть помощники. Справимся. Давай пока что разместим гостей.

Тем временем Света и Снежана сидели за столом в милом небольшом одноэтажном домике, который выглядел как идеальная зимняя сказка. За окном падал мягкий снег, а внутри горел камин, наполняя комнату уютным теплом и ароматом корицы.

— Итак... я чувствую твою ревность, — начала Снежана, наливая чай в изящные фарфоровые кружки. — Я тоже эмпат.

— Да ладно! Ревность! Нет! Откуда ей тут быть! — Света отвернулась к окну, но ее голос дрогнул.

— Он любит тебя, — спокойно продолжила Снежана. — Он любит меня. Также как и остальных. Не может же он быть все время с одной! Это же вынос мозга!

— Не знаю, откуда ты, но там, где я родилась, партнера ищут на всю жизнь! И что за "остальные"? — Света вспыхнула, ее глаза заблестели от слез.

— А я вот вижу, что ты его уже отвергала, — Снежана поставила чайник на стол. — Знаешь, как он страдал? Знаешь, как ему было тяжело? Почему, думаешь, он до сих пор отрицает, что мутит с тобой? Ему просто больно быть рядом с тобой, вот он и разбавляет свою и без того сложную жизнь.

— Откуда ты... — Света замолчала, не зная, что сказать.

— Я вижу душу человека. Вижу его поступки. Вижу, какой человек передо мной, — объяснила Снежана, протягивая Свете кружку.

— Это не нормально, если он кобель! — всхлипнула Света.

— Успокойся и выпей чай, — Снежана положила руку на ее плечо. — Криками ты суть не изменишь. И не кобель он. Кобель — это тот, кто не ценит девушек и пользуется всеми только для... ну, ты поняла.

Света выдохнула и взяла кружку, согревая ладони.

— Это твой любимый чай, — сказала Снежана. — А теперь послушай: Ты хочешь, чтобы твой мужчина был половым гигантом, альфа-самцом, тестостероновым монстром?

— Да... — ответила Света, неуверенно кивая.

— А если он будет таким, то с чего бы вдруг он не будет иметь других женщин? На тебя это буквально никак не влияет, — возразила Снежана. — Ты хочешь, чтобы он был сильным, смелым, уверенным, но при этом чтобы он сидел дома и ждал тебя? Это нелогично.

— Но он должен быть верным! — крикнула Света, чуть не плача.

— Ничего он никому не должен, — спокойно сказала Снежана. — Мы обе знаем, что он и так всем все доказал. Я вот ждала его 14 лет, переживала за него и думала о нем каждый день, сама растила сына! А ты волнуешься, что он просто хорошо проводит время с другими. Не хочешь, чтобы у мужчины были другие — заведи себе кастрата и живи с ним!

Света утихла, уставившись в чай.

— Я не кукла и не средство для отвлечения! — Света попыталась снова разбушеваться, но уже без прежней уверенности.

— Если бы ты была средством для отвлечения, он бы, во-первых, тебя не любил, во-вторых, не тратил бы на тебя свое свободное время, в-третьих, не спасал тебя, а в-четвертых, он бы не удовлетворял все твои потребности, — продолжила Снежана. — Он видит в тебе не просто партнершу, а равного союзника. И это гораздо ценнее, чем слепая верность.

Света задумалась, глядя на танцующие за окном снежинки.

— Ладно... а что за остальные? — наконец спросила она.

— Этого я не знаю и знать не хочу, — честно ответила Снежана. — Там какая-то Рита, какая-то кошка, еще какая-то сорокалетняя... Я в это не лезу. Важно то, что он здесь, с нами, и что он делает все возможное, чтобы мы были счастливы. Остальное — его личное дело.

Света кивнула, впервые за этот разговор почувствовав облегчение. Возможно, она начала понимать, что любовь Тени к ней не уменьшается от того, что у него есть другие отношения. Возможно, она начала видеть, что в этом мире, где время течет иначе, а сердца бьются в унисон с чудом, правила любви тоже могут быть другими.

— А Снеголь... он знает? — тихо спросила Света.

— Конечно знает, — улыбнулась Снежана. — Он же мудрый для своих четырнадцати лет. И он любит всех, кто любит его отца. Ведь именно это и делает нас семьей — не кровные связи, а общая любовь и уважение.

За окном начался настоящий снегопад, и вдалеке раздался звонкий смех Снеголя, играющего с эльфами. Новый год приближался, и в этом маленьком домике на Северном полюсе уже пахло чудом, теплом и надеждой.