Новогодний Спешл: Тень и Дед Мороз (гет)

Морозный воздух хрустел при каждом вдохе, превращая дыхание в густые клубы пара. Снежный пустырь за городом был безмолвным и безжизненным, если не считать следов, которые оставили Тень и его команда, приземлившись среди высоких сугробов. Солнце клонилось к закату, окрашивая снег в теплые оттенки розового и оранжевого, создавая контраст с черным костюмом Тени 2703, который стоял, наблюдая за горизонтом.

Сокол завис в воздухе на несколько сантиметров над снегом, его лицо было сосредоточенным, но глаза не светились — он просто контролировал ситуацию обычным зрением. Тиран стоял, слегка согнув колени, готовый к любому повороту событий. А Света... Света стояла слишком близко к Тени, ее дыхание участилось не только от холода.

— Мы кого-то еще ждем? — спросил Сокол, опускаясь на землю.

Тень не обернулся. Его пальцы скользнули по экрану телефона, отправляя последнее сообщение.

— Да, — коротко ответил он, убирая телефон. — Ждем.

Воздух перед ними внезапно засиял, как будто проходя через невидимую призму. Снег под ногами заискрился, отражая тысячи крошечных радуг. И в этот момент...

— Я готов! — раздался голос Всплеска, который уже стоял рядом с ними в новогодней шапке с помпоном, будто материализовавшись из самого воздуха.

Сокол отшатнулся.

— Тебя тут только что не было, — произнес он, все еще не веря своим глазам.

Всплеск поправил шапку, улыбаясь до ушей.

— Ну да, — небрежно бросил он. — Все, полетели?

Тень покачал головой.

— Нет. Еще один.

Как по команде, реальность перед ними начала рваться, как старая пленка. Из разреза показался кончик чего-то острого, который медленно опустился, образуя идеальный вертикальный портал. Из него вышел Самурай в белоснежном костюме, который переливался в закатных лучах, словно сделанный из самого снега. Его маска из белой ленты не отражала свет, а будто поглощала его, создавая загадочное сияние.

— О, новый костюм, — заметил Сокол.

Самурай молча покачал головой, его движения были плавными, как течение реки подо льдом.

— Зато сольешься с окружением, — произнес Тень, наконец обернувшись. — Поехали.

— А на чем? — спросил Тиран, поднимая бровь.

В ответ в небе раздался тихий гул, нарастающий до легкого рокота. Из-за облаков, окрашенных закатом в золотые тона, медленно спускался самолет, его обтекаемые формы отражали последние лучи солнца. Он завис в воздухе, словно вися на невидимых нитях.

— Полетели, — скомандовал Тень, и в тот же момент все приготовились к подъему.

Тиран поднял руку, и вокруг Светы образовалось мягкое голубое свечение. Она вздрогнула, когда невидимая сила подняла ее в воздух, но не испугалась — она доверяла Тирану. Сокол взмыл вверх, его движения были плавными и точными. Тень сделал шаг вперед и просто... исчез, материализовавшись на борту самолета через мгновение.

Всплеск посмотрел на Самурая с искренним восхищением.

— Привет. Я Петя. Подкинешь?

Самурай кивнул и, не произнося ни слова, резко провёл ладонью снизу вверх, буквально подкидывая Всплеска вверх. Тот взлетел метров на десять в воздух.

— Эй! Что за... — начал было Всплеск, но тут же активировал свою скорость.

Он не успел упасть. На световой скорости он просто... встал на корпус самолета вверх ногами и, не теряя скорости, обошел вокруг самолета, словно ходил по полу, а не по изогнутой поверхности. Его ноги касались металла с такой скоростью, что гравитация просто не успевала подействовать.

— НЕ БУКВАЛЬНО-О-О-О-! — раздался его голос, отдающийся эхом внизу.

Через мгновение он уже стоял у входа в самолет, поправляя новогоднюю шапку.

— А где Самурай? — спросила Света, оглядываясь.

В этот момент позади них раздался тихий стук. Все обернулись. Это был Самурай в своем белоснежном костюме, который уже стоял, опираясь на стену, подогнув ногу и скрестив руки перед собой. Он слегка постучал пальцем по корпусу самолета, чтобы привлечь внимание.

— Когда ты успел... — пробормотал Всплеск, все еще пытаясь отдышаться.

— Я тоже его не видел, — в недоумении произнес Сокол.

Тень успокоился и отключил свою маску, глядя на своих товарищей.

— Добро пожаловать на борт МСДСП-3, — сказал механический голос системы, и самолет плавно двинулся вперед, оставляя за собой след из сияющих снежинок и предвкушения чуда.

— Что за МСД... Ну вот это.. — сказала Света.

— Маленький Самолет Для Стражей Порядка версии 3. — сказал Тень.

Света подошла ближе к Тени, ее взгляд был полон вопросов, но она молчала. Она чувствовала, что сегодняшняя ночь будет особенной. А где-то вдалеке, за пределами их видимости, мерцал Северный полюс, ожидая своих гостей.

Самолет плавно вошел в зону Северного полюса, где вместо привычного безжизненного ландшафта раскинулся фантастический пейзаж. Тень сидел за штурвалом, его пальцы уверенно вели машину сквозь полярную ночь.

— Запрашиваю вход в зону. Это Тень, — произнес он в микрофон, голос звучал спокойно, но в нем чувствовалась нотка предвкушения.

— Мама, Мама, это он! — раздался в наушниках детский голос, полный восторга. — Разрешаю посадку!

Внезапно пустые снежные поля перед ними ожили. Из-под снега проступили чисто убранные дороги, по краям которых горели светящиеся фонари в виде снеговиков. Прямо перед ними материализовалась посадочная полоса, мерцающая мягким голубым светом.

— Круто, — заметил Всплеск, наблюдая за происходящим. — Не задавая лишних вопросов, он просто смотрел в окно, как будто такое встречается каждый день.

— Что это? — спросила Света, прищурившись. — И что за мальчик нам отвечал?

Тень улыбнулся, поправляя маску.

— Магическая двухпространственная зона "Первый Великий Устюг", — пояснил он. — Не в смысле настоящего Устюга, конечно. Просто шутка Деда Мороза. Эта зона скрыта от обычных карт и спутников. Для всех остальных здесь просто ледяная пустыня.

Самолет плавно коснулся посадочной полосы. Задняя часть открылась, выпуская ступени. На снегу уже стоял подросток лет четырнадцати, но с детской улыбкой на лице. Его волосы переливались оттенками льда, а глаза светились мягким голубым светом.

— Папа приехал! — крикнул он и бросился к Тени, обнимая его так крепко, что даже костюм героя слегка смялся.

— Привет, Снеголь, — улыбнулся Тень, слегка смягчая свой обычный тон. — Как поживаешь?

— Отлично! Ой, покажу тебе, как я оборудовал пещеру! — Снеголь уже потянул его за руку, но Тень мягко высвободился.

— Не сейчас, — сказал он. — Мне нужно помочь твоему деду.

— Привет, любимый... — раздался мягкий женский голос.

Тень обернулся. К ним подходила девушка с бело-красными волосами, заплетенными в косу, которая переливалась, как полярное сияние. Ее белое платье с серебряными узорами казалось сотканным из самого снега, а движения были легкими и плавными, как метель.

— Привет, Снежана, — ответил Тень, подойдя ближе.

Он обнял ее, и его рука скользнула к ее лицу. На мгновение их губы почти соприкоснулись, но Тень вовремя остановился, почувствовав на себе пристальный взгляд Светы.

Тень обернулся. Света стояла чуть поодаль, ее лицо было напряжено.

— Что? — бросил он. — Ты сама сюда напросилась!

— Ты мне изменял? — вырвалось у Светы, ее голос дрогнул.

— Мы не встречались и не встречаемся с тобой! — резко ответил Тень, но тут же сбавил тон, увидев боль в ее глазах.

Света замолчала, отводя взгляд.

Тень снял маску, открывая усталое, но спокойное лицо. Он провел рукой по волосам, словно пытаясь собраться с мыслями.

— Милый, ты такой красивый, — Снежана подошла ближе и положила руки ему на щеки, ее дыхание превращалось в легкий пар на морозе. — Я так скучала!

— Я не виноват, что здесь время течет иначе, — ответил Тень, пытаясь сохранить серьезность, но в его голосе звучала теплота.

— Для тебя прошел год, а для нас четырнадцать! — воскликнула Снежана, указывая на Снеголя. — Посмотри, как вырос наш сын!

— А ты не изменилась, — улыбнулся Тень. — Ой, нет! Стрижку сменила!

— Не угадал, — рассмеялась Снежана. — Просто добавила новые узоры в косу.

— Ой, да вы все равно не стареете, только до определенного возраста, — заметил Тень, оглядывая их обоих. — Вы всегда будете выглядеть хорошо. Это я не бессмертный, в отличие от вас, богов.

— Ты вполне себе бессмертный, — возразила Снежана, ласково гладя его по щеке. — Познакомь нас с друзьями.

Тень обернулся к своей команде, которая наблюдала за этой сценой с разной степенью изумления.

— Это Сокол, Тиран, Всплеск, Самурай и... — он посмотрел на Свету, которая стояла, скрестив руки на груди, ее лицо все еще было красным от злости. В его голосе пропала уверенность. — И, похоже, нам всем надо поскорее разместиться, а то тут холодно.

Снеголь подпрыгнул от возбуждения.

— Я покажу вам дом! — воскликнул он. — У нас новая елка, и я научился делать конфеты из снега!

— Только без фокусов, — предупредил Тень, но в его глазах мелькнула улыбка. — Нам нужно встретиться с Дедом Морозом.

Снежана подошла к Свете и положила руку на ее плечо.

— Пойдем, — сказала она мягко. — Мне нужно с тобой поговорить. Думаю, у нас будет много общего.

Света посмотрела на нее с подозрением, но Снежана только улыбнулась.

— Не волнуйся, — добавила она. — Я не собираюсь тебя есть. Просто нам нужно обсудить кое-что... между женщинами.

Света колебалась, но в конце концов кивнула и последовала за Снежаной.

— Что она с ней сделает? — прошептал Всплеск Соколу.

— Не знаю, — ответил Сокол. — Но, кажется, Свете скоро понадобится подруга.

Тем временем Снеголь взял Тень за руку.

— Папа, я хочу показать тебе свой новый трюк! — воскликнул он.

— Позже, — ответил Тень, но Снеголь уже подпрыгнул в воздух и хлопнул в ладоши.

Вокруг них материализовались десятки маленьких ледяных фигурок, каждая из которых светилась своим цветом. Они закружились в танце, создавая вокруг волшебный узор.

— Снеголь, — строго сказал Тень. — Я просил без фокусов.

— Но это же Новый год! — рассмеялся мальчик. — Сегодня можно!

Тень вздохнул, но в его глазах мелькнула гордость.

— Ладно, — сказал он. — Только один трюк. И потом мы идем к деду.

— Обещаю! — воскликнул Снеголь и подпрыгнул выше. — Смотри!

Он хлопнул в ладоши, и вокруг них появился целый ледяной замок, мерцающий всеми цветами радуги. Внутри замка танцевали ледяные фигурки, похожие на членов команды.

— Круто, — пробормотал Тиран. — Но как ты это делаешь?

— Это магия! — воскликнул Снеголь. — Я могу делать все, что угодно!

— Не все, — поправил Тень. — Ты не можешь заставить меня остаться надолго.

Улыбка Снеголя померкла.

— Но ты обещал! — сказал он. — Ты обещал, что на этот Новый год останешься!

Тень опустил голову.

— Я не могу, — тихо ответил он. — У меня есть дела в городе.

— Но ты же приехал! — настаивал Снеголь. — Ты можешь остаться хотя бы до утра!

Тень посмотрел на своего сына, и в его глазах мелькнула боль.

— 24 часа реального времени. Это две недели здесь. — пообещал он. — Но не больше.

Снеголь улыбнулся, и ледяной замок рассыпался на тысячу сияющих снежинок.

— Пойдем к деду! — воскликнул он. — Он ждет нас!

Тень кивнул и последовал за сыном, оглядываясь на Свету, которая уходила с Снежаной. В его сердце было одновременно тепло и больно. Он знал, что между ним и Светой все еще много нерешенных вопросов. Но сегодняшняя ночь была не для этого. Сегодняшняя ночь была для чуда. А чудо начиналось здесь, на Северном полюсе, где время текло иначе, а сердца становились теплее.

Тень и его команда вошли в большое здание, которое больше напоминало фантастический завод, чем традиционную резиденцию Деда Мороза. Высокие потолки уходили ввысь, поддерживаемые ледяными колоннами, переливающимися всеми оттенками голубого. Воздух был наполнен мягким мерцанием снежинок, которые, казалось, танцевали в невесомости.

За станками стояли дети с острыми ушами, одетые в яркие красно-зеленые комбинезоны. Каждый станок производил разные вещи в случайном порядке: то игрушечный кораблик, то набор конфет, то миниатюрный самолет. Конвейеры перемещали все это в какую-то следующую комнату, из которой доносился веселый детский смех и звон колокольчиков.

— Тень вернулся! — сказали все эльфы хором, не отрываясь от работы.

— Кто это? — спросил Тиран, оглядываясь по сторонам с любопытством.

— Эльфы, — ответил Тень, слегка улыбаясь. — Не обращай внимания на внешность, они почти не дети.

— Дешевая рабочая сила, — добавил Снеголь, подпрыгивая от возбуждения. — И хорошие друзья!

— Не устают, не стареют, не спят, всегда в хорошем настроении, владеют магией, — раздался глубокий, но добрый голос сзади.

Все обернулись. Перед ними стоял высокий мужчина в белоснежном одеянии, с длинной белой бородой и добрыми глазами, которые светились теплом. Его фигура излучала спокойствие и уверенность, словно он был частью этого места.

— Очень приятно познакомиться, — продолжил он. — Я Дед Мороз, Санта или... ну, у меня много имен. Как вам будет угодно.

Рядом с ним семенил небольшой снеговик с блокнотом в руках, который нервно листал страницы.

— Мы не успеваем! — воскликнул снеговик. — До Нового года всего 25 часов!

— Это больше чем две недели, Снежок, — улыбнулся Дед Мороз, потрепав снеговика по голове. — Теперь у нас есть помощники. Справимся. Давай пока что разместим гостей.

Тем временем Света и Снежана сидели за столом в милом небольшом одноэтажном домике, который выглядел как идеальная зимняя сказка. За окном падал мягкий снег, а внутри горел камин, наполняя комнату уютным теплом и ароматом корицы.

— Итак... я чувствую твою ревность, — начала Снежана, наливая чай в изящные фарфоровые кружки. — Я тоже эмпат.

— Да ладно! Ревность! Нет! Откуда ей тут быть! — Света отвернулась к окну, но ее голос дрогнул.

— Он любит тебя, — спокойно продолжила Снежана. — Он любит меня. Также как и остальных. Не может же он быть все время с одной! Это же вынос мозга!

— Не знаю, откуда ты, но там, где я родилась, партнера ищут на всю жизнь! И что за "остальные"? — Света вспыхнула, ее глаза заблестели от слез.

— А я вот вижу, что ты его уже отвергала, — Снежана поставила чайник на стол. — Знаешь, как он страдал? Знаешь, как ему было тяжело? Почему, думаешь, он до сих пор отрицает, что мутит с тобой? Ему просто больно быть рядом с тобой, вот он и разбавляет свою и без того сложную жизнь.

— Откуда ты... — Света замолчала, не зная, что сказать.

— Я вижу душу человека. Вижу его поступки. Вижу, какой человек передо мной, — объяснила Снежана, протягивая Свете кружку.

— Это не нормально, если он кобель! — всхлипнула Света.

— Успокойся и выпей чай, — Снежана положила руку на ее плечо. — Криками ты суть не изменишь. И не кобель он. Кобель — это тот, кто не ценит девушек и пользуется всеми только для... ну, ты поняла.

Света выдохнула и взяла кружку, согревая ладони.

— Это твой любимый чай, — сказала Снежана. — А теперь послушай: Ты хочешь, чтобы твой мужчина был половым гигантом, альфа-самцом, тестостероновым монстром?

— Да... — ответила Света, неуверенно кивая.

— А если он будет таким, то с чего бы вдруг он не будет иметь других женщин? На тебя это буквально никак не влияет, — возразила Снежана. — Ты хочешь, чтобы он был сильным, смелым, уверенным, но при этом чтобы он сидел дома и ждал тебя? Это нелогично.

— Но он должен быть верным! — крикнула Света, чуть не плача.

— Ничего он никому не должен, — спокойно сказала Снежана. — Мы обе знаем, что он и так всем все доказал. Я вот ждала его 14 лет, переживала за него и думала о нем каждый день, сама растила сына! А ты волнуешься, что он просто хорошо проводит время с другими. Не хочешь, чтобы у мужчины были другие — заведи себе кастрата и живи с ним!

Света утихла, уставившись в чай.

— Я не кукла и не средство для отвлечения! — Света попыталась снова разбушеваться, но уже без прежней уверенности.

— Если бы ты была средством для отвлечения, он бы, во-первых, тебя не любил, во-вторых, не тратил бы на тебя свое свободное время, в-третьих, не спасал тебя, а в-четвертых, он бы не удовлетворял все твои потребности, — продолжила Снежана. — Он видит в тебе не просто партнершу, а равного союзника. И это гораздо ценнее, чем слепая верность.

Света задумалась, глядя на танцующие за окном снежинки.

— Ладно... а что за остальные? — наконец спросила она.

— Этого я не знаю и знать не хочу, — честно ответила Снежана. — Там какая-то Рита, какая-то кошка, еще какая-то сорокалетняя... Я в это не лезу. Важно то, что он здесь, с нами, и что он делает все возможное, чтобы мы были счастливы. Остальное — его личное дело.

Света кивнула, впервые за этот разговор почувствовав облегчение. Возможно, она начала понимать, что любовь Тени к ней не уменьшается от того, что у него есть другие отношения. Возможно, она начала видеть, что в этом мире, где время течет иначе, а сердца бьются в унисон с чудом, правила любви тоже могут быть другими.

— А Снеголь... он знает? — тихо спросила Света.

— Конечно знает, — улыбнулась Снежана. — Он же мудрый для своих четырнадцати лет. И он любит всех, кто любит его отца. Ведь именно это и делает нас семьей — не кровные связи, а общая любовь и уважение.

За окном начался настоящий снегопад, и вдалеке раздался звонкий смех Снеголя, играющего с эльфами. Новый год приближался, и в этом маленьком домике на Северном полюсе уже пахло чудом, теплом и надеждой.

— Значит, мы здесь на пару недель, — сказал Сокол, аккуратно кладя сумку в вестибюле гостевого дома. Его голос звучал почти мечтательно. — Вот и прекрасно. Отдохнем.

— Ну, может, и отдохнем, — отозвался Всплеск, проверяя, не застрял ли его новогодняя шапка в кармане куртки. — Но нам надо помочь другим.

— Я не видел этого места с орбиты, — заметил Сокол, оглядывая уютный холл с елкой в углу и мерцающими гирляндами на стенах.

— Потому что это магическая зона. Двупространство, так сказать, — раздался голос Тени сзади.

Сокол обернулся и замер:

— Эй, Ваня, ты без маски!

Иван мило улыбнулся, проводя ладонью по лицу, словно стирая невидимую пыль.

— Здесь я могу быть настоящим. Не боясь лжи, предательств, боли. Здесь я могу быть спокоен и расслаблен.

Тиран подошел ближе, его голос был тише, чем обычно:

— Я рад, что ты нашел спокойствие. С тех пор как ты перестал мне выговариваться, ты стал мрачнее.

— Здесь я не должен быть Тенью, — Иван прикрыл глаза, словно вдыхая этот момент. — Здесь на мне нет ответственности. Я не должен все контролировать. Мне не больно ни физически, ни морально. — Он открыл глаза, и в них мелькнула грусть. — К сожалению, только здесь.

— Ладушки, — Всплеск хлопнул в ладоши. — Пойду осмотрюсь!

Он исчез так быстро, что даже снежинки, падающие за окном, не успели заметить его ухода.

— Хорошо, укладывайтесь спать, — сказал Иван, уже направляясь к двери. — У меня еще есть дела.

Он вышел, не телепортируясь, как обычно. Просто закрыл за собой дверь, словно обычный человек, идущий на встречу с близкими.

Иван зашел в пещеру, где Дед Мороз стоял рядом со Снеголем, наблюдая за тем, как дети в волшебном снегу медленно превращаются в эльфов. Их тела, словно инкрустированные льдом, мерцали мягким светом, а вокруг них кружились снежинки, похожие на крошечные звезды.

— Какой красивый процесс, — тихо произнес Иван, глядя, как один из детей улыбается сквозь замерзшие ресницы. — Никогда не думал, что это так... волшебно.

— Только в Новый год они проснутся уже эльфами, — объяснил Дед Мороз, его голос звучал как перезвон колокольчиков. — Волшебный снег дарит им новую жизнь.

— А если вытащить их раньше? — спросил Иван.

— Тогда они не станут эльфами, — ответил Дед Мороз. — Просто обычными детьми, которые помнят чудо, но не могут остаться здесь. А так... они получают дом, семью и вечное новогоднее настроение.

Снеголь подпрыгнул, хватая отца за руку:

— Пап, смотри! Я помогал им засыпать! Делал для каждого ледяную подушку!

— Молодец, — улыбнулся Иван, гладя сына по голове. — Ты заботишься о них, как настоящий друг.

В этот момент в пещеру ворвался Всплеск, его глаза расширились от удивления.

— Что за... — начал он, но Дед Мороз уже стоял рядом с ним, положив руку на плечо.

— Такова цена чуда, — мягко сказал он.

— Ты... быстрее меня?! — Всплеск отшатнулся, но Дед Мороз лишь рассмеялся.

— Ты слишком много бегаешь, малыш. Иногда стоит просто остановиться и посмотреть на звезды.

— Мне как-то все равно, — Всплеск пожал плечами, но в его голосе не было раздражения. — Если это дает им счастливую жизнь, то пусть будет так.

— Молодец, — одобрительно кивнул Дед Мороз. — Ты понимаешь. А теперь иди, погуляй. Он как раз собирался показать отцу свою пещеру.

— Хорошо, — Всплеск улыбнулся. — Только скажите... почему вы быстрее меня?

— Потому что Новый год приходит всегда вовремя, — загадочно ответил Дед Мороз. — Даже если ты бежишь быстрее света.

Всплеск задумался, потом махнул рукой и исчез в облаке снежинок.

— Ладно, пап! — Снеголь потянул Ивана за руку. — Пойдем! Я покажу, как я украсил пещеру!

— Мог бы и к маме переехать, или в отдельный домик! Тебе же предлагали пряничный! — Иван попытался выглядеть строгим, но в глазах светилась гордость.

— Нет! Хочу жить в пещере! Я все обустроил! — Снеголь уже тащил отца к выходу.

Перед тем как уйти, Иван обернулся к Деду Морозу:

— Ты зачем туда ушел? Тебе надо идти?

— Да, пойду налажу производство, — ответил Дед Мороз, его глаза сияли теплом. — А вы идите. Пусть сегодняшний вечер будет только вашим.

Пещера Снеголя оказалась маленьким чудом. Стены были усыпаны ледяными узорами, которые переливались всеми цветами радуги, а в центре висела миниатюрная елка, украшенная конфетами и сияющими снежинками.

— Смотри! — Снеголь хлопнул в ладоши, и вокруг них закружились ледяные фигурки, изображающие членов команды. — Это я сделал для тебя!

— Круто, — Иван присел на корточки, чтобы быть на уровне сына. — Но зачем тебе так много меня?

— Потому что ты самый лучший! — Снеголь обнял отца. — Даже когда тебя нет, я чувствую, что ты рядом.

Иван крепко обнял сына, и на мгновение забыл, что где-то там, в реальном мире, его ждут битвы и ответственность. Здесь, в этой пещере, он был просто отцом. Просто Иваном.

За стенами пещеры, за пределами магической зоны, время текло своим чередом. Но здесь, на Северном полюсе, где снег падал в ритме сердец, а Новый год был не датой, а состоянием души, все было по-другому. Здесь чудо не требовало жертв. Оно просто дарило тепло тем, кто в нем нуждался.

Тень вышел из пещеры, где Снеголь увлеченно возился с ледяными узорами, и тут же почувствовал знакомое прикосновение — чьи-то руки легли ему на плечи сзади. Он не обернулся, но маска уже начала деактивироваться сама собой, словно его тело знало, что здесь можно быть беззащитным.

— Снежана? — спросил он, поворачиваясь.

Она стояла в луче полярного сияния, которое пробивалось сквозь снежную пелену, и улыбалась так, будто весь Новый год начинался именно с этой улыбки. Ее бело-красные волосы переливались, как гирлянда, а дыхание превращалось в легкий пар, танцующий в морозном воздухе.

— Милый, — прошептала она, приближаясь, и ее губы коснулись его так нежно, что даже снег перестал падать.

Когда они разомкнули поцелуй, Тень провел ладонью по лицу — маска исчезла.

— Мне есть где переночевать? — спросил он, пытаясь сохранить обычный тон, но голос дрогнул.

— У меня в пряничном домике, — Снежана взяла его за руку, и он почувствовал, как тепло ее ладони растапливает ледяную корку, покрывавшую его душу.

— Мне всё равно на всех, я в пряничном домике, — Спели они в унисон, и в их глазах мелькнул смех.

Пряничный домик оказался именно таким, каким и должен быть дом на Северном полюсе: стены пахли корицей и медом, крыша была посыпана сахарной пудрой, а дверная ручка, сделанная из имбирного пряника, хрустнула под пальцами Тени.

— Ой, — пробормотал он, глядя на кусок ручки, оставшийся в его ладони.

Снежана положила руку ему на щеку и посмотрела в глаза:

— Милый, расслабься. Тебе не обязательно быть сильным. Тебе не обязательно быть Тенью.

Она протянула руку к двери, и остаток ручки медленно собрался воедино, как будто время повернуло вспять.

— Ты же знаешь, что ты нежный.

— Да, ты права. Я не грубый. Не люблю быть грубым, — Тень аккуратно нажал на ручку, но в этот раз она сломалась снова.

— Нежнее, — шепнула Снежана на ухо, и ее дыхание согрело его шею.

Он закрыл глаза, вспомнил, как Снеголь учил его делать ледяные цветы, и нажал в третий раз. На этот раз дверь открылась без хруста.

Тень выдохнул и надкусил кусочек пряника, оставшийся в ладони.

— Мило, — улыбнулся он, и впервые за долгое время эта улыбка не была маской.

Внутри пахло ванилью и спокойствием. Никаких голографических экранов, нейроинтерфейсов или боевых костюмов — только деревянная мебель, мягкий свет гирлянд и идеальный порядок. Тень снял маску и положил ее в карман так, как раньше клал обычные ключи. Пальто, перетекающее в техносимбиот, превратилось в простую куртку, а штаны растаяли, оставив его в оранжевых домашних шортах и потрепанной серой майке.

— Пойду лягу... — прошептал он, опускаясь на диван. — Все тело болит. Я чувствую каждое нервное окончание сильнее всех. Больно дышать... Больно моргать... Даже сердце бьется слишком громко.

Снежана положила ладонь ему на грудь:

— Я чувствую это. Я подготовила тебе ванну.

— Ванну? — переспросил он, как будто это слово из детства, о котором он забыл.

— Чтобы ты расслабился. Кто знает, сколько мы еще не увидимся.

— В этом месте время течет столько, сколько нужно для изготовления подарков для тех, кто верит в Деда Мороза, — Тень попытался улыбнуться, но голос дрогнул. — А их становится все меньше. Значит, скоро время здесь не только уравняется с нашим, но и выйдет в плюс...

Снежана положила палец ему на губы:

— Ты забыл что мы делаем подарки на всю мультивселенную. Успокойся.

Ванная комната была выложена ледяной плиткой, которая переливалась всеми оттенками голубого, словно замерзшее озеро. В центре стояла ванна из прозрачного льда, наполненная водой, от которой поднимался легкий пар с ароматом хвои и меда. Над ней мерцали маленькие ледяные свечи, а по стенам ползали светящиеся узоры, похожие на северное сияние.

Тень опустился в воду, и боль, которая годами сжимала его тело, начала таять, как снег под весенним солнцем.

— Немного магии, и ты как новенький, — сказала Снежана, опускаясь рядом на корточки.

— Я так не хочу всего этого, — проныл он, как ребенок, прячущийся от кошмара. — Лучше бы вспышки не случалось. Зачем я позволил Вихрю создать ее?

— Чтобы он создал мультивселенную. Да и так читать интереснее, — Снежана улыбнулась, но вдруг фон вокруг них стал серым, как старая кинопленка.

Тень посмотрел в четвертую стену:

— А в целом она права. Так читать интересно, хотя бы.

Снежана тоже обернулась к камере, но тут же вернула взгляд к Тени:

— Не выходи за четвертую стену. Отдыхай.

— Прости, — прошептал он, и мир снова окрасился в теплые оттенки.

— Я не просил быть сильным, — продолжил он, закрывая глаза. — Я просто хотел быть счастливым.

— Это все Света?

— Да. Она сделала меня Тенью. Если бы у нас сразу все срослось, я бы не лез в эту супергеройскую жизнь, чтобы забыться. Я бы не пытался забыть, каким ничтожным я всегда был.

— Милый, ты никогда не был ничтожным, — Снежана начала массировать его спину, и он почувствовал, как каменная кора, покрывавшая его тело, трескается. — Ты растешь и совершенствуешься. В этом твоя сила. Ты у меня самый лучший. Я тебя очень люблю. А теперь успокойся.

— Я столько тренировался... Столько причинял себе боли, — слезы покатились по его щекам. — Ай... Не привык к массажу. Не привык, что кто-то делает мне приятно. Ты — единственный человек, который совершает для меня такие поступки. Ты — единственная...

— Я просто вижу, что ты устал и что у тебя нет сил, — Снежана поцеловала его в макушку. — Почему я делаю это для тебя? Потому что я люблю тебя. И это не боль. Тебе просто слишком приятно, и ты отказываешься принимать это. Ты не привык к такому. Но ты заслужил это.

— Я не заслужил... Я ничтожество... Я просто человек в команде героев, которые могут приносить реальную пользу...

— А ты разве нет? Сколько раз ты жертвовал собой ради них? Ради мира? Ради нас?

— Я должен был быть лучше... Должен был сделать больше... Должен...

— Ничего ты никому не должен, — перебила она. — Ты просто двадцатилетний парень. Наступает 2027 год. И ты меняешься снова. Вспомни, чего ты добился за год: ты изобрел вакцину от слепоты, от рака, от циклопии, Альцгеймера, немоты, паралича. Ты дал дома и работу тысячам бездомных. Ты пристроил миллионы голодающих по всему миру.

— Но я просто человек.

— Ты не просто человек.

Тень разрыдался, как ребенок, который впервые позволил себе плакать.

— Я не просто человек?.. — прошептал он, почти орал, но Снежана продолжала массировать его спину.

— Но здесь ты можешь им быть.

— Почему ты любишь меня? Я же ничтожество!

— Мне не нужна причина, чтобы любить тебя.

— Как по Достоевскому, — сказали они в унисон, и Тень наконец рассмеялся сквозь слезы.

— Спасибо, — прошептал он.

Снежана сняла все и залезла в ванну.

— Я помогу тебе расслабиться.

Она поцеловала его, и он почувствовал, как напряжение уходит из его мышц. Она двигалась так нежно, будто обращалась с хрупким ледяным цветком, который может растаять от одного дыхания. Ее губы касались его шеи, лба, щек, а руки обнимали так крепко, что он перестал чувствовать границы между собой и миром.

Когда он вновь открыл глаза, они лежали на кровати в спальне, укрытые мягким одеялом из снежинок. Снежана обнимала его, и его голова покоилась на ее груди. Боль исчезла. Дурные мысли растворились. Он не чувствовал себя Тенью. Он был просто Иваном — тем, кем всегда хотел быть.

За окном падал снег, а где-то вдалеке звучал смех Снеголя и колокольчики оленей. Новый год приближался, но здесь, в пряничном домике, время остановилось. И это было самое большое чудо.

Тень проснулся от обрывков разговора за стеной.

— Подожди. Мы скоро подойдем. Начинайте без нас. Он еще спит, — говорила Снежана, и в ее голосе слышалась нежность, которой он не слышал годами.

— А, ладно, — ответил мужской голос. — А здесь.. всегда темно?

— Да. Зато здесь всегда новогоднее настроение и северное сияние.

Щелчок закрывающейся двери. Тень приподнялся, потягиваясь, и зевнул так, будто впервые за долгое время позволил себе расслабиться.

— Ой, зайчонок, ты уже проснулся? — Снежана появилась в дверном проеме, ее волосы, белые с красными прядями, были растрепаны, будто она только что проснулась сама.

Она исчезла и тут же вернулась, держа в руках поднос с завтраком: огромный бутерброд, пиццу с сыром и курицей, газировку и воду, аккуратно расставленные на четырехногом подносе.

— Держи, — она поставила поднос на грудь Тени, превратив его в мини-столик.

Он взял стакан воды, сделал пару глотков, затем опустошил газировку одним махом. Попытался убрать поднос, но рука дрогнула — поднос выскользнул.

Фиолетовые частицы замерли в воздухе, удерживая еду от падения. Снежана махнула рукой, и поднос мягко опустился на пол. Она легла рядом, положив голову на его грудь.

— Кто заходил? — спросил Тень, проводя пальцами по ее волосам.

— Петя.

— Сколько времени?

— Одиннадцать.

— Я спал около десяти часов, наверное? Так поздно встать...

— Ничего страшного. Когда ты в последний раз высыпался?

— Несколько месяцев, наверное.

Снежана перекатилась на него, обхватила руками за шею.

— Ты самый лучший. Ты наполняешь мою жизнь смыслом.

— Никто не говорит мне такого... Я не могу принять это. — Его взгляд опустился, будто он боялся, что слова рассыпятся, если посмотрит прямо.

— Ты не обязан быть Тенью. Ты можешь остаться со мной, нашим сыном и твоим тестем.

— Но тогда я не смогу защищать мир.

— Тебе это не нужно. — Она коснулась его щеки. — Я вижу твои искренние желания. Встреть Новый год с нами.

— Я не могу быть здесь в Новый год. Магия разорвет всех немагических существ в 00:00.

— Мы с отцом же предлагали тебе. Мы можем наделить тебя магией, превратить в такого же бессмертного, как и мы. Ты можешь быть счастливым с нами.

— Но я не смогу выходить из этой зоны не во время Нового года.

— Тебе и не нужно. Я же знаю, что ты не хочешь этого.

— Но я должен.

— Ничего ты никому не должен.

— Я знаю. Но я не могу убедить себя в этом.

— Я просто предложила тебе быть счастливым.

— Я счастлив, потому что с вами все хорошо. Но у меня есть и другие семьи. Не могу же я их оставить.

— Но ты редко посещаешь их.

— Да. Я не сильно люблю их. Но я никого не люблю. Я Тень.

— Я знаю, какой ты внутри. — Она положила палец на его грудь. — Мягкий и нежный. И любвеобильный.

Тень улыбнулся, перекатываясь так, что оказался сверху.

— Я покажу тебе любвеобильность.

Тиран и Сокол вышли из гостевого дома, надев свои костюмы. Тиран в бежевом плаще с кудрявыми черными волосами, Сокол — в красно-синем костюме с открытым лицом.

— Самурая не видел? — спросил Сокол. — Что-то давно не слышно о нем.

— Со вчера, кстати, не наблюдал его. Прилетели и когда по домам расходились — пропал, — ответил Тиран.

К ним подбежала Света в зимней дубленке, дрожа от холода.

— На улице наверное минус двадцать! — воскликнула она. — Как вам не холодно?

— Мне нормально, — пожал плечами Сокол.

— А я на себе поле держу, — добавил Тиран.

— Давай поможем? — предложил Тиран. — Я окружу ее полем, а ты нагреешь воздух.

— Давай, — кивнул Сокол.

— Нагревай, — скомандовал Тиран.

Сокол дунул, и снег вокруг Светы растаял кругом, обнажая идеальный круг поля.

— Убью Ваню за мой костюм. Я самая уязвимая в команде! — фыркнула Света. — Кстати, где Ваня?

— Он со Снежаной, — раздался голос Всплеска.

Света нахмурилась.

— Эта крашеная скала, что «мир крутится вокруг него и он сам может решать с кем быть»... Представляете?

— Ну вообще-то ты тоже крашеная, — заметил Тиран. — И не надо наезжать на Ваню. Это из-за тебя он стал Тенью и имеет кучу психологических травм!

— Не так уж все и плохо, — отвернулась Света. — И не умничай. Без тебя разберусь.

— Ну хорошо, разберись, — бросил Тиран, и поле вокруг нее исчезло. Она тут же съежилась от холода.

— Да я-то тут при чем! — возмутилась она.

— Ты знаешь, сколько он мне выговаривался?! Я заставлял его это делать! — парировал Тиран.

— Ты не видел Самурая? — перебил Сокол, обращаясь к Всплеску.

— Вчера, когда речь зашла о ночлеге, он отказался от дома и направился на верх горы. Я пробовал туда подняться, но там очень холодно, — ответил Всплеск, не обращая внимания на спор Светы и Тирана.

— Конечно холодно, там же на вершине температура опускается до минус нескольких миллионов градусов! — вмешался Снеголь, внезапно появившись из-за угла.

— Ты откуда тут? — удивился Сокол. — Стоп. Минус сколько? Это вообще возможно?

— Здесь все возможно. И да, есть места и холоднее, чем в космосе. Например, сегодня ночью была буря, и там могло быть минус миллион — легко! — Снеголь задрожал.

— Блин.. А если он там замерз? — забеспокоился Сокол.

— Кто? — спросил Снеголь.

— Я видел, как туда вчера ушел Самурай, — сказал Всплеск.

— ТАМ ЖЕ ЕГО МОГЛО ПРОСТО РАЗОРВАТЬ! И ТЕМПЕРАТУРА ТАМ НИЖЕ КРИТИЧЕСКОЙ! — закричал Снеголь. — НАДО ВЫТАСКИВАТЬ ЕГО!

— Что случилось? — нахмурился Тиран.

— Так. Мы со Снеголем за Самураем на гору. А вы разбирайтесь с местными делами, — скомандовал Сокол.

— Ладно, — кивнул Тиран.

Сокол взмыл вверх, и к его удивлению, Снеголь полетел следом. Воздух становился все плотнее, холод пронзал до костей.

— Странно.. Я давно не чувствовал холода, — пробормотал Сокол, сжимая кулаки.

— Тут уже минус полтора миллиона градусов, — зубы Снеголя стучали. — Наверное, если даже тебе холодно... то он умер сразу как только преодолел критическую точку.

— Иди вниз, я поднимусь выше, — приказал Сокол.

— Здесь пространство устроено по-другому, — прохрипел Снеголь. — Я лучше... домой... Мне мама не разрешала вообще сюда подниматься... Здесь сильная концентрация магии... — Он не договорил и начал падать.

Сокол ускорился до предела. Взлетел выше, выше... и очутился на макушке горы. Здесь уже не было темно, а вместо этого светило солнце и было мало облаков, только на горизонте, где-то далеко. Но даже тут не было никого. Только какие-то ворота поодаль, на облаках.

— Наверное, его разорвало... — прошептал он, падая в снег без сил.

Он упал в снег и почувствовал как его тело сильно ослабло и его словно разрывало изнутри. Но в этот момент его рука коснулась чего-то. Он поднял голову. Самурай сидел в позе лотоса, его белый костюм сливался со снегом. Маска из белой ленты не скрывала спокойствия в его движениях. Самурай повернул голову, наклонил ее, словно вглядываясь в Сокола. И в следующую наносекунду они оказались внизу. Сокол лежал в руках Самурая. Снежана отчитывала Снеголя, но голос ее дрожал от страха.

— Ну, сыночек, я же много раз тебя просила не взлетать туда. Когда-нибудь ты сможешь, но не в этом возрасте.

— МАМА, ТАМ СОКОЛ И САМУРАЙ! — крикнул Снеголь.

— Сокол и Самурай? Они же там погибнут! — воскликнула Снежана, но тут же услышала слабый стон Сокола.

Она обернулась. Самурай стоял, держа Сокола на руках.

— Сколько магии... Он умирает, — прошептала Снежана, проведя рукой над телом Сокола.

Тот резко вдохнул, глаза распахнулись.

— Готово, — сказала она, переводя взгляд на Самурая.

Снежана сделала шаг назад.

— Кто ты такой? Как ты... это выдержал?

— Что случилось? — Раздался голос Тени сзади. Он был в своем обычном геройском костюме, но без маски и шапки.

— Одень шапку! — Сказала Снежана и снова обернулась на Самурая. — Он... выжил наверху горы.

— Ну да, а со Славой что? — Ваня посмотрел на Сокола.

— Он долетел до верхушки чтобы спасти Самурая, но похоже сделал глупость...

— Не совсем глупость, раз выжил. — Сказал Ваня.

Из одного из зданий вылетел эльф, его голос дрожал от паники:

— ПОМОГИТЕ! У НАС ТАМ КОНВЕЙЕР ВЫШЕЛ ИЗ-ПОД КОНТРОЛЯ!

Сокол, еще не до конца пришедший в себя, резко встал и тут же пошатнулся, ухватившись за стену пряничного домика.

— Ух... Я лучше постою, — пробормотал он, прижимая ладонь ко лбу.

— ХОТЬ КТО-НИБУДЬ! ПОМОГИТЕ! — крикнул эльф, размахивая руками.

Тень уже был на ногах.

— Пошли, — коротко бросил он, направляясь к зданию.

— Я останусь с Соколом, — начал Тиран, но Самурай положил руку ему на плечо. Пальцы героя сжали ткань куртки, и Тиран замолчал, понимая, что спорить бесполезно.

— Хорошо, — кивнул он Самураю. — Пошли! — крикнул он остальным, бросаясь следом за Тенью.

— Пошли, — Снежана подхватила Сокола под руку, уводя его к дому. — Я напою тебя чаем. — Она бросила короткий взгляд на Самурая. — А ты можешь идти.

Тень, Всплеск, Света и Тиран ворвались в здание. Внутри оно оказалось в сотню раз больше, чем снаружи, будто пространство здесь гнулось под законами магии. Эльфы метались между конвейерными лентами, пытаясь поймать игрушки и подарки, которые, словно живые, вырывались в воздух и кружились в хаотичном танце. Конвейер мчался с безумной скоростью, швыряя коробки и елочные игрушки в разные стороны.

— Я поймаю! — крикнул Тиран, поднимая руки, чтобы создать поле.

Но Всплеск уже надел очки, и его глаза сузились. Он выдохнул, как будто ему было лень этим заниматься.

Всплеск осмотрелся. Все вокруг висело в воздухе, медленно опускаясь. Тень, Тиран и Эхо стояли у входа. Всплеск рванул вправо, добежал до стены и, не теряя скорости, побежал по ней вверх, затем по потолку. В его глазах подарки падали медленно, как в густом сиропе. Он собрал их одной рукой, не глядя, и, подкинув вверх, выстроил в аккуратный ряд. На каждой коробке уже красовались бирки с именами получателей.

Он оттолкнулся от стены, поймал одного из эльфов, который чуть не упал в ленту конвейера, и, не останавливаясь, медленно, пусть и быстрее окружения, поставил его на пол. Ещё через пару движений Эльфы, словно куклы, замерли с поднятыми руками, и Всплеск метнул их вперед, немного раскрутив — как раз под падающие подарки.

Затем он исчез и тут же появился с упаковочными наборами. Вернувшись к потолку, он начал складывать подарки в коробки нужного размера, оборачивая их в яркую бумагу с ловкостью фокусника. Конвейер все еще мчался, но для Всплеска он двигался еле-еле. Он подбежал к панели управления, проследил за проводами и одним движением выключил питание.

Тиран все еще стоял, руки его медленно поднимались, будто в замедленной съемке. Всплеск вернулся к нему и щелкнул пальцами. Время резко ускорилось. Подарки мягко опустились в руки эльфам. Те, кому не хватило помощников, аккуратно в пирамидку у стены. Конвейер затих.

— Что поймаешь? — Всплеск снял очки, бросил их в карман и вытащил леденец, который, видимо, успел украсть у эльфов.

— Эм... Ничего, — растерянно ответил Тиран, оглядывая идеально упакованные коробки. — Это... Это ты сделал?

Всплеск не ответил. Он уже жевал леденец, прислонившись к стене, и смотрел, как эльфы радостно разбегаются с подарками.

— А где конфеты? — вдруг спросил он, заметив, что леденец растаял.

— А может ты его съел, — фыркнула Света, складывая руки на груди. — Или это ты тоже не заметил ?

Всплеск пожал плечами:

— Может, я еще не доел.

Тиран покачал головой, но улыбнулся.

— Ладно, — сказал он. — Теперь знаем, к кому обращаться, если конвейер сломается.

— Готово, починил. — Раздался голос тени который уже стоял у панели управления конвейером.

Всплеск обернулся на Тень:

— К.. Когда ты успел к нему подойти?

Дед Мороз стоял у большой деревянной доски, на которой магией проступали строки важной информации. Его пышная борода слегка колыхалась, будто живая, а пальцы перебирали кончики усов в задумчивости.

— Папа! Снеголь опять летал на гору! — Снежана подбежала к нему, голос ее дрожал от волнения.

— Угу. И как высоко долетел в этот раз? — Дед Мороз не отрывал взгляда от доски, продолжая гладить бороду.

— Вроде до половины.

— Растет мальчик. Молодец, — Дед Мороз кивнул, но тут же нахмурился. — Хотя не должен.

— Ну поговори с ним, пожалуйста. Я за него волнуюсь, — Снежана сложила руки, глядя на отца.

— Если бы ты могла быть построже...

— Ну не умею я злиться! — Снежана фыркнула, но даже это прозвучало мило.

— А зачем он туда летал? — Дед Мороз наконец оторвался от доски.

— Они с Соколом летали туда, чтобы спасти Самурая, — ответила Снежана.

— Самурая? А он что там делал?

— Видимо, медитировал всю ночь.

Дед Мороз резко обернулся, борода взметнулась в воздух.

— Медитировал? Как высоко?

— На вершине горы, прямо у ворот, — Снежана сглотнула.

— Медитировал у врат Рая и его не разорвало? Еще и при такой температуре? — Дед Мороз подошел ближе, глаза его сузились.

— Наверное, там было около минус восьмисот миллиардов градусов, если считать по Цельсию. Так приборы показывали.

— И как высоко долетел Сокол?

— До верха.

— Он выжил?

— Да. Я в шоке.

— У него есть потенциал впитывания магии. Значит, он может впитывать практически любую энергию, прямо как Вихрь, — Дед Мороз потряс головой. — А Самурай?

— Как только они вошли в нашу страну, я сразу почувствовал ауру. Она не сравнима ни с чем. Он гораздо сильнее меня, — Снежана опустила взгляд.

— Тебя? Но как?

— Не знаю. У нас своих дел много. Мы сделали только часть подарков, пусть и большую, — Дед Мороз вернулся к доске.

— Когда будешь доставлять?

— Наверное, сейчас. Вынырну в будущем, в канун Нового года, и разнесу по вселенным, где в меня еще верят. Останется только наша.

— Ты договорился с двенадцатью месяцами?

— Да.

— Хорошо.

Дед Мороз вышел из-за доски и направился к одному из цехов. Внутри Тень, Тиран, Самурай и Сокол стояли у огромного мешка размером полтора на полтора метра. Он выглядел бездонным — даже двухметровая коробка легко исчезала внутри.

— Пока Всплеск и Эхо со Снеголем помогают в других местах, я запряг ребят, чтобы подарки складывали в мешок, — Тень говорил без маски, голос его звучал мягче обычного.

— Вроде все сложили, — Тиран опустил телекинезом последнюю коробку внутрь. — Как это туда влезает?

— Стой! — Сокол подбежал, держа в руках непонятный камень. — Вот еще. Интересно, кому он нужен? Это же просто камень.

Самурай молча подошел к конвейеру и выключил его, нажав на рычаг.

— Хорошо, а теперь давайте за мной, — Дед Мороз поправил перчатки и развернулся. — Нужно выносить.

— Хорошо, — Сокол подошел к мешку и уперся руками. Напрягся, но мешок не шелохнулся. — Что за...

— Давай вместе, — Тиран присоединился, активируя телекинез. Даже так они не смогли сдвинуть мешок ни на сантиметр.

— Сколько же он весит? — Тиран вытер пот с лица. — Я подвинул луну, но не могу сдвинуть его...

— Не знаю сколько весит, но здесь должно быть больше чем тригинтиллион подарков, — Тень скрестил руки.

— Сколько? — Сокол замер.

— 93 нуля.

— Ну поднажмите, мне это еще развозить, — Дед Мороз усмехнулся, не оборачиваясь.

Пока Сокол и Тиран пыхтели, Самурай подошел к мешку. Он не спеша взял его одной рукой и закинул на плечо, словно это была обычная сумка с покупками.

— Это как... — Сокол открыл рот, не веря своим глазам.

— Не отстаем, — Тень хлопнул его по спине и направился за Дедом Морозом.

Мешок на плече Самурая не шевелился, будто его и не было. Дед Мороз кивнул, довольный.

Они пошли за Дедом Морозом. Он подошел к саням и резко развернулся, борода взметнулась в воздух.

— Давай мешок, — потребовал Дед Мороз, протягивая руку.

Самурай молча передал мешок. Дед Мороз взял его одной рукой и легко положил в сани. Двенадцать оленей, запряженных в упряжку, зашевелили ушами.

— Сегодня покатаемся наконец-то! — закричал первый олень, топая копытом. — Мы отдыхали только пятнадцать лет, а ездить нам — миллионы! Что за несправедливость!

— Тихо, ребята, — Дед Мороз прищелкнул языком. — Снежана! — крикнул он в сторону деревьев.

Из-за поворота вылетели Снежана и Снеголь. Снежана уже сменила красное платье на синюю дубленку, волосы развевались на ветру.

— Ну дедушка! Ну можно с тобой! Ну пожалуйста! — Снеголь прыгал вокруг саней, пытаясь ухватиться за край.

— Нет, малыш. Пока не вырастешь, нельзя выходить за пределы Устюга! — Дед Мороз покачал головой.

— Снеголь, давай сюда, — Тень подозвал сына, стоя у саней. — Не мешай им.

Снежана бросилась на шею Тени, обняла так крепко, что он едва дышал.

— Мы скоро вернемся, — прошептала она, слезы капали на его куртку. — Я буду так скучать!

— Сколько вас не будет? — Сокол подошел ближе, прищурившись от ветра.

— В этом году полтора триллиона лет. Ну, для вас где-то... — Старик пожал плечами. — Может, секунду, может, две.

— Им это не принципиально, — Тень повернулся к Соколу. — Они бессмертные. Они развозят подарки миллионами лет, а потом возвращаются во временную точку, из которой вынырнули. Это если в будущее возить. А то чем больше подарков — тем больше проблем. Ресурсы бесконечные, но сложно все контролировать.

Снежана положила руки на щеки Тени и поцеловала его.

— Любимый... зайчонок, — прошептала она.

Ваня покраснел, отвел взгляд.

— Ну все. Хватит. Жду тебя, — сказал он, пытаясь сохранить серьезность.

— Снегурочка! — Дед Мороз щелкнул пальцами. — Пошли!

— Вы можете развезти в канун Нового года, — Тень кивнул на сани. — Зачем же сейчас?

— Чтобы потом меньше было делать! — Снежана улыбнулась, уже садясь рядом с отцом.

— Ладно, папаша, — Тень хлопнул Деда Мороза по плечу. — Летите.

Олени засветились ярким светом и исчезли вместе с санями. Через секунду они появились снова. Снежана и Дед Мороз не изменились — те же лица, те же позы. Снежана тут же спрыгнула с саней и набросилась на Тень, сбив его с ног.

— Ванечка! Я так скучала! — крикнула она, смеясь сквозь слезы.

— Сколько в этот раз? — Тень пытался вытащить голову из снега.

— Полтора триллиона лет, — Дед Мороз спрыгнул с саней, поправляя перчатки. — Ну ничего страшного. Могло быть и больше.

Снежана вскочила, схватила Тень за шкирку и потащила по снегу. Он оставил за собой глубокий след, но не сопротивлялся.

— Эй, куда вы? — Тиран рассмеялся, наблюдая за ними.

— Долг у меня, — Тень крикнул через плечо, продолжая скользить по снегу.

— Какой? — Сокол наклонился, пытаясь разглядеть.

— Супружеский, — Тень исчез за углом, но след на снегу все еще вел к дому.

Тиран хлопнул Сокола по спине.

— Ты так много лет развозите подарки, а потом возвращаетесь и продолжаете их производить? — спросил он Деда Мороза.

— Для этого нас и создал Автор, — Дед Мороз погладил оленя по шее. — Бесконечный цикл. Ну ничего. Пойду по делам. Снеголь, покорми оленей и покажи нашим гостям настольные игры. А у нас еще эта планета, раз мы все остальное перенесли. До Нового года не так много времени — здесь примерно десять дней осталось. Отдыхайте, я позову, когда надо будет.

Он развернулся и зашагал к цеху, борода его колыхалась в такт шагам. Где-то вдалеке Снеголь уже учил Сокола играть в ледяные кости, а Тиран смеялся над тем, как Снежана тащит Тень обратно в пряничный домик.

Снеголь подошел к оленям, его ладонь скользнула по мокрому носу одного из них. Он поднял руку, и вокруг появились тарелки с любимыми блюдами оленей.

— Ну как в этот раз? Где побывали? — спросил Снеголь, улыбаясь.

— Везде, Снеголь, — пробурчал первый олень, фыркнув. — Когда-нибудь и ты побываешь.

— Не обнадёживай парня, — проворчал второй, опустив голову. — Это рутина, а не развлечение.

— Заткнись, Февраль! — рявкнул третий, ударяя копытом в снег.

— Да пошел ты, Март! — огрызнулся второй.

— Вас что, зовут по месяцам? — Тиран наклонил голову, рассматривая оленей.

— Какой месяц нас подарил, так нас и зовут, — ответил первый олень. — Мы можем менять форму и внешность. Жаль, только в животных.

— Что значит месяцы подарили? — Света подалась вперед, глаза ее расширились.

— Меня подарил Июнь, — похвастался один из оленей. — Поэтому меня так и зовут.

— Месяц... это как? — Сокол нахмурился, сжимая кулаки.

— А как вы друг друга различаете, вы же... — Света покраснела, опуская взгляд. — Одинаковые.

— Кто бы говорил, — хором фыркнули двенадцать оленей, Тиран и Тень. Они засмеялись, хлопая друг друга по плечам. Сокол присоединился к смеху, но Самурай остался неподвижен.

— А ты чего стоишь? — Света обернулась к Самураю, щеки ее горели. — Мог бы защитить даму.

— Он, наверное, любовался на свой костюм, — Тиран усмехнулся. — Он же обычно в черном.

— Да, это типа новогодний у тебя? — Сокол ткнул пальцем в белый костюм Самурая. — Тень говорил, у тебя еще красный есть. Только ты его ни ращу не одевал.

Самурай опустил голову, каса скрыла его лицо.

Снеголь подошел к оленям, его ладонь скользнула по мокрому носу одного из них. Он поднял руку, и вокруг появились тарелки с любимыми блюдами оленей.

— Ну как в этот раз? Где побывали? — спросил Снеголь, улыбаясь.

— Везде, Снеголь, — пробурчал первый олень, фыркнув. — Когда-нибудь и ты побываешь.

— Не обнадёживай парня, — проворчал второй, опустив голову. — Это рутина, а не развлечение.

— Заткнись, Февраль! — рявкнул третий, ударяя копытом в снег.

— Да пошел ты, Март! — огрызнулся второй.

— Вас что, зовут по месяцам? — Тиран наклонил голову, рассматривая оленей.

— Какой месяц нас подарил, так нас и зовут, — ответил первый олень. — Мы можем менять форму и внешность. Жаль, только в животных.

— Что значит месяцы подарили? — Света подалась вперед, глаза ее расширились.

— Меня подарил Июнь, — похвастался один из оленей. — Поэтому меня так и зовут.

— Месяц... это как? — Сокол нахмурился, сжимая кулаки.

— А как вы друг друга различаете, вы же... — Света покраснела, опуская взгляд. — Одинаковые.

— Кто бы говорил, — хором фыркнули двенадцать оленей, Тиран и Тень. Они засмеялись, хлопая друг друга по плечам. Сокол присоединился к смеху, но Самурай остался неподвижен.

— А ты чего стоишь? — Света обернулась к Самураю, щеки ее горели. — Мог бы защитить даму.

— Он, наверное, любовался на свой костюм, — Тиран усмехнулся. — Он же обычно в черном.

— Да, это типа новогодний у тебя? — Сокол ткнул пальцем в белый костюм Самурая.

— В черном он убивает только тех, кого надо, — Тень скрестил руки. — В белом — никого. Еще у него есть красный, но он его никогда не носил.

Самурай опустил голову, каса скрыла его лицо.

Команда оставила оленей и направилась к пещере Снеголя. Внутри царил беспорядок: игрушки и ледяные фигурки валялись повсюду. Снеголь махнул рукой, и все предметы мгновенно убрались на свои места.

— Фырк, — Всплеск скрестил руки, наблюдая за скоростью мальчика.

Снеголь открыл шкаф, достал несколько игр.

— Здесь холодно, — Света обхватила себя руками, зубы ее стучали. — Пошли в другое место.

— Не холодно здесь! Всего минус тридцать! — Снеголь махнул рукой, игры исчезли в искрах. — Если хотите, проверим, свободен ли пряничный домик.

Команда направилась к пряничному домику. Изнутри доносились странные звуки.

— Что происходит? — Света замерла, сжимая кулаки.

Сокол посмотрел на дом, лицо его побелело.

— Ты не хочешь это знать... — прошептал он.

Дверь распахнулась. Снежана стояла в распущенном халате, затягивая пояс синего халата с бабочками.

— Ой, — выдохнула она, поправляя волосы. — Вы уже вернулись?

Света отвернулась, щеки ее пылали. Снежана провела рукой по лицу, пытаясь скрыть улыбку.

— Мы... э-э-э... искали место потеплее, — пробормотал Сокол, не глядя на дверь.

— Заходите, — Снежана отступила в сторону, придерживая дверь.

Команда переступила порог. Внутри пахло корицей и теплом. Тень лежал на диване, прикрыв глаза, но уголки его губ дрогнули в улыбке.

— Папа, ты проснулся? — крикнул Снеголь, заглядывая внутрь.

Тень приоткрыл глаза.

— Я и не сп... — Он увидел Свету, ее глаза сузились, и голос замер, а голова резко развернулась в сторону. — Да. Проснулся.

Снежана махнула рукой, и скатерть на столе поправилась сама собой. Снеголь щелкнул пальцами — в воздухе вспыхнули бенгальские огни, а на столе появились коробки с настольными играми.

— Ну, с чего начнем? — спросил он, потирая ладони.

— Давайте с этой! — Сокол схватил коробку, на которой красовалась надпись «Стратегия». — Я видел в интернете, давно хотел поиграть!

— Хорошо, — Снежана села рядом с Тенью, опустив голову ему на правое плечо.

Света опустилась на стул напротив, пальцы ее сжались в кулаки. Ее взгляд, тяжелый и колющий, блуждал между Снежаной и Тенью.

— Он мой. Сучка, — пронеслось у нее в голове.

— Не твой. И не мой. Это мы принадлежим ему, — ответила Снежана телепатически, не отрывая глаз от доски.

— Нет уж, это не нормально! — мысленно бросила Света, кусая губу.

— Если бы ты понимала нарратив, ты бы так не считала. Мир вертится вокруг него! — Снежана слегка наклонила голову, и ее дыхание коснулось уха Тени.

— Эй, девочки, вы сейчас друг друга взглядом просверлите! — Сокол хлопнул ладонью по столу, прерывая телепатический спор.

Света отвела взгляд, а Снежана улыбнулась, поправляя волосы.

Солдатики были расставлены. Все следили за ходом, кроме Светы, которая не сводила глаз с Снежаны. В конце остались только Всплеск и Тень.

— У меня командир низкого уровня, зато большое войско высокого уровня, — Всплеск поправил серые очки, сдвинутые на лоб. — А у тебя наоборот: генерал высокого, а бойцы низкого. Сдавайся!

Остальные, выведенные из игры, сидели вокруг, наблюдая за финальным раундом. Тень сгорбился над доской, расставляя юниты.

— Начинаю атаку! — бросил он, и его войска рванули вперед.

— Иду в защиту! — Всплеск вскочил, но было поздно. Юниты Тени уже уничтожили столицу.

— Но... как? — пробормотал Всплеск, опускаясь на стул.

— Стадо баранов, возглавляемое львом, всегда одержит победу над стадом львов, возглавляемых бараном, — Тень откинулся на спинку дивана.

— Наполеон Бонапарт! — воскликнул Тиран, хлопая по колену.

— Может, теперь в монополию? — предложил Тень, собирая фигурки.

— НЕТ! НЕ ИГРАЙТЕ С НИМ В МОНОПОЛИЮ! — Тиран резко встал, подняв руки. — Он разорит вас всех!

— Ладно. Может, тогда в покер? — Тень усмехнулся, перебирая карты.

— И В ПОКЕР! — Тиран закрыл лицо ладонями.

Снеголь засмеялся, а Снежана снова положила голову на плечо Тени. Света сжала зубы, но промолчала. За окном падал снег, а внутри пряничного домика, среди смеха и споров, Новый год становился ближе.

Дед Мороз позвал Всплеска к себе в кабинет, где мерцали ледяные часы, отсчитывающие время до Нового года.

— Что случилось? — Всплеск остановился в дверном проеме, поправляя шапку.

— Теперь твоя очередь. Ты умеешь бегать в будущее? — Дед Мороз повернулся от доски, на которой светились цифры.

— Ну, технически... Я не пробовал.

— Отлично. — Дед Мороз протянул мешок, переливающийся бело-желтыми частицами. — Вот мешок и немного магии, чтобы ты смог его поднять.

— А почему я должен это делать? — Всплеск нахмурился, сжимая кулаки.

— В детстве я принес тебе подарок, но за то, что ты шалил, родители отняли его у тебя. Ты подумал, что я не принес его, и захотел стать Дедом Морозом, чтобы никто так не поступил. Ты разносил подарки родителям и друзьям, даже когда у тебя не было суперспособностей. Строил скрытые домики из снега, чтобы те, кто были тебе дороги, дольше не приходили домой. Ты мой главный помощник. Это твой шанс воплотить мечту... — Дед Мороз не договорил.

Всплеск влетел в его объятия раньше, чем старик успел моргнуть.

— Спасибо, — прошептал он, сглатывая ком в горле. — Спасибо.

— Я знаю, что тебе не все равно. Ты хороший мальчик. — Дед Мороз тряхнул рукавицей, и из нее высыпались мерцающие частицы. Всплеск почувствовал тепло в груди.

Старик отпустил его. В руках Всплеска появился костюм, похожий на одежду Деда Мороза.

— Нужно подправить, — пробормотал он, делая пару движений. Костюм стал чуть шире, появилось место для очков, которые он носил для бега. Он оделся, взял мешок, будто тот весил не больше подушки, и сказал:

— А сколько их?

— Двести миллионов.

— А я думал, будет сложно! — Всплеск усмехнулся.

— Это займет мало времени.

— Не для меня.

— Ладно. Теперь можешь выйти за пределы Устюга. Только не ногами. Через резиденцию.

— Это то трехэтажное здание из кирпича?

— Да. Наберешь 2703 на телефоне.

— Ладушки.

Всплеск направился к резиденции, но перед ним внезапно появился... он сам. Только этот Всплеск выглядел похмурившимся, словно плакал.

— Ой, прости. Проходи, — сказал прошлый Всплеск, отступая в сторону.

— Да ничего. Спасибо, — ответил нынешний Всплеск и вошел внутрь.

Внутри резиденции эльфы застыли в позах офисных работников. Для Всплеска они были неподвижны, как скульптуры. Он подошел к телефону, снял трубку и набрал 2703.

Мир рванул вперед.

Он вышел на улицу Великого Устюга в России. Ночь. Снежинки висели в воздухе, замерзшие в его скорости.

— Так. Если чтобы попасть в прошлое надо бежать вперед, значит, чтобы попасть в будущее... — Всплеск поправил мешок на плече. — Нет. Бред. Может, если бежать отрицательно?

Он побежал. Время пошло вперед. Остановился у ближайшего здания. Продавец за прилавком был неподвижен. На стене электронные часы показывали: 30 декабря.

— Тридцатое. Еще немного, — прошептал он, доедая печенье, которое взял где-то по пути.

Ускорился. Все вокруг засветилось. И врезался во что-то.

Камера оператора четвертой стены снимала его. Всплеск не заметил ее и ударился лбом. Камера треснула.

— Ай! — крикнул он, поднимаясь. — А вы еще кто?

— Мне теперь менять линзу! — раздался голос за кадром.

— А нечего ставить свою камеру здесь! Где только менты уже не стоят! А вы что смотрите? — Всплеск обернулся к зрителям.

Камера опустилась в пол и выключилась.

— Стой! А объектив кто мне менять будет? — донеслось из темноты.

Когда камера включилась, Всплеск стоял у заправки. Электронные часы показывали 23:59 31 декабря 2026 года.

Он снял очки для бега, протер глаза и достал книжку с записями. Проверил адрес, снова надел очки.

— Поехали.

Он бежал по планете, разнося подарки. В комнаты, где люди ждали Деда Мороза, вплывало желание спать. Но Всплеск был быстрее. Кладя подарки, он почти закончил, осталась только Москва.

— Так. Москва, — Всплеск поправил фальшивую бороду. — Сначала за наушниками.

Он зашел в свой подъезд, но дверь оказалась запертой.

— Круто! Фазировать я не умею, — пробурчил он. — Придется проходить через реальность.

Реальность засветилась. Он прошел сквозь дверь, как сквозь воду. В квартире снял шапку, поправил серебристые волосы, снова надел ее. Выглянул в окно.

На улице мутанты атаковали гражданских. Перед ними стояли Берсерк, Вихрь и Артем в темной маске.

— Ну нет. Только не в Новый год, — прошептал Всплеск.

Он переоделся в обычную одежду: черную майку, джинсы, серую куртку. Включил наушники, собранные Тенью. Вышел через окно, наступил на стену, которая стала для него полом.

Спустился к месту боя. Опустил руки пирокинетиков, приставил мутантов спина к спине, метнулся в сторону и вернулся с гирляндой. Обмотал ими врагов, положил сверху перчатку Берсерка.

— Так... — он оглянулся на Вихря. — Хм. А ведь он бегает на скорости света.

Всплеск воткнул вилку гирлянды Вихрю в нос и раскрасил вихря в цвета деда мороза. Гирлянда засветилась, а Всплеск уже стоял в костюме Деда Мороза с мешком.

— Так. Все доставил. Кроме одного...

В больнице он обежал палаты. Нашел нужную. Девушка лежала подключенная к аппарату. Всплеск достал маленькую коробочку.

— Я был слишком медленный. Но не теперь. Я принес тебе подарок, — прошептал он, кладя коробку на подушку.

Когда он хотел уйти, в мешке нашел еще одну коробку: «Петю Максимову».

— Открою в Новый год, — улыбнулся он.

Вернувшись в прошлое, Всплеск вынырнул у Деда Мороза. Перед ним стоял... он сам, еще не отправившийся в будущее.

— Ой, прости. Проходи, — сказал он.

— Да ничего. Спасибо, — ответил прошлый Всплеск и вышел.

Когда-то через некоторое время, в новый год, Вихрь скажет "Эй! Это ваши приколы?"

— Спасибо, — Дед Мороз кивнул, глядя на мерцающие ледяные часы. — Так как подарки готовы и доставлены в будущем, время начнет менять течение. Новый год наступит не через четыре дня местного времени, а уже через четыре часа. Пора уезжать.

Всплеск появился среди команды в своей обычной одежде. Снежана стояла у самолета, глядя на небо, где полярное сияние трещало, как стекло.

— Пора уезжать, — Всплеск щелкнул пальцами, собирая последние вещи.

— Да, — Снежана кивнула, не отрывая взгляда от неба. — Я помогу собрать вещи.

За минуту команда упаковала все. Никто не говорил. Только шуршание сумок и стук сердец.

Когда Тень поднялся по лестнице самолета, Снежана схватила его за руку.

— Останься, пожалуйста... — прошептала она, целуя его в губы.

— Не могу. Я нужен им, — Тень опустил голову, голос его дрогнул.

Снежана провела ладонью по его щеке. Он прижался к ней, как будто пытаясь запомнить тепло.

— Котенок... — прошептала она.

— Твой, — ответил Тень, сжимая ее пальцы.

— Я буду ждать.

Команда зашла на борт. Самолет оторвался от земли вертикально вверх. Тень остался стоять на лестнице, пока крышка не начала закрываться.

— Пока, папа! — Снеголь помахал толстой книгой.

— Пока, сынок! — Тень активировал маску, но голос остался мягким.

Самолет исчез в облаках. Снежана обняла Снеголя, глядя на след из снежинок.

— Сынок, что это? — спросила она, указывая на книгу.

— Это сборник папиных книг, — Снеголь улыбнулся. — Он сам написал их все.

На борту Света сидела у окна, лицо ее пылало.

— Ну наконец-то ты стала идеальной женщиной. И красивая, и молчишь, — Тень снял маску, глядя на нее.

— ТЫ ОФИГЕЛ?! ТАК ОТКРЫТО МНЕ ИЗМЕНЯТЬ?! ЕЩЕ И НЕ С ОДНОЙ! — Света вскочила, сжимая кулаки.

— Ну вообще-то, она мне жена, — Тень пожал плечами, доставая телефон.

— ЧТО?! — Света замерла, глаза ее расширились.

За иллюминатором промелькнула первая снежинка Нового года.мГде-то вдали зазвенели куранты, а Вихрь стоял раскрашенный в костюм деда мороза, с вилкой от гирлянды в руках и морковкой во рту.