В неволе слышишь запах книг (гет)

Иногда нужен толчок.

* * *

Эта история взяла начало одним осенним вечером, спустя неделю после случая с детьми и Машей. Люди ушли, библиотеку закрыли. Интересный факт: здесь главная героиня не я, а... Впрочем, сейчас узнаете.

Началось всё со стола — прямоугольного такого, деревянного. За ним я и ещё несколько духов читали книги. Вернее, комиксы. Не помню уж, что попалось лично мне, зато чётко запомнила чтиво Альберта. Обложка его комикса пестрела красными и чёрными оттенками, формы персонажей отличались угловатостью и эксцентричностью, как и сама вселенная — "Отель Хазбин". Юный дух перелистывал цветные странички, то и дело посмеиваясь. Естественно, свои "весомые" комментарии он отпускать не забывал.

-О как, какой красавец... Ну, давай, давай, родимый, сотри их всех!.. Ну куда ты лезешь, дура крашеная? А ты ваще не подходи, мадама недотрога... О-о-о да, сделай их, психически нестабильный красавец!.. Пхах... Пха-ха-ха-ха! Всё, гасите свет, он вас не урыл, а закопал!

-Уровень децибел превышает допустимую норму, — Вика недовольно посмотрела на парня поверх комикса про какой-то космический корабль. -Что у тебя там?

Алик театрально отложил "Отель" в сторонку, изящно скрестил руки на груди, закинул одну ногу на другую и из многочисленного боезапаса улыбок нацепил одну из самых бесячих.

-Так, ну во-первых, колючка, — тут Вика, к которой обратился Ал, отвернулась и, по-моему, смутилась, что было очень даже мило. -Смеюсь я не столько из-за стопки крашеной бумаги, сколько для того, чтобы поиздеваться над сидящими здесь личностями. Ты же зна-а-аешь, дорогуша, мне нравится трепать нервы другим. А во-вторых... Судьба свела меня с неким Радио-демоном. Аластор, знаете такого? Нет? Я полагаю, мы бы нашли темы для беседы.

-Ага, а ты знал, что твой Ал при жизни был серийным убийцей, что убивал из-за любой мелочи и с большим удовольствием? Это не садизм, Алик, это тяга к убийствам, — не отрываясь от манги про школу, проронила Рита.

-А, ну... — Альби встал, но быстро уселся обратно. -Весомый аргумент... Подожди, а ты откуда знаешь?

-Как-никак, я тут дольше всех нахожусь, — рыжая леди не сдержала смешинку.

Альби поспешил сменить тему после небольшой паузы:

-Хах, вы только посмотрите, эта Соня опять спит!

Все переключили внимание на блондинку. Та в самом деле мирно сопела. Снова. Альберт хитренько подмигнул и потёр ладоши, вероятно, подражая киношным злодеям. В его кровавого цвета глазах я уловила опасную искру. Марго лишь покачала головой, как уставшая от этой жизни старшая сестра. Вика, мгновенно осознав замысел Ала, насупилась ещё больше и чуть ли не спиной к нам развернулась. А сам парниша положил руку на плечо Сони, наклонился и начал шептать ей в самое ухо, с притворной (притворной?) нежностью, сквозь которую проскальзывали капли ядовитой издёвки:

-Эй, сонечка-а-а, пора встава-а-ать, завтра зачёт... Сонь, у нас библиоте-е-еку подожгли, пойдём смотреть?.. София, там какие-то первоклашки пакет молока оставили... Со...

Тут девочка громко чихнула. Я вздрогнула от неожиданности. А Альберт... Ему хоть бы хны. Не шелохнулся, чёртик эдакий.

-Ась? Где пожар? — медленно, полушёпотом произнесла она, чуть приподняв голову.

-ХА!!! ПРОСНИСЬ И ПОЙ!!! — тихий голос Алика переключился на крик.

-Что? — бедняжка вздрогнула, отстранившись и поджав тонкие губки. -Ах, это ты... Будь другом, дай поспать, я сон не досмотрела.

-Я — воплощение зла, друзей не завожу, ведь они бы только путались под ногами, — парировал он, после чего залился диким хохотом, от которого лично мне стало страшно.

Но Софа уже не реагировала на него. Она вновь мирно посапывала. Она... Я не могла поверить, что ей реально было тотально фиолетово на выходки Алика, но выглядело это именно так. Алоглазый намеревался и дальше докапываться до неё, но Марго оказалась более рассудительной особой.

-Вот что ты к ней пристал, Алик? Лучше бы в библиотеку имени Грушницкого сгонял. Я там забыла кой-какие книги одолжить, особые экземпляры, а у самой дел невпроворот, ну прям ваще завались... Не поможешь? Я и список тебе дам, — отчеканила она, с силой захлопнув своё чтиво.

-Вот как? — Ал, усмехнувшись, развёл руками. -И с какого семафора я должен тебе помогать? Мне это невыгодно. Так что-о-о, прости, дорогуша, но давай как-нибудь сама. Ты сильная, я в тебя верю-ю-ю!

-А с такого, что тебе невыгодно меня бесить. Тебе не нужны лишние проблемы, которые я могу устроить специально для тебя, и ты прекрасно это знаешь.

-О-о-о-о-о, наша валькирия с огненными волосами взбунтова-а-алась! Спасайся, кто может, грядёт страшный пожар!.. Ха-хах, как это уморительно!

И тут моё сознание посетила гениальная идея. Ну, не сказать, что прям гениальная, скорее, рискованная, порождённая эмоциями... Но я всё равно подскочила и шепнула Рите пару словечек. Та, выслушав меня со вниманием, улыбнулась краешками губ.

-Да, точно. Замечательно. Кристи, ты гений, — девушка заговорила вкрадчиво и как-то чересчур сладко. -Ал, ты пойдёшь туда вместе с Софией. Так будет быстрее и веселее. К тому же, эта спящая красавица ни разу не выходила из нашей библиотеки...

Альберт напрягся. Его напряжение мгновенно передалось через уникальную, неповторимую ухмылку.

-Простите, что? Нет, такого не было. Извинитесь. — выдавил из себя он.

-Извиняю, — невозмутимо ответила Марго.

Его ухмылка превратилась в оскал, улыбку маньяка. Ударив кулаками по столу, он поднялся на ноги.

-Нет, ну это... Это уже не смешно... У вас нет чувства юмора, мадмуазель! Хех... Хотя нет, наоборот, это слишком, слишком забавно для того, чтобы быть реальностью!

Даже Соня пробудилась. Не знаю, как это сработало. Судьба, наверное...

-Куда? При чём тут я? — пробормотала она, растерянно поворачивая головушку туда-сюда.

Спустя неизвестно сколько минут Маргарита всё-таки принудила Алика и Сонечку выполнить её якобы просьбу, которая больше походила на суровый приказ от начальства. "Верные помощники" встали и неспешно поплелись в кладовую. Уходя, Альби бросил на меня взгляд. Этот взор... О, кажется, он готов был убить меня с маниакальной лыбой, но держался из последних сил ради неведомой, призрачной цели. Я лишь подмигнула. Всеми своими движениями я обнажала натуру истинного шиппера. Что поделать, начиталась всяких романов, теперь вот решила сводить людей. И он это заметил. Ему явно не понравилось. А я...

-Кстати, а почему у Альберта такое... Иностранное имя? — вопрос, который возник в моей головушке давно, теперь сорвался с моих уст.

-А? — Рита рассеянно моргнула. -Ну... Он говорил, что прибыл в Россию из-за границы. Кажется, его родители мигрировали откуда-то... Но он никогда не говорил, зачем и откуда.

И только Виктория промолчала в тряпочку, мрачно косясь на нас из-под неровной чёлки цвета крыла ворона. Догадаться, что у неё творилось в потаённых уголках головы? Нет, простите, это было свыше моих сил.

* * *

-Прошу вас, мисс Всегда-в-облаках.

Альберт крепко взял ручку двери и потянул на себя. Та со скрипом распахнулась, открыв ему и его спутнице особый, невидимый для людей путь — путь прямиком в другие библиотеки. Альби пригнулся в изысканном полупоклоне, сделал жест свободной рукой, как бы пропуская юную даму вперёд. Миниатюрная блондинка, со вздохом бросив на парня быстрый взгляд сквозь длинную, густую шедевро-чёлку, вошла внутрь — медленно, плавно, с осторожностью.

-Вот же... Навязали на шею, нянчись теперь с ней... Хорошо, хоть Кристи треклятую за компанию не послали, — тихонечко процедил Алик, отвернувшись и нацепив улыбочку жутко взбешённого человека, после чего силой воли запрятал ярость куда подальше и, шагнув за девочкой, захлопнул дверцу.

Как только Ал сделал это, двоих духов секунд на пять поглотила кромешная тьма, а потом вдоль длинного коридора одновременно, как по щелчку пальцев, зажглись небольшие свечи. Мягкий свет, исходивший от тёплых огоньков, пролился на пол и потолок, на необычные стены. Почему необычные? Дело в том, что они представляли из себя два стеллажа, на которых плотными рядами красовались разноцветные корешки книг. Все бумажные носители на самом деле были пустыми, поэтому ими интересовались только призрачные художники да писатели. Ну и Софа. Она еле плелась и постоянно вертелась, желая впитать в себя атмосферу сего чудно́го места. Юная соня даже алоглазого спутника ни о чём не спрашивала, поскольку не хотела разрушать ту умиротворённую тишину, что смешивалась только с треском огней и шагами "помощников" Риты. Хотя... Молчаливость и без того была частью её образа. Девочка с длинной чёлкой нечасто разговаривала с другими, с алоглазым чертёнком в том числе.

Алик терпел медлительность Софии относительно долго. Поначалу он просто следовал за ней, расслабившись, сцепив ладони в замок на затылке. Но и у Альби терпение было определено не бесконечным. Ему это надоело.

-Ну что ты возишься, как полусонная? Давай, подъём, нам ещё до библиотеки Грушницкого дочапать нужно, а там ещё круче, чем здесь.

-А, да? — голос Софы звучал рассеянно.

Алик молча покачал головой, после чего схватил спутницу за руку и потащил её за собой. Для неё это было не то чтобы неожиданно... Скорее, просто внезапно. Однако сопротивляться девчушка не стала. Вместо этого она позволила Альберту вести себя куда угодно. Она не удостоила его даже грубого слова... Ну да, как всегда. Софа никогда особо не сопротивлялась. Ну не умела она этого. Так уж вышло. Поэтому Алик, выкидывая в её сторону разнообразные штуки, определённо не стеснялся. Вот только иногда он почему-то прятал взгляд, особенно когда брал её за руки. Например, как сейчас...

* * *

-Ого... Ничего себе...

Софа стояла посреди огромного читального зала с открытым ртом. Да, библиотека Грушницкого определённо завораживала своими размерами. В принципе, она не сильно отличалась от родной книжной обители миниатюрного духа, разве что была гораздо темнее. И больше. И многолюднее. Ну и ещё, пожалуй, загадочнее. Здесь, в этом новом, незнакомом и таком величественном месте, София ощущала себя маленьким листком на просторах бескрайнего леса... Ах, точно, ещё тут какой-то умник догадался выкрасить стены в жёлтый цвет.

-Добро пожаловать во внешний мир! — Альберт легко оттолкнулся от пола и взмыл в потолок с распростёртыми руками. -Библиотека имени Грушницкого с гордостью готова принять желторотых птенцов... То есть тебя, Софа!

Девочка в порыве душевного потрясения хотела было что-то сказать, но заставила себя заткнуться. Один миг — и её удивление сменилось обыденным вялым спокойствием. Немного подумав, белокурая особа подлетела к Алику. Она вопросительно качнула головой, мол, куда теперь идти. Алоглазый оказался догадливым малым, намёк понял быстро. В сей же миг он, вновь схватив ладонь спутницы, отправился в путь. И снова София послушно поплелась следом. Но... В один момент она всё-таки вырвалась, остановилась, чтобы рассмотреть люстру. И это было зря, очень зря, потому что девчушку чудесным образом сразу же настигли неприятности.

-СГИНЬ С ДОРОГИ!!!

Софу сбило нечто живое и явно человекоподобное. Бедолага, у которой из лёгких вышел весь воздух, отлетела к ближайшей полке, сползла вниз. Всевозможные книги одна за другой попадали на её белокурую головушку разноцветным дождём, а та ни отскочить, ни прикрыться не успела, даже от возгласов воздержалась. Соня крепко зажмурила глаза. А когда открыла, её взор сквозь светлую чёлку устремился к объекту, сбившему её. Это был юнец примерно её лет, ростом чуть ниже среднего, худощавый, но гибкий и крепкий, рыжий, лохматый, с забавным чубчиком, в мешковатой яркой одежде. Он и не подумал подсобить, лишь стоял и наблюдал, скрестив руки на груди.

-Ну, я же предупреждал... — наконец заговорил он с тяжёлым вздохом, закатив глаза и потерев нос. -Ты вообще кто такая, чучундра?

-Я... — девчушка почесала затылок. -Меня зовут София. Я пришла сюда из другой библиотеки. Меня послали со списком литературы вместе с А...

София осмотрелась и с неприятным ощущением подметила, что Альберт благополучно смылся, а сама она благополучно отстала. Машинальным движением блондинка подобрала с пола какую-то книжицу.

-... Вместе с одним знакомым, — закончила она фразу.

-Вот как? — рыжик фыркнул. -В таком случае, переставай спать на ходу, а то тебя тут в порошок сотрут.

Юнец удалился так же внезапно, как и примчался, причём не сказал ни "привет", ни "пока". Сонечка со спокойной миной проследила за его уходом, после чего зевнула, прижала книжицу к груди, свернулась в клубочек и... С чистой совестью задремала. Но, к её большому сожалению, поспать по-нормальному не удалось: в самый неподходящий момент объявился Альби.

-Подъём в строительных войсках! — его громкий голос раздался жутким грохотом в голове миниатюрной души.

Софа дернулась, как наэлектризованная, поднялась на ноги и с полусонным видом уставилась в упор на Ала. Тот хихикнул, изящно прикрыв рот ладонью, и с той же аккуратностью забрал книгу, которую блондинка до сей поры не отпускала.

-О, а вот это нам понадобится. Ага... Ладушки, теперь топаем дальше! И... Кхм, не отставай от меня больше, хорошо? Не хочу отчитываться за тебя перед нашей огненной валькирией.

* * *

-Ой, какая миленькая!

У юной Софии уже начинала кружиться голова. Ей положительно не повезло наткнуться на двух девочек-духов. Эти девицы были подружками. А ещё они были красавицами. У одной глаза напоминали два нежно-голубых озера в солнечный день, а длинные прямые волосы — само солнышко. Изумрудно-зелёные глаза второй особенно сильно сверкали на фоне чёрных кудрей, спускавшихся до самого пояса. Светлые лица обеих подчёркивали изящество, а воздушные сарафаны — женственность. Сначала этих куриц (такая ассоциация никак не хотела выходить из Софьюшкиного сознания) заинтересовал Альберт. Кажется, он им понравился... Дамы завязали с ним разговор. Они осыпали его комплиментами, спросили что-то про погоду, любимую книгу и наличие аллергии на пыль. Их болтовня сливалась в сплошлой треск. Алик держался свободно, отвечал шутливо и сдержанно. Соня молча слушала, верой и правдой стараясь не уснуть. И всё бы ничего, вот только в какой-то момент подружки решили докопаться и до неё. Мда, не повезло Сонечке.

-Ну просто прелесть! Тебя же Софья зовут, верно? — спросила первая, с глазами-озёрами.

-София... — выдохнула та.

-Ой, а разве это не одно и то же?

-Неа.

-Упс, прости...

-Ну прямо маленькая куколка! — подхватила вторая. -Ой, кстати, скажи, как называется твоя причёска? Такая... Смелая и необычная!

Учитывая то, что Соня причёсывалась в последний раз неизвестно когда, комплимент можно было расценить либо как оскорбление, либо как умственную ограниченность, то бишь тупость. Что решила Софа? Неизвестно. В любом случае, виду она не подавала, из всего спектра человеческих эмоций использовала лишь лёгкую растерянность.

-Я... Это... Неважно... — отрывисто пробормотала Сонечка.

-А какими духами ты пользуешься? — сказала первая. -Такие интересные! Где ты нашла такие? Напоминают дождик, печенье и... — Дама смутилась. -Боже, что за вонь?..

-Слушай, Софа, — перебила подругу вторая девица. -Скажи, у тебя есть любимые цветы?

-Цветы... — девчушка задумалась. -Помню... Помню, я любила смотреть, как активисты нашего дома сажали цветы с наступлением весны...

-А как насчёт мальчиков? — не дав Соне договорить, первая лукаво подмигнула.

-В смысле?

-Да брось, неужели ты никогда не мечтала о собственном принце?

-Нет, не было такого... — София с опаской отошла от красавицы на шаг.

-Ну, хоть сказки ты читала? — вторая, черноволосая особа, разочарованно надула губки.

-Читала... — тут душа в лиловом свитере зевнула. -Под них так хорошо спится...

Обе красотки, переглянувшись, дружно засмеялись. София сделала ещё один шажок назад, поскользнулась и едва не растянулась на полу. Раздался новый всплеск хохота.

-Ох, Ал, боюсь, нам не понять, что ты в ней нашёл... — первая дама с глазами-озёрами кокетливо покачала головой.

-И чего ты с ней возишься? — сказала вторая.

-Только не говори, что вы... — первая не договорила.

-Что?..

София мысленно удивилась. Тон, которым она произнесла простое "что", прозвучал с лёгкой дрожью, слишком низко, будто бы сломанно, чего сама душа никак не ожидала. Барышни ничего не заметили, а Альберт, который наблюдал за девичьей беседой подобно взрослому, который следит за детишками в песочнице, залился смехом.

-Нет, дамы, всё гор-р-раздо проще. Нас против воли отослала сюда глава нашей библиотеки, дабы мы выполнили одно якобы важное задание. Я же говорил об этом, разве нет? А впрочем, не суть. Нам уже пора. Моё почтение, дамы, пр-р-риятно было познакомиться!

Сказав это, юный чертёныш схватил Сонечку за пушистый рукав и повёл прочь. Та вновь не подала признаков сопротивления, хотя бы потому что задумалась. Через минуту воздух за их спинами разрезал оглушительный девичий визг. Сонечка дёрнулась и, не замедляя шаг, обернулась. Она обнаружила подружек в ужасном состоянии: две прекрасные леди были измазаны густыми чернилами. Тёмная жижа медленно капала с их милых головок на чудесные, ещё минуту назад чистые наряды, портила причёски, пачкала кукольные лица. Отбросив попытки скрыть шок, Софа перевела взгляд на Альби. А он... Тихо хихикал, как ненормальный, с безумным блеском в тёмных зрачках.

-Что может стать бо́льшим ударом для прекр-р-расной дамы, чем испорченная внешность?.. Как же весело заставлять других стр-р-радать! — промурлыкал он еле слышно. -Кстати, скоро и до тебя очередь дойдёт, Соня.

-Когда ты... — начала было душа в сиреневом свитере, но быстро замолчала, вновь погрузилась в размышления, известные только ей и Богу.

* * *

-"История Македонии"... "История ткацких станков"... "История истории"... Зачем Маргарите все эти книги? Она что, собралась составлять летопись всего бренного мира?

-Я не знаю, Альберт.

-"Историю чайников для чайников" нашла?.. Пха... Ахахах... Боже, кто так обозвал бедную книжечку?

-Нет пока...

Двое духов прочёсывали вдоль и поперёк стройные ряды стопок бумаги в разноцветных переплётах. Их долгие, рутинные поиски медленно, но верно приносили желаемые плоды. Изредка духи перекидывались несколькими словечками, но большую часть времени молчали.

-Кстати... — в какой-то момент времени Соня замерла. -Всё-таки, зачем ты облил тех девушек чернилами? Я так и не поняла.

Альби театрально приложил руку к сердцу.

-Мадмуазель, вы поражаете меня в самую душу своей недогадливостью... Пхах, ты чего? Это же весело! Видела, какие у них лица были?

-Но им же от этого стало плохо. Разве от хорошей шутки другие чувствуют грусть?

-Да, но только в этом никто не признаётся ввиду глупых моральных установок. И кстати, — Ал отложил стопку книг, которую он так долго и тщательно собирал, на верхнюю полку. -Тебе в принципе должно быть приятно наблюдать за их страданиями. И людям, и духам свойственно обижаться за грубые слова. А ты словно и не обиделась вовсе...

-Но ведь так нельзя! — София нервно сглотнула.

-А если тебя начнут в открытую унижать? — Альберт с ухмылкой взмыл в воздух, а затем подлетел к спутнице, замерев в полуметре от неё вверх головой.

Девочка ничего не ответила.

-Хех, странная ты, — без спешки промурлыкал Ал. -Совсем беспомощная. Прямо горе луковое. Чую, намучаются ещё с тобой ребята из нашей библиотеки...

Софа медленно опустила голову. Теперь из всех частей её лица можно было разглядеть только подбородок и губы. Остальное затерялось в её непослушной светлой шевелюре.

-Я знаю.

-Что, прости?

Альби от такого слегка потерялся. Его улыбка чуть заметно дрогнула, между бровями выступила складка. Соня тоже напряглась. Плечи, надёжно укрытые пушистым сиреневым свитером, задрожали в такт тонким губкам. Цвет кожи стал напоминать начисто выстиранный парус.

-Я знаю, — юная душа полушёпотом обречённого узника заговорила вновь. -Знаю, что я горе луковое. Знаю, что я смешная и нелепая. Что я рассеянная, медленная растяпа. Что я всего лишь жалкий желторотый птенец. Что я вечно сплю, когда не надо, пропускаю самое важное. Знаю, что не могу себя защитить, да что там, даже жить нормально не могу. Знаю, что я не вышла ростом, знаю, что во мне нет такой силы, как в ком-либо. Знаю, что я не такая красивая, как те подружки, которых мы встретили. Знаю, что я всего лишь недоразвитая девчонка, одно из никчёмнейших творений жизни... Так что... Мог бы и не напоминать...

Тут настрой Софы упал окончательно. Она... Альберт даже протёр глаза: не почудилось ли? Но нет, по левой щеке белокурой леди скатилась блестящая капля солёной воды. Слеза чуть-чуть задержалась на кончике её подбородка, а затем упала вниз, образовав на деревянном полу прозрачное пятно. Алби вдруг переклинило. В его жестокой, бесовской душе что-то перестало работать должным образом, дало сбой. Его улыбка сошла на нет. В эти слова надо вдуматься: сам Альберт перестал улыбаться. Такого не видел ни один дух города Ы от слова "никогда" с того момента, как Ал вжился в роль духа, что он успешно сделал в первые два-три часа. Алоглазый приземлился, уверенно, но мягко схватил Сонечку за плечи и немного наклонился, чтобы их лица были на одном уровне. Парень попытался заглянуть ей в глаза, но тщетно, ведь её чёлка по-прежнему мешалась. В его лице читалась лишь колоссальная серьёзность с лёгким волнением.

-Сонь, Соня, — Алик с огромным усилием заставил свой голос звучать ровно, без дрожи. -Послушай меня. Не плачь. И не смей говорить так о себе, слышишь? В мире полно людей и духов, которые недолюбливают тебя. Всегда найдётся тот, кто захочет насолить тебе, унизить, причинить боль. Живые существа злы и жестоки. Да что уж там, ужасные вещи могут сотворить даже самые близкие, самые дорогие. Но наплюй на всех, Соф. Цени себя. Цени, такую, какая ты есть. Потому что, если этого не сделаешь ты, то не сделает никто. Ты прекрасна. Не позволяй другим вселить в тебя сомнения. Люби себя. Это очень важно, поверь.

-Да ты-то что знаешь об этом? И вообще, какое тебе до меня дело? Тебе на всех всё равно, ты этот, как его... Садист, псих и злодей, сам так говорил. Какая тебе разница, буду ли я плакать, смеяться, кричать, спать или умру совсем? — всхлипывая, как обиженный ребёнок, промямлила девчушка, кажется, приняв его попытку поддержать за очередной продуманный пранк.

-Ой, да... Тебе должно быть плевать на это...

Парень попытался отбояриться, но, увидев, что его спутница вот-вот совсем раскиснет, передумал. Он решил пересилить себя и признать кое-что значимое: крупицы света в омуте угольно-чёрной души, мелкие клочки тепла к другим, а конкретно — к белокурой леди, которую он прямо сейчас держал за плечи. Естественно, это не доставляло Алику ровно никакого удовольствия, но эмоции всё равно рвались наружу, поскольку все возможные внутренние барьеры он уже снял. Чертёнок раздражённо зарычал, скрипнул зубами, отвернулся, а потом снова попытался заглянуть в глаза Софии.

-Вот же... Блин... Да я просто не могу видеть твои слёзы! Не хочу, чтобы ты плакала... — после усиленной борьбы с собственной гордостью произнёс он, а затем поспешно добавил: -Только не придумай лишнего! Меня бесят плаксы! Ясно тебе? Так что вытри это безобразие, и пойдём, а то Рита нас в пепел сожжёт, она ж у нас огненная валькирия, не забывай.

Всхлипы Сони прекратились. Потоки солёной воды застряли где-то в слёзных желёзах, стоны — в горле. Она подняла голову и сквозь чёлку посмотрела на Альберта. Софа чувствовала тепло его ладоней, ощущала его особенный запах, видела его взволнованное лицо. И только теперь до её разума дошла вся суть его длинной, удивительно искренней речи. Девочка застыла и зачем-то затаила дыхание. Она не знала, что ответить: слова разом повылетали из головушки. Алик тоже молчал. Он словно ждал, как она примет его откровение. А потом, не дождавшись негативной реакции, несмело потянулся к её чёлке. Ещё немного, и он бы увидел её глаза... Но белокурая леди в последний миг отклонилась чуточку назад, а он синхронно отдёрнул ладонь.

К слову, они сделали это очень вовремя. Потому что через секунду до их ушей долетел грубый оклик:

-Эй, ты! Да, ты, с дурацкой лыбой на роже!.. Ал, я к тебе вообще-то обращаюсь!

Соня обернулась на звук. Перед ней и её спутником стоял тот самый рыжик, что сбил её накануне. Тем временем Альби стал улыбаться почище чеширского кота.

-О-о-опаньки, какие ду-у-ухи! И вам не хвор-р-рать! Как поживаешь? Тебя ещё не сварили?

-Аргх, захлопни варежку! — рыжеволосый моментально вспыхнул.

-Вы знакомы? — ни тихо, ни громко спросила Софа, удивившись собственному спокойствию.

-Обана! Да ну насмерть! Неужто ты, рассеянная чучундра?

-Ага... Только почему чучундра?

-Да, Софа, к счастью или к сожалению, мы имеем честь знать друг друга, — вклинился алоглазый, а затем шепнул ей в самое ухо: -К слову, однажды он забрался под ковёр, а проходившая мимо женщина решила, что это нечисть, и вылила на него по-о-олчайника горячей воды! Угадай, как этого парнишку потом прозвали? Калёный! И это не из-за сильного характера, как он сам всем подряд говорит...

-Эй, я вообще-то всё слышу! Даже шептаться не умеешь, чертёныш! И это по твоей милости я оказался под ковром!

-Правда? А я вот не соглашусь. Как такое могло случиться?

-Это ты всё подстроил!

-А вот и не-е-ет.

-А вот и да!

-Но прямых доказательств у тебя нет. А доказать мою вину хочется... Но не получается. Вот и бесишься. Когда интуиция начинает противостоять здравому смыслу и сухим фактам, чувствуешь себя ужасно, не правда ли?

-Но это был ты, я точно знаю!

-Так, ладно, позволь мне прервать этот глупый спор и познакомить тебя с моей белокурой спутницей, — Альби сделал паузу, встал между двумя духами. -Калёный, знакомься с Софией. София, знакомься с Калёным. Что ж, будем знакомы!

Блондинка осмотрела Калёного с ног до головы: потёртости на мешковатой одежде, пыльные кеды, раскрепощённая поза, скрещённые на груди руки, дерзкое пламя в глазах цвета майской травы, рыжий чубчик. Затем девчушка заметила какое-то движение за его спиной. Софе не составило труда смекнуть...

Дальше — больше.