Родственные души (джен)

Иногда взрослым снятся такие сны, в которых они — еще дети.

Ему снилось, что он совсем маленький и стоит в проёме туннеля. Вокруг проёма — кварц, мрамор и плитка, когда-то отполированные, а теперь потемневшие от времени и заросшие пылью. Из камня у входа в пещеру выросло маленькое деревце — не осина, и не дуб, ничего из того, что мальчик видел за свою короткую жизнь. Ноздри ребёнка затрепетали, улавливая запах сырого камня и — его серо-зеленые глаза расширились — аромат корицы!

Корица и колотый сахар на квит-па — любимое послеобеденное лакомство. Он был голоден, и устал после прогулки.

Голос матери звал его из ближайшей рощи, священного леса недалеко от центра Квалиноста. Ребёнок нерешительно стоял у входа в туннель, сжимая в пухлой руке плюшевого зверька — кодрагона.

Вчера здесь не было пещеры, подумал ребёнок, но теперь она здесь. В мире детских грез возможно всё, а этот ребёнок никогда не знал страха.

Чье-то Присутствие манило его изнутри. Возможно, это Присутствие играло с малышом; его собственные старшие братья были слишком заняты своими делами. Мать позвала снова, и в ее голосе послышались нотки страха.

Малыш засомневался. Это была игра, в которой малыш прятался, а мама его находила?

Что может быть лучше для укрытия, чем красивый туннель? Его кварц, мрамор и плитка теперь сияли

так, словно кто-то с помощью магии отполировал их в мгновение ока.

Мать потребовала, чтобы маленький мальчик вышел из укрытия.

"Немедленно, юный эльф. Или же...," — предупредила она.

Это придало ему решимости. Ребенок бросился в пещеру. И в это мгновение, в эту

первую пугающую секунду в темнеющем туннеле, отверстие заросло.

Из сырой земли выросли виноградные лозы. Камни посыпались вниз и заслонили дневной свет. Через несколько секунд проход исчез.

Ребёнок в нерешительности стоял у груды камней, которая преграждала вход в пещеру.

Он хотел выйти, но выхода больше не было. Не было ни света, ни голоса матери, ни запаха корицы.

Был только темный туннель.

Мужчина проснулся от собственных рыданий.