Твой ленивый Купидон (гет)

Утро началось в министерской столовой. Драко лениво ковырял вилкой завтрак, наблюдая, как Забини с совершенно невинным видом пьет кофе напротив. Народу вокруг было немного, и можно было поговорить без риска собрать лишние уши.

— Я вчера посылал тебе сову, — как бы между прочим заметил он. — С условием дождаться тебя дома. Вернулась она только около полуночи.

Блейз оторвался от чашки и вскинул бровь.

— Ты следишь за мной? Странное поручение для совы.

— Да нет, — усмехнулся Драко, отложив наконец вилку. — Но все же — где ты был?

— Гулял.

Ответ прозвучал слишком быстро. Драко несколько секунд смотрел на друга, потом чуть подался вперед.

— Думаешь, они вообще пошли с ним? В том итальянском ресторане их не было, — решил открыть карты Драко.

Блейз замер с чашкой у губ, но почти сразу поставил ее на блюдце.

— В "Золотом драконе" их тоже не было, — сдался Блейз.

Драко довольно усмехнулся. Попался.

— И в "Лунном саду".

Теперь настала очередь Блейза усмехнуться.

— Угу. Как и в остальных заведениях Косой аллеи...

Несколько секунд они молча смотрели друг на друга. Судя по выражению лица Забини, выводы оба сделали примерно одинаковые.

Драко прищурился.

— Зачем следил?

Блейз невозмутимо потянулся за чашкой.

— Закрыли тему.

— Поддерживаю.

Драко снова взялся за вилку, хотя аппетит окончательно пропал.

Вчера он действительно обошел несколько ресторанов. Сначала просто хотел убедиться, что Грейнджер не приняла приглашение Купера. Потом — узнать, куда именно они пошли. А когда не нашел их нигде, остаток вечера провел в отвратительном настроении, представляя один вариант хуже другого.

И это уже начинало раздражать.

Поттер был прав хотя бы в одном: у него с Грейнджер происходило что-то непонятное. Драко слишком часто о ней думал, слишком внимательно следил за ней на совещаниях и слишком хорошо помнил пятничный вечер в ее квартире.

А теперь еще и Купер.

Особенно Купер.

Одно дело — знать, что Грейнджер может с кем-то когда-нибудь начать встречаться. Совсем другое — наблюдать, как вполне конкретный мужчина улыбается ей, приглашает на ужин, а она улыбается ему в ответ.

И вот это Драко не нравилось совершенно.

— Они не такие... — проговорил спустя время Блейз.

Драко поднял на него глаза.

— Не такие.

— Именно. К тому же они коллеги.

— Деловой ужин, — подхватил Драко.

— И ничего более.

Обсуждать, почему их вообще волновало, как и, главное, с кем проводят время Панси и Грейнджер, они точно не собирались.

Допив кофе, Драко откинулся на спинку стула и взглянул на часы. До очередной встречи с Купером оставалось меньше получаса.

За последние несколько дней поиски почти не сдвинулись с места. Имя британца, купившего Колчан, по-прежнему оставалось неизвестным, а отыскать бумаги итальянского продавца оказалось куда сложнее, чем предполагал Забини.

— Пора, — Блейз поднялся из-за стола. — Грейнджер обещала сегодня притащить что-то из международного архива.

Драко тоже встал.

Предстоящие несколько часов неожиданно перестали казаться ему такой уж бессмысленной тратой времени.

* * *

К началу совещания Грейнджер действительно принесла из международного архива целую стопку документов.

— Нашла фонд семьи Морелли, — сообщила она, раскладывая бумаги по столу. — Не самого продавца, но его поверенного. Через него проходила большая часть сделок с иностранцами.

— И там может быть имя покупателя? — спросил Поттер.

— Если нам повезет.

— Пока с этим не очень, — заметила Панси.

— Значит, пора начинать, — отозвался Блейз и придвинул к себе несколько документов.

Драко занял привычное место напротив Грейнджер и только тогда заметил пустующее кресло во главе стола.

— А где Купер?

— Предупредил, что задержится, — ответила Грейнджер. — У него встреча с Кингсли.

Прекрасно.

Драко устроился поудобнее и потянулся за первой папкой. Без Купера утро определенно становилось лучше.

Не прошло и получаса, как Грейнджер резко выпрямилась.

— Нашла. Эдвард Хоук. Ноябрь 1796 года.

Драко оказался рядом раньше, чем успел об этом подумать.

— Покажи.

Он наклонился к документу. Грейнджер подняла голову, встретилась с ним взглядом и тут же отвела глаза, смутившись. Драко засмотрелся на ее ресницы, бледную кожу, тронутые легкой улыбкой губы.

— Вот, здесь, смотри, — проговорила Грейнджер и протянула ему документ.

— Всем доброе утро. Есть новости?

Купер.

Драко физически ощутил, как по венам растеклось раздражение.

Он выпрямился и вернулся на свое место.

— Мы нашли покупателя, — ответил Поттер. — Эдвард Хоук.

Дальше дело пошло быстрее. Хоук умер в 1828 году, его имущество перешло сыну, затем бездетному внуку, а после — ближайшей родственнице.

— Эйвери, — прочитала Панси. — Все унаследовала семья Эйвери.

Драко переглянулся с Блейзом.

Вот это уже было интересно.

— Эйвери? — переспросил Поттер. — Те самые?

— Других я не знаю, — отозвался Драко.

— Значит, искать надо в их семейном архиве, — Грейнджер быстро сделала пометку.

— Если он уцелел, — заметила Панси.

— Уцелел, — уверенно сказал Драко. — После войны имущество Эйвери перешло под управление Министерства. Архивы должны быть в хранилище конфискованных материалов.

— Отлично, — Купер улыбнулся и повернулся к Грейнджер. — Тогда, сеньорина, похоже, нас ждет еще один день в архивах.

Нас.

Драко медленно поднял на него глаза.

— Вообще-то доступ туда только у авроров.

Поттер посмотрел на него с откровенным подозрением.

— С каких пор?

Драко встретился с ним взглядом.

— Ах, да, точно, я и забыл, — вспохватился Поттер.

— Ничего. Думаю, синьор Кингсли устроит мне доступ.

Раздражение Драко стало еще сильнее.

— Не сомневаюсь.

— Тогда решено, — Грейнджер собрала бумаги. — После обеда идем в хранилище.

— Втроем, — уточнил Драко.

Грейнджер удивленно посмотрела на него.

— Ты хочешь пойти с нами?

— Нет, Грейнджер. Я как аврор должен пойти с вами. Или же Поттер.

— Нет-нет, у меня срочное задание, — тут же замахал руками тот.

Драко встретился с ним взглядом и едва заметно кивнул.

* * *

К пятнице Гермиона окончательно перестала понимать Малфоя. Точнее, саму себя.

До появления Ленивого Купидона в ее жизни и их отношениях с Малфоем все было спокойно. Они давным-давно привыкли сосуществовать в одном обществе и вести себя как взрослые воспитанные люди. После войны они целый год учились вместе и еще тогда смогли принять и свое прошлое, и настоящее. Вежливый нейтралитет устраивал всех.

Когда Малфой, к удивлению многих, поступил на курсы авроров, он немного сблизился с Гарри — не настолько, чтобы называть друг друга друзьями, но достаточно, чтобы уметь работать командой, если потребуется. Это не мешало им подкалывать друг друга, но оба точно знали, что в случае опасности могут положиться на напарника. А опасностей в их работе хватало.

Постепенно Малфоя стали даже приглашать на совместные посиделки, где бывала и Гермиона. Она иногда ловила на себе его задумчивый взгляд, кожей чувствовала, когда он смотрел на нее. Иногда он оказывался рядом, то приглашая ее на танец, то занимая соседнее место и незаметно втягивая в разговор, который потом мог длиться весь вечер.

Гермиона не назвала бы это ухаживаниями, но и на нейтралитет их общение походило все меньше. Ей нравилось это постепенное сближение, она все чаще ловила себя на мыслях о Малфое и даже ждала встречи, пока однажды все резко не оборвалось.

Это был выпускной Гарри и Малфоя. Они отмечали его большой шумной компанией в баре. Все танцевали, вино лилось рекой, кто-то уже в третий раз произносил тост за новоиспеченных авроров.

Когда заиграла медленная музыка, Малфой пригласил Гермиону на танец.

Как же он тогда на нее смотрел...

Именно тогда она окончательно призналась себе, что была не против его внимания. Что ей нравилось чувствовать его руки на талии. Что ответила бы на поцелуй, если бы он осмелился ее поцеловать.

Сердце бешено колотилось, когда Малфой плотнее прижал ее к себе и потянулся к ее губам. Гермиона закрыла глаза.

И вдруг резкая вспышка колдокамеры ослепила их обоих.

Они отпрянули друг от друга. Гермиона что-то пробормотала и сбежала с танцпола.

На следующий день их колдография появилась на страницах "Ежедневного пророка", где Гермиону Грейнджер и Драко Малфоя объявили потенциальной парой. Газета с удовольствием рассуждала о том, что могло связывать бывших школьных врагов.

Между собой тот вечер они так и не обсудили. Оба сделали вид, что ничего не произошло.

Больше Малфой не предпринимал никаких попыток сблизиться. Они поступили на работу в Министерство, иногда встречались на совещаниях и в общей компании, Гермиона нередко заглядывала в кабинет к Гарри, где неизменно находился и Малфой, но между ними все оставалось как прежде.

До прошлой, чтоб ее, пятницы.

И теперь Гермиона пыталась понять, кто мог настолько хорошо знать об их с Малфоем недосказанном прошлом, чтобы выбрать именно его первым "подарком".

Гарри подозревал Блейза. Версия казалась логичной: в тот вечер Малфой был с ним, а уж Забини точно не мог не замечать происходящего между ними.

Только в записке речь шла не о Малфое. В ней говорилось о ее, Гермионы, личной жизни.

Неужели Блейз настолько бесцеремонно решил организовать другу секс?

Бред. Полный бред.

Если бы Гермиона не просто выставила "подарок" за дверь, а подняла скандал, пострадала бы прежде всего репутация Малфоя. Так с друзьями не поступают.

Думать об этом не хотелось. Она уже устала прокручивать в голове все это снова и снова.

Еще и Малфоя за последние дни словно подменили.

Он защищал ее от ухаживаний другого мужчины. Но при этом сам не делал ничего.

Не приглашал ее на свидание. Не говорил о том, что происходило между ними. Не пытался объяснить ни свое внезапное внимание, ни еще более внезапную ревность.

Он словно считал, что имеет право отгонять от нее Купера, но совершенно не собирался предлагать что-то взамен. И Гермиона никак не могла решить, что раздражало ее сильнее: эта наглость или то, что она действительно ждала, когда Малфой наконец что-нибудь сделает.

Она потерла виски и вздохнула. Сегодня пятница. А значит, пора было идти домой и ждать очередной "подарок".

* * *

Драко поднял руку, чтобы постучать, и замер. Что он вообще здесь делал?

Поттер уже был у Грейнджер. Драко лично видел, как тот собирался уходить из Министерства, прихватив с собой половину содержимого аврорского шкафа. Если таинственный Купидон действительно решит заявиться, Грейнджер ничего не угрожало. Его помощь не требовалась. Можно было развернуться и уйти. Но он знал, что сейчас его место здесь.

Драко посмотрел на дверь, постоял еще несколько секунд и постучал.

Дверь открылась почти сразу. На пороге появилась Грейнджер и замерла.

— Малфой?

Удивление в ее глазах почти сразу сменилось чем-то другим. Она улыбнулась — быстро, невольно, но Драко успел заметить.

И почему-то сразу перестал сомневаться, стоило ли приходить.

— Добрый вечер, Грейнджер. Впустишь?

— Конечно-конечно, проходи...

На диване с бокалом в руке сидел Поттер.

— Сто пятьдесят галлеонов, Малфой, — усмехнулся тот. — Сто пятьдесят!

Драко смерил его тяжелым взглядом. Смешно ему. Его подруга в опасности, а он...

Грейнджер с удивлением переводила взгляд с одного на другого.

— Гермиона, не обращай внимания, — улыбнулся нахальный очкарик. — Это наши приколы.

— Очень смешные, — процедил Драко, снимая мантию. — Особенно Поттеру. Он почему-то решил, что я собираюсь финансировать его старость.

— Так ты все-таки решил ждать до старости? — невозмутимо отозвался Поттер и отпил из бокала.

— Не твое дело, — фыркнул Драко.

— Может, объясните? — потребовала Грейнджер.

— Нет, — одновременно ответили они.

Драко прошел в гостиную и сел на диван. На столе стояли открытая бутылка вина и три бокала.

Три.

Он посмотрел на Грейнджер. Она уже наливала ему вино.

— Вы ждали еще кого-то? — сглотнул Драко, прежде чем заговорить.

— А ты угадай, — издевался напарник.

— Ой, иди ты. Новости есть?

— Нет. Сейчас десять. В прошлый раз все случилось примерно в это время, — ответил Поттер.

Драко взял протянутый Грейнджер бокал и сделал глоток.

— Значит, ждем.

— Ждем, — подтвердила она и села рядом.

Драко покосился на нее. Слишком близко, чтобы не замечать. И достаточно близко, чтобы Поттер снова начал мысленно пересчитывать свои галлеоны.

К счастью, тот молчал. Секунд пять. Может десять.

— Долго еще будешь считать? — не выдержал Драко.

— Что?

— Галлеоны, Поттер. У тебя на лице все написано.

Грейнджер рассмеялась, а Поттер поднял бокал в его сторону.

— Уже двести.

— Я тебя прокляну.

— Сегодня я занят.

Драко усмехнулся и повернулся к Грейнджер.

— А если ничего не будет?

Она пожала плечами.

— Тогда окончательно решу, что "Купидон" просто издевается.

— А если будет?

— Зависит от того, что именно мне приготовили на этот раз.

Драко помрачнел. Ему все это не нравилось.

В прошлую пятницу "подарком" был он. А сегодня неизвестный обещал прислать Грейнджер кого-то еще. И ни одна кандидатура на роль подарка его не устраивала.

— Я проверил все охранные чары. Установил еще пару. И активировал этот артефакт, — Поттер повертел в руке красивый кристалл в металлической витиеватой оправе.

Договорить Поттер не успел.

Прямо посреди гостиной с тихим хлопком появилась огромная коробка, перевязанная зеленой лентой.

Все трое одновременно вскочили.

Драко уставился на до боли знакомое сооружение и почувствовал, как внутри все похолодело.

На пышном банте белела открытка.

— Ну вот и дождались, — выдохнула Грейнджер.

Поттер первым пришел в себя и поднял кристалл. Тот мерцал ровным голубым светом.

— Ничего, — нахмурился он.

— В смысле ничего? — Драко перевел взгляд с артефакта на коробку. — Она только что появилась посреди комнаты.

— Правда? А я и не заметил, — фыркнул Поттер.

Грейнджер уже осторожно снимала с банта открытку.

— Подождите.

Драко шагнул ближе. Коробка была практически точной копией той, в которой неделю назад доставили его самого. Даже зеленая лента та же.

Грейнджер развернула открытку.

"Попытка номер два. Надеюсь, в этот раз ты не будешь такой привередливой.

Твой ленивый Купидон."

— Привередливой? — возмутился Драко.

Поттер кашлянул, подозрительно похожим образом скрывая смех.

— Не отвлекайся, Малфой.

— Я совершенно сосредоточен.

Из коробки донесся глухой удар.

Все трое замолчали.

Еще один.

А следом — очень знакомое:

— Какого черта?!

Драко застыл.

Нет. Нет. Нет! Только не это. И это подарок для Грейнджер???

Он шагнул к коробке и одним движением сорвал ленту.

— Малфой, мы должны все осмотреть! Это улики, — рявкнул Поттер.

— Это Забини.

— С чего ты...

Из коробки снова донеслось ругательство, на этот раз такое выразительное, что вопрос отпал сам собой.

Грейнджер торопливо убрала заклинанием остатки упаковки. Драко поднял крышку и встретился взглядом с Блейзом.

Тот сидел в коробке, связанный по рукам и ногам, совершенно трезвый и совершенно ошалевший.

Несколько секунд никто не произносил ни слова.

— Малфой, — поинтересовался Блейз с видом человека, которому на завтрак подали не тот вид омлета. — Почему я в коробке?

Драко посмотрел на Грейнджер. Потом снова на Блейза.

— Ты — подарок для Грейнджер.

— И давно ты даришь девушкам такие подарки? — усмехнулся Блейз. — Цветы вышли из моды? Или ты настолько боишься наконец к ней подкатить, что решил отдать ее мне?

Драко стиснул зубы.

Как можно говорить с таким видом, словно сидишь на приеме у королевы, а не на полу связанным?

— Я тебя сейчас обратно упакую.

— Сначала развяжи.

— Не вижу причин.

— Малфой! — возмутилась Грейнджер и взмахом палочки сняла путы.

Блейз неспешно поднялся, расправил рубашку и одернул пиджак.

— Благодарю, Грейнджер. — Он оглядел гостиную. — А теперь кто-нибудь объяснит, как я сюда попал?

— Это мы хотели спросить у тебя, — Поттер наконец перестал веселиться. — Что последнее помнишь?

Блейз нахмурился.

— Был дома. Налил себе виски. Собирался...

Он замолчал.

Драко насторожился.

— Что?

Блейз медленно перевел на него взгляд.

— Кажется, ко мне кто-то постучал.

— Кто? — сразу спросил Поттер.

— Не знаю. Я открыл дверь, но там никого не было.

— А потом?

Блейз на несколько секунд задумался.

— Вернулся в гостиную. Взял бокал. Дальше ничего не помню.

Поттер нахмурился и взглянул на Драко. Тот уже набрасывал на друга диагностирующие заклинания.

— Следы сонных чар, — спустя несколько секунд произнес он. — Сильных. И наложены совсем недавно.

— Значит, меня все-таки вырубили, — Блейз перевел взгляд на коробку. — А потом каким-то образом притащили сюда.

— Именно это нам и нужно выяснить, — вмешалась Грейнджер. — Квартира была полностью защищена.

Поттер поднял кристалл.

— И ни одна из защит не сработала. Более того, артефакт утверждает, что защитный контур вообще никто не пересекал.

Драко посмотрел на коробку, потом на Блейза.

— Значит, Купидон нашел способ переместить тебя прямо внутрь, не проходя через защиту.

— Но это невозможно, — тихо произнесла Грейнджер.

— Практика показывает, что да, — проговорил Драко, все еще орудуя палочкой над другом.

Последнее заклинание рассыпалось серебристыми искрами, и он наконец опустил палочку.

— Больше ничего. Ни следов портала, ни чужой магии.

— Прекрасно, — Блейз оглядел себя. — Значит, я здоров, цел и совершенно необъяснимым образом оказался... — он повертел головой. — По всей видимости, в гостиной Грейнджер.

Поттер тем временем присел возле коробки и принялся внимательно осматривать ее изнутри, орудуя палочкой.

— Здесь тоже чисто.

Драко нахмурился. Человек не мог бесследно исчезнуть из одной защищенной квартиры и появиться в другой. Где-то Купидон должен был оставить след.

— Что еще за Купидон? Что вообще здесь происходит? — начал злиться Блейз.

— Кто-то решил устроить личную жизнь Грейнджер, — ответил Поттер.

— Давно пора. Я здесь при чем?

— Ты подарок — то есть кандидат на руку и сердце Грейнджер, — процедил Драко.

Блейз перевел взгляд на Грейнджер.

— И он так просто об этом говорит? При тебе?

— Как видишь, — наигранно вздохнула Грейнджер. — И я не вижу причин, чтобы было иначе.

— Не видит она, — проворчал Блейз. — Слышал, Поттер?

— Угу, — со всем возможным пониманием и поддержкой в глазах кивнул тот. — Но кто-то все-таки не выдержал и решил дать под зад тихоходу.

— Ничего, что мы вас слышим? — Грейнджер демонстративно прошла к шкафу, взяла четвертый бокал и села на прежнее место. — Забини, вина?

Блейз приподнял бровь.

— Так ты все-таки решила принять подарок?

Драко медленно повернул к нему голову.

— Забини.

— Что? Я уточняю условия своего пребывания.

— Условия простые: допиваешь и уходишь.

— Малфой, вообще-то это мой дом, — напомнила Грейнджер.

— Вот именно, — довольно отозвался Блейз. — А вино предложили мне.

— Похоже, Поттер, мы здесь лишние, — ледяным тоном проговорил Драко. — Мне пора.

— Ну нет, все самое интересное только начинается, — улыбнулся предатель-напарник и плюхнулся в свое кресло, сразу потянувшись за вином. — Уверен, и тебе наконец найдется что сказать.

— Мне нечего сказать.

— Вот это и есть твоя главная проблема, — заметил Блейз.

Драко посмотрел на друга.

Потом на Поттера.

Они что, сговорились?

— Может, вы перестанете обсуждать Малфоя так, словно его здесь нет? — вмешалась Грейнджер.

— Видишь? — Блейз взял предложенный бокал. — Уже защищает.

— Я никого не защищаю.

— Разумеется.

Драко молча сел обратно.

— А мне нравится эта импровизированная вечеринка, — улыбнулся Блейз, отпивая вино. — Приглашение на любителя, конечно, но в целом забавно.

— Вот сейчас вызову сюда Панси, она тебе покажет "забавно", — проворчал Драко.

— И часто вы так собираетесь? — Блейз, как и Поттер, откровенно наслаждался ситуацией.

— Мы здесь по работе, — припечатал Драко. — Точнее, по делу. Не важно. Это первый..

— И последний раз? — закончил за друга Блейз. — Жаль... Знаешь, Поттер, нам пора. Если это единственный раз, когда наш общий друг осмелился прийти сюда, нам лучше не мешать.

— Поддерживаю. Меня вообще Джинни ждет.

Тот встал и начал собираться, проверяя, не оставил ли чего. Блейз тоже встал, протянув руку хозяйке на прощание.

— Эй, вы... куда...

— Мой юный друг, я миллион раз тебе объяснял, — паясничал Блейз, — что мир устроен куда проще, чем ты думаешь. Не обязательно влюбляться, признаваться, жениться. Иногда можно просто перестать думать и сделать то, что хочется. Живи одним днем. Вперед!

Грейнджер вспыхнула и отвела взгляд.

— Забини, заткнись.

— Уже ухожу.

Поттер тоже поднялся и вышел.

Предатели действительно ушли, напоследок обменявшись такими многозначительными взглядами, что захлопнувшаяся за ними дверь принесла не облегчение, а совершенно новую проблему.

Драко остался наедине с Грейнджер.

* * *

Гермиона смотрела на закрытую дверь еще несколько секунд, а потом повернулась к Малфою.

Тот уже поднялся и потянулся за мантией.

— Сбегаешь?

Драко замер.

— Я...

— Давай, скажи, что тебе пора, у тебя куча дел и прочее.

Гермиона тоже встала, скрестив руки на груди. Злилась она совершенно напрасно и прекрасно это понимала. Малфой ничего ей не обещал. Ничего не предлагал. Даже сегодняшний вечер она сама успела придумать за него.

И именно это бесило сильнее всего.

— Злишься? — Драко вернул мантию на место.

— Имею право.

— Возможно.

— Так иди. Держать не буду.

Он замер.

— Не хочу, чтобы все было... так.

— Как так, Малфой? — Гермиона несколько секунд ждала продолжения, но его не последовало. — Впрочем, ты прав. Уходи. Навсегда. И не смей больше... ничего не смей.

Она резко отвернулась и принялась собирать со стола бокалы. Просто чтобы чем-нибудь занять руки.

— Ты не понимаешь...

Гермиона со стуком поставила один из бокалов обратно.

— Так объясни. Ненавижу, когда со мной играют в кошки-мышки.

— Я не играю.

— Я бы так не сказала.

— Все сложно.

Она коротко рассмеялась и наконец посмотрела на него.

— Все просто, Драко. Все очень-очень просто. Когда этого действительно хочешь. Потому прошу: уходи.

Он взглянул на дверь, но не сделал и шага.

— Может, поговорим?

— О чем?

Драко помедлил.

— О нас.

Что-то внутри болезненно дернулось.

— Нет никаких "нас". И никогда не было.

— Наши друзья так не считают.

— Они ошибаются. И Гарри. И Джинни. И Забини. Даже Арчер. Они все видят только то, что хотят видеть. Их это забавляет. Только меня — нет.

Она заметила, как изменилось лицо Малфоя при имени Арчера.

Плевать.

Пусть засунет свою ревность себе в задницу. Она больше терпеть и ждать не намерена. Нет — значит, нет. Много чести.

— Ты все не так поняла.

— Как скажешь. А теперь уходи. Ты удовлетворил свое любопытство, узнал, кого мне подкинули в этот раз, и можешь спать спокойно.

— Прекрати нести чушь, Грейнджер. Все было не так, и ты это знаешь.

— Не хочу ничего знать! — Она осеклась и покачала головой. — Точнее, думать, что знаю. Понимать, не имея ни слова объяснения. Ждать, когда мне даже ничего не обещали. Хватит, Малфой. Просто хватит.

— Гермиона... прекрати. Все было не так.

— А как?

Тишина.

Гермиона смотрела ему прямо в глаза.

Ответа на этот вопрос она ждала несколько месяцев. И никогда бы не подумала, что однажды сможет задать его Малфою в лицо.

Она смогла.

* * *

— А как?

Вопрос прозвучал как выстрел. И его ответ — приговор. Вердикт, не подлежащий изменению.

— Всегда завидовал вам, гриффиндорцам, — как-то просто произнес он. — Смелость в крови — дар, хоть я всю жизнь считал иначе.

— Смелым быть не так сложно, как ты думаешь.

Драко сделал шаг к ней.

— Я не Забини. И если я сделаю шаг, это шаг в пропасть. Вопрос только в том, вырастут ли у меня крылья.

— Лучше разбиться, чем всю жизнь не знать, а были ли они.

Он подошел еще ближе.

Гермиона не отступила.

Она сказала это спокойно. Без улыбки, без вызова. И смотрела прямо на него.

Чертова гриффиндорка.

— Ты ничего не знаешь обо мне.

— Конечно. Это ведь не я уже несколько месяцев стою на краю и делаю вид, что просто любуюсь видом.

Он невольно усмехнулся. Права как всегда.

Еще один шаг — и Драко остановился прямо перед ней.

— А если крыльев нет?

Гермиона выдержала его взгляд.

— Ты боишься, что крыльев нет или что ветер не подхватит?

Несколько секунд он не двигался. А затем притянул ее к себе и коснулся губами ее губ.