Лекарство для сердца (гет)

Не прошло и получаса с момента, как Дедра вернулась домой, как в дверь раздался заветный звонок. Женщина мягко улыбнулась почти севшему за окном солнцу и, не спеша, подошла к двери.

Однако, открыв, место лица возлюбленного, первое, что она увидела — это огромный букет пышных белых роз, практически уткнувшийся ей в лицо.

— О, звёзды, — изумленно воскликнула она, наконец поймав сияющий взгляд светлых глаз дарителя. — Удумал же!..

— Тебе, моя дорогая, — ласково промурлыкал Сирил, переместив свой «скромный» подарок в её руки, и, не дав ей опомниться, запечатлел пылкий поцелуй на её щеке. — Успел стосковаться по тебе.

— А я соскучилась совсем немного, — добродушно проворчала Дедра, поглаживая пальцами лепестки цветов. — Это был длинный и насыщенный день.

— И продуктивный, судя по всему? — с довольной улыбкой уточнил Сирил, торопливо избавляясь от верхней одежды. — Не поделишься?

— Как только пристрою куда-нибудь это «чудо», — отмахнулась Дедра, поудобнее перехватывая букет. — На кухне должна быть парочка симпатичных ваз. Подождёшь?

Сирил охотно кивнул.

* * *

На то, чтобы устроить букет по-своему вкусу, у Дедры уходит около десяти минут, и за это время солнце успевает окончательно скрыться. Когда она возвращается в комнату, видит, как высокая фигура Сирила безмолвно темнеет на фоне высокого окна. На её приход он не оборачивается. Еле слышно женщина подходит к нему сзади, нежно обнимает тонкими руками за плечи и прижимается щекой к его лопатке. Не помнит, когда вообще в жизни ей хотелось приникнуть к мужчине... вот так. Сирил глубоко вздохнул и ласково накрыл одну из её ладоней своей, крепкой и теплой.

— У тебя тут неплохой вид.

— Редко смотрю, — усмехнулась Дедра. — Но рада, что тебе нравится.

— Сейчас рядом со мной что-то, что мне нравится гораздо больше, — женщина не видела, но явно чувствовала улыбку в его голосе.

— «Что-то», сладкий?..

Сирил медленно повернулся, и Дедра послала ему в ответ мягкую улыбку.

— Кто-то, — ласково поправил сам себя Сирил, озорно сверкнув глазами. — Кто-то, кого я люблю больше всех на свете.

— Я её знаю?.. — беспечно уточняет Дедра, ласково проводя рукой по его груди и медленно спускаясь ей к пряжке его поясного ремня.

— Сложно сказать, — задумчиво произнёс Сирил, внимательно наблюдая на ней и её действиями. Ловкие пальчики расстёгивают ремень, он, звонко стукнувшись пряжкой об пол, падает. Тянутся к скрытым застёжкам серого кителя, ловко справляются и с ними. — И да, и нет. У неё есть один большой недостаток.

— Как интересно, — с напускным безразличием произнесла Дедра, опустив взгляд и сконцентрировав его на одежде возлюбленного, так, чтобы он не заметил её волнения. Неужели она теперь всегда будет так волноваться из-за всего, что он может ей сказать?

— Это так, — подтвердил Карн, выдержав небольшую паузу от слишком чувственного прикосновения ласковой женской руки, проникшей под ткань форменной майки и быстро тащащей её наверх. Мужчина помог женщине снять её, не прерываясь от изложения своих «загадочных» мыслей. — Она себя недооценивает.

— Редкое мнение, — задумчиво прокомментировала Дедра, туманным взглядом скользнув по полуобнажённому телу своего избранника. Ласково проводит ладонью по старому шраму на его боку. — Кто-то бы сказал, что она наоборот слишком высокого мнения о себе.

— Но не я и не ты, — Сирил изменил тактику, обращаясь уже непосредственно к ней, а не размышляя о мистической персоне, таинственным образом с ней идентичной. — Разве ты не считала, что тебя невозможно любить просто так?.. За то, что ты есть?.. Вот такая?..

— Я и до сих пор так считаю, — подняла глаза Дедра. — Ты любишь меня не просто так. Просто, по какой-то насмешке судьбы, или её благословению, мы подходим друг другу. Твои руки могут держать меня тогда, когда я не могу держаться сама, а я готова держать тебя тогда, когда не можешь ты. Я не люблю тебя «просто так», — Привстав на цыпочки, Дедра приближает своё лицо к его, медленно, нежно. Их губы совсем близко друг от друга, но не сливаются, лишь едва ощутимо, невесомо соприкасаются друг с другом, растягивая и смакуя глубокий момент близости. — Я люблю тебя за то, что ты даришь мне ни с чем не сравнимое удовольствие, так, как никто никогда не мог до тебя. Люблю за то, что ты всегда рядом, тогда, когда никто бы не остался. Обожаю твой сладкий голос. Люблю за то, насколько сильно ты готов отдать себя тому, что для тебя важно. За всё, что ты мне даёшь и можешь дать. Люблю проводить время с тобой, не всё идеально, но всё не имеет цены, — она смеётся, теряя нить мыслей. — Это если быть очень краткой. Я могла бы сказать ещё очень многое.

Сейчас она надеялась, что это наконец-то более-менее достойный ответ тому, что он сказал ей в Бюро.

— Ты кое-что упускаешь, — мягко рассмеялся Сирил, ласково скользнув пальцами по её волосам. Добирается до шпилек, удерживающих строгий пучок сзади. — Всё, что ты перечислила — это всё я. Всё, что ты перечислила. Всё это часть меня. Желание быть рядом. Доставлять тебе удовольствие... — шпильки успешно вынимаются, и Дедра слегка встряхивает головой, рассыпая волосы по плечам и спине, ловя на себе очередной восхищённый взгляд. — Любить... это всё я... а то, за что я люблю тебя, это, как бы глупо это не звучало, это всё за то же. За то, что ты это ты... Так и получается, что мы любим друг друга просто за то... кем мы являемся, разве нет?..

— Возможно, — усмехнулась Дедра, положив ладонь возлюбленному на сердце. — Может, ты и прав, я не знаю. Я не сильна в рассуждениях о любви. И в принципе в откровенных разговорах по душам тоже.

— Я бы не согласился, — улыбнувшись, покачал головой Сирил. — У тебя чудесно выходит. Но... возможно, действительно, стоит прекратить разговоры?..

Расстояние между их лицами сокращается и их губы быстро находят друг друга, чтобы слиться в голодном, долгом и страстном поцелуе. Рука Дедры легко скользит по телу избранника вниз, ложится на брюки. Карн усмехается ей в губы.

— Жажду твоего внимания.

— О, несомненно, я очень тронута, — улыбается Дедра, медленно гладя его, — Кажется... — ловкие пальчики пробегают немного вверх, расстёгивают верхнюю пуговицу, тянут застёжку и неторопливо забираются под ткань, провоцируя Сирила укусить её чувственным поцелуем в шею и обжечь кожу трепещущим выдохом. — Кому-то уже должно быть очень тесно.

— Совершенно верно! — тихо рассмеялся Карн, наконец, активно включаясь в процесс устранения преград между ними.

Его сильные, торопливые, горячие руки торопливо расстёгивают её китель, стаскивают. Форма падает на пол. Обычно Дедра бы не допустила такого обращения с её мундиром, и она редко позволяла Сирилу самому снимать его с неё, но не в этот раз. Летит на пол форменная майка. Чёрные шаровары лужицей растекаются у ног, обнажая стройные ноги.

— Можно подумать, ты увидел что-то новое, — шутливо язвит Дедра на обожающий, полный вожделения взгляд партнёра.

— Невозможно привыкнуть к совершенству, — сладко выдыхает Сирил, целуя её и быстро находя своими ловкими пальцами у неё между лопатками застёжку строгого лифа. Наигранно изображая застенчивость и заразительно хихикая, Дедра мешает ему его снять, прижимая локти к груди, до тех пор, пока её шея и плечи не начинают гореть от его частых, глубоких, быстрых, страстных и горячих поцелуев, которые прерывались только на довольное хихиканье, несвязные комплименты, короткие шутки и поток признаний в любви. Дедра отвечает ему сполна: гладя, целуя, лаская, говоря ласковые слова, совершенно ни о чём не думая.

Влюбленные не отрываются друг от друга, пока, наконец, не остаются полностью без одежды. Замирают, любуясь, изучая, не пропуская взглядом ни малейшей детали.

— Ты прекрасна.

— Ты прекрасен.

Они говорят это одновременно, провоцируя ещё один взрыв тихого хохота.

— Мы совершенно безнадёжны, — посмеиваясь, промурлыкала Дедра, легонько уталкивая мужчину в сторону кровати. — Думаешь, из этого действительно выйдет что-то стоящее?.. Из нас с тобой?...

— Ты согласишься с тем, что мы не узнаем, пока не попробуем, — резонно ответил Сирил, неистово горя глазами, забираясь на постель и садясь с краю. Дедра тут же осёдлывает его бёдра, заводя свои голени мужчине за спину. — Ты согласна?..

— Да... — еле слышно шипит женщина, цепляясь за его плечи. — С тобой — на всё.

Оба сердца одновременно пропускают удар. Властные и безвольные, всем сердцем любящие, они полностью подчиняются своим желаниям и желаниям друг друга. Никакой спешки, никакой грубости и никакого безумия. Лишь безграничная нежность и сильная, тягучая, размеренная страсть. Взгляд Дедры ненароком падает на ритмично движущиеся, соединённые тени на стене. Красиво. Руки Сирила ласкают её, посылая по всему телу восхитительные волны удовольствия, заставляют её изгибаться в невысказанной мольбе делать так снова и снова. Дедра ловит его взгляд, горящий, восхищённый. Их губы вновь сливаются в глубоком долгом поцелуе. Хорошо, хорошо, хорошо-о-о-о-о... Женщина запрокидывает голову назад, подставляя шею. Губы Карна жарко скользят по ней, не пропуская ни сантиметра, вниз, жалят в плечи, ключицы, спускаются ниже, пылко ловят её грудь. Дедра острыми пальцами зарывается в его спутанные волосы, прижимая к себе, издавая протяжный стон.

— Люблю тебя!..

Сирил хорошо изучил её за уже бесчисленное количество раз, что у них были до этого, доставляет ей удовольствие мастерски, заставляя млеть и стонать постоянно. Дедра сжимает его в объятиях крепче и с наслаждение подчиняется, когда мужчина, чуть опрокидывает её на спину, нависая сверху.

— А я тебя! — судорожно выдыхает он, с обожанием проводя ладонью её плечу, груди и боковой стороне живота, подхватывает за бедро, и, резким рывком вперёд, заполняет её ещё глубже. — Люблю!..

— Сла-а-адкий.., — страстно шипит Дедра, царапая возлюбленному плечи и лопатки. Сладкая истома разливается по каждому нерву. Но она всё ещё полностью включена в процесс, накапливая плавящие её кости ощущения для неизбежного сладкого взрыва. Зубами она цепляет возлюбленного за мочку уха, заставляя его тихо зарычать от возбуждения и перейти от плавного темпа в более скорый, дикий. А она его только подначивает. Поцелуй, укус, дерзкое тихое слово, сказанное на ухо. Стон. Дикое, сумасшедшее, неукротимое наслаждение...

Он всегда был самым лучшим. И она всегда это знала, пусть и не торопилась признавать. Самым странным, самым загадочным, и, как показал опыт, самым добрым по отношению к ней. Самым терпеливым, самым понимающим. И, со временем, самым дорогим.

Её сердце за его. Наверное, справедливо.

Дедра смотрела в напряжённое лицо избранника, заострённые скулы, приоткрытые губы, безумный обожающий взгляд, пока он с силой двигался, покрывал её кожу поцелуями, горящими подобно раскаленным клеймам. Женщина держалась как могла, в стремлении растянуть удовольствие, но скоро внизу позвоночника появилось знакомое покалывание, дыхание участилось, и она поняла, что долго не выдержит. Очередной стон сорвался с её губ, и Дедра опустила глаза вниз, туда, где сходились их тела. Как напряжённый, подтянутый живот Сирила соприкасался с её, худым и плоским.

Это зрелище, как он погружается в неё, доставая до самых чувствительных точек в её теле, перебросило Дедру к самому краю. Ещё немного, ещё чуть-чуть... Лицо Сирила искажается, и женщина понимает, что и он на грани. Это, и то, как он смотрел на ней, будто она — целая вселенная для него — перебрасывает её за черту.

Грудь Дедры распирает от переполняющих чувств к этому странному, дорогому и безмерно любящему её мужчине. Признания в любви рвутся из горла, так рьяно и безумно, что это даже пугает. Бесшумно выдыхая их, на иное нет сил, Дедра тянет голову к его голове, крепко держась за его шею, и прижимает губы к его губам.

Дыхание становится одним на двоих, когда они достигают вершины с разницей в наносекунду.

Любовники замирают, и стук их сердец отдается в ушах. Дедра чувствует радость. Словно она вдруг очнулась от долгого-долгого сна без сновидений. Какое счастье, расслабленно нежиться в постели, только что взлетев на самую вершину удовольствия, что способно испытывать её тело. Быть вбитой, придавленной к постели страстным, сильным мужчиной, которому она по доброжелательной насмешке судьбы отдала сердце.

Дура, да и только. Правда, очень счастливая.

* * *

— Мне кажется, это было лучше всего, что было раньше, — наконец, млея от счастья, подал голос Сирил, освободив женщину от своего веса и обессиленно повалившись рядом. — Я... никогда не испытывал ничего подобного.

— И я, — ласково ответила Дедра, со сладким усталым стоном переворачиваясь на бок, чтобы привалиться к груди возлюбленного. — Наверное, мы с тобой вышли немного на новый уровень, м-м?..

Сирил сладко зажмурился от её слов и крепко, от души поцеловал любимую женщину в волосы, крепко обняв за плечи. Это правда. И они... весьма бурно высказали друг другу всё, что об этом думали.

Самым лучшим способом.

— Я люблю тебя, — нежно произнёс он, желая ещё раз услышать священное для него подтверждение взаимности своих чувств.

— А я тебя, — машинально ответила Дедра, но, кажется, она уловила взметнувшееся, едва ощутимое, невесомое, неудовлетворение таким коротким ответом на такие важные слова. — Люблю тебя, Сирил. Мне... нужно привыкнуть к этому.

— А я сделаю всё, чтобы тебе приносило это только удовольствие, — довольно проворчал Карн, теперь удовлетворённый ответом, сжав её руками ещё крепче. Какое-то время они молчат. — Хочу, чтобы эта ночь никогда не кончалась.

— Если эта никогда не закончится, то никогда не начнётся новая, — философски заметила Дедра, погладив его по груди. — Так что, предлагаю... немного побалдеть, а потом всё-таки в душ и спать.

— В душ вдвоём? — нагло поинтересовался Сирил,

— Если будешь хорошим мальчиком.

Это означало "да".

* * *

Сирил довольно усмехается и прижимает сонную Дедру к себе, спиной к груди. Больше они не говорят ни слова, предпочитая смотреть на огни имперской планеты-столицы за окном и в молчании перебирать в голове собственные мысли. Их отношения долгожданно вышли на новый уровень. Далеко ли до следующего?.. Карн украдкой бросил взгляд на растрёпанную макушку Дедры, подумав, согласится ли она когда-нибудь закрепить их отношения... официально. Он бы очень этого хотел. И будет мечтать, теперь. Но сейчас... он может наслаждаться той победой, что у него есть уже. Самой важной. А остальное подождёт.

Всему своё время.