Ещё немного сказок (джен)

Существует ли на самом деле реинкарнация я, как и многие другие толком не знал. Но, всё же, если бы вдруг столкнулся с таким явлением лично, то меня не удивило бы что оно имеет место. И знаете, я, таки, с этим столкнулся, но не сразу, а лишь когда я начал свою вторую жизнь. Удостоверился я что она всё-таки имеет место, потому как в моей памяти стали проявляться фрагменты из предыдущей. А затем, в следующей, фрагменты уже из двух прошлых и так оно дальше пошло.

Так вот, о чём я хочу рассказать. Каждый раз, проживая жизнь заново, я был совершенно другим человеком, совсем не тем что в предыдущих. Например, во второй жизни я оказался Гарри нашим Поттером и вот какой момент из жизни, когда я был им, мне запомнился со всей отчётливостью, настолько, что вспоминался он мне потом и в третьей жизни, и в четвёртой. Который каждый раз вспоминался с некоторым... злорадством.

Но, прежде чем остановиться на том что именно произошло и что стало поводом к тому чтобы позлорадствовать, немного расскажу о том как мне жилось. Ну, когда я Поттером перестал быть, после мая девяносто восьмого. В общем, получилось что первые девятнадцать лет, как и все последующие годы после победы над Волди, я прожил уже не как Гарри Джеймс Поттер, а как Пол Андерсон Гатлинг. А имя другое я взял потому как понял, что для меня, с победой над Волди, ничего не закончилось, то есть как был я всем должен по жизни, так с меня продолжат и спрашивать, и даже требовать. Ну, если оставить всё как есть и ничего не поменять.

А менять нужно было потому что стали меня окружающие выбешивать со своими просьбами. Особенно, когда моё внимание начали стараться привлечь совершенно левые, мутные ребята, которых я до этого даже в глаза не видел ни разу. И которых это совершенно не смущало, настолько что они считали, что если они ко мне на улице подойдут и предложат участия в каком-нибудь их грандиозном проекте, то меня это тут же заинтересует и поведусь на их посулы. Типа, вы же теперь герой, мистер Поттер, и если вы присоединитесь ко мне, то мы с вами такого нахреновертим, что мама не горюй.

Но больше всего мня бесило что они не просто предлагали — это было ещё полбеды, так ведь нет же, требовали они ещё и настаивали. Говоря открыто что, дескать, это теперь моя святая обязанность. Вот подумал я, подумал да и свалил нафиг. Точнее в Америку и имя поменял.

Не буду рассказывать как мне там жилось, а жилось мне там весьма недурственно, скажу только что через десять лет я развёлся со своей тамошней женой, с которой у нас было двое совместных детей — дочь и сын. Вот с одним из которых, с сыном, я вернулся обратно в Британию. Ну, ностальгия, то, сё, сами понимаете. А ещё через девять лет, когда я провожал в Хогвартс моего сына Реджинальда, то случайно столкнулся с Гермионой Уиллогби, в девичестве Грэйнджер. Которая на тот момент уже тоже лет пять как была не замужем. и тоже провожала своего ребёнка в Хогвартс, только дочь.

Разумеется мы друг друга узнали, обрадовались встрече и после того как Хогвартс-экспресс повёз наших детишек в школу мы с ней вышли на Черринг-Кросс-Роуд и устроились в одной маленькой но очень уютной кофейне, чтобы поговорить.

Кстати, когда она назвала свою нынешнюю фамилию, то я удивился, конечно. «Уи... ллогби?» — переспросил я её , подумав в первый момент что я её неверно понял. Так-то я думал что она теперь Уизли, да и вообще министр магии и всё такое, но оказалось что замужем за Роном она так никогда и не была, да и к магическому миру она сейчас тоже особого отношения не имеет. Как, собственно, и я.

Забегая немного вперёд и для информации, скажу что встречи наши стали с тех пор регулярными и закончились свадьбой. А сразу после того как мы колечками обменялись Гермиона заметила, что начавшееся у нас во время поиска хоркруксов, когда мы вдвоём остались, пришло наконец к своему логическому завершению. И я с ней согласился, потому как некоторая романтика начала у нас тогда намечаться, начала. Но, потом вернулся Рончик, у нас появились другие задачи, типа, Гринготтс обнести и всё такое, поэтому дальнейшего развития эта наша романтика так и не получила.

Впрочем, это так к слову пришлось и это не тот момент о котором мне хотелось бы поведать, а рассказать мне хочется про нашего бывшего, рыжего друга Рона. О том, как получилось что стал он обладателем того, чего очень и очень хотел, я имею в виду славу и известность. Ну, помните что он видел в зеркале Еиналеж? И староста он, и лучший ученик, и капитан квиддичной команды, и сам Дамблдор его в пример другим ставит, и волшебная палочка у него самая большая и толстая, и... много ещё чего.

В общем, очень сильно он хотел прославиться, мечтал прямо, только не зря говорится: «Бойся своих желаний, они имеют свойство исполняться». Вот она-то, известность, его и настигла и прославился он на всю магическую Британию.

А дело, в общем, было как? После того как я удрал, оставив прощальную записку, в доме Уизли поднялся хай. Особенно, конечно, злобствовали Рон и Джинни. Рон кричал что я предатель потому как бросил их в тот момент когда вся их семья переживает траур в связи с гибелью Фреда и не оказываю им моральной поддержки, а Джинни, почему-то, предъявляла Гермионе, что типа из-за неё я уехал и не хочу с ней отношения восстанавливать.

Так вот, когда они немного успокоились, то Гермиона сказала Рону что она тоже на днях уедет, в Австралию. Встретиться с родителями, показаться им и узнать не нужна ли им какая-либо помощь, то, сё — память, кстати, она им не затирала. Вот тут-то и произошло то, что прославило Рона на всю магическую Британию и ничем иным кроме как эпической глупостью его действия назвать нельзя.

И что же он такого сделал Рон? Да ничего особенного, всего лишь, сказал Гермионе что ехать в Австралию он ей... запрещает. Запрещает, Карл! А дальше Грэйнджер рассвирепела. Нет, ну оно и понятно, сначала ей младшие Уизли, на пару, мозг выносили, да ещё и не один час, а после Рончик чуть ли не приказным тоном заявляет ей такое. Я бы на её месте тоже повёл себя... несколько несдержанно и даже не совсем адекватно.

И настолько Гермиона разозлилась, что всего одним режущим заклинанием оскопила его, потом аппарировала с ним в Мунго и шарахнув по столу на ресепшене отрезанным хозяйством Рончика, заявила на всё приёмное отделение что с мистером Рональдом Уизли произошёл несчастный случай. Дескать, порезался он во время бритья, а сама аппарировала в аэропорт и через два часа вылетела в Австралию.

А рассказал я это чтобы лучше было понятно какой именно момент мне чаще всего вспоминается. В общем, в приёмном отделении Мунго, в то время народ присутствовал, конечно, ведь не с Роном единым несчастные случаи происходят. Поэтому о случившемся с ним пошли гулять сплетни. А самое интересное, как мы потом выяснили, хоть Гермиона и не применила чего-то там Темномагического, но шрам у Рона после операции на всю жизнь остался. Имеется в виду в том месте куда его хозяйство обратно то ли пришили, то ли ещё как-то приклеили.

В итоге, на всю оставшуюся жизнь Рончик заполучил прозвище и иначе как Мальчик-Который-Порезался-Когда-Брился, его с тех пор не называли, а так же его частенько просили показать шрам, причём, эдак ехидненько.

Вот так Рон заполучил известность, а у меня появился момент, который я частенько вспоминаю, пусть даже и с некоторым злорадством. Нет, ну сами представьте, подходите вы к нему, ухмыляясь, и говорите: «Так как ты там умудрился порезаться?» или «Покажи шрам, Рончик». Ха-ха-ха.