Эвелин (джен)

София качалась на стуле в кафетерии. По этикету так делать нельзя, но ей было плевать. Работа в архиве слишком пустая. Конечно, ровно этого она и ожидала, пойдя на службу в Отдел Семьи и Брака, вместо аврорского. Ее туда звали, она не хотела рисковать, но вместо этого ввязалась в еще более тяжелую работу.

Перебирание папок в архиве для нее скорее редкость, чем обыденность. Она полевой работник: рыскать по подвалам в поисках сироты или грудью защищать волшебников от семейного насилия и проклятий — вот ее повседневность. Предыдущие дела успешно завершились: малыш Хан нашел новых любящих родителей, а миссис, то есть мисс Гестер вернулась в родительский дом. Сейчас же выдался отдых, который, как подсказывала интуиция, будет коротким.

К Софии подлетел бумажный самолетик (одна из тех немногих маггловских изобретений, которые волшебники адаптировали под себя), и если это сообщение от Изольды, София за себя не ручалась.

Она быстро схватила бумагу, едва не скомкав в руке, и только потом поняла, что подчерк-то не ее коллеги-сплетницы — начальницы.

«Аберс, кабинет 1008 в 14.40»

Вот и новая работенка. Интуиция никогда не подводила. Кабинет с тысячей — Отдел Наследования. Что у них там могло случиться, что требовалось привлекать ее отдел? Очередная подмена? На часах — полтретьего. Пора выдвигаться. Как раз, пока лифт доедет.

* * *

Атриум всегда был темным, лифты всегда битком, но даже там можно пересечься со знакомыми.

Орсон Холл из Департамента магического правопорядка, высокий парень чуть младше Софии. В отличие от нее учился в Хогвартсе и сейчас звезды с неба хватает. За восемь лет из рядового пробился до командующего отрядом. Если бы его начальник не был гением — сам бы стал начальником.

— О, Аберс, — он даже не улыбнулся, заметив Софию, хотя всегда были в хороших отношениях.

Кажется, его нынешняя работа — сложная задачка. Они иногда трудились вместе, когда требовались «грубые решения сложных задач», но в основном их сферы деятельности не пересекались.

Лифтер объявил:

— Отдел Наследования.

София с удивлением смотрела, как Орсон выходит вместе с ней.

— Ты тоже сюда?! — Он удивленно покосился. — Не в восьмую случайно?

— Тысяча восьмую.

— Я это и имел в виду… — Все становилось ещё более запутанным. — Что у них произошло? Там ничего не может быть, кроме подмены!

София не могла ответить. В этом отделе правда ничего нет, кроме подмены имени.

Ни для кого не было секретом, что и у Пожирателей смертей, и у авроров, им противостоящим, были дети. За них, главное сокровище любой семьи, беспокоились больше, чем о себе самих. Во время войны взволнованные возможной скорой смертью родители передавали чадо родственникам, далеким от сражений, лучшим друзьям и просто знакомым. Если по итогу оставались живы, дети возвращались в родные пенаты. Если нет, приемные семьи подделывали документы о рождении, приносили в Министерство задним числом, скрывая от самих детей смерть или Азкабан.

В последние же пять лет, когда такие ребятишки подрастали и приходили в Отдел Наследования за консультацией, вскрывалось несоответствие имен — ссоры, скандалы, крики и плач стали обычным делом. Вызывались волшебники из ДМП, Отдела Семьи и Брака, оформлялись протоколы, уведомления от Визенгамота — но де-факто мало что менялось: дети росли в любви и заботе, не было никаких оснований отбирать родительские права.

За прошлый год таких подмен было четыре, за позапрошлый — семь, в этом — две. И видимо сейчас ожидала третья.

Вывернув, София с удивлением наткнулась на свою начальницу около нужного кабинета:

— Миссис Парас, — официальное приветствие.

Джосселин Парас оглядела ее и Орсона с ног до головы и лишь сильнее поджала губы:

— Я рада, что вы подошли так быстро.

Орсон поправил ворот рубашки:

— Мои трудозатраты довольно дорогие для обычной подмены.

Удивительно, насколько он становился дерзким, когда злился. Даже если Парас не его начальник, требования к этикету чуточку другие.

— У нас не просто подмена. — Она прижала к себе огромную кипу папок, очень тяжелую и пузатую. — Я несколько раз слышала от тебя одно маггловское выражение… никак вспомнить не могу.

Орсон тут же струхнул, подобрался. Его взгляд забегал, пока он заикающимся голосом, словно нашкодивший ребенок, проговорил:

— Мы в заднице?..

Парнас кивнула:

— Мы в заднице! — от ее уверенного тона стало не по себе.

София и Орсон переглянулись и вместе, втроем, вошли в кабинет.

Они пересеклись взглядом с Патрицией Саф и уткнулись в ссутуленную спину ребенка. Казалось, мальчик их прихода даже не заметил.

София и Орсон прислонились к входной стене, Парас с кипой бумаг подошла к столу, присела (мисс Саф услужливо подала ей стул). Теперь следовали долгие, формальные процедуры.

Парас робко позвала на пробу:

— Мистер Поттер?

Ребенок отреагировал практически мгновенно, выпрямляя спину, плечи, поднимая голову. Теперь все могли увидеть его лицо. И… по телу Софии пробежали мурашки. Это же Гарри Поттер! Знаменитый шрам, очки — все, как в газете!

Орсон теперь и вовсе пытался слиться со стеной, видимо желая находиться где угодно, только не здесь. И София его очень понимала. Одно дело, когда подмена касалась мелкого аристократа, другое — Мальчика-Который-Выжил. Крупный скандал и громкий суд. Если повезет ограничиться малым.

Саф взяла шествование над разговором, обратилась к мальчику:

— Как вы можете понять, нам придется поставить ваше дело на особый контроль. Это — Джосселин Парас, начальник Отдела Брака и Семьи. А там, София Аберс, оттуда же, и Орсон Холл из Департамента магического правопорядка. — Самый молодой герой магической Британии взглянул на всех названых лишь по касательной, что не удивительно. — Мы нашли все документы, включая ваши настоящие. Вас что-то интересует конкретно? Потом мы обязательно посмотрим общую картину.

Поттер заерзал. Очевидно, его интересовало очень многое, но накатывала истерика. Его первые слова удивили всех:

— У вас есть успокоительное?

Редко какой ребенок будет так собран. Эльф же по зову начальницы сменил стакан мальчика, который он залпом осушил. Тремор из его тела ушел.

— В карточке написано «причина нарицание: люди», что это значит?

— Вас кто-то назвал Гарри Поттером и это закрепилось. Вам никто не менял имя, не воздействовал на вас именными ритуалами — вы всегда оставались Эвелином Иво Гонтом. Просто все вокруг не вспоминали или не знали об этом.

Орсон дернул Софию за рукав и прошептал на ухо:

— Мордред, он — Гонт!

Теперь она полностью поняла, к чему была фраза про задницу.

При подмене дети сторонников Темного лорда оставались со сторонниками Темного лорда, дети авроров — детьми авроров. Никто не пытался бросить ребенка на чужую сторону! Но тут подменили сына правой руки Темного лорда (а Марон Гонт был именно им) на Гарри Поттера, что ни на есть светлую семью! Это не просто скандал и суд — катастрофа!

— Как я мог пользоваться сейфом Гарри Поттера, если не являюсь им?

— Предполагаю… из-за особенностей семьи Поттер и банка Гринготтс. Очень вероятно, что старший в роду имеет доступ ко всему, что есть у младших. Вы старше настоящего Гарри Поттера, и сами — Поттер. В семье вашей матери не было традиции переходить в род мужа: все женщины сохраняли девичью фамилию. А гоблины до сих пор работают по законам четырнадцатого века.

Мальчик покачал головой:

— Я больше не знаю, какие вопросы задавать.

— Хорошо. Пройдемся по порядку? — Дождавшись ответного кивка, Саф стала листать кипу документов. — Вы — Эвелин Иво Гонт, родились двадцать шестого февраля восьмидесятого года в доме своего отца, Марона Эвена Гонта…

— Он сменил имя?

Саф заметно побледнела:

— Да… в марте пятьдесят третьего Том Марволо Реддл принял титул лорда Гонта и сменил имя, став Мароном Эвеном Гонтом. — Интересные подробности себя исчерпали, и под заледенелым взглядом мальчика, Саф вернулась к основному: — Вы, очевидно, спокойно жили в своем доме со своей семьёй до пятнадцатого августа восемьдесят первого. Шестнадцатого числа того же месяца ваши родители принесли заявление о вашей пропаже.

— На следующий день?

— Пятнадцатого числа был так же убит ваш старший брат, Адриан Гортензий Гонт, шестьдесят второго года рождения. Старшего брата оставили присмотреть за младшим — ничего такого, что не делали бы другие родители — вернулись, обнаружили труп и пропажу. Следствие не было проведено, дело закрыто за истечением срока давности.

— Мои… родители были женаты? — Видно, как тяжело мальчику давалось каждое слово.

Листы шелестели:

— Да. Есть свидетельство о браке. Подписано Поттерами, включая лорда, а со стороны мужа свидетели… наверно проще сказать, кого тут нет: Малфой, Лестрейндж, Розье…

— Я понял.

— Умерла ваша мама двадцатого сентября восемьдесят первого. И еще кое-что на счет вас. Есть студенческий сейф, именно ваш. В него заложена сумма для оплаты обучения в любом учебном заведении Британии и содержание на личные расходы. К сожалению, сейф сейчас арестован, вместе со всем остальным имуществом вашего отца. Вернуть его можно подав в суд.

Мальчик удивленно покосился:

— Он не ограничился Хогвартсом?

— Ваш отец сам получал мастерство по артефакторике в Шотландской ремесленной академии. Заведение не имеет ничего общего с Хогвартсом.

— А брат?.. Мой старший брат?

— Родился восемнадцатого апреля шестьдесят второго. Поступил в семьдесят третьем в Хогвартс, благополучно окончил его в восьмидесятом.

Ребенка снова затрясло:

— То есть, этот ублюдок спокойно получал мастерство, женился, заводил детей, набивал карманы? — София поняла, что Поттер (кем бы он на самом деле не был) ничего не знал о своей семье. Да и его отношение к отцу странное. — Ради чего? Какие у него были мотивы?! Зачем все… Почему он все еще!..

Мальчика захлестывала подступающая истерика.

Парас добавила:

— Ваш отец никак не может достать. — Саф схватила ее за руку, пытаясь остановить. — Он в Азкабане.

Вдруг мальчик затих. Застыл, словно от ужаса:

— Где?..

— В Азкабане, — неуверенно повторила Парас.

— Волдеморт в Азкабане?

В полной тишине раздался смех. Ребенок затрясся в истерике. А София думала совершенно о другом. Ей же не показалось?..

Орсон цыкнул языком:

— Какая концентрация успокоительного была в бокале?! Эльф, Мордред!

Существо тут же появилось и отчеканило:

— Три капли на стакан. Строго по дозировки для четырнадцати лет.

Кажется, у Поттера была либо устойчивость к компонентам успокоительного, либо аллергия.

Орсон подошел к нему, проверил пульс на запястье:

— Зелье должно было продержаться два часа, а не пятнадцать минут. Тащите его к медику. — Оглядел всех присутствующих, которые не пошевелились. — Хорошо, я, тащу его к медику! Вставай, парень. Давай, аккуратно.

* * *

Пока Орсон отводил Поттера-не-Поттера в медицинский кабинет, София решила обмозговать происходящее. И первое, что ей пришло на ум:

— Темный лорд? Причем здесь он?

Мальчик обмолвился про него неспроста. Он был в ужасе, он точно что-то знал.

Мисс Саф тяжело вздохнула и написала на случайном листе бумаги фразы одну под другой: «Том Марволо Реддл» и «Я — лорд Волдеморт».

— Анаграмма.

Пока миссис Парас судорожно зачеркивала буквы, София глубоко задумалась:

— Откуда Поттер от этом узнал?

Мисс Саф пожала плечами.

Другой вопрос: Марон Гонт. Знаменитая правая рука Темного лорда, последний из древнейшего чистокровного рода, член Палаты лордов, присяжный Визенгамота, активный политический деятель.

— Почему никто не заметил, что лорд Гонт и Темный лорд — один человек?

Ее мысль прервал вопль Парас, наконец-то вычеркивающей буквы:

— Глупость!

Орсон оказался рядом, выхватил анаграмму из рук:

— Именно поэтому не догадались. Кто-то же подумает, что самый умный волшебник Британии будет городить такую идиотию! Те, кто знал, и так знали. — Он со злостью швырнул анаграмму на пол. — Превосходно! Это дело будет стоит моего полугодового жалования! — Необъяснимо как развалился на стуле. — Давайте пока отложим всю политическую шелуху. Что у нас по фактам? — София тяжело вздохнула. Мозги Орсона всегда работали быстрее, чем у нее. — В августе восемьдесят первого умирает старший сын Темного лорда, младшего похищают. Война уже вовсю. В сентябре умирает его жена. В октябре Темный лорд приходит в дом Поттеров и?.. Там был настоящий Гарри Поттер или наш подменыш? — Ответ придётся искать. — Ладно. Пока забыли. Там был ребенок. Чехарда-чехарда, пара трупов, один Азкабан, Мальчик-Который-Выжил. И вот сейчас к нам пришёл подменыш, который всю сознательную жизнь прожил Поттером. Вопросы? У меня их неизмеримо.

София кивнула:

— Кто украл и как? Когда его подменили на Поттера? Если после событий в тот Самайн — одно, если до него — совсем другое. Кто назвал его Поттером? Кто, зачем настроил его против родного отца или как так вышло? Первое, что подумала, про Гонта-младшего.

Теперь София определилась, как их звать про себя: подменыша — младшим Гонтом, его отца, Темного лорда — лордом Гонтом, настоящего Гарри Поттера — Поттером.

— Сюда бы авроров.

Орсон усмехнулся:

— Я знаю, как они отнесутся к Гонту. Поэтому туда и не перевожусь! Своя жизнь дороже.

София даже не представляла с какого конца взяться:

— Мы ведь не обязаны разбираться в событиях тринадцатилетней давности.

— Не наша работа. Наша — убедится, что подменыш доживет до полного совершеннолетия. Если пустить это дело, с его-то родословной, будет очень непросто.

— Совершить должностное преступление? — Все уставились на высказавшую идею Саф.

София сразу поняла: закрыть глаза, что Гарри Поттер — не Гарри Поттер, выдать ему частично чужое наследство, возможно, подправить воспоминания. Вскроется все только лет через тридцать, когда у Гонта-младшего появятся собственные дети. И это уже будет не их проблема, но…

— А если настоящий Поттер найдется?

Орсон развел руками:

— Я не уверен, что он вообще жив.

Но тут Парас прокашлялась:

— У меня есть кое-что. — Она протянула остальным самую нижнюю папку из стопки. — Гарри Поттер, рожденные второго августа восьмидесятого. Безродный, официально усыновленный. Вряд ли…

Орсон присвистнул:

— У нас уже анаграмма за авторством очевидно кого, останавливать идиотизм не предлагаю.

Саф закопалась в свои журналы:

— Этот мальчик… послезавтра, в десять. Приглашу его опекунов, если что…

Орсон кивнул:

— Хороший план! Что с нашей стороны?

— Что нужно, чтобы обеспечить мистеру Гонту защиту? От всех: авроров, Пожирателей?

— Наверно… волшебник, который хорошо знаком с Темным лордом и знает, кто такой лорд Гонт. При этом относительно нейтрален и имеет рычаги давления хотя бы на мелкую аристократию?.. Понял, я в архив.

— А вы, мисс Аберс, займитесь опекунами мистера Гонта. — София нахмурилась. — Они — магглы. Никаких документов об опеке нет.

Орсон зааплодировал:

— Превосходно! Просто прекрасно! — Когда немного подуспокоился, предложил: — Может навестим пацана? Для осмотра слишком долго.

* * *

Медицинский кабинет встретил Софию и Орсона тишиной и покоем.

— Если вы, молодые люди, к мистеру Поттеру, то приходите завтра.

Сутулый старик в белом халате отложил чтение книги.

София прокашлялась:

— Я из Отдела Семьи и Брака, могу получить заключение по мистеру Поттеру.

Лекарь пристально посмотрел на них исподлобья и протянул небольшой лист:

— Тогда это по вашей части.

— А забрать мы его не сможем?

— Завтра. Сейчас мистеру Поттеру вводят препарат, после которого он проспит еще практически сутки.

Орсон струхнул:

— А что за препарат, можно узнать?

— Нейтрализатор для яда ибисовых урей.

— Это что? — он выпучил глаза.

— Небольшие ядовитые змеи, обитают в Египте. Их яд используется при повреждении работы мозга и нервной системы. В очень малом количестве. И так как яд самостоятельно не выводится из организма, в лекарстве его смешивают с нейтрализатором, который сейчас мистеру Поттеру и закапываем.

— Без него яд опасен?

Почему с каждым предложением разговор начинает походить на ужасы?

— Очень.

София вздрогнула:

— И как же яд мог попасть в его организм?

— Это уже к вам вопрос, милая. У мистера Поттера нет никаких показаний к применению яда урей. А выжить он смог, потому что в его же крови нашли сильно измененное зелье очищения. Без побочных эффектов и аллергии, конечно, не обошлось.

София решила отложить сложный вопрос на потом:

— Надеюсь, на яде все закончилось?

Старик пробубнил:

— Так, пара застарелых переломов, заново выращенные кости, хроническое недоедание — нужен хороший курс зелий, да дорогое-то мероприятие. — София кивнула: да, это явно по ее части. Надо разбираться с опекунами-магглами. — Знаменитый шрам мистера Поттера… — лекарь задумался, — я не знаю, что это. Недоделанный темный ритуал? Но кажется, не вредит. Даже помогает восстановиться после отката.

Вот то, что Гонт-младший пережил откат магии стало неожиданностью. А с учетом, что он жил у магглов, скорее всего даже не знает, какое правило Магии нарушил.

— Выпишите, пожалуйста, мистеру Поттеру рекомендации.

Лекарь прыснул:

— Все равно же не исполните.

— Он под нашей защитой, на данный момент.

— Напишу. Куда ж денусь-то.