Эвелин (джен)

Приветствую всех!

Данная часть не обязательна к прочтению, но желательна.

Ради того, чтобы никто не тратил время зря, выкладываю список штампов, тропов и иных необходимых поясняющих хештегов.

— Троп: Гарри Поттер — сын Волдеморта взят за основу «Эвелина» и вывернут с нужной стороны. Так что здесь будет не совсем привычный взгляд на типичные канонные и фанонные события, характеры и взаимодействия. (Если брать хештеги с АО3, здесь точно стояла бы метка #критикаДамблдора). В то же время здесь нет привычных фанонных «гадов» и «гудов» — все персонажи как хороши, так и ужасны. Косячить, заблуждаться, ненавидеть, любить и радоваться могут все. Даже Волдеморт. Внимание: каждый из ПОВов происходит с чьей-то колокольни. То, что персонаж не знает, не чувствует и не ощущает — не прописано. Поначалу хоть сколько-то полной картины у читателей не будет. Даже не рассчитывайте. Игра идет в долгую.

— Нет канонных и фанонных «темной» и «светлой» сторон. Разве что только условно. Везде хватает и извергов, и маразматиков, и просто порядочных людей.

— АУ с лета перед четвёртым курсом. Все до этого шло согласно канону, за исключение некоторых моментов, например принятие частичного наследства в четырнадцать лет (события пролога). Все отличия от канона и фанона будут прописаны в тексте. Если что-то не понятно или не объяснено, можете смело писать. Так же я больше опираюсь на кинокон, но и в книгокон и Вики тоже посматриваю, хотя и беру от оригинала то, что нравится. Поэтому например, фанонной родомагии в привычном понимании не будет, но вот сами ритуалы принятия в Род и ему подобные — вполне. Есть Магия, Её законы и откаты.

— Отдельное сюжетное примечание: дети являются детьми! У них могут быть взрослые мысли и разговоры, но бежать на баррикады и спасать (или спасаться) магическую Британию будут взрослые, совершеннолетние волшебники. Так же за детей будут решать юридические, политические и иные вопросы. Учтите, что данный момент ключевой в «Эвелине», а семья — одна из основных тем.

— ООС махровый! На канонность характеров не претендую целиком и полностью!

— Оригинальные герои: начиная от семьи Поттеров (в прошлом и настоящем), заканчивая работниками Министерства, Пожирателями смерти и прочими — правят балом. От их действий и поступков сюжет часто будет зависеть даже больше, чем от канонных персонажей.

— Жанр: смешанный. Здесь драма смешана с элементами психологии, детектива. За достоверность обоих я не ручаюсь, не то образование.

— Направленность: джен. Гет, если был, то когда-то давно. Но он существенно влияет на события настоящего. Так что если кому-то не нравится Том Реддл/ОЖП и иные отношения в «Эвелине», просьба оставить кактус в покое.

— Пейринги не проставлены. Большая часть персонажей тоже. Все во избежание спойлеров.

— Если кто-то зашел сюда после «Шкатулки октября» и «Амритова следа», не удивляйтесь повторам идей и смыслов. «Эвелин» — идейный продолжатель этих работ, не скованный ограничениями параллельных миров и уже прописанных характеров. Некоторые сюжетные крючки могут повторяться. Как и имена персонажей. Но лишь внешне. Мотивы, характеры и последствия будут совершенно другими.

— «Эвелин» пишется в режиме реального времени, главы редактируются так же. Никаких сроков нет, но «Эвелин» обязательно будет дописан, потому что моя совесть — отвратительная сука. Но это может занять 3-4 года с довольно большими перерывами. Если закончиться раньше, то и слава Богу.

Если не желаете мучиться с «в процессниками», но вас заинтересовало, отправьте в сборник, закладки, или напишите комментарий. Когда работа будет закончена, я обязательно всех оповещу.

Надеюсь, вам понравится. Приятного времяпровождения.

Солнце село, быстро темнело, а в голубо-сером небе Литтл Уингинта пролетал самолет. Гарри присматривался к мерцающему розово-золотому следу, тянувшемся за аппаратом. Со временем, он разглядел и форму самолета: острый нос, распростертые узкие крылья — планер? Гарри не был уверен, едва что-то помнил из дадлиной энциклопедии. Да и сколько лет прошло! Теперь уже книги кузену не дарят. Больше деньгами. Хотя Гарри и того не пришло. Точнее, были письма.

Самое первое пришло от Сириуса, впечатало бедную неясыть в окно и перебудило практически всех обитателей дома. Тетка быстро поняв что к чему, выставила Гарри за дверь подрезать розы. И оказалась удивительно права: избавиться от налетающих в его день рождения сов оказалось не так-то просто даже для самого именника. Скрипучая сипуха Гермионы настырно требовала то ли еды, то ли оплаты. Филин Оливера Вуда как-то умудрился сцепиться с Буклей, поклевав друг друга до громкого визга. Самым спокойным же оказался старый сычик семьи Уизли. Он отдыхал на соседской карликовой яблоне больше двух часов после того, как из последних сил дотащил до Гарри большущую коробку домашних пирожков. Которыми он и пообедал, так же не забыв прикормить пернатых работников.

И вот когда солнце село, а розово-золотой след самолета развеялся ветрами, Гарри уже было хотел попроситься обратно под крышу, убедившись, что больше никакие внезапные подарки не помешают домочадцам, его всё-таки настигло еще одно письмо. Принесшая его сова не стала ни ждать оплаты, ни куролесить, ни даже ухать — тут же развернулась и улетела.

Гарри присмотрелся к письму. Отличная бумага, четкие буквы, печать министерства магии — официальное извещение.

«Уважаемый мистер Поттер.

Уведомляем Вас о Вашем вступлении в малое совершеннолетие и праве вступить в частичное наследование.

Для уточнения сведений и проведения дополнительных консультаций Вы имеете право обратиться в Министерство Магии, Отдел Наследования, 01.08.1994 г., 13:30, каб. 1008, адрес каминной сети «Отдел Наследия». Или перенести консультацию на удобное Вам время, отправив предварительное уведомление в свободной форме за 4 дня до консультации.

С уважением, Флоренс Галбрейт, секретарь Отдела Наследования».

Этого письма Гарри ждал. Ему исполнилось четырнадцать, и как многие другие он получал некоторые права и обязанности перед волшебным миром.

Гарри уже попривык, что вместо ID-карты⁽¹⁾ его собственная магия. Она дает доступ к сейфам в банке, каминным перемещениям и просто ко всему волшебному. Это избавляло от так нелюбимой дядей Верноном бумажной волокиты, что Гарри очень радовало.

Но с другой стороны, он не сомневался, буду и обязанности. Вряд ли волшебному миру интересны нахлебники. И слова Гермионы с Роном, уже прошедших формальные процедуры в Отделе Наследования, это лишь подтверждали.

Если формулировать все разговоры маггловским языком, выходило: с четырнадцати лет любой волшебник имеет право управлять собственными финансами без вмешательства родителей или опекунов; открывать собственные счета в трех английских магических банках, включая Гринготтс; и право подрабатывать на летних, рождественских и пасхальных каникулах с согласованием через Отдел Труда.

Сириус в одном из недавних писем лишь добавил, что Гарри ничего существенного не получит, кроме собственного сейфа, который и так его, но вот узнать о наследстве Поттеров не помешало бы. С этим так же нельзя не согласиться.

От крестного Гарри разузнал, что у него могла бы быть хоть и «чудаковатая», но большая семья: бабушка, дедушка, двоюродные, троюродные дяди, тети, кузены и кузины — целая толпа! Волдеморт, его Пожиратели и драконья оспа скорректировали количество родичей до нуля. Что радовать не могло, но не исключало наследства, которое могло бы остаться. И хоть большинство уничтожено и разграблено во время войны, деньги и кое-какие небольшие вещички, запрятанные по закромам сейфов, обязаны сохраниться. Конечно, прямо сейчас Гарри ничего из наследства получить не сможет (только с полного совершеннолетия), но завтра, первого августа, его должны проинформировать о его наличии.

Гарри осторожно открыл дверь в дом. Ему нужно в комнату, написать Сириусу письмо. Они обещали друг с другом связываться в любых «документационных» вопросах.

На кухне стояла тетя Петунья. Она внимательно, хоть и устало после всех домашних хлопот, осмотрела Гарри с ног до головы, включая письмо.

— Это из Министерства. Что-то про моих родителей. — Гарри протянул тете письмо, зная, что она не возьмёт, но ее доверия будет куда больше, если показать, что это не опасно. — Мне нужно завтра в Лондон.

Гарри не знал другого ближайшего камина.

Тетя сузила глаза, вскинула взгляд на лестницу, словно следя, чтобы никто не увидел и тихо проговорила:

— Деньги во втором ящике. Автобус в восемь. И завтрак приготовь.

Гарри заулыбался. Его отпустили.

— Спасибо.

Он мигом добежал до комода в гостиной, взял из три фунта на всякий случай, и быстро побежал в свою комнату. Забросил все сегодняшние письма в чемодан к фотоальбому, и схватив бумагу, быстро начертал письмо Сириусу: «Я завтра в Отел Наследования. Как что узнаю, тут же сообщу. И спасибо за поздравление. Гарри»

Букля, уже привыкшая сидеть в доме Дурслей на сколько возможно тихо, лишь слегка чирикнула (попросила поглаживания), принимаясь за работу. Гарри тут же завел будильник на шесть утра и уснул.

* * *

До Дырявого котла добраться дело не хитрое. Тем более, автобус пришел без опозданий, да и трясло в нем куда меньше, чем на волшебной метле, удалось доспать.

Старый бар встретил Гарри уже привычной громкой бессвязной болтовнёй и взглядами, которые долго на нем не задерживались. Вопросы к Мальчику-Который-Выжил отпали еще в прошлом году.

— О, Гарри Поттер, — улыбнулся ему старый Том.

— Здравствуйте, — сказал он, садясь прямо напротив бармена.

— Снова свою тетку надул? — Старик противно захихикал. — Или за учебниками.

— Нет, я в Министерство. Просто времени… — Гарри бросил взгляд на часы, — еще полтора часа.

Том завозился, достал какие-то плюшки, наполнил деревянную кружку чем-то мутным и протянул Гарри:

— Тогда вот тебе. За счет заведения.

— Я обязательно заплачу!

Поймал довольную, скалистую улыбку владельца Дырявого котла. «За счет заведения» — чаще всего означало «в долг». А быть кредитором Гарри Поттера много кто хотел. Хотя он сам старался обращать на это поменьше внимания.

Плюшки, которые оказались булочками с корицей, и мутный напиток, неочищенный морс, оказались на удивление вкусными. Гарри даже успел что-то услышать по международный чемпионат по квиддичу и одолжить у кого-то «Ежедневный пророк». Ничего интересного, кроме споров о ставках и прискандальной статьи Риты Скиттер, влезающей в личную жизнь английского загонщика, Гарри не нашел. Это же подтвердил и Том. «Сириуса Блэка же не нашли, дементоры исчезли — один квиддич и остался». Гарри глупо заулыбался.

Вот с Сириусом Блэком все было очень даже замечательно. Он скрывался где-то в стране то ли вместе с профессором Люпином, то ли в родовом особняке Блэков, и активно вел переписку с Гарри.

Болтали друг с другом все лето в одном о мелочах: крёстный описывал свои школьные проделки, Гарри жаловался на Снейпа — и так все лето. По письму раз в неделю.

О чем-то существенном разговаривали редко. Пару раз Сириус обмолвился, что порвал со своей семьей «не в силах терпеть чистокровное безобразие» и сбежал в дом Поттеров. Так Гарри разжился парочкой историй, каким грозным был его дедушка Флимонт (ровно до того момента, как в комнату входила бабушка), как тщательно за семейным садом из разноцветных акаций ухаживала его двоюродная бабушка Тея и насколько «страшной» была леди Миранда. Уж совсем дальняя родня, но Сириус с отцом ее так «боялись»! Один смех! Гарри едва по полу не катался, раз за разом перечитывая рукописные строки.

Конечно, порой его охватывала грусть, печаль и ненависть. Он мог бы вырасти в окружении стольких людей, если бы не Волдеморт! Но историю не изменить, и ему придется двигаться дальше с тем, что есть.

* * *

Как только часы стукнули час, Гарри переместился в Министерство. Огромное здание с кучей этажей и явно фальшивыми окнами — каменный гроб, скрытый от всех не волшебников. С парапета Отделения Наследования открывался вид на большую площадь, Атриум, с фонтаном Магического братства (Гермиона все уши Гарри прожужжала об его великолепии), с лифтами и бесконечными каминами. Гарри где-то читал, что при входе в Министерство любой волшебник обязан предъявить свою палочку и зарегистрироваться, но в Отделе Наследования, имеющего собственный камин, не было никакого дежурного. (Хотя в Атриуме они были, Гарри их видел сверху занятыми, с планшетами и самопишущими перьями). И вообще людей не было, кроме одной ведьмы с кипой бумаг на противоположном конце этажа, которую Гарри мог легко не заметить. Видимо Отдел занимал целый этаж, и судя по рунам на потолке и стенах, имел собственную защиту. Так что немного подуспокоившись, Гарри решил поискать кабинет. «1008» располагался не так далеко от входа. На двери надпись гласила: «Начальник Отдела Наследования. Патриция Саф». Гарри тут же подумал, что ошибся: неправильно запомнил номер, но сверившись с письмом еще раз, недоуменно посмотрел на дверь. Почему его формальную консультацию решил проводить начальник? Опять фактор «Выжившего», как он это называл.

Гарри все же решил постучать и хотя бы уточнить. В ответ ему раздался громкий голос:

— Проходите!

За большим деревянным столом допивала чай ведьма средних лет, одетая в строгий офисный костюм.

Гарри замялся:

— Простите, я… хотел уточнить.

Женщина махнула рукой:

— Проходите-проходите, вы ко мне.

Гарри нашел в кабинете часы, утверждающие двадцать минут второго. Черт, он рано!

— Я не хотел мешать…

Ведьма еще раз махнула рукой, отставляя чашку:

— Раньше начнем — раньше закончим. И вы не опоздали. — Гарри развеселился, поняв, что ее головная боль далеко не спешащие люди. — Хотите чай или какао? Мои племянники от него без ума. Совсем не понимаю почему.

Женщина ему улыбнулась, и Гарри почувствовал себя куда спокойнее, садясь на стул напротив. Может на это и был расчет?

— Не надо. Спасибо.

— Как хотите.

Ведьма перебирала папки с документами:

— Пожалуй начнем. Вы — последний Поттер, завещаний много, работы тоже. — И положила перед Гарри пергамент необычного землянистого цвета. — Коснитесь его, пожалуйста, палочкой, мистер Поттер. Это чистая формальность для наших внутренних отчетов. Определитель. Что сегодня сюда пришли именно вы.

Гарри быстро смекнул, «проверка документов», и сделал указанное:

— На нем появится мое имя?

— Да. Имя и дата рождения.

Ведьма — явно профессионал. Хоть и подготовила все документы, но пока не начали проявляться буквы, даже не шелохнулась. Так что Гарри тоже ждал, правда чуть ли не втыкаясь носом в пергамент. Буквы проявлялись медленно и неохотно, иногда перескакивая, но не исчезая. «Г» проявилась почти сразу, почему-то ускакав в конец.

— Разработка Отдела Тайн, — пояснила ведьма.

И тут же Гарри застыл, усмотрев букву «в» и цифру «2». В его имени и дате рождения ничего из этого не было. Он бросил обеспокоенный взгляд на женщину, которая теперь тоже внимательно присматривалась.

Когда целиком высветилась надпись, Гарри надеялся, что разучился читать.

«Эвелин Иво Гонт

26.02.1980»

— Что?..

Ведьма спокойным тоном произнесла:

— Таких пергаментов изготавливают тысячами, иногда попадается брак. — Она быстро что-то написала на листе бумаги, щелчком пальцев сложила самолетик, который отправился в вентиляцию. — Я вызвала невыразимцев для уточнения. Хотите чаю?

Гарри глубоко вздохнул, стараясь не смотреть на злополучный пергамент. Наличие бракованных вещей его не удивляло. Этого хватало везде, что у магглов, что у волшебников. Но в такой день… Он кивнул:

— Можно какао?

Женщина мягко кивнула. Кажется, она искренне радовалась, что Гарри не устроил истерику.

— Хэтти, — тут же появился домовой эльф. — Чая мне и какао юноше.

Хэтти исчез, и через пару секунд на столе появились напитки. И пока Гарри отхлебывал какао на столе уже появилась коробка печений.

— Угощайтесь, это будет не очень быстро.

Ведьма уже успела собрать все ранее разложенные папки в аккуратную стопочку. Гарри вздохнул и потянулся за печеньем. Что ж, протокол есть протокол.

— Хорошее печенье!

Гарри был искренне удивлён, сдобные печенья! Такое только тетя готовила, и кое-где в магазинах видел. В Хогвартсе же даже сконы большая редкость, все больше песочные.

Ведьма его восторг поддержала:

— И стоят три с половиной фунта! — Гарри выпучил глаза. — Не удивляйтесь. Хоть магглов я и не жалую, но выпечка у них что надо.

— Можно дешевле урвать. За фунт или меньше…

— А вы хорошо осведомлены, мистер Поттер.

— Запомнил, пока тетя по магазинам посылала.

Ведьма на мгновение застыла:

— Вы живете в смешанном поселении?

Гарри слышал про такие. Например, Годрикова впадина, где живут обычные магглы и по соседству волшебники под разными защитными и скрывающими.

— Нет. Мои опекуны — магглы.

Женщина на несколько секунд задумалась, постучала пальцами по столу и принялась дальше пить чай.

Вдруг в кабинет ворвался высокий мужчина с квадратным чемоданчиком.

Ведьма буркнула:

— Наконец-то пришли.

— Спешил, как только могу, миссис Саф.

Мужчина с весельем в глазах оглядел Гарри, и взял в руки неисправный пергамент, прочитал, положил обратно, неаккуратно поставил на стол свою ношу, открывал замки.

— Мне стоит отпустить юношу? Или недолго? — Уточнила ведьма.

Перед Гарри оказался небольшой куб из непонятного материала с серой дымкой внутри:

— Коснись рукой, не палочкой, — предупредил невыразимец.

Гарри на пробу, коснулся пальцем и тут же почувствовал, как из его тела что-то высасывают. Он хотел отдернуть руку, но пока все остальные были спокойны.

— Спасибо, хватит. — Стоило мужчине произнести это, Гарри тут же вздрогнул. — Сегодня вы все сделаете.

С этими словами, невыразимец захлопнул свой чемоданчик и со скоростью ветра выпорхнул из кабинета.

— Теперь ждем, — промолвила ведьма.

И у Гарри тут же посыпались вопросы:

— Разве стоит беспокоить Отдел Тайн по такой ерунде?

Гарри и сам понимал, что это не ерунда. Ведь злополучный пергамент все еще был в его поле зрения и на нем все еще было написано чужое имя.

— В Отделе Тайн множество собственных отделов и некоторые из них работают с нами. Они связаны множеством клятв и немногое могут сказать, но они точно скажут правду.

— А что это был за короб?

— Большой вариант определителя. Хотя лучше сказать, хранилище магии. — Ведьма спокойно объясняла. — Каждый волшебник, когда рождается, оставляет в мире свой след. Невыразимцы собирают эти следы и создают картотеку. Отдел Семьи и Брака работает только с документами, поэтому наш архив может быть не полным или не точным, если кто-то желает что-то скрыть.

Гарри слышал это все впервые. Про след от рождения, и что кто-то их собирает. Сюда бы Гермиону…

— А как же магглорожденные? Они ведь тоже приходят в ваш Отдел? Я слышал, про некую книгу Хогвартса…

— Да, она есть. Это архив с нашей стороны. Невыразимцы приносят свой список, и мы сверяем. Иногда их список точнее. Особенно, если магглорожденный очень слаб.

Гарри начал что-то понимать:

— То есть, они сейчас сверяют мою магию, собранную в кубе, со своей базой?

Ведьма кивнула:

— Нам принесут карточку, где будет написано ваше имя, ваших родителей, даты рождения и место рождения.

— А что насчет этого? — Гарри указал на землянистый пергамент. — Если кто-то под оборотным? Это увидят?

— Часто причиной брака является перевес заклинаний. На него наложены чары обнаружения оборотного зелья, сопротивление Конфундусу, в некоторой степени Обливиэйту и остальное.

— То есть, невырозимцам можно доверять?

Гарри понимал, что задает глупые вопросы, но что-то, глядя на пергамент, на имя Эвелин, царапало его, злило, зудело.

И ведьма, очевидно, уловила его состояние:

— Они говорят только правду.

Последующие полчаса они провели в тишине. Гарри старался не смотреть на злополучный пергамент, не думать о нем, но этот чёртов «Эвелин»!

Имя прокатывалось в голове десятым валом. Что-то кричало: «Бери, это твое!» Но Гарри старался ни слушать, ни слышать.

Невыразимец вернулся в необычайно приподнятом настроение. Он разве что не скакал, как козочка. Протянул Гарри кусок плотного пергамента, на котором было четко написано:

«Имя при рождении: Эвелин Иво Гонт

Имя при нарицании: Гарри Поттер

Причина нарицания: Люди

Дата рождения: 26.02.1980

Место рождения: Путь Волхвов, Лэй

Отец: Том Марволо Реддл, род. 31.12.1926

Мать: Миранда Поттер, род. 08.10.1919»

Гарри взвыл. Это было отвратительно. Он надеялся, что это какая-то ошибка, что так не бывает! Все ложь!

На самом деле, все бы было еще ничего. Это можно как-то принять, осознать, но имя отца:

— Волдеморт…

— Мистер Поттер?

Гарри, или уже не Гарри, уткнулся лицом в ладони, чувствуя поступающую истерику.

Перед глазами стояла Тайная комната и Волдеморт, Том Марволо Реддл, единственный наследник Слизерина, по-настоящему умеющий говорить со змеями, а не как Гарри, имеющий осколок чужих сил. Правда ли?

Он поднял глаза. Ведьма смотрела на него со сдержанным беспокойством, выработанным годами работы. А потом понял, что ему нужно кое-что сказать. Плевать тайна это или нет — он просто хотел сказать:

— Анаграмма. «Я — Лорд Волдеморт» — это анаграмма.

Он с упоением наблюдал, как ведьма все сильнее белеет, вчитываясь в имя его «отца».

1) ID-карта — один из вариантов британских документов, подтверждающих личность. Другим вариантами могут быть водительские права и любые другие документы, где написано имя, дата рождения и есть фотография (даже банковская карта). Все эти документы являются аналогами нашего внутреннего паспорта. Английский же паспорт — аналог нашего загранника.

Вернуться к тексту

София качалась на стуле в кафетерии. По этикету так делать нельзя, но ей было плевать. Работа в архиве слишком пустая. Конечно, ровно этого она и ожидала, пойдя на службу в Отдел Семьи и Брака, вместо аврорского. Ее туда звали, она не хотела рисковать, но вместо этого ввязалась в еще более тяжелую работу.

Перебирание папок в архиве для нее скорее редкость, чем обыденность. Она полевой работник: рыскать по подвалам в поисках сироты или грудью защищать волшебников от семейного насилия и проклятий — вот ее повседневность. Предыдущие дела успешно завершились: малыш Хан нашел новых любящих родителей, а миссис, то есть мисс Гестер вернулась в родительский дом. Сейчас же выдался отдых, который, как подсказывала интуиция, будет коротким.

К Софии подлетел бумажный самолетик (одна из тех немногих маггловских изобретений, которые волшебники адаптировали под себя), и если это сообщение от Изольды, София за себя не ручалась.

Она быстро схватила бумагу, едва не скомкав в руке, и только потом поняла, что подчерк-то не ее коллеги-сплетницы — начальницы.

«Аберс, кабинет 1008 в 14.40»

Вот и новая работенка. Интуиция никогда не подводила. Кабинет с тысячей — Отдел Наследования. Что у них там могло случиться, что требовалось привлекать ее отдел? Очередная подмена? На часах — полтретьего. Пора выдвигаться. Как раз, пока лифт доедет.

* * *

Атриум всегда был темным, лифты всегда битком, но даже там можно пересечься со знакомыми.

Орсон Холл из Департамента магического правопорядка, высокий парень чуть младше Софии. В отличие от нее учился в Хогвартсе и сейчас звезды с неба хватает. За восемь лет из рядового пробился до командующего отрядом. Если бы его начальник не был гением — сам бы стал начальником.

— О, Аберс, — он даже не улыбнулся, заметив Софию, хотя всегда были в хороших отношениях.

Кажется, его нынешняя работа — сложная задачка. Они иногда трудились вместе, когда требовались «грубые решения сложных задач», но в основном их сферы деятельности не пересекались.

Лифтер объявил:

— Отдел Наследования.

София с удивлением смотрела, как Орсон выходит вместе с ней.

— Ты тоже сюда?! — Он удивленно покосился. — Не в восьмую случайно?

— Тысяча восьмую.

— Я это и имел в виду… — Все становилось ещё более запутанным. — Что у них произошло? Там ничего не может быть, кроме подмены!

София не могла ответить. В этом отделе правда ничего нет, кроме подмены имени.

Ни для кого не было секретом, что и у Пожирателей смертей, и у авроров, им противостоящим, были дети. За них, главное сокровище любой семьи, беспокоились больше, чем о себе самих. Во время войны взволнованные возможной скорой смертью родители передавали чадо родственникам, далеким от сражений, лучшим друзьям и просто знакомым. Если по итогу оставались живы, дети возвращались в родные пенаты. Если нет, приемные семьи подделывали документы о рождении, приносили в Министерство задним числом, скрывая от самих детей смерть или Азкабан.

В последние же пять лет, когда такие ребятишки подрастали и приходили в Отдел Наследования за консультацией, вскрывалось несоответствие имен — ссоры, скандалы, крики и плач стали обычным делом. Вызывались волшебники из ДМП, Отдела Семьи и Брака, оформлялись протоколы, уведомления от Визенгамота — но де-факто мало что менялось: дети росли в любви и заботе, не было никаких оснований отбирать родительские права.

За прошлый год таких подмен было четыре, за позапрошлый — семь, в этом — две. И видимо сейчас ожидала третья.

Вывернув, София с удивлением наткнулась на свою начальницу около нужного кабинета:

— Миссис Парас, — официальное приветствие.

Джосселин Парас оглядела ее и Орсона с ног до головы и лишь сильнее поджала губы:

— Я рада, что вы подошли так быстро.

Орсон поправил ворот рубашки:

— Мои трудозатраты довольно дорогие для обычной подмены.

Удивительно, насколько он становился дерзким, когда злился. Даже если Парас не его начальник, требования к этикету чуточку другие.

— У нас не просто подмена. — Она прижала к себе огромную кипу папок, очень тяжелую и пузатую. — Я несколько раз слышала от тебя одно маггловское выражение… никак вспомнить не могу.

Орсон тут же струхнул, подобрался. Его взгляд забегал, пока он заикающимся голосом, словно нашкодивший ребенок, проговорил:

— Мы в заднице?..

Парнас кивнула:

— Мы в заднице! — от ее уверенного тона стало не по себе.

София и Орсон переглянулись и вместе, втроем, вошли в кабинет.

Они пересеклись взглядом с Патрицией Саф и уткнулись в ссутуленную спину ребенка. Казалось, мальчик их прихода даже не заметил.

София и Орсон прислонились к входной стене, Парас с кипой бумаг подошла к столу, присела (мисс Саф услужливо подала ей стул). Теперь следовали долгие, формальные процедуры.

Парас робко позвала на пробу:

— Мистер Поттер?

Ребенок отреагировал практически мгновенно, выпрямляя спину, плечи, поднимая голову. Теперь все могли увидеть его лицо. И… по телу Софии пробежали мурашки. Это же Гарри Поттер! Знаменитый шрам, очки — все, как в газете!

Орсон теперь и вовсе пытался слиться со стеной, видимо желая находиться где угодно, только не здесь. И София его очень понимала. Одно дело, когда подмена касалась мелкого аристократа, другое — Мальчика-Который-Выжил. Крупный скандал и громкий суд. Если повезет ограничиться малым.

Саф взяла шествование над разговором, обратилась к мальчику:

— Как вы можете понять, нам придется поставить ваше дело на особый контроль. Это — Джосселин Парас, начальник Отдела Брака и Семьи. А там, София Аберс, оттуда же, и Орсон Холл из Департамента магического правопорядка. — Самый молодой герой магической Британии взглянул на всех названых лишь по касательной, что не удивительно. — Мы нашли все документы, включая ваши настоящие. Вас что-то интересует конкретно? Потом мы обязательно посмотрим общую картину.

Поттер заерзал. Очевидно, его интересовало очень многое, но накатывала истерика. Его первые слова удивили всех:

— У вас есть успокоительное?

Редко какой ребенок будет так собран. Эльф же по зову начальницы сменил стакан мальчика, который он залпом осушил. Тремор из его тела ушел.

— В карточке написано «причина нарицание: люди», что это значит?

— Вас кто-то назвал Гарри Поттером и это закрепилось. Вам никто не менял имя, не воздействовал на вас именными ритуалами — вы всегда оставались Эвелином Иво Гонтом. Просто все вокруг не вспоминали или не знали об этом.

Орсон дернул Софию за рукав и прошептал на ухо:

— Мордред, он — Гонт!

Теперь она полностью поняла, к чему была фраза про задницу.

При подмене дети сторонников Темного лорда оставались со сторонниками Темного лорда, дети авроров — детьми авроров. Никто не пытался бросить ребенка на чужую сторону! Но тут подменили сына правой руки Темного лорда (а Марон Гонт был именно им) на Гарри Поттера, что ни на есть светлую семью! Это не просто скандал и суд — катастрофа!

— Как я мог пользоваться сейфом Гарри Поттера, если не являюсь им?

— Предполагаю… из-за особенностей семьи Поттер и банка Гринготтс. Очень вероятно, что старший в роду имеет доступ ко всему, что есть у младших. Вы старше настоящего Гарри Поттера, и сами — Поттер. В семье вашей матери не было традиции переходить в род мужа: все женщины сохраняли девичью фамилию. А гоблины до сих пор работают по законам четырнадцатого века.

Мальчик покачал головой:

— Я больше не знаю, какие вопросы задавать.

— Хорошо. Пройдемся по порядку? — Дождавшись ответного кивка, Саф стала листать кипу документов. — Вы — Эвелин Иво Гонт, родились двадцать шестого февраля восьмидесятого года в доме своего отца, Марона Эвена Гонта…

— Он сменил имя?

Саф заметно побледнела:

— Да… в марте пятьдесят третьего Том Марволо Реддл принял титул лорда Гонта и сменил имя, став Мароном Эвеном Гонтом. — Интересные подробности себя исчерпали, и под заледенелым взглядом мальчика, Саф вернулась к основному: — Вы, очевидно, спокойно жили в своем доме со своей семьёй до пятнадцатого августа восемьдесят первого. Шестнадцатого числа того же месяца ваши родители принесли заявление о вашей пропаже.

— На следующий день?

— Пятнадцатого числа был так же убит ваш старший брат, Адриан Гортензий Гонт, шестьдесят второго года рождения. Старшего брата оставили присмотреть за младшим — ничего такого, что не делали бы другие родители — вернулись, обнаружили труп и пропажу. Следствие не было проведено, дело закрыто за истечением срока давности.

— Мои… родители были женаты? — Видно, как тяжело мальчику давалось каждое слово.

Листы шелестели:

— Да. Есть свидетельство о браке. Подписано Поттерами, включая лорда, а со стороны мужа свидетели… наверно проще сказать, кого тут нет: Малфой, Лестрейндж, Розье…

— Я понял.

— Умерла ваша мама двадцатого сентября восемьдесят первого. И еще кое-что на счет вас. Есть студенческий сейф, именно ваш. В него заложена сумма для оплаты обучения в любом учебном заведении Британии и содержание на личные расходы. К сожалению, сейф сейчас арестован, вместе со всем остальным имуществом вашего отца. Вернуть его можно подав в суд.

Мальчик удивленно покосился:

— Он не ограничился Хогвартсом?

— Ваш отец сам получал мастерство по артефакторике в Шотландской ремесленной академии. Заведение не имеет ничего общего с Хогвартсом.

— А брат?.. Мой старший брат?

— Родился восемнадцатого апреля шестьдесят второго. Поступил в семьдесят третьем в Хогвартс, благополучно окончил его в восьмидесятом.

Ребенка снова затрясло:

— То есть, этот ублюдок спокойно получал мастерство, женился, заводил детей, набивал карманы? — София поняла, что Поттер (кем бы он на самом деле не был) ничего не знал о своей семье. Да и его отношение к отцу странное. — Ради чего? Какие у него были мотивы?! Зачем все… Почему он все еще!..

Мальчика захлестывала подступающая истерика.

Парас добавила:

— Ваш отец никак не может достать. — Саф схватила ее за руку, пытаясь остановить. — Он в Азкабане.

Вдруг мальчик затих. Застыл, словно от ужаса:

— Где?..

— В Азкабане, — неуверенно повторила Парас.

— Волдеморт в Азкабане?

В полной тишине раздался смех. Ребенок затрясся в истерике. А София думала совершенно о другом. Ей же не показалось?..

Орсон цыкнул языком:

— Какая концентрация успокоительного была в бокале?! Эльф, Мордред!

Существо тут же появилось и отчеканило:

— Три капли на стакан. Строго по дозировки для четырнадцати лет.

Кажется, у Поттера была либо устойчивость к компонентам успокоительного, либо аллергия.

Орсон подошел к нему, проверил пульс на запястье:

— Зелье должно было продержаться два часа, а не пятнадцать минут. Тащите его к медику. — Оглядел всех присутствующих, которые не пошевелились. — Хорошо, я, тащу его к медику! Вставай, парень. Давай, аккуратно.

* * *

Пока Орсон отводил Поттера-не-Поттера в медицинский кабинет, София решила обмозговать происходящее. И первое, что ей пришло на ум:

— Темный лорд? Причем здесь он?

Мальчик обмолвился про него неспроста. Он был в ужасе, он точно что-то знал.

Мисс Саф тяжело вздохнула и написала на случайном листе бумаги фразы одну под другой: «Том Марволо Реддл» и «Я — лорд Волдеморт».

— Анаграмма.

Пока миссис Парас судорожно зачеркивала буквы, София глубоко задумалась:

— Откуда Поттер от этом узнал?

Мисс Саф пожала плечами.

Другой вопрос: Марон Гонт. Знаменитая правая рука Темного лорда, последний из древнейшего чистокровного рода, член Палаты лордов, присяжный Визенгамота, активный политический деятель.

— Почему никто не заметил, что лорд Гонт и Темный лорд — один человек?

Ее мысль прервал вопль Парас, наконец-то вычеркивающей буквы:

— Глупость!

Орсон оказался рядом, выхватил анаграмму из рук:

— Именно поэтому не догадались. Кто-то же подумает, что самый умный волшебник Британии будет городить такую идиотию! Те, кто знал, и так знали. — Он со злостью швырнул анаграмму на пол. — Превосходно! Это дело будет стоит моего полугодового жалования! — Необъяснимо как развалился на стуле. — Давайте пока отложим всю политическую шелуху. Что у нас по фактам? — София тяжело вздохнула. Мозги Орсона всегда работали быстрее, чем у нее. — В августе восемьдесят первого умирает старший сын Темного лорда, младшего похищают. Война уже вовсю. В сентябре умирает его жена. В октябре Темный лорд приходит в дом Поттеров и?.. Там был настоящий Гарри Поттер или наш подменыш? — Ответ придётся искать. — Ладно. Пока забыли. Там был ребенок. Чехарда-чехарда, пара трупов, один Азкабан, Мальчик-Который-Выжил. И вот сейчас к нам пришёл подменыш, который всю сознательную жизнь прожил Поттером. Вопросы? У меня их неизмеримо.

София кивнула:

— Кто украл и как? Когда его подменили на Поттера? Если после событий в тот Самайн — одно, если до него — совсем другое. Кто назвал его Поттером? Кто, зачем настроил его против родного отца или как так вышло? Первое, что подумала, про Гонта-младшего.

Теперь София определилась, как их звать про себя: подменыша — младшим Гонтом, его отца, Темного лорда — лордом Гонтом, настоящего Гарри Поттера — Поттером.

— Сюда бы авроров.

Орсон усмехнулся:

— Я знаю, как они отнесутся к Гонту. Поэтому туда и не перевожусь! Своя жизнь дороже.

София даже не представляла с какого конца взяться:

— Мы ведь не обязаны разбираться в событиях тринадцатилетней давности.

— Не наша работа. Наша — убедится, что подменыш доживет до полного совершеннолетия. Если пустить это дело, с его-то родословной, будет очень непросто.

— Совершить должностное преступление? — Все уставились на высказавшую идею Саф.

София сразу поняла: закрыть глаза, что Гарри Поттер — не Гарри Поттер, выдать ему частично чужое наследство, возможно, подправить воспоминания. Вскроется все только лет через тридцать, когда у Гонта-младшего появятся собственные дети. И это уже будет не их проблема, но…

— А если настоящий Поттер найдется?

Орсон развел руками:

— Я не уверен, что он вообще жив.

Но тут Парас прокашлялась:

— У меня есть кое-что. — Она протянула остальным самую нижнюю папку из стопки. — Гарри Поттер, рожденные второго августа восьмидесятого. Безродный, официально усыновленный. Вряд ли…

Орсон присвистнул:

— У нас уже анаграмма за авторством очевидно кого, останавливать идиотизм не предлагаю.

Саф закопалась в свои журналы:

— Этот мальчик… послезавтра, в десять. Приглашу его опекунов, если что…

Орсон кивнул:

— Хороший план! Что с нашей стороны?

— Что нужно, чтобы обеспечить мистеру Гонту защиту? От всех: авроров, Пожирателей?

— Наверно… волшебник, который хорошо знаком с Темным лордом и знает, кто такой лорд Гонт. При этом относительно нейтрален и имеет рычаги давления хотя бы на мелкую аристократию?.. Понял, я в архив.

— А вы, мисс Аберс, займитесь опекунами мистера Гонта. — София нахмурилась. — Они — магглы. Никаких документов об опеке нет.

Орсон зааплодировал:

— Превосходно! Просто прекрасно! — Когда немного подуспокоился, предложил: — Может навестим пацана? Для осмотра слишком долго.

* * *

Медицинский кабинет встретил Софию и Орсона тишиной и покоем.

— Если вы, молодые люди, к мистеру Поттеру, то приходите завтра.

Сутулый старик в белом халате отложил чтение книги.

София прокашлялась:

— Я из Отдела Семьи и Брака, могу получить заключение по мистеру Поттеру.

Лекарь пристально посмотрел на них исподлобья и протянул небольшой лист:

— Тогда это по вашей части.

— А забрать мы его не сможем?

— Завтра. Сейчас мистеру Поттеру вводят препарат, после которого он проспит еще практически сутки.

Орсон струхнул:

— А что за препарат, можно узнать?

— Нейтрализатор для яда ибисовых урей.

— Это что? — он выпучил глаза.

— Небольшие ядовитые змеи, обитают в Египте. Их яд используется при повреждении работы мозга и нервной системы. В очень малом количестве. И так как яд самостоятельно не выводится из организма, в лекарстве его смешивают с нейтрализатором, который сейчас мистеру Поттеру и закапываем.

— Без него яд опасен?

Почему с каждым предложением разговор начинает походить на ужасы?

— Очень.

София вздрогнула:

— И как же яд мог попасть в его организм?

— Это уже к вам вопрос, милая. У мистера Поттера нет никаких показаний к применению яда урей. А выжить он смог, потому что в его же крови нашли сильно измененное зелье очищения. Без побочных эффектов и аллергии, конечно, не обошлось.

София решила отложить сложный вопрос на потом:

— Надеюсь, на яде все закончилось?

Старик пробубнил:

— Так, пара застарелых переломов, заново выращенные кости, хроническое недоедание — нужен хороший курс зелий, да дорогое-то мероприятие. — София кивнула: да, это явно по ее части. Надо разбираться с опекунами-магглами. — Знаменитый шрам мистера Поттера… — лекарь задумался, — я не знаю, что это. Недоделанный темный ритуал? Но кажется, не вредит. Даже помогает восстановиться после отката.

Вот то, что Гонт-младший пережил откат магии стало неожиданностью. А с учетом, что он жил у магглов, скорее всего даже не знает, какое правило Магии нарушил.

— Выпишите, пожалуйста, мистеру Поттеру рекомендации.

Лекарь прыснул:

— Все равно же не исполните.

— Он под нашей защитой, на данный момент.

— Напишу. Куда ж денусь-то.