↓
 ↑
Регистрация
Имя/email

Пароль

 
Вход при помощи VK ID
временно не работает,
как войти читайте здесь!
Размер шрифта
14px
Ширина текста
100%
Выравнивание
     
Цвет текста
Цвет фона

Показывать иллюстрации
  • Большие
  • Маленькие
  • Без иллюстраций

Священный огонь | Sacred Fire (джен)



Переводчик:
Оригинал:
Показать / Show link to original work
Фандом:
Рейтинг:
PG-13
Жанр:
Фэнтези
Размер:
Макси | 526 329 знаков
Статус:
Закончен
Серия:
 
Не проверялось на грамотность
«Священный огонь» — заключительная часть трилогии о Короле-Жреце Истара.

Почти сорок лет Бельдинас Светоносец ведёт непримиримую борьбу со злом. Чудовища и тёмные культы разгромлены, могущество Орденов Высшего Волшебства сломлено, а Истар достиг вершины своей силы и величия. Но чем ближе Король-Жрец подходит к своей мечте о мире, полностью очищенном от зла, тем тоньше становится грань между праведностью и фанатизмом.

В это время в Истар возвращается Катан Дважды Рождённый — бывший друг, защитник и первый рыцарь Бельдинаса. Его преследует загадочное видение: огромный пылающий молот, падающий с небес на Кринн. Пока Светоносец готовится сделать финальный шаг в своей священной войне, Катан пытается понять смысл этого пророчества и решить, способен ли он по-прежнему служить человеку, за которого когда-то был готов отдать жизнь.

На фоне всё более напряжённого противостояния веры, магии и воли богов Истар приближается к моменту, который навсегда изменит историю Кринна. «Священный огонь» завершает историю возвышения Бельдинаса и превращает уже знакомую по канону DragonLance легенду о Катаклизме в личную трагедию людей, которые оказались в самом центре завершения великой эпохи.
QRCode
Предыдущая глава  
↓ Содержание ↓
  Следующая глава

Глава 1

Двенадцатый месяц, 961 год от Основания Истара

Стольный город Истар утопал в розах.

Они были повсюду — белые, алые, золотистые. Цветочные покрывала спускались с ослепительно-белых стен, гирлянды украшали алебастровые башни и золотые купола, букеты висели над дверями. Розы устилали площади и дворы. Лепестки покрывали улицы, скапливались у мраморных стен, плавали в фонтанах и бассейнах. Их густой аромат заглушал привычные городские запахи пряностей и благовоний.

Снова приближался Йоль. Первый праздник зимы отмечали пышнее любого другого во всей священной империи, хотя здесь зима приносила дожди, а не снег, как в западных землях. Через три дня Стольный город забудет о повседневных заботах, и в домах и винных лавках начнутся пиры. Очи Богов — два серебряных маяка у входа в гавань — засияют алым вместо белого, а Арена Игр в восточном квартале наполнится звоном оружия и восторженными криками зрителей. На западе, возле Башни с алыми вершинами, когда-то принадлежавшей орденам Высшего Волшебства, будут жечь соломенные чучела в чёрных, алых и белых одеждах — в знак презрения к ненавистным чародеям, давно покинувшим город. На севере распахнутся огромные ворота Твердыни Молота, обширной крепости рыцарей Божественного Молота, и защитники империи торжественно вступят в город в доспехах, отполированных до зеркального блеска.

А в центре города, в самом сердце мира, где сходились все дороги Истара, Великий Храм Короля-Жреца наполнится радостной музыкой. Его хрустальный купол засияет так, словно под ним вспыхнуло второе солнце. Тысячи верующих со всего города, со всей империи и из далёких стран заполнят Баригон — огромную окружённую статуями площадь перед Храмом, — чтобы получить благословение самого Короля-Жреца. Так происходило уже тридцать семь лет, с тех пор как на престол взошёл Бельдинас Светоносец. И, если боги позволят, так будет ещё долгие годы.

Но сегодня Стольный город жил своей обычной жизнью. Большие торговые галеры и крошечные рыбацкие лодки скользили по гавани и сверкающему озеру за её пределами. На мачтах раздувались яркие паруса. По улицам спешили горожане в атласных и бархатных одеждах, а на площадях и в садах собирались компании: люди беседовали, смеялись, спорили. Рынки пестрели красками и гудели. Здесь торговали всем: тарсийскими коврами и картэйскими мазями, жемчугом и слоновой костью из Селджука, кувшинами превосходного таольского вина и даже обломками старого дерева, которые выдавали за части копья самого Хумы Драконоборца. Скатасы — солдаты в синих плащах, составлявшие основу истарского войска, — патрулировали улицы под началом конных рыцарей в белых накидках. Жрецы и монахи переходили от одного святилища к другому, воспевая милосердие и славу Короля-Жреца. Паломники со всего Кринна падали на колени перед ступенями Храма, склонялись до земли и повторяли:

Бельдинас Циленфо… Бельдинас Пилофиро… Бельдинас Бабо Сод…

Бельдинас Целитель. Бельдинас Светоносец. Бельдинас, истинный Король-Жрец.

На самом высоком балконе своего дворца, над окутанными туманом храмовыми садами, Король-Жрец слушал, как внизу повторяют его имя. Тридцать восемь лет назад он впервые прибыл в Истар. Всего за несколько месяцев до этого его знали лишь немногие — как брата Бельдина, семнадцатилетнего монаха, способного исцелять людей одним прикосновением. Потом в его монастырь пришла госпожа Илиста, верховная жрица Паладайна: божественные видения велели ей найти юношу. Появление Бельдинаса в Истаре раскололо империю и привело к гибели самой Илисты. Страна оказалась на грани войны, но всё завершилось падением Короля-Жреца Курноса, ныне прозванного Обманщиком. В отчаянной попытке удержать престол тот обратился к самой тёмной магии. Народ Истара ликовал, когда Бельдинас надел давно утраченную Корону Власти и занял трон. В тот славный день люди впервые начали скандировать его имя.

Прошло тридцать восемь лет, а эти голоса всё не умолкали. Больше двух третей жизни он просыпался и засыпал под их возгласы. Даже когда покидал Стольный город и отправлялся в торжественные поездки по провинциям империи — в южные пустыни или северные джунгли, в восточные порты или западные нагорья, — повсюду его встречали толпы почитателей и всё те же голоса. Слушая их теперь, он подался вперёд, положил руки на платиновые перила и устало вздохнул.

— Ваше Святейшество? — раздался за спиной мягкий, заботливый голос. — Что-то не так?

Бельдинас обернулся, хотя в этом не было нужды. Этот голос он слышал все тридцать восемь лет. За это время сменилось немало последователей, друзей и врагов, советников и придворных, но Кварат всегда оставался рядом. Формально он по-прежнему был посланником эльфов Сильванести, однако давно стал для Бельдинаса кем-то большим. Король-Жрец доверял ему больше всех, а империя нуждалась в Кварате почти так же, как в самом Бельдинасе. Ничто не происходило без ведома эльфа. Если Бельдинас был сердцем Истара, то Кварат — его вечно бодрствующим разумом.

На лице эльфа, всё таком же молодом, как много лет назад, читалась тревога. Тонкой рукой он убрал выбившуюся прядь медовых волос. Серебристые одежды, расшитые золотом и изумрудами, мягко блеснули.

— Вы выглядите усталым, милорд, — сказал он. — Плохо спали?

Бельдинас помедлил.

— Нет, посланник. Я отдохнул. Дурные сны меня не тревожили.

Кварат кивнул. Насколько было известно ему и всем остальным, Король-Жрец вообще не видел снов — ни добрых, ни дурных. Имперские прорицатели никак не могли с этим смириться.

— Тогда в чём дело? — спросил эльф. — Только не говорите, что всё хорошо.

— И не собирался, — ответил Король-Жрец с едва заметной улыбкой. — Ты знаешь мои мысли не хуже меня самого. А может, и лучше. Вот ты мне и скажи, посланник. Посмотри на меня и скажи, что меня тревожит.

Эльф нахмурился, делая вид, что внимательно изучает Бельдинаса. Из сада взлетела серебристая ящерица — одна из тех, что когда-то были выведены в подражание крылатым драконам. Как именно это сделали, давно забыли. Ящерица оглядела обоих и, убедившись, что кормить её никто не собирается, улетела. Только тогда Кварат вскинул брови, словно наконец нашёл ответ.

— Война, — сочувственно произнёс он. — Вас тревожит борьба с тьмой.

Бельдинас пожал плечами.

— А что же ещё? Большую часть жизни я пытаюсь изгнать зло из мира и боюсь, что не доживу до победы.

— Не говорите так, Ваше Святейшество, — возразил Кварат. — Вы столького добились. Божественный Молот уничтожил последних почитателей злых богов. Гоблинов и огров тоже больше нет. А чародеи… — Оба коснулись лба, защищаясь от колдовства. — Чародеи изгнаны и уже не вернутся.

— Знаю, посланник, — согласился Бельдинас. — Когда я впервые надел корону, именно об этом и мечтал… Но этого мало. Зло побеждено, однако не уничтожено. Даже сейчас рыцари находят в глухих краях запрещённые культы.

Кварат лишь мрачно кивнул. Только вчера двор потрясла новость: Божественный Молот обнаружил в Фалтане тайную секту, поклонявшуюся многорукому богу. Сектанты оказали сопротивление, но силы света одержали верх и разбили идола ложного божества. Его обломки привезли в Истар как трофеи.

— Зло живёт, Кварат, — произнёс Бельдинас и снова вздохнул. — Как бы беспощадно мы по нему ни били, оно не погибает. Просто появляется в другом месте. Потому что у него есть убежище, до которого я не могу добраться. Человеческие сердца.

Эльф посмотрел на озарённую утренним солнцем базилику.

— Искоренить зло в людских сердцах будет… трудно, Ваше Святейшество, — осторожно заметил он. — Боги создали мой народ для добра, а огров и им подобных — для зла. Людям же они дали и то и другое, чтобы те сами могли выбирать. Так сказано в писаниях.

— Я знаю, — с лёгким раздражением ответил Король-Жрец. — Священные писания я всё-таки читал. И всё же я должен найти способ.

— Но как?

— Не знаю, — сказал Бельдинас, снова поворачиваясь к саду. — Пока не знаю, Кварат.

Эльф прищурился и прикусил губу, не зная, что ответить. К счастью, долго искать слова не пришлось. За спиной послышались лёгкие шаги: по мрамору скользили туфли, украшенные драгоценными камнями. Как всегда довольный тем, что его острый слух уловил звук раньше Бельдинаса, Кварат повернулся к арке, ведущей во дворец.

К ним приближалась молодая женщина лет тридцати с длинными волосами цвета полированной латуни. Края её белого одеяния были отделаны фиолетовым, а голову украшал обруч с аметистами.

— Миледи, — негромко произнёс Кварат. — Что заставило вас покинуть свою обитель и прийти сюда?

Госпожа Эльса, Первая Дочь и верховная жрица истарской церкви, приветственно сложила ладони, соединив большие пальцы в священный знак треугольника.

— Прошу простить за вторжение, посланник, но я принесла вести от Первого Сына Ревандо.

— Можете передать их мне, Эльса. Короля-Жреца не следует беспокоить.

— Вздор, посланник, — вмешался Бельдинас, подходя к нему. — Если Первый Сын и Первая Дочь сочли дело важным, значит, так оно и есть. Говорите, госпожа.

При его приближении Эльса опустилась на одно колено.

— Ваше Святейшество, мы с Ревандо благословляли паломников у главных ворот Храма. Я случайно посмотрела в сторону гавани. Там началось какое-то волнение, а потом я увидела… увидела корабль.

Кварат приподнял бровь.

— Корабль, говорите? В гавани?

— Оставь насмешки, посланник, — резко сказал Бельдинас.

Он повернулся к покрасневшей Эльсе.

— Что это был за корабль? Расскажите, дитя моё.

Эльса справилась со смущением и благодарно улыбнулась.

— Его паруса, Ваше Святейшество… Они были необычными.

Она умолкла. Бельдинас несколько мгновений пристально смотрел на неё, затем выпрямился и отступил на полшага.

— Серые, — сказал он. — Паруса были серыми, верно?

Эльса удивлённо взглянула на него.

— Д-да, государь. Были. То есть… они и сейчас серые.

Кварат резко повернулся к Королю-Жрецу.

— Серые! Что ей здесь понадобилось?

— Не знаю, посланник, — нахмурился Бельдинас. — Но, думаю, скоро мы это выясним. Госпожа Эльса, вы правильно сделали, что пришли. Теперь я должен попросить вас передать эту весть дальше. Отправляйтесь в Твердыню Молота и велите великому маршалу немедленно явиться ко мне.

— Конечно, Ваше Святейшество, — ответила Первая Дочь. — Что мне ему сказать?

— Правду. — Король-Жрец вздохнул в третий раз за утро. — Скажите, что прибыла Плачущая Госпожа.


* * *


Великий маршал пригнулся как раз вовремя. Меч со свистом пронёсся над головой. Ещё мгновение — и удар пришёлся бы прямо в лицо. Боец похуже не успел бы даже заметить клинок, не говоря уже о том, чтобы удержаться на ногах и перейти в ответную атаку, прежде чем противник воспользуется заминкой. Но маршал служил в Божественном Молоте уже девятнадцать лет, а последние семь возглавлял орден. Мало кто в мире владел мечом лучше него.

Улыбнувшись под забралом, он развернулся влево, выпрямился и ударил щитом по руке противника с мечом. Молодой вспыльчивый рыцарь по имени Брон вскрикнул скорее от боли, чем от неожиданности, и пошатнулся, опустив клинок. Заметив брешь в защите, маршал тут же нанёс удар по голове.

Опыта молодому рыцарю недоставало, зато быстроты было не занимать. Он вскинул меч и остановил чужой клинок в ладони от виска. Раздался звон стали. Противники замерли, скрестив мечи и глядя друг на друга сквозь прорези шлемов.

— Неплохо, — коротко сказал маршал. — Ещё лет десять-пятнадцать таких занятий — и, пожалуй, я сделаю из тебя бойца.

Глаза сэра Брона сверкнули.

— Ещё десять лет, милорд, и вы состаритесь настолько, что меча не поднимете.

Маршал от души рассмеялся: насмешка его не задела. Ему было всего тридцать пять. Через десять лет лучшие годы, возможно, останутся позади, но он всё ещё будет опасным противником. Его предшественнику, лорду Олину, было почти семьдесят, когда прямо на тренировке в этом дворе у него не выдержало сердце. Настоящих врагов в мире осталось так мало, что теперь ветераны Божественного Молота чаще умирали от старости, чем в бою.

— Поглядим, парень, — сказал он и оттолкнул Брона.

Они разошлись и начали кружить, прикрывшись щитами. Каждый искал слабое место в защите другого.

Но главной слабостью сэра Брона было не владение мечом, а нетерпение. Великий маршал этим воспользовался. Несколько раз он делал вид, что собирается ударить, но всякий раз отступал, не давая противнику вступить в бой. Брон всё больше злился и нервничал, пока наконец с яростным криком не бросился вперёд, нанося низкий удар сбоку. Маршал усмехнулся под забралом, принял клинок на край щита и скользнул в сторону. Разогнавшийся Брон пронёсся мимо. С ловкостью заладского танцора огня маршал развернулся и ударил. Меч с оглушительным лязгом обрушился сзади на шею Брона.

В настоящем бою такой удар снёс бы ему голову. К счастью для Брона, оба сражались затупленными мечами, а шею защищал стальной воротник. И всё же удар оказался настолько сильным, что молодой рыцарь рухнул на колени. Меч вылетел из руки и отскочил на несколько шагов. Брона затошнило. Он отчаянно пытался сорвать с себя шлем.

Великий маршал тоже снял шлем, открыв молодое светлое лицо, усыпанное веснушками. Длинные золотистые волосы, собранные в хвост, упали на спину. Только рыжеватая борода отличала его от того шестнадцатилетнего юноши, каким он был в день посвящения. Он посмотрел на Брона, которого уже громко рвало; тёмные волосы свесились тому на глаза. Затем повернулся к молодым рыцарям и оруженосцам, окружившим место поединка.

— Вот вам сегодняшний урок, парни, — объявил Титиан, глава Божественного Молота, с кривой усмешкой. — Не теряйте голову, если хотите, чтобы она осталась на плечах.

По внутреннему двору Твердыни Молота прокатился смех, эхом отразившись от жёлтых стен, зубчатых укреплений и многочисленных башен. Половине рыцарей ещё не исполнилось двадцати пяти, а большинство ни разу не бывали в настоящем бою. Титиан и его помощники регулярно устраивали учебные поединки, чтобы в ордене не забывали, как обращаться с оружием. Великий маршал поправил накидку — алую, в отличие от белых накидок остальных рыцарей, — и стёр грязное пятно с изображённого на груди пылающего молота. Отсалютовав мечом, он подошёл к сэру Брону и протянул руку, помогая встать.

Брон сердито отмахнулся и неловко поднялся сам. Он был невысоким и подвижным, с длинным лицом, напоминавшим лошадиную морду. Щёки пылали. Вытерев губы, он буркнул:

— Я должен был вас одолеть.

— Для многих эти слова стали последними, — ответил Титиан и хлопнул его по плечу. — Ты сильный, способный боец. Но даже лучший клинок нуждается в закалке. Научись сдерживать свой нрав, иначе однажды он тебе дорого обойдётся.

Брон едва заметно кивнул и угрюмо отошёл. Титиан вздохнул — некоторые просто не желали учиться — и повернулся к остальным.

— Ну что, — объявил он, взмахнув мечом, — кто следующий?

Рыцари отвели глаза. Одни уставились в землю, другие — друг на друга, третьи — на золотой молот в окружении языков пламени, венчавший главную башню крепости. Никому не хотелось сражаться с великим маршалом, особенно после того, как он отделал Брона. Титиан их понимал: в юности он тоже не любил сходиться с теми, кто заметно превосходил его мастерством. Но и спускать им это с рук не собирался.

— Смелее, парни, — подбодрил он. — Если никто не выйдет против меня, устроим общий бой.

Молодые рыцари застонали. После таких боёв у целителей Мишакаль, служивших при ордене, всегда было полно работы. Зато лучшей тренировки не придумаешь. Титиан не раз участвовал в таких схватках в молодости и хорошо знал: поединок один на один никогда не научит сражаться, когда вокруг тебя одновременно и враги, и товарищи. Он обвёл рыцарей суровым взглядом серо-голубых глаз.

— Ну?

Они всё ещё мялись, и Титиан едва не сплюнул с досады. В прежние годы такого не бывало. Тогда в ордене служили люди, ставшие легендами: Таварре из Люсиэля, Марто из Фалтаны и… и многие, многие другие. Но почти все эти герои погибли в войне с чародеями. Им на смену пришли в основном младшие сыновья знатных родов и богатых купцов — семьи отправляли их на службу, чтобы избавиться от лишних забот. От пылкого рвения первых лет Божественного Молота почти ничего не осталось.

— Ладно, — сказал великий маршал, не скрывая разочарования. — Берите оружие и делитесь на отряды. Северная и западная казармы против южной и… Что ещё такое?

За спинами собравшихся, со стороны главных ворот, началось какое-то движение. Рыцари зашептались и стали расступаться, освобождая кому-то дорогу. Титиан заметил среди них белое одеяние. Жрец из Храма. Раздражение усилилось. Он никогда особенно не жаловал святую церковь, хотя и возглавлял её войско. Чаще всего появление жреца означало, что его людям снова придётся отправляться в какой-нибудь дальний уголок империи — сражаться и умирать.

Но когда из толпы вышла госпожа Эльса, Титиан удивлённо вскинул брови. Он попытался вспомнить, когда в последний раз Первая Дочь — или хотя бы одна из Почтенных Дочерей — приходила в Твердыню Молота. И не смог.

Рыцари поклонились, а Титиан начертил знак треугольника. На колено он опускался лишь перед самим Королём-Жрецом.

— Миледи, — произнёс он. — Что привело вас на наши холмы?

— Лорд Титиан, — ответила Эльса. — Я пришла по велению Светоносца.

Рыцари зашептались. Титиан жестом заставил их умолкнуть, хотя у него самого всё сжалось внутри. Обычно Король-Жрец передавал распоряжения через молодых послушников, служивших храмовыми гонцами. Визит Первой Дочери был чем-то совершенно необычным.

— Чего желает от меня Его Святейшество? — спросил он.

Через две минуты Титиан уже выезжал верхом из укреплённых ворот Твердыни Молота рядом с колесницей Первой Дочери. Учебный бой придётся отложить.

Глава опубликована: 01.11.2026
Отключить рекламу

Предыдущая главаСледующая глава
Фанфик еще никто не комментировал
Чтобы написать комментарий, войдите

Если вы не зарегистрированы, зарегистрируйтесь

Предыдущая глава  
↓ Содержание ↓
  Следующая глава
Закрыть
Закрыть
Закрыть
↑ Вверх