Шаг назад (гет)

Гарри проснулся рано утром. Эту ночь он спал куда спокойнее, чем предыдущую, поэтому отлично отдохнул и был готов к новому дню.

Он надел спортивную одежду, радуясь тому, что находится среди родных. Гарри никак не ожидал, что всё произойдёт так быстро, да ещё и в таком странном положении. В доме Поттеров все понимали, что к происходящему ещё предстоит привыкнуть, но Гарри был вполне доволен тем, как всё складывалось, и лишь надеялся получше узнать семью и остаться желанным её членом, с чем бы ему ни пришлось столкнуться. А пока они рядом, он не сомневался, что справится с чем угодно.

Пройдя через просторный дом, Гарри вышел за дверь и отметил, что земли вокруг особняка с лихвой хватит для утренней пробежки. Он глубоко вдохнул густой, бодрящий воздух и побежал вдоль границ поместья, просто наслаждаясь мягким утром и встающим вдалеке солнцем.

Земли Поместья Поттеров оказались красивыми, ухоженными и идеально подходящими для утренней пробежки. Владения стояли в полном уединении, по большей части окружённые лесом, — разительный контраст с городской жизнью, к которой он привык. Поттеры явно ценили уединение, и Гарри их прекрасно понимал.

Местная живность, похоже, разделяла его мнение: отовсюду доносились крики самых разных зверей и птиц, как магловских, так и магических. Впрочем, увидеть ему удалось лишь нескольких фестралов: они бродили у дальней опушки и скрылись в густой чаще, стоило ему приблизиться.

Закончив пробежку и выполнив остальные упражнения, Гарри вернулся в дом, чтобы попить воды на кухне. Время было раннее, он понятия не имел, когда проснутся остальные, поэтому решил подождать их к завтраку, а пока скоротать время за чтением — будить кого-то раньше времени отработкой заклинаний не хотелось.

Войдя в кухню, он обнаружил, что проснулся не один. За столом сидел Сириус и с задумчивым видом сжимал кружку с горячим шоколадом.

— Привет, Сириус, — поздоровался Гарри.

Сириус вздрогнул от неожиданности, но, заметив Гарри, с облегчением выдохнул.

— Привет, Гарри, — покачал он головой.

— Ты всегда так рано встаёшь? — нахмурился Гарри, отметив, что нет ещё и шести утра.

Сириус отрицательно мотнул головой.

— Да толком не спалось, — нехотя признался он. — Пытаюсь понять, как быть дальше. — Он пожал плечами.

— Насчёт чего? — спросил Гарри, наливая себе стакан воды.

Сириус вздохнул.

— Да насчёт всего, наверное, — тихо отозвался он.

— Например? — нахмурился Гарри.

— Кажется, теперь я тут лишний, — просто ответил парень, опустив голову.

— В каком смысле? — переспросил Гарри.

Сириус окинул его изучающим взглядом и снова вздохнул.

— Ну, ты ведь явно мало времени провел с Джеймсом и родителями за эти годы. Мне кажется, моё присутствие сейчас не к месту, — печально начал он. — Я тебя ни в чём не виню, это твоя семья. Просто не хочу мешать вам наверстывать упущенное. — Он с трудом сглотнул.

Гарри вздохнул и покачал головой.

— Полная чушь, — прямо сказал он.

Сириус резко вскинул голову и с любопытством уставился на него.

— Насколько я слышал, ты такой же член этой семьи, как и я, — продолжил Гарри. — А может, даже больше. Да, ты прав, я мало с ними общался, но уж лишним тебя точно никто не считает, — твёрдо произнёс он.

Он снова вздохнул и продолжил:

— Я почти ничего не знаю о твоей жизни дома, но раз ты все эти годы пропадал здесь, догадываюсь, что там не сладко. Я не хочу, чтобы в этом доме что-то менялось — и для тебя в том числе, — искренне объяснил он. — Я ни в коем случае не собираюсь вставать между тобой и Джеймсом. Да, он мой брат, но, насколько мне известно, ты для него ничуть не меньше брат. И не думай, что теперь всё изменится. Чёрт, да я и сам хотел бы узнать тебя получше — ты кажешься отличным парнем.

— Ты серьёзно? — с надеждой спросил Сириус.

Гарри кивнул.

— Чтобы быть семьёй, не обязательно иметь одну кровь, Сириус. И что касается меня — тебе здесь всегда рады. Так что даже не думай, будто ты лишний: твоё место здесь точно так же, как и моё.

Сириус улыбнулся и с облегчением перевёл дух.

— Я тоже хочу узнать тебя получше, Гарри, — ответил он. — И спасибо. Быть здесь — для меня это всё. Туда я вернуться не могу. — Он покачал головой.

— Тебе и не придётся, — ровно заметил Гарри.

Они не знали, что весь их разговор слышала Дорея: стоя за порогом кухни, она с улыбкой смотрела на них.

— Доброе утро, мальчики, — поприветствовала она их, входя в комнату. — И почему это вы поднялись в такую рань?

— Я почти уверен, что Сириус придумывал, как отомстить Джеймсу за вчерашнюю выходку, — ответил Гарри. — А я бегал. — Он пожал плечами.

— Где ты бегал? — встревоженно спросила Дорея.

— Да просто по территории, — нахмурился Гарри.

Глаза Дореи расширились.

— Ох, прости, Гарри, нам следовало предупредить тебя, чтобы ты не выходил до рассвета: иногда к дому подбираются не самые дружелюбные твари, — виновато пояснила она.

— Вы про фестралов? — с любопытством уточнил Гарри.

— Ты их видел? — с тревогой спросила Дорея. — С тобой всё в порядке?

Гарри покачал головой.

— Фестралы опасны, только если их разозлить, — ответил он. — Я уже летал на них верхом, — небрежно добавил он.

Дорея лишь покачала головой, но расспрашивать дальше не стала. Из тех крох, которыми поделился с ней Чарлус, она знала, что полёт на фестрале — сущий пустяк.

— А с тобой что? — спросил Гарри у Сириуса, заметив, что тот обиженно дуется, уставившись в свою кружку.

— Мой горячий шоколад остыл, — буркнул тот.

— Ты что, не волшебник? — усмехнулся Гарри.

— Тётя Дорея отобрала палочку, — уныло пробормотал Сириус.

— И почему же я её отобрала, Сириус? — вмешалась Дорея, вскинув бровь.

— Потому что я проклял Джеймса после того, как он проклял меня, — проворчал Сириус.

— И какой урок ты из этого извлёк? — выжидающе спросила она.

— Что натягивать трусы по-магловски при помощи магии не следует, — вздохнул Сириус, хотя ухмылка на его лице говорила об обратном.

— Вот из-за этой ухмылки твоя палочка всё ещё у меня, — заметила Дорея.

Сириус снова надулся.

— Ну хоть согрей мне напиток, — взмолился он, когда в кухню вошли Джеймс и Чарлус.

— Нет, — просто ответила Дорея и отпила чаю.

Сириус выглядел так, будто сама мысль пить холодный горячий шоколад оскорбляла его до глубины души, и с мольбой посмотрел на Гарри.

— Ладно, — усмехнулся Гарри. Он взял кружку Сириуса, согрел её содержимое и вернул парню.

Сириус ошеломлённо уставился на него.

— Что? — спросил Гарри.

— Ты только что применил беспалочковую магию, — не веря своим глазам, произнёс Сириус. — Научишь меня? — загорелся он.

— Могу попробовать, — согласился Гарри. — Но на это мало кто способен, да и работает она лишь с ограниченным набором заклинаний, — предупредил он.

Сириус с энтузиазмом закивал.

— А меня он собирается научить вызывать Патронуса, — с жаром вставил Джеймс.

— Ты и это умеешь? — вскинула брови Дорея.

Гарри просто кивнул.

— Я тоже хочу научиться! — тут же подал голос Сириус.

Гарри лишь покачал головой и снова усмехнулся.

— И тебя научу, — уступил Гарри. — Но опять же, для этого нужна немалая сила, — объяснил он.

— Покажешь? — с горящими глазами попросил Сириус.

Гарри переглянулся с Джеймсом, и тот ободряюще кивнул. Гарри не хотелось ненароком выдать родителям тайну парня: они вряд ли обрадовались бы, узнав, что сын балуется потенциально опасной магией.

Палочка скользнула ему в руку, и он выпустил оленя. Тот закружил по комнате лёгким галопом, высматривая любую опасность.

— Сохатый... — благоговейно прошептал Сириус, широко распахнув глаза.

К счастью, старшие Поттеры не обратили внимания на его слова: они и сами заворожённо смотрели на призрачного зверя, который с мягким перестуком копыт кружил по комнате, заливая её теплом и ярким белым светом.

Спустя пару мгновений Гарри развеял заклинание. Сириус уставился на него и лишь покачал головой.

— Ты обязан меня этому научить! — чуть ли не потребовал он.

— Научу, когда приедем в школу и тебе вернут палочку, — усмехнулся Гарри.

Сириус недовольно фыркнул при напоминании, что остался без палочки.

— А из чего сделана твоя палочка, Гарри? — вмешался Чарлус. — Ты ведь говорил, что перерос прежнюю.

— Так и есть, — вздохнул Гарри. — Эту пришлось делать на заказ, — пояснил он и указал на палочку в руке: — Чёрное дерево и пурпурное дерево, скреплённые аметистом.

— А сердцевина? — поинтересовался Чарлус.

— Волос фестрала и жила сердца украинского железнобрюха, — ответил Гарри.

Чарлус тихо присвистнул.

— Никогда не слышал, чтобы в палочки вплетали волос фестрала, — задумчиво произнёс он. — Да и про украинского железнобрюха тоже, если уж на то пошло, — покачал он головой.

— Разве они не вымерли? — нахмурилась Дорея.

Гарри кивнул.

— Но достать нужные части всё ещё можно, если знать, к кому обратиться, — пожал он плечами.

Дорея лишь покачала головой.

— Так какие у вас сегодня планы, мальчики? — спросила она с лёгким подозрением в голосе.

— Квиддич, — тут же отозвался Джеймс. — Хочу посмотреть, как Гарри держится на метле, и узнать, пошёл ли он в своего талантливого старшего брата, — с ухмылкой пояснил он.

— Только будьте осторожны, — попросила Дорея. — Мы с вашим отцом сегодня отправимся в Косой переулок за вашими школьными вещами.

— А нам поехать нельзя? — нахмурился Джеймс.

— Гарри привлечёт к нам слишком много внимания, Джеймс, — заметил Чарлус. — Лучше подождать, пока вы не вернётесь в школу, чем разбираться со всей этой шумихой сейчас.

— Всё в порядке, — вмешался Гарри. — Поезжайте все вместе, мне всё равно нужно позаниматься заклинаниями, — предложил он, радуясь возможности остаться одному.

— Ты уверен? — уточнила Дорея. — Нам ведь действительно нужно снять с Джеймса мерки для новой мантии? — задумчиво протянула она.

— Всё правда хорошо, — искренне заверил её Гарри. — У меня есть всё необходимое, кроме учебников.

— Ладно, — неохотно согласилась Дорея. — Мы ненадолго. Идите собирайтесь, — велела она Джеймсу и Сириусу.

Оба поднялись из-за стола, чтобы собраться в дорогу, а Дорея повернулась к Гарри.

— В подвале есть тренировочный зал. Можешь там бегать или заниматься чем нужно, — неохотно сообщила она, явно не одобряя то, как мальчик изнуряет себя.

— Заклинания можешь использовать любые, только без Адского пламени, — предупредил Чарлус.

— Адского пламени? — испуганно пискнула Дорея.

— Пойдём, любовь моя, нам тоже пора собираться, — предложил Чарлус, уводя жену из комнаты.

Гарри усмехнулся и покачал головой.

Он понимал тревогу Дореи, но знал, что выбора нет: к грядущему нужно подготовиться как можно лучше.

Когда остальные Поттеры и Сириус ушли, Гарри спустился в подвал и улыбнулся увиденному. Здесь было всё необходимое, чтобы продолжать тренировки на пределе сил, — и он выложится настолько, насколько потребуется, чтобы довести дело до конца.

* * *

Спустя несколько часов Поттеры и Сириус вернулись из похода за покупками, достав всё, что могло понадобиться мальчишкам к новому учебному году.

— Гарри, мы вернулись! — позвала Дорея, входя в кухню вместе со всеми. Не дождавшись ответа, она окликнула громче: — Гарри?

— Да он всё ещё в подвале, — вставил Чарлус.

— Прошло уже три часа, — поразилась Дорея.

— Мы сходим за ним, — предложил Джеймс, махнув рукой на себя и Сириуса.

— Нет, разберите вещи, — велела она. — Я сама позову, — вздохнула Дорея и вышла из кухни.

Спустившись в подвал, она замерла как вкопанная от увиденного.

Гарри стоял без рубашки и виртуозно орудовал огненным хлыстом, с явно отточенной точностью выдирая куски из тренировочного чучела.

Со смесью благоговения и ужаса она смотрела, как он оборвал заклинание, послал в манекен рассекающие чары, молниеносно создал из воздуха кинжал и абсолютно бесшумно исчез. Он возник за спиной другого чучела и вогнал кинжал ему прямо в затылок — ровно в тот миг, когда первое развалилось надвое от рассекающего заклятия.

То, как он колдовал, просто лишило её дара речи, но выражение его лица при этом повергло её в ужас.

Лицо исказила чистая, первобытная ярость, застыв маской беспощадной, смертоносной ненависти. Глаза жутко полыхали яркой зеленью — от этого изумрудного пламени по спине пробегал мороз.

Заметив женщину, Гарри сразу смягчился — во взгляде снова появились привычные спокойствие и тепло.

— Прости, — произнёс он, подходя ближе. — Я зачем-то понадобился?

Дорея сглотнула.

— Мы садимся обедать. Подумала, ты не откажешься перекусить, пока Джеймс с Сириусом не утащили тебя летать.

— Спасибо, — с благодарной мягкой улыбкой отозвался Гарри и повернулся, чтобы натянуть футболку.

Глаза Дореи округлились: только сейчас она разглядела, сколько на нём шрамов.

— Господи, откуда всё это?.. — выдохнула она, дрожащим пальцем указав на исполосованную кожу.

— Скажем так: родственники, которые меня вырастили, магию не особо жаловали, — ответил Гарри, не желая вдаваться в подробности жизни у Дурслей.

Дорея печально кивнула.

— А этот? — спросила она, указав на его правую руку, где шрам был толстым и очень глубоким.

Гарри вздохнул.

Рассказывать подробности не хотелось, но врать ей он не собирался — в конце концов, он уже дал себе слово этого не делать.

— Василиск, — тихо ответил он.

— Где ты столкнулся с василиском? — едва слышно спросила она, проводя пальцем по рубцу.

— Мне было двенадцать. Я убил его мечом.

Дорея покачала головой.

Она видела, что он говорит правду, и сердце сжималось от мысли, сколько всего выпало на долю этого мальчика.

— Умеешь хранить секреты? — с усмешкой спросил Гарри.

— Смотря какие, — прищурилась Дорея.

Гарри лишь ухмыльнулся и взмахнул палочкой, призывая крупную кобру.

— Какой глупппый человввек отрывает меня от обеда? — сердито зашипела змея, угрожающе приподнимаясь и недовольно раздувая капюшон.

— Просссти, друг мой. Я накормлю тебя чем пожжжелаешь, просссто хотел познакомить с бабушшшкой, — извиняющимся тоном отозвался Гарри.

Дорея ошеломлённо приоткрыла рот, чувствуя, как внутри всё переполняет гордость.

— Ты дашшь мне сочччного кролика, иначе я тебя укушшшу, — вполне серьёзно пригрозила кобра.

— Ввведи себя прилишшно, поздоровввайся, и я отправлю тебя обррратно с двумя кррроликами, — пообещал Гарри.

Змея смерила его оценивающим взглядом, затем успокоилась, став смирной и покладистой.

— Договорррились, говорррящий, но не вздумай обмммануть, — настороженно согласилась змея.

Гарри протянул руку, и кобра заскользила по ней вверх, перебралась на плечо и, устроившись поудобнее, уставилась на Дорею.

— Можешь погладить, он не укусит, — заверил Гарри.

Дорея нерешительно протянула руку и коснулась змеи, всё ещё поражаясь редкому дару мальчика.

— Ты парселтанг, — прямо констатировала она.

Гарри лишь улыбнулся и кивнул.

— Думаю, это останется нашей маленькой тайной, — улыбнулась она в ответ. — Ни Джеймс, ни Сириус не отличаются терпимостью ко всему, что принято считать тёмным, — вздохнула Дорея.

— Научатся, — успокоил её Гарри, превращая созданный кинжал в кролика. Змея тут же совершила молниеносный бросок и проглотила добычу.

— Спппасибо, говорррящий, но ты обещщщал двух, — напомнила змея. Гарри тихо рассмеялся.

Он уступил и трансфигурировал для неё ещё одного кролика.

— Знаешь ли, если сссстолько жрррать, можно и растолссстеть, — невозмутимо заметил Гарри и заставил сверлящую его взглядом кобру исчезнуть.

Дорея вздохнула.

— Знаешь, мне бы так хотелось, чтобы тебе не приходилось нести всё это на себе, — грустно произнесла она.

— Мне тоже, — шепнул Гарри. — Но я обязан защитить вас всех. Любой ценой. И я сделаю всё, что потребуется.

Дорея кивнула.

— Я знаю, — с волнением пробормотала она. — Ты замечательный мальчик, Гарри. Но, пожалуйста, береги себя, — взмолилась она, притягивая его к себе и обнимая.

Гарри тотчас одеревенел — он совершенно не привык к подобным проявлениям тепла.

— Прости, — запнулась Дорея, отстраняясь и чувствуя его скованность.

Гарри покачал головой.

— Нет, это ты прости. Я просто не привык, — пояснил он с улыбкой, не коснувшейся глаз.

Заметив неподдельную боль на её лице, Гарри вздохнул и неловко, как умел, обнял её сам.

— Хотя, наверное, стоит привыкать, — признал он и не смог сдержать улыбки, когда женщина радостно обняла его в ответ.

— Стоит, — тихо отозвалась Дорея. — А теперь пойдём поедим, пока Сириус всё не съел, — предложила она лишь наполовину в шутку.

Гарри тихо хмыкнул и первым пошёл в кухню, где остальные обитатели дома уже вовсю обедали.

— Всё в порядке, он ещё не успел всё в себя запихать! — громко объявил Гарри, переступая порог.

— В смысле? — нахмурился Сириус с набитым ртом.

— А с чего ты взял, что я про тебя? — парировал Гарри.

Сириус лишь пожал плечами и потянулся к тарелке с курицей, но Гарри без палочки приманил её к себе и подал Дорее.

— Эй! — возопил Сириус с явной обидой.

— Мы сейчас летать идём, — напомнил Гарри. — Сожрёшь ещё хоть кусок — вывернет прямо в воздухе.

Сириус лишь надулся и фыркнул.

— Я ему всегда это говорю, а толку ноль, — вставил Джеймс. — К тому же жрёт он как нюхлер.

— Ничего подобного! — капризно заныл Сириус.

— У тебя половина обеда на рубашке, — со вздохом заметил Джеймс, указав на испачканную ткань.

— У меня здоровый аппетит! — гордо провозгласил Сириус.

— Для гиппогрифа, — подал голос Чарлус, отчего Джеймс и Гарри прыснули со смеху.

Сириус покачал головой.

— Ладно ещё вдвоём на одного, но втроём — это просто нечестно, — с притворной грустью вздохнул он.

— Не переживай, Сириус, — ободряюще похлопал его по плечу Гарри. — Нам ещё предстоит отомстить Джеймсу за вчерашнюю выходку.

Глаза Сириуса озорно блеснули.

— Что?! — с испугом переспросил Джеймс. — Ты вообще-то сам в этом участвовал!

— Идея была твоя, а ты старше и обязан подавать мне хороший пример, — с усмешкой парировал Гарри.

Джеймс бросил взгляд на родителей, но те лишь пожали плечами, ничуть ему не сочувствуя.

— Спасибо, удружили, — угрюмо буркнул он.

— Может, тебе и не помешает испытать то же на собственной шкуре, — отозвалась Дорея. — А теперь шёл бы ты полетать и забыл о своих дурацких розыгрышах, — предложила она, вскинув бровь.

Джеймс тут же вскочил и побежал за метлой.

— Пошли, Гарри! — подстегнул Сириус. — Посмотрим, на что ты способен, — добавил он, взял его за руку и потянул из комнаты.

Чарлус усмехнулся.

— Их ждёт сюрприз, — с явным предвкушением произнёс он.

— Что ты имеешь в виду? — удивилась Дорея.

— Пойдём посмотрим, сама всё увидишь, — ухмыльнулся Чарлус.

Не прошло и пяти минут, как Поттеры и Сириус уже стояли на лужайке поместья, готовые подняться в воздух.

— Я на ней ещё ни разу не летал, дайте пару минут привыкнуть, — попросил Гарри, указав на свою новенькую метлу.

Джеймс и Сириус пожали плечами, и Гарри впервые за долгие месяцы оттолкнулся от земли.

Он тут же сжился с метлой, инстинктивно угадав, на что та способна. Конечно, не «Молния», но для куда более скромной модели метла оказалась превосходной.

— Ладно, выпускай снитч, — крикнул он Джеймсу, державшему в руке крошечный золотой шарик.

Тот разжал пальцы. Гарри досчитал до десяти и рванул следом, выжимая из метлы абсолютный предел.

Остальные заворожённо наблюдали, как Гарри преследует снитч, ни на секунду не упуская его из виду.

Они смотрели, как он играючи входит в штопор, крутит «бочки» и свечой уходит ввысь, ахая каждый раз, когда он превращался в едва различимую тёмную точку в вышине.

Гарри давно не испытывал такого чистого восторга: весь мир вокруг перестал существовать, внимание сузилось до единственного золотого проблеска.

Снитч отвесно ринулся вниз на предельной скорости, и Гарри спикировал за ним, твёрдо зная: теперь снитч от него не уйдёт.

Он поймал снитч и лишь в последний момент успел выровнять метлу, избежав крушения, — кончики носков только чиркнули по траве.

Он победно ухмыльнулся, повернувшись к остальным, но тут же опешил: трое смотрели на него в полном шоке, и лишь Чарлус ехидно усмехался.

Дорея стряхнула оцепенение, и шок на её лице сменился облегчением.

— Ты хоть что-нибудь умеешь делать без риска для жизни? — слабо спросила она. — Ты же меня чуть до инфаркта не довёл! — отчитала она его, шлёпнув по плечу.

Гарри видел, что она вот-вот разразится тирадой, и пресёк это, просто обняв её.

— Прости, мам, — искренне сказал он.

Дорея поперхнулась следующими словами и просто крепко обняла мальчика, не зная, что сказать.

— Как ты это сделал? — шёпотом спросил Джеймс.

— Хорошие гены, — усмехнувшись, пожал плечами Гарри.

Джеймс улыбнулся и понимающе покачал головой.

— Мерлиновы яйца, это было чертовски круто! — громко объявил Сириус.

Гарри лишь пожал плечами и взъерошил волосы рукой.

— Ну так что, сыграем? — спросил он.

Джеймс с энтузиазмом закивал.

— Пап, ты с нами? — спросил он отца.

— Давненько я не летал, — протянул Чарлус. — Ну да ладно, уговорили, — с улыбкой уступил он.

Все четверо провели вторую половину дня в воздухе. Дорея снизу наблюдала за ними, то и дело качая головой и закрывая глаза, когда они выделывали рискованные, а то и откровенно опасные манёвры. И всё же она была очень рада тому, как всё складывается: Гарри пробыл у них меньше двух дней, но уже прекрасно вписался в привычный уклад дома.

* * *

Позже тем же вечером, когда супруги Поттер уже готовились ко сну, Дорея была погружена в свои мысли. Она протяжно вздохнула и покачала головой от обуревавших её противоречивых чувств.

— Что такое, милая? — спросил Чарлус.

— Гарри, — просто ответила Дорея. — Что нам с ним делать? — с тревогой добавила она.

— Тут мы мало что можем сделать, Дор, — невесело отозвался Чарлус. — Мне всё это нравится не больше твоего, но уж как есть.

— Но он ведь совсем мальчишка, Чарлус, — в отчаянии возразила она.

Чарлус покачал головой.

— Пусть ему всего шестнадцать, но никакой он не мальчишка, — твердо произнес он. — Я видел всё, что у него в голове: он никогда не был ребенком, по-настоящему никогда, — мрачно подытожил он.

Дорея снова вздохнула.

— Но что же нам делать? — спросила она почти с мольбой.

— Дать ему дом и ту любовь, которой ему так не хватало, — ответил Чарлус. — Остановить его мы не сможем, но сделать так, чтобы ему было легче, нам под силу, — попытался успокоить её он.

Дорея кивнула.

— Я видела сегодня его тренировку, и он меня пугает, — шепотом призналась она. — В нем столько ненависти и злости... — добавила она, вздрогнув.

— Так и есть, — согласился Чарлус. — Но после всего пережитого это понятно.

— Не уверена, что вообще хочу знать, — пробормотала она. — С меня и василиска довольно.

— Он рассказал тебе об этом? — с усмешкой спросил Чарлус.

— Да, и поделился секретом о змеях, — с теплотой ответила она.

— Так и знал, что тебе понравится, — сухо заметил Чарлус. — А про дракона он упомянул? — спросил он с улыбкой.

— Какого еще, к черту, дракона? — спросила она опасным тоном.

— Видимо, нет, — пробормотал Чарлус. — А откуда, по-твоему, я узнал, что он чертовски здорово летает? — добавил он.

— Он летал с драконом? — с недоверием переспросила она.

— Не по своей воле, — проворчал Чарлус.

— И с какого черта ему пришлось летать с драконом? — поинтересовалась Дорея.

— Ну, вообще-то, именно так поступать было не обязательно, — загадочно протянул Чарлус.

Заметив нетерпеливый взгляд жены, он вздохнул.

— Чтобы ты понимала, насколько этот парень хорош: он выиграл Турнир Трёх Волшебников, когда ему было четырнадцать, — объяснил он.

— Он что, смерти ищет? — вздохнула Дорея.

— Он не выставлял свою кандидатуру, его вынудили участвовать, — заметил Чарлус. — Впрочем, подробности сейчас не важны, — отмахнулся он. — Послушай, Дор: Гарри всё равно сделает то, что считает должным, кто бы что ни говорил. И если мы попытаемся его остановить, то лишь оттолкнем.

Дорея с тревогой прикусила нижнюю губу.

— Я просто не хочу, чтобы он потерял себя. Он хороший мальчик, Чарлус, я же вижу, — убежденно сказала она.

— Хороший, — согласился Чарлус. — Но его натаскивали лучшие из лучших, потому он и стал таким. Вот почему мне кажется, что они с Джеймсом и даже с Сириусом хорошо повлияют друг на друга, — с уверенностью закончил он.

Дорея согласно кивнула.

— В полете он выглядел таким счастливым, — с улыбкой заключила она.

— Так и было. И похоже, Джеймс и Сириус помогают ему расслабиться: он улыбается — по-настоящему улыбается, когда они вместе, — заметил Чарлус. — Гарри нужно немного оттаять, а тем двоим — повзрослеть. Надеюсь, они уравновесят друг друга.

— Надеюсь, — прошептала Дорея.

Ей было невыносимо думать о том, какую ответственность взвалил на себя Гарри, но и сама она понимала: его не остановить, как бы сильно ей этого ни хотелось. Оставалось лишь надеяться, что Чарлус прав и они смогут просто быть рядом, когда Гарри потребуется их поддержка.

Муж был прав насчет этой троицы: они и впрямь отлично уравновешивали друг друга, что не могло ее не радовать. Дорея лишь молилась о том, чтобы так продолжалось и когда они прибудут в Хогвартс.

* * *

Остаток каникул прошёл в том же духе. По утрам Гарри тренировался, а потом вся троица проводила день за полётами и простым общением — с каждым днём они становились всё ближе друг другу.

Единственным сколько-нибудь примечательным событием стала короткая записка от Дамблдора: директор просил Гарри добраться до замка вместе с первокурсниками ради распределения, чем изрядно разозлил Чарлуса.

Воспоминание

За несколько дней до начала семестра семья как раз села завтракать, когда их прервала влетевшая сова. Птица тут же направилась к Гарри и протянула ему лапку.

Гарри отвязал письмо, пробежал глазами строчки и вздохнул.

— Что там? — спросила Дорея.

— Дамблдор хочет, чтобы по прибытии в Хогвартс я переправился через озеро вместе с первокурсниками, — объяснил он.

— Да какая, к чёрту, разница? — раздражённо бросил Чарлус. — В каретах он доберётся до замка ничуть не хуже.

— Может, он просто хочет, чтобы Гарри прошёл через всё как положено, — вмешалась Дорея.

Чарлус покачал головой и повернулся к Гарри:

— Если Дамблдор начнёт проявлять к тебе какой-то интерес помимо обязанностей директора, напиши нам немедленно.

Гарри лишь кивнул в знак согласия.

Дамблдор, разумеется, был нужен ему как союзник, но позволять старику хоть как-то собой управлять он не собирался.

— Вот и славно, — отрезал Чарлус. — Потому что если он не уберёт свой кривой нос из дел нашей семьи, видит бог, я прокляну его старую сморщенную задницу.

— Чарлус! — укоризненно осадила его Дорея.

— Он старый пронырливый хрыч! — горячо огрызнулся Чарлус.

— Прогуляйся и остынь, Чарлус, — строго велела Дорея.

Чарлус со вздохом кивнул и вышел из кухни, всё ещё продолжая ворчать на Дамблдора.

— Отец не жалует Дамблдора, считает его редкостным говнюком, — пояснил Джеймс.

— Джеймс, — предостерегающе прорычала Дорея.

— Слова отца, не мои, — пожал плечами Джеймс.

Дорея лишь покачала головой.

Конец воспоминания

За пятнадцать минут до отправления поезда компания стояла на платформе 9¾. Джеймс прятался под Мантией-невидимкой: троица задумала разыграть Римуса и Питера, хотя со вторым Гарри встречаться совершенно не стремился.

— Ничего не забыли? — с грустью спросила Дорея.

— Всё взяли, мам, — усмехнулся Гарри.

Дорея улыбнулась и покачала головой. Стоило Гарри так её назвать, как на её лице неизменно появлялась счастливая улыбка.

— Вылез бы ты оттуда, Джеймс, право слово, — вздохнула Дорея, глядя туда, где, как она полагала, стоял её сын.

— Ну уж нет, — капризно отозвался Джеймс.

Дорея снова покачала головой:

— А ты, Сириус? Всё собрал? — изогнула она бровь.

— Может быть, — пожал плечами Сириус.

— Если что найду — пришлю, — ответила она. — И постарайтесь вести себя прилично. Все вы.

— Обязательно, — в один голос отозвались Гарри и Сириус с одинаково шкодливыми ухмылками.

— Гарри, можно тебя на пару слов? — вмешался Чарлус.

Гарри кивнул и отошёл с ним в сторону.

— Помни, что я говорил: не держи зла на людей, — напомнил Чарлус. — Знаю, это трудно, но ты постарайся. Питер — один из их лучших друзей, и, возможно, ты сумеешь ему помочь. Если ты настроишься против него враждебно, вам всем будет очень непросто.

Гарри неохотно кивнул.

— Ладно, — уступил он. — Но если он позволит себе лишнего, пощады пусть не ждёт.

— Договорились, — согласился Чарлус. — Просто дай парню шанс. У тебя есть возможность помочь ему. Он ведь не такой сильный, как вы, и, может быть, твоего присутствия рядом окажется достаточно.

— Может быть, — согласился Гарри, хотя в душе сильно сомневался.

— Вот и молодец, — похвалил Чарлус и приобнял его. — Без вас в доме станет совсем пусто.

— На Рождество мы вернёмся домой, — напомнил Гарри.

Чарлус улыбнулся.

— Твоё первое семейное Рождество... Готовься, Дорея развернётся по полной программе.

Гарри весело покачал головой.

— Спасибо вам за всё, — искренне произнёс он.

— Ты наша семья, Гарри, — просто ответил Чарлус. — И как ни посмотри, ты наш сын. Мы с Дореей оба так чувствуем. — Он понизил голос до шёпота: — А она твердит, что слишком молода, чтобы становиться бабушкой.

Гарри рассмеялся.

— Ну, тогда к лучшему, что я тоже её бабушкой не считаю, — усмехнулся он.

Они вернулись к остальным, и Дорея вопросительно взглянула на Чарлуса.

— Разговор отца с сыном, — пожал плечами Чарлус.

Дорея с улыбкой кивнула.

— Тогда вам лучше садиться в поезд, — с грустью сказала она.

Гарри крепко обнял её.

— Мы будем писать, — пообещал он. — И на Рождество обязательно увидимся.

— Знаю, — вздохнула она. — Буду по вам скучать.

— Что, даже по уборке за этой свиньёй? — спросил Гарри, указав на Сириуса.

— Эй! — возмутился Сириус.

— Даже это, — усмехнулась Дорея.

— Пойдём, Сириус, надо затащить тебя в вагон, пока ты не умудрился устроить бардак прямо на платформе, — объявил Гарри, взяв за руку насупившегося друга.

— До свидания, мальчики! — крикнула им вслед Дорея.

Гарри и Сириус помахали рукой и поднялись в поезд на поиски свободного купе.

Они прошли уже примерно полвагона, когда дверь одного из купе резко отъехала в сторону. Выходивший оттуда человек со всего маху налетел на Гарри и плюхнулся прямиком на задницу.

У Гарри перехватило дыхание: он сразу же узнал длинные рыжие волосы матери.

Стряхнув оцепенение, он протянул девушке руку.

— Прости, пожалуйста, — искренне сказал он. — Я тебя не заметил.

— Всё в порядке, — ответила Лили, принимая руку и поднимаясь на ноги.

Но стоило ей разглядеть Гарри, как она тут же брезгливо отдёрнула ладонь и сердито нахмурилась.

— Будто ты не нарочно, Поттер, — раздражённо огрызнулась она, протискиваясь мимо них.

— Прошу прощения, но, по-моему, мы не знакомы, — растерянно ответил Гарри.

Лили фыркнула:

— Какой же ты всё-таки козёл! Просто оставь меня в покое!

Гарри бросил взгляд на Сириуса, но тот лишь пожал плечами:

— Эванс. Она терпеть не может Джеймса, а он от неё без ума... — закончил Сириус с притворным придыханием. — Ай! — ойкнул он, получив пинок из-под мантии. — Пойдём уже, — со вздохом добавил он, потирая ногу.

Чуть дальше по коридору троица нашла свободное купе и устроилась на сиденьях в ожидании двух остальных мальчишек.

— Как думаете, через сколько они всё поймут? — взволнованно спросил Джеймс.

— Секунд через десять, если ты не заткнёшься, — огрызнулся Сириус.

— Да они ещё не скоро придут, — отмахнулся Джеймс. — Мамаши Римуса и Питера с них пылинки сдувают, — пояснил он уже для Гарри.

Гарри понимающе кивнул.

— Идут, — шепнул Сириус несколько минут спустя, небрежно прислонившись к стенке купе.

Дверь открылась, и Гарри сразу узнал обоих.

Римус выглядел точно так же, как всегда, только намного моложе, а вот Питер был другим — куда менее похожим на грызуна.

Может, оттого что он столько прожил крысой, он и стал на неё похож, — подумал Гарри про себя.

— Ну что, Лунатик, мамочка наконец вытерла тебе нос? — насмешливо поинтересовался Сириус, когда те вошли.

— Заткнись, Бродяга, — проворчал Римус, садясь напротив Гарри.

— Она и правда вытерла ему нос, — хихикнул Питер.

Римус смерил его сердитым взглядом.

— Моя мама хотя бы не оставила помаду у меня на щеке, — с самодовольной ухмылкой парировал он.

Питер нахмурился и принялся оттирать красное пятно с лица, отчего оно лишь размазалось и стало розовым.

— Как жизнь, Сохатый? — спросил Римус, впервые взглянув на сидевшего напротив парня, и тут же нахмурился.

— Не жалуюсь, — небрежно пожал плечами Гарри.

— Ты как-то изменился, — заметил Римус, оценивающе его разглядывая.

— В каком смысле? — с лёгким раздражением спросил Гарри.

— Выглядишь более опрятным и не таким взъерошенным, — помолчав, ответил Римус.

Гарри лишь покачал головой.

— Ты точно изменился, — вмешался Питер, тоже качая головой.

— От тебя вообще ничем не пахнет! — громко воскликнул Римус, вскакивая на ноги.

— Я же говорил, не надо было использовать чары запаха, — вздохнул Гарри.

— О чём ты? — встревоженно спросил Римус.

— Это всё из-за тебя, — проворчал Джеймс, сдёргивая мантию и указывая на Сириуса.

— Я всего лишь сказал, что он может учуять разницу, — возразил Сириус.

— Что здесь, чёрт возьми, происходит? — потрясённо спросил Римус, переводя взгляд с Джеймса на Гарри.

— Это мой брат, Гарри, — представил его Джеймс. — А это Римус и Питер, — добавил он уже для Гарри.

— Брат? — упавшим голосом переспросил Римус. — Ты никогда не говорил, что у тебя есть брат, — зашипел он, метнув взгляд на Гарри.

— Я и сам узнал о Гарри всего пару недель назад, — вставил Сириус, пытаясь успокоить оборотня. — Семейная тайна, — пожал он плечами.

— И где же он, чёрт возьми, пропадал? — нахмурился Римус.

— Учился у частных преподавателей, — небрежно бросил Джеймс.

— Вы близнецы? — подал голос Питер, округлив глаза.

— Именно, — ухмыльнулся Джеймс.

Римус лишь покачал головой.

— Могли бы просто его представить, — раздражённо проворчал он.

— Поверь мне, ты ещё легко отделался, — сердито пробормотал Сириус.

— Прости, — вздохнул Римус. — Как он и сказал, я Римус, — представился он и протянул Гарри руку.

— Рад познакомиться, Лунатик, — ответил Гарри, пожимая протянутую руку с тёплой улыбкой.

Глаза Римуса расширились, и на его лице промелькнул испуг.

— Ты знаешь? — упавшим голосом спросил он.

— Пришлось рассказать, — вмешался Джеймс. — Он бы и так всё сразу понял.

Римус тяжело сглотнул, его забила дрожь.

— И тебя это не отталкивает? — спросил он Гарри, глядя в пол.

— Нисколько, — искренне ответил Гарри. — Твоя тайна в надёжных руках, обещаю.

Римус с облегчением выдохнул и благодарно кивнул.

— Спасибо, — взволнованно прошептал он.

— Один из лучших людей, кого я знал, был оборотнем, — задумчиво произнёс Гарри. — Самой сильной своей магии я научился у него, — добавил он с улыбкой.

— Правда? — спросил Римус.

— Правда, — твёрдо кивнул Гарри.

— А я Питер, — вмешался второй мальчик, тоже протягивая Гарри руку.

Гарри мысленно вздохнул, но вспомнил слова Чарлуса.

— Приятно познакомиться, Питер, — ответил он, пожимая мальчику руку.

Питер улыбнулся и кивнул.

— Так почему ты приехал именно сейчас? — спросил Римус.

— Мама с папой хотели, чтобы из-за войны я был дома, — пожал плечами Гарри.

— А почему ты был на домашнем обучении? — поинтересовался Питер.

— Потому что он одарённый, — отмахнулся Сириус. — Нам ещё планы строить, — заявил он. — У вас будет целый год, чтобы его допрашивать, — закончил он, покачав головой.

И Гарри, и Джеймс мысленно выдохнули с облегчением. Компания устроилась поудобнее, и остаток пути они провели за разговорами, придумывая розыгрыши, которые собирались провернуть в этом году.

* * *

Поезд прибыл в Хогсмид. Компания вышла из вагона, и Гарри отделился от остальных, напомнив Джеймсу и Сириусу, что ему нужно идти с первокурсниками.

— Смотри мне, только в Гриффиндор, — проворчал Сириус. — Если окажешься змеем, я этого не переживу: ты же опозоришь нас всех, — с ухмылкой предупредил он.

— Я, может, специально попрошу шляпу отправить меня в Слизерин — чисто тебе назло, — небрежно отозвался Гарри. — Мама будет в восторге, — пожал он плечами.

Сириус изобразил оскорблённое благородство, а Джеймс потащил его за собой, лишь покачивая головой.

С этими словами Гарри зашагал на другой конец платформы, к высившемуся там громадному силуэту Хагрида.

— Здорово, Гарри, — с улыбкой поприветствовал его полувеликан.

— Привет, Хагрид, — радостно отозвался тот.

— Профессор Дамблдор сказывал, ты объявишься. Значит, уладили всё? — спросил он.

— Да. Ты извини, что не назвал настоящее имя: семейная тайна и всё такое, — объяснил Гарри.

— Пустое, — отмахнулся Хагрид. — Эт' я понимаю.

Гарри лишь улыбнулся и сел в лодку один. Она показалась ему куда меньше, чем на первом курсе, — впрочем, и дети вокруг были совсем крошечными.

Не мог же я быть настолько мелким, — подумал он, покачав головой.

Он сразу заметил, что первокурсников здесь было как минимум втрое больше, чем в его первый год, и проблема, о которой говорил Кроукер, бросалась в глаза.

При этой мысли он покачал головой. Лодки тронулись, скользя по глади озера.

Плавание пролетело незаметно. Хагрид уже вёл внушительную толпу к главным дверям замка и, подойдя, тяжело забарабанил в них огромным кулаком.

Двери распахнулись. На пороге стояла профессор Макгонагалл — заметно моложе той, к которой привык Гарри. Она оценивающе оглядела учеников и удовлетворённо кивнула.

— Спасибо, Хагрид, — сухо произнесла она и велела ученикам заходить.

Она заговорила, и Гарри сразу узнал эти слова: ровно с той же речью она встречала его в самый первый день в Хогвартсе.

Должно быть, она её долго репетировала, — подумал он.

Мысли оборвались, когда строгая волшебница подошла вплотную к нему.

— Полагаю, вы и есть мистер Поттер, — поджав губы, обратилась она к нему.

— Так и есть, — подтвердил Гарри.

— Вы подождёте здесь, пока вас не вызовут, — велела она. — И ради блага школы надеюсь, что вы не пошли в брата: видит небо, нам и одного за глаза хватает.

Она вздохнула и повела остальных учеников в Большой зал на распределение.

Прошло около часа, прежде чем дверь снова отворилась. Помолодевший, но ничуть не менее сварливый Филч поманил его внутрь как раз в тот момент, когда Дамблдор собирался представить его залу.

Гарри сразу бросилось в глаза, что учеников в замке и правда куда больше, чем он привык видеть, — мрачное напоминание о том, как опустошительно сказалась на волшебном населении война.

— И наконец, нам осталось распределить ещё одного ученика, который будет учиться на шестом курсе, — объявил директор залу. — До сих пор он находился на домашнем обучении, так что прошу вас тепло поприветствовать Гарри Поттера. — Закончив, Дамблдор жестом пригласил Гарри выйти вперёд.

При звуках этого имени по залу тут же прокатился дружный шепоток; Гарри лишь покачал головой, направляясь в переднюю часть зала.

Прямо как на первом курсе, — мысленно вздохнул он.

Он опустился на табурет. Профессор Макгонагалл опустила ему на голову шляпу и отступила на шаг.

— Хм-м, до чего же вы интересны, мистер Поттер, — начала шляпа.

Гарри покачал головой.

— И сейчас вы скажете, что из меня вышел бы отличный слизеринец? — спросил он.

— О нет, нет, змеиный факультет не для вас: в конце концов, нельзя вывести свет из тьмы, — объяснила шляпа. — Тамошняя тьма почти безнадёжна, хотя немногих ещё можно спасти — помните об этом, мистер Поттер, — со всей серьёзностью добавила она. — Нет, для вас есть только одно место. Пусть вам и присущи качества всех факультетов, ваша смелость неоспорима и превосходит всё остальное, что вы и сами не раз доказывали, — со знанием дела закончила она.

— Тогда чего вы тянете? — нахмурился Гарри.

Шляпа тихо усмехнулась.

— Я сто лет не видела Альбуса таким нервным. Меня это забавляет, — отозвалась шляпа.

— Значит, шутки вы любите, — протянул Гарри. — А как насчёт поучаствовать в розыгрыше? — предложил он.

— Слушаю во все уши — фигурально выражаясь, — радостно отозвалась шляпа.

* * *

— Да что там, чёрт возьми, так долго? — яростно прошептал Сириус, хотя по нему было видно, как он нервничает.

— Успокойся, Бродяга, — попытался урезонить его Джеймс, хотя сам, судя по всему, нервничал ещё сильнее.

— Гриффиндор! — наконец выкрикнула Шляпа.

Оба парня с облегчением выдохнули и подхватили поднявшийся вокруг них ликующий гул.

— Ты чего так долго? — спросил Сириус, когда Гарри подсел к ним за стол.

Гарри усмехнулся.

— Завербовал нам сообщника для номера семьдесят три, — с улыбкой ответил Гарри.

Сириус изумлённо распахнул глаза.

— Шляпу? — не поверил он.

— Гениально, — провозгласил Джеймс, моментально сообразив, как это провернуть.

— Отличная работа, Гарри, — похвалил Сириус.

В этот миг тарелки наполнились едой, и ребята жадно набросились на угощение.

Когда с тарелок исчезли последние крошки десерта, Дамблдор снова поднялся и тепло улыбнулся ученикам.

— Добро пожаловать на очередной учебный год в Хогвартсе, — поприветствовал он зал с лукавым блеском в глазах. — Прежде всего: Запретный лес закрыт для всех без исключения учеников, — вздохнул директор, бросив выразительный взгляд прямо туда, где сидели гриффиндорские шестикурсники. — Мистер Филч также убедительно просит напомнить, что колдовать в коридорах запрещено, а обновлённый список недозволенных предметов прикреплён к двери его кабинета.

— Ага, будто кто-то захочет туда соваться, — фыркнул Сириус.

— Также я рад вновь приветствовать профессора Мортлейка, который после годичного перерыва согласился вернуться к преподаванию Защиты от тёмных искусств, — добавил Дамблдор.

— Вот дерьмо, — шепнул Джеймс.

— Что такое? — нахмурился Гарри.

— Мортлейк — редкостный гад, и он нас терпеть не может, — вмешался Сириус, сокрушённо покачав головой.

— Ну, мы ведь подлили ему в тыквенный сок зелье для роста волос, — напомнил Питер.

— Славные были деньки, — мечтательно вздохнул Сириус.

— Будь с ним начеку, он наверняка уже и тебя заодно ненавидит, — предостерёг Римус, поднимаясь из-за стола, когда зал начал пустеть.

Компания поднялась на седьмой этаж и прошла в гриффиндорскую гостиную, заняв большие мягкие кресла в дальнем углу.

— Это наше место, — пояснил Джеймс. — Все знают, что без важного дела к нам лучше не соваться, — вполне серьёзно добавил он.

Гарри лишь кивнул. Он знал, что Мародёры всегда пользовались популярностью, но не думал, что до такой степени.

— О, а вот и Фрэнк, — прервал его мысли Джеймс. — Он наверняка захочет познакомиться, и мы договоримся насчёт отбора, — с воодушевлением объяснил он и громко позвал: — Эй, Фрэнк!

Гарри сразу узнал приближающегося Фрэнка Лонгботтома: тот был поразительно похож на Невилла, и при мысли о старом друге Гарри невольно улыбнулся.

— Привет, Джеймс... или всё-таки Гарри? — с насмешливым недоумением поздоровался Фрэнк.

— Семейная тайна, — пожал плечами Джеймс.

— Понял, — с пониманием отозвался Фрэнк, не став допытываться. — Значит, ты и есть Гарри, — заключил он, протягивая руку.

— Он самый, — подтвердил Гарри, пожимая ладонь.

— Фрэнк Лонгботтом, — представился тот. — Староста школы, — добавил он с ухмылкой.

— Продажная шкура, — пробормотал Сириус.

— Поосторожнее со словами, Блэк, а не то будешь драить туалеты без магии, — предупредил Фрэнк, усмехнувшись.

— Ты не посмеешь, — отозвался Сириус, содрогнувшись от одной этой мысли.

— Да ладно, не посмею, — признал Фрэнк. — Но было бы забавно, — добавил он с хитрым прищуром.

— Ты всё ещё капитан в этом году? — нетерпеливо вмешался Джеймс.

— Ага, только нам позарез нужен новый ловец, — вздохнул тот.

— У нас есть! — торжествующе заявил Джеймс.

— И кто же? — поинтересовался Фрэнк.

Джеймс лишь с самодовольной улыбкой указал на Гарри.

— И что, он хорош? — спросил Фрэнк.

— Без дураков, Фрэнк, я своими глазами видел, как он чудом вышел из пике с двухсот футов. Он потрясающий, — уверенно заявил Сириус.

Фрэнк ухмыльнулся.

— Поглядим, на что ты способен, — согласился он. — Начнём на следующей неделе. А теперь мне лучше пойти проверить, не намочили ли первокурсники штаны от страха, — вздохнул он.

— До встречи, Фрэнк! — крикнул ему вслед Джеймс и довольно повернулся к Гарри: — Я же говорил, что устрою тебе отбор.

Прежде чем Гарри успел ответить, их прервало негромкое покашливание. Он повернулся и снова увидел мать, рядом с которой стояла темноволосая светлокожая девушка. Справившись с накатившим волнением, Гарри откашлялся и заговорил:

— Я могу чем-то помочь, мисс? — спросил он.

— Ты ведь Гарри, правда? — с подозрением спросила она.

— Да, — подтвердил он.

— Ну, эм... Я просто хотела извиниться за то, что произошло в поезде, когда мы столкнулись, — смущённо произнесла она. — Я подумала, что ты этот идиот, — добавила она, метнув сердитый взгляд на Джеймса.

Гарри усмехнулся.

— Всё в порядке, — заверил он девушку. — Не переживай.

Лили кивнула.

— Просто не хочу, чтобы ты считал меня стервой, — объяснила она. — Ах да, я Лили, кстати. Лили Эванс.

— Приятно познакомиться, Лили, — искренне ответил Гарри, пожимая протянутую руку.

— А у вас глаза одинакового цвета, — подала голос вторая девушка.

— Ради Мерлина, Маккиннон, это просто глаза, у них не так много расцветок, — проворчал Сириус.

— Здравствуй, Сириус, — поприветствовала она его. — Смотрю, ты всё ещё дуешься из-за того, что я отказалась идти с тобой в Хогсмид, — небрежно заметила она.

— Вовсе я не дуюсь, — фыркнул Сириус, скрестив руки на груди и плюхнувшись обратно в кресло.

— Утешай себя этим дальше, но моё предложение всё ещё в силе, — с насмешливой улыбкой ответила девушка. — Если удержишь свою палочку подальше от чужих котлов, я, может, и подумаю.

— Марлин! — поперхнулась Лили.

— Она всегда настолько не стесняется в выражениях? — спросил Гарри, явно забавляясь.

— Ага, за то Сириус её и любит, — вставил Джеймс.

— Ни черта я её не люблю! — яростно запротестовал Сириус.

— Нет уж, любишь, — со знанием дела оборвала его Марлин. — Поразмысли над этим, Сириус.

Она подмигнула ему и зашагала прочь, нарочито покачивая бёдрами.

Сириус ещё глубже сполз в кресло и раздражённо застонал.

— Мне пора, но было приятно познакомиться, Гарри, — тепло сказала Лили.

— Мне тоже. Уверен, мы ещё увидимся, — улыбнулся в ответ Гарри.

— Похоже, у тебя появился соперник, Сохатый, — хмыкнул Римус, глядя Лили вслед.

— Вряд ли, — уверенно парировал Джеймс.

— Он уже нравится ей куда больше, чем ты, — заметил Римус.

— Поверь мне, в том, что касается Эванс, Гарри никакой опасности не представляет, — ответил Джеймс.

— И почему ты так уверен? — нахмурился Римус.

— Потому что меня не тянет на рыжих, — твёрдо вставил Гарри.

Римус лишь пожал плечами.

— Может, пойдём наверх? — предложил Питер. — Завтра рано вставать и всё такое, — напомнил он.

Остальные согласились, и уже минут через пятнадцать Гарри лежал в постели, наслаждаясь тем, что снова вернулся в Хогвартс — только теперь он делил это с отцом и крёстным. Правда, мысли всё же уплывали к прежним соседям по спальне, и он надеялся, что то, что он оставил позади, было куда лучше того, что ему пришлось покинуть.

* * *

На следующее утро Гарри проснулся ни свет ни заря, как обычно. Прихватив мантию и копию карты, он вышел из башни и направился в Выручай-комнату — сделать утреннюю разминку и поупражняться в чарах.

Как он и ожидал, комната предоставила ему точную копию тренировочного зала из поместья Поттеров. С благодарностью выполнив привычную программу тренировки, Гарри вернулся в башню Гриффиндора, чтобы успеть принять душ перед завтраком.

— Ты куда в такую рань? — спросил Римус.

— Гарри каждый день подрывается ни свет ни заря на тренировку, — с отвращением покачал головой Сириус.

— Что ещё за тренировки? — нахмурился Римус.

— А мы почём знаем? — вмешался Джеймс. — Мама нас к нему не пускает, говорит, слишком опасно. — Он пожал плечами.

Римус приподнял бровь, но расспрашивать дальше не стал.

— А какие предметы ты выбрал, Гарри? — с любопытством поинтересовался Питер.

— Зельеварение, Заклинания, Трансфигурацию, Защиту и Уход за магическими существами, — перечислил Гарри.

— И никаких Древних рун или Нумерологии? — искренне удивился Римус.

— Рунами я сам занимаюсь, а Нумерологию терпеть не могу. Бесполезная трата времени, если только не собираешься стать зачарователем, — пожал плечами Гарри. — К тому же на Нумерологии одни заучки сидят, — с ухмылкой добавил он, прекрасно зная, что Римус изучает этот предмет.

— Эй, вообще-то я изучаю Нумерологию! — возмутился оборотень.

— Правда? — притворно удивился Гарри. — А я думал, ты и до двадцати одного не досчитаешь, даже если разденешься догола, — пробормотал он.

Сириус с Джеймсом покатились со смеху, а Питер лишь озадаченно захлопал глазами.

— Это шутка про член, Хвостик, — раздражённо пояснил Римус. — Иди давай в душ, — потребовал он, сверля Гарри взглядом.

Покачав головой, Гарри ушёл в душ и вернулся минут через пятнадцать. Теперь вся их пятёрка могла отправиться на завтрак и забрать расписания.

— Ну, как минимум двое из нас будут с тобой на каждом уроке, — сообщил Сириус, когда они уселись за гриффиндорский стол.

Гарри кивнул и принялся накладывать себе яичницу-болтунью и поджаренные тосты.

— Хвостик и Сириус ходят на Уход за магическими существами, а на остальных предметах мы будем вообще все, — заметил Джеймс. — Так что не пропадёшь. — Он пожал плечами.

— Не знал, что мне требуется нянька, — вздохнул Гарри.

— Так безопаснее, — пискнул Питер. — Тебя тут многие сразу возненавидят, — добавил он, покосившись на стол Слизерина.

Гарри усмехнулся.

— Нисколько не сомневаюсь, — со знанием дела ответил он. — Проблем они мне не доставят, — мрачно подытожил Гарри.

— Тебе стоит остерегаться Нюниуса: он попытается тебя проклясть, просто чтобы досадить нам, — вставил Сириус.

На этот раз Гарри тихо рассмеялся.

— Пусть попробует. Результат ему не понравится, — невозмутимо отрезал он.

Прежде чем разговор успел зайти дальше, к ним подошла профессор Макгонагалл. Раздав расписания уроков, она тяжело вздохнула.

— Добро пожаловать в Гриффиндор, мистер Поттер. Очень прошу вас, не позволяйте этим оболтусам дурно на вас влиять, — взмолилась она. — Ваши оценки — одни из лучших, какие я только видела. Продолжайте в том же духе.

— Оболтусам? — насмешливо взвизгнул Сириус. — Вы раните меня в самое сердце, профессор! Я же обаятельный шельмец! — уверенно кивнул он.

Макгонагалл вскинула бровь, глядя на него, но уголок её рта всё же едва заметно дрогнул.

— Вы неисправимый негодяй, Блэк, — заключила она. — Единственное, что в вас есть обаятельного, — это мысль о том, что всего через два коротких года мы наконец от вас избавимся. И этого дня я жду с нетерпением, — закончила профессор с несвойственной ей усмешкой.

— Ай, профессор, вот это было по-настоящему больно, — отозвался Сириус, картинно схватившись за грудь.

— Ради Мерлина, идите на уроки, — велела она и пошла прочь, качая головой.

— Пошли, у нас первыми Заклинания с Хаффлпаффом, — напомнил Римус, выпроваживая остальных из зала.

— Да я ещё не доел! — проворчал Сириус.

— Раньше надо было думать, а не флиртовать с Макгонагалл, — вставил Джеймс.

— Да не флиртовал я! — заныл Сириус.

— С Макгонагалл, Сириус? Серьёзно? — вмешалась Марлин, вскинув бровь. Она подошла к ним вместе с Лили и ещё одной девушкой, которая показалась Гарри смутно знакомой.

— Отвали, Маккиннон, ты мне не интересна, — раздражённо буркнул тот.

— Ой, а я как раз думала, что мне нужно купить новое бельё, и хотела узнать твоё мнение, какое выбрать... а то грудь становится слишком большой, — со вздохом протянула она, подавшись к нему грудью.

Сириус жалобно пискнул и замотал головой.

— Не интересует, — отрезал он, хотя голос звучал совершенно неубедительно.

— Очень даже интересует, — вставил Гарри. — Соберись, Сириус, а то слюни потекут, — громким шёпотом бросил он.

— Да ни черта мне не интересно! — рявкнул Сириус и зашагал вперёд, обогнав остальных.

Гарри лишь тихо посмеивался, глядя ему вслед и покачивая головой.

— Привет, Гарри, — поздоровалась Лили. — Ждёшь первых уроков?

Гарри кивнул.

— Любопытно посмотреть, как тут всё устроено, — ответил он. — А у тебя какой любимый предмет?

— Заклинания и Зельеварение, — без колебаний выпалила она.

— Лили лучше всех на нашем курсе по Заклинаниям, — добавила вторая девушка.

— Прости, мы, кажется, ещё не знакомились. Я Гарри, — представился он миниатюрной русоволосой девушке.

— О, я Алиса Принц, — приветливо отозвалась та. — А у тебя что лучше всего получается?

Мама Невилла, — понял он.

— Самые высокие оценки у меня по Заклинаниям и Защите, — пожал плечами Гарри. — По остальным тоже «Превосходно», но вот Зельеварение не люблю больше всего, — с гримасой пояснил он.

— То есть у тебя «Превосходно+» по Заклинаниям? — взволнованно уточнила Лили.

— И по Защите, — с гордостью ответил Гарри.

— Ого, ты, должно быть, силён. По-моему, здесь одна Лили получила «Превосходно+» по Заклинаниям, — уверенно заметила Алиса.

— Значит, тебе пришлось здорово постараться, — с пониманием заметил Гарри.

— Немного, — застенчиво согласилась Лили.

Они вошли в класс, и Гарри сел рядом с Сириусом, а девочки отделились и устроились поодаль.

— Всё ещё дуешься? — поинтересовался он.

— Не дуюсь я, — прорычал Сириус. — Ты должен за меня горой стоять, а не подпевать этой банши, — добавил он, качая головой и свирепо глядя на Марлин.

— Мы оба знаем, что ты на моём месте поступил бы так же, — заметил Гарри. — И совершенно очевидно, что она тебе нравится: ты же не можешь оторвать взгляда от этих голубых глаз, — с ухмылкой добавил он.

— У неё карие глаза! — выпалил Сириус.

— Что и требовалось доказать, — победно отозвался Гарри.

Остальные покатились со смеху, пока Сириус заливался краской и неразборчиво бормотал что-то себе под нос.

— Так, класс, успокаиваемся, — пропищал вошедший в кабинет профессор Флитвик.

Крошечный волшебник выглядел в точности таким, каким его помнил Гарри, вплоть до седых волос на макушке, — годы над ним были явно не властны.

— Сегодня мы повторим заклинания, выученные в прошлом году, — объявил Флитвик. — Начните с чар Агуаменти, а дальше будет видно, — распорядился он.

Сириус уже достал палочку и шептал формулу, но с её кончика лишь вяло капала вода.

— Если злишься, ничего не выйдет, — негромко бросил ему Гарри.

Сириус глухо зарычал и продолжил попытки, но лучше результат не стал.

— Агуаменти! — в ярости прошипел он.

Из палочки с силой хлестнула мощная водяная струя, и парень, застигнутый врасплох отдачей, кубарем слетел со стула.

— Только по моей команде, мистер Блэк, — со вздохом укорил его Флитвик. — Вы выстрелили раньше времени.

— Небось не впервой, — пробормотал Питер.

Остальные в шоке уставились на него, а затем зашлись от хохота. Питер явно нечасто так шутил.

— Твою мать, Хвостик, — сухо уронил Сириус. — Я на тебя за такое даже злиться не могу — вышло отлично, — неохотно признал он.

— Так, успокойтесь, — покачал головой Флитвик. — Будем пробовать по одному. Мисс Эванс, прошу.

Лили вышла вперёд и с первой же попытки безупречно применила заклинание — как и большинство в классе. В конце концов Флитвик вызвал Гарри, и тот с лёгким волнением подошёл.

Эти чары во многом опирались на силу и имели физическую природу. Гарри знал: даже сдерживаясь, он всё равно значительно, в разы превосходит любого в этом кабинете.

— Не волнуйтесь, мистер Поттер, уверен, вы прекрасно справитесь, — ободрил его Флитвик, заметив напряжение юноши.

— Эм... профессор, лучше скажите им выставить щиты, — предостерегающе шепнул Гарри. — Даже если я сдерживаюсь, получается очень мощно.

— Уверен, всё будет в порядке, мистер Поттер, — успокаивающе отозвался Флитвик.

Гарри неохотно кивнул и вздохнул. Взмахнув рукой, он перехватил палочку и выпустил из неё сокрушительный водяной вал. Струя с яростной силой отскочила от стены, в которую он целился, и окатила водой почти всех в кабинете, включая самого профессора.

Ученики уставились на него в полном шоке; даже Флитвик оторопел.

— И это… вполсилы? — выдавил он, пока с него ручьями текла вода.

— Простите, я ведь предупреждал, — заметил Гарри.

— Просить вас показать полную мощь я не стану, — серьёзно отозвался профессор. — Вы сотворили это невербально? — слегка нахмурился он.

— Мои наставники на этом настаивали, сэр, — ответил Гарри.

— Весьма впечатляет, — заметил профессор. — Садитесь, мистер Поттер.

— Чёрт возьми, Гарри, а я думал, Сириус шутит, когда говорит, что ты одарённый, — опешил Римус.

— Извините, — ответил Гарри и принялся сушить их палочкой.

— Да, очень хорошая мысль, мистер Поттер. Мы изучим чары высушивания, раз уж того требует ситуация, — объявил Флитвик, с интересом взглянув на Гарри.

Остаток урока пролетел довольно быстро, и вскоре Гарри вместе с Питером и Сириусом уже направлялся на свой первый в этом году урок Ухода за магическими существами.

— Как ты стал таким сильным? — спросил Питер, когда троица вышла из замка.

Гарри покачал головой.

— С этим рождаются, — пожал он плечами. — Но сама по себе сила мало что значит, она влияет лишь на определённые заклинания.

— В смысле? — переспросил Питер.

— Ну, всё, что даёт физический эффект — вроде взрывного проклятия, — выйдет более разрушительным, чем обычно. А вот на вещи, требующие тонкости, вроде сложной трансфигурации, объём силы почти не влияет, — пояснил он. — Поэтому я столько тренируюсь. Силы у меня куча, но всё остальное требует не меньшего труда, а я хочу стать лучшим волшебником, каким только могу, — закончил он с ноткой решимости.

Питер с пониманием кивнул.

— Но на дуэлях это помогает, — вмешался Сириус.

— Для них это полезнее всего, — согласился Гарри. — Но опять же, в бою важно быть развитым во всём. Ты можешь быть сильнейшим волшебником на свете, но тебя победят, если противник лучше двигается и быстрее работает палочкой. Вот почему я отрабатываю всё.

— Хочу увидеть тебя на дуэли, — почти потребовал Сириус.

— Я не дуэлирую, — серьёзно отозвался Гарри. — Дуэль — это спорт. Я сражаюсь, — твёрдо добавил он.

— А в чём разница? — поинтересовался Питер.

— В бою нет правил, и цель — победить любой ценой, — прошептал Сириус с широко распахнутыми глазами.

— Именно, — мрачно подтвердил Гарри, когда они подошли к загону, где должен был проходить урок.

— Так, класс, собирайтесь вокруг, — скомандовал профессор Мерритот.

Это был коренастый мужчина лет шестидесяти, весь покрытый шрамами, а на руках у него не хватало нескольких пальцев.

Класс, состоявший из гриффиндорцев и рейвенкловцев, подчинился, и профессор продолжил:

— Сегодня мы будем изучать существо, которое большинство из вас увидеть не сможет, — с воодушевлением объяснил он.

Гарри понимающе улыбнулся, сразу догадавшись, с кем им предстоит работать.

— Ждите здесь и не подходите, — твёрдо велел профессор и скрылся в перелеске, а через пару мгновений вернулся, ведя к ним фестрала.

Ученики уставились на коренастого волшебника как на сумасшедшего: тот, судя по всему, пришёл с пустыми руками.

— И сколько же из вас видит этого красавца? — весело поинтересовался Мерритот.

Из всех учеников руку поднял только Гарри.

— А-а, мистер Поттер. Очень надеюсь, что вы куда благоразумнее своего брата, — сухо констатировал он. — Не хотите рассказать классу о фестралах? Если можете, разумеется.

Гарри вздохнул.

— Фестралов считают тёмными существами, потому что увидеть их может лишь тот, кто видел смерть, — начал он. — Но это полная чушь, — добавил он, покачав головой.

При упоминании смерти среди учеников поднялся ропот.

— И каково же ваше мнение о них? — с интересом спросил Мерритот.

— Они очень кроткие и умные создания, которых просто не понимают из-за связи со смертью. Но злить их не стоит: скорее всего, это станет последним, что вы сделаете, — искренне заключил он.

— Я думаю точно так же, — с улыбкой отозвался профессор. — Судя по вашим словам, у вас уже есть опыт общения с ними?

— Есть, — подтвердил Гарри с улыбкой, вспомнив полет верхом на одном из них.

— А как он выглядит? — спросила белокурая рейвенкловка.

— Ах, конечно! — воскликнул Мерритот. — Для тех, кто не видит: вот так он выглядит, — пояснил он, разворачивая большой лист пергамента с рисунком зверя.

— Жуть какая, — поёжилась девочка.

— Он прекрасен, — возразила Лили.

— Совершенно верно, — согласился Мерритот. — Пожалуй, одно из самых непонятых созданий в нашем мире, — грустно пробормотал он. — Они поистине удивительны и невероятно преданны, если относиться к ним с уважением, — предостерегающе добавил он. — До конца урока я хочу, чтобы вы обсудили его внешний вид и поделились своими мыслями.

— Ты что думаешь, Хвостик? — спросил Сириус.

— Думаю, он сожрёт меня при первой же возможности, — с тревогой ответил тот.

— Лунатик тоже сожрал бы, но ты же всё равно с ним таскаешься, — заметил Сириус. — А тебя я даже спрашивать не буду, — добавил он, взглянув на Гарри. — Тебе вечно нравится всякая странная дрянь, — покачал он головой.

— Приходится, раз уж я общаюсь с тобой, — парировал Гарри.

— Почему ты вечно оставляешь последнее слово за собой? — проворчал Сириус.

— Оставлю за тобой, если позовёшь Маккиннон на свидание, — парировал Гарри.

— Да заткнёшься ты наконец со своей Маккиннон?! — вспылил Сириус.

— Ты бы и правда позвал её, Бродяга, — посоветовал Питер. — От вашего сексуального напряжения уже тошнит. Клянусь, от вас обоих разит гормонами за милю, — скривился он.

— Представь, каково бедному Лунатику, — вставил Гарри.

Питер хохотнул.

— Об этом я не подумал. Видишь, Бродяга, ты ещё и хреновый друг, — насмешливо упрекнул он.

— Клянусь, я вас обоих сейчас прокляну, — раздражённо зарычал Сириус.

— Ладно, — уступил Гарри. — Но позвать её всё равно стоит.

Остаток урока Сириус провёл молча, лишь изредка сверкая глазами на приятелей.

Когда урок закончился, троица отправилась на обед в Большой зал, где встретилась с Римусом и Джеймсом.

— Ну как «Существа»? — поинтересовался Римус, накладывая себе картошки.

— Нормально, — пожал плечами Гарри.

— Только потому, что тебе не пришлось терпеть этих идиотов, — угрюмо буркнул Сириус.

— Что они опять натворили, Бродяга? — усмехнувшись, вздохнул Римус.

— Заладили про Маккиннон, рта не закрывают, — раздражённо фыркнул тот.

— И не закроем, пока не признаешь, что она тебе нравится, — вклинился Джеймс.

— Да ни черта она мне не нравится! Я не ты с Эванс — не зову её на свидания каждые пять минут, — огрызнулся он.

— Рано или поздно она сдастся, — уверенно отозвался Джеймс.

— Размечтался, Поттер! — донеслось от Лили с другого конца стола.

Гарри покачал головой.

— Знаешь, если хочешь, чтобы она пошла с тобой на свидание, прояви хоть немного зрелости, — шепнул Гарри. — Нужно быть серьёзнее, — со знанием дела добавил он.

— Я ему постоянно твержу, что надо быть более… Сириусом, — подал голос Сириус с ухмылкой.

Гарри прижал ладонь к лицу и покачал головой.

— Шутка над собственным именем, серьёзно? — вздохнул он.

— Он всегда так шутит, — пояснил Римус. — Правда, смешно только ему, — устало добавил он.

— Да смешно же! — проворчал Сириус.

— Доедайте быстрее, у нас дальше Защита, — покачал головой Римус.

Парни закончили обедать и направились в коридор четвёртого этажа, где им предстоял первый совместный урок со слизеринцами — глупейшая затея, по мнению Гарри: на самом опасном предмете сводить вместе факультеты, между которыми не было и капли взаимной симпатии.

Войдя в класс, Гарри впервые увидел тех, кому суждено было стать видными фигурами ближнего круга Волдеморта и самыми жестокими Пожирателями смерти.

Все они выглядели более молодыми и куда более здоровыми версиями самих себя из будущего — особенно те, кто угодил в Азкабан на все годы отсутствия Тёмного Лорда.

Среди учеников были Эйвери, Руквуд, братья Лестрейндж и Северус Снейп. Но отчётливее всех бросалась в глаза Беллатриса — и Гарри пришлось призвать на помощь всю свою выдержку, чтобы не проклясть сидевшую там девчонку.

Именно в ней перемены были разительнее всего. Во-первых, она действительно выглядела здоровой, а её волосы вовсе не казались безжизненными и повисшими, как помнил Гарри. Она держалась по-королевски величаво, черты её лица были тонкими, а почти чёрные глаза сияли юностью — и на свету в них отчётливо проступал фиолетовый отблеск.

Он нехотя признал, что она и вправду очень красивая ведьма, хотя от одной этой мысли его пробирало отвращение до глубины души.

К удивлению подростка, она сидела отдельно от тех, с кем он всегда её связывал. В полном одиночестве, в передней части класса, она попросту игнорировала всех остальных в кабинете. Гарри был этому только рад: он не был до конца уверен, что совладает с собой и не убьёт её, спровоцируй она его хоть чем-нибудь.

Он тряхнул головой и сел с Джеймсом и остальными в глубине класса. Но их появление не осталось незамеченным: Рудольфус вместе со Снейпом и Рабастаном сверлили гриффиндорцев взглядами, полными неприкрытой ненависти.

Гарри хоть убей не понимал, что Рудольфус вообще здесь делает. Он точно знал: этот парень на два года старше своего брата.

Должно быть, оставили на второй год, — не без ехидства рассудил он.

— Ещё один предатель крови, — нарочито громко произнёс Рудольфус, явно желая, чтобы их компания услышала. — Омерзительно, что вы вообще смеете называть себя чистокровными, — с отвращением закончил он.

Гарри быстро ухватил Джеймса сзади за мантию, не дав броситься на задиру: он понимал, что Рудольфус только этого и ждёт.

— Оно разговаривает, — с притворным изумлением протянул Гарри. — А я-то ожидал максимум невнятного мычания, — вздохнул он.

— Ты бы поостерёгся, Поттер, кто бы ты там ни был, а не то прокляну, — предупредил Рудольфус.

— И как тебя только угораздило попасть на факультет Слизерин? — с совершенно серьёзным видом поинтересовался Гарри. — Видок у тебя тролльский, да и тонкости не больше, чем у тролля, про манеры за столом я вообще молчу, — покачав головой, добавил он и брезгливо скривился при виде перепачканной мантии слизеринца.

Он подался чуть ближе, прежде чем продолжить:

— Знаешь, Лестрейндж, если ты весь облился подливкой, это ещё не значит, что тебя тоже насадят на вертел. Хотя, судя по тому, как Снейп с твоим братцем лижут тебе задницу, они наверняка с радостью попробуют, — усмехнувшись, пожал плечами Гарри.

Большинство учеников отчаянно пытались сдержать смех, но безуспешно.

Рудольфусу явно пришлось напрячь извилины, чтобы переварить сказанное. До него дошло, что его только что оскорбили, но вот как именно — он так и не понял.

Заметив это, Гарри решил подлить масла в огонь.

— Ради Мерлина, Руди, если ты — лучшее, что твой папаша сумел выдавить из своих убогих яиц, то он такой же импотент, как и ты, — снова покачал головой Гарри. — Чёрт, да готов поспорить, твоя мамаша каждый раз, глядя, какого клоуна извергла из чрева, жалеет, что не сглотнула в ночь твоего зачатия, — издевательски подытожил он.

Сдерживать хохот в классе больше никто не мог — большинство так и покатилось со смеху, и даже уголок губ Беллатрисы насмешливо дёрнулся. Лишь дружки Лестрейнджа не увидели в его унижении ничего смешного.

— Я убью тебя, блядь, Поттер! — вдруг взревел Рудольфус, вскакивая на ноги и трясясь от неукротимой ярости.

Хохот мгновенно стих. Гарри небрежно и незаметно перехватил палочку в ладонь.

— Даже не знаю, Руди, — невозмутимо парировал Гарри. — Если ты палочкой целишься так же, как ложкой, то беспокоиться стоит скорее всем остальным в этом кабинете.

Рудольфус яростно зарычал и уже собрался поднять палочку, но появление профессора Мортлейка прервало его.

— Сядь, Лестрейндж, — потребовал тот. — Будешь убивать Поттера после уроков, но не за счёт моего времени, — твёрдо добавил он. — Ради Мерлина, парень, ты был на шестом курсе, ещё когда я преподавал здесь в прошлый раз. Лучше бы сосредоточился на том, чтобы наконец закончить школу, а не лез в драки, — в сердцах закончил он.

Рудольфус опустился на место, продолжая буравить Гарри взглядом. Тот едва заметно подмигнул ему, отчего парень побагровел так, что сам Вернон Дурсль позавидовал бы.

Мортлейк напоследок покачал головой и занял своё место перед классом, и Гарри впервые смог как следует его рассмотреть.

Это был высокий жилистый мужчина с резким взглядом ледяно-голубых глаз. Тёмно-серые волосы были зачёсаны назад, а на вид ему было под пятьдесят, от силы чуть за пятьдесят.

— Слушать сюда, — громко скомандовал он деловым тоном, не терпящим возражений. — Этот год будет очень напряжённым, и если вы не справляетесь — вылетаете. Никаких оправданий, — серьёзно объявил он.

Он зашагал взад-вперёд перед классом, прежде чем продолжить:

— Дамблдор настоял, чтобы на уроках мы подробнее остановились на тёмных существах, хотя вы должны были пройти это давным-давно, — раздражённо заметил он. — А значит, мы поступим немного иначе: материал, который мы обычно разбираем до Рождества, вы будете осваивать самостоятельно во внеурочное время, — сообщил он.

В ответ на это объявление класс дружно застонал, и профессор прищурился на учеников.

— Обычно я велел бы вам справляться с этим как вашей душе угодно, но у Дамблдора возникла очередная гениальная идея, — саркастически продолжил он. — Он решил, что мы обязаны развивать сотрудничество между факультетами, а мы, преподаватели, должны хотя бы дать этому шанс, — со вздохом произнёс он.

Многие ученики недоверчиво переглянулись. Все понимали, что затея дурная, а Гарри сразу сообразил: Дамблдор провернул это ради него.

— По-моему, идея глупая, — прямо заявил Мортлейк. — Но решать не мне, к тому же при том способе, который придумал я, ещё не факт, что что-то выйдет, — объяснил он. — К этому мы вернёмся в конце урока, — закончил он с явной неохотой. — Сначала повторим основы — то, что вы уже обязаны знать о тёмных существах, — объявил он. — Ты, Поттер, — окликнул он.

— Что, я? — спросил Джеймс.

— Не ты, про тебя я и так знаю, что ты идиот, — рыкнул Мортлейк. — Новенький. Судя по всему, в этом предмете ты весьма одарён — единственный ученик за тридцать лет, сдавший СОВ на «Превосходно+», — небрежно поведал он. — Посмотрим, чего стоит частное образование, — скептически резюмировал он.

Гарри мысленно вздохнул, понимая, что сейчас его начнут опрашивать, и стал ждать, пока профессор продолжит.

— Что ты сделаешь, столкнувшись с вампиром? — спросил Мортлейк.

— Что ж, со времён принятия законов об охоте в начале девятнадцатого века вампиры живут обособленно, — начал Гарри. — Если наткнуться на вампира в наши дни, то он, скорее всего, охотится нелегально, — пояснил он. — А как действовать, зависит от того, сколько их, — он пожал плечами.

— Продолжай, — велел Мортлейк.

— Они очень быстры, так что попасть одиночным заклинанием почти невозможно. Если противник один, огненного хлыста будет достаточно, чтобы его отпугнуть: огонь они не любят.

— И? — приподняв бровь, подтолкнул профессор.

— Если их больше одного, понадобится очень мощное огненное заклятие по площади, — пояснил Гарри. — Но из-за способности к регенерации они могут пройти сквозь большинство видов пламени и исцелиться в считанные секунды, — со знанием дела добавил он.

— И какой же огонь ты используешь, чтобы одолеть группу вампиров? — прищурившись, спросил Мортлейк.

— Адское пламя, — просто ответил Гарри.

Большинство учеников уставились на него с осуждением, а некоторые — с ужасом от одной мысли, что он вообще предложил применить проклятый огонь.

Мортлейк покачал головой.

— Слишком, слишком мало волшебников способны подчинить себе Адское пламя, — заметил он. — Использовать его, если ты на это не способен, глупо и безрассудно.

Гарри пожал плечами.

— А что насчёт дементоров? — осведомился Мортлейк.

— Если не можешь вызвать достаточно сильное Заклинание Патронуса, нужно уносить ноги как можно скорее. Другой защиты нет, — серьёзно отозвался Гарри.

— И как эти твари воздействуют на человека? — спросил Мортлейк.

— Первое, что ощущаешь, — холод, как бы тепло ни было вокруг, — снова заговорил Гарри. — Затем кажется, будто ты больше никогда не сможешь радоваться: они высасывают все светлые чувства, а в голове снова и снова всплывают самые жуткие воспоминания, — мрачно закончил он.

— Всё это неважно, когда владеешь окклюменцией, — с усмешкой ввернул Снейп.

Гарри покачал головой.

— Будь ты хоть лучшим окклюментом в мире, разницы никакой, — возразил Гарри. — Проведи рядом с ними достаточно времени, и ты лишишься рассудка. А потом, скорее всего, сам будешь умолять о поцелуе. Это самые омерзительные создания на свете, — закончил он, сглотнув.

Весь класс заворожённо слушал описание, которое Гарри дал этим тварям; даже Мортлейк внимал с неослабным интересом и не нашёл, к чему придраться в его словах.

Профессор покачал головой и снова окинул его оценивающим взглядом.

— А что насчёт инферналов? — спросил он с торжествующей усмешкой.

— А кто такие инферналы? — с любопытством спросила Лили.

Гарри вздохнул и припомнил, что читал о них в газетной статье, которую ему дал Кроукер.

— Инферналы создаются с помощью некромантии, восходящей ещё к временам Древнего Египта. Кажется, Фарук первым применил их в бою, — рассудил он вслух.

Он покачал головой, прежде чем продолжить:

— По сути, это оживлённые трупы, почти неуязвимые для магии. Если создатель не дурак, они встречаются только большими группами, — предположил он. — Уничтожить их по-настоящему можно лишь огнём. Ну или если их немного, а твоё взрывное проклятие достаточно мощное, чтобы разорвать их на куски, — задумчиво заключил он.

Мортлейк неохотно кивнул в знак согласия, бросил взгляд на Римуса и усмехнулся.

— А что насчёт оборотней? — спросил он, и усмешка так и не сошла с его лица.

Гарри это мгновенно разозлило. Внутри всё клокотало: препод явно загнал его в угол нарочно, так что Гарри решил немного развлечься за его счёт.

— А, ну тут опять же как посмотреть, — подытожил он.

— И от чего же конкретно? — прорычал Мортлейк.

— Ну, в первую очередь от того, принял ли оборотень зелье Волчье противоядие, — с издевательским кивком сообщил Гарри.

— Об этом зелье мало кто знает. Откуда вам о нём известно? — подозрительно прищурился Мортлейк.

— Один из моих наставников был оборотнем, он и рассказал, — гладко соврал Гарри.

Про себя он выругал себя за оплошность, вспомнив, что до выхода зелья в широкий доступ оставалось ещё несколько месяцев.

Мортлейк лишь прищурился и жестом велел продолжать.

— Любой ответственный и сознательный человек, страдающий ликантропией, сделает всё, чтобы изолировать себя и обезопасить окружающих в полнолуние, — снова заговорил Гарри. — Если вы наткнулись на оборотня, то высока вероятность, что он намеренно подобрался к поселению, дабы убивать или обращать людей, — покачал он головой. — В таком случае нужно уметь наколдовать серебро либо иметь под рукой серебряный кинжал или любой другой острый предмет, — пояснил он. — Но вступать с оборотнем в бой — скверная затея: они невероятно быстры и сильны. Даже если пырнуть его клинком, он не сдохнет сразу, если только не попасть прямо в сердце или в мозг. Разумнее всего применить чары Дезиллюминации вместе с чарами сокрытия запаха и бежать со всех ног.

— Чисто из любопытства: а что бы вы сделали, если бы эта грязная тварь приняла зелье? — поинтересовался Мортлейк, снова до бешенства взвинтив парня.

Гарри улыбнулся.

— Ну, окажись я на улице нос к носу с этим бедолагой, я бы, наверное, наколдовал мячик и научил его приносить мяч — все собаки обожают бегать за мячиком, — с самым невозмутимым видом выдал он.

Мародёры и большая часть класса покатились со смеху: мысль об оборотне, бегающем за мячиком, явно пришлась им по душе.

Мортлейк раздражённо покачал головой.

— А если бы вы наткнулись на него у себя дома? Не стали бы ведь играть в апорт? — вздохнул он.

— О нет, профессор, держать такое существо в доме категорически нельзя, — с серьёзным видом ответил Гарри.

Мортлейк усмехнулся и согласно кивнул.

— От них довольно скверно пахнет, и, подозреваю, они имеют привычку метить всё подряд, — с насмешливым покачиванием головы продолжил Гарри. — В таком случае я бы, пожалуй, наколдовал ошейник с поводком и вывел засранца на прогулку. Нельзя же позволить ему ссать на мебель, верно? — пожал он плечами.

Джеймс, Сириус и Питер так и взвыли от хохота, как и большая часть класса, а вот Римус выглядел ошарашенным и слегка встревоженным.

Мортлейк покачал головой.

— Минус десять очков с Гриффиндора, — прорычал он. — А я-то думал, вы подаёте надежды, — раздражённо добавил он.

Гарри лишь пожал плечами: по его мнению, оно того стоило.

— Так, слушайте сюда. Сейчас я объясню, чем ещё вы будете заниматься до самого Рождества, — потребовал Мортлейк, возвращаясь к кафедре.

Класс притих в ожидании того, что скажет преподаватель.

— Вы разобьётесь на пары, и на каждом уроке каждому из вас будет доставаться по пять заклятий, которые вам предстоит исследовать и описать во внеурочное время, — пояснил он. — Напарники будут определены совершенно случайно. Я выписал все ваши имена на пергамент, и они отправятся вот сюда, — объявил он, указав на стоявший на столе кубок, который весьма напоминал Кубок Огня, разве что размером был куда меньше. — Чаша будет выбрасывать по два имени зараз, и это станет вашей парой. Никаких обменов, — отрезал он.

Затем он опустил все имена в чашу; кубок засветился, и из него вырвалось ярко-зелёное пламя.

— Первая пара, — произнёс он, когда кубок выплюнул первые клочки пергамента. — Снейп и Эйвери.

Названные парни явно обрадовались такому жребию и понимающе переглянулись с усмешкой.

Язык пламени выбросил ещё два имени, и Мортлейк прочистил горло перед тем, как заговорить:

— Петтигрю и Руквуд.

Питер вздохнул, а Руквуд раздражённо покачал головой.

— Дальше у нас оба брата Лестрейндж, — заговорил Мортлейк, когда вылетели следующие два имени.

Братья явно обрадовались услышанному.

— Следующие — Поттер и Блэк, — зачитал он.

Джеймс и Сириус тут же принялись давать друг другу пять, но Мортлейк их осадил:

— Не вы двое, придурки, — прорычал он. — Гарри Поттер…

Сириус лучезарно улыбнулся Гарри.

— …и Беллатриса Блэк, — добавил Мортлейк, заставив всех Мародёров одарить Гарри сочувственными взглядами.

Беллатриса просто уставилась на профессора так, словно тот спятил, и покачала головой.

Гарри тяжело сглотнул, борясь с накатившей тошнотой и порывом сорваться от этой новости. Внутри бушевала ярость, и удержать себя в руках стоило ему всех крупиц навыка окклюменции.

Он с трудом терпел Питера, а теперь ему предстояло работать бок о бок с женщиной, убившей его крёстного отца. И хотя ярость удавалось обуздывать, от невероятного усилия подавить собственную магию его глаза начали жутко светиться.

— Смотри в оба, Гарри, — шепнул Сириус. — Она проклянёт тебя при первой же возможности.

— Очень на это надеюсь, — процедил сквозь зубы Гарри.

— Следующая пара — Поттер и Люпин, — вмешался Мортлейк.

И Римус, и Джеймс с облегчением выдохнули.

— Дальше — Эванс и Принс, — продолжил Мортлейк.

Обе девушки выглядели не менее обрадованными, чем Римус с Джеймсом, и обменялись улыбками.

— Блэк и Маккиннон, — объявил профессор мгновение спустя.

— Да вы издеваетесь! — простонал Сириус, пока Марлин насмешливо ему подмигивала.

— Против судьбы не попрёшь, Бродяга, — хихикнул Питер.

— Клянусь, я тебя прокляну, Хвост. С меня хватит, — проворчал тот.

Распределение продолжалось, пока у каждого в классе не появилась пара. Мортлейк раздал всем первый список заклинаний для изучения и отпустил класс, к огромному облегчению Гарри.

Едва урок закончился, Гарри тут же ушёл, намереваясь отправиться в Выручай-комнату, чтобы выплеснуть ярость.

Он не успел пройти и полкоридора, как его остановил чей-то злой голос.

— Куда, на хрен, ты намылился, Поттер?! — задыхаясь, прокричал Рудольфус, явно бежавший за ним со всех ног.

Гарри глухо зарычал, выбросил палочку в ладонь и повернулся к парню со злорадной ухмылкой.

Рудольфус явно не понимал, что Гарри и без того был взбешён, и продолжал нарываться.

— Я же говорил, что убью тебя, ублюдок! — взревел он, выхватывая собственную палочку.

Едва заметив это движение, Гарри коротким взмахом палочки послал в него отбрасывающее заклинание.

Не успел Рудольфус даже поднять палочку, как его кубарем швырнуло назад по коридору, мимо класса, из которого он только что выскочил; с глухим ударом он врезался в стену и бесформенной кучей осел на пол.

В ярости Гарри зашагал к нему, намереваясь проучить щенка как следует, но, когда он поравнялся с дверью класса, откуда как раз выходили ученики, мимо которых только что пролетел Рудольфус, его перехватил Джеймс.

— Пойдём, Гарри, тебе надо подышать, — предложил Джеймс, жестом позвав остальных помочь увести его подальше от Рудольфуса.

Гарри тяжело сглотнул и кивнул, хотя всё его нутро требовало разорвать этого кретина на куски.

Остальные слизеринцы в шоке глазели на то, как буднично и небрежно отшвырнули по коридору Рудольфуса, и на искажённое яростью лицо Гарри; кое-кто даже готов был поклясться, что его глаза слабо светились.

Мародёры привели Гарри в гостиную Гриффиндора и усадили на одно из их привычных мест, чтобы он остыл.

— Из-за чего всё это было? — спросил Джеймс, понимая, что дело куда глубже, чем кажется.

— Потом, — пробормотал Гарри.

Джеймс кивнул.

— Беллатриса передала, чтобы завтра после ужина ты встретился с ней в заброшенном классе на третьем этаже, — подал голос Питер.

Гарри кивнул и снова тяжело сглотнул. Он понятия не имел, как пойдёт на это и попросту её не прикончит.

Какое-то время компания сидела молча, переваривая прошедшие уроки, пока Римус не нарушил тишину нервным покашливанием.

— Гарри, — негромко шепнул он. — То зелье, о котором ты говорил... что оно делает?

Ради оборотня Гарри отодвинул мысли о Беллатрисе на задний план, понимая, насколько это для него важно.

— Оно позволяет сохранять разум во время превращений, — тихо пояснил он. — Ты всё равно перекинешься, но здесь, — он постучал пальцем по виску, — останешься собой.

Римус кивнул и побрёл по лестнице в сторону спальни, явно погружённый в мысли о зелье.

— Это подарило ему надежду, что лекарство когда-нибудь всё-таки найдут, — искренне произнёс Сириус мгновение спустя. — Для него невероятно важно знать, что кто-то над этим ещё работает, — печально покачал он головой.

— Кстати, полнолуние ведь на неделе через одну, — прошептал Джеймс. — У тебя есть форма? — с любопытством спросил он Гарри.

Гарри кивнул: он работал над этим с тех самых пор, как Кроукер сказал ему, что он отправится сюда.

— Могу изменить всё, кроме головы, — с досадой вздохнул он.

— А какая у тебя форма? — с любопытством спросил Сириус.

— Придётся подождать — сам увидишь, — уклончиво ответил Гарри.

— Больше меня? — вставил Джеймс.

Гарри кивнул.

— Ладно, Питер поможет тебе с головой, — решил Сириус. — Ему это далось труднее всего, но справился он раньше всех нас, так что подойдёт лучше всего. — Он пожал плечами.

Питер согласно кивнул.

— Ладно, — нехотя согласился Гарри.

— Пойдёмте, заберём Римуса и двинем на ужин, — предложил Джеймс.

Несколько часов спустя Гарри лежал в постели и не мог уснуть: мысли неотвязно возвращались к двум людям, которых он поклялся убить при первой же возможности.

Питер оказался совсем не таким, как Гарри ожидал. Мальчишка мог бы даже понравиться ему, если бы память то и дело не напоминала о том, что тот сотворил с его жизнью. А теперь этот предатель ещё и будет помогать Гарри завершить анимагическую форму.

Гарри покачал головой, поражаясь иронии этой ситуации.

А ещё теперь предстояло делать школьное задание в паре с Беллатрисой — к этому он совершенно не был готов, рассчитывая избегать её в обозримом будущем. Для Гарри она оставалась одной из тех неисправимых, о ком говорила Распределяющая шляпа, и находиться рядом с ней ему не хотелось ни под каким видом: он вовсе не был уверен, что сумеет сдержаться и не убить её.

Он вздохнул и решил, что пока просто сделает всё, что в его силах, а разбираться станет, только если возникнут настоящие проблемы. Хотя ему было чуточку любопытно взглянуть, какой эта девчонка была в юности — до того, как превратилась в окончательно слетевшую с катушек безумицу, какой он привык её видеть.

Он вздохнул и кулаком взбил подушку, устраиваясь поудобнее.

Что бы ни принёс завтрашний день, придётся справляться своими силами. Он закончит задание как можно скорее, чтобы провести в её обществе как можно меньше времени.

В конце концов, выбора у него всё равно не было.