Наследия. Венец жизни (гет)

Гарри отчаянно пытается предотвратить неминуемую гибель, но, к несчастью, сталкивается с неприятностями…

Рон и Джинни Уизли сгрудились на второй площадке покосившейся лестницы своего дома. Пригнувшись, чтобы остаться незамеченными, они подслушивали очень серьёзное совещание, проходившее внизу. Ребята привыкли к странностям, но ничто не могло подготовить их к тому, что они услышали от Альбуса Дамблдора.

— Артур, на Гарри снова напали. Те же убийцы, прямо на площади Гриммо.

Голос профессора был тихим и очень мрачным. На нём была древняя серая боевая мантия, а на плечах безвольно висел плащ Ордена Феникса. Длинная грива волос была собрана в пучок, а палочка в правой руке искрилась силой. Весь дом, казалось, отяжелел от его магической ауры, и двое юных волшебников никогда прежде не видели его в такой ярости.

— Что? Как он? — прошептала Молли, с тревогой сжимая руку мужа. По тону директора она поняла: случилось что-то очень нехорошее.

— Мы не знаем. Юная мисс Грейнджер связалась с Нимфадорой и сказала, что Гарри сообщил ей прямо перед нападением, что у него снова болит шрам. — Глаза Молли округлились. — Это определённо дурной знак. Причина может быть только одна: Волдеморт снова восстал из мёртвых.

— Нет… — неверяще произнёс Артур.

— Где остальные? Орден собирается у Грейнджеров… этим нужно заняться немедленно, — объявил Дамблдор, чьё присутствие заполнило собой всю крошечную кухню. Рон и Джинни переглянулись и сглотнули.

Быть того не может.

— Рональд! Джинни! — позвал директор. Они подскочили. Как он узнал, что они здесь? — Позовите, пожалуйста, своих старших братьев.

Пробормотав что-то в знак согласия, брат и сестра помчались вверх по лестнице; адреналин и страх бурлили в крови. Разбудив Билла и Чарли, Рон бросился обратно в комнату, которую делил с Фредом и Джорджем. Пока близнецы спешно натягивали мантии, он протиснулся между ними и принялся шарить в сундуке в поисках своей волшебной палочки.

— Ты куда это намылился? — спросил его Фред. Им ведь не разрешалось сражаться, о чём он только думал? Близнецы нависли над младшим братом, преграждая ему путь. Рон посмотрел им прямо в глаза, и обоих поразила его стальная решимость.

— Я больше ни за что не подведу Гарри. С дороги! — приказал он, и братья понимающе переглянулись.

— Другое дело. Пошли. Джинни? Ты с нами? — Джордж посмотрел в её сторону.

— Вы же знаете, я сделаю для него всё что угодно. — Девушка была непреклонна, и парни знали, что с ней лучше не спорить.

Одобрительно кивнув друг другу, они выскользнули через чёрный ход, пока остальные выходили из «Норы» вслед за профессором. После того как взрослые трансгрессировали, Фред и Джордж взяли сестру за руки, и все четверо последовали их примеру.

* * *

Гермиона бросилась наверх, чтобы одеться. Её руки задрожали, и в глубине души ей стало стыдно за свой страх. Хоть она и пыталась успокоиться, её била сильная дрожь. «Да брось!» — сказала она сама себе вслух.

Закрыв глаза, она глубоко вздохнула. «Ты справишься, Гермиона. Ты смогла в Хогсмиде — сможешь и сейчас. Ты не можешь позволить ему делать это в одиночку, и ты докажешь себе, Гарри и всем остальным, что ты не обуза. Я не какая-то там сказочная принцесса, я — ведьма, обученная лучшими из лучших. Он был неправ, оставив меня».

Она пошарила в темноте в своём гардеробе, и её пальцы наткнулись на что-то волшебное, высочайшего качества. Международная квиддичная форма Гарри. Грейнджер не могла поверить, что забыла о ней с тех самых пор. Форма была кроваво-красной, а на спине красовалось его имя. Вытащив её, девушка подняла алую ткань. Это была вещь высшего класса, которая послужит бронёй получше любой другой её одежды. И она идеально подходила для этого дела. Надев кроваво-красную форму сборной Англии по квиддичу, волшебница решительно закрепила палочку в магической кобуре. Посмотрев в зеркало, она почувствовала, что готова.

— Ты справишься… — сказала она себе.

Имя человека, победившего Волдеморта, вышитое на спине, наполняло её безмерной гордостью. На этот раз она будет сражаться бок о бок с тем, кого любит. Серия хлопков трансгрессии возвестила о прибытии Ордена Феникса. Началось. Сделав ещё один глубокий вдох, Гермиона сбежала вниз по лестнице. Открыв дверь, девушка была поражена количеством людей снаружи. На её лужайке перед домом собралось почти сорок человек, и лица у всех были мрачно-решительными. Грюм первым шагнул вперёд.

— Грейнджер, ты знаешь, куда он направился? — тихо проворчал он, одобрительно кивнув на её наряд.

— Он сказал, что они направляются к «Королевской короне» и что у них его тётя, — медленно произнесла Гермиона, и эти слова наполнили её целеустремлённостью. Никакого страха. Ей нужно верить в себя!

— Альбус, времени нет. Мы должны идти сейчас же! — рявкнул Грюм. Дамблдор кивнул ему и повернулся к остальным.

— Будьте готовы к худшему. Никто не должен неоправданно рисковать. Гермиона, ты пойдёшь с нами, присоединишься к группе Римуса, он введёт тебя в курс их задачи. Юные Уизли! Можете выходить из-за тех кустов, — крикнул он, даже не глядя в их сторону. Рон так и знал, ему следовало догадаться, что подкрасться к директору незаметно не выйдет. Молодые люди с вызовом вышли из своего укрытия, готовые к упрёкам отца. Его рот широко раскрылся, и он бы наверняка возразил против их присутствия, если бы Дамблдор не заговорил в тот же миг.

— Рон, ты будешь под командованием Аластора. Фред, Джинни, Джордж, идите сюда. Вы будете выполнять мои приказы, без лишних вопросов. Понятно?

— Да, профессор.

— Хорошо. Идём.

* * *

Годфри Снейп сбегал вниз по лестнице колокольни — всё должно было случиться с минуты на минуту. Защитные чары были прорваны.

— Похоже, твои «непобедимые» охотники оказались не такими уж и непобедимыми, Антонин, — усмехнулся Снейп. — Поттер приближается, да ещё и с юным Малфоем в придачу, — добавил он.

— Кто бы мог подумать, что такая благородная семья, как их, действительно бросит нам вызов? — пробормотал Долохов. — Не бойся. Их всего двое, а у нас преимущество. — Макнейр вскочил со своей скамьи, его руки дрожали от ярости.

— Преимущество? ПРЕИМУЩЕСТВО?! — слюна брызгала у него изо рта, пока он ревел на них, а его огромная грудная клетка ходила ходуном от гнева.

— Хочешь что-то добавить? — тихо спросил Родольфус Лестрейндж со своей фирменной улыбкой на лице. Он сидел расслабленно, как всегда, свободно болтая ногами и откинувшись на руки, и Макнейр понял, что ошибся раньше: Лестрейндж был ещё безумнее своей сумасшедшей жёнушки.

— Будь вы в Хогвартсе, вы бы говорили другим тоном, — палач смерил их всех гневным взглядом.

Долохов улыбнулся: для такого здоровяка эта его «трусливая манера» уже начинала надоедать. — Дорогой мой мальчик, на этот раз у нас есть преимущество. У нас его тётя, и мы приготовили для них кое-что… — он сделал паузу, задумавшись, — …приятное. Если тебе страшно, можешь бежать, а истинные последователи сами справятся с этим делом.

Макнейр клюнул на наживку и рубанул топором палача по ближайшему столу, разнеся дерево в щепки.

— Да как ты смеешь называть меня трусом! — взревел он, его лицо побагровело. — Я убью этого мальчишку! — И с этими словами он вылетел вон.

— Что ж, прошло гладко. Я уже начал сомневаться, не понадобится ли нам что-нибудь ещё, чтобы потянуть время, но, как ты и предсказывал, наш добрый друг любезно пожертвовал своей жизнью ради нашего дела, — Родольфус похлопал Долохова по спине. — Отличная работа, мой друг. Вы обвели его вокруг пальца, будто он глупое животное, что ест с руки.

Долохов не улыбнулся в ответ, но с горечью добавил: — Я не хочу посылать людей на смерть, но Макнейр может стать ключевым элементом нашей победы. Пойдёмте, парни, посмотрим, как долго он продержится. — Он откинул плащ и сел перед большим зеркалом. Зеркало показывало вид на здание издалека: к нему вела одинокая тропа, по которой навстречу врагам храбро шагала одинокая фигура.

— Думаешь, он окажет нам услугу и действительно победит их? — предположил Снейп.

— Маловероятно. Но надеяться можно, — ответил Долохов. Это будет интересно.

— Кто-нибудь хочет выпить? Или перекусить? — предложил Лестрейндж, небрежно оперевшись на гроб из мандрагоры, в котором покоилось неподвижное тело Лорда Волдеморта. Забросив в рот несколько драже Берти Боттс «на любой вкус», он щедро предложил пачку остальным.

— Конечно, я возьму немного… — Долохов взял маленький пакетик. Жуя вкусную конфету со вкусом чизкейка, он указал на зеркало. — Давайте посмотрим, из-за чего весь этот шум вокруг мальчишки Поттера…

* * *

— Давай сожжём его дотла.

Драко было очень не по себе; он чувствовал, будто идёт прямо в ловушку. Они двигались осторожно, Пожиратели смерти знали, что они здесь. Мотоцикл Гарри был единственным звуком во всей округе, а от вида одинокого здания на вершине склона волосы на затылке вставали дыбом. Не получив ответа от друга, он тихо добавил: — Я мог бы справиться отсюда…

— Там внутри моя тётя, — ответил Гарри, даже не взглянув на него.

— Одна жертва — приемлемая цена, если мы уничтожим их одним быстрым…

— Мы не будем его сжигать, — повторил гриффиндорец, на этот раз с большей яростью.

— Взвесь риски, мы могли бы управиться за считаные секунды, если бы… Тшш… Слушай! — Драко замолчал. — Слышишь?

Гарри остановился, напрягая слух. Ничего. — Если это одна из твоих шуток… сейчас не время, — сердито прошипел он.

— Лонгботтом совершил ту же ошибку… слушай внимательно… ты услышишь…

Юноша спрыгнул на землю, заглушив мотоцикл. Драко приземлился рядом, опасливо оглядываясь.

— Не думаю, что стоять на месте — хорошая идея… — Гарри теперь тоже что-то уловил… звук несущегося с высоты воздуха… словно от… крыльев, очень больших крыльев…

От этого звука его кожа покрылась мурашками, и Поттер резко обернулся, глядя в небо.

— БЕРЕГИСЬ! — крикнул он. Слизеринцу не нужно было повторять дважды; он и его Шторм в мгновение ока оказались вне линии огня. Огромный ледяной дракон с невероятной скоростью устремился на Гарри, его ужасающий рёв чуть не разорвал барабанные перепонки. Нажав на газ, мотоцикл рванул вперёд, вспахивая мягкую землю в отчаянной попытке оторваться.

Раздался свистящий вдох: дракон вбирал ночной воздух, готовясь к атаке. Бросив байк в широкий занос, юноша сменил направление как раз в тот момент, когда ледяной поток пара заморозил почти пятьдесят метров земли на его прежней траектории. Гарри мельком оглянулся: дракон сместил вес и замедлился, его кожистые крылья широко раскинулись, когда он поднялся на дыбы, а мощные задние лапы вонзились в землю, чтобы снова прыгнуть за ним.

Гарри мысленно подгонял спидометр, неровный ландшафт сотрясал его колени, пока он выжимал из двигателя всё возможное. Он чувствовал ледяное дыхание дракона, пронизывающее и без того холодный ночной воздух. Его сердце бешено колотилось, пока магический мотоцикл пытался набрать взлётную скорость, но в глубине души он знал, что не успеет. Может, если бы удалось получить небольшой толчок от того холма…

Зная, что если двигаться прямо, дракон просто успеет его схватить, он снова резко свернул, на этот раз влево. Если бы только он смог поднять эту штуку в воздух! Будет очень близко. Наблюдая, как стрелка неуклонно ползёт от шестидесяти к восьмидесяти, он направился к гребню холмистой земли, который мог бы послужить небольшим трамплином. Характерное всасывание воздуха было достаточным предупреждением, чтобы понять, что на этот раз ему не увернуться. Он врезался в крутой подъём на скорости в сто миль в час, мотоцикл взмыл в ночной воздух, когда перегруженные чары полёта с трудом ожили.

— А ТЕПЕРЬ УМРИ, ПОТТЕР! — взревел Макнейр, его голос был полон триумфа. Огромный зверь снова взревел, и арктический порыв холода накрыл парня и его мотоцикл как раз в тот момент, когда тот взмывал в небо.

Гарри почувствовал, как всё его тело онемело, а все мыслительные и метаболические функции замедлились до полной остановки. Он не мог пошевелиться, и они с мотоциклом рухнули на землю, как самолёт при неудачном взлёте. Юноша едва почувствовал, как байк выпал у него из-под ног, когда его самого бросило вперёд, а машина разлетелась на куски, ударившись о травянистый холм. Земля приближалась очень быстро, и ему ничего не оставалось, как зажмуриться, когда он с силой врезался в грунт.

— Чёрт! — крикнул Драко, этого не могло случиться. Не так скоро. Дракон пронёсся мимо его павшего товарища и развернулся, громко и победно визжа. Блондин бросился на Макнейра, яростно моргая, когда ледяной ветер ударил ему в лицо. Выхватив палочку, он воспользовался приёмом из арсенала Поттера.

— Коллопортус! — крикнул он, целясь в огромную пасть. Массивные челюсти дракона захлопнулись, и он взбрыкнул, почувствовав, как неестественная сила одолевает его. Макнейр, сидя на своём скакуне, громко выругался, и бесконечный поток проклятий полился из его палочки. Драко уворачивался и маневрировал на своём проворном коне, пока сверкающие разряды смертельной магии проносились мимо Шторма, а он отчаянно пытался встать между палачом и Гарри. Медальон всё ещё был тёплым на его груди, так что это был хороший знак. Ледяной дракон пытался вырваться из-под действия запечатывающих чар, и, судя по всему, Малфой знал, что у него не так много времени, прежде чем это ему удастся. Ему нужно было разобраться с чудовищем, чтобы не закончить так же, как Поттер. Взглянув на неподвижную фигуру, лежащую в траве, он вытащил меч охотника. Он должен был выполнить миссию и напомнил себе, что эта большая летающая ящерица — всего лишь ещё одно препятствие на его пути.

* * *

Гарри Поттеру казалось, что дышать — это самое трудное из всего, что ему доводилось делать. Он никогда не чувствовал такой боли, словно миллион ножей одновременно вонзались в него. Если бы он мог кричать, сейчас был бы самый подходящий момент для хорошего, громкого крика.

«К чёрту, Поттер, ты и раньше выживал после смерти… небольшое обморожение тебя не убьёт, особенно от этого идиота Макнейра». Эти доводы не очень помогали. Чувство осязания пропало, и каждый вдох казался выдавленным из него.

«Нет времени на жалобы. Вставай и спасай её. Даже не думай, просто делай!» Он скривился от боли, силой направляя магию в свои конечности. Было адски больно, но его усилия были вознаграждены. Его правая рука дёрнулась, и он почувствовал, как инфернальное пламя забурлило внутри, как и раньше. Словно тёплый ветерок коснулся его, волосы зашевелились, и чувствительность медленно вернулась в ноги и спину. Подтянув пальцы к рукояти меча у своего бока, он схватился за неё. Она была на удивление тёплой и подпитывала его врождённые защитные инстинкты.

Сознание прояснилось: он слышал визг огромного дракона высоко над ним и голос Драко, выкрикивающий заклинания. Всё его тело казалось каменной глыбой, но, по крайней мере, боль ушла. Его одежда замёрзла, и он мог поклясться, что на кончике его носа висела сосулька. Чёрт возьми, это было хуже, чем просто обморожение! Он открыл рот, чтобы использовать согревающее заклятие, но челюсть не слушалась. Губы слиплись. Будет больно, но он не мог оставаться в таком состоянии вечно. Зажмурившись, он разлепил губы.

— МммфААХ! — громко выдохнул он, и относительно тёплый ночной воздух ворвался в его рот. Без колебаний он поджёг себя. — Инсендио ар Ченситар!

Пламя поглотило его по его команде, и он почувствовал, как его тело буквально оттаивает. Ощущение было похоже на тысячу уколов, готовых пронзить кожу, которые пробегали по нему волнами. Испытав облегчение от того, что его собственное пламя не могло причинить ему вреда, он мрачно улыбнулся. Было бы до смешного нелепо сгореть от собственного огня. Сжав руки в кулаки и пошевелив ногами, он медленно начал подниматься с земли. Едва он встал на ноги, как тут же рухнул. Всё кружилось, и ему потребовалось несколько попыток, чтобы обрести равновесие.

Драко метался туда-сюда, как жалящая пчела, пытаясь найти удобный момент для атаки на наездника дракона. Макнейр, однако, был умён, и когда дракон разрушил заклинание, он использовал на его ледяных челюстях Незапечатываемые Чары. Слизеринец был в растерянности: Шторм был напуган и очень быстро уставал. Враг не рисковал, и всякий раз, когда Драко уклонялся от линии огня дракона, Пожиратель Смерти занимал его широкомасштабным заклинанием миража и несколькими мощными Редуцирующими Проклятиями, чтобы держать его на расстоянии.

Малфой не мог ничего сделать. Его заклинания были недостаточно сильны, чтобы напрямую навредить дракону, а попытки попасть в Макнейра сквозь эти машущие крылья были почти обречены на провал. Ему нужно было что-то быстро придумать… стоп! Что это за хрень там внизу? Чёрт — это был Поттер! И он… горел? Какого чёрта?!

— МАКНЕЙР! — взревел Гарри снизу. В одной руке Меч Годрика Гриффиндора блестел в свете огня, другая указывала на огромного зверя наверху. — Я ЕЩЁ НЕ ЗАКОНЧИЛ! ИДИ СЮДА, ЕСЛИ СМОЖЕШЬ!

Что он… спятил? — подумал Драко. Но, глядя на Макнейра, казалось, что этот тупой болван действительно был одержим Поттером. Он повернулся к крошечной цели, которая казалась такой далёкой, и на полной скорости ринулся на неё.

— ПОЧЕМУ ТЫ НЕ УМИРАЕШЬ?! — закричал Макнейр, подгоняя своего скакуна. Он докажет всем, что он настоящий воин, а не посмешище! С топором палача в одной руке и поводьями в другой, он нёсся на Гарри, крича во всё горло.

— Вот так, иди сюда, тупой ублюдок. Я заставлю тебя заплатить за попытку убить Гермиону. Давай, я весь твой, попробуй взять, — бормотал юноша, глядя в небо на своего массивного противника, пикирующего на него. — Протего! — Пламя, окутывавшее его, заплясало на щите, заключая его в купол огненной защиты. Если его наблюдения были верны, он действительно нашёл слабость: дракон всегда вытягивал шею прямо перед тем, как выплюнуть свой ледяной поток, предоставляя прекрасную возможность для атаки на наездника.

Боевые инстинкты захлестнули гриффиндорца, его правая рука легко легла на рукоять меча, висевшего на левом боку. Сделав глубокий вдох, он выпустил его с криком и побежал так быстро, как только мог, навстречу Макнейру и его великому скакуну. Адреналин бурлил в его крови, расчёт времени должен был быть чертовски точным. Зверь нёсся на него, летя низко над травой, огромная зияющая пасть была достаточно велика, чтобы проглотить его целиком. Сейчас или никогда. С могучим криком он начал набирать скорость, чувствуя, как чары Солидус подпитывают его шаги, а пламя Инфернуса гаснет, сменяясь прохладным ночным воздухом.

Наблюдая, как он бросается на дракона, словно горный баран с дурным нравом, Драко в тот момент решил, что Золотой мальчик — абсолютный безумец. Хотя, надо отдать ему должное, Поттер был чертовски уверен в себе, если считал, что такая глупость — хорошая идея. Ударив пятками по рёбрам Шторма, он устремился вниз, к неравному соревнованию по боданию. Он просто подкрадётся и прикончит Макнейра сзади; это должно быть относительно просто…

Прямо сейчас весь мир Гарри был сосредоточен на этих ледяных жёлтых глазах его гораздо более крупного противника. По словам Крауча, слабое место дракона — его глаза, и добраться до них можно только прямо сверху. «Добраться сверху» было главной задачей, и для этого ему нужно было позаимствовать идею у Драко. Сверкнув сталью, он выхватил меч, его глаза засветились, когда он позволил магии клинка вести его. Магия меча взяла под контроль его боевые инстинкты, и естественное стремление победить врага стало единственным, что имело значение. Это должно было быть идеально… СЕЙЧАС!

— ИНСЕНДИО ЭРУПТУС! — крикнул он, и пламя вырвалось из его глаз.

Земля перед ним мгновенно пошла огромными трещинами, которые расходились и снова сходились, крошась под силой заклинания Извержения. Гарри знал, что это будет жестоко, но ничто не могло подготовить его к ощущению, будто его подбросило на несколько метров в небо, когда он ступил прямо на миниатюрный вулкан. Драко ухмыльнулся, увидев, как Гарри взмыл в воздух, всё его тело охвачено пламенем, а ноги «бегут», пока он поднимался всё выше.

— Молодец, Гарри… — пробормотал он, кивнув с огромным уважением. Парень взлетел в небо, как ракета, меч Годрика Гриффиндора был крепко зажат в обеих руках высоко над головой. Драко резко остановился, его голова была запрокинута к небу, пока он следил за самоубийственным пике напарника.

Ха! Может, ему стоит просто расслабиться и наслаждаться шоу.

* * *

— Ты это видел? — пробормотал Годфри, закидывая в рот шоколадную конфетку.

— Ага, — добавил Лестрейндж, широко улыбаясь. — Это было превосходно, — продолжил он, попивая свой напиток. Они обменялись весёлыми замечаниями о битве снаружи, не выказывая ни малейшего беспокойства. Антонин Долохов наблюдал за происходящим с мрачным выражением лица; это было неестественно для шестнадцатилетнего мальчишки, даже для того, кто был достаточно силён, чтобы победить Волдеморта. Ну, или, вернее, почти победить. Он улыбнулся, зная, что его враг забудет о главной цели, когда что-то другое привлечёт его внимание.

В конце концов, они были всего лишь мальчишками и ничего не знали о боевых приоритетах.

* * *

Макнейр задрал голову, когда Гарри Поттер, словно огненный ангел, спикировал с небес. Сковывающий страх поразил его при взгляде в эти глаза, но, несмотря на страх, он решил сражаться до конца. Он сжал свой огромный топор в обеих руках и приготовился к предстоящему столкновению. Больше он ничего не мог сделать, пока противник пикировал на него.

Для Гарри всё, казалось, происходило в замедленной съёмке. Его чувства были на пределе, и даже на такой скорости он видел, как глаза противника расширились от ужаса. Мрачная ухмылка расползлась по его лицу. Этот волшебник пытался убить Гермиону.

Я заставлю его заплатить!

Гарри со всей силы обрушил меч вниз, а Макнейр замахнулся топором по широкой дуге, его мускулистые руки вложили в удар всю свою мощь. Он почувствовал, как заскрипели зубы, когда магическая сталь столкнулась с магической сталью. Гарри ощутил этот удар до самого позвоночника — ничего себе, этот человек был силён. Он на полной скорости врезался в Макнейра, и они оба покатились по чешуйчатой спине дракона, каждый пытаясь взять верх. Дракон инстинктивно взмыл вверх, почувствовав, что его наездника больше нет в седле, и они соскользнули с длинного хвоста, тяжело рухнув на землю.

Отлетев друг от друга, оба мужчины лежали на спинах, пытаясь перевести дух. Спустя, казалось, вечность, и Макнейр, и Поттер с трудом поднялись, их оружие ближнего боя было отброшено в сторону. Они встали друг против друга, оба выглядели изрядно потрёпанными. Макнейр выхватил две палочки, которые держал в своей тунике, с его лица капала кровь из глубокой раны на подбородке. Гарри медленно вытащил свою палочку, наблюдая за противником. На долю секунды они просто стояли, их взгляды сошлись в психологической битве. Пожиратель Смерти атаковал первым.

— АВАДА КЕДАВРА! — крикнул он, и зелёный шипящий разряд полетел прямо в него. Гарри бросился вправо и, лёжа, направил палочку.

— Остолбеней!

Макнейр рассмеялся и произнёс: «Ассимилиар инканте», и ошеломляющее заклинание полетело прямо к его палочке. Её кончик засветился красным, затем он лениво пробормотал: «Инканте диссапартиум». Чувствуя себя уверенно, он бросил небрежную насмешку. — Это всё, на что ты способен? — он рассмеялся над противником. «Смейся, сколько хочешь», — подумал Гарри, поднимаясь на ноги. Направив свою палочку, Макнейр рассмеялся. — Попробуем ещё раз, а?

— РЕДУКТО ЭКЗЕРТИМУС! — крикнул юноша, и Макнейр был почти застигнут врасплох. Он поспешно выставил Щитовые Чары, но это не сильно помогло. Его отбросило назад ударной волной, когда модифицированное Редуцирующее проклятие разрушило его щит. Часть белого света прорвалась, оторвав его правое предплечье и отправив его в полёт по ночному воздуху. Гарри выпрямился, и Драко устремился туда, где лежал Макнейр, примерно в пятидесяти метрах от него. Тот неудержимо кричал, сжимая обрубок того, что когда-то было его рукой.

— Поттер, что это, во имя Слизерина, было? — спросил Драко. Гарри подошёл к своему оружию, поднял его и встал над рыдающим Макнейром.

— За Невилла, — прошипел он, держа меч в позе палача.

— Нет! — крикнул Драко и выхватил палочку. — Экспеллиармус! — Меч Гарри вылетел из его руки, и его глаза медленно вернулись к нормальному состоянию. Драко недоверчиво смотрел на него, всё ещё направив на него палочку, не зная, стоило ли его останавливать. Этот безумный взгляд, который у него был…

Гарри посмотрел на Макнейра и на огромное чёрное пятно, покрывавшее половину его торса. Его одежда сгорела, а тело всё ещё слегка дымилось от взрыва.

Макнейр лежал на спине, охваченный шоком от боли и потери руки. Он слабо улыбнулся. — Ты, юный дурак, оставь меня в живых, и я позабочусь о том, чтобы тр**нуть твою хорошенькую грязнокровку, — подначил он. Гарри ощетинился и молниеносно выхватил палочку. Драко встал между ними и направил свою палочку прямо на Макнейра.

— Заткнись, — проворчал он и оглушил его прямо в лицо. Ему всё ещё приходилось сдерживать Поттера, который был в ярости, но в конце концов тот успокоился. — Слушай, у нас есть дело, которое нужно закончить. Не обращай на него внимания.

Гарри кивнул, боль от столкновения пронзала спазмами всё его тело, и он уже чувствовал, что вот-вот упадёт. Громко кашляя, он согнулся пополам, уперевшись руками в колени. Драко уже садился на своего единорога, ожидая, когда он запрыгнет.

— У нас нет целой ночи, чёрт возьми. Иди сюда, — приказал он. Гарри поднял руку в знак согласия, однако начал кашлять ещё сильнее. Кашель стал тяжёлым, раздирающим, и он начал отплёвываться кровью. Драко спешился и подошёл к нему. — Не время мешкать, Поттер. Поттер? — спросил он снова, пытаясь заглянуть ему в лицо. Гарри без предупреждения рухнул, схватившись за лоб обеими руками.

— Драко! Мы опоздали… он жив…! Он идёт… близко. — И с этими словами юноша закричал, извиваясь на земле, пытаясь унять боль.

— ЧТО?! — крикнул Драко, опустившись на колени рядом с ним. — Поттер! О, чёрт… — Он услышал очень знакомый звук — звук трансгрессии прямо за его спиной. Он медленно обернулся, отступив на два шага…

Прямо перед его глазами гордо стоял Тёмный Лорд Волдеморт, и в его руке был Ореол Жизни.

— Доброй ночи, джентльмены. Очень мило с вашей стороны присоединиться ко мне в честь моего возвращения. Особенно ты, сын Малфоя.

Драко сглотнул, а Гарри отчаянно пополз на четвереньках, пытаясь отодвинуться от него как можно дальше. Блондин стоял оцепенев, вся его самоуверенность, казалось, испарилась, и страх пригвоздил его к месту. Гарри громко застонал, но боль, словно тысячи вольт, пронзала его голову. Он чувствовал, что Волдеморт стал сильнее, чем когда-либо, и, держа в руке ореол, он владел частью жизненных сил их обоих — и его, и Драко.

— Чудесный образец магии, заключённый в этой безделушке, — лениво произнёс Тёмный Лорд, поглаживая гладкий предмет длинным, тонким как спичка пальцем. — Теперь у меня есть сила и воскрешать жизнь, и нести смерть. Большое спасибо твоей матери за то, что обратила моё внимание на эту вещь, Драко.

— Я… я… я убью-убью тебя снова! — прохрипел Гарри, пытаясь встать. Лорд полностью его проигнорировал.

— Малфой, твои способности весьма впечатляют, и я думаю, ты прекрасно подойдёшь на роль моего нового оружия.

— Отойди от меня! ИНСЕНДИО АР ЧЕНСИТАР! — прорычал он, и Волдеморт мгновенно был поглощён его Инфернусом шестого уровня. Тот спокойно прошёл сквозь пламя, казалось, совершенно им не затронутый. «Какого чёрта…?» — пробормотал Драко, отступая ещё дальше. Ему становилось очень страшно.

— Беги, у-убирайся отсюда! — прошипел Гарри, всё ещё не в силах удержать равновесие. Чёрт, ему нужна была Гермиона, сейчас, пока его голова не взорвалась!

— О, юный Малфой никуда не собирается, как и ты, мой давний враг. С тобой я разберусь чуть позже. Прямо сейчас приближается Дамблдор и его разношёрстный орден, и мне нужен новый рекрут, чтобы уравнять шансы. Империо! — лениво пробормотал маг.

Драко замер, его глаза не мигали. Он невидящим взглядом смотрел в точку за спиной Волдеморта, его руки и лицо подёргивались. — Подойди, мой дорогой мальчик, подойди и склонись перед своим новым господином.

Драко Малфой убрал палочку в ножны и опустился на одно колено перед Тёмным Лордом.

— Превосходно! — усмехнулся тот своим высоким голосом. Гарри не мог в это поверить, но ничего не мог поделать, кроме как смотреть, как Драко встаёт рядом с их врагом.

* * *

— Поттер, ты доказал, что способен противостоять моему проклятию Империус. Я спрошу тебя один раз. Желаешь ли ты присоединиться ко мне? — вежливо сказал Лорд. Если бы Гарри был в состоянии, он бы вбил эту улыбку ему в глотку. Но в его нынешнем положении он едва мог стоять, не говоря уже о том, чтобы думать. Ему хотелось вырвать этот шрам со своего лба. Превозмогая боль, он поднялся на ноги, жадно глотая воздух и жмурясь от сверлящей боли в мозгу.

— Пошёл ты к чёрту! — прорычал он сквозь стиснутые зубы, сделав выпад в его сторону. Волдеморт рассмеялся, и Драко плавно шагнул вперёд и без усилий поймал его запястье, сжав его с удивительной силой. Глаза Гарри расширились. Какого чёрта? Как, чёрт возьми…?

Он закричал, когда его опустили на колени, кости в его предплечье вот-вот должны были сломаться.

— Отпусти его, — сказал Волдеморт с насмешкой. Драко отпустил его, и Гарри в отчаянии отпрянул назад, сжимая запястье другой рукой. Оно уже стало сине-фиолетовым от силы хватки Малфоя.

— Усиленная мощь, Поттер. Я овладел всеми аспектами Тёмной магии, и заставить человеческое тело усиливать свои природные способности для меня — детская забава, — Лорд навис над своим врагом, а Гарри отползал назад так быстро, как только мог. Он отчаянно шарил в поисках своей палочки, но Волдеморт весело усмехнулся.

— Даже не пытайся. Круцио! — рассмеялся он, и Гарри стиснул зубы, перемалывая боль. Это было так же ужасно, как и раньше, и юноше ничего не оставалось, как схватиться за невидимый предмет в центре груди, когда его зрение затуманилось. После того, как первая волна утихла, он лежал распростёртый в высокой траве, отчаянно пытаясь дышать и не потерять сознание. Он не поддастся и не закричит — он никогда не доставит Волдеморту такого удовольствия. — Ты молчишь? Не бойся, я ещё даже не начал. КРУЦИО!

На этот раз Гарри не смог сдержаться и закричал так, чтобы слышал весь мир. Он бился в конвульсиях на земле, и вены на его лбу и шее отчётливо проступили. Его пальцы тянулись к звёздам, и каждая мышца сводило судорогой сотни раз. Лорд лениво опустил палочку, но тело жертвы всё ещё дёргалось и подпрыгивало, пока мышцы болезненно сокращались сами по себе.

Уголок рта мучителя дрогнул в улыбке. — Так-то лучше. Я буду наслаждаться твоими страданиями, пока буду уничтожать всех, кто тебе дорог… — Он толкнул его краем мантии, и Гарри вяло попытался отмахнуться от его ноги. С гортанным смехом Волдеморт с презрением пнул его по машущему запястью.

— Жалкий. КРУЦИО!

Желудок Гарри свело мучительным спазмом, и его вырвало. Последнее, что он помнил, — это два красных глаза, сверкающих над ярко светящейся палочкой.

* * *

Вернувшись в дом Грейнджеров, сорок семь волшебников, каждый держась за садовый шланг, стояли с мрачными выражениями лиц.

— Мы отправляемся через три… два… один… — Римус Люпин отсчитывал время до активации портала, когда почувствовал внезапный спад силы в своём амулете. За мгновение до того, как все они ощутили знакомый рывок за пупком, Альбус Дамблдор, Дедалус Дингл и Аластор Грюм обменялись короткими, но очень выразительными взглядами.

Что-то пошло ужасно не так.

Гермиона Грейнджер почувствовала, будто всё её тело несётся в обратном направлении на огромной скорости, а затем резко тормозит. Открыв глаза, она обнаружила себя распростёртой на земле, глядя на десятки обутых ног. Убрав лицо с травы, она поднялась. Они были здесь. У неё перехватило дыхание, и она слышно ахнула.

— В чём дело? — спросил её Римус.

— Г-Гарри… он… у нас мало времени! — прошептала она, с трудом поднимаясь на ноги и прижимая пальцы к виску. — Он рядом… или в том здании, — сказала она, указывая на строение. Оно находилось на вершине пологого склона, и казалось, что облачное ночное небо лежит прямо на его остроконечной крыше. В её голове возникла острая боль, но в конце концов она утихла и снова затаилась. Римус держал в ладони Медальон Ордена Феникса, его лицо было мрачным. Сигнатура силы Гарри была почти неощутима, и что-то было совсем не так с сигналом, который он получал от Драко Малфоя. Дамблдор сделал то же самое, и они оба посмотрели друг на друга с решимостью на лицах.

Римус повернулся к волшебникам своей команды. — Всем слушать! Помните: наша главная задача — поддержать и спасти Гарри и Драко. Дамблдор и его команда — основные дуэлянты, а Нимфадора и её команда — целители. Мы постараемся остаться незамеченными и, если придётся, прокрасться внутрь. Остальные будут стараться занять Пожирателей Смерти, пока мы их не вытащим. Понятно?

Гермиона кивнула, она была готова. Несмотря ни на что, она не подведёт Гарри. Дамблдор, Грюм, Нимфадора и Римус подали знак прекратить разговоры и перешли на язык жестов. Группа Римуса начала накладывать на себя дезиллюминационные чары и бесшумно двинулась на север, приближаясь к зданию с тыла. Группа Дамблдора подождала, пока между ними не образуется некоторое расстояние, и начала приближаться с юга, прямо по извилистой грунтовой дороге, ведущей к парадному входу.

— Будьте начеку, готовы ко всему, — прошептал профессор и создал свои личные Щитовые Чары. — Протего! — прошептал он, и остальные последовали его примеру. Рон Уизли шёл тенью за Аластором Грюмом, его лицо было полно мрачной решимости. Он ненавидел то, что Гарри не ценил его навыки достаточно высоко, чтобы взять с собой в бой, но в глубине души понимал, что и Гарри, и Малфой были на совершенно ином уровне, чем он.

Возможно, на ином уровне, чем кто-либо из них.

И всё же, теперь он был здесь ради него и будет сражаться до смерти, если понадобится. Гарри был его лучшим другом, и на этот раз он не будет сидеть сложа руки и смотреть, как тот страдает в одиночку. Рон всмотрелся в направлении группы Гермионы и едва смог различить их мерцающие очертания, пока они бесшумно бежали вверх по холму. Сосредоточившись на здании в почти кромешной тьме, он смутно разглядел, что что-то не так.

Это, на стене, это была не картина…

Он ахнул от шока.

— Грюм! — настойчиво прошептал он. — Смотри!

Искусственный глаз Грюма завертелся в глазнице, и зрачок сузился, приблизив то, на что указывал Рон.

— Боже правый…

— Посмотри на них, господин. Как агнцы на заклание, — хмыкнул Долохов.

— Мои верные последователи, сегодня будет ночь нашего триумфа. Гарри Поттер побеждён и выставлен как наш главный трофей. Скоро он узрит истинную силу, когда мы сокрушим Дамблдора и его жалкое сопротивление. Не пойти ли нам поприветствовать наших гостей и представить им наше новое приобретение? Малфой, ты готов? — радостно спросил Волдеморт.

Драко подошёл к нему, его глаза были холодными и немигающими. — Я покажу им эту силу, о которой вы говорите, мой лорд. — Он медленно улыбнулся, глядя в зеркало и быстро прикидывая шансы, с которыми им предстояло столкнуться. Быстро развернувшись на каблуках, он распахнул огромные двери и вышел наружу; плащ Феникса развевался за его спиной.

— Вперед, на битву, — Лорд исчез, а за ним последовали Снейп, Долохов и Лестрейндж.

Макнейр лежал неподвижно в проходе, практически парализованный, пока на нём действовало исцеляющее заклинание. Он ухмыльнулся, когда они ушли. Пусть ведут свою славную войну, а он, с другой стороны, уйдёт, как только сможет встать.

Гарри Поттер медленно раскачивался с крыши, его торс был обмотан толстыми цепями, обе руки вытянуты и прикованы к противоположным концам стены. Его голова безвольно свисала на грудь, одежда была снята. Едва Рон это заметил, как и остальные поняли всю серьёзность ситуации. Некоторые тут же бросились вперёд, чтобы помочь ему, но Дамблдор поднял руку в безмолвном приказе, вытянув её в сторону.

— Стойте, кто-то идёт, — прошептал он.

Одинокая фигура вышла из ярко освещённого дверного проёма здания, её лицо было скрыто в тени. Группа Дамблдора была наготове, и все направили свои палочки прямо на неё…

— СТОЙ, ГДЕ СТОИШЬ! — прогремел его голос. Альбус стоял перед своими бойцами, истинный лидер в полном смысле этого слова. — НЕМЕДЛЕННО ОСВОБОДИ ЕГО И ОСТАЛЬНЫХ!

Драко остановился на вершине склона, холодный ночной воздух играл с его плащом. Дамблдор прищурился в почти полной темноте; этот размер и рост, это не мог быть…

Внезапно по обе стороны от него трансгрессировали ещё четыре фигуры, их мантии не оставляли сомнений в том, кто они. А эти нечеловеческие глаза, принадлежавшие лидеру их группы, могли принадлежать только одному человеку.

— Альбус! Добро пожаловать на моё собрание, — мрачно произнёс Волдеморт. Его холодный высокий голос разнёсся по воздуху, и все тут же переключили внимание на него. — Никогда не следует посылать мальчиков выполнять мужскую работу, — продолжил он, указывая через плечо на неподвижную фигуру, свисавшую с крыши. — Сегодня радостная ночь, мой друг. Твой чемпион бросил мне вызов и проиграл. Я убью каждого из вас, а он станет моим личным лакомством. А пока он будет страдать, наблюдая, как вы все погибаете, — спокойно сказал Лорд.

— Кого ты обманываешь, Том? Думаешь, ты когда-нибудь сможешь меня победить? — твёрдо сказал Дамблдор. Он наконец вытащил свою палочку, и все почувствовали, как его присутствие подпитывает их, их собственная магия слегка усиливалась его невероятной силой. — Ты слишком долго был угрозой… я должен был сделать это давным-давно…

Волдеморт рассмеялся ему в лицо.

— Альбус, я должен признать, что твоя сила велика. Но я не намерен с тобой дуэлировать. Позволь мне представить моё новое оружие. — Драко шагнул вперёд, свет, льющийся из дверного проёма, отбрасывал длинную тень на землю. Внезапно из его глаз вырвалось пламя, осветив его лицо огненным сиянием. Он злобно ухмыльнулся, величественно взмыл в воздух, обе его руки были охвачены огнём.

— Восстань… мой ученик… ВОССТАНЬ! — захохотал Лорд, упиваясь своим новым приобретением. С тихим смешком он пренебрежительно щёлкнул пальцами. — Уничтожь их, Малфой.

— Драко! — крикнул Дамблдор, что он делает? Ему не пришлось долго ждать ответа, потому что его ученик потянулся к звёздам, его пальцы почти соприкоснулись, создавая огненный шар между ладонями. Воздух внезапно уплотнился, когда пробормотанное заклинание донеслось с тёмным ветром. Искусственный глаз Грюма сфокусировался высоко над ними, на созвездиях. Что-то было не так…

— Все! Рассредоточиться как можно дальше! Немедленно! — крикнул он. Все поступили, как было приказано, все, кроме Дамблдора, который не сдвинулся ни на дюйм. — Аластор! — крикнул он, — Он огромный! — АЛАСТОР! — крикнул он снова. Высоко в небе сверкнула звезда, и это мерцание становилось всё больше и интенсивнее за несколько ударов сердца.

— РИДДЛ! ОСВОБОДИ ЕГО ОТ СВОЕГО ЗАКЛЯТИЯ! — крикнул он, указывая на него. Волдеморт рассмеялся, радостно хлопая в ладоши.

— А теперь скажи мне, зачем бы мне это делать? Смотри!

Огромный метеор с рёвом пронёсся сквозь атмосферу, несясь вниз огромным огненным шаром, который Драко призвал с небес. Раздались отчаянные крики, когда все бросились бежать от надвигающейся катастрофы, разбегаясь как можно дальше, чтобы избежать метеора, который был примерно в десять раз больше самого здания. Альбус Дамблдор стоял непоколебимо и направил свою палочку на летящую глыбу, его лоб сморщился от концентрации.

* * *

Гермиона Грейнджер и остальные обходили здание, когда услышали голоса. Они остановились, пытаясь прислушаться, но внезапно температура резко подскочила, и они услышали зловещий звук чего-то очень большого, падающего с неба. Гермиона посмотрела на небо: там был огромный горящий объект, который увеличивался в размерах, пока летел над горизонтом и падал на открытое поле перед зданием.

— Что это за хрень? — крикнул один из авроров, указывая на него. Римус застыл на месте, чёрт — эта штука была огромной!

— О нет… — прошептала Гермиона.

— Что? Ты знаешь, кто это делает?

— Это… Драко… но этого не может быть… — с недоверием прошептала девушка. Он бы не стал атаковать здание, если бы знал, что там Гарри… или стал бы?

Гарри Поттер пошевелился, его глаза слегка приоткрылись. Он посмотрел вниз: до ступенек перед зданием было довольно далеко падать. До него медленно дошло, что он прикован к зданию и висит в очень опасном положении. Инстинктивно он попытался пошевелить руками и ногами, но как только он сдвинулся на дюйм, проклятие Круциатус снова пронзило его тело, и вены на шее вздулись, почти готовые лопнуть. Его лицо исказилось от боли, и он громко закричал, когда проклятый предмет использовал его собственную магию для усиления проклятия. После нескольких секунд интенсивной боли он почувствовал, что снова теряет сознание, но когда его взгляд сфокусировался на парящей фигуре перед ним, высоко над профессором Дамблдором, он заставил себя оставаться в сознании. Температура начала расти с невероятной скоростью, и это могло означать только одно: левитирующий человек был не кто иной, как Малфой, и он использовал очень мощное заклинание Инфернус. Гарри вздрогнул от жара, но каждое его движение, казалось, активировало проклятие, поэтому он перестал ёрзать, используя только глаза, чтобы наблюдать за происходящим внизу. Ему нужно было придумать, как сбежать, прежде чем Волдеморт поймёт, что он очнулся.

Палочка Дамблдора дрожала, и его голос чисто прозвенел в ночи, когда он закрыл глаза в концентрации.

— Протего максимус, Редукто экзертимус!

Яркий свет на мгновение ослепил всех присутствующих, когда магическая энергия начала закручиваться вокруг мантии Дамблдора. Его длинные седые волосы стали ослепительно белыми, а мантия величественно засияла, когда волны энергии запульсировали от земли под ним, поднимаясь вверх через его ноги и тело. Ослепительный свет становился всё интенсивнее, пока его сияние не сравнилось с сиянием огромного огненного шара в небе. Заклинание зарядилось до полной мощности, и Дамблдор был готов к действию.

— РЕДУКТО УЛЬТИМА!

Огромный луч магической энергии вырвался из его палочки, ударив точно в центр катастрофического метеора всего в нескольких сотнях метров над землёй. Весь Орден Феникса съёжился под интенсивным жаром, огромная масса пылающего камня занимала всё небо на таком коротком расстоянии. Метеор резко замедлился, когда магия Дамблдора ударила по его поверхности, ослепительная магия пронизывала его, как электричество. Гравитация с огромной силой тянула огромный валун вниз, но Дамблдор стоял твёрдо, его глаза горели решимостью, а палочка в руке дрожала от невероятного усилия, которое он вкладывал в своё заклинание.

Грюм бросился к нему и использовал объединяющее заклинание, добавив свой огромный запас магии к магии Дамблдора.

— РЕАССИМИЛИАР ИНКАНТЕ! — крикнул он, направив свою палочку на товарища. Магия снова закружилась от земли, на этот раз спиралью поднимаясь по ногам Грюма, а затем перетекая от его палочки к Дамблдору. Метеорит почти остановился в воздухе, высший уровень Редуцирующего Проклятия прорезал массивный валун, проникая до самого его ядра. Изнутри наружу через трещины начал пробиваться свет, и полсекунды спустя метеор взорвался, распавшись на куски тлеющего камня размером с дом, которые разлетелись по открытому полю.

Дамблдор пошатнулся и упал на одно колено, а Грюм рухнул на землю. Когда их объединённая магия иссякла, оба волшебника пали от истощения. Волдеморт щедро зааплодировал.

— Превосходно! Превосходно! — воскликнул он, смеясь во всё горло. — Замечательный контрудар, я бы и сам лучше не сделал! — Дамблдор шатко поднялся во весь рост, его глаза и лицо были измучены напряжением от этого магического подвига.

— Для тебя это игра? — спокойно спросил он, снова направив палочку на врага. — Отпусти его! — приказал он в последний раз.

— Но в отличие от тебя, — продолжил Лорд, как будто тот ничего не сказал, — мой юный ученик даже не вспотел. — Драко полетел к Альбусу Дамблдору и Аластору Грюму, трава прямо под ним вспыхнула, когда он пронёсся низко над землёй.

— Прощай, мой учитель, — тихо сказал Волдеморт, и Драко взмыл высоко над своим директором, пламя вырывалось из его глаз. Он завис на несколько секунд, огонь в его руках вспыхнул с новой силой, пока обе его руки не были покрыты огнём.

Сделав глубокий вдох, Малфой призвал магию собраться в его желудке и лёгких. Отвратительное чувство тошноты охватило его, но вместо этого он предвкушающе ухмыльнулся. Его грудь увеличилась почти вдвое, когда он приказал своему телу стать живым сосудом для Инфернуса; это особое заклинание завершало его достижение высшего уровня магии класса Призывателей. Вытянув шею вперёд, Малфой закричал, и пламя взорвалось из его лёгких, сама сила заклинания отбросила его ещё выше в небо.

— ДРАКО! — крикнул Дамблдор и слабо направил палочку. — ПРОТЕГО! — Мощный поток золотисто-белого огня ударил по мощному щиту Дамблдора. Драко продолжал, и когда пламя охватило Дамблдора и его куполообразный щит, директор упал на колени. Натиск ослаб, когда у парня закончился воздух, и он окинул взглядом старого волшебника с высоты. С почти безразличным видом он плавно спустился и встал перед своим директором, так называемым «Величайшим волшебником всех времён».

Драко Малфой рассмеялся странным голосом, глядя ему прямо в глаза.

— Умри, старик! — Сделав ещё один глубокий вдох, он снова изверг пламя, и на этот раз огонь наконец прорвался сквозь щит. И Аластор Грюм, и профессор Дамблдор закричали на долю секунды, прежде чем их тела были испепелены, превратившись в пепел.

Гарри закричал изо всех сил, и проклятие Круциатус снова пронзило его, но на этот раз ему было всё равно. Он не мог поверить своим глазам. Гневные слёзы текли по его лицу. Пришёл конец, и самый могущественный волшебник в мире мёртв. Волдеморт победил, а он снова потерпел неудачу. Он отказался позволить себе жить и зажмурился от ужаса. Он не мог на это смотреть… он не мог осознать, что он натворил здесь сегодня вечером.

* * *

Гермиона Грейнджер и Ремус Люпин обходили территорию сзади, когда услышали отчаянный крик Гарри, пронзивший ночной воздух. В тот же миг Ремус застыл как вкопанный, он почувствовал огромный спад силы в своём медальоне. Он не мог поверить… этого не могло быть. Гермиона всё ещё бежала к зданию, когда поняла, что Люпин остался позади, присев на корточки и пытаясь отдышаться. Она подбежала к нему и опустилась на колени.

— Давай! Они остановили метеор! Мы должны спасти Гарри и Драко…

— Г-Грейнджер… — задыхался он. — Профессор… и Грюм… мертвы… — пробормотал он, задыхаясь от усилий, которые требовались, чтобы говорить.

— ЧТО?! — закричала она… и на мгновение ей стало ясно, что может быть уже слишком поздно… и их дело проиграно.

— Мы… мы… — задыхался Ремус, пытаясь перевести дух. — Мы, возможно, не сможем вернуть Гарри… — прошептал он, и весь его боевой дух испарился. — Нам нужно отступать… и… р-разработать план… — прохрипел он, закрыв лицо руками.

— НЕТ! ГАРРИ ЖИВ! И МЫ ЕГО ВЕРНЁМ! — крикнула она. Этого не могло быть: дело не было проиграно. — Я НЕ ОСТАВЛЮ ЕГО! — крикнула она и побежала к зданию. Остальные теперь разрывались, следовать за ней или нет. Ремус смотрел на неё с восхищением, и её огромная сила воли дала ему мотивацию продолжать. Он стиснул зубы и отбросил всё, кроме их цели.

Как он вообще мог подумать об отступлении? Теперь он был главнокомандующим, и ему нужно было быть сильным.

— Пойдём, — сказал Ремус, поднимаясь на ноги. — У нас всё ещё есть миссия, которую нужно выполнить.

* * *

Волдеморт был в восторженном настроении, всё оказалось слишком просто. У мальчика была невероятная сила, и он уже десять раз доказал свою ценность. «Давайте повеселимся, не так ли?» — сказал он своим последователям, глядя на ошеломлённых волшебников, разбросанных далеко внизу. Глупцы: убери их короля, и даже у последней пешки не останется воли к борьбе. Слабые следуют за сильными, и эти слабаки теперь — щенки без хозяина. Однако он чувствовал, как в них растёт ненависть, и знал, что они хотят отомстить.

Хорошо. Ненависть может быть движущей силой… но без руководства их будет слишком легко уничтожить одного за другим…

Он смотрел на Драко, левитирующего высоко в небе, казалось, ожидающего его следующего приказа. Волдеморт передал свои инструкции… и юноша понимающе кивнул. Подняв руки ладонями к небу, Драко воскресил тлеющие валуны из земли, где они застряли. Они начали медленно вращаться, затем закрутились с ослепительной скоростью, вспыхивая пламенем, как планеты, вращающиеся вокруг солнца. Он резко опустил руки, когда заклинание достигло кульминации, и камни глубоко вонзились в землю.

— Демона, Ифрит, Хетбозоар, Аллиций, Лорзиум, Шетани, Мальзеболга, Логи! — крикнул он, и зарытые камни начали издавать странный трескучий шум, звук, похожий на нечто среднее между треском горящих камней и странным смехом маленьких девочек. — Демоны огня, дочери Люцифера, Локи и Аида, вам я приношу дары.

— Аллиций, эксцеме аси алием зелориум, Хелио инканте Экспекто Инфериал!

Гелиопаты взревели, вылезая из фрагментов небесного камня размером с дом, возвышаясь на полные двадцать футов в высоту и десять в ширину. Они были примерно человекоподобной формы, за исключением того, что там, где должна была быть мышечная масса, вместо неё были огромные куски пылающего камня. Восемь этих демонов двинулись вниз по склону к совершенно перепуганным волшебникам, трава вспыхивала огромными кострами на их разрушительном пути. Земля начала дрожать… и Орден припал к траве, отчаянно пытаясь понять, как действовать дальше. Они бросали друг на друга встревоженные взгляды, и некоторые заметно побледнели, когда их, казалось бы, непобедимые враги приближались к ним.

Только Рон не боялся, он в глубине души чувствовал, что Гарри жив, и одно это было стимулом сражаться. Что-то глубоко внутри него всколыхнулось, и он знал, что не сможет себе простить, если сбежит. Боевые тактики и стратегии всплывали в его голове, и внезапное вдохновение сформировалось в план, план, который вполне мог сработать. Он размышлял ранее в этом году, что отсутствие Гарри может быть его шансом проявить себя, и сейчас было самое время для вдохновения.

Повернувшись к тем, кто был позади него, он сказал твёрдым, властным голосом:

— Слушайте! Нам нужны две команды, одна для Малфоя, а другая для Гелиопатов. Мы работаем группами по трое… специалист по щитам и двое с мощными Редуцирующими Проклятиями. Дамблдор дал нам хороший пример: мы целимся в их слабое место двумя точными Редуцирующими Ударами, один за другим, и они должны взорваться изнутри! Тонкс! Думаешь, сможешь собрать команду, чтобы усмирить Малфоя? Он действует под заклятием Империус, может, прямой оглушающий удар сработает… собери своих лучших снайперов и сними его.

Он решительно посмотрел на их цель далеко на холме, мерцающее пламя ночи делало его ещё более жутким, чем прежде.

Вот оно: Вторая война началась, и если мы проиграем…

Проигрыш не был вариантом. Они добьются успеха и покончат с этим сейчас, сегодня ночью. Он закатал рукава и пригнулся в высокой траве. Орден перегруппировался позади него, и все они почувствовали, как его энергия придаёт им ясную цель и мотивацию. Его два брата были рядом, и они понимающе кивнули друг другу.

— Мы должны вытащить оттуда команду Ремуса… и спасти Гарри… пока не стало слишком поздно, — прорычал Рон, его лицо выражало готовность к битве. — Вперёд! — крикнул он, и все они издали свой боевой клич, щитовые заклинания поднялись в унисон. Подгруппы начали выбирать свои цели, и все они устремились вверх по холму.

Гарри, Гермиона… мы идём за вами.