Повелитель Стихий (гет)

Свобода не может быть частичной.

(Нельсон Мандела)

* * *

Отец Гермионы замолчал, а Хант всё прокручивал и прокручивал в голове его фразу. Нормальный человек... А является ли Авель вообще нормальным человеком? Да и человеком ли?..

Некоторое время назад на этот вопрос Хант бы твёрдо ответил «да». В конце концов, его отец — человек, да и как вообще может быть иначе? Но сейчас мальчик не был так уверен в этом. Стоило только вспомнить то, во что он превращается в моменты ярости... Навряд ли странное вытянутое нечто с чёрной плотной кожей, острыми когтями и фиолетовыми глазами без каких-либо зрачков можно было назвать человеком.

— У тебя сломаны рёбра, — заявил мистер Грейнджер, не обращая внимания на излишнюю задумчивость своего пациента. — и вывихнута кисть, — теперь было понятно, почему у Авеля немного побаливала правая рука... — Думаю, с этими травмами мы сможем справиться, поскольку летом мы приобрели в Косом переулке эти ваши... зелья. Вроде бы есть среди них и что-то, что может быстро залечить твои травмы, — мужчина открыл шкаф и, немного покопавшись там, протянул несколько разных жидкостей мальчику со словами: — Вот, держи.

— Спасибо, — благодарно кивнул Хант, принимая флакончики от мистера Грейнджера. Часть зелий были ему вполне знакомы по урокам небезызвестного Снейпа, а вот остальные...

— Не за что, — чуть улыбнувшись краешком губ, отмахнулся от мальчика мужчина и, немного помолчав, решился уточнить: — Скажи... Ты действительно не чувствуешь боли?

— Эм... Нет? — отозвался Авель, на секунду прикрыв глаза и прислушавшись к своим ощущениям. Да, тело мальчика слегка побаливало, а сам он чувствовал довольно сильную усталость, но не более, хотя сразу после безжалостного избиения драки ему было о-очень плохо.

— Ладно... — вздохнул мистер Грейнджер, устало потирая виски, и не терпящим никаких возражений голосом сказал, бросив короткий взгляд на настенные часы: — Думаю, теперь тебе стоит пойти отдохнуть. В конце концов, на сегодня тебе вполне достаточно потрясений. Спроси Гермиону — она проводит тебя в гостевую комнату.

Авель послушно кивнул и, накинув обратно свою одежду, вышел из гостиной. Гермиона поджидала его за дверью, нервно переминаясь с ноги на ногу. Завидев друга, она облегчённо вздохнула и кивнула мальчику:

— Ну как? С тобой всё в порядке?

— К счастью, ничего особо серьёзного, — отмахнулся Авель, даже не солгав. С его травмами вполне могли справиться зелья, данные отцом подруги, а значит всё было относительно в порядке. — Ты не могла бы показать мне гостевую комнату? Твой отец настоятельно попросил меня отдохнуть.

— Конечно, — согласилась девочка и, развернувшись, двинулась вверх по лестнице. Пройдя немного вперёд по коридору, она отворила одну из дверей и жестом пригласила Ханта войти внутрь, что мальчик и проделал. Комната оказалась небольшой, но уютной: кровать, тумбочка, шкаф и окно с видом на сад.

Гермиона немного задержалась в дверях, с сочувствием глядя на Авеля. "Ты, правда, в порядке?" — казалось, читалось в её глазах. Мальчик лишь слабо улыбнулся в ответ, стараясь не показывать, насколько он измотан. Девочка, убедившись, что ему действительно ничего не нужно, тихонько вышла, оставив его одного.

Мальчик устало опустился на кровать, которая оказалась на удивление мягкой. Он закрыл глаза, пытаясь прогнать образы недавней драки, но они настойчиво возвращались, заставляя его вздрагивать. Воспоминания об отце также не давали покоя. Что с ним сейчас? Где он находится? Удастся ли его спасти и вызволить из загребущих лап небезызвестного директора Хогвартса?

Несмотря на усталость, сон не шёл. Скинув с себя одеяло, Авель встал с кровати, подошёл к чемодану, который сиротливо стоял у стола, и достал из него блокнот с простым карандашом и ластиком. Вновь вернувшись в постель и поудобнее устроившись на ней, Хант начал бездумно водить карандашом по чистой бумаге, думая о своём. Авель сам не заметил, как хаотичные линии стали складываться в весьма чёткий рисунок, а когда опомнился, то в недоумении посмотрел на рисунок мужчины довольно грозного вида, который казался подозрительно знакомым. Хант нахмурился, пытаясь вспомнить, где он мог видеть этого человека, но голова лишь недовольно откликнулась на его попытки короткой вспышкой боли. Возможно, мальчику бы показался этот факт довольно странным, если бы его не отвлёк громкий стук в окно. Вновь поднявшись с кровати, Авель подошёл к окну и, приоткрыв штору, обнаружил за ним незнакомую сову-сипуху. Недоумённо нахмурившись, Хант всё же распахнул окно и впустил в комнату птицу, которая, немного покружив по помещению, сбросила письмо, которое держала в когтях, на рабочий стол и вылетела на улицу, а через несколько минут скрылась из виду. Правда, мальчику уже было немного не до неё. Он сжимал в руках бумагу со столь знакомым почерком его отца.

Смахнув не вовремя поступившие к глазам слёзы, Авель углубился в чтение:

«Дорогой Авель,

Извини меня за то, что я смог связаться с тобой только сейчас. Волшебники очень пристально следят за мной, и мне с большим трудом удалось отправить тебе это письмо.

Хочу сразу сообщить тебе новость — времени на прелюдии у меня мало. Видимо, у магов что-то случилось, поскольку они выглядят довольно обеспокоенными. Сегодня меня перевезли в другое место, и я ненароком сумел разглядеть адрес. Сейчас я нахожусь в некой Годриковой Впадине. Не знаю, зачем магам вдруг пришлось сменить моё место проживания, но это точно не спроста. Что-то затевается.

Я очень надеюсь скоро увидеть тебя. Береги себя, сын.

Твой отец, Теодор Хант»

Авель перечитал письмо несколько раз, словно пытаясь выжать из скупых строк дополнительную информацию. Годрикова Впадина… Для Ханта это название было как пустой звук. Может, Гермиона знает что-то о ней?

Авель уже собирался было броситься искать подругу, однако, посмотрев на время, был вынужден признать, что девочка уже наверняка давно и очень сладко спит в своей постели. И ему бы не помешало. Утро вечера мудренее, как говорится. Да и голова странно побаливает...

С этими мыслями мальчик вновь забрался в кровать, закутался в одеяло и уже через несколько минут спал, крепко прижимая немного помятый лист бумаги к своей груди.

* * *

Наутро Авель проснулся от приятного запаха свежемолотового кофе. Мальчик, сладко зевнув, потянулся и, сонно моргнув, вдруг резко вскочил на ноги. Наступило утро, а значит можно было показать письмо от отца Гермионе, чтобы вместе составить план по его вызволению. Возможно, родители девочки тоже смогут посоветовать что-нибудь по этому поводу и вместе они точно найдут решение и вызволят Теодора Ханта из рук магов.

Переодевшись в чистую одежду и захватив с собой письмо, бережно согнутое пополам, Авель вышел из комнаты и чуть ли не бегом спустился вниз по лестнице, а затем свернул на кухню. Там за столом в одиночестве сидела Гермиона, попивая кофе из небольшой чашки и читая какой-то здоровенный том. Заметив Авеля, она отложила книгу в сторону и улыбнулась ему:

— Доброе утро! Как спалось?

— Доброе, — отозвался Авель, отвечая на улыбку девочки своей и стараясь не замечать, как вытянулось лицо подруги, которая привыкла к угрюмому расположению духа своего друга, — Отлично. Даже слишком, — он ухмыльнулся, вспоминая свой внезапный прилив энтузиазма с утра. — Слушай, мне нужна твоя помощь.

Гермиона внимательно посмотрела на друга, ожидая продолжения. Авель, не теряя времени, развернул письмо и протянул его девочке. Гермиона, нахмурившись, приняла бумагу и углубилась в чтение, внимательно пробегая глазами по каждой строчке.

С каждой прочитанной фразой её брови поднимались всё выше и выше. Закончив читать, она молча вернула письмо Авелю.

— Годрикова Впадина… — тихо проговорила Гермиона, задумчиво глядя в окно. — Вроде бы я где-то читала про это место, вот только где... — девочка закусила губу, бросив взволнованный взгляд на Ханта, а потом неожиданно вскочила из-за стола. — Точно! Подожди минуточку... — Грейнджер бросилась прочь из комнаты и через пару минут вернулась с какой-то книгой. Авель чуть прищурился и прочитал её название: «Магические поселения разных стран». Пролистав несколько десятков страниц, девочка подтолкнула книгу к Ханту и, ткнув пальцем в текст, сказала: — Вот, читай!

«...Годрикова Впадина — небольшое поселение на юго-западе Англии. Издавна здесь бок о бок живут маги и маглы. Пусть сама деревня довольно небольшая, но всё же обладает неплохим количеством достопримечательностей и весьма богатой историей. Именно здесь когда-то жил один из основателей Хогвартса, знаменитый Годрик Гриффиндор, в честь которого и названа данное поселение. Именно здесь выковали первый в мире снитч. Именно здесь юный Гарри Поттер отразил смертельное проклятье и победил Того-Кого-Нельзя-Называть и, в конце-концов, именно здесь проживает небезызвестный Альбус Персиваль Вульфрик Брайан Дамблдор, директор школы Чародейства и Волшебства «Хогвартс», кавалер ордена Мерлина I степени...»

Авель оторвался от текста и, облизав пересохшие от волнения губы, произнёс:

— Теперь понятно, почему отца перевезли именно в Годикову Впадину! Раз уж там живёт Дамблдор, то наверняка мой папа именно у него в голове, верно? А значит нам нужно попасть туда!

— Подожди, — остановила Ханта Гермиона. — Давай сначала дождёмся моих родителей, хорошо? Сейчас они на работе, но вечером вернутся домой, а завтра ради такого дела они могут взять выходной.

Авель неохотно, но согласился с девочкой. Конечно, ему хотелось действовать немедленно, но он понимал, что помощь мистера и миссис Грейнджер может оказаться неоценимой. Да и спорить с Гермионой, когда она так решительно настроена, было бесполезно. Хотя если бы Авель действительно захотел, то его было бы не переспорить...

— Может, сходим погуляем? Тебе не помешало бы немного развеяться, — спустя несколько минут нарушила неловкое молчание девочка. — Да и к тому же сегодня последний относительно тёплый день — дальше пойдут дожди.

Авель пожал плечами, соглашаясь с предложением. Прогулка действительно могла пойти ему на пользу. Они вышли из дома и направились в ближайший парк. День выдался прохладным, но довольно солнечным.

Они гуляли по парку, стараясь не касаться темы отца Авеля. Гермиона рассказывала о новых книгах, которые она недавно прочитала, а Авель слушал вполуха, то и дело погружаясь в свои мысли. Он представил, как они с Гермионой проникнут в Годрикову Впадину, найдут Дамблдора и заставят его отпустить отца. Но как именно они это сделают? Дамблдор — могущественный волшебник, и вряд ли он просто так сдаст позиции. Разве что пролезть в дом тайно, когда директора не будет... Но получится ли у двух первокурсников сделать это?

Ребята присели на скамейку возле небольшого пруда. Гермиона достала из сумки пару яблок и протянула одно Авелю. Он машинально взял его и с задумчивым видом начал пристально разглядывать свое отражение в тёмной воде. Дамблдор же не может каким-нибудь образом отследить его? Не хотелось бы, чтобы потом у Грейнджеров были проблемы из-за Ханта. Они и так много сделали для Авеля, да и вообще...

Мысли мальчика прервал громкий девичий голос:

— Кого я вижу! Ботаничка, ты ли это? А кто это с тобой? Познакомишь?

Авель вздрогнул и оторвался от созерцания пруда. Перед ними стояли несколько высоких и мускулистых парней на один-два года старше самого мальчика во главе высокой рыжеволосой особой, чьё лицо кривилось в презрительной ухмылке. Авель инстинктивно напрягся, чувствуя, как в груди начинает подниматься волна раздражения. Подобные встречи никогда не предвещали ничего хорошего. Не для Ханта, конечно, а для его противников...

Гермиона резко вскочила со скамейки, её лицо мгновенно покраснело. Авель остался сидеть, наблюдая за происходящим с нескрываемым интересом. Рыжеволосая девушка была явно настроена на конфликт. Судя по её презрительному тону, Гермиона была для неё не самым приятным человеком.

— Что тебе нужно, Эмилия? — процедила Грейнджер сквозь зубы, стараясь сохранять спокойствие.

— Ой, да брось, Грейнджер, не делай вид, будто не рада меня видеть, — театрально вздохнула Эмилия, закатывая глаза. — Просто решила поинтересоваться, с кем это ты тут время коротаешь? Неужели, наконец, нашла себе парня? Хотя сомневаюсь, что кто-то выдержит твою компанию дольше нескольких дней.

Эмилия ехидно захихикала, а её спутники поддержали её грубым смехом. Гермиона сжала кулаки, но пыталась сдержаться. Авель же, напротив, с каждой секундой всё больше распалялся. Его взгляд становился всё более холодным и недобрым.

— А тебе не все равно, с кем я провожу время? — огрызнулась Гермиона, стараясь не поддаваться на провокации. — Займись лучше своими делами.

— Ой, да ладно тебе, — Эмилия подошла ближе к скамейке и презрительно оглядела Авеля с ног до головы. — Что это у нас тут? Новенький? И какой же ты породы? Неужели настолько отчаялась, что согласна на первую попавшуюся крысу?

Авель не выдержал. Слишком уж сильно его задели слова этой наглой девицы. Резко вскочив со скамейки, он встал между Гермионой и Эмилией. Мальчик с большим трудом, но держал себя в руках, не замечая, что вокруг как-то резко понизилась температура, а на земле выступил тонкий слой инея.

— Следи за своим языком, — прорычал Хант, выдыхая пар изо рта. — А то ненароком его прикусишь. А лучше просто проваливай отсюда, пока я прошу по-хорошему. Поверь мне, тебе не захочется узнать, что будет в противном случае.

Эмилия опешила от такой наглости. Ещё никто и никогда не позволял себе так с ней разговаривать. Ярость вспыхнула в её глазах, и она замахнулась, чтобы влепить Авелю пощечину. Но Хант был быстрее. Он перехватил её руку и, сжав её в своей, холодно улыбнулся, демонстрируя далеко не добрые намерения.

— Даже не думай, — прошипел он ей прямо в лицо. — Иначе пожалеешь.

Эмилия попыталась вырваться, но хватка Авеля была слишком сильной.

— Отпусти мою девушку! — прорычал самый накаченный из парней, делая шаг вперед.

Авель бросил на него ледяной взгляд, не отпуская руки Эмилии. Парень замер, словно наткнувшись на стену. Ханта словно окутывала какая-то незримая, давящая аура, что он невольно отступил назад. Остальные ребята тоже не решались подойти ближе, чувствуя исходящую от Авеля угрозу.

— Уходите, — спокойно произнёс Авель, не отводя взгляда от девушки. — Пока я не передумал.

Эмилия, почувствовав неладное, кивнула своим дружкам. Они, не дожидаясь дополнительных указаний, поспешно ретировались. Авель, убедившись, что они ушли достаточно далеко, отпустил руку Эмилии. Девушка, потирая запястье, злобно посмотрела на Ханта и, не сказав ни слова, поспешила догнать своих друзей.

Авель повернулся к Гермионе, которая с удивлением наблюдала за происходящим. Он пожал плечами и виновато улыбнулся.

— Прости, не стоило так вмешиваться, — сказал Авель, чувствуя себя немного неловко. — Просто она меня взбесила.

Гермиона молчала, словно всё ещё не могла отойти от произошедшего. Она смотрела на Авеля широко открытыми глазами, в которых читалось не только удивление, но и что-то ещё, что он не мог понять. Неожиданно девочка шагнула вперёд и крепко обняла мальчика за плечи. Хант вздрогнул, но не отстранился, неловко приобняв подругу в ответ.

— Спасибо, — тихо прошептала Гермиона, немного отстраняясь. На её щеках играл легкий румянец. — Не знаю, что бы я делала без тебя. Она всегда ко мне цеплялась, но раньше я старалась просто не обращать внимания.

Авель смущённо улыбнулся, отводя взгляд. Он не привык к таким проявлениям благодарности. Чтобы хоть как-то разрядить неловкую обстановку, он поинтересовался:

— Скажи, пожалуйста... Кто эта Эмилия вообще такая?

— Да так... Моя бывшая одноклассница, — поморщившись, отозвалась Гермиона. — Начиная с первого класса и вплоть до того, как мне пришло письмо из Хогвартса, Кларк обожала вместе со своими подружками отравлять мне жизнь.

— И почему она так к тебе относилась? — поинтересовался Авель, стараясь подобрать наиболее нейтральный тон.

— Завидовала, наверное, — пожала плечами Гермиона. — Я всегда хорошо училась, а она не очень. Да и вообще... Некоторым людям всегда нужна игрушка для битья, козёл отпущения. Вот мне и не повезло оказаться достаточно удобной для неё кандидатурой.

Авель нахмурился. Неужели такое ничтожество, как эта Эмилия, могло доставить Гермионе столько неприятностей? Он не понимал, как можно тратить время на подобные глупости, вместо того чтобы заниматься чем-то полезным.

— В следующий раз, если она ещё раз к тебе пристанет, просто дай мне знать, — серьёзно сказал Авель. — Я что-нибудь придумаю.

Гермиона усмехнулась.

— Не думаю, что это хорошая идея. Ты и так на неё слишком сильно повлиял. Боюсь, она не успокоится, пока не отомстит тебе за унижение.

— Ну и пусть попробует, — пожал плечами Авель. — У меня найдётся, чем ей ответить, поверь мне.

— Не забывай, что обычные люди не должны знать о магии, — нравоучительным тоном напомнила девочка, на что мальчик лишь хитро усмехнулся и зловеще поинтересовался:

— А кто говорил, что я буду использовать магию?..

От автора:

Эта глава вышла на один день раньше в честь дня рождения моей младшей сестры)))

С днём рождения, дорогая Ксюша! ❤

От Беты:

Проверено! Хм, интересно, как отреагируют родители Гермионы на спасение отца Авеля. А вы что думаете?