Последний Феникс (джен)

Гермиона и Рон пришли к ужину. После трапезы Артур забрал Рона наверх, сыграть с ним в шахматы — он обещал Лизе, что она увидит это «искусство», как называл Артур навыки Рона. Рон против не был — как ещё молодежь поймёт, что ни на что дельное они не способны?

Гарри и Гермиона набирались решимости приступить к изучению дневника. Что бы там ни было, думали они, владение такой информацией не сулит им ничего хорошего.

В библиотеке у камина Гарри трансфигурировал два кресла в один небольшой диванчик, чтобы было удобнее читать одну книгу вдвоём. Дневник был написан не на английском, шифр содержал скандинавские руны и кельтскую письменность. Гермиона сказала, что перевод не проблема, нужен только справочник под рукой, поэтому теперь сидела на диване со стопкой книг, среди которых были «Далекарлийские руны. Полный справочник», «Словник Хельсингских рун», «Огамическое письмо — письменность древних кельтов и пиктов». Она находила любопытным соединение в одном тексте таких разных видов письменности.

Они открыли дневник, и на первом форзаце увидели круглый символ, внутри которого были сплетены четыре руны Футарка: Рейд, Кеназ, Эйваз и Перту.

—Гарри! — Гермиона увидела символ и обратила на него внимание друга. — Это же тот символ с татуировок нападавших!

—Вижу, — согласился Гарри. — Ты нашла толкование?

—Это очень любопытно, и знаешь почему? Руны Футарка, они же скандинавские, обычно используются в сочетаниях друг с другом, рунический став. Считается, что в различных комбинациях они усиливают или уравновешивают друг друга…

—Но? — предвосхитил её слова Гарри.

—Но… но это не рунический став. Эти руны написаны не по порядку, и даже если предположить какой-либо порядок, он не подходит ни к одной из найденных мною комбинаций.

—То есть ни к одной из существующих, — кивнул Поттер. Он знал, что если такая комбинация есть, Гермиона её из-под земли достанет.

Гермиона порозовела, но продолжила.

—Я это к тому, что руны Футарка очень многозначные, и истинный смысл раскрывается только в руническом ставе. Дальше могу только предполагать.

—Предполагай. Более чем уверен, ты или права, или настолько близка к истине, насколько это возможно.

—Ладно. Смотри, в центре — Эйваз, руна древа Иггдрасиль, опоры мира. Гарри, Эйваз трактуют тысячей способов! Но основные — это сила, мощь, напористость или ещё выносливость. То есть в центре символа у нас сила и опора мира.

Гарри кивнул.

—Допустим. Дальше?

—Треугольник вокруг Эйваз образуют Рейд, который я в прошлый раз сходу перевела как общий, но на самом деле это руна путешествия, в том числе символического, инициатива, руководство… лидерство. В разных ставах он ещё символизирует принятие решения или выбор направления. Говорю же, сами по себе, вне комбинаций, руны почти не используются!

—Может быть, и не используется, но, в целом… принятие решения о выборе пути и руководство им. Звучит правдоподобно.

—Не знаю, Гарри, всё как-то… ненаучно.

—Ладно. Эту знаю, это Кеназ — огонь, — указал Гарри на руну, венчающую треугольник.

—Огонь знаний, факел… символ передачи знаний из поколения в поколение, — добавила Гермиона.

Гарри кивнул.

—Это Перт или Перто. Очень таинственная руна, — Гермиона вздохнула. — Она переводится как скрытый потенциал, нереализованный талант или ещё… инициация.

—И ты считаешь, из них нельзя составить став?

—Я такого не говорила! Нет никаких запретов на комбинацию рун, если, конечно, они не замешаны в создании тёмных чар…

—Таких как кровная магия?

—В том числе.

Гарри и Гермиона молча смотрели на символ. И это только форзац.

Страница за страницей они изучали и расшифровывали записи в дневнике. В два часа ночи Гермиона не выдержала и, потирая красные от усталости глаза, встала с дивана.

—Всё, Гарри, на сегодня всё. Мы сидим уже почти шесть часов, а не одолели и десятой части! Я вообще не верю, что это писал Алекс, такая галиматья…

—Не согласен, — покачал головой Гарри. Он снял очки, закрыл глаза и потирал пальцами переносицу. — С тем, что галиматья, а не с тем, что мы такими темпами не справимся за тысячу лет.

—Мне вообще кажется, что это два разных текста! Руны про одно, а огамическое письмо… про другое. Сходятся на одном — идея мощнейшей трансфигурации, но… вот здесь, смотри, речь идёт не о материи, а об энергии, которую в данном контексте можно понимать как магию… трансфигурация магии?

—Почему нет? — тихо спросил Поттер, не открывая глаз. — Ещё месяц назад ты считала, что невозможно создать с помощью магии предмет, который не будет содержать следов магии. Сложно, но невозможно… а это дневник человека, который много лет работал в Отделе Тайн. Много ты знаешь об экспериментах Отдела Тайн?

—Никто ничего не знает об их экспериментах, кроме тех, кто там работает…

—Дневник именно такого человека перед нами.

—Гарри… я никогда ничего не читала, не видела, не слышала и не встречала о трансфигурации магии… — устало сказала Гермиона.

—До сегодняшнего вечера, потому что именно об этом данный текст, — возразил ей Гарри. — Энергия поддаётся трансфигурации, например, молнии во время грозы — чем не энергия? Ты можешь создать молнию с помощью своей палочки?

—Могу, наверное… но источником этой молнии будет моя магия, я ничего не трансфигурирую! А настоящую природную молнию, квинтэссенцию стихии, что можно с ней сделать? Перенаправить? Поймать и сохранить? Как ты думаешь, её можно трансфигурировать?

—Пробовал ли кто-то? — пожал плечами Гарри. — От того, что мы этого не знаем, не значит, что этого нет.

—Ты говоришь, как Полумна Лавгуд и её отец, — всплеснула руками Гермиона. — Люди с богатым воображением, но… с проблемами восприятия реальности.

—Да, например, старик Ксено Лавгуд верил в такую невозможную историю, как Дары Смерти, — Гарри поднял на неё глаза. — Не такая уж она невозможная.

Гермиона замялась.

—Совпадение. Реальные сильнейшие древние артефакты, история, дошедшая до наших времён в виде легенды или сказки… ты же не думаешь, что палочку, мантию и камень создала Смерть?

—Нет, конечно. Мои дальние предки Певереллы были талантливыми артефакторами и обладали обширными магическими талантами. Знаешь, что такое артефакторика? Я тебе скажу. Это трансфигурация, — Гарри был непреклонен. Он был уверен, что им надо закончить расшифровывать дневник, и они разберутся.

—Хорошо, Гарри, допустим… — Гермиона упала обратно на диван и закинула голову на спинку. — Я сторонница рационального, научного, объяснимого. Но! Я и не отрицаю того факта, что всё это известное было когда-то неизвестным, и учёные исследовали и экспериментировали… с разными результатами. То есть, да, конечно, был Николас Фламель и его философский камень, результат долгих научных изысканий. С другой стороны, есть дементоры, тоже результат экспериментов волшебника. И до их появления никто и вообразить себе такого не мог.

—Дементоры, говоришь… — Гарри почесал подбородок. — А что насчёт Патронуса? Чистая энергия, проявление твоей магии, принимающая форму животного, каким-то образом с тобой связанного. И ещё… Патронусом моего отца был олень, как и мой… и это же была его анимагическая форма. Патронусом Сириуса был пёс, и, я уверен, что видел это своими глазами, Патронусом Минервы Макгонагалл была кошка.

—Тебя несёт не в ту сторону, при чём тут анимагия? Это трансфигурация вполне себе материи. Патронус — да, энергия, но созданная в таком виде, а не трансфигурированная из чего-то, — Гермиона начала разговаривать с ним как с заигравшимся ребёнком, который не может остановиться.

—Я рассуждаю о природе магии, то есть энергии внутри нас. Но знаешь, о чём мы забыли? Источник магии совершенно не обязательно волшебник. Существуют природные источники магии, — именно такой источник находился рядом с домиком Гарри в Орегоне, вряд ли он был единственным во всём мире.

—Да, существуют, на таком источнике был построен Хогвартс. Более того, я думаю, что что-то похожее находится под этим домом, но менее мощное…

—А Министерство? — спросил Гарри, думая об Отделе Тайн.

—Про это мне ничего не известно, — призналась Гермиона.

—Ты говоришь, на источнике магии построен Хогвартс. То есть основатели укротили первородную магию, направили её…

—Но всё равно не трансфигурировали, если ты об этом. Давай так, — Гермиона выпрямила спину и с хлопком положила ладони на колени Гарри. — Сейчас я иду спать. Завтра утром мне на работу. И после обеда мы попробуем расшифровать ещё часть. Возможно, найдём что-то ещё. И ты иди ложись, плохо выглядишь.

—Ну, спасибо, — проворчал Гарри. — Доброй ночи.

—Доброй, — кивнула Гермиона и ушла в спальню, подготовленную для неё и Рона.

Гарри остался в библиотеке, перебирая и перечитывая пергаменты, которые исписали они с Гермионой. Что-то не клеилось. Гарри за время работы аврором не раз сталкивался с преступлениями, совершёнными с помощью очень необычных и редких магических практик. Встречались и горе-экспериментаторы, которые калечили себя и окружающих в попытке достичь сомнительных результатов. Большинство из них были связаны с зельями и алхимией, некоторые — с использованием артефактов, редкие — с ритуалами. Но совсем ничего с трансфигурацией; он посвятил много времени изучению высшей трансфигурации, когда разбирался со сквозными зеркалами, создавал свои очки и, в конце концов, производил бесконечное количество дурацких шкатулок. Для этого он перелистал огромное множество книг… Вдруг, словно зажглась лампочка, он совсем забыл о книгах, которые забрал из хранилища. Там были весьма ветхие тома, датированные тринадцатым и четырнадцатым веками. Он тогда оставил книги в спальне, а потом было слушание завещания и последующие за ним события, отвлекшие Гарри от его сокровищ.

—Ладно, — вслух сказал он самому себе. — Эту чугунную голову пора приложить к подушке. Возможно, завтра что-то прояснится.

* * *

Лиза ощутимо окрепла. Благодаря зельям, мази и чарам, а также неусыпной заботе Артура, который приносил ей еду и книги, играл в игры и просто болтал о разном. Теперь девушка могла уверенно сидеть, не уставая, по несколько часов, сгибать и разгибать ноги, переворачиваться. Как объяснил ей Гарри, вместе с истощением магической силы, которую она вложила в мощь своих заклинаний, Лиза понесла и тяжёлый физический урон, не относящийся к травмам. И вот она была готова подняться с постели, но следовала указаниям. Гарри сказал «завтра» — значит, завтра.

Рядом с ней на кровати, поверх покрывала, в пижамных штанах и мягкой домашней мантии лежал Артур. Они обсуждали книги, которые Лиза читала во время своего вынужденного постельного режима; юноша отважно взялся прочитать то же самое, чтобы было что обсудить. Наверное, он до этого никогда за лето не читал столько необязательной литературы. Пару своих учебников он тоже показал Лизе; та нашла их занимательными, сама она изучала немного другие предметы по совсем другим учебникам.

—Теперь твой отъезд назначен на тридцатое? — спросил Артур, заложив руки за голову.

—На тридцатое, за два дня до начала учебного года, — со вздохом ответила Лиза. — Ещё месяц назад я желала поступить в Академию больше всего на свете, а теперь мне очень жаль уезжать отсюда.

—Мы всё равно сможем иногда видеться, — участливо сказал Артур. — Может быть, уговорю Гарри смотаться в Штаты на Рождество или пригласить тебя сюда. Главное — портал заранее заказать.

—Порталы — дело дорогое, особенно трансконтинентальные, — покачала головой Лиза. — Работать я не смогу, надеюсь, что стипендия покроет аренду жилья, не то придётся жить в общежитии при Академии, — она усмехнулась, — после такой-то роскоши.

—Тогда мы к тебе, уж порталы Гарри себе позволить может, — подбодрил её Артур.

Лиза вспомнила день, когда они посещали Гринготтс. Да, порталы он мог себе позволить. Даже целый отдел Министерства, в котором создаются эти порталы.

—Надеюсь, всё сложится, — улыбнулась она. — Я покажу тебе все мои любимые места в городе. На Рождество его всегда очень красиво украшают, а в парке организуют каток. Ты катаешься на коньках?

—Никогда не катался, — признался Артур, — но с удовольствием попробую.

—Я тебя научу! Главное, чтобы лезвия на коньках были острыми, — Лиза тепло ему улыбнулась, и от этой улыбки желудок Артура сделал сальто.

—Приедешь к нам на следующее лето? — внезапно предложил он. — У меня день рождения первого июля, наконец-то семнадцать!

—Будешь официально взрослым, — кивнула девушка. — Планируешь остаться здесь, с мистером Поттером? Он ведь твой опекун только до совершеннолетия.

Артур не решился рассказать Лизе о своём открытии и содержательной беседе с Гарри. Может быть, потом. Может быть, хотел оставаться простым парнем, а не наследником Героя.

—Не думаю, что он меня выгонит, — пожал плечами Артур. — Точнее, не до окончания Хогвартса, а там… у меня есть бабушкин домик, он уютный. Сможешь приезжать туда хоть каждое лето.

—Спасибо, это очень мило, — сказала девушка. — Уже знаешь, чем займёшься после школы?

—Да чёрт его знает… на собеседовании с деканом сказал, что квиддичем, но моих данных недостаточно для того, чтобы попасть в какую-нибудь команду. Невилл считает, что мне надо стать гербологом, — Артур скривил губы, — скучно это всё.

—Подумай, что тебе даётся лучше всего? — посоветовала Лиза.

—Дурака валять, — рассмеялся он, — но за это деньги не платят.

Лиза тоже рассмеялась. Так легко ей было общаться с ним, так просто и открыто; она ни с кем в жизни не могла так общаться — ни с подругами, ни с несостоявшимися кавалерами.

—У тебя есть в школе подружка? — неожиданно спросила она.

Артур уставился на неё.

—Тебя, случаем, не Гермиона зовут? Это она задаёт мне этот вопрос каждые каникулы с третьего курса, считает это милым способом поддержать беседу.

—Я… нет, мне искренне интересно, можешь не отвечать, — смутилась Лиза.

—Была в этом году одна девчонка, Холли Уайт, с Пуффендуя. Гуляли с ней вокруг озера, ходили в Хогсмид. Какая-то она была, знаешь… напористая. На Рождество всё норовила затащить меня под омелу, я даже прятался, — он усмехнулся, — а потом в день Святого Валентина в Хогсмиде сказала, что желает в кафе мадам Паддифут, там всё в розовых бантиках и кружевах… тошнотворное зрелище. В общем, не сложилось. Потом она с Роджером Мэтьюзом по углам обжималась, он был рад. Если только это ей и было надо, то она получила сполна. Ну и ещё совсем отсутствовало чувство юмора, мне с такими сложно общаться. Когда нельзя вместе посмеяться.

Лиза понимала.

—Какая твоя история? Наверное, толпы поклонников? — Артур широко улыбался, за что получил тычок под ребро.

—После школы были целых двое, это не толпа. Один бесконечно таскал мне розы и конфеты. Терпеть не могу розы…

—Ты любишь орхидеи, — кивнул головой Артур.

Лиза удивилась.

—Когда это ты узнал?

—В Норе, мы ходили в сад, где Рон выращивает цветы, и ты сказала, что орхидеи — твои любимые, — Артур порозовел, — ну, я запомнил.

—А вот Майк Лефти не мог запомнить. Ему нравилось гулять, держа меня за талию, и его рука вечно скользила ниже. В общем, хватило меня на три месяца, — Лиза закатила глаза, — такой нудный был, всё говорил и говорил…

—Понятно, — протянул Артур. — Не твой типаж. А что второй?

—Ещё был Питер, коллега, пригласил меня в этом году на день Святого Валентина. Ну, подумала я, он вроде ничего, милый… ох, как я ошибалась! Оказался таким мужланом! Это безобразие я выдержала ровно две недели.

Артур от души смеялся.

—Вот тебе смешно, а он ходил потом за мной с глазами лунтелёнка. Зато ни одной розы! — Лиза тоже смеялась, рассказывать об этом Артуру было легко и забавно.

—Не повезло, — покачал головой Артур, не переставая широко улыбаться. — Сейчас пойдёшь в Академию, встретишь там взрослого и сильного мужчину.

Лиза фыркнула.

—Взрослого и сильного? Это зачем? Чтобы он считал меня маленькой девочкой, с которой надо нянчиться?

—Я вообще не это имел в виду, — смутился юноша. — Я хотел сказать — равного тебе. Сильного и смелого, может быть, даже симпатичного.

—Как будто это самое важное, — заметила Лиза. — Я думаю, что важнее взаимопонимание и доверие.

—Возможно, ты права, — задумчиво ответил Артур.

—Ты, небось, считаешь, что девушка должна быть в первую очередь красивой? — Лиза сощурила глаза.

—Хм… красивая — это, конечно, хорошо, но само по себе ничего не стоит. Мне нравятся девушки с чувством юмора и, не знаю, как сказать, такие… настоящие, что ли. Холли такой не была, всё строила из себя кокетку и называла меня «Арти, любимый», — приторным голоском изобразил Артур.

Лиза расхохоталась.

—Арти, значит! Теперь только так и буду тебя звать!

—Тогда я буду звать тебя Лиззи, и посмотрим, кому первому надоест. Только! — он приподнялся на локте и очень серьёзно на неё посмотрел, — не при Роне!

—Почему?

—Он точно станет меня так называть. К тебе-то они все обращаются «мисс Стейт».

—Хочешь, чтобы твои близкие обращались к тебе «мистер Томас»? Я для них чужая, отсюда такой официоз. Ты ведь тоже зовёшь их по именам, хотя они сильно старше.

—Не думал об этом. Все мои троюродные братья и сёстры, а я даже считать не берусь, сколько их, зовут их дядя Рон и тётя Гермиона.

—У тебя большая семья, повезло.

—Семья огромная, но немногим было до меня дело, — Артур пожал плечами. — Рон и Гермиона больше всех помогали бабушке Джинни — и с отцом, и со мной. После неё они мне самые близкие.

—И мистер Поттер теперь?

—Гарри… ну, с ним комфортно. Он не воспринимается как родитель. Да и не так чтобы давно мы с ним знакомы.

—Он к нам очень добр, к обоим.

—Это да… на самом деле менее страшный, чем кажется. Я его, когда у нотариуса увидел, чуть в штаны не наложил. А потом мне ещё говорят, что, мол, вот к нему жить поедешь, я думал, он в катакомбах или пещерах живёт.

—Арти, — Лиза улыбнулась, а юноша в шутку погрозил ей кулаком, — этот человек сорок лет наводил ужас на всех преступников магических США. Как по-твоему, он должен выглядеть?

—Да всё равно, какая разница? Зато в школе скажу, кто мой опекун, — они по стенкам сползут. Ещё бы колдофото раздобыть — вообще никто не приблизится.

—Тебя задирают? — удивилась Лиза.

Артур скривил губы.

—Не так чтобы. Есть несколько неприятных типов. Давай не будем об этом.

—Давай не будем, — согласилась Лиза.

Они пролежали в молчании несколько минут.

—Мне очень хорошо с тобой, — тихо произнёс Артур, глядя в потолок. — И болтать, и смеяться, и молчать. Легко.

—И мне с тобой легко… и приятно, — так же тихо отозвалась Лиза. — Раньше у меня не было таких друзей.

На слове «друзей» Артур немного поморщился, но Лиза этого не заметила.

—У меня есть друзья в школе, но если бы я предложил им прочитать одну и ту же книгу, чтобы обсудить, надо мной бы издевались до самого выпускного, — сказал Артур.

—Мне такого раньше никто не предлагал, получилось интересно.

—Ты мне нравишься, — выпалил Артур, не отводя взгляда от потолка.

—И ты мне, — Лиза смотрела на него и улыбалась.

—Ты не поняла… — хотел объясниться юноша, но договорить ему не дали.

—Поняла… ты добрый и так обо мне заботишься, пока я тут болею, с тобой комфортно и легко, ты можешь меня рассмешить и помнишь, какой я люблю чай. Это всё невероятно мило, и я это очень ценю, — она взяла его за руку; от этого простого жеста он вздрогнул и решился повернуться на бок, чтобы посмотреть на неё.

Они лежали друг напротив друга, держась за руки, и молчали.

—Но мы расстанемся через десять дней, — прошептал Артур.

—Целых десять дней, — улыбнулась Лиза. — Думаю, успеем ещё в Нору и в Косой переулок, и, может быть, в Лондон.

Артур не верил своему счастью. Он поднёс её руку к губам и нежно коснулся.

Лиза оцепенела от такого жеста,но руки не отняла.

Они не заметили, как уснули, держась за руки, в наполовину расправленной постели.

Ровно в девять утра раздался стук в дверь. Лиза, не до конца проснувшись, пригласила гостя войти, и только когда в спальню зашёл Гарри с её традиционным завтраком, она поняла, что рядом крепко спит Артур. Если Гарри и удивился, то виду не подал.

—Доброе утро, молодые люди, — совершенно невозмутимо произнёс он.

От звука его голоса Артур подскочил как ужаленный и свалился с кровати.

—Мисс Стейт, Ваш завтрак и последняя доза восстанавливающего зелья. Сегодня пора подниматься с кровати. А вот Вам, юноша, — он посмотрел на Артура, — придётся спуститься на кухню.

Повторять не пришлось, и, не произнеся ни слова, Артур вылетел из комнаты. Гарри проводил его взглядом и повернулся к покрасневшей Лизе.

— Мисс Стейт, как себя чувствуете сейчас? Болит ли что-то?

—Нет, всё хорошо, спасибо…

—Прекрасно, тогда завтракайте.

—Мистер Поттер!

Гарри вопросительно посмотрел на неё.

—Артур… мы… — заикаясь, начала она, но Гарри перебил её.

—Мисс Стейт, с моим подопечным произошло что-то, о чём мне следует знать? Требуется моё вмешательство?

—Нет…

—В таком случае, приятного аппетита. Я зайду позже.

—Спасибо, — тихо произнесла Лиза.

Гарри кивнул и вышел из комнаты.

Спустившись на кухню, он обнаружил Артура. Тот был одет в чистую опрятную одежду, умыт и даже причёсан. Этому Гарри удивился больше, чем утренней сцене.

—Гарри, я… — начал юноша.

—Тш-ш-ш, — чуть слышно остановил его Гарри. — Гермиона идёт.

На кухню действительно зашла Гермиона, она была уже одета и готова идти на работу.

—Доброе утро, мальчики! — улыбнулась она и посмотрела на Артура. — Милый, что с тобой? Собрался на бал? Такой нарядный.

Артур открыл было рот, но Гарри опередил его:

—Видишь, Гермиона, я оказываю на юношу положительное влияние, он даже научился пользоваться расчёской.

—Тебе самому на это сколько понадобилось? Лет сорок? — усмехнулась Гермиона, садясь за стол.

—Ну что ты, всего тридцать, — невозмутимо ответил ей Поттер. — Теперь могу передать опыт молодому поколению.

—Не всё же палочками размахивать, — кивнув, согласилась Гермиона, отпивая кофе. — Гарри! Так вкусно пахнет! Что это?

—Вафли, — коротко ответил он и поставил на стол большую тарелку золотистых венских вафель. — Видишь, я и кормлю мальчика вполне прилично.

Артур наблюдал за их словесной перепалкой и радовался, что Гарри отвлёк внимание Гермионы от него.

—Спасибо, — произнесла Гермиона, закончив завтрак. — Рон ещё спит, а мне уже пора. Постараюсь сегодня прийти пораньше, — при этом она выразительно посмотрела на Гарри.

—Хорошего дня! — ничем не выдав своего интереса к появлению Гермионы «пораньше», произнёс Гарри.

—Пока, — махнул ей рукой Артур и получил от Гермионы поцелуй в щёку.

Гермиона вышла с кухни, и Артур поднял глаза на Гарри, который по своей странной привычке пил кофе, созерцая стену.

—Гарри, я… — снова начал он.

Гарри мотнул головой.Гермиона ещё была в доме. Раздался звук закрывающейся двери, и Гарри обратил на юношу внимание.

—У неё и так слишком много претензий ко мне насчёт того, что Гермиона называет твоим воспитанием.

—Меня не надо воспитывать! — возмутился Артур.

—Разве похоже, что я занимаюсь чем-то подобным? — удивился Гарри.

—Нет, и я очень тебе за это признателен! — серьёзно сказал Артур.

—В таком случае Гермионе совсем не за чем знать… — Гарри осекся, прислушиваясь, но было уже поздно. На кухню спустился Рон в тёмно-синей атласной пижаме и таком же просторном халате с золотистой вышивкой.

—Привет! О чём не надо знать Гермионе? Я вообще за то, чтобы она хоть чего-нибудь не знала. О, вафли!

Гарри кивнул ему в знак приветствия и толкнул по столу в сторону Рона тарелку с вафлями, вслед отправил кофейник.

—Да мы тут просто обсуждали… — начал было Артур.

—Твою влюблённость в прекрасную леди наверху? Тоже хочу обсудить! — усмехнулся Рон, принимаясь за вафли. — А вот рецепт этого блюда определённо относится к категории вещей, которые моей жене следует знать.

Артур ошарашенно уставился на Рона.

—Что ты смотришь на меня, будто у меня девять хвостов выросло? Я же не слепой. Ты бы видел, Гарри, как изящно он поддаётся ей, когда они играют в шахматы! Таких глупых ходов даже ты не делал на пятом курсе.

Гарри усмехнулся.

—Есть ли в этом грешном мире хоть один достойный соперник для тебя?

—Разумеется, нет! — совершенно серьёзно ответил Рон. — А сиропа, случайно, не найдётся? — После паузы воскликнул Рон: — Гарри! Мне определённо следовало жениться на тебе! Как я жил всё это время без таких вафель?

Артур рассмеялся.

—Я польщён, — невозмутимо ответил Поттер, — но если бы я круглые сутки готовил для тебя вафли, кто бы ловил адептов тёмной магии?

—Три дня в неделю я бы пережил, — ответил Рон, обмакивая кусок вафли в кленовый сироп. — Так что там у вас с мисс Стейт, приятель?

—Ни-че-го! — по слогам произнёс Артур. — Мы разъедемся через десять дней, и вообще не факт, что когда-нибудь ещё увидимся.

—Иногда лучше сделать и пожалеть, чем жалеть, что не сделал, — философски заметил Рон.

Гарри оставил юношу на растерзание Рону и вернулся к Лизе. Девушка уже сидела на кровати, свесив ноги с края.

—Я не уверена… — сказала она, увидев Поттера.

—Если что, я Вас поймаю, но уверен, этого не потребуется, — успокоил её Гарри.

Девушка встала на ноги, чуть пошатнулась, но устояла. Сделала три шага вперёд к окну и схватилась за подоконник.

—Для первого раза достаточно, возвращайтесь, — сказал Гарри.

Лиза вернулась в постель и выглядела, будто пробежала пять кругов по подвалу.

—Ничего себе… — сказала она. — Так устала…

—Вам надо вставать каждый час и постепенно увеличивать нагрузки. Делегирую эту задачу Артуру, он Вас будет страховать.

Лиза залилась краской.

—Если не желаете… — удивился Поттер.

—Нет, что Вы, уверена, он не откажется помочь мне.

«Ещё бы он отказался!» — подумал Гарри, просто кивнул и оставил Лизу отдыхать.