Пожалуйста, Сев, не шути! (джен)

Их возвращение в Паучий Тупик было похоже на возвращение в душную, затянутую паутиной реальность после короткого глотка свежего воздуха. Северус, не поднимая глаз от котла с дымящимся зельем, констатировал:

— Ваши магические сигнатуры демонстрируют признаки повышенной активности и последующего истощения. Полевые учения были интенсивными.

В его голосе не было ни любопытства, ни одобрения, ни порицания. Констатация факта, как данные с измерительного прибора.

Именно это и подтолкнуло Гермиону. После относительной «нормальности» леса, его холодность снова резала по живому. Но теперь она знала, с какой стороны подойти.

— Профессор, — начала она, подсаживаясь к столу с видом коллеги. — Мы наблюдали интересный феномен. После интенсивной магической нагрузки все мы испытывали состояние, которое маггловская наука определяет как «физиологическая и ментальная усталость».

Снейп медленно помешал зелье, его взгляд стал аналитическим.

— Естественная реакция организма на истощение энергетических ресурсов. Тело требует периода бездействия для восстановления.

— Именно, — кивнула Гермиона. — Но это не просто «отсутствие активности». Это — ощущение. Специфическое. Тяжесть в конечностях, замедление когнитивных процессов, снижение мотивации. Это не досада на неэффективность. Это... физиологически обусловленная потребность в покое.

Она сделала паузу, глядя на него.

— Вы ведь его испытываете? После сложных зелий или длительных сеансов магии? Это ведь логично — тело сигнализирует о необходимости перерыва.

Снейп задумался. Он посмотрел на свои руки, затем на дымящийся котёл.

— Да. Я фиксирую снижение продуктивности, тремор, желание прекратить деятельность. Я всегда интерпретировал это как досаду на собственную неэффективность, вызванную биологическими ограничениями.

— А если рассмотреть это не как досаду, а как отдельное, полезное чувство? — настаивала Гермиона. — Чувство усталости. Оно не иррационально. Оно предельно логично. Оно предотвращает поломку системы. Это встроенный механизм безопасности. Если его игнорировать, производительность падает ещё сильнее, возможны ошибки. Вы же не станете огорчаться на то, что ваш котёл требует охлаждения после кипячения?

Эта аналогия, казалось, достигла цели. Снейп замер, его брови чуть приподнялись.

— Логично. Механизм предупреждения о перегреве... применительно к биологической системе.

— Именно! — обрадовалась Гермиона. — Попробуйте не бороться с этим чувством, а... признать его. Не «я неэффективен», а «моя система требует перезагрузки». Это не слабость. Это — рациональное управление ресурсами.

Она видела, как он обрабатывает информацию. Это была не попытка вызвать у него сострадание или радость. Это была попытка дать ему новый, более точный инструмент для саморегуляции. Чувство, которое идеально вписывалось в его парадигму логики и эффективности.

В тот вечер, когда Снейп закончил варить зелье, он не сразу взялся за новые расчёты. Он сел на стул, положил руки на колени и несколько минут просто сидел, глядя в стену.

— Я фиксирую... тяжесть, — произнёс он наконец, как бы проверяя новое понятие. — Снижение желания к дальнейшей деятельности. Ранее я идентифицировал это как досаду и преодолевал её. Сейчас... я наблюдаю. Это... усталость.

В его голосе не было облегчения или удовольствия. Было чистое, незамутнённое узнавание. Как если бы он годами пользовался тупым ножом, а ему вдруг дали острый, и он только сейчас осознал разницу.

— Да, — мягко сказала Гермиона. — Это она.

Он кивнул, встал и, не сказав больше ни слова, ушёл в свою комнату. Не потому, что был зол или обижен. А потому, что его «система требовала перезагрузки».

Это была крошечная победа. Ничего эпичного. Он не плакал и не смеялся. Он просто... устал. И признал это. Для человека, который годами заставлял себя работать через «досаду», это был революционный сдвиг.

Гермиона смотрела на закрытую дверь его комнаты с странным чувством. Это не было исцелением. Это была... оптимизация. Но даже оптимизация его чудовищной психики казалась шагом вперёд. Шагом в сторону того, чтобы он перестал быть просто инструментом в руках Волдеморта и начал становиться чем-то немного более... управляемым. Хотя бы в том, что касалось его собственного здоровья.

А вдали, за пределами дома, она почти физически чувствовала, как Тёмный Лорд, получающий вечерний «отчёт», на секунду застывает, ощущая в потоке холодных данных новую, незнакомую переменную — не досаду, а простую, человеческую усталость. И, возможно, в его «кипящем» мозгу на мгновение воцарялась тишина.