Обо мне (джен)

Я уселась и начала думать. Вот как протащить сюда застекленные полки, шкафы или стеллажи?! Если обменять за ничьи деньги в магазине, то это ж сколько нужно одинаковых шкафов заказать, а потом протащить их в газовом состоянии... «Но как? У меня же не три руки...» — это я уже не подумала, а сказала вслух, шепотом, чтобы эхо не было слишком громким. Но тут передо мной появился... кирпич. С глазками и ртом, выплавленными в глине. Очень необычный кирпич.

«Вы всё равно зашли?! Я же заделал все щели. Как это вам удалось?» — сказал он моим голосом но не так, как слышится на записи на компьютере или диктофоне, а так, как я слышу себя в своей голове; это было жутковато. — «Хм... вы снова экспериментируете с формой. Эта имеет гораздо меньший размер. Умн'о. Так что вы сделали? Вынули кирпичи, а затем вставили их обратно? ... Хм... — кирпич задумался, посмотрел куда-то вверх. — Три кирпича в вашем прошлом месте проникновения заменены. Да. Но ваши кирпичи более новые, более гладкие. Ценю вашу заботу, мои, увы, дряхлеют год от года...»

«Вы кто? Хранитель библиотеки? Как вас зовут?» — вставила в паузу я.

«Хм, вы снова играете в эту игру... знакомство заново. Да? Хорошо, хозяин. Ваша воля умирать и рождаться внове в разных телах. Хотя это не так удобно и не так надежно для узнавания. Но это моё мнение. Итак, я — ваша тень. Впервые я отображена на земле в 1778 году с помощью Солнца и Луны на рассвете... кажется, в мае... в год вашей тогдашней смерти, чтобы вы... тогда вы были духом... могли иметь подземную или подгорную лабораторию для ваших изысканий. Кажется, тогда вы говорили на языке франков, а мы с вами встречались в глубине Юрских гор. Помнится, вы называли это место Швейцарией. Припоминаете? Нет? Увы, память человеческая... Как я могу быть уверен, что вы — это вы? Когда вы приходили в форме старика, я не был уверен, что это вы и, как мы с вами и договорились, испытывал ваше воображение и ваш магический талант, препятствуя проникновению. Когда вы попытались разрушить мою стену физически, мне показалось это не так... — кирпич явно подбирал подходящее слово...

«Воображульно?» — попробовала подсказать я.

«... не столь достойно вашего уровня оригинального воображения... а вот то, что жульно — это да. Я рад, что вы, заменив три кирпича, попытались заделать ментальные раны моей старости после... неуместной вспышки гнева в ответ на неукоснительное следование вашим же рекомендациям по защите нашей лаборатории».

«Извините, — я никак не могла привыкнуть, что кирпичик отвечает мне моим голосом. — Я не та, за кого вы меня принимаете. Я просто девочка, которой тот старичок выменял ваш кирпичный куб за другое место».

«Ха! — обрадовался кирпич. — Значит, я правильно рассудил, что это не можете быть вы. Физическое воздействие — не умн'о! Ведь вы... — кирпич понял мою фразу. — Да, простите, леди, это ведь не вы...» — тут кирпич погрустнел и замолчал. Кажется, полы начали холодеть.

«А кто этот ваш хозяин?» — поинтересовалась я.

Теперь кирпич ответил мне теплым мужским голосом, кажется, его хозяин был добрым человеком:

«Мой хозяин — великий маг слова и дела, скрывавшийся от людей, чтобы они не узнали, что он имеет большие силы. Он берёг добрых и боролся со злыми. Но никто не знал, что это делал он. Такова была его стезя... Последний раз мы виделись с ним в 1978 году. Он уходил надолго. Как всегда. Обычно, когда он уходил, примерно через сорок или пятьдесят лет он возвращался. Я уже стар, мне не так легко защищать свои стены, как раньше...» — Тут он вспохватился и добавил: — но я очень многое ещё могу и буду верен до конца».

«А вы — Божья вещь?» — наконец, задала я вопрос, который давно рвался наружу.

«Я — тень!» — сказал кирпич всё тем же приятным голосом. — Дитя, вы могли бы покинуть мои стены и, если в вас есть капля чести, никому о них не рассказывать?»

«А мы можем договориться? — я очень хотела подружиться с этим странным кирпичом. — Мы с друзьями тоже бережём добрых и боремся со злыми. Я выселила из города, что наверху, двенадцать человек, очень плохих. Там было несколько убийц и живодёров, а ещё... очень плохие люди. Фу такими быть! Да, я ещё совсем маленькая, как вы успели заметить (кажется, его витиеватая речь начала немного влиять на меня...), но я очень хочу быть полезной миру и простым людям. Я ведь не человек, я богиня. Меня зовут Ника. Победа. Может, слышали?»

«Хм, богиня? — недоверчиво посмотрел на меня кирпич. — Извините, если вас это оскорбит, но вы похожи на маленькую необученную ведьму или, может, русалку, притворяющуюся человеком. Правда, вы вошли в виде дыхания... а значит, либо вы нашли Северный Ветер, что маловероятно, либо вы, — он почему-то посмотрел на мои уши. — получили перо Жар-птицы, но я не чувствую жара... либо вы действительно принадлежите к небесному племени. Подождите...»

Вдруг из кирпичей на потолке выдвинулась огромная красивая многосвечная люстра, осветившая помещение не в пример лучше моей ладошки, а из стены поблизости выехал шкаф с книгами. Кирпич превратился в высокий канделябр с парой десятков свечей по бокам и головой единорога посередине. Из шкафа в воздух вылетела книга и раскрылась на странице ближе к концу тома, зависнув перед ним в воздухе. Из пола выдвинулась подставка... как же её называют... о, вспомнила, «кафедра», выросла и подхватила книгу!

«Победа... хм... Обычно использует девичье обличие. Предъявляется в виде юной девушки... живёт... страна, которой не знать поражения... Хм... пока живёт на земле или находится душою в небесах внутри известных границ... Хм... Наивная...» — Канделябр обернулся ко мне, посмотрел, затем снова стал читать, иногда перелистывая. — «Хм... добрая... чуткая к страданиям живых существ, что часто чернь использует как её слабость, правда, всегда с несчастливым для себя концом... любит животных... особенно, рыжих... белок, лис, рысей...»

«Ага, — вздохнула я. — Обожаю!»

«... без ума от Пегаса. — Единорог снова посмотрел на меня, мне показалось, что с уважением. — Его небесное величество не каждому богу даётся... Ин-те-рес-но», — И снова принялся читать книгу, но уже молча, иногда хмыкая.

Вдруг в комнате появился столик, два креслица под мой рост, серебряный кофейник и две тонких фарфоровых чашки с розовым рисунком, под тон к моему платью. Канделябр превратился в живого мальчика, похожего на меня, в одежде, напоминающей шотландский костюм, что я видела в интернете. На большом пледе, покрывающем плечи и спускающемся вниз поверх килта, а также на самом килте, был рисунок, похожий на красные кирпичи, лежащие у нас под ногами. Мальчик, кажется, перенял мою походку и пару жестов.

«Как я понимаю, вы не хотите уходить добровольно, не договорившись со мной о сотрудничестве», — из уст мальчика выходил всё тот же зрелый, мудрый и добрый мужской голос. Увидев мое удивление, кирпич исправился, и озвучивание мальчика стало соответствующим возрасту. — «Что вы предлагаете?»