Боевой Маг / War Wizard (джен)

Луиза позвала всех к ужину. Ричард был мрачнее тучи: измученный недосыпом, он всё ещё кипел от возмущения из‑за несправедливых обвинений в адрес сыновей. Есть он отказался, но продолжал бушевать, пока Луиза наконец не положила этому конец.

— Мы все устали, — твёрдо сказала она. — Надеюсь, к утру всё разрешится. Ричард, хватит метаться по комнате — сядь. Я приготовлю тебе медовуху. А вы, дети, идите в свою комнату.

— Мне нехорошо, — жалобно протянула Грета и закашлялась, будто с трудом проталкивая воздух. — Можно я сегодня останусь с тобой и с папой?

Луиза внимательно на неё посмотрела.

— Ты весь день бродила по башне, и ещё пару минут назад всё было в порядке.

Грета снова закашлялась и тяжело опустилась на кровать.

— У меня кружится голова…

— Ох, ну ладно, — вздохнула Луиза, в голосе слышалось раздражение, но без настоящей злости.

Хума и Магиус пожелали всем спокойной ночи и вернулись в свою комнату. Оказалось, что, если чуть сдвинуть койки и оставить дверь приоткрытой, из щели отлично просматривается коридор.

Хума вытащил меч из ножен и положил его на кровать. Магиус мысленно пробежался по заученным заклинаниям и приготовил компоненты для чар, после чего они сели на дежурство.

— Хотел бы я знать, зачем Иеремия солгал, — тихо проговорил Хума. — Как он мог сказать, что видел меня, если не видел?

— И всё же он говорил так, будто искренне в это верит, — отозвался Магиус.

— Он старик, — пожал плечами Хума. — Может, память подводит. Или у меня есть злой близнец… Расставь доску для кхаса. Хоть время скоротаем.

Часы текли один за другим. Сгустилась темнота. Те, кто оставался в башне, разошлись по своим покоям. Стража закрыла главные ворота башни: никого не впускать, никого не выпускать. Наступила спокойная, тяжёлая тишина. Хума и Магиус не сводили глаз с полоски света под дверью родительской комнаты — и наконец она погасла.

— Они легли спать, — прошептал Хума, торопливо собирая доску и фигурки для кхаса. — Если за нами кто‑то наблюдает, будет подозрительно, если мы не ляжем. Погаси свет.

Магиус задул фонарь. Пустой коридор теперь освещался лишь мягким, мерцающим светом звёзд и серебряным сиянием луны в три четверти — она заглядывала сквозь высокие узкие окна в стенах. Мальчики сидели и ждали. Тянулись часы, а ничего не происходило.

— Может, мы ошиблись, — так же тихо произнёс Магиус. — Может, убийца не станет пробовать сегодня.

— Я так на это надеялся, — с досадой произнёс Хума. — Тогда мы бы его схватили и доказали, что это не я! Не хочу уезжать, пока не очищу своё…

— Тсс! — резко оборвал его Магиус, ткнув Хуму в бок.

Хума замолчал. Послышался скрип дверных петель, и из родительской комнаты кто‑то вышел — с зажжённой свечой, прикрывая пламя ладонью.

— Это Грета, — прошептал Хума и потянулся к мечу. — Может, что‑то случилось!

— Сейчас узнаем, — отозвался Магиус. — Подожди. Что она делает?

— Она остановилась, с кем‑то разговаривает, — озадаченно сказал Хума.

— Я как раз шла за вами! — говорила Грета собеседнику. — Я услышала какой‑то странный звук и не хотела будить папу с мамой. Звук был очень странный. Вы сходите посмотрите, а я за Магиусом сбегаю!

— Ты видишь, кто это? — спросил Хума.

— Мужчина, но лицо в тени, — ответил Магиус. — Что‑то в нём кажется знакомым. Зажги фонарь.

Грета торопливо бежала к их комнате, стараясь не задуть пламя свечи. Хума зажёг фонарь, и Грета на мгновение зажмурилась от света.

— Ох, хорошо! Вы ещё не спите! Магиус, ты мне нужен! — Она вдруг резко остановилась, уставившись на Хуму. — Хума! Что ты тут делаешь? Я же только что оставила тебя в коридоре!

— Нет, не оставляла! Как я мог быть там, если я здесь? — возразил Хума.

— Но я с тобой разговаривала! — настаивала Грета.

— Да ты, наверное, с ума сошла… — начал Хума.

— Злой близнец… — тихо пробормотал Магиус и вдруг резко втянул воздух. — Храни нас боги! Кажется, я понял, что происходит. Грета, закрой дверь. Мне нужны компоненты для заклинания.

Он мысленно вознёс благодарность за то, что заранее разложил их на кровати. Быстро выбрал нужное заклинание, взял клочок кроличьего меха и янтарный кристалл.

— Что там насчёт близнеца? — спросил Хума.

— Если я прав, мы имеем дело с чудовищем, которое называют доппельгангером, — объяснил Магиус. — Оно может принять облик любого живого человека — и выбрало тебя. Вот почему Иеремия думал, что кувшин ему передал ты. По сути, у тебя и правда появился злой двойник.

— Значит, когда эта тварь войдёт в комнату, отец подумает, что это я, и подпустит её близко! — Хума содрогнулся. — Мы должны её остановить!

— Остановить должен я, — твёрдо сказал Магиус. — Монстр выглядит как ты, говорит как ты, и если ты подойдёшь к нему, никто из нас не сможет отличить настоящего тебя от подделки. Я использую магию. Ты останься здесь, с Гретой.

— Я не понимаю… — начал Хума.

— А у меня нет времени объяснять, — отрезал Магиус. — Доверься мне. Когда я открою дверь, направь свет в коридор. Это привлечёт его внимание.

Грета держала фонарь наготове. Хума распахнул дверь, и Магиус выскочил в коридор — в проём хлынул свет. Доппельгангер стоял у двери родительской комнаты. Заметив свет, он обернулся и уставился на Магиуса лицом Хумы. У того мороз пробежал по коже, и ему пришлось напомнить себе, что настоящий друг остался в комнате позади.

Доппельгангеры считались одними из самых опасных чудовищ в мире Кринна: они могли принять облик любого существа, и обнаружить их было почти невозможно. Они выглядели и вели себя в точности как жертва, знали всё, что знал оригинал, — вплоть до его воспоминаний. Именно поэтому из них выходили идеальные убийцы. Магиус злился на себя за то, что не догадался об этом раньше.

Доппельгангер не просто походил на Хуму — он был Хумой: от голоса и одежды до меча, который он нёс, и походки. Магиус замер в нерешительности. Он собирался обрушить смертельное заклинание на чудовище, которое хотело причинить вред тем, кого он любил. Но убить ему предстояло того, кто выглядел как Хума.

Магиус потёр клочок меха о янтарь и мысленно произнёс слова заклинания. Доппельгангер потянулся к дверной ручке. Перед глазами Магиуса вспыхнула картина: Ричард просыпается и видит, как Хума стоит над ним с мечом, готовый вонзить клинок ему в грудь. Последней мучительной мыслью отца перед смертью будет, что его убил горячо любимый сын.

Сжав янтарь и мех в одной руке, Магиус направил ладонь на чудовище. Слова заклинания пылали в его сознании. В последний миг он отвёл взгляд — не хотел видеть, как «умирает» Хума, — и произнёс заклинание:

— Аст кирананн каир Гардрум Сот-арн. Сух кали Джаларан!

Из руки Магиуса вырвалась молния и ударила доппельгангера в грудь. Громовой раскат задребезжал стёклами, сотряс стены и поднял тучу пыли. Чудовище пронзительно закричало и рухнуло на пол, дёргаясь и извиваясь.

От такого грохота родители точно проснулись. Магиус уже шагнул к двери, чтобы всё им объяснить, но доппельгангер вдруг поднялся и встал напротив него. Он устремил на мага зловещий взгляд — взгляд Хумы, — а затем бросился вперёд, размахивая мечом.

Магиус ахнул от потрясения. Он не понимал, почему заклинание не убило чудовище, да и времени на раздумья не было. Доппельгангер надвигался, орудуя мечом с ловкостью настоящего Хумы.

Магиус попятился, споткнулся и плашмя рухнул на пол. Возможно, это спасло ему жизнь: клинок просвистел прямо над ним. Чудовище тут же восстановило равновесие и попыталось пронзить его, пока он лежал; меч высекал искры из камня. Магиус метался из стороны в сторону, потом вспомнил уроки мастера боя и в отчаянии пнул чудовище по ногам, пытаясь сбить его с ног.

Дверь за его спиной резко распахнулась. Хума выскочил вперёд и встал перед Магиусом, выставив меч.

Магиус с трудом поднялся на ноги. Хума уже был готов нанести удар, но свет упал на лицо существа — и Хума увидел самого себя. Он замер, потрясённый этим зрелищем. Доппельгангер заметил, что тот опустил клинок, и попытался пронзить его насквозь. Хума рефлекторно парировал удар и тут же контратаковал, но чудовище молниеносно отбило выпад.

Навыки монстра в точности соответствовали навыкам Хумы. У него были его воспоминания, его знания, его выучка — и он словно предугадывал каждое движение, ещё до того, как Хума его совершал.

— Кто из них кто?! — в смятении закричала Грета.

Пока двое сражались, Магиус отчаянно пытался удержать взгляд на том Хуме, которого он точно знал как настоящего, — но это было всё равно что следить за скорлупками на ярмарочном розыгрыше, пытаясь угадать, под какой спрятан боб.

Хума обрушил на противника шквал ударов, оттесняя Хуму назад. Хума развивал преимущество, Хума уходил в сторону, разворачивался — и вот уже оба Хумы сцепились в схватке. Магиус в отчаянии опустил руки. Грета кричала, зовя отца.

— Я заперт здесь! — выкрикнул Ричард, колотя в дверь. — От взрыва её заклинило! Что там происходит?!

— Иди попробуй помочь выломать дверь! — крикнул Магиус Грете, хотя и сам не знал, чем Ричард сможет помочь. Он окажется в том же положении, что и Магиус: не сможет отличить Хуму от чудовища. Магиус мог бы бросить ещё одно заклинание, но после неудачи первого его уверенность сильно пошатнулась. Он почти ничего не знал об этих тварях, и в голову закрадывалась леденящая мысль: а вдруг монстр неуязвим для магии? А магия — его единственное оружие.

Магиус слышал, как Ричард и Луиза отчаянно колотят в дверь, а Грета изо всех сил дёргает ручку, упираясь ногой, чтобы придать рывку силы.

— Она намертво заклинила! — крикнула она. — Не могу открыть!

— Я сам разберусь с дверью, — сказал Магиус. — А ты беги за стражей!

— Но я не хочу бросать Хуму… — запротестовала Грета.

— Нам нужна помощь! — настойчиво произнёс Магиус. — Мы не справимся с этой тварью вдвоём! Дай мне фонарь!

Грета бросила испуганный взгляд на обоих братьев, потом протянула Магиусу фонарь и побежала по коридору к лестнице.

«По крайней мере, если случится худшее, она останется в безопасности», — подумал Магиус.

— Сейчас я наложу заклинание на дверь! — крикнул он Ричарду. — Отойдите!

Он произнёс команду:

— Кхетсарам паклиол! — и ударил по двери.

Дверь с треском распахнулась. Ричард выскочил наружу, следом за ним — Луиза. В руке у Ричарда был меч, он уже готов был броситься на помощь сыну… и замер, ошеломлённо глядя на происходящее.

— Храни нас боги! — в ужасе выдохнул он.

— Что здесь творится?! — требовательно спросила Луиза. — Я ничего не понимаю!

— Доппельгангер, — выпалил Магиус, слова сыпались из него торопливо, наскакивая друг на друга. — Чудовище приняло облик Хумы. Оно убьёт его, если мы не остановим. Я послал Грету за стражей, но они не успеют.

Оба «Хумы» уже пустили кровь — казалось, это могло бы помочь их различить, но раны оказались в одном и том же месте: порез на руке, той, что держала меч. Значит, настоящий Хума был ранен, а доппельгангер просто скопировал рану. Оба тяжело дышали, сражаясь за свою жизнь. Магиус ничего не мог сделать… кроме как думать.

Два Хумы скрестили клинки и сцепились в борьбе. Наконец один из них отступил, и второй тут же воспользовался моментом, рванувшись вперёд. Мечи вспыхивали в свете фонаря.

— У меня есть план, и мне нужна ваша помощь, — сказал Магиус. — Я наложу заклинание, которое обездвижит и Хуму, и монстра. Когда я это сделаю, вы с матерью обезоружите их и удержите. Не поддавайтесь ни на какие слова! Доппельгангер будет убеждать вас, что он — ваш сын.

— Я не должен ему верить, — твёрдо произнёс Ричард.

— Мы будем готовы, — спокойно ответила Луиза.

Магиус указал на сражающихся, вскинул руку и выкрикнул:

— Песона!

Перед бойцами вспыхнул ослепительный свет, яркий, словно солнце. Возможно, доппельгангер и был устойчив к магии, но не к такой слепящей вспышке. Она мгновенно ослепила обоих. Оба Хумы закричали от боли и опустили мечи, потирая глаза, отчаянно пытаясь хоть что‑то разглядеть.

Не давая им времени прийти в себя, Ричард бросился на одного и повалил его на пол. Луиза нанесла резкий удар другому по челюсти. Ричард приставил меч к горлу того, кого удерживал, и ногой отшвырнул его оружие подальше. Луиза обезоружила своего противника и теперь держала его же меч у его же горла.

— Мама! — выдохнул Хума. — Слава богам! Отдай мне мой меч!

— Не делай этого, мама! — крикнул другой Хума, прижимая ладонь к ране на руке. — Это он — убийца!

Луиза бросила на Магиуса полный муки взгляд.

— И что теперь? — резко спросил Ричард.

— Сейчас я задам им обоим вопрос, — сказал Магиус. — Настоящий Хума даст верный ответ.

Он пристально смотрел на обоих, но по их лицам ничего нельзя было понять. Оба были бледны, лица искажены, в крови. Один казался встревоженным, другой — более уверенным, но это ничего не значило.

— Кто был моим учителем? — спросил Магиус.

— Наш наставник, мастер Рейнард, — ответил Хума.

Это был правильный ответ — и в то же время не тот, который был нужен.

— Мой учитель, — уточнил Магиус.

Настоящий Хума должен был понять, о чём речь, но сумеет ли он сообразить сквозь пелену боли и ужаса? Магиус ждал, напряжённо вглядываясь в него и с тревогой думая, что делать, если и этот ход не сработает.

— Лунитари! — вдруг воскликнул Хума, и в голосе его прозвучало торжество.

Магиус с облегчением выдохнул и указал на второго Хуму:

— Это чудовище!

Из коридора донеслись гулкие шаги, и в проёме показались стражники башни. Впереди шёл сэр Гаймер — в ночной одежде, в халате, с мечом в руке. На мгновение доппельгангер будто замер, решая, что делать, а потом сбросил облик Хумы. На его месте возникло высокое худое существо с серой кожей и длинными, нескладными конечностями. Лицо его напоминало бесформенный комок глины; тварь ухмыльнулась, резко вскочив на ноги.

— Кто будет следующим? — прошипела она.

Жёлтые глаза чудовища скользнули по каждому из них и наконец остановились на Магиусе. Тварь принялась лепить себе новое лицо — и на миг перед Магиусом возникло жуткое отражение, словно в искажённом зеркале. А потом это зеркало рассыпалось.

Доппельгангер вдруг захрипел, его скрутило. Изо рта хлынула кровь. Он издал булькающий крик и рухнул на пол — мёртвый ещё до того, как коснулся камня.

Ричард встал над телом, клинок его был в крови. Сэр Гаймер подбежал к ним и замер, уставившись на серое тело, лежащее в луже крови, с бесформенной, словно размокшей маской вместо лица.

— Во имя богов… что это? — выдохнул сэр Гаймер.

— Доппельгангер, — коротко ответил Магиус.

— Можете вернуться, сэр, и сообщить сэру Бенедикту, что загадка раскрыта, — мрачно произнёс Ричард. — Мой сын не пытался меня убить. Это сделало чудовище.

— Мама! Папа! — раздался по коридору испуганный крик Греты. — Я привела стражу! Я опоздала?

Она вбежала и с разбегу врезалась в Хуму, обхватив его руками так крепко, что едва не сбила с ног. Краем глаза она заметила мёртвое чудовище — и её глаза расширились. Луиза вернулась в комнату и вышла оттуда с одеялом, которым прикрыла тело.

— Мои покои неподалёку, — сказал сэр Гаймер Ричарду. — Я услышал, как Грета кричала, что на вас напал убийца, и прибежал так быстро, как смог. Вы в порядке?

— Мы в безопасности — благодаря моим сыновьям. Тем самым, которых Верховный Жрец обвинял в покушении на мою жизнь, — с горечью произнёс Ричард.

Сэр Гаймер приподнял пропитанное кровью одеяло, чтобы взглянуть на монстра.

— Доппельгангер. Это многое объясняет.

— Ничего это не объясняет! — резко оборвала его Луиза, вся дрожа от гнева. — Как эта тварь попала в башню? Кто её нанял? И почему она пришла за Ричардом?

— Надеюсь, скоро мы получим ответы, — произнёс сэр Гаймер. — Приношу свои извинения за то, что вам и вашей семье пришлось пройти через столь ужасное испытание. Я вижу, Хума ранен. Я пошлю к нему жреца Мишакаль — пусть его осмотрят.

— Благодарю, сэр, но в этом нет нужды, — возразил Хума, по-прежнему прижимая ладонь к порезу на руке. — Рана несерьёзная.

— Я сама его перевяжу, — спокойно сказала Луиза. — Не в первый раз.

Сэр Гаймер слегка улыбнулся.

— Что ж, хорошо. Ричард, я советую вам и вашей семье хоть немного отдохнуть этой ночью. Поговорим утром.

— Мы поговорим сейчас! — гневно начал Ричард.

Сэр Гаймер мягко, но решительно положил руку другу на плечо.

— Утром, Ричард, — повторил он с нажимом. — Позаботься о своей семье.

Гаймер отдал приказ стражникам унести тело в покойницкую, а затем попрощался и ушёл. На миг Магиусу показалось, что Ричард бросится следом, чтобы продолжить спор, но Луиза удержала мужа.

— Отложи это до утра, дорогой, — тихо сказала она. — В таком настроении ты только всё усложнишь. К тому же, — добавила она уже деловым тоном, — мне нужна твоя помощь: надо починить дверь. Грета, сходи в свою комнату и принеси подушки и одеяла в наши покои. Хума, пойдём со мной — я перевяжу эту рану. Магиус, ты, должно быть, совсем без сил. Тебе нужно лечь, пока ты не свалился с ног.

Она обвела всех взглядом, и глаза её наполнились слезами.

— Этой ночью наша семья будет вместе. Слава богам за это.