Наследия. Венец жизни (гет)

Орден с удвоенной силой возобновил борьбу под руководством новых командиров.

Всё, что я помнил, — это женщина, которая обнимала меня крепко, крепче, чем когда-либо. У неё были зелёные глаза, совсем как у меня, но я не мог разобрать ни слова из того, что она говорила.

— Ты должен жить, мой мальчик, мамочка здесь, мамочка здесь, я никогда тебя не оставлю, мамочка обо всём позаботится… — тихо шептала она мне на ухо.

В следующее мгновение с грохотом распахнулась дверь, а затем всё озарила зелёная вспышка. Это последнее, что я помню о той доброй женщине, что так крепко меня обнимала.

Иногда мне жаль, что мы не исчезли оба в один и тот же миг…

* * *

— Они не обращают на Гарри никакого внимания, это наш шанс, — прошептал Ремус Гермионе. Люпин выглядывал из-за угла церковной стены; Волдеморт и его Пожиратели Смерти были поглощены битвой, бушевавшей ниже по склону холма. Жестами он приказал своему отряду двигаться вперёд. Пригнувшись рядом с Артуром и его сыном Биллом, оборотень шёпотом изложил свой план их небольшой команде.

— Артур… проклятые магловские предметы — твоя специальность. Что бы там ни удерживало Гарри, оно должно быть очень мощным. Билл, прикрывай нас сзади. Эймос, наверх, прикрывай нас и предупреди, если что. Джексон, ты тоже, я хочу, чтобы все возможные углы были под прицелом. Помните… мы должны войти и выйти без шума. Грейнджер, ты должна привести Гарри в чувство… возможно, он единственный, кто сейчас сможет справиться с Драко… — мрачно закончил Ремус. Воскрешение Тёмного Лорда само по себе было ужасно, но подвластный ему элементаль мог обернуться катастрофой, и не только для магического сообщества. Мужчина посмотрел девушке прямо в глаза.

— Гермиона, ты справишься. Я в тебя верю, — добавил он, кивнув. Она ответила тем же, её лицо было полно решимости.

— Я готова.

— Хорошо, Эймос, Джексон… вперёд! — приказал он. Грейнджер, Уизли и сам Ремус последовали за ними, бросившись к фасаду здания. Волдеморт и его последователи находились менее чем в ста футах от них. Эймос Диггори и Джексон использовали левитацию «чехардой», чтобы взобраться на крышу, и пригнулись на дальнем её скате, вне прямой видимости. Артур задрал голову, глядя на Гарри, чьи глаза были закрыты, а тело медленно вращалось по кругу.

— Ремус… подними меня повыше. Мне нужно выяснить, какое проклятие сдерживает эти цепи, — тихо прошептал Уизли-старший, глядя на неподвижную фигуру, слегка раскачивающуюся на ветру.

— Вингардиум Левиоса! — пробормотал Люпин, и Артур неуверенно оторвался от земли. Он раскинул руки, чтобы удержать равновесие, но его немного сносило в сторону.

— Чуть левее! — прошептал маг, выравниваясь и оказываясь на одном уровне с бессознательным Поттером. Он осторожно коснулся кончиком палочки цепей, изучая их магические свойства. Металл слегка звякнул, и голова юноши рефлекторно дёрнулась. Артур немедленно отдёрнул палочку: оковы враждебно реагировали на любое физическое воздействие.

— Ремус, дело плохо, это проклятие Круциатус четвёртого уровня, снятие чар займёт время, — прошептал он вниз, и на его лбу уже начали выступать капельки пота. «Это, должно быть, работа Тёмного Лорда», — подумал он, скривившись. За всю свою практику с проклятыми предметами он никогда не сталкивался с таким количеством слоёв Непростительных заклятий, наложенных одно на другое. Но сейчас сомневаться в себе было нельзя, все рассчитывали, что он справится.

— Артур! Что бы ты ни делал, не активируй его! Мы и так как на ладони! — прошипел Ремус. Гермиона смотрела на отца Рона; тот выглядел крайне уязвимым, паря на виду, да и сама девушка с Люпином не были толком в укрытии. Её руки задрожали, но она заставила себя сделать несколько глубоких вдохов, мысленно подбадривая себя. Сейчас не время бояться. Оборотень чувствовал себя очень незащищённым, стоя спиной к Пожирателям Смерти, практически беззащитным, так как его палочка была занята удержанием в воздухе их специалиста по снятию проклятий. Артур кивнул ему сверху, приступая к своей тонкой работе.

Словно на него и так давило недостаточно.

* * *

Кошмары вернулись, только теперь у меня не было способа проснуться. Кто-то держал меня, отчаянно рыдая.

— Нет! Оставьте его в покое!

— Твой муж был храбрым, но глупым человеком, отвратительная черта всех вас, гриффиндорцев. Авада Кедавра!

Всё, что я видел, — это огромная, высокая чёрная фигура и пара красных глаз.

— АВАДА КЕДАВРА!

Лоб странно защипало, а затем огромная чёрная фигура исчезла.

* * *

Рон Уизли едва мог дышать. Жар Гелиопатов, казалось, обжигал сам воздух в его лёгких; адреналин бурлил в крови, пока он сражался в ночи. Его план по их уничтожению вроде бы работал, за исключением того, что одному Гелиопату требовалось больше, чем несколько заклятий Редукто, чтобы его повергнуть. Их сопротивляемость магии была почти смехотворной, но, по крайней мере, они были медлительны. Их тактика немного изменилась: вместо того чтобы целиться в центральное слабое место, они сосредоточились на области бёдер или ног. Потребовалось девять заклинаний, чтобы наконец пробить его мощную антимагическую ауру, и огромное тело рухнуло, при падении рассыпаясь на тлеющие камни.

После того как вся его команда совместными усилиями свалила две из десяти пылающих каменных глыб и он уже было поздравил себя с тем, что план идёт гладко, Гелиопаты внезапно поумнели и начали свою собственную, уникальную форму командной атаки — то, чего Рон не ожидал от таких огромных существ.

Эти ходячие громадины прыгали. И прыгали высоко. А когда они приземлялись, лучше было находиться как можно дальше.

— Четыре часа! Он взлетает! ГОТОВЬТЕСЬ, РЕБЯТА! — крикнул Фред, непрерывно охлаждая их потоками воды, пока Джордж постоянно обновлял их щитовые чары. От них всех буквально шёл пар, и одна лишь необходимость поддерживать прохладу высасывала силы больше, чем уклонение от ударных волн, когда Гелиопаты обрушивались на землю.

— Сорок футов, одиннадцать часов! СЕЙЧАС! — приказал Рон, и, как слаженная единица, его команда из трёх человек с точностью дезаппарировала и вновь появилась, всё ещё в плотном строю. И ни секундой позже, в десяти футах от того места, где они только что стояли, сокрушительная волна огня разошлась в огромном радиусе, испепеляя всё на своём пути.

— ПРОТЕГО! — крикнул Джордж, и все они пригнулись за щитовыми чарами. Ударная волна обрушилась на них, и их опрокинуло её разрушительной силой. Кашляя, Рон поднялся на ноги и огляделся: Кингсли Шеклболт и Нимфадора изо всех сил старались отвлечь внимание Драко, а нескольких других авроров, которых он не знал, подбрасывало в воздух, пока блондин смеялся, и его заклинание вулкана извергалось прямо у них под ногами. Кэссиди Хортон и Шон Криви мгновенно аппарировали рядом с упавшими телами, пытаясь использовать свои тушащие чары, чтобы не дать им сгореть заживо.

Драко снова рассмеялся, когда Нимфадора выпустила в него быструю серию Оглушающих заклятий. Он увернулся от всех в воздухе, играя со своими новыми игрушками. Его голубые глаза снова вспыхнули, когда он выгнул спину, призывая свою силу. Он зарычал, черпая из своего резервуара магии, и сжал кулаки. Они снова вспыхнули пламенем, и в глубине его сознания Волдеморт восторженно смеялся. «Глупцы, они не смогут нас остановить!»

Сделав ещё один глубокий вдох, Малфой выдохнул мощный поток огня, сотворив «Драконий Инфернус», и погнался за волшебницей, пока та уводила его от своих уязвимых товарищей. Она бежала со всех ног, пока пламя неслось за ней, и как раз когда она подумала, что полностью завладела его вниманием, аппарировала за спиной Драко, ударив заклинанием ему в спину.

— ОСТОЛБЕНЕЙ! — закричала женщина, но заклятие лишь безвредно расплескалось о его мантию.

Не поворачиваясь, он снова произнёс: «Инсендио Эруптус!», и вулкан совсем рядом без предупреждения извергся, подбросив Нимфадору высоко в небо. Её тело беспомощно трепыхалось, пока она тяжело падала на землю. Рон выкрикнул её имя, но Фред схватил его и оттащил назад.

— ОСТОРОЖНО! — крикнул Джордж. — Пятьдесят футов, семь часов! СЕЙЧАС!

Рон вовремя опомнился и аппарировал вместе со своими братьями-близнецами в относительно безопасное место. «Чёрт, это было слишком близко», — подумал он, оглядываясь на трёх Гелиопатов, которые только что рухнули в то самое место, где они были несколько секунд назад. Выхватив палочку, он и его братья-близнецы обрушили на них всю мощь своих объединённых заклятий Редукто.

— РЕДУКТО! — произнесли они в унисон, и ближайший к ним Гелиопат отшатнулся, яркое пламя вырвалось из новой пробоины, которую они только что проделали.

— ВСЕ! — крикнул Рон всем, кто был в пределах слышимости. — СОСРЕДОТОЧЬТЕСЬ НА МОЕЙ ЦЕЛИ! — взревел он, и его отряд немедленно прекратил свои отдельные стычки, и град заклинаний обрушился на ослабленного Гелиопата. Тот начал содрогаться, преувеличенно дёргаясь, куски пылающей породы откалывались, когда проклятия выбивали значительные куски камня. В конце концов нога отломилась, и он неуклюже повалился на двух других, сбив их всех в кучу тлеющих камней. — ВОТ ТАК! НЕ ДАВАЙТЕ ИМ ПОДНЯТЬСЯ!

Ещё один град взрывных проклятий обрушился на огненных демонов, и их каменные тела начали вспыхивать.

— РЕДУКТО! — снова закричал Рон, его голос охрип. И с этим последним заклинанием все трое взорвались огромным огненным шаром, ударная волна сбила с ног почти всех. — ЛОЖИСЬ! — крикнул он, и все поспешно наложили на себя личные щитовые чары, пока огненные осколки разлетались по горящему полю боя. Рон бросился на землю, закрыв голову обеими руками, чувствуя, как в его щитовые чары барабанят смертоносные куски горящего камня. У него не было времени ждать, пока град закончится, потому что в голове зазвенел тревожный звоночек.

— СОРОК ФУТОВ! 12 ЧАСОВ! СЕЙЧАС! — они снова дезаппарировали с громким хлопком.

Два других огненных демона с оглушительным грохотом рухнули туда, где они только что были, комья земли размером с человека взлетели в воздух, когда их массивные туши создали огромный кратер. Если бы они промедлили хоть на долю секунды, то были бы уже раздавлены и погребены заживо. Все три брата тяжело дышали, их лица были покрыты сажей и пеплом. Рон сделал глубокий, ровный вдох, осматривая свою команду, разбросанную по небольшим группам: одни левитировали раненых из гущи боя, другие отчаянно взывали о помощи или кричали в агонии, он не мог разобрать. Почти половина всего Ордена Феникса была либо ранена, либо без сознания. Продираясь взглядом сквозь дым и пламя, он отчётливо видел их команду медиков, аппарирующую то тут, то там, возвращающую в сознание, где это возможно, и тушащую огонь водными чарами, когда это было необходимо. Вдалеке он разглядел двух или трёх волшебников, склонившихся над неподвижными телами, их палочки медленно вращались над их грудью.

Эскадрон Нимфадоры был почти уничтожен, большинство из них получили переломы костей и тяжёлые ожоги, пока Драко без усилий играл с ними, смеясь, когда тела взлетали в воздух от его заклинаний-коктейлей Молотова и Вулкана. Только она и ещё несколько человек всё ещё сражались, хотя с точки зрения Рона это казалось тщетным. Его сестры не было на поле боя, но, судя по всему, она помогала одному из медиков, работавших в отдалении. Он яростно закашлялся, густой дым попал в рот и глаза, а интенсивный жар высасывал его силы, как огромный шприц. Ещё трое повержены, осталось пятеро. Их работа была далека от завершения, и эта незначительная победа ничего не значила, если они не смогут одолеть Малфоя, а затем и самого Тёмного Лорда. Его глаза сузились, когда элементаль метался по полю боя, его психопатический смех становился всё громче, когда он скользил низко над травой, оставляя за собой полосы пламени.

Чёрт, они не были к такому готовы. Сражаться с Тёмными волшебниками — одно, а противостоять стихии — совсем другое. Он лишь надеялся, что его отец и остальные смогут вытащить оттуда Гарри, прежде чем их всех уничтожат.

* * *

— ТЁТУШКА ПЕТТИ! ТЁТУШКА ПЕТТИ! Дадли толкнул меня! Он меня толкнул!

Это было, когда мне было около трёх лет, и я теребил широкую юбку какой-то женщины. Слёзы текли по моим покрасневшим щекам, а коленка была разбита в кровь. «БОЛЬНО!» — плакал я, ещё отчаяннее дёргая за одежду, пока кровь стекала по моей ноге. Тётушка Петти бросила на меня один взгляд и с презрением вернулась к своим делам.

— Не мешай мне сейчас, мальчик, я готовлю ужин твоему кузену, — прошипела она, стряхивая меня со своей юбки.

— ОН МЕНЯ ТОЛКНУЛ! — кричал я, указывая маленькими пальчиками на ступеньки крыльца.

— Я сказала, оставь меня в покое! — снова прошипела она, но я продолжал тянуть её за одежду, нуждаясь в утешении. Без лишних слов она подняла меня с земли и открыла чулан под лестницей. Она просто швырнула меня в кучу вонючей обуви и захлопнула за мной дверь.

— БУДЕШЬ СИДЕТЬ ТАМ, ПОКА НЕ НАУЧИШЬСЯ ДЕРЖАТЬ ЯЗЫК ЗА ЗУБАМИ! — крикнула она сквозь дверь, и я забился как можно дальше в угол. Меня заперли и забыли. Никого не волновало, когда погас свет, они игнорировали мои крики и спокойно спали всю ночь.

Может быть, именно тогда я понял, что я другой, может быть, именно тогда я понял, что моя жизнь никогда не будет счастливой.

* * *

— Как дела, Артур? — прошептал Ремус, пока пот стекал по его лбу. Если он не сможет удержать его ровно, тот может совершить ошибку, а ошибок они себе позволить не могли.

— Я прошёл через связующее проклятие, остались только заклятие, вытягивающее магию, и проклятие Круциатус… — прошептал Уизли, произнося шёпотом разные заклинания и очень осторожно постукивая по толстым цепям, сковывавшим Гарри.

— Как он? — прошептала Гермиона, и страх был очевиден в её голосе.

— Не уверен… цепи высасывают его магию… а это означает, что сейчас этим заклятиям бесконечно труднее противостоять… — палочка вспыхнула, и цепи слегка зашелестели от досады. — Ой!.. Всё, что я могу сказать, Гермиона, это то, что он без сознания, и его бьёт сильная дрожь…

Девушка прикусила губу. Их окклюменционная связь была разорвана месяцы назад, но по пульсации в верхней части лба она чувствовала, что он подвергается ментальным пыткам Волдеморта. Но она знала, что должна быть сильной и восстановить эту связь. Если она не сможет… она не будет думать об этом. Это должно быть сделано, чего бы это ни стоило.

Эймос Диггори прижался к крыше колокольни, его глаза были прикованы к четырём фигурам, которые, смеясь и хлопая в ладоши, стояли на вершине склона, наблюдая за бойней внизу. Он крепко сжал палочку в руке. «Этот… Монстр… он убил моего сына!» Он не хотел ничего больше, чем проклясть его в спину и избавить мир от этой скверны. Его напряжение нарастало, как кипящий вулкан, слепая ненависть была совсем близко к поверхности.

— Люпин! — прошипел Эймос с крыши. — Только скажи слово…

— Нет! — прошептал он в ответ. — Не раньше, чем мы заберём Гарри! И не высовывайся!

— Заклятие, вытягивающее магию, снято, — тихо объявил Артур и быстро начал бормотать длинную череду заклинаний, кончиком палочки легко касаясь определённых точек на массивной цепи. — Ещё пара минут, — добавил он, снова вытирая лоб. Он лишь надеялся, что успеет закончить, прежде чем Эймос потеряет самообладание.

Напряжение было невыносимым. Грейнджер хотелось закричать во весь голос, чтобы выплеснуть накопившуюся тревогу. Стоило одному из Пожирателей Смерти обернуться, и они все оказались бы в ловушке. Словно по сигналу, раздался отчётливый хлопок, и Волдеморт исчез. Все вздрогнули, а затем замерли на месте, ожидая, что он появится прямо рядом с ними или там, где, по его мнению, они были наиболее уязвимы. Артур чуть не выронил палочку от внезапного страха, но, сделав ровный вдох, полный решимости, он отбросил отвлекающие мысли и с нервным напряжением вернулся к работе. Ремус всё ещё держал руку в воздухе, направив палочку прямо на мистера Уизли. Он должен был удерживать коллегу неподвижно и сохранять спокойствие, остальные смотрели на него как на лидера, хотя в глубине души он хотел вступить с врагами в бой напрямую. Он тоже предпочёл бы открытую схватку, а не простое ожидание проклятия, которое отправит их в небытие. Палочка Гермионы была наготове, её чувства были обострены до предела. Двое дозорных на крыше замерли в полуприседе, готовые к бою. После почти десяти секунд мучительной тишины Ремус снова прошептал приказ Эймосу.

— Докладывай!

Диггори сотворил омнинокль и прижал его к лицу. — Подожди… я его не вижу… постой, Тёмный Лорд аппарировал вниз, в гущу битвы… недалеко от того места, где Дамблдор… — он умолк.

— Всем быть начеку… — предупредил Ремус, концентрируясь на том, чтобы удерживать Артура как можно более неподвижно. — Гермиона, усиль наши маскирующие чары… будем надеяться, они не станут приглядываться… — Она сделала, как было велено, её рука сильно дрожала, когда она шептала заклинания. Она почти не могла этого сделать… так сильно тряслась её палочка.

— ЕСТЬ! — объявил Артур. Он наконец сломал проклятие Круциатус, вплетённое в цепи. Когда проклятие пало, они начали быстро соскальзывать под весом Гарри. Слишком быстро, на самом деле.

— Вот чёрт! — сказал Ремус, всё ещё левитируя напарника высоко вверху. — Он сейчас упадёт!

— Вингардиум Левиоса! — отчаянно произнёс Артур, указывая палочкой. Он поймал Поттера в воздухе, но цепи соскользнули с него, и звук их падения на землю показался в тишине оглушительным взрывом. Все трое Пожирателей Смерти удивлённо обернулись и мгновенно выхватили палочки.

— Петрификус Тоталус!

— Протего! — рефлекторно крикнула Гермиона.

— Силенцио! — добавил Билл Уизли. — Экспеллиармус, Остолбеней и Диспариум! — палочка Годфри вылетела из его руки, оглушающее заклятие пронеслось мимо его головы, и его палочка исчезла — всё одновременно.

Лестрейндж контратаковал: — Реапариум и Акцио, палочка! — Оружие снова появилось из ниоткуда, и Лестрейндж бросил его обратно Годфри Снейпу, который только что аппарировал за укрытие сбоку от церкви. — Люмос Окклюмар Экзертимус! — Ослепительный свет вырвался из его палочки, на мгновение ослепив команду Ремуса. Выбрав самую очевидную угрозу, он нацелился на Эймоса Диггори на крыше.

— АВАДА КЕДАВРА! — крикнул Лестрейндж. Застигнутый врасплох, Эймос закричал, когда заклятие ударило его прямо в грудь. Убивающее проклятие оборвало его жизнь в одно мгновение. Его последней мыслью стали мёртвый сын и горе, которое обрушится на жену. Он свалился с крыши, упав головой вперёд на землю с глухим стуком. Джексон немедленно распластался на крыше и ответил оглушающим заклятием прямо в лицо Рудольфусу.

— Остолбеней! — закричал он, и Пожиратель отлетел назад от силы его заклятия. Но прежде чем он успел приземлиться, Антонин Долохов просто навёл палочку и прицелился.

— ЭНЕРВЕЙТ! — пробормотал он, и Лестрейндж очнулся ещё до того, как ударился о землю. Тот усмехнулся и дезаппарировал в воздухе, а затем вновь появился прямо за Гермионой и Ремусом.

— БЕРЕГИСЬ! — крикнул оборотень и направил палочку. — ПЕТРИФИКУС ТОТАЛУС! — Он попал точно, и Лестрейндж замер, его психопатическая полуулыбка всё ещё была на его лице. Ремус развернулся, целясь в Антонина, совершенно забыв, что он левитировал Артура Уизли. Раздался тошнотворный треск, когда тот упал; обе его ноги были сломаны, и Артур закричал от боли. Люпин громко выругался, но сейчас не мог ему помочь: их обнаружили, и нужно было устранить прямую угрозу. Билл Уизли сражался с Долоховым, а Джексон вёл смертельную игру в прятки с Годфри Снейпом, чья палочка дымилась, непрерывно обстреливая крышу.

Настроение Ремуса резко изменилось, их выводили из строя одного за другим, но он не собирался сдаваться.

— ГРЕЙНДЖЕР, ЗАЩИЩАЙ АРТУРА И ПОТТЕРА! МЫ ДОЛЖНЫ ВЫТАЩИТЬ ИХ В БЕЗОПАСНОЕ МЕСТО! — Как только он это сказал, всё здание с громким треском рухнуло от проклятий Редукто, которыми Снейп обстреливал его. Джексон закричал, падая навстречу смерти, его пронзила зазубренная деревянная балка. Ремус выкрикнул его имя, но уже ничем не мог ему помочь. Теперь сражались только Билл и он сам. Гермиона пригнулась над Гарри, положив ладонь ему на лицо. Артур полз, чтобы укрыться за церковной стеной, пытаясь выбраться из боя. Девушка направила палочку на друга и быстро подняла его в воздух. Она перенесла его за угол здания, опустила, затем сделала то же самое для мистера Уизли, пригибаясь от случайных вспышек магии, пролетавших мимо, пока Ремус и Билл сражались со Снейпом и Долоховым. Снова присев рядом с Гарри, она изо всех сил пыталась очистить свой разум, что было почти невозможно, ведь смерть могла поджидать за углом. Собравшись с духом, она опустилась на колени рядом с ним, взяв его руки в свои.

Сделав глубокий вдох, она тихо прошептала: — Легилименс!

* * *

Великолепно. Просто восхитительно.

Волдеморт неспешно прогуливался по полю боя, наслаждаясь возможностью снова ходить по этой земле. Он сделал глубокий вдох. Ах да, запах безнадёжности, ощущение, что это конец. Он смеялся над бойней вокруг, а его новый ученик полностью уничтожал этих несчастных волшебников, оставляя за собой огненный след, когда проносился над полем боя. Гелиопаты медленно брели к своим крошечным противникам, швыряя массивные валуны в мечущихся волшебников. Какая удача! Всё, чего он хотел, — это смерти Поттера, и теперь он получил его, а вдобавок — Дамблдора, аврора Грозного Глаза и нового элементаля в своё распоряжение.

Действительно, отличная сделка.

Тёмный Лорд снова рассмеялся, когда четыре тела взлетели высоко в воздух, подброшенные его новым учеником. О, как же он скучал по своему великому прадеду. Николай Малфой научил его некоторым свойствам элементалей Инфернус, и, что самое важное, как сделать себя неуязвимым. Он был великим волшебником, и в школьные годы в Хогвартсе Том Риддл видел в нём источник вдохновения. Решив немного развлечься, Лорд направил палочку на одно из падающих тел и пробормотал своё гравитационное заклинание.

— Денсифай! — рассмеялся он, и тело внезапно резко ускорилось, падая с огромной скоростью, мышцы и кости разлетелись вдребезги, когда хрупкое человеческое тело врезалось в землю. Он снова рассмеялся, энергично аплодируя. Это было довольно интересно: иногда открытие нового способа убивать было лучше, чем само убийство. Он прошествовал к месту, где когда-то глупо стоял Дамблдор и уничтожил призыв десятого уровня своего призывателя. Это было впечатляюще, но старый дурак должен был знать, что ему никогда не победить меня.

Меня, Лорда Волдеморта…

Внезапно, словно щёлкнул выключатель, он больше не чувствовал разум Поттера. Маг замер, склонив голову набок, будто прислушиваясь к падению булавки. «Грязнокровка! — мысленно выругался он. — Поиграть захотела? Что ж, прекрасно».

Он закрыл глаза и яростно пробормотал: — Легилименс!

* * *

Гермиона снова оказалась в том ослепительно-белом пространстве, на самом краю сознания Гарри.

Она была одна, это место было бесконечным; у него не было ни начала, ни конца.

«Гарри!»

Тишина.

«ГАРРИ-И-И!»

Вдалеке материализовалась бледная фигура, похожая на очень маленького мальчика, свернувшегося калачиком в углу и плачущего.

«Это ты?»

Она побежала к нему, но как бы сильно она ни старалась, ей казалось, будто она бежит на месте в замедленной съёмке.

Перед ней внезапно возникла тёмная фигура в капюшоне, демоническое присутствие в глубинах разума маленького мальчика…

— Ты — помеха, грязнокровка. На этот раз ты его не спасёшь.

Гермиона замерла и отчаянно стала искать способ сбежать. Она не была готова к дуэли, ещё нет.

— Как ты хочешь умереть? — усмехнулся высокий холодный голос. — Круцио!

Она закричала, но из её рта не вырвалось ни звука.

Снова и снова высокий голос проклинал её, и она корчилась на земле… невероятная боль терзала её тело… она не выдержит…

«Гарри… прости…»

* * *

— Гермиона!

Артур Уизли отчаянно тряс девушку, её тело неконтролируемо дрожало, пока она держала руки Гарри, её спина была прямой как стрела, а глаза беспорядочно двигались под веками. Он пытался разжать её пальцы, но как бы ни старался, не мог заставить её отпустить. Он заключил, что между ними идёт внутренняя борьба, и создал сильный материальный щит вокруг подростков. Это было всё, что он мог сделать, он выбыл из боя.

— Сражайся, милая. Не сдавайся, — прошептал он, скорее себе, чем кому-либо ещё.

* * *

Всю ночь лил дождь, и я лежал на пыльном полу чулана, отгоняя жуков, выползавших из крошечной трещины в стене. Я был в закутке, где лестница встречалась с полом, боясь груды обуви, которая так походила на чудовище из моих кошмаров. Я старался держаться как можно дальше, но прятаться было негде.

Неужели никто не придёт и не спасёт меня?

* * *

— Ты и вправду могущественна, моя дорогая, — усмехнулся холодный голос.

Гермиона лежала лицом вниз, одежда была полностью сожжена с её тела. Струйки магической энергии сочились из неё, закручиваясь в бесконечное ничто.

Он поставил ногу на её обнажённую спину, триумфально нацелив на неё палочку.

— Если бы я только знал, что твои способности так велики… Поттер кажется ничтожеством по сравнению с тобой. Этот дурак Дамблдор никогда не знал, что было у него под носом. Какая жалость. В следующий раз, когда я столкнусь с Божественным Призывателем, я буду готов. Прощай… юная особа…

Глаза девушки дрогнули и открылись, и она подняла голову, глядя сквозь затуманенное зрение.

Она протянула руку к маленькому мальчику в углу, её пальцы дрожали, пока боль пронзала её тело.

— АВАДА КЕДАВРА! — крикнул он, и Гермиона обмякла, её жизнь угасла, как свеча на ветру…

* * *

Артур жадно наблюдал за ней, когда, наконец, её мышцы расслабились, и она выпустила руки Гарри. Медленно всё её тело завалилось набок, безжизненно осев на землю. Он искал пульс, отчаянно зовя её по имени. Пульса не было.

— НЕТ!

* * *

Тяжёлые шаги загрохотали на полу наверху, и я понял, что чудовище проснётся и съест меня.

Я пытался закричать, но мой маленький голос был слишком охрипшим, чтобы кричать ещё.

Оно подходило всё ближе и ближе, и я крепко обнял колени, игнорируя болезненную рану на них.

Не ешь меня! Кто-нибудь! Помогите!

* * *

— Теперь нет никого, кто мог бы меня победить. Поттер… пришло твоё время. Ты доставил слишком много хлопот за эти годы…

Волдеморт направил палочку на рыдающего мальчика, но внезапно замер. За его спиной исходил мощный поток силы. Он медленно обернулся и заслонил глаза от ослепительного света.

— Невозможно!

Поток чистейшей магической энергии хлынул из разрыва в белом бескрайнем небе, омывая Грейнджер своим светом.

Она воспарила в этот магический ливень, изящно раскинув руки к небесам.

Тёмный Лорд прищурился, глядя на светящуюся фигуру — и на поразительные серебристо-белые глаза.

…Ты не прав. Гарри Поттер будет жить…

Сплетая руки и пальцы в мистическом ритуале призыва, гармоничный голос начал разноситься по подсознанию юноши. Её рот открылся в безмолвном заклинании, и мягкий магический свет окутал её тело. Ангел, ярче солнца, спустился из разрыва в небесах, его величественные крылья широко раскинулись. Ангел завис перед Гермионой, его Святое Копьё было наготове.

Девушка отдала приказ атаковать.

… Ресусцитариус Кедавра!..

Волдеморт мгновенно исчез, разорвав окклюменционную связь, пока не стало слишком поздно.

Гермиона мягко улыбнулась, её пальцы манили к себе маленького мальчика из его укрытия вдалеке.

….Восстань… любовь моя… и сражайся…

* * *

Глаза Гарри Поттера распахнулись, и он резко сел, судорожно хватая ртом воздух. Он лихорадочно оглядывался. Где он? Первое, что он увидел, — это громко рыдающего Артура, отчаянно вцепившегося в Гермиону, слёзы текли по его лицу… Гермиона? Что она здесь делает? Он схватил мистера Уизли за плечи и оттащил его.

— Что? — сказал тот, совершенно потрясённый, увидев парня в сознании.

— С НЕЙ ВСЁ В ПОРЯДКЕ? — закричал Гарри, его паника перехлёстывала через край.

— Я… я… Гарри… мне… мне жаль… она… — пробормотал мужчина. Поттер не хотел верить… он отчётливо чувствовал её присутствие в своём разуме… как тогда, летом. Он оттолкнул Артура и взял её на руки. Его глаза расширились: она была едва жива!

— Миона? — тихо сказал он. — Миона? Проснись! — повторил он, уже настойчивее. Наконец она пошевелилась и тихо застонала.

— …унннгх…

— Невероятно, — благоговейно прошептал Уизли. Она была мертва. Он не ошибся… как, во имя всего святого… — БЕРЕГИСЬ! — закричал он: Лестрейндж освободился от проклятия, которое наложил на него Ремус, и направил свою палочку.

— АВАДА КЕДАВРА!

Инстинктивно Гарри отпрыгнул в сторону, перекатившись к Лестрейнджу. Даже не думая, он вскочил рядом с ним и схватил его руку с палочкой. Ухватившись за большой палец и шагнув за спину более крупного мужчины, он резко дёрнул его запястье вверх, ломая палец в двух местах. Вдавив сломанную руку в центр спины Лестрейнджа, он сильно ударил его под колено и заставил его упасть на колени. Без дальнейших церемоний он схватил его запястья обеими руками и вывернул их вверх, одновременно пнув его ногой в поясницу. Используя весь свой торс как рычаг, юноша провернул предплечье Пожирателя по часовой стрелке, сломав ему запястье с резким хрустом. Не колеблясь, он толкнул всю руку вперёд и вниз, вывихнув плечо, сустав которого изогнулся под неестественным углом.

Глаза Артура расширились, он едва успел поднять палочку, как Гарри уже впечатал противника лицом в землю. Боже правый, если бы он не видел своими глазами, как тот двигался, то подумал бы, что это какое-то заклинание заставило его быть таким быстрым. Его лицо начало заливаться странным румянцем, а волосы на предплечьях затрещали от энергии. Сохраняя карающую хватку на сильно повреждённой руке, гриффиндорец нанёс злобный удар ногой по голове.

Затем ещё один, и ещё, пока Артур наконец не остановил его.

— Остолбеней! — крикнул он, погружая Лестрейнджа в кровавое оцепенение.

— Вы с этим справитесь? — мрачно спросил Поттер, его глаза начинали светиться. Уизли забрал палочку Лестрейнджа из его руки и сотворил кандалы, чтобы связать ему руки и ноги.

— Да, я смогу за ним присмотреть, но, Гарри, что с тобой происходит? Откуда ты знаешь, как это делать…

Тот поднял руку перед собой, его волосы шевелились в дымном ночном воздухе. Меч Годрика Гриффиндора зашелестел в высокой траве, а затем внезапно взмыл в воздух. Он сорвался с места, где Драко выбил его из рук, на другом конце поля боя. Он двигался подобно молнии, отвечая на зов своего хозяина, размытым пятном прочертив облачное ночное небо.

Клинок пронёсся сквозь разрушенное здание и влетел прямо в его руку. Древняя сила пробежала по его телу, и волосы тёмным облаком взметнулись, боль временно исчезла. Взглянув на свою сражённую возлюбленную, его лицо исказилось от ярости. «Только не она. Только не снова». Вместо того чтобы пытаться сдержать себя, он позволил всей своей ненависти накопиться внутри, мышцы на его щеке подёргивались.

Отбросив все запреты, всё разумное мышление, он вытащил меч из ножен. Его глаза теперь яростно пульсировали, и когда он заговорил, из его уст зазвучал другой голос.

— Мы готовы. Скоро всё закончится. — Он повернулся и ушёл.

Артур заметно сглотнул, но ничего не сказал. Он усилил обезболивающее заклинание на своих сломанных ногах, отчаянно пытаясь не потерять сознание. Его глаза сузились, когда он посмотрел на едва узнаваемое лицо Рудольфуса.

«Неужели это то состояние транса, о котором говорил Малфой после Хогсмида?»

* * *

Волдеморт поднялся с земли, его голова пульсировала от боли. Она почти убила его. Этого он не ожидал. Ему придётся убедиться, что её смерть будет как можно более мучительной. Коснувшись татуировки на правом предплечье, он приказал своим верным последователям.

«Ко мне».

Он стоял, ожидая, что они немедленно аппарируют. Когда этого не произошло, он заключил, что Поттер действительно сбежал.

* * *

Ремус всё ещё сдерживал Долохова, в то время как Билл обменивался ударами с Годфри Снейпом в рукопашном бою. Парализующее проклятие Долохова частично сработало, и в результате Люпин потерял контроль над правой стороной тела. Он тяжело опёрся на стену, его щитовые чары принимали на себя большую часть ударов заклятий.

Что, впрочем, не сильно помогало, потому что заглушающее заклинание Ремуса периодически включалось и выключалось, и половина проклятий Долохова была неэффективна. Оборотень просто безвольно прислонился к стене, его палочка была вне досягаемости щита. Если бы он потянулся за ней левой рукой, то оказался бы без защиты и стал бы покойником. Снейп только что сильно ударил Билла между ног, и молодой человек согнулся от боли. Долохов наконец сообразил и контрзаклятием снял его заглушающие чары, и теперь приближался к нему неторопливо, широко улыбаясь в триумфе.

— Ну что, оборотень, похоже, весь ваш орден потерпел неудачу. Последние слова?

Ремус увидел, как высоко над головой промелькнул меч, и мрачно улыбнулся. У них ещё может быть шанс.

— Не стоит их недооценивать… это далеко не конец.

— Их? — громко рассмеялся Долохов. — Ты имеешь в виду этих детей?! — С презрением он направил палочку. — Интересно, ну, если это всё… — В этот момент раздался леденящий кровь предсмертный крик. Он обернулся, звук был похож на крик Снейпа… Ну, половины его, поправил он себя. Торс Снейпа лежал в нескольких футах позади него, а его поясница и ноги всё ещё стояли рядом с рыжеволосым мужчиной. Он поморщился: очень отвратительно, но прекрасный способ умереть. Волосы на его затылке внезапно встали дыбом, словно под высоким напряжением.

Что это было?

— Петрификус Тоталус! — крикнул Люпин, когда Долохов повернулся к нему спиной.

— Очень по-слизерински, профессор, — сказал хриплый голос, одобрительно кивнув на внезапную атаку Ремуса.

Антонин Долохов не успел даже вскрикнуть, как его голова покатилась по склону, ведущему к церкви.

* * *

Рон Уизли думал, что всё кончено. На ногах осталось всего девять человек, и он с братьями изо всех сил пытался увести всех с поля боя. Они должны были быть готовы к отступлению, как только Ремус выберется. У всех троих братьев Уизли волосы были опалены огнём, а одежда с головы до ног покрыта дымящейся сажей. Драко парил высоко над головой, небрежно сбрасывая огненные бомбы Молотова, играя с ними, как с рыбой в бочке.

Рон взглянул на маленькие фигурки вдалеке: он лишь надеялся, что его сестре больше повезёт в попытках сохранить жизнь остальным. Что-то странное привлекло его внимание… издалека доносился мистический звук… звук, который он слышал однажды на втором курсе…

Этого не может быть…

Он широко улыбнулся и указал в небо.

— Смотрите! — крикнул он и громко рассмеялся. Он знал, что у его директора всегда есть козырь в рукаве.

Джинни ухаживала за своим старшим братом Чарли, когда в её голове раздался знакомый голос.

«Ты должна быть готова, когда я подам знак. Ты сможешь».

Она внезапно замерла. «Что? Этот голос похож на…» Без лишних слов она рванула обратно на поле боя и бросилась на землю; её глаза отслеживали Драко Малфоя, парящего над битвой.

* * *

Гарри опустился на колени рядом с задыхающимся Ремусом Люпином, пытаясь снять парализующее проклятие. Тот чувствовал себя очень неловко, всё его тело реагировало на близость странной магии юноши.

— Бесполезно, Гарри, — хрипло выдохнул Ремус. — Это половинчатое заклятие… обычные контрпроклятия не сработают. Оно со временем пройдёт. Ты должен помочь Нимфадоре и остальным! — приказал он. Гриффиндорец не терял ни секунды. Он бросился вниз по холму, они всё ещё на него рассчитывали… внезапно он почувствовал, как над головой пронеслась огромная сила, певучая мистическая нота пронзила треск огня.

Огненная птица пронеслась низко над полем боя.

Он почувствовал, как его палочка наполнилась магией, и в сердце своём понял, что они победят.

* * *

Волдеморт ждал, когда к нему присоединятся его люди, когда услышал этот ужасный звук. Звук, который он всегда ненавидел, единственное, что преследовало его в кошмарах, когда он был низведён до ничтожества на четырнадцать лет.

— НЕТ! — закричал он, указывая палочкой на ослепительно красную птицу. — УБИРАЙСЯ ОТСЮДА! — крикнул он, словно это было глупое животное.

Фоукс, феникс, пронзительно закричал, стремительно уходя в крутое пике. Он рухнул в пепел Директора и взорвался огромным шаром огня феникса, создав огненный столп, устремившийся в ночное небо и дальше.

— Этого не может быть… — прошептал Тёмный Лорд, ужас пробежал по его венам.

«О, ещё как может… я не раз говорил тебе, что ты НИКОГДА не победишь Альбуса Персиваля Вульфрика Брайана Дамблдора…»

Он громко зашипел на громовой голос, исходивший из пламени.

— Я уничтожу тебя, клянусь Мерлином, Я КЛЯНУСЬ! — взревел Волдеморт, поднимая палочку.

Огонь феникса рассеялся, и из пламени вышел человек. Рон вгляделся сквозь дым, этого не могло быть…

— Профессор Дамблдор? — сказал он в полном изумлении.

Из пламени вышла фигура, но это был не хрупкий старик старше ста лет. Этот мужчина был в расцвете лет, с короткими иссиня-чёрными волосами. Он стоял гордо, обнажённый и безоружный, но Рон видел тот же старый огонёк в его глазах, мощную ауру Альбуса Дамблдора было невозможно спутать.

— Тебе ещё многому предстоит научиться, Том, — величественно сказал маг, и на его бледной коже материализовались боевое облачение и мантия Феникса. Его волшебная шляпа появилась последней, и он лихо сдвинул её набок. — Очень многому, но твоё существование очень скоро прекратится. — Дамблдор сказал это, даже не изменив тона, как будто это было что-то само собой разумеющееся.

— Что? Ты пытаешься победить меня простыми словами? Ты беззащитен! Малфой! Убей его! — закричал злодей.

Драко повернулся на зов хозяина и с невероятной скоростью устремился к Альбусу Дамблдору, его глаза пылали огнём. Рон Уизли увидел крошечную фигурку вдалеке, летящую в нескольких метрах над землёй, быстро набирающую скорость… и прямо на них…

— ОСТОРОЖНО! — крикнул Рон своим братьям, когда Драко пронёсся мимо, а звуковой хлопок оставил за собой ударную волну. Братья Уизли отпрыгнули в сторону, высокие языки пламени, оставленные выхлопом Драко, разделили их пополам. — Он летит за профессором! — крикнул он в тревоге. Оглядевшись, он отчаянно искал способ остановить его.

— ГДЕ, ЧЁРТ ВОЗЬМИ, ЭТОТ ПРОКЛЯТЫЙ СНАЙПЕР?!

* * *

Джинни Уизли лежала неподвижно в высокой траве, покрытая пеплом, падавшим, как чёрный снег. Её правая рука, державшая палочку, надёжно лежала на другом предплечье. Спина была слегка выгнута, обе ноги широко расставлены. Дым застилал ей зрение, жар обжигал бледную кожу. Всё это не имело значения, пока она готовилась к одному из самых сложных магических приёмов, которые когда-либо пробовала. Было хорошо известно, что её техника владения палочкой в занятиях ОД уступала только Гарри, но в целом она была далеко не так сильна, как юноши. Но когда этот голос позвал её, они поняли, что именно она должна это сделать.

Сделав глубокий вдох грязного воздуха, она закрыла левый глаз, прищурившись, целясь вдоль древка палочки, подбородок покоился на правом бицепсе. Её твёрдая рука напряглась, и всё её существо расслабилось, её разум отключил всё, кроме того размытого пятна огня почти в трёхстах ярдах от неё.

* * *

Дамблдор полностью доверял своим ученикам. Он стоял гордо, пока юный Малфой нёсся вниз по склону; его глаза и руки извергали огонь. Пламя следовало за ним по земле, как пылающий хвост, и маг напрягся, когда тот устремился к нему. Он сосредоточился на разуме своей юной ученицы, её способностях и необходимом времени реакции. «Пятьсот футов… это будет на пределе».

3….

Джинни выдохнула воздух, который задерживала, медленно выпуская его из губ. — ГОРИ В АДУ! — хихикнул Волдеморт. Дамблдор лишь улыбнулся… теперь двести футов…

2….

Она сделала ещё один вдох… задержала его…

1….

— Сейчас, — прошептал директор. Враг поднял бровь.

Джинни выпустила задержанное дыхание, призывая всю магию, имевшуюся в её распоряжении.

— Остолбеней!

Вдалеке вспыхнуло, и шипящая красная молния пронеслась через поле боя, дым рассеивался, когда она мчалась сквозь густые облака. Рон Уизли не поверил бы, если бы не увидел это собственными глазами. Фред лишь ухмыльнулся, а Джордж подпрыгнул в воздух, вскинув кулак в триумфе.

— ДА!!!

В нескольких футах от Альбуса Драко сбили с неба, он кубарем полетел вниз, врезавшись в землю. Дамблдор посмотрел вверх, на палочку ученика, которая кувыркалась в воздухе, падая с неба. Словно всё было по плану, он раскрыл ладонь, и она аккуратно упала в неё. Прочистив горло, он сказал Волдеморту весёлым голосом:

— Вы что-то говорили о том, что я «безоружен»?

Тот уставился на него, глаза горели ненавистью. Направив палочку на Дамблдора, он начал неудержимо смеяться.

— ГЛУПЕЦ! ЛИШЬ ОДИН МОЖЕТ ПОБЕДИТЬ МЕНЯ! Я УЗНАЛ О ПРОРОЧЕСТВЕ ИЗ РАЗУМА МАЛЬЧИШКИ, И Я УЖЕ СЛОМИЛ ЕГО! ТВОИ СЛОВА БЕССМЫСЛЕННЫ! — хихикнул он. — Я БУДУ ИМЕТЬ УДОВОЛЬСТВИЕ УБИТЬ ТЕБЯ СНОВА!

Дамблдор лишь усмехнулся. — Сломил его? Оглянись…

Волдеморт обернулся и не мог поверить своим глазам. Гарри Поттер спокойно шёл через поле боя, направляя палочку на Гелиопатов одного за другим, его заклинание Редукто уничтожало их одним-единственным ударом. Его глаза сияли ослепительно белым, пока он брёл среди Огненных Демонов, их тела взрывались огромными вспышками на его пути. Когда на поле боя остались лишь тлеющие камни, он спокойно подошёл к своему врагу, направив палочку прямо на Лорда Волдеморта.

— Дамблдор! Он мой. У нас есть незаконченное дело, Риддл.

Волдеморт запаниковал, пока не увидел массивную фигуру, падающую с неба из-за спины Поттера. «Дурак. Он забыл одного, последнего, который точно его раздавит!»

— Подойди, убей меня, если сможешь, — усмехнулся он. «Да, иди, мальчик, спеши на свою смерть…»

Гелиопат камнем рухнул с высоты прямо на Гарри, и Дамблдор уже начал поднимать палочку. Он закричал в предупреждении: — БЕРЕГИ-…

Он мог и не беспокоиться. Гарри лениво обернулся и направил палочку прямо на него. Оружие начало светиться, и он заговорил тем странным голосом.

— Иммобилус.

Огромная масса горящего камня замерла в воздухе, всего в нескольких метрах над головой парня.

— Эванеско, — спокойно сказал он, и в следующую секунду тот бесследно исчез. Немногие оставшиеся бойцы ахнули от изумления. Он снова обратил свой взор на Волдеморта, который стоял, оцепенев от увиденного. Гарри продолжил свой спокойный путь к врагу, его тело излучало магию.

— Мы вызываем тебя на дуэль.

Весь Орден Феникса замер в мёртвой тишине, и Волдеморт рассмеялся, чтобы скрыть свой страх.

— ЧТО? — закричал он. — ОЧЕНЬ ХОРОШО, АВАДА КЕДАВРА!

Произошло размытое движение, и Гарри Поттер появился всего в нескольких футах перед своим врагом.

— Слишком медленно, колдун.

— ЧТО ЭТО ЗА МАГИЯ?! АВАД... — начал он.

Юноша протянул руку и выхватил палочку из его хватки, сломав её пополам с резким хрустом! Волдеморт был ошеломлён. Его рот открылся от шока, и он не мог ничего сделать, кроме как тупо смотреть, как противник отбрасывает обломки. Дамблдор просто рассмеялся ему в лицо. Тёмный Лорд что-то пробормотал, когда Гарри встал перед ним, его глаза ярко светились. Гриффиндорец усмехнулся так называемому «Тёмному Лорду». Его магическая чувствительность уловила всплеск силы от Риддла: он пытался сбежать?

Гарри лишь рассмеялся ему в лицо, и безмолвным заклинанием Тёмный Лорд воспарил в воздух, царапая пальцами невидимую хватку, сжимающуюся на его шее. Волдеморт бился в железной хватке, его ноги отчаянно дёргались. — Как?.. Что это за магия? — прохрипел он, совершенно сбитый с толку. Он потерял всю свою хладнокровную внешность, и чистый страх пронзил его.

— Не магия. — Победитель вонзил меч в грудь Волдеморта. Глаза того вылезли из орбит, и руки медленно обхватили лезвие, пытаясь вытащить его.

— Так предсказано, — просто сказал Гарри. Мощным толчком он пригвоздил его к земле. Ещё одним бормотанием губ он призвал Инфернус, используя меч как проводник. — Гори в аду.

Волдеморт закричал, когда всё его тело охватило пламя, пока не осталось ничего, что могло бы гореть. Ореол Жизни выпал из его мантии, прокатившись по краю несколько раз по кругу, пока не упал и не замер. Подняв его, Гарри медленно погасил свет в глазах и устало оглядел поле боя.

Всё было кончено.

Драко лежал неподвижно в траве, а Рон и остальные медленно подходили. Чары Солидус рассеялись, и его пальцы разжались, меч упал на землю.

— Наконец-то… всё действительно кончено… — простонал он и рухнул навзничь, его тело, исчерпав все пределы, не выдержало такой мощи. — Ненавижу эту часть… — пробормотал юноша, прежде чем отключиться от перенапряжения.

Дамблдор опустился на колени рядом с ним, убедившись, что он в порядке. В очередной раз тот был очень близок к смерти, но старый волшебник знал, что паниковать не стоит. Он выживет. Альбус громко вздохнул, ему было жаль Гарри. Да, всё кончено, но у этой ночи будут последствия.

Он поднял глаза к небу.

«Аластор, мой дорогой друг… прощай».