Последний Феникс (джен)

Обещавшая быть пораньше Гермиона пришла к семи. Стремительно перекусив, она вихрем спустилась в библиотеку, застав Гарри за чтением «Магических практик кельтов».

—Нашла что-нибудь интересное? — осведомилась она у Поттера.

—И да и нет, — задумчиво ответил он. — Да, нашёл, да, пожалуй, что интересное, но… к нашему делу относится весьма опосредованно.

—Ясно, — коротко ответила она и перевела взгляд на книгу в его руках. — Кельтов ты выбрал не зря.

—Конечно, не зря, полдневника на огамическом письме, — исподлобья взглянул на неё Гарри.

—Это само собой, но! Я сегодня нашла вот что, — она положила перед Гарри небольшой туристический путеводитель по Британии. — Дешёвая брошюрка для маглов, продаётся в сувенирной лавке на перекрёстке у Министерства.

—Особенно хорошо смотрится рядом с этим, — он подвинул к Гермионе «Тайны искусства перерождения материй» тысяча триста сорок седьмого года. — Отлично дополняют друг друга.

—Ты послушай! Я вчера не могла разобрать, что это написано, то ли чернила потекли, то ли я к ночи не соображала, но вот… — она открыла дневник Александра и показала на группу элементов в виде пересекающихся черт. — Это оказалось очень просто! Это «Колесо года»!

Гермиона очень радовалась своему открытию, но Гарри вообще перестал понимать, что происходит.

—Ты говоришь, что это переводится как «Колесо года»? Имеешь в виду кельтские восемь значимых дней в году, связанных с циклом природы?

—Да! В этом путеводителе они описываются для туристов. Конечно, маглы считают это всё религиозными заблуждениями необразованных предков, но некоторые чтят как традиции…

—Но мы не маглы, так? И эти восемь дней в году были определены кельтскими жрецами как дни особенной силы магии, — закончил за неё Гарри.

—Не просто особенной силы! В эти дни проводились разные ритуалы и обряды…

—В том числе с кровавыми жертвами, да, я только что прочитал об этом, — перебил её Гарри, передавая ей книгу.

—Дай мне закончить, — строго сказала Гермиона, и Гарри поднял руки ладонями наружу. — В эти дни магия не просто проявляется сильнее, она становится более… проводимой.

Гарри, так и сидевший с поднятыми руками, вопросительно на неё посмотрел.

—Ты же занимался артефактами?

Гарри кивнул.

—Опусти уже руки и говори нормально!

—Тебе не угодишь! — наигранно возмутился Гарри. — Но да, я понял, о чём ты говоришь. В ритуалах для создания артефактов очень важны выбранные дни, фаза луны, положение звёзд. От этих и многих других факторов зависит то, насколько сильным и долговечным будет артефакт.

—Верно, как и много для чего другого. Ритуал, который мы с тобой провели вчера, мы ждали для него новолуния, так? На десятый день лунного цикла собирали травы и так далее. К чему это я… Магия, как и природа, циклична. В разные дни года и в разные фазы луны она ведёт себя по-разному. Волшебники замечали это тысячелетиями.

—Это всё мне известно, Гермиона. Под проводимостью ты имеешь в виду способность живых и неживых объектов к восприятию, накоплению и хранению магии?

—Если коротко, то да. И эта способность меняется в зависимости от времени. И в дни «Круга года» она наиболее выражена.

—Ладно, дни наиболее выраженной проводимости магии, допустим, — Гарри делал заметки на длинном свитке. — Вчера мы говорили о возможности трансфигурации магической энергии, и это та часть, которая написана на рунах Футарка, так?

—Да, поэтому мне и кажется, что это будто бы два разных текста, будто их писали разные люди. К сожалению, я никогда не видела, как Алекс пишет рунескрипты, и не могу сказать, его ли это почерк.

—Что если писал всё же он один, но источники информации были разные? Рунная часть — из германских и скандинавских источников, огамическая — из кельтских. Он собирал знания разных культур, времён, народов и записывал их в оригинале, без перевода, — высказал предположение Гарри.

—Или перевод ему был не нужен, или он не хотел, чтобы дневник было легко расшифровать… Или… — Гермиона сделала паузу, — при переводе теряется смысл. Такое может быть, я уже говорила, руны толкуются по-разному в зависимости от порядка и комбинации. Вполне вероятно, что дословно это перевести на английский просто невозможно.

—Невозможно… — повторил за ней Гарри и вздохнул. — Я уже немолод и, наверное, не доживу до момента, когда всё станет наконец-то легко, просто и понятно. Если, конечно, не считать простой и понятной смерть.

Гермиона не ответила. Они продолжили расшифровывать дневник, время от времени обращаясь к библиотечному каталогу и призывая очередную книгу. Вскоре вошедший в библиотеку не увидел бы их за стопками книг.

Гарри не был так силён в переводах, как Гермиона, поэтому взялся скрупулёзно записывать все их идеи, зацепки и выводы. Он же искал информацию в других книгах и делал в них закладки, которые аккуратно маркировал и вёл на отдельном пергаменте реестр, по которому можно было бы легко отыскать нужную цитату.

—Я впечатлена твоими способностями к организации научного исследования, — произнесла Гермиона. — Если бы ты так же готовил эссе в школе, я бы сильно уступила тебе в успеваемости.

—Почему-то многие считают, — не отвлекаясь от сортировки пергаментов, ответил Гарри, — что работа в Аврорате — это только сражения, что особенной разницы между аврором с палочкой и троллем с дубинкой нет. Подготовка оперативных групп Отдела правопорядка занимает полгода, авроров мы готовим два, а в Британии — три. Как ты думаешь, почему?

—Я не думаю, я знаю, — сказала Гермиона. — Структурно Аврорат находится в моём подчинении.

—Но только структурно, не так ли? Глава Аврората не отчитывается тебе и участвует в министерских собраниях на правах главы отдела. По факту Аврорат подчиняется напрямую Министру.

—Да, — согласилась Гермиона. — В моих полномочиях только принятие решений о передаче дел в Аврорат.

—В целом Аврорат, конечно, не Отдел Тайн, но научные исследования, поиск информации о тёмно-магических практиках и способах борьбы с ними — это основной вид нашей деятельности. Знания в этом деле часто важнее, чем боевые навыки. Не знаю, как в Британии, у меня было целое исследовательское подразделение. Если не умеешь работать с текстами, не раскроешь ни одного дела.

—Гарри Поттер, который всегда рвался в бой, научился сидеть и читать книги. Каких только чудес не бывает, — усмехнулась Гермиона.

—Пришлось находить компромиссы, — пожал плечами Гарри. — Вот тут у тебя что получилось? Время силы?

—Место силы, — поправила Гермиона. — Руны описывают источники первородной магии, о которых мы вчера говорили.

Гарри задумался, глядя на свои записи.

—То есть руны — о пространстве, а огамическое письмо — о времени?

—Получается, что так, — Гермиона нахмурилась. — Причём, смотри, есть самые известные в мире места, которые кельтские друиды использовали для своих обрядов, например, Стоунхендж, но описанные здесь географические точки мне неизвестны. Возможно, это сравнительно новые открытия.

—Или даже открытия самого Алекса? — Гарри испытующе посмотрел на неё. — Могли они с Марией заниматься поиском мест силы?

—Они ездили в командировки, — согласилась Гермиона. — После рождения Артура реже, но до этого… достаточно регулярно.

—Артур у них поздний ребёнок? — продолжал расспрос Гарри.

—Сравнительно. Алексу было больше тридцати. Почему тебе это интересно?

—Пытаюсь прикинуть, как много времени они могли потратить на поиск таких источников магии.

—Не могу вспомнить, когда он начал ездить, после начала работы в Отделе Тайн… — нахмурилась Гермиона. — Рози тогда сдавала СОВ, а я начинала работать в ОМП, так что была не очень внимательна к жизни Джинни и Алекса, — последнее она произнесла виновато.

—Никто не сделал для них больше, чем вы с Роном, тебе не за что себя винить, — сказал Гарри, положив руку ей на плечо. — Я тебе бесконечно признателен.

Гермиона накрыла своей ладонью руку Гарри.

—Так или иначе, нам известно, что между началом работы Алекса в Отделе Тайн в две тысячи двадцатом и рождением Артура в две тысячи тридцать четвёртом он мог объездить весь мир сто раз, — после паузы продолжила она. — И, видимо, записал свои открытия сюда. Вообще, мы могли бы, наверное, узнать об этом подробнее у его напарника, ведь в то время он работал с мистером Гренном.

—Хочешь пойти с этим к Министру? — удивлённо воззрился на неё Гарри. — И что ты скажешь? «Нашла нечаянно записи племянника, решила изучить и вот тут что-то не поняла»?

—Звучит глупо, согласна, — покачала головой Гермиона. — Но больше нам не у кого спросить о командировках Алекса во время работы в Отделе Тайн.

—Расшифруем дневник и узнаем у самого Алекса, — решительно сказал Гарри, который меньше всего на свете хотел идти в Министерство магии Британии и вообще не доверял Министру, который отпустил нападавших на Артура и Лизу, не говоря о попытке проникнуть в сознание Гермионы.

—Ещё можно спросить Тедди, — пожала плечами Гермиона. — Они в то время много общались с Алексом. Они ближе всех по возрасту — Тед, Виктуар и Александр. Тем более что у Вик и Алекса день рождения в один день, — Гермиона вздохнула. — Помню, Молли, которая сидела на садовом кресле в Норе, а вокруг неё бесновалась детская толпа. Она была такая счастливая.

Гарри представил себе лужайку в Норе и многочисленное семейство Уизли. Он мог быть там, среди близких людей, проверял, помыл ли руки перед обедом их с Джинни сын… или дети. Жизнь, которую отобрал у него Волан-де-Морт, пусть даже чужими руками. Есть ли маховики времени такой силы, с помощью которых можно вернуться в начало двадцатого века и не позволить Меропе Мракс дать приворотное зелье Томасу Реддлу? Одно решение глупой девчонки, погубившее тысячи судеб.

Гермиона посмотрела на погружённого в размышления Гарри.

—Гарри, прости меня… — начала она.

—Гермиона, не надо, — хрипло оборвал её Поттер. — Мы это уже обсуждали. За это я и сражался. За мир и счастье. Так что, говоришь, можно попробовать расспросить Теодора?

Гермиона улыбнулась своей сочувствующей и понимающей улыбкой, которая так раздражала Гарри, но смену темы поддержала.

—Единственное, что может нам рассказать Тед, — это то, когда Алекс начал ездить в командировки, если для нас это вообще важно. Это для нас важно, Гарри?

—Понятия не имею, Гермиона. Ты посмотри на это, — он обвёл взглядом заваленный книгами и пергаментами стол, где средневековый трактат о трансфигурации соседствовал с маггловским туристическим путеводителем. — Я не знаю, что для нас может быть важно. Но Теду я в любом случае обещал встречу.

—Хочешь пригласить его сюда?

—Нет. В Нору. Если, конечно, Рон будет не против.

—Пообещай ему, что возьмёшь с собой вафли, и он пойдёт с тобой на край света, — Гермиона закатила глаза. — Он мне так надоел с этими вафлями, и это только один день!

Встречу с Тедди в Норе назначили через три дня. К тому моменту Лиза чувствовала себя достаточно хорошо для трансгрессии; для неё было очень полезно подышать свежим воздухом и погулять под солнцем. Ещё один раз Гарри застал Артура утром в комнате девушки, после чего юноша исправно просыпался вовремя и сам сервировал и относил Лизе завтрак. Вылазки в Нору они оба ждали с нетерпением.

— Вы, мисс Стейт, конечно, американка и, должно быть, считаете, что нет ничего лучше барбекю, но прошу Вас не делать выводов раньше, чем попробуете рулетики из лосятины по-йоркширски, — увещевал Лизу Рон, суетясь вокруг уличной плиты на веранде. Голубой фартук в цветочек забавно обтягивал его в районе, где когда-то была талия.

—Уверена, мистер Уизли, что бы Вы ни взялись готовить, получится кулинарный шедевр, — улыбалась Лиза.

Рон сиял как начищенный галеон. Как бы наигранно ни ворчал он на Гермиону, так толком и не освоившую кулинарию, сам Рон достиг в искусстве приготовления еды немалых успехов.

—Какая приятная молодая леди! — воскликнул Рон. — Эй, Артур! Не упусти! — Он подмигнул Лизе, и та рассмеялась. Артур был красный как рак и очень хотел дать Рону под дых.

Лизе пока что нельзя было летать на метле, и она просто сидела на шезлонге под солнцем, слушала пение птиц, шум ветра в кронах деревьев… и голос Рона, который подкалывал Артура по поводу и без.

Гарри решил пройтись по окрестностям. Артур просил его полетать с ним на мётлах; он не отказался, но и точного времени не назвал. Полёты всю жизнь были страстью Гарри, и в Штатах у него остались целых три метлы на разные случаи жизни, но теперь на каждый полёт нужна была банка обезболивающей мази для колена, и он не был уверен, что здесь можно достать такую мазь. Он подошёл к старому сараю Артура Уизли, который в своё время был от пола до потолка забит разными магловскими техническими устройствами. Дверь косо висела на ржавых петлях, качаясь от ветра, и от сильного порыва распахнулась перед Гарри, остановилась на мгновение и снова захлопнулась. Гарри успел увидеть внутри что-то большое, закрытое плотной чёрной тканью. Он открыл дверь, сделал шаг внутрь сарая и осмотрелся. Насколько он понял, владельца гаража не было уже лет пятнадцать, и, судя по всему, за это время никто сюда не заходил. Грязь и пыль лежали на коллекции гаечных ключей, штепселей, батареек и ещё каких-то неизвестных Гарри предметов. Бо́льшую часть пространства в центре занимал предмет под чёрной тканью. Гарри приподнял край и остолбенел. Под покрывалом стоял мотоцикл Сириуса. Гарри отчётливо помнил, как они с Хагридом прилетели на этом мотоцикле в сад Андромеды Тонкс с Тисовой улицы в ночь, когда погиб Аластор Грюм, и тогда от мотоцикла остались только разбросанные по полю запчасти. Но это точно был он, ни с каким другим мотоциклом Гарри никогда бы его не спутал. Он полностью снял покрывало и осмотрел стального монстра. Похоже, что его собрали и отремонтировали, и Гарри не исключал, что это сделал мистер Уизли. Он провёл рукой по рукоятям и рычагам, по блестящему чёрному корпусу, по обшитому кожей сиденью. Гарри с трудом подавил в себе соблазн попробовать вывезти мотоцикл на лужайку и проверить, на ходу ли он. Надо спросить Рона, ведь сейчас это его сарай и его мотоцикл. Нехотя Гарри накинул чёрное покрывало обратно на мотоцикл и вышел из пыльного сарая на солнце, которое было почти в зените, и именно к полудню они ждали Тедди.

Гарри вернулся на веранду. В воздухе пахло цветами, травами, спелыми яблоками и стряпнёй Рона. Другими словами, пахло Норой, такой, какой помнил её Гарри почти полвека назад.

Теодор явился вовремя, как и договаривались, один. Ему не нравилось, что он не может сказать жене, почему не берёт её и детей гулять в Нору, но так было надо. Он всё равно был очень рад возможности пообщаться с крёстным, которого долгое время считал погибшим, и просто провести время с компанией.

—Ловцом играть — проще некуда! — доказывал Артуру Тед, когда они принялись за обед. — Висишь себе в небе, следишь за игрой, а загонщиком не заскучаешь — надо постоянно перемещаться!

—Конечно, висишь себе просто так, а загонщики — они люди понимающие, в ловцов бладжеры не направляют! — парировал Артур.

—Эх, встать бы мне сейчас на ворота, — мечтательно протянул Рон.

—Это сколько же мётел понадобится? — скептически уточнила Гермиона.

—Не знаю, зато ни один мяч точно не попадёт в кольцо… бывают ли мётлы с диванами? — Рон почесал подбородок, изображая задумчивость. — А ты, Гарри? Играл в своих заокеанских Штатах?

Гарри усмехнулся.

—Играл, первые года три или четыре, был чемпионат сборных отделов. Скука смертная.

—Почему это? — удивился Артур, искренне не понимающий, как это квиддич может быть скучным.

—Потому что сотрудники Конгресса по большей своей части офисные клерки, просиживающие свои штаны с утра до вечера в уютных кабинетах, и тренировки трижды в неделю им не особенно помогают держать себя в форме, — Гарри сделал глоток лимонада из высокого стеклянного стакана. — Дуэльный клуб оказался занимательнее. На какое-то время.

—Всё то у тебя получается, за что ни возьмись! — съехидничал Рон.

—Если тренироваться по двадцать часов в сутки, то и у тебя начнёт получаться, — не остался в долгу Гарри. — Хотя, возможно, тебе понадобятся все тридцать.

Все рассмеялись, даже Рон, который пытался состроить обиженную мину. Они ели и болтали о квиддиче и о работе, об успехах Тедди и Виктуар в производстве вин, которое досталось им от мсье Делакура, о том, какие предметы выберет Артур для изучения на уровне Ж.А.Б.А. Особенно болезненно к этому отнеслась Гермиона.

—Артур, милый, надо отнестись к выбору очень ответственно, нельзя набрать только то, что полегче! — увещевала она юношу, и было очевидно, что не в первый раз. — Гарри! Ты теперь его опекун, скажи, что я права!

—Артур, — серьёзно посмотрел на мальчика Гарри, — Гермиона права, теперь я твой опекун.

Артур понял, что дальше не последует нравоучений, и в голос расхохотался. Гермиона пыталась прожечь взглядом Гарри насквозь.

—Мальчику нужна наша поддержка! — возмутилась она очередному проявлению халатности Гарри в воспитании.

—Ты путаешь поддержку с давлением, Гермиона, — заметил он. — Уверен, если Артуру потребуется совет, он сам у тебя спросит.

—Почему это у меня? — подозрительно сощурила глаза Гермиона.

—У тебя всегда советов в изобилии, — просто ответил Гарри. — Я вот только против прорицаний, но вдруг у него дар предвидения? Нельзя лишать магическое сообщество такого ценного специалиста.

Артур от смеха был уже пунцовый и зашёлся кашлем, Лиза похлопала его по спине.

—Я вот помню, отказался от зелий на Ж.А.Б.А., хотя С.О.В. сдал на «В», — сказал Тедди. — Потом пришлось много нагонять и учить самостоятельно, но я ведь планировал в квиддич играть, взял на старшие курсы по минимуму.

—Может быть, я тоже хочу играть в квиддич, и мне не очень-то и нужны эти Ж.А.Б.А.? — воскликнул Артур.

Гермиона схватилась за сердце.

—Возможно, и не очень-то нужны, — пожал плечами Гарри, за что получил убивающий взгляд от Гермионы. — Если хочешь, можешь и не возвращаться в Хогвартс, — он говорил спокойно и серьёзно. — Ты у нас богатый наследник, завидный жених, мы обратимся к мистеру Малфою, чтобы он нашёл тебе достойную невесту, будешь продолжателем магических традиций. Ну, или Фред возьмёт тебя в магазин полы мыть. Тоже очень важное занятие.

Гермиона поняла, к чему клонит Гарри, и перестала гнуть пальцем вилку.

—Но квиддич… — начал было Артур.

—Не знаю, что сейчас происходит в спортивной среде, раньше с результатом «один снитч из трёх» не брали в команду. Как думаешь, Тед?

—Разные бывают команды, — философски заметил тот. — Но даже самые захолустные проводят отбор на каждую позицию.

—Если желаешь, можешь пробоваться, — по-прежнему невозмутимо продолжил Гарри. — Если Гермиона не убьёт меня, то я запрещать не стану.

—Если кто-то и может тебя убить, так только Гермиона, — подытожил Рон. — Так что? Кому пирог?

Артур подумал, что Гарри не будет его заставлять выбирать предметы для Ж.А.Б.А. и не позволит наседать Гермионе, но в том, что ему придётся вернуться в Хогвартс как минимум на шестой курс, хотел он того или нет, он не сомневался.

Лизе было забавно наблюдать за беседой; ей нравилось, что «взрослые», как она про себя называла Гарри, Рона и Гермиону, действительно волнуются об Артуре и его будущем. У него не было мечты о профессии, как у неё, зато был выбор. И поддержка близких. От этой мысли ей стало грустно; она никак не связывалась с мамой вот уже почти месяц и не думала, что та это заметила. Если курсантам разрешено пользоваться внутренней каминной сетью Академии Аврората, надо будет навестить маму в ближайшие выходные. Ещё Лиза подумала, что уже получила больше поддержки и внимания от чужих людей на другом континенте, чем от родных матери и тёти. Можно ли ей будет рассказать родным о внезапном путешествии в Британию? Вряд ли, скорее всего, мистер Поттер запретит распространяться об этом.

—Пойдём погуляем, — позвал её Артур, протягивая руку. — Тебе ведь можно?

—Можно, — улыбнулась Лиза. — Только медленно и не очень далеко.

Она поднялась с шезлонга, ухватилась за локоть Артура, и они, поблагодарив Рона за бесподобные угощения, медленно двинулись на лужайку в сторону дуба с качелями.

—Ну что, — проницательно произнёс Тедди, как только молодые люди отошли метров на двадцать, — мне очень приятна ваша компания, ребята, и я рад со всеми увидеться, но подозреваю, что позвали вы меня не побаловать лосятиной. Чем могу помочь?

—Ты прав, Тед, — не стала спорить Гермиона. — Хотели тебя кое о чём спросить.

Тед вопросительно поднял брови.

—Спрашивайте, если это не вопросы экзамена по истории магии, я постараюсь ответить.

—Немного истории и почти магии, — усмехнулся Гарри. — Расскажи нам, пожалуйста, что ты помнишь о времени, когда Алекс начал работать в Отделе Тайн.

—Алекс? — изумился Тед. — Внезапно, такого я точно не ожидал. — Он глубоко вздохнул. — Ну да, когда он закончил Хогвартс, мы тесно общались. Я тогда играл за Салемских сов, не лучшие мои выступления, но зато контракт… мне очень помогла с ним Джинни, я ей благодарен по сей день. В то время бабушка болела, и Джинни с Алексом часто приходили к нам. Джинни варила для бабушки восстанавливающее зелье, которое очень ей помогало, лучше, чем то, что можно было купить в аптеках. Алекс забегал после работы, оставался с ней, когда у меня были соревнования. Что ещё вам рассказать?

—Я помню, что Алекса очень скоро после начала работы начали отправлять в командировки, — сказала Гермиона. — Он рассказывал тебе о них?

—Командировки… — задумчиво повторил Тедди. — Ну, не скоро, года через два, наверное, когда он начал встречаться с Марией. Где-то за год до того, как бабушка умерла и мы с Вик уехали во Францию. Ну или где-то около того. Точно помню, что когда мы обсуждали мой отъезд, он сказал, что ему скоро тоже надо будет ехать во Францию. Но мы там не встречались, может быть, не ездил, а может быть, не до нас было. — Тедди пожал плечами. — Иногда открытки слал, особенно поначалу, потом всё реже. Они даже где-то остались, в Ренне, это город в Бретани, где у мсье Делакура винодельня, мы там живём. Большую часть времени.

—Помнишь, откуда были открытки? — спросил Гарри.

—О-о-о, — протянул Тедди. — Со всего мира. Из Перу, из Сибири, из Канады и с Мадагаскара, отовсюду. Штук десять или пятнадцать у меня лежит, могу поискать и отправить, если надо.

—Было бы интересно взглянуть, — мягко улыбнулась Гермиона.

—Ладно, поищу, — согласился Тед. — Но зачем это всё вам? Думаете, сможете узнать, что там случилось с ним и Мари в Отделе Тайн? Тринадцать лет спустя?

—Не исключено, что некоторую информацию на эту тему получим, — не стал врать Гарри. — Но знать наверняка ничего нельзя.

—Если узнаете… расскажите мне, пожалуйста, — тихо попросил Тед, и его золотисто-русые волосы приобрели мышино-серый оттенок. — Алекс был мне почти братом. Он пошёл в школу, когда я учился на четвёртом курсе, и Джинни просила меня за ним присмотреть. Билл просил присматривать за Вик. Я был главным присмотрщиком за всеми младшими Уизли. Потом меня на этом посту сменил Алекс, на его долю выпали и Фред с Роксаной, и Роза с Хьюго… — Тедди улыбнулся, предавшись ностальгии, но через мгновение вновь поник. — Когда произошёл тот несчастный случай, о котором никто ничего не знает, Джинни была раздавлена, Артур, совсем ещё малыш, остался у неё на руках. Я тогда подумал, что когда-то и я остался вот так с бабушкой, и помогал им чем мог. — Он внимательно посмотрел на Гарри и уверенно произнёс: — Он ведь твой, да? Алекс, имею в виду. И Артур. Слишком очевидно.

Гарри не ответил, потому что Тедди утверждал, и глупо было бы пробовать его переубедить. Внезапно Тедди рассмеялся.

—Ну вот и всё, утекло моё наследство… Ох, я шучу, конечно. В том смысле, что Джинни много раз мне говорила, что я твой единственный наследник. Скрывала ведь до последнего момента. Вот кого надо было брать в Отдел Тайн.

—Почему Гринготтс не отдал тебе всё, если меня считали погибшим? — осведомился Гарри.

—Гоблинам недостаточно «считали», Гарри, — покачала головой Гермиона. — Им нужны неопровержимые доказательства. Ещё они могут позволить наследнику вступить в права по прошествии такого времени, которое человек прожить не может. Лет через тридцать Тедди бы получил всё твоё имущество.

—Если был бы жив, — добавил Тед. — Дальше, полагаю, наследовали бы Ремус и Дора. Мои дети. Но теперь тебе надо официально признать Артура наследником семьи Поттер. Нам, уверяю тебя, более чем хватает того, что ты отписал нам по линии Блэков. Спасибо, кстати, — Тед, улыбаясь, склонил голову.

—Да, Гарри, — задумчиво произнесла Гермиона. — Тед прав. Было бы правильно оформить документы.

—Нет, — коротко ответил Поттер. — Сейчас мы этого делать не будем. Пока не разберёмся, внимание привлекать не стоит. Я уверен, что гоблины секреты своих клиентов никому не раскроют, у них с этим всё очень серьёзно. Но дать Артуру другую фамилию? Ещё и мою? Вы себе представляете, какой скандал разразится? Каково ему будет с этим в Хогвартсе? К тому же, — после паузы продолжил он, — мы не спросили самого Артура, желает ли он такого будущего. Можно назвать его наследником, но не признавать родства.

Гермиона поджала губы.

—Ты, конечно, прав про шумиху, её не избежать, и, возможно, верно будет дать Артуру спокойно закончить школу. Но не отказывай ему в имени.

—Если это будет его желание, — твёрдо произнёс Гарри. — И я понимаю, почему он может отказаться.

Из дома вернулся Рон, перед ним по воздуху плыл поднос, на котором расположились кофейник, четыре нарядных кофейных пары и блюдо с крохотными пирожными.

—Мои внуки вообще Малфои, — со вздохом сказал Рон. — Ничего, живу с этим как-то. Хьюго у нас только тянет шишугу за оба хвоста. Я бы на месте Арлены Финниган давно послал его лесом.

—Финниган? — переспросил Гарри.

—Старшая дочь Симуса. Настоящая дочь ирландского народа, рыжая как огонь и такая же темпераментная. Чем-то она мне напоминает Джинни лет в восемнадцать. Только вот им обоим уже почти сорок, и вряд ли они родят детей. Так что, видимо, единственными нашими с Гермионой наследниками будут белобрысые.

—Рон! — воскликнула Гермиона. — Они твои родные внуки!

—Да я спорю что ли? — возмутился Рон. — Я их и такими люблю. Меня радует, что мы разбавили кровью Розы их напыщенные голубые чистые крови. Не знаю, как пережил это старина Драко, но есть шанс, что ребята, пусть и Малфои, вырастут нормальными.

Гермиона толкнула его локтем в бок.

—Ай! — воскликнул Рон. — За что? Горжусь дочерью, ещё и получил! Есть ли справедливость в этом мире!?

—Хорошо с вами, конечно, — Тед встал из-за стола. — Но мне пора, предстоит сложный учебный год. У Доры С.О.В., у Рема Ж.А.Б.А. У Вик паника. Требует начать скупать весь Косой переулок сию секунду, чтобы избежать толчеи и ничего не забыть, — он задумался. — Можем и Артура с собой взять. Или ты хочешь сам сопровождать его?

—Спасибо, обсудим это, — кивнул ему Гарри. — И спасибо, что зашёл.

—Спасибо, что позвали, — улыбнулся Тедди. — Ну, пока. Я камином, — сказал он Рону, тот кивнул, и Тед ушёл в дом. Взревело пламя в камине, и наступила тишина.

—Рон, — обратился к нему Гарри, — я видел мотоцикл Сириуса в сарае.

—Ах, это… это твой мотоцикл, — Рон пожал плечами. — Отец хотел подарить его вам с Джинни на свадьбу. Собрал, настроил… ну, так он там и стоит. Вроде даже под чарами сохранности, я не знаю. Забирай.

Гарри задумался. Куда он поставит его на Гриммо? Выделит отдельную гостевую спальню? Или в «кладовку», которую он оборудовал для ритуала в подвале?

—Можно, он будет стоять здесь? На Гриммо ему не место, — спросил Гарри.

—Столько лет стоял, ещё столько же простоит, — ответил Рон. — Я столько раз хотел его вывезти, но… не решался. Пойдём, вытащим его?

—Пойдём, вытащим, — согласился Гарри.

—Только кофе допьём, а то пирожные растают.

На запах кофе вернулись Артур и Лиза. Девушка устала, но выглядела довольной. После недельного заточения в спальне прогулка по окрестностям Норы была глотком свободы.

—Вы не думайте, молодой человек, что мы не вернёмся к разговору о выборе предметов, — Гермиона направила указательный палец Артуру в грудь.

—Гермиона, — спокойно произнёс Гарри, — пожалуйста, успокойся.

—Успокойся? Будто бы меня одну волнует будущее мальчика! — раздражённо ответила она.

—Кажется, мы рано вернулись… — пробормотал Артур, которому не нравилось, что снова и снова возвращаются к его учёбе.

—Не волнуйся, — Рон подмигнул Артуру. — Когда выбирали Роза и Хьюго, у неё глаз дёргался. — Он сделал вид, будто задумался. — Кажется, именно тогда она начала седеть. Гермиона так проявляет привязанность. Что с неё взять, так уж она устроена. — Прежде чем Гермиона успела что-то гневно ответить, Рон звонко чмокнул её в щёку; она порозовела и перестала наседать на Артура.

—Ох, ладно, — произнесла Гермиона. — Решайте сами… но потом не жалуйтесь!

—Обязательно подадим жалобу по форме С10-25 в срок до пяти рабочих дней с момента наступления обстоятельств, — кивнул Гарри.

Гермиона испытывающе посмотрела на него, но в итоге опустила глаза и, покачав головой, улыбнулась.

—Ты неисправим, — произнесла она.

—Ладно. Пойдём лучше, вытащим мотоцикл, — допив кофе, сказал Рон.

—Мотоцикл?! — воскликнул Артур. — У тебя есть мотоцикл?!

—Это мотоцикл Гарри, он собирал пыль в сарае почти пятьдесят лет, пришло его время, — ответил Рон.

—Всё это время у тебя был мотоцикл, и ты говоришь мне это только сейчас?! — продолжал возмущаться Артур.

Гарри внимательно на него посмотрел, но ничего не сказал. Артуру этого хватило, он закрыл рот.

—Ты хочешь пойти посмотреть? — спокойно спросил он у юноши.

—Хочу, — уже более спокойным голосом ответил Артур. — Ты идёшь с нами? — спросил он у Лизы.

—Спасибо, я отдохну, — вежливо отказалась она. — Составлю компанию миссис Грейнджер-Уизли.

Гермиона, которая тоже не горела желанием идти вытаскивать древнюю рухлядь, улыбнулась и налила Лизе чашку кофе из зачарованного на поддержание тепла и возобновление содержимого кофейника.

—Мне бы такую способность — останавливать взглядом истерики, когда Рози и Хью были маленькими, — вздохнул Рон.

—И шрам через всё лицо, — усмехнулся Гарри.

—Нет, я хотел бы приструнить детей, а не напугать до полусмерти, — покачал головой Рон.

Они дошли до сарая, и Рон с помощью палочки открыл большие ворота, частью которых была дверь на старых петлях. Ворота протяжно скрипнули и отворились. Гарри вошёл внутрь, снял покрывало и внимательно осмотрел мотоцикл.

—Сколько же на нём чар, — едва слышно произнёс он. — Вот вам и Артур Уизли, любитель маглов.

Он убрал подножку, на которую опирался мотоцикл, упёрся руками в руль и задним колесом вперёд вытолкал его наружу. Заводить его в этом на ладан дышащем сарае он не стал.

Полированный чёрный кузов блеснул на солнце, хромированные элементы переливались, поперёк шла серебристая надпись «Triumph Bonneville».

—Ого, — с придыханием произнёс Артур.

—Мне помнится, он был белым… — задумчиво сказал Гарри. — Но, признаться, чёрный значительно лучше.

—Отец его два года ковырял, мама его только потому не прибила, что это он для тебя старался, — сказал Рон. — Ну что, опробуешь?

—Можно, — после паузы согласился Гарри. — Лишь бы дезиллюминационные чары сработали.

Он сел на мотоцикл и завёл двигатель.

—Управишься? — скептично спросил Рон.

—Должен, — пожал плечами Гарри. — Мистер Уизли определённо думал, что на нём поедет Джинни, столько защитных и смягчающих чар.

—На самом деле не до конца тебе доверял, да? — усмехнулся Рон.

Гарри не ответил, включил зажигание и нажал рычаг газа. Двигатель взревел, из выхлопных труб вырвался столп дыма.

—Ого, — только и смог повторить Артур, который, кажется, забыл, как дышать. Он находился под сильным впечатлением от мотоцикла и Поттера, не изменившего своему чёрному одеянию, который верхом на «Triumph Bonneville» выглядел круто.

Рон подошёл ближе и посмотрел на приборную панель. Кнопок и рычагов на ней было явно больше, чем у обычного мотоцикла.

—Это, видимо, сцепление, — показал он палочкой на один из рычагов. — Это тормоз, вот эта кнопка отвечает за невидимость, а если потянешь за эту ручку, должен пойти на взлёт.

—Он ещё и летает?! — у Артура отвисла челюсть. — Гарри! Возьми меня с собой!

—Позже, — коротко ответил Гарри. — Отходите.

Рон и Артур разошлись в стороны. Гарри снял предохранитель, открыл пусковой накопитель, провернул ручку газа.

—Откуда ты знаешь, что делать? — крикнул Рон, стараясь говорить громче рёва двигателя.

—Я не знаю, — так же громко ответил Гарри. — Он знает и подсказывает.

Гарри выжал сцепление, переключил передачу, отпустил тормоз, нажал газ, и мотоцикл двинулся. Постепенно набирая скорость, Гарри умчался, оставляя на лужайке Норы тёмные следы от колёс.

—Ну да, конечно… — проворчал Рон, глядя на испорченный газон. — Ладно, исправим, когда вернётся.

Гарри было плевать на газон. Ему вообще на всё было плевать; впервые за много лет он ощущал в крови адреналин, такое прекрасное забытое чувство. Он выехал на просёлочную дорогу, нажал на оранжевую кнопку, и звук двигателя исчез; нажал на жёлтую и ощутил, что становится невидимым вместе с мотоциклом. Он добавил газу и выехал на пустынное шоссе; по ровному асфальту колёса ехали гладко. Гарри выжал газ на максимум и потянул рычаг слева от себя. Мотоцикл взлетел. Гарри вспомнил свой первый полёт на метле, когда пытался отобрать напоминалку Невилла у Малфоя, и ни с чем не сравнимое ощущение абсолютной свободы. Здесь не было никаких забот о молодёжи и таинственных дневниках, невнятных посмертных желаниях Джинни. Вообще никаких забот, только небо и мощь двигателя под ним. Гарри не ощущал холода; он набрал высоту и оказался выше облаков, яркое солнце осветило его израненное лицо, и он зажмурился — то ли от солнца, то ли от удовольствия. Здесь не было чувства времени, казалось, что время вообще перестало существовать, и Гарри не знал, давно ли он покинул Нору. Как бы ни было жаль, пора было возвращаться. Он коснулся компаса на приборной панели, тот ожил, стрелка завертелась и указала направление. Судя по солнцу, двигающемуся на запад, стрелка указывала отнюдь не на север. Доверившись заколдованному компасу, Гарри направил мотоцикл влево и вскоре увидел сквозь облака Оттери-Сент-Кэчпоул. Нору невозможно было заметить с воздуха, но стрелка определённо вела его именно туда. Гарри пошёл на снижение, ощутил, как прошёл защитный барьер, окружавший Нору невидимым куполом, направил мотоцикл вниз и через мгновение опустился у сарая. Колёса пошли боком, содрали дёрн, мотоцикл развернулся и замер.

К нему на всех парах бежал Артур.

—Тебя не было почти час! — воскликнул он. — Гермиона уже хотела послать кого-нибудь искать тебя!

—Не надо искать, — сказал Гарри, пытаясь пригладить растрёпанные волосы рукой. Это было совершенно бесполезно.

—А можно мне… — шёпотом произнёс Артур.

Гарри усмехнулся. Юноша в одиночку, конечно, не справился бы с этим зверем. Пока что.

—Пробежишь двадцать кругов — обсудим, — как можно более серьёзным тоном сказал он.

Артур поник, плечи опустились, он вздохнул… и почувствовал на себе накладываемые Гарри согревающие чары.

—Холодно там, — пояснил Поттер. — Садись.

Артур в шоке не сдвинулся с места; ему потребовалось время, чтобы понять, что Гарри не шутит и согласен прокатить его на мотоцикле. Сорвавшись с места, он подскочил к Гарри, удерживающему мотоцикл, залез на сиденье сзади и вцепился в него руками.

—Потеряли, говоришь… — задумчиво произнёс Гарри и отправил Патронуса с сообщением Гермионе. А то ведь отправит поисковый отряд ОМП, если не за Гарри, то за Артуром точно.

—За сиденье не удержишься, — покачал головой Гарри. — Если только не поплетёмся со скоростью раненого нарла. Тебе придётся держаться за меня.

Ехать медленно Артуру не хотелось, и он вцепился в Гарри обеими руками так, будто от этого зависела его жизнь.

—Если ты при этом не переломаешь мне рёбра, буду признателен, — усмехнулся Гарри и завёл мотоцикл.

С Артуром за спиной выжимать газ до предела Гарри не рискнул; они проехались по шоссе, взмыли в воздух, сделали круг над деревней и вернулись в Нору. Эта поездка заняла у них от силы минут пятнадцать, но Артур был под таким впечатлением, что не мог произнести ни слова, только слегка глуповато улыбался.

Когда они вернулись к дому, на веранде никого не было; Рон, Гермиона и Лиза сидели в гостиной и о чём-то беседовали.

—Смотрите, кто свалился с неба! — сказал Рон. — Точь-в-точь ко времени обеда!

—Ты по этому времени часы, наверное, сверяешь, — невозмутимо ответил Гарри и упал в одно из кресел. — Адский транспорт… понимаю, почему Сириус его так любил. Риск, опасность и свобода — совершенно его стихия.

—Так же как и твоя, — улыбнулась Гермиона.

—Не буду спорить… лет до сорока точно, — кивнул Поттер.

—Что же случилось потом? — спросил Артур.

—Потом главными моими врагами стали бюрократия и ржавая система американской власти. Основная опасность была — загреметь в тюрьму за зверское массовое убийство этих… — Гарри сделал паузу, — полезных членов сообщества.

Все рассмеялись. Артур, который до сих пор не мог прийти в себя, опустился на подлокотник кресла, в котором сидела Лиза.

—Миссис Грейнджер-Уизли рассказывала мне о твоём детстве, — сказала девушка и без всякого стеснения взяла Артура за руку. — Жаль, здесь нет колдографий. Ты был очень шебутным малышом.

Лиза улыбалась, а Артур смутился.

—Не нашлось темы поинтереснее? — спросил он у Гермионы.

—Не возмущайся! Она тебе тут такие дифирамбы пела! — Рон подмигнул юноше. — И никаких интимных подробностей мы твоей даме не поведали.

Они провели остаток дня в Норе и вернулись на Гриммо только затемно.