↓
 ↑
Регистрация
Имя/email

Пароль

 
Вход при помощи VK ID
временно не работает,
как войти читайте здесь!
Размер шрифта
14px
Ширина текста
100%
Выравнивание
     
Цвет текста
Цвет фона

Показывать иллюстрации
  • Большие
  • Маленькие
  • Без иллюстраций

Священный огонь | Sacred Fire (джен)



Переводчик:
Оригинал:
Показать / Show link to original work
Фандом:
Рейтинг:
PG-13
Жанр:
Фэнтези
Размер:
Макси | 526 329 знаков
Статус:
Закончен
Серия:
 
Не проверялось на грамотность
«Священный огонь» — заключительная часть трилогии о Короле-Жреце Истара.

Почти сорок лет Бельдинас Светоносец ведёт непримиримую борьбу со злом. Чудовища и тёмные культы разгромлены, могущество Орденов Высшего Волшебства сломлено, а Истар достиг вершины своей силы и величия. Но чем ближе Король-Жрец подходит к своей мечте о мире, полностью очищенном от зла, тем тоньше становится грань между праведностью и фанатизмом.

В это время в Истар возвращается Катан Дважды Рождённый — бывший друг, защитник и первый рыцарь Бельдинаса. Его преследует загадочное видение: огромный пылающий молот, падающий с небес на Кринн. Пока Светоносец готовится сделать финальный шаг в своей священной войне, Катан пытается понять смысл этого пророчества и решить, способен ли он по-прежнему служить человеку, за которого когда-то был готов отдать жизнь.

На фоне всё более напряжённого противостояния веры, магии и воли богов Истар приближается к моменту, который навсегда изменит историю Кринна. «Священный огонь» завершает историю возвышения Бельдинаса и превращает уже знакомую по канону DragonLance легенду о Катаклизме в личную трагедию людей, которые оказались в самом центре завершения великой эпохи.
QRCode
Предыдущая глава  
↓ Содержание ↓
  Следующая глава

Глава 20

В Форино было темно. Катан нашёл в настенном держателе факел и с трудом зажёг его. В свете пламени он обернулся к Бельдинасу, лежавшему без сознания. Как юноша с ясным взглядом и твёрдой целью, которого он встретил столько лет назад в Люсиэле, превратился в этого жалкого, перепуганного старика? Что его так изменило?

Власть, — подумал Катан. — Страх. Слишком много врагов, слишком мало друзей. Люди любили Светоносца лишь за то, что он мог для них сделать. Почитали почти как бога. Именно это преклонение перед его силой и изменило его.

Глаза застлали слёзы. Катану пришлось опереться о постамент.

— Зато так ты останешься жив, друг мой, — тихо сказал он. — Не помоги я им, всё могло бы закончиться гораздо хуже.

Бельдинас застонал, лицо исказилось. Кровоцвет ещё действовал, но доза была небольшой, и вскоре он очнётся. Нужно вынести Короля-Жреца отсюда и передать Идару, Рату, Танкреду и остальным. Они свяжут его, заткнут рот, возможно, снова усыпят. Но причинить ему вред никто не посмеет. А кто попробует — ответит перед Губителем Тьмы.

— Давай, — сказал Катан. — Пора уходить.

Бельдинас почти ничего не весил. Светоносец был хрупким и истощённым; под кожей прощупывались кости. Катан легко перекинул его через плечо, затем поднял Мицерам и на мгновение задержал её в руках. Сите церам бириат, абат, гласила старая поговорка: кто носит Корону, тот и правит. Она уже искушала его прежде и теперь снова манила рубинами, сверкавшими в свете факела. С её силой даже он мог стать императором всего Истара. Изменить всё. Отменить рабство, прекратить Игры, положить конец запретам и гонениям. Для этого достаточно было надеть Мицерам.

Но соблазн быстро прошёл. Корону он оставит у себя, чтобы Идар или кто-нибудь ещё не вздумал её примерить. Однако править Катан не хотел. Пусть Мицерам достанется Ревандо. Ему самому нужно лишь тихое место, где можно спокойно дожить свой век. Он повернулся к выходу.

И остановился, заметив ещё один отблеск. Сердце дрогнуло. Перипас!

Диски лежали на полу там, где их выронил Бельдинас. Катан понял, что совершенно не знает, как с ними поступить. Оставить здесь? Вынести к мятежникам? В них скрыты тайны, которые позволят Бельдинасу навлечь на мир гнев богов… Он замер, не в силах решиться.

Возьми их, — прозвучал голос в голове.

Фистандантилус! Кровь похолодела. Но нет, это был не он. В голосе чувствовались тепло и мягкая, но твёрдая настойчивость. Катан вспомнил отца, умершего столько лет назад. Он бросил факел на пол. Пламя затрепетало, догорая, но, прежде чем погаснуть, Катан наклонился и поднял Диски.

Обратный путь дался тяжело. Приходилось почти вслепую подниматься по лестницам и коридорам, неся сразу Короля-Жреца, Корону и Диски. На полпути в голову закралась страшная мысль: наверху, снаружи, что-то пошло не так. Что, если люди Идара не справились? Что, если он выйдет с бесчувственным Бельдинасом на плече, а у дверей его будут ждать рыцари и Скатасы? Можно сказать, что Король-Жрец потерял сознание, коснувшись Перипас. Так уже было, когда они нашли Мицерам… Но стоит кому-нибудь осмотреть Бельдинаса внимательнее, и ложь раскроется.

Надо было подождать. Таков был план. Ждать.

И всё же в глубине души Катан знал: там, внизу, он должен был действовать сразу. Иначе так бы и не решился.

Наконец он добрался до закрытых дверей. По краям и сквозь щель между створками проникал лунный свет, зажигая на мозаичных стенах красные и серебряные блики. Стиснув зубы, Катан пинком распахнул двери, впуская сияние Солинари и Лунитари.

Ни рыцарей, ни Скатасов. Только деревья и тёмные пятна на земле — наверняка кровь. Сердце снова забилось сильнее.

Когда он пересекал площадку под колоннами, направляясь к лестнице, где на него напала Иудуло, в голову пришла другая мысль. Страж пропустила его, сочтя праведным. А теперь? Катан почти ждал, что каменная львица ударит сзади и добьёт. На этот раз уговорить её уже не получится.

Но статуи остались холодным камнем.

Он начал спускаться. Бельдинас снова зашевелился и что-то невнятно пробормотал непослушными губами. Катан оступился, едва не упав. Добравшись до подножия лестницы, осторожно снял Короля-Жреца с плеча и уложил на сырую землю, усыпанную хвоей. В боку вспыхнула боль.

— Кррртан… — простонал Бельдинас. Веки дрогнули, в узких щёлках показались белки глаз. — Мой дррр…

— Да, Ваше Святейшество, — ответил Катан, коснувшись мокрого от пота лица. — Я твой друг. Всё будет хорошо. Только нужно увезти тебя отсюда.

Вокруг раздался переливчатый звон, будто разом ударили десятки стеклянных гонгов. Следом заскрипела древесина — оглушительно, словно лес гнулся под ураганом. Катан оглянулся как раз вовремя, чтобы увидеть превращение. Кора вздувалась и трескалась, длинные ветви укорачивались и утолщались, хвоя осыпалась, а на её месте появлялись кожа и волосы. Корни вырывались из земли, превращаясь в ступни. Стволы меняли очертания, на них проступали лица. Деревья становились людьми — тридцать человек с кинжалами, короткими мечами и арбалетами. Бельдинас испуганно заскулил.

Рядом с Катаном оказались Идар и племянники. Они склонились над Королём-Жрецом, пока остальные занимали позиции вокруг. Некоторые были ранены. По прикидке Катана, десятерых не хватало — скорее всего, погибли. Под левым глазом Рата зиял глубокий порез.

— Что случилось? — спросил Танкред. Он был очень бледен. — Ты должен был сделать это здесь, а не внизу.

— Мне пришлось, — ответил Катан. — Ждать было нельзя.

— Всё хорошо, — спокойно сказал Рат. — Всё как надо.

Танкред покачал головой.

— Но мы так не договаривались. Всё должно было быть иначе.

— Ничего страшного, парень, — сказал Идар.

Он коснулся шеи Бельдинаса и кивнул, нащупав пульс.

— Хотя ты нам не помог, Дважды Рождённый. Он придёт в себя раньше, чем мы успеем тронуться.

— Всё хорошо, — повторил Рат. — Давайте свяжем его… Танкред? Что с тобой?

Танкред испуганно озирался, широко раскрыв глаза.

— Они здесь! — крикнул он. — Они нас нашли!

Люди Идара заметались взглядами по лесу. Клинки и арбалеты дрожали в руках. Катан тоже почувствовал: рядом кто-то появился. Губитель Тьмы с шорохом вышел из ножен. Идар обнажил меч, а в левую руку взял нож. Над поляной разнёсся голос, нараспев произносивший молитву на церковном языке:

— Цие никас супам торко, Паладо, мас бодорам буртуд.

Пусть я иду сквозь тени ночи, Паладайн, будь моим светом.

Серебряная луна висела низко, посылая косые лучи между деревьями. Но теперь сверху ударил другой свет — божественный, яркий и прекрасный. Катана замутило. Он знал, что это значит.

Люди Идара уже озирались и ругались, когда на возвышении к востоку появилась первая фигура в доспехах. Рыцарь. На груди пылал знак Божественного Молота, тяжёлый арбалет был взведён. Он остановился и смотрел на них, скрыв лицо за сверкающим рогатым шлемом, пока рядом не появились товарищи. Трое, десять, ещё и ещё… Они смыкали кольцо вокруг Форино. Среди воинов стоял молодой Почтенный Сын, готовый к бою: под жреческими одеждами виднелась кольчуга. Он держал руки треугольником, управляя светом, который заливал поляну. А рядом с ним…

— Катан Дважды Рождённый, — произнёс рыцарь в алой накидке поверх доспехов. — Именем бога и империи ты и твои сообщники арестованы за мятеж и нападение на Его Святейшество, Короля-Жреца Истара.

Катан смотрел на лорда Титиана. Вокруг люди напряглись, готовясь умереть. Последователи Идара не сдадутся без отчаянной борьбы. Арест означал рабство — скорее всего, рудники или арену. Катан неподвижно держал Губителя Тьмы. Несколько долгих мгновений никто — ни рыцарь, ни мятежник — не шевелился.

— Сложите оружие, — сказал Титиан. — Или мои люди выстрелят. Не дай всему закончиться так, Катан.

Идар шагнул вперёд.

— Живыми ты нас не возьмёшь, сукин сын. Мы…

Щёлкнули три тетивы. Идара развернуло и бросило на землю. Болты торчали из груди, горла и левого глаза. Его люди застыли, затем с новой ненавистью посмотрели на рыцарей.

— Сложите оружие, — повторил Титиан, подняв руку для следующего залпа.

— Стой! — крикнул Катан. — Можете попасть в Короля-Жреца. Хочешь объясняться перед лордом Ревандо?

Титиан горько рассмеялся.

— Лорд Ревандо был бы рад такой вести, разве нет? По крайней мере, был бы, если бы мои люди сейчас не шли за ним. Его закуют задолго до того, как мы доставим тебя в Стольный город.

— Но насчёт Его Святейшества ты прав. Танкред, вынеси его оттуда.

Не сразу Катан понял, что именно сказал великий маршал. Он повернулся к светловолосому племяннику. Танкред покраснел и опустил глаза на неподвижного Короля-Жреца. Рат смотрел на брата с недоверием.

— Брат? О чём он говорит?

Танкред молчал. По щекам текли слёзы.

— Он вас выдал, Рат, — сказал лорд Титиан.

Другой на его месте, возможно, злорадствовал бы. Но в голосе великого маршала слышались лишь печаль и усталость.

— Рассказал всё. Иначе мы бы ни о чём не узнали. О вашем замысле против Короля-Жреца, о лорде Ревандо, о подземельях… И об измене госпожи Венты.

— Родную мать? — закричал Рат, потемнев лицом. — Ты и её предал?

— Я жрец Паладайна, — тихо ответил Танкред. — Мой первый долг — перед святой церковью. Ты должен был это понимать, брат.

Рат зарыдал. Лицо исказилось такой мукой, словно в животе проворачивали копьё. Катан чувствовал ту же боль — страшнее любой, какую знал прежде.

— Твой долг — перед семьёй, — сказал он. — И перед богом. Что рядом с ними церковь?

— Ты нас погубил, — выдохнул Рат. Глаза покраснели, рот скривился от боли. — Погубил свою семью. Всех нас… Ради чего? Чтобы выбиться повыше? Думаешь, Король-Жрец сделает тебя за это Первым Сыном?

Танкред дрожал, закрыв лицо руками. Все смотрели на него. Катан поднял взгляд на Титиана и заметил презрение на лице бывшего оруженосца. Как бы тот ни радовался возможности сорвать переворот, Танкреда за предательство он тоже ненавидел. Но пока Катан отвлёкся, боль на лице Рата сменилась холодной яростью. Глаза стали пустыми, словно осколки стекла. Он посмотрел на кинжал, который всё ещё держал в руке.

Катан потянулся к нему, уже понимая, что опоздал.

— Нет, Рат, не…

С криком Рат бросился на брата. Танкред повернулся, начал поднимать свой нож — и вдруг рухнул. Кинжал Рата вошёл по рукоять в левый бок, под мышку. Кровь хлынула на землю.

— Брат… — произнёс Танкред.

На губах вздулись кровавые пузыри. Он умер.

Его собственный нож лишь скользнул по ноге Рата. Тот прижал ладонь к порезу, затем схватился за рукоять кинжала и выдернул его из тела брата. Замер, глядя на красные полосы на клинке.

— О боги… — всхлипнул он.

Рыцари напряжённо ждали, не стреляя.

— Он получил по заслугам, — объявил Титиан. — А теперь…

Рат закричал, снова вскинул кинжал и бросился на великого маршала. В воздухе просвистела дюжина болтов. Катан опять не успел. Рат распластался на земле, не сделав и трёх шагов. Выстрелившие рыцари принялись вращать вороты арбалетов, снова натягивая тетивы.

Катан безнадёжно смотрел на племянников, лежавших без движения среди сосновых игл. Как он теперь посмотрит Венте в глаза? Да и увидит ли её снова? Колени подогнулись. Губитель Тьмы выпал из руки.

— Хорошо, — сказал Титиан. — Теперь остальные последуют примеру Катана, и сегодня больше не прольётся кровь.

Люди Идара переглянулись. Между ними словно прошёл безмолвный приказ. Рыцари заметили эти мрачные взгляды и тревожно зашевелились. Катан вздохнул. Часть его хотела поднять меч и сражаться вместе с мятежниками, но гибель Танкреда и Рата лишила его последних сил. Он мог лишь сидеть, бессильно опустив руки, и смотреть, как люди с поднятым оружием бросаются на Молот.

Из тридцати человек двадцать погибли в первые мгновения под градом арбалетных болтов. Остальных одного за другим зарубили мечами. Вскоре тела лежали перед Форино, разбросанные, словно детские игрушки. Лорд Титиан оставался в стороне от схватки. Ему даже не пришлось обнажить клинок.

Катан опустил голову. Внутри всё умерло.

— Проклятые глупцы, — сказал Титиан. — Зря погубили себя. Никакой славы в такой смерти.

Бельдинас застонал и пошевелился. Действие кровоцвета слабело. Титиан на мгновение опустился рядом с ним на колени, затем подозвал своего помощника.

— Брон, унесите его. И Мицерам… И вот это.

Он поднял Диски и передал молодому рыцарю с вытянутым лицом.

— Подальше от этого… места.

Сэр Брон тихо ответил и принялся выполнять приказ. Шестеро рыцарей спустились в ложбину, подняли Короля-Жреца и унесли его вместе со святынями. Титиан подобрал Губителя Тьмы и опустился рядом с Катаном. Положил руку бывшему наставнику на плечо.

— Мне жаль.

— Правда? — Катан поднял голову. — Тебе действительно жаль этих убитых, Титиан?

— Мне жаль, что пришлось их убить. Да.

— Тогда обещай мне кое-что, прежде чем увести. Две вещи. Ради дружбы, которая когда-то нас связывала.

Великий маршал вздрогнул, но кивнул.

— Если это в моей власти. Чего ты хочешь?

— Вента. — Катан схватил его за руку. — Она не должна узнать о Танкреде. Никогда.

— Об этом можно было и не просить. Она не узнает этой боли. Клянусь.

— Спасибо, — сказал Катан. На глаза навернулись слёзы.

— А вторая просьба?

Катан глубоко, судорожно вздохнул.

— Что будет с моей сестрой?

— Её продадут в рабство, — ровно ответил Титиан. — На тяжёлые работы не отправят. Многие семьи захотят купить её для службы в доме. Прости, Катан. Она предала Короля-Жреца. Я не могу изменить законы.

— Она не должна здесь оставаться, — взмолился Катан. — Ни в Стольном городе, ни в центральных землях. Позаботься об этом, Титиан. Когда её продадут, пусть увезут далеко.

Титиан нахмурился.

— Почему?

Но Катан не ответил. Он лишь откинулся назад, прикрыл рукой горящие глаза и позволил горю и сну поглотить себя.

Глава опубликована: 01.11.2026
Отключить рекламу

Предыдущая главаСледующая глава
Фанфик еще никто не комментировал
Чтобы написать комментарий, войдите

Если вы не зарегистрированы, зарегистрируйтесь

Предыдущая глава  
↓ Содержание ↓
  Следующая глава
Закрыть
Закрыть
Закрыть
↑ Вверх