Тень (гет)

Через пару дней Тень стоял в лаборатории в теле костюма. Перед ним на столе стоял микроскоп, через который он изучал образцы своих собственных клеток. Капсула с его телом стояла в углу, напоминая о временной мере.

Рядом стоял костюм — его точная копия, анализирующая под микроскопом клетки, обработанные одним из разработанных Тенью веществ.

— Интересно, — произнес Тень, его механический голос звучал почти задумчиво. — Клетки реагируют на вещество капсулы не так, как ожидалось. Они не умирают. Они... трансформируются.

— Подтверждаю, — ответил второй костюм. — Обнаружены симбиотические структуры. Они интегрируются с клетками, создавая новые связи.

Тень кивнул. Он знал, что это происходит. Частицы симбиота, которые проникли в его тело, начали взаимодействовать с его клетками, создавая новые структуры. Это было опасно, но в то же время — шанс.

— Не побочный эффект, — сказал Тень. — Это то, что нам нужно.

Он посмотрел на капсулу, где его человеческое тело лежало в синей жиже. Частицы симбиота уже начали взаимодействовать с его клетками, создавая новые структуры. Это было опасно, но в то же время — шанс.

— Время работает против нас, — прошептал он, но его механический голос звучал громко и четко в пустой лаборатории. — Но я научусь работать с временем.

Второй костюм кивнул, его движения были идеально синхронизированы с первым.

— Система готова к следующему этапу, Сэр.

— Хорошо, — ответил Тень. — Начинай протокол "Перезагрузка".

Оба костюма начали работу, их движения были точны, как у машин, но в них чувствовалась воля человека, который когда-то был Тенью.

Они знали, что симбиот может убить его. Но они также знали, что без него он уже мертв.

Иногда шанс на выживание стоит того, чтобы рискнуть всем.

Спустя недели работы, закрывшись в лаборатории и не допуская туда даже Вируса, данные стали улучшаться.

— То есть все показатели в норме, — произнес он, глядя на мониторы. — Как такая нормализация могла случиться?

— Это существо оказывает странное влияние на ваше тело, — ответил костюм, стоящий рядом.

— Ну вот и посмотрим, — сказал Тень. — Протокол "Перезагрузка" активирован. Начинаем перенос в мое тело.

— Это может быть опасно, — предупредил костюм.

— Давай попробуем, — ответил Тень, его механический голос звучал спокойно. — Я уже мертв. Что мне терять?

Тень открыл глаза. Синяя жидкость капала с его лица, но теперь это не вызывало боли. Он почувствовал, как его тело плавно поднимается из капсулы, как будто его поддерживали невидимые руки. Воздух в легких был свежим, без привычного ощущения обжигающей боли. Он посмотрел на свои руки — кожа, мышцы, вены — все как прежде. Ни следа повреждений.

— Хм... а я на удивление прекрасно себя чувствую, — прошептал он, сжимая и разжимая кулаки. — Я даже уже не чувствую боли. Я чувствую так, как чувствовал раньше, до всего этого.

Рядом стояли два костюма. Один выглядел как Иван — с его чертами лица, выражением глаз, даже привычной позой. Другой был обликом Тени.

— Показатели в норме, — сказал костюм, чей голос звучал одновременно из динамиков и со всех устройств в лаборатории. — Убрать второй костюм?

— Да, убирай, — ответил Тень, не отрывая взгляда от своих рук.

Костюм в человеческом облике подошел к своему двойнику и положил руку на его плечо. Ткань начала перетекать, как живая жидкость, объединяясь в единое целое. Два костюма стали одним, но теперь в нем чувствовалась сила, которой раньше не было.

— Давай сдадим кровь, посмотрим, что с этим существом внутри меня, — сказал Тень, поднимаясь с капсулы. Его движения были плавными, без привычной скованности. Он чувствовал, как энергия бьет ключом в каждой клетке.

— Хорошо, — ответил костюм, направляясь к медицинскому столу.

Тем временем где-то в городе работник канализации спустился в коллектор через люк возле метро «Парк Победы», его фонарик дрожал в руках. Запах гнили и сырости ударил в нос, как обычно, но сегодня что-то было не так. Вода в тоннеле стояла выше обычного, и ее цвет казался странным — не коричневым, как всегда, а темно-бордовым, с едва заметным мерцанием.

— Черт, опять из-за этих мутантов аварии, — пробормотал он, проверяя уровень воды. — Скоро тут плавать придется.

Он сделал шаг вперед, и его ботинок хлюпнул в луже. Но это была не вода. Поверхность под ногой была плотной, почти упругой, как будто он наступил на гель. Работник канализации поднял фонарик выше и замер.

Стены коллектора были покрыты тонким слоем жижи. Она переливалась в свете фонаря, как нефть, но двигалась. Медленно, почти незаметно, но двигалась. Она заползала в трещины, обволакивала трубы, проникала в каждую щель.

— Что за хрень? — прошептал он, пытаясь понять, не галлюцинации ли это. — Это же не может быть...

Внезапно из темноты выскочила крыса. Работник канализации отпрыгнул, но не от страха — крыса двигалась неправильно. Ее лапы были обвиты той же бордовой жижей, которая пульсировала в такт ее движениям. Глаза грызуна светились красным, как будто внутри них горел огонь.

Крыса остановилась в метре от него и посмотрела. Не как животное, боящееся человека. Как разумное существо, оценивающее угрозу. Ее голова медленно повернулась, следя за каждым его движением. Потом из темноты выскочила еще одна, потом третья. Все они были покрыты жижей, их движения были синхронны, почти как у солдат.

— Отъебитесь, — прошептал он, отступая к стене.

Крысы не атаковали. Они просто смотрели. Их глаза горели, как будто они ждали чего-то. Потом одна из них резко развернулась и исчезла в темноте, остальные последовали за ней. Но он знал — они вернутся.

Он попытался вызвать диспетчерскую, но рация молчала. Связь пропала, как будто что-то блокировало сигнал. Он посмотрел вниз и увидел, как жижа медленно поднимается по его ботинкам. Он попытался стряхнуть ее, но она прилипла к коже, как живая.

— Сука, — прошептал он, пытаясь оторвать ее пальцами. — Что это за дерьмо?

В этот момент что-то упало сверху. Жижа, похожая на каплю, но больше, чем капля. Она приземлилась ему на плечо и начала распространяться по коже. Он закричал, пытаясь сорвать ее, но она уже проникла под одежду, обволакивая тело.

— Нет! Нет! Нет! — кричал он, пытаясь бежать, но ноги подкосились.

Жижа заползала в каждую пору, как будто искала что-то внутри него. Он почувствовал, как его разум начинает терять контроль. Мысли становились чужими, как будто кто-то другой думал за него.

— Я... я не... — пробормотал он, падая на колени.

Его глаза вспыхнули красным светом, как у крыс. Он посмотрел на свои руки, и в них не было страха. Было понимание. Он чувствовал, как жижа распространяется по городу, как она заполняет каждую трубу, каждую щель, каждую душу.

— Мы... сила, — прошептал он, его голос стал низким, почти механическим. — Мы... будущее.

Работник канализации поднялся на ноги. Его движения были плавными, как будто он больше не человек. Он посмотрел в темноту коллектора, где жижа уже покрывала стены, и улыбнулся.

— Москва... будет нашей, — прошептал он и исчез в темноте, оставив после себя лишь следы бордовой жижи на полу.

На поверхности города ничего не изменилось. Люди шли по улицам, смеялись, разговаривали. Но под их ногами, в глубинах канализации, что-то просыпалось. Что-то, что скоро выйдет на поверхность. Что-то, что изменит все.

И никто не заметил, как первая капля упала в реку.

Тень вышел из лаборатории, его шаги были легкими, как будто он не провел последние недели в капсуле. Воздух пах свежестью, а не привычной химией бункера. Он посмотрел на свои руки — кожа, мышцы, вены — все как прежде. Ни следа повреждений. Он чувствовал себя так, как будто вернулся к жизни.

Первым, кого он увидел, был Тиран. Эдик стоял в коридоре, одетый в домашние шорты и серую майку с принтом «Скорость — это не только про Вихря». Он прошел сквозь стену, превратив ее в мягкую, как вода, массу, а затем вернул обратно, оставив после себя лишь легкую рябь в воздухе.

— Эй, тамада! — воскликнул Ваня, улыбаясь.

Эдик обернулся и засмеялся.

— Тамада у нас веселый! Ты как? Живой?

— Живее всех живых! — ответил Ваня, подходя ближе.

— Ребята, смотрите кто у нас тут! — закричал Эдик, его голос разнесся по всему бункеру.

Из-за угла появился Артём. Его глаза широко раскрылись, когда он увидел отца.

— Папа! Ты в порядке?

— Да, в порядке. Как мама?

— Она скучала.

Остальная команда, кроме Вихря, тоже собралась вокруг. Сокол, Берсерк, Вирус — все улыбались, шутили, обсуждали последние события. Тень слушал их, но в голове крутился один вопрос.

— Эй, а где Вихрь? — спросил он, когда пауза в разговоре позволила задать его.

— Да он опять в патруле, — ответил Артём.

— Трудоголик. Берите с него пример, — сказал Ваня, но в его голосе звучала гордость.

Тем временем Вихрь сидел на крыше здания в центре Москвы, окружённый другими спидстерами. Перед ними лежали десятки коробок с логотипом «С Ветерком!» и фотографией Ветерка, держащего пиццу. Ветерок, Гепард, Стрела, Скачок и Метеор мирно ели, обсуждая последние патрули.

— В принципе, не вижу потребности дальше оставаться в патруле, — заявил Вихрь, откусывая кусок пиццы.

— Но ведь ты ничего не патрулировал, — заметил Метеор.

— Не пререкайся, я тут старший, — парировал Вихрь. — И вообще, я сегодня целый поезд спас!

— Как? — спросил Гепард.

— Да там у него тормоза отказали из-за активации гена у какого-то мутанта внутри. Похоже, он разогнался до неестественных 150 километров в час. Ну, я на скорости всех вынес.

— А остановил ты его как? — спросил Скачок.

— Да я Тирану написал, он подхватил там, где-то дальше.

— Ну ты герой, — сказал Ветерок. — Ладно, я пойду, мне еще помочь в семейной пиццерии.

— Спасибо за пиццу! — крикнула Стрела, когда Ветерок исчез в облаке ветра.

В бункере Стражей Порядка на кухне остались Тень, Света и Тиран. Парни болтали, обсуждая последние новости, а Света просто сидела и смотрела на Ваню, ее глаза светились облегчением. На фоне шли новости, на которые никто не обращал внимания.

— Кстати, о Вихре, он мне весь день что-то писал, — сказал Тиран, отпивая чай.

— Что писал? — спросил Тень.

— Не знаю, я «случайно» поставил его на беззвуч, — Эдик сделал саркастическую интонацию голосом. — Он задолбал мне буквально по три поста во «ВКонтакте» в секунду присылать.

— Почему? — поинтересовался Ваня.

— Да он переживает. С тех пор как ты заперся в лаборатории, он единолично патрулирует все сам, ну, кроме спидстеров, которых он тренирует. Так что город может спать спокойно. Быстрейший из Стражей Порядка охраняет его... ну, ты понял.

— Наверное, волнуется сильно. Зря я с ним так жестоко, — сказал Ваня, его голос стал тише.

— Это как в том аниме, которое мы без него смотрели!

— Про светловолосого и темноволосого?

— Да, это.

В этот момент Вихрь появился в бункере, его волосы были растрепаны, как будто он только что пробежал марафон.

— Ваня! Ты как? — спросил он, его голос дрожал от волнения.

— Живой. А я вот наслышан, чем ты тут занимаешься. Ты молодец. Настоящий герой. Без тебя мы бы не смогли.

— Ой, да ладно тебе, — Вихрь опустил глаза, его уши покраснели.

— Ладно, пойду, у меня еще дела есть, — сказал Ваня, делая шаг к двери.

— У меня к тебе кое-что посрочнее, — сказала Света и схватила его за руку.

— Что? — он нагнулся к ней.

Она нагнулась к его уху и слегка надкусила его.

— Вот что...

— Во мне странное полуразумное существо, думаю, лучше повременить, — шепнул он ей.

— Значит возможно мы уже все заражены. — Сказала Света. — Нам нечего терять.

Они повернули головы в сторону и увидели Вихря, сидящего рядом с блокнотом и карандашом, его глаза блестели от восторга.

— А ну пошел отсюда, ром-комы он тут пишет! — сказал Тень, замахнувшись на Вихря.

Но тот уже исчез, оставив после себя лишь искры статического электричества.

Света взяла пульт и выключила телевизор, по которому ведущая с серьезным лицом рассказывала:

"Столкновения поезда на полной скорости с другим. Как известно, внутри первого никого не было. Погибло 182 человека, еще 244 пострадало."