Кровь – не вода (джен)

Андромеда Тонкс закончила экспресс-диагностику Аластора Моуди, усыпила его и закутала в специальный магический кокон, предназначенный для транспортировки пострадавших от неизвестных заклинаний. Затем посмотрела, как идут дела у Диего и Эрика, собирающих останки некой Арабеллы Фигг. Процесс явно двигался к концу. Голову уже определили в зачарованной мешочек с расширенным пространством. Остальные же части некогда целой старушки пока сваливали в одну кучу, для чего обоим аврорам пришлось собирать их в радиусе пятидесяти ярдов от места трагедии, не рискуя применять манящие чары. Нимфадору освободили от этого грязного занятия, поручив наблюдать за подступами к месту трагедии.

— Правильно сделали, что не стали снимать с Моуди обездвиживающие чары, — похвалила Андромеда подошедших к ней друзей Нимфадоры. — Могли усугубить его состояние, потому что никаких активных чар я не определила. Ему срастили кости, лишив подвижности конечности и позвоночник. Исцелить можно, но не мгновенно и не в полевых условиях. Вдобавок у него частичный паралич голосовых связок — говорить не может, но дышать в состоянии. Что примечательно, это не действие заклинания «Силенцио», а физическое повреждение, такое бывает при давлении на гортань во время удушения.

— Понятно. Сильный воздушный дух… — пожал плечами Эрик, смотря куда-то в сторону восходящего солнца.

— Это не объясняет сросшиеся кости.

— Так ведь не просто так магглы считают его древним злом и фильмы о нём снимают, как сказала Нимфадора. Странно, что мы о нём ничего до этого не слышали. Может, у подобных существ свой Статут о секретности? Скрываются от волшебников?

— Скорее, их существование скрывает от нас тот же Отдел тайн. Как, например, утаивает информацию о Том-кого-нельзя-называть, — заметил Диего. — Ты вот знаешь, кто он такой, откуда взялся и куда делся? Я — нет. Нигде об этом не пишут.

— Возможно. Я уже ничему не удивлюсь. Появление древнего зла, легендарная Кровавая Ева, просидевшая больше ста лет в бутылке из-под джинна, секреты Тайного отдела, не хватает только возрождения Того-кого-нельзя-называть посреди этой поляны и побега Гриндевальда из Нурменгарда…

— Эрик, помолчи! А то накликаешь беду, — прервал Диего рассуждения друга и обратился к Андромеде: — Миссис Тонкс, а что с разумом Безумного… прошу прощения, Моуди?

— Был в сознании. Вроде всё понимает, но насколько он адекватен и что с памятью — сейчас трудно сказать. Обследуем в больнице, тогда понятней будет.

— А нас обследуют?

— И вас. Кстати, вы обратили внимание, что за нами следят? — тихо спросила Андромеда, прикрыв рот рукой.

На её вопрос Диего отреагировал необычным образом: переместился за спину Андромеды, обнял её, обхватив руками чуть ниже груди и прижав к себе, а потом нежно прошептал в явно порозовевшее ушко:

— Чувствуете пристальный взгляд?

— Да, но вроде не враждебный. Вот с того дерева, — ответила схожим образом Андромеда, развернувшись в объятьях и прильнув губами к уху Диего, при этом как бы невзначай махнув рукой в сторону небольшой дуба справа от себя. — И, кажется, ещё из куста бирючины недалеко от места, где стоит моя дочь.

— Ох, я согласен! — громко и восторженно воскликнул Диего, чем привлёк внимание Нимфадоры.

— Диего, ты рехнулся?! Это же моя мама! — возмутилась Нимфадора, сорвавшись с места и ринувшись к ним. — Мама, а ты чего творишь?! Ладно, этот любвеобильный кот. А ты?!

— Котом ты меня ещё не называла, — ухмыльнулся Каплан, ловко увернулся от кулачка Нимфадоры, отвел в сторону волшебную палочку разъярённой волшебницы, заключив последнюю в объятья, быстро передал новость о слежке и добавил в полный голос: — Я совсем не похож на кота.

— А вот он похож, — сообщил Эрик, кивнув в сторону куста бирючины, откуда вальяжно вышел крупный кот, дернул хвостом и лениво потрусил по своим кошачьим делам, подальше от беспокойных волшебников.

— Да, ложная тревога, бывает, — заключил Диего.

Андромеда, не разделяя его уверенности, медленно обводила взглядом пространство вокруг них, держа перед собой палочку. Что-то было не так. Эрик тоже был встревожен, но почему-то настороженно рассматривал не деревья и кусты, а место, где лежал закутанный в кокон Моуди.

— Прямо из-под носа увели, — грустно произнёс он, направившись в сторону неопознанных Андромедой кустарников.

— Что увели? — недоуменно поинтересовался Диего, а Андромеда заметила, что пропал мешочек с головой миссис Фигг.

— Акцио мешок для сбора улик! — воскликнул Эрик, взмахнув палочкой.

Диего, переглянувшись с Нимфадорой, которая ещё не полностью пришла в себя от потрясения и жарких объятий, вдруг рявкнул:

— Эрик, стой на месте! Не хватало ещё, чтобы и ты бесследно пропал. Видишь же, что реакции на заклинание нет. Не всё так просто… Акцио голова миссис Фигг!

— Не думаю, что и это сработает, — печально вздохнул Эрик. — А про бесследно — это ты зря. Здесь земля разрыхлена взрывами, поэтому всё хорошо видно. След волочения мешка имеется, а рядом с ним следы кошачьих лап. А вот в кустах и за ними ничего толком не разобрать. Не на дерево же мешок затянули?

— А вы уверены, что это именно коты сделали? — спросила Нимфадора. — Случайно, никто не опасался потерять улики? Или панически боится кошек?

— Ты думаешь, клоун вернулся? — вздрогнул Диего. — Возможно, ты права. Конечно, я много чего боюсь или опасаюсь, но коты и потеря улик в этом списке точно не значатся. А на первом месте теперь стоит как раз этот самый Пеннивайз.

— Боязнь плохо выполнить свою работу — это ко мне, — сказал Эрик, подходя к друзьям. — Но сомневаюсь, что голову утащил клоун. Надо разобраться.

Андромеда поняла, что следует остудить пыл не в меру усердного аврора и поторопить остальных, поэтому, быстро обернув в кокон останки, сказала:

— Не знаю, кто утащил голову пострадавшей и для чего, но нам лучше отсюда убраться поскорее, пока не лишились оставшегося, включая собственную жизнь. Пусть этим ваши более опытные коллеги занимаются. У меня же нет никакого желания сталкиваться с тем, кто воплощает страхи, запросто пробивает мощные защитные чары и амулеты, сращивает одним взмахом руки все кости, лишает возможности говорить…

— Это если не решил просто убить, — вставил Диего.

— Думаю, для жертв просто не будет. Вот это и страшит, а не сама смерть. Всё, я закончила. Уходим.

* * *

К общей радости, перенеслись в больницу без приключений и потерь. Андромеда первым делом определила Моуди в одну из палат на пятом этаже, а в соседнюю поселила Эрика и Диего, сразу принявшихся сочинять письменный доклад начальству и заполнять воспоминаниями выданные флакончики. Сама же вместе с дочерью отправилась на второй этаж к Сметвику и Теду, которые, по словам привет-ведьмы из приёмного покоя, сначала развили бурную деятельность по обследованию пострадавших от василиска, но потом подняли на ноги весь персонал, сообщив, что исчезла принесённая лично Сметвиком кошка по прозвищу Миссис Норрис. Её до сих пор ищут, но даже следов найти не могут.

— Снова проблемы с кошками, не нравится мне это, — проворчала Андромеда.

— Тебе же кошки всегда нравились? — удивилась Нимфадора.

— Мне проблемы не нравятся. Да и кошки бывают разные, как и люди, не все мне должны нравиться. Ладно, не обращай внимания на ворчание, я просто устала, надо бы немного отдохнуть.

— Может, тогда сходим в буфет на шестом этаже? Там очень вкусно готовят и кормят в любое время дня и ночи, я помню.

— Пойдём. Без нас справятся.

— Отлично! Там и кошку поищем, рядом с едой.

— Ох уж эти аврорские замашки…

* * *

В это же самое время в своём тайном доме, тщательно укрытом от обнаружения, проснулся довольный собой Гилдерой Локхарт. Потянулся, встал, накинул на голое тело шёлковый халат и подошёл к окну полюбоваться Ирландским морем, над которым поднималось яркое солнышко. Начинался новый воскресный день, который обязательно принесёт авантюристу и писателю много приятных эмоций. Гилдерой всегда был оптимистом и надеялся на лучшее.

— Оу, как говорила этой ночью одна дама, надо обязательно рассмотреть все дивные наряды при солнечном свете! — радостно провозгласил Гилдерой, посмотрев на костюмы, аккуратно развешанные на передвижной вешалке, стоящей прямо возле кровати. — А это что?

Гилдерой заметил на журнальном столике лист приятно пахнущей бумаги, на котором витиеватым подчерком было выведено, скорее всего, любовное послание. Наклонился ближе и стал читать вслух текст на французском языке:

«Благодарим за приятную, познавательную и увлекательную ночь! Будем рады снова увидеть вас в нашем замке. О следующей дружеской вечеринке напишем заранее на этом зачарованном протеевыми чарами листе.

Мадам Ди и её подруги».

— Мадам Ди — это же такая рыженькая и юркая? Кажется, да, но точно не кутюрье, та представлялась Звездой, точнее, Эстель. Лиц, правда, ни одной вспомнить не могу, но это не так важно, как…

Гилдерой резко оборвал собственные рассуждения, когда начал читать следующее послание, в котором сообщалось, что в его лондонский дом проникли злоумышленники и даже разграбили его, но основная цель была захватить Локхарта живым и доставить заказчику. Заказчик пока неизвестен. Выясняют. Украденные вещи возвращены на место. Захваченные налётчики, если это требуется, будут переданы чуть позже. Пока же Гилдерою милые дамы рекомендовали оставаться в доме на острове Мэн.

«Опасные красотки! — подумал Гилдерой. — И знают, где находится моё тайное укрытие, но вроде зла мне не желают, что радует. Точно! Вспомнил. Я же собирался ночевать в том особняке, но рыженькой нужна была какая-то книга, не помню какая, и мы отправились за ней сюда. Да, меньше надо пить горячительных напитков… А недоброжелателей у меня всегда было немало, однако поклонников, вернее, поклонниц — в сотни раз больше. И многие из них с радостью помогут мне, если попросить, конечно. Но некоторых, оказывается, и просить не надо…»

Думая о том, что произошло и что делать, Гилдерой подошёл к вешалке, облачился в новый малиновый костюм затейливого фасона, предварительно надев нижнее бельё и рубашку от новой знакомой, посмотрелся в зеркала, развешанные по всей спальне, включая потолок, и восхищено воскликнул:

— Да! Это истинный шедевр! А я в нём просто неотразим! Нет, не так... Я великолепен! Надо быть последним дураком, чтобы не дружить с такой художницей-модельером. Срочно, срочно писать ответное послание с благодарностью за… за всё! И обязательно в стихах! Да!