Дарт Ворн: Тёмная сторона силы (джен)

Каэл сидел в кабине шаттла, его дыхание было ровным, но в груди пульсировала боль. Обугленный край культи на месте отрубленной руки пылал жаром, как раскаленный металл. Шаттл мчался сквозь черноту космоса, оставляя позади систему Кессель и заваленный обломками ангар.

Малкор вошел без стука. Его шлем скрывал выражение лица, но желтые глаза за прорезью светились холодным огнем. Он опустился рядом, не говоря ни слова.

— Сконцентрируй Силу на культе, — прошептал Ситх, его голос звучал как скрежет камня о камень. — Не бойся боли. Она — твой учитель.

Каэл не ответил. Его оставшаяся рука сжала подлокотник кресла.

— Ты чувствуешь, как Сила течет через тебя? — Малкор положил ладонь на культю. — Она не остановилась. Она ждет, когда ты возьмешь ее.

Каэл закрыл глаза. Перед ним — ощущение пустоты, где раньше была рука. Он потянулся Силой, как будто хватаясь за невидимую нить.

— Больно? — спросил Малкор. — Хорошо. Боль — это доказательство, что ты жив. Что ты сильнее, чем они думают.

Каэл вдохнул, и Сила хлынула в культю, как раскаленный песок. Кости зашевелились под кожей, мышцы рвались и срастались заново, нервы горели огнем. Он скрипнул зубами, но не закричал. Его пальцы сжались в кулак, даже там, где их еще не было.

— Ты можешь, — прошипел Малкор. — Ты сильнее, чем Вейдер. Ты сильнее, чем Сидиус. Потому что ты не просишь. Ты берешь.

Каэл выдохнул, и новая рука выросла, как будто рожденная из пепла. Кожа была бледной, почти прозрачной, под ней просвечивали голубые вены Силы. Он согнул пальцы, и костяшки хрустнули, как будто еще не до конца пришедшие в норму.

— Хорошо, — Ситх кивнул. — Теперь ты знаешь: боль — не твоя слабость. Это твоя сила.

Каэл не ответил. Его пальцы сжали воздух, и невидимая Сила сорвала плащ с его плеч. Под тканью, прижатые к поясу, плавали десять световых мечей — синие и зеленые, как будто ожившие. Они закружились вокруг него, клинки направленные вниз, как копья, готовые пронзить землю.

— Ты ведь забрал те мечи, верно? — спросил Малкор, его голос дрогнул от одобрения.

Каэл кивнул. Его пальцы едва дрогнули, и мечи выстроились в ровную пирамидку на полу кабины — основание из семи клинков, середина из двух, верхушка — один зеленый.

— Хочу поработать над ними, — прошептал он. — Модифицировать под разные случаи. Синие — для скрытности. Зеленые — для обмана.

Малкор улыбнулся.

— Ситх не просит. Ситх берет то, что ему нужно. Даже если это — мечи тех, кого он убил.

Каэл провел пальцем по рукояти верхнего меча. Его глаза горели желтым, но в них не было ярости — только холодная решимость.

— Они будут служить мне, — прошептал он. — Как служили им.

Малкор положил руку на его плечо.

— Первое правило Ситхов: страх — твоя сила. Гнев — твое оружие. Боль — твой учитель. А теперь... — он указал на пирамидку мечей. — Ты знаешь, что делать.

Каэл кивнул. Его новая рука дрожала, но пальцы сжали рукоять меча с такой силой, что кожа на костяшках побелела.

Где-то далеко, на Дантаре, Сидиус почувствовал это — едва уловимый импульс Силы, как будто новая звезда взошла в темноте.

— Это не ученик Вейдера, — прошипел он, глядя на голограмму отчетов. — Это ошибка. И ошибки... становятся сильнее, чем их создатели.