Цена мечты стать айдолом (джен)

Выходной день выдался на редкость тёплым и солнечным. Ынсок вдруг объявил, что завтра тренировок не будет, и настоятельно рекомендовал «проветрить головы». Для группы, живущей в режиме нон-стоп подготовки к дебюту, это было подозрительно. Ёну заметил, как директор избегал смотреть им в глаза, вручая свободные билеты, но промолчал. Возможно, это была передышка перед финальным рывком.

Парк рядом с новым зданием компании превратился в ярмарку. Воздух пах карамелью, жареными каштанами и сладкой ватой. Ребята, впервые за месяцы нарушив строгую диету, ели всё подряд. Алан смеялся, вытирая шоколад с губ, Джумин делал селфи на фоне карусели, даже Дохён расслабился, позволяя Фениксу купить себе газировку.

Ёну и Юань отошли чуть в сторону, присев на деревянную скамейку в тени клёнов. Ноги гудели после недели интенсивных хореографий, но внутри Ёну было неспокойно.

— Ёну-я, — тихо начал Юань, наблюдая за бегающими детьми. — Ты не спрашиваешь, почему нам дали выходной именно сейчас?

Ёну повернулся к нему.

— Думаю, Ынсок-ним решил, что мы переутомились.

Юань покачал головой. Его лицо оставалось непроницаемым, но в глазах читалась серьёзность.

— Я слышал разговор директора вчера. После тренировки. Он говорил по телефону с Инсо.

Ёну напрягся.

— И что?

— Дебют отложен, — ровно произнёс Юань. — На неопределённый срок. Инсо приказал остановить подготовку.

Внутри Ёну словно что-то взорвалось. Тепло солнечного дня мгновенно исчезло, сменившись ледяным ожогом.

— Что?! — голос сорвался на крик, и несколько прохожих обернулись. Ёну понизил голос, но в нём закипала ярость. — Он сказал отложить? После всего? После того как мы жили этим два месяца?

— Ынсок-ним не мог ослушаться, — напомнил Юань. — Финансирование...

— К чёрту финансирование! — Ёну ударил кулаком по скамейке. Дерево глухо стукнуло. — Он играет нами. Как куклами. Вкладывает деньги, а потом дёргает за ниточки, когда ему вздумается. Я думал, он друг. Я думал, он хочет помочь мне исполнить мечту.

Ёну сжал челюсти так, что забились скулы.

— Когда я увижу его в школе... — прошипел он. — Я серьёзно поговорю с ним. Он не может просто так перечеркнуть всё, что мы сделали. Он не имеет права.

— Он имеет, — тихо сказал Юань. — Потому что он платит.

Прежде чем Ёну ответил, к ним подошла девушка.

Она выделялась из толпы слишком сильно. Идеальная осанка, дорогая ткань платья, которая выглядела небрежно, но стоила больше, чем вся одежда Signpost вместе взятая. Она выглядела так, будто случайно заблудилась и вышла из лимузина, а не пришла на районную ярмарку.

— Извините, — голос был мягким, мелодичным. — Вы не могли бы мне помочь?

Ёну поднял взгляд, всё ещё сжимая кулаки от злости на Инсо. Девушка улыбалась — невинно, слегка растерянно.

— У меня потерялся кошелек, — продолжила она, слегка наклонив голову. — Я не ела весь день. Не могли бы вы купить мне мороженое? Я потом верну, честно.

Юань оценил её взглядом. Он кивнул.

— Конечно. Ёну-я, сходишь?

Ёну молча поднялся. Он чувствовал раздражение на весь мир, и эта девушка казалась ещё одной проблемой. Когда он вернулся со стаканчиком, его взгляд случайно скользнул по её шее.

Сбоку, чуть ниже уха, виднелась маленькая тёмная родинка.

Такая же была у Инсо.

Холод, более сильный, чем злость, пронзил Ёну насквозь. Колени ослабели. Перед ним стояла Харин. Та самая сестра. Та самая угроза, о которой говорил Юджун. Та, кто может уничтожить их не просто отменой дебюта, а полностью.

— Ванильное, пожалуйста, — попросила она, когда Ёну протянул стаканчик. Её пальцы случайно коснулись его руки. Кожа была ледяной. — Спасибо... вы ведь стажёры, да? Я видела, как вы раньше танцевали в зале на втором этаже.

Ёну не мог говорить. Страх сжал горло. Он просто кивнул.

Юань заметил изменение в его состоянии. Рука Юаня легла на колено Ёну — тяжёлая, успокаивающая.

— Мы просто учимся, — вмешался Юань. Голос был ровным, но в нём появилась сталь. — Девушка, вам лучше найти своих друзей. Потеряться в парке опасно.

— Опасно? — Харин рассмеялась. Звук был лёгким, но в нём сквозило превосходство хищника. — Опасно бывает в бизнесе. А здесь... здесь просто мороженое тает.

Она повернулась к Ёну. Её взгляд стал буравящим.

— Ты ведь Ким Ёну? Говорят, ты готов на всё ради дебюта. Но что если дебюта не будет? Что если тот, кто обещал тебе сцену, просто передумает?

Ёну похолодел. Она знала. Она знала про Инсо. Она знала про отмену.

— Я... не знаю, о чём вы, — прошептал он. Голос дрожал.

— Знаешь, — Харин сделала шаг ближе. Ёну инстинктивно отшатнулся назад, вжимаясь в спинку скамейки. — мой брат любит игрушки. Но он быстро теряет к ним интерес. Особенно если они ломаются.

Она доела мороженое за минуту и бросила стаканчик в урну.

— Спасибо за угощение. Было вкусно. Надеюсь, ты найдёшь себе новое хобби. Пока не стало... слишком поздно.

Она развернулась и ушла, растворившись в толпе так же внезапно, как и появилась.

Ёну сидел, не двигаясь. Его руки тряслись. Он не мог контролировать дрожь. Страх был физическим, тошнотворным. Она не просто угрожала. Она констатировала факт.

— Ёну-я, — Юань повернул его к себе, взяв за плечи. — Дыши.

— Она... — Ёну сглотнул. — Она знает. Она всё знает. Юань-хён, она сказала, что дебюта не будет. Она сказала...

— Она хотела тебя напугать, — твёрдо сказал Юань. — Посмотри на меня.

Ёну с трудом сфокусировал взгляд.

— Она может уничтожить нас. Просто так. Как муху.

— Может, — согласился Юань. — Но пока не уничтожила.

— Я думал, Инсо на нашей стороне, — голос Ёну сорвался. — А он... он просто держит нас на поводке. А она... она может этот поводок перерезать.

Юань крепче сжал его плечи.

— Ты сейчас пойдёшь к Инсо. В школу. Ты выяснишь, что происходит. Но ты не покажешь страха. Понял? Если ты покажешь страх Харин или Инсо — они съедят тебя.

Ёну кивнул, хотя внутри всё ещё дрожало.

— Я поговорю с ним. Завтра. В школе.

— Хорошо, — Юань отпустил его. — А теперь встань. Если мы будем сидеть здесь с такими лицами, они подумают, что их план сработал.

Ёну медленно поднялся. Ноги были ватными. Он посмотрел на остальных ребят. Алан махал им рукой, держа в обеих руках сладкую вату. Они смеялись. Они не знали, что над ними уже занесён топор.

— Пошли, — сказал Ёну. Голос был хриплым.

Он сделал шаг. Потом ещё один.

Страх никуда не ушёл. Он сидел внутри холодным комом. Но злость на Инсо начала пересиливать его.

«Он не имеет права так с нами поступать».

Ёну сжал кулаки в карманах.

Завтра в школе он потребует ответов.

И если Инсо решил, что Ёну останется послушной игрушкой... он ошибался.

Даже если эта игрушка дрожит от страха.