Не убей ближнего своего (гет)

Вопрос территориальных границ русалочьих колоний, от которого напрямую зависел её масштабный проект, окончательно перестал усваиваться ровно на пятой странице доклада. Буквы просто перестали складываться в слова. Гермиона раздраженно оттолкнула от себя пергаменты. В голове назойливо крутился безжалостный вердикт Джинни: : «У тебя год не было ни свиданий, ни секса».

Очень легко раздавать советы, когда работаешь в спортивной редакции, а твоя главная рабочая проблема — кто с кем напился после очередного матча. Джинни варилась в квиддичной тусовке и совершенно не понимала, что такое минус второй уровень Министерства. Там невозможно быть просто молодой и свободной. Должность Замглавы обязывает соответствовать статусу. На этом этаже у стен есть уши, разговоры в лифтах обрываются при твоем появлении, а малейшая оплошность к обеду превращается в любимую сплетню у кулеров.

Она уже однажды позволила себе расслабиться. Терри Бут из Отдела Тайн поначалу казался идеальным вариантом: амбициозный, с острым умом, с ним можно было часами спорить о новых поправках к законам за ланчем. Идиллия закончилась, когда Гермиона получила кресло Замглавы. Хрупкое эго Терри не выдержало такого карьерного разрыва. Чтобы хоть как-то отыграться, этот умник не придумал ничего лучше, чем в красках растрепать коллегам, как лихо он приручил карьеристку Грейнджер. А когда Гермиона, не повышая голоса, попросила его объясниться, этот перспективный аналитик просто струсил. Вместо честного признания он начал прятать глаза и блеять какие-то жалкие оправдания. Этот цирк потом еще два месяца радостно пережевывали в столовой. Грейнджер усвоила урок жестко: романы на работе превращают тебя в мишень для сплетен и бьют по авторитету. Больше никаких романов на работе! Правило стало железобетонным.

И всё бы ничего, но это правило захлопнуло перед ней последнюю дверь. Если вычесть из уравнения Министерство, личная жизнь автоматически умножалась на ноль. Потому что за пределами работы Гермионы Грейнджер не существовало. Её маршрут не блистал разнообразием: дом, работа, дом. Где она вообще должна была с кем-то знакомиться? В супермаркете у кассы? На благотворительных приемах, где каждый первый смотрел на нее исключительно как на полезные связи и строчку в бюджете? Она выстроила вокруг себя идеальную систему контроля, в которой не было места глупым слухам и неловким ситуациям. Как, впрочем, не было в ней места и живым людям.

И только телефон, лежащий прямо на министерских графиках, напоминал о том, что за пределами отчетов всё-таки есть какая-то жизнь. Жизнь в лице нахала из тринадцатой квартиры.

Вся прелесть заключалась в том, что для этого анонима она была никем. Никаких должностей, никаких статусов. Он не ждал от нее министерской чопорности. И, Мерлин свидетель, именно поэтому с ним было так интересно. Это не имело ничего общего с унылыми подкатами в барах. Тринадцатый был язвительным, быстрым и заставлял ее мозг работать на максимальных оборотах ради одного-единственного хлесткого ответа. Она и забыла, как сильно этот азарт разгоняет кровь.

Гермиона задумчиво прикусила губу. Если включить логику, Джинни была права: прямо сейчас ее руки были абсолютно развязаны. Во-первых, между ней и этим нахалом пролегла добрая сотня миль. А во-вторых, ее защищал сам дом. Даже если этот язва решит похвастаться друзьям за пинтой эля или, не дай бог, побежит в желтую прессу, магия контракта просто свяжет ему язык.

Ее «домик» был совершенно неприступен.

Гермиона с силой потерла виски, принудительно обрывая внутренний диалог. Пора было спускаться с небес на землю. У неё на руках грандиозный проект, и тратить рабочий фокус на анонимного собеседника было верхом непрофессионализма. Однако, чтобы со спокойной совестью сесть за финальный прогон речи, оставалось решить одну бытовую, но неизбежную проблему: вечерний гала-приём.

Она на дух не переносила светские рауты и строгий дресс-код, но ради привлечения капитала приходилось играть по правилам. Гермиона откинула крышку чемодана и со вздохом оглядела привезённые платья. Тратить мыслетопливо на этот парад тщеславия

категорически не хотелось. А потом её осенило: зачем тратить собственное время, если можно просто делегировать задачу? Она взяла телефон, чтобы перекинуть этот ребус тому, кто точно знает толк в визуале. В конце концов, раздавать советы со стороны всегда легко — пусть теперь попробует решить реальную проблему.