Римус Люпин. Право на надежду (джен)

Это утро в Министерстве магии Великобритании началось сонно и вяло. Зима, как бывает после Рождества, начинала надоедать, «Ежедневный пророк» давно не баловал острыми статьями, да и просто жаркими новостями. И даже не о чем было посплетничать со вкусом.

Атриум наполнялся гулом текущих к лифтам сотрудников. Из каминов то и дело появлялся кто-то еще. Но ни в ком не чувствовалось воодушевления. Только равнодушие, борьба с зевотой или нервозность от того, что не хочется работать.

Пока в одном из центральных каминов не взметнулось с ревом яркое пламя… Из него вышел Аластор Грюм и зашагал к лифтам, вбивая в пол протез с пугающим стуком. За ним плыл в воздухе с помощью Мобиликорпуса бледный человек с опухшим лицом в испачканной мазутом одежде.

Атриум мгновенно затих. Один из клерков уронил портфель.

— Это же Петтигрю! — испуганно прокатилось по залу. — Кавалер ордена Мерлина. Он же… он мертв!

— Его убил Сириус Блэк!

— Аластор?! — попытался дозваться до Грозного Глаза кто-то из знакомых. — Кто это? Кого ты притащил?

Аврор ни к кому не обернулся. Магический глаз бешено вращался, как всегда в толпе, а живой смотрел прямо перед собой. Грюм протащил Питера через весь зал, выставляя напоказ позор не только предателя, но и верхушки Министерства.

— Дорогу! — рявкнул он, когда молодой курьер замешкался у двери лифта. Тот с испугом отскочил, едва не наткнувшись на левитирующего Петтигрю. Больше никто не осмелился попытаться составить им компанию вплоть до второго этажа.

В приемной главы Департамента магического правопорядка секретарша Крауча вскочила, едва не опрокинув чернильницу.

— Мистер Грюм! Нельзя… В кабинете сейчас мистер Дамблдор и...

— Да, я знаю, что Альбус собирался навестить вас сегодня, — спокойно ответил Аластор, уверенно проходя мимо опешившей девушки.

Кабинет Бартиуса Крауча был залит холодным утренним светом. За массивным столом сидел сам Барти — подтянутый, с идеально подстриженными усиками, и что-то убежденно доказывал Альбусу Дамблдору. Великий волшебник располагался напротив него в глубоком кресле. Соединив длинные пальцы домиком, он смотрел словно вглубь себя, и в этом взгляде читалась глубокая усталость.

Шумное вторжение Грюма заставило его вздрогнуть. Аврор взмахом палочки швырнул обмякшее тело Петтигрю на дорогой ковер. Крауч оцепенел.

— Барти, Альбус. Посмотрите, какого мертвеца сопроводил я к вам на прием! Взял его при попытке убийства Римуса Люпина. А еще он очень хочет поговорить о Сириусе Блэке.

Крауч мертвенно побледнел. Дамблдор медленно поднялся. Полумесяцы очков блеснули отраженным светом.

— Питер?.. — прошептал директор Хогвартса, и в этом шепоте, полном горечи и боли, было больше потрясения, чем во всех криках толпы.

— Он самый, — Грюм тяжело, прерывисто дышал. — Шпион Волдеморта, у которого вошло в привычку убивать друзей. Альбус, зови свой Визенгамот. В Азкабане назрела небольшая перестановка. И я очень надеюсь, — черный глаз недобро сверкнул, — что здоровье Блэка не пошатнулось настолько, что он не доживет до суда над крысой.

* * *

Серое небо сливалось со стылыми водами Северного моря. С узкой полоски каменистого берега Римус бросал косые взгляды на самое страшное здание магической Великобритании. Треугольная в сечении башня Азкабана вырисовывалась в тумане, словно выступала из небытия.

Он перестал ощущать порывы колючего ветра, когда в мареве проявилась темная точка. Точка превращалась в пятно… принимала очертание лодки… ближе… еще ближе…

На носу стоял Аластор Грюм, но Римус смотрел не на него.

Сириус, укутанный в тяжелую аврорскую мантию, сидел с видом углубленного в себя человека, который пытается решить в уме сложную задачу. Вряд ли он до конца верил в освобождение и старался понять, что происходит. Возможно, и Грозный Глаз напустил таинственности. Римус сглотнул. Его последний друг… брат. Изможденный, с копной отросших черных волос, падающих спутанными прядями на восковое, но все еще красивое лицо… Жив. Свободен.

Киль лодки скрежетнул по гальке. Грюм протянул руку, помогая Блэку подняться на шаткие доски причала. Римус сделал шаг вперед.

— Бродяга… — тихо позвал он.

— Лунатик?!

Серые глаза Сириуса расширились, наполняясь острым блеском. Он молча смотрел на друга, и выражение исхудавшего лица теплело, упрямо освещаясь отголосками жизни, которую ничто не могло вытравить до конца.

— Ты за мной, что ли?

Римус светло улыбнулся. Горячая волна поднималась изнутри, прорывалась непрошенной влагой в глазах.

— А есть другие идеи?

Сириус издал то ли вздох, то ли сдержанный стон, и с силой потер лицо ладонями.

— Я думал… ты меня ненавидишь.

— Пробовал, — серьезно ответил Римус. — Не получилось.

Он решительно шагнул к нему, стирая роковой год, обнимая как брата. Во взгляде Сириуса мелькнули живые искры, и он судорожно стиснул друга в ответ, наконец-то позволяя себе поверить…

Грюм, стоявший чуть поодаль, громко хмыкнул.

— Хорошо, парни. Но нам пора. Блэк, возьми, это твое.

Протянул ему палочку — ту самую, из конфиската. Сириус с возрастающим воодушевлением крепко сжал ее в худых пальцах. Его волшебство. Его оружие. Он снова маг... Он свободен.