Тень (гет)

Лабораторный журнал. Проект Вихрь-Омега. Запись 47-Б.

Он бежал. Снова. На этот раз показатели зашкаливали — четыре целых три десятых Маха, пять тысяч двести семьдесят километров в час. Костюм Феникс желтым пятном мелькал в камерах наблюдения, но я видел больше. Видел, как его молекулы перестраиваются в реальном времени. Каждый рывок — это эволюция, сжатая в секунды.

Генные модификации работали лучше, чем ожидалось. Его днк теперь напоминала мозаику — кусочки от Пылающего, фрагменты тех образцов, что я собирал годами, и что-то... новое. Что-то, чего я не вводил. Тело само находило решения. После вчерашнего теста его клетки начали вырабатывать белок, которого не было ни в одной базе данных. Назвал его Кинетин-девять.

Костюм пришлось переделать. Старая версия плавилась на три целых восемь десятых Маха. Новый Феникс — облегающий, желтоватый, из графеновых нитей с золотым напылением. Выдерживал пять тысяч градусов. Но главное — он не ограничивал движение. Лёха сказал, что чувствует себя как голый, и это хорошо. Чем меньше между ним и скоростью барьеров, тем лучше адаптация.

Его пределы росли. Вчерашние четыре Маха — сегодня уже рабочая скорость. Завтра будет четыре целых пять десятых. Через неделю, возможно, пять. Но был нюанс. На четырех целых трех десятых Маха камеры зафиксировали странное явление — его контуры начали размываться. Не из-за скорости. Молекулярная структура... колебалась.

Я увеличил дозу желе б-15 до ста пятидесяти тысяч калорий на порцию. Его метаболизм стал эффективнее реактивного двигателя. После пробега температура падала до двадцати пяти градусов — природный механизм охлаждения. Зрачки сужались в точки, кожа покрывалась инеем. Через минуту — снова норма.

Самое интересное — никаких внешних изменений. Ни чешуи, ни пластин, ничего, что выдавало бы в нем нечеловеческое. Только цифры на мониторах. Только эти странные сны, о которых он мне рассказывал — будто во время рывков он видел другие места.

Сегодня он спросил.

— Я стану богом?

Я ответил, что нет. Что он станет идеальной версией себя. Но правда в том, что предела не было. На шести Маха его атомы начнут вести себя по-другому. Возможно, он пройдет сквозь стену. Возможно, исчезнет.

Костюм Феникс-2 уже был в разработке. Жидкий азот в микротрубках, квантовые стабилизаторы. Но я знал — скоро и он станет ненужным. Его тело учится обходиться без защиты.

Сегодня я заметил — когда он стоит на месте, вокруг него воздух чуть дрожит. Будто память о скорости. Будто он никогда не останавливается полностью.

— Лабораторный журнал. Проект Вихрь-Омега. Запись 48-Б.

Пять Махов. Шесть тысяч сто двадцать пять километров в час. Он сделал это сегодня в четыре семнадцать утра. Без костюма.

Кожа обуглилась, конечно. Но через восемь минут — ни следа. Новый рекорд регенерации.

Сейчас он спал. Его сердце билось двенадцать раз в минуту. Температура двадцать два градуса. Мозговая активность — на уровне глубокой медитации.

Я смотрел на графики и понимал — мы перешли черту. Это уже не просто скорость. Это что-то другое.

Завтра я начну тесты на квантовую когерентность. Если мои расчеты верны, на шести Маха он сможет...

Запись оборвалась.